Решение № 2-994/2021 2-994/2021~М-791/2021 М-791/2021 от 26 июля 2021 г. по делу № 2-994/2021

Дело №2-994/2021

УИД 42RS0011-01-2021-001558-80


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ленинск-Кузнецкий 27 июля 2021 года

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Курносенко Е.А.,

при секретаре Дубровиной А.В.,

с участием помощника прокурора г.Ленинск-Кузнецкого Кемеровской области Романенко Л.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «СУЭК-Кузбасс» об оспаривании акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «СУЭК-Кузбасс» об оспаривании акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в период работы в Шахтоуправлении «Комсомолец», <дата> истцом получена производственная травма при выполнении наряда <данные изъяты>. После получения травмы к истцу подошли Б. и Г., оказали первую помощь и сообщили заместителю начальника участка <номер> Ж., сопроводили истца на поверхность, далее на личном автомобиле он увез истца в ГАУЗ ККЦОЗШ <адрес>.

Расследование полученной травмы не проводилось, акт не составлялся. Чтобы не приостанавливать производственный процесс и не лишать коллектив премии истцу посоветовали не говорить врачам о том, где он травмировался. ФИО1 больничные листы отдавал начальнику, при этом ему пояснили, что в качестве компенсации за то, что он не заявлял о производственной травме, ему проставляют выходы на работу.

Однако после полученной травмы правой руки здоровье истца до настоящего времени полностью не восстановилось, пальцы на правой руке не сгибаются. Лечащий врач поясняет, что функциональность правой руки может никогда не восстановиться и посоветовал истцу оформить регресс, так как здоровье ухудшается, травма производственная.

В феврале 2021 года истец обратился к ответчику с просьбой издать приказ о создании комиссии по расследованию произошедшего с ним несчастного случая. Работодатель произвел расследование, составил акт формы <номер> и пришел к выводу, что производственной травмы не было, указал, что травма была получена при других обстоятельствах.

Истец просит признать травму, полученную <дата> на рабочем месте АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление «Комсомолец», производственной, обязать АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление «Комсомолец» составить акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 в отношении ФИО1, взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление «Комсомолец» компенсацию морального вреда в связи с нарушением трудового законодательства в размере 30 000 рублей.

В судебном заседании истец и его представитель адвокат Солоницына Т.А., с учетом изменения исковых требований, просили: 1) признать акт о расследовании группового, несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от <дата>, вынесенный АО «СУЭК-Кузбасс» незаконным и подлежащим отмене; 2) признать травму, полученную ФИО1 <дата> на рабочем месте АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление Комсомолец, производственной; 3) обязать АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление Комсомолец составить акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 в отношении ФИО1; 4) взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление Комсомолец в пользу ФИО1 30 000 рублей - компенсацию морального вреда в связи с нарушением трудового законодательства.

Представитель ответчика АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Государственной инспекции труда в Кемеровской области Отдела Федерального Государственного надзора в городе Полысаево ФИО3, считала заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Государственного учреждения - Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации в лице Филиала № 6 ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании пояснила, что против удовлетворения исковых требований ФИО1 не возражает.

Суд, заслушав участников процесса, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных названным Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно ст. 214 ТК РФ работник обязан немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей, о каждом несчастном случае, происшедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков острого профессионального заболевания (отравления).

В силу положений ч. 3 ст. 227 ТК РФ и п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002г. № 73, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды, либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом и после окончания работы, либо при выполнении работ за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем, либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора.

В соответствии со ст. 229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Статьей 229 Трудового кодекса Российской Федерации установлена необходимость проведения расследования несчастного случая на производстве специально образованной работодателем комиссией.

Статьей 229.2 ТК РФ определен порядок проведения такого расследования. Частью 5 данной нормы предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах (часть 8 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (п. 9) разъясняется, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с <дата> по настоящее время истец ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ Шахта Комсомолец, и как работник АО «СУЭК-Кузбасс» является застрахованным лицом по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, что подтверждается справкой ответчика <номер> от <дата>, копией трудовой книжки.

Из материалов дела следует, что работая <дата> во вторую смену, ФИО1 и ГРОЗ Б. получили наряд от заместителя начальника участка Ж. на перевозку секций крепи с Западного вентиляционного уклона на Вентиляционный штрек <номер> в район пикета <номер>. Работа происходила следующим образом: ГРОЗ Г. подвозил совместно с другими рабочими на дизелевозе секции с демонтажной камеры <номер> на Западный вентиляционный уклон, затем отцепляли и уезжали за следующими секциями крепи. Истец и Б. забирали и увозили секции на дизелевозе на вентиляционный штрек <номер> в район пикета <номер>, где составляли их цепочкой, а дальше увозили другие работники. Во второй половине смены, в 22-30 часов, они приехали за очередной секцией. Г. привез секцию и отъехал за стрелку. Дизель подъехал на погрузку, дизелист пошел наливать дизтопливо, Б. цеплял заднюю часть секции крепи, а истец – переднюю, так как траверс лег неровно на перекрытие, помешала порода, он попытался его поправить, потянул траверс, правая рука соскользнула на перекрытие и траверс сполз с породы на перекрытие на сорвавшуюся руку и травмировала его. Сразу же подбежали Б. и Г., которые позвали Ж., оказали истцу первую помощь. Ж. вывел истца на поверхность, разрядил в ламповой и отвез в больницу. В период с <дата> по <дата> истец был нетрудоспособен, листки нетрудоспособности за указанный период в бухгалтерию не сдавал, ему начислялась заработная плата.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести <номер> (учетная форма <номер>), горнорабочему очистного забоя 5 разряда подземного очистного участка <номер> шахты Комсомолец ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>, указанное повреждение здоровья относится к категории легких.

<дата> истец обратился к работодателю с заявлением о расследовании несчастного случая на производстве, произошедшего с ним <дата>. После проведения расследования комиссия пришла к выводу, что случая производственной травмы не усматривает, поскольку факт травмирования ГРОЗ ФИО1 не подтверждается показаниями свидетелей, факт причинения вреда здоровью не зафиксирован в здравпункте предприятия, о чем свидетельствует отсутствие записей в «Журнале общей посещаемости здравпункта АО «СУЭК-Кузбасс» МСЧ «Шахтёр», здравпункта Ш/У «Комсомолец с <дата> по <дата>, в листе нетрудоспособности ФИО1 указан код причины «02» - бытовая травма, травмирование ГРОЗ ФИО1 возможно произошло при других обстоятельствах, не связанных с производственным процессом Шахты «Комсомолец».

Согласно копии журнала общей посещаемости здравпункта АО «СУЭК-Кузбасс» МСЧ «Шахтёр» здравпункт ш/у «Комсомолец» (л.д. 119-126), ни <дата> ни <дата> ФИО1 в здравпункт шахты не обращался.

Решением комиссии от <дата> в составлении акта формы Н-1 истцу отказано, составлен акт Формы 4 о расследовании несчастного случая по заявлению.

Между тем, принимая во внимание фактические обстоятельства произошедшего несчастного случая и представленные сторонами доказательства, суд установил.

Согласно табелю