Решение № 2-472/2019 2-472/2019~М-94/2019 М-94/2019 от 13 февраля 2019 г. по делу № 2-472/2019

Дело № 2-472/2019 24RS0040-01-2019-000120-74


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Норильск Красноярского края 14 февраля 2019 года

Норильский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Крючкова С.В.,

при секретаре Плетневой Ю.С.,

с участием помощника прокурора г. Норильска Белкина Д.В.,

истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

представителя истца ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

представителя ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Краевому государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» (далее – Учреждение) о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что приказом от 03.12.2008 № 263 л/с истец принята в Учреждение на должность воспитателя в общежитие для детей-сирот. На основании приказа от 24.09.2014 № 250 истец переведена на должность старшего воспитателя. Приказом от 29.12.2018 № 09-06/24 трудовой договор с истцом прекращен по пункту 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение работником, выполняющим воспитательные функции, аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы. Увольнение является незаконным, поскольку истец не совершала какого-либо аморального проступка, работодателем не установлено, в чем конкретно заключились неправомерные действия истца, явившиеся основанием для увольнения, в приказе об увольнении не указано. Из материалов работодателя следует, что ДД.ММ.ГГГГ комиссией в общежитии по адресу: <адрес>, была обнаружена алкогольная продукция – алкогольный коктейль 6,9 % спирта «Алко киви». Вместе с тем, с согласия руководства Учреждения ДД.ММ.ГГГГ истец привозила благотворительную помощь в общежитие в виде молочной продукции и лимонада. Указанные действия причинили моральный вред истцу. На основании изложенного ФИО1 просила признать незаконным увольнение, восстановить ее в прежней должности, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула, взыскать компенсацию морального вреда и пособие по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Производство по делу в части требования о взыскании пособия по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ прекращено отдельным определением суда в связи с отказом истца от иска.

В судебном заседании ФИО1 иск поддержала по указанным основаниям, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ заступила на смену в общежитие для детей сирот. В этот день истец совместно с заместителем директора по хозяйственной части Учреждения ФИО6 на автомобиле, принадлежащем Учреждению, от ИП ФИО7 в рамках благотворительной помощи привезла молочную продукцию и лимонад - 6 упаковок, которые были выгружены на складе общежития техникума. Ключи от склада имелись у истца и ФИО8, которая является материально ответственным лицом. О том, что в бутылках содержится не лимонад, а алкогольная продукция, истец не знала, при получении благотворительной помощи предприниматель сообщила, что это обычный лимонад, сами бутылки были упакованы в заводскую пленку. Намерений доставлять в общежитие алкогольной продукции у истца не имелось. Практика участия воспитателей в организации благотворительной помощи Учреждению существует давно, руководителем Учреждения данная практика не запрещалась.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности от 10.01.2019, иск поддержала, указав, что при принятии решения работодателем не установлено и не указано, в чем именно выразился совершенный истцом аморальный проступок, в какое время и при каких обстоятельствах он совершен. На учтено предшествующее поведение истца, ее положительная характеристика. По факту аморальный проступок истец не совершала.

Представители Учреждения ФИО4 и ФИО5, действующие на основании доверенностей, иск не признали, пояснив, что основанием к увольнению истца явился факт обнаружения ДД.ММ.ГГГГ на складе общежития Учреждения алкогольной продукции, которую 13.10.2018 завезла с неустановленной целью истец. Представители ответчика полагают, что завоз в общежитие для детей-сирот алкогольной продукции является аморальным проступком. Распорядительных документов работодателя, содержащих обстоятельства совершенного истцом проступка, не имеется, полагают, что основанием может являться акт работодателя и объяснительные работников.

Участвующий в деле помощник прокурора Белкин Д.В. полагает иск подлежащим удовлетворению, поскольку увольнение истца по пункту 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации произведено работодателем незаконно, поскольку факт аморального проступка со стороны истца в судебном заседании не установлен.

Заслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу пункта 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения работником, выполняющим воспитательные функции, аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы.

Судом установлено следующее:

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № л/с истец ФИО1 принята в Учреждение на должность воспитателя в общежитие для детей-сирот (л.д. 82).

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № истец ФИО1 переведена на должность старшего воспитателя педагогического персонала (л.д. 83).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №. трудовой договор с истцом ФИО1 прекращен по пункту 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение работником, выполняющим воспитательные функции, аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы (л.д. 191).

Произведенное увольнение суд находит необоснованным, исходя из следующего.

В силу пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми прекращен в связи с совершением ими аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы (пункт 8 части первой статьи 81 ТК РФ), судам следует исходить из того, что по этому основанию допускается увольнение только тех работников, которые занимаются воспитательной деятельностью, например учителей, преподавателей учебных заведений, мастеров производственного обучения, воспитателей детских учреждений, и независимо от того, где совершен аморальный проступок: по месту работы или в быту.

Согласно пункту 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Кодекса.

Как следует из пояснений представителей ответчика, основанием для прекращения трудового договора с истцом послужил факт обнаружения 16.10.2018 алкогольной продукции на складе в общежитии для детей-сирот, которое туда завезла истец.

В силу пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Вместе с тем, при издании приказа о прекращении трудового договора с истцом от 29.12.2018 № 09-06/24 работодателем не указано конкретно, в чем именно заключались неправомерные действия истца, явившиеся основанием для увольнения, где и при каких обстоятельств они совершены.

Какого-либо распорядительного документа (приказа, заключения акта, рапорта либо докладной), в котором бы были отражены время, место и обстоятельства проступка, указание на нарушение истцом конкретного пункта инструкции, регламента или нормативного акта, а также указание на вину работника, суду не представлено.

Не содержит таких данных и приказ о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, в котором в качестве основания к увольнению истца указано только на объяснительные ФИО8 и ФИО1, а также на акт об обнаружении алкогольной продукции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 103).

Вместе с тем, из указанных документов не следуют время, место и обстоятельства проступка, а также вина истца в проступке.

При этом суд учитывает, что в акте об обнаружении алкогольной продукции от ДД.ММ.ГГГГ, на который представители ответчика ссылаются как на основной документ, подтверждающий факт проступка и вину работника, вообще отсутствует упоминание про какие-либо действия истца, как и о самой ФИО1 вообще (л.д. 103).

Кроме того, при рассмотрении дела в судебном заседании не нашло свое подтверждение совершение истцом ФИО1 аморального проступка, несовместимого с продолжением работы, равно как и квалификация указанных работодателем действий истца именно как аморальный проступок.

Так, свидетель ФИО9, работающая заместителем директора Учреждения по воспитательной работе, суду пояснила, что 16.10.2018 при вскрытии складского помещения в общежитии было выявлено шесть упаковок – всего 46 бутылок алкогольного напитка «Алко киви» 6,9 % спирта, по внешним признакам свидетель определила, что это алкоголь. Также бутылки открывала фельдшер-нарколог, понюхала содержимое. Был составлен акт в присутствии дежурных, воспитателя, фельдшера-нарколога. Химический анализ содержимого бутылок не проводился. То, что в бутылках алкоголь, подтвердила фельдшер-нарколог со стажем, которая по запаху определила, что это алкогольная продукция. Для оказания благотворительной помощи официально заключен договор с единственным фондом - Общественная организация «Территория добра». На практике в учреждении иной не имеет место благотворительная помощь помимо фонда «Территории добра». Вместе с тем, ранее оформлялись ходатайства от имени старшего воспитателя общежития к предпринимателям с просьбой об оказании материальной помощи для детей-сирот за подписью директора, эта помощь рассматривалась как благотворительная. Работа воспитателя и старших воспитателей никак не связана с благотворительной помощью, они в этом участия не принимают, это не входит в их обязанности. О том, что в Учреждении с разрешения директора периодически устраивались благотворительности с участием воспитателей, свидетель узнала позднее. Попытка передачи истцом алкогольного напитка несовершеннолетнему не была установлена.

Свидетель ФИО8, работающая воспитателем в Учреждении, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ, выйдя на работу в 9-00, после обеда вместе с дежурной решила посмотреть, что привезла ФИО1 в свою смену, открыли склад в общежитии и увидели молочную и алкогольную продукцию – бутылки в полиэтиленовой упаковке с этикеткой зеленого цвета с надписью «Алко киви» 6,9 % спирта. Материально-ответственным лицом и ответственным за склад является свидетель, но свидетель от этого склада отдала ФИО1 ключ, поскольку на складе ничего ценного не было. В Учреждении есть практика по поводу завоза благотворительной помощи, руководство Учреждения не запрещало воспитателям и старшим воспитателям этим заниматься.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснила, что работает врачом-наркологом в КГБУЗ «ККПНД №». ДД.ММ.ГГГГ на складе в общежитии было обнаружено несколько упаковок с алкогольным напитком 6,8 % спирта, на этикетках было отражено, что это алкогольный напиток. Что это алкогольная продукция было установлено по визуальному прочтению надписи на этикетке и по признакам заводской упаковки, сами бутылки не вскрывались.

Свидетель ФИО6, работающий заместителем директора Учреждения по хозяйственной части, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила ФИО1, сказала, что ей дают продукты питания для детей и попросила машину, в помощь взяли двух учащихся, приехали в соц.город на <адрес> за заправку «Арктур», погрузили молочную продукцию и темно-зеленые пластиковые бутылки в заводской упаковке, потом приехали в общежитие и все выгрузили. О том, что в бутылках алкогольная продукция – свидетель не знал, ФИО1 сказала, что это лимонад. Ранее свидетель неоднократно привозил благотворительную помощь, в том числе по просьбе ФИО8.

Свидетель ФИО11, являющийся учащимся Учреждения, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ после второго урока мастер попросил двух человек из группы в помощь для поездки на склад в Соц.город в районе Медного завода. Свидетель поехал туда с ФИО1 и зам.директором ФИО6, который был за рулем автомобиля. Приехали на склад, загрузили в машину молочную продукцию: сливки, йогурт, молоко, бутылки 1,5 литровые. Загрузили весь багажник, повезли обратно в общежитие, часть выгрузили в общежитии на 1-м этаже, часть осталась в машине. ФИО1 и второй парень, который помогал в загрузке и разгрузке остались в общежитии. Свидетель визуально по этикеткам определил, что это алкоголь, однако ФИО1 или кому-нибудь другому об этом не говорил.

Свидетель ФИО12 являющийся учащимся Учреждения, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ по просьбе старшего воспитателя ФИО1 помогал разгружать машину с молочными продуктами и бутылками. Свидетель на склад общежития все заносил один, о том, что в бутылках алкоголь свидетель не знал, подумал, что это минералка.

Как следует из пояснений истца, подтвержденных пояснениями представителей ответчика, а также показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО6, в Учреждении имеется не запрещенная руководителем Учреждения практика завоза воспитателями благотворительной помощи в виде продуктов питания.

Из пояснений истца следует, что ДД.ММ.ГГГГ она с помощью ФИО6 привезла в Учреждение благотворительную помощь в виде молочной продукции и лимонада, а о том, что вместо лимонада это был алкогольный напиток, не знала.

Данное обстоятельство подтверждается также показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО12, которые принимали участие в доставке и разгрузке продукции, которые также подтвердили, что не догадывались о том, что в заводских упаковках алкогольный напиток.

Суд также учитывает, что достоверных доказательств того, что в обнаруженных ДД.ММ.ГГГГ бутылках находился алкогольный напиток, не представлено, поскольку содержимое бутылок не проверялось, вывод был сделан только по этикеткам на бутылках.

Показания свидетеля ФИО9 о том, что врач-нарколог по содержимому установила наличие алкоголя, отклоняются как ложные, поскольку допрошенная врач-нарколог ФИО10 пояснила, что не вскрывала ни одну из бутылок.

Сами обстоятельства вмененного работодателем в вину истцу проступка свидетельствуют о том, что он заведомо не может быть квалифицирован как аморальный, поскольку каких-либо действий, нарушающих нормы морали, истцом не совершено.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что истец намеревалась распространять спиртные напитки среди несовершеннолетних либо употреблять спиртные напитки на рабочем месте, судом не установлено.

Как разъяснено в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Вышеуказанных доказательств ответчиком не представлено, из материалов дела следует, что действующих дисциплинарных взысканий истец не имела, при этом характеризуется по работе положительно, имеет несколько грамот за выполненную работу.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о незаконности увольнения истца.

Согласно части первой статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В соответствии с пунктом 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Согласно статье 396 Трудового Кодекса Российской Федерации и статье 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации немедленному исполнению подлежит решение суда о восстановлении на работе.

При указанных обстоятельствах суд считает необходимым признать незаконным увольнение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ с должности старшего воспитателя педагогического персонала Учреждения на основании пункта 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, восстановить ФИО1 на работе в должности старшего воспитателя педагогического персонала Учреждения с ДД.ММ.ГГГГ, решение суда в части восстановления истца на работе обратить к немедленному исполнению.

Согласно части второй статьи 394 Трудового Кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

На основании представленного Учреждением расчета среднедневной заработок истца на день увольнения составил 2 918,11 рублей (л.д. 192), средний заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (27 дней) составит 78 788,97 рублей: (2 918,11 руб. * 27 дн.), данная сумма подлежит взысканию с Учреждения в пользу ФИО1

В силу части девятой статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях незаконного увольнения суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Принимая во внимание, что факт нарушения трудовых прав истца в связи с незаконным увольнением нашел свое подтверждение, суд приходит к выводу, что истцу причинен моральный вред, поэтому ответчик, как причинитель вреда, обязан его компенсировать.

При определении размера возмещения морального вреда суд исходит из обстоятельств дела и фактического нарушения прав истца, учитывает данные о е личности, в связи с чем суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, полагая данную сумму разумной и справедливой.

Иных требований истцом не заявлено.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно пункту 6 статьи 52 Налогового кодекса Российской Федерации сумма государственной пошлины более 50 копеек округляется до целого рубля.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым взыскать с Учреждения в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 164 рубля: (78 788,97 руб. – 20 000 руб.) * 3% + 800 руб. (по требованиям имущественного характера) + 300 + 300 руб. (по двум требованиям неимущественного характера - восстановление на работе и компенсация морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Краевому государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – удовлетворить.

Признать незаконным увольнение ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ с должности старшего воспитателя педагогического персонала Краевого государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» на основании пункта 8 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ №.

Восстановить ФИО1 на работе в должности старшего воспитателя педагогического персонала Краевого государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» - с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 78 788 рублей 97 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе с ДД.ММ.ГГГГ – обратить к немедленному исполнению.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения «Норильский техникум промышленных технологий и сервиса» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 164 рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Крючков

Мотивированное решение составлено 19.02.2019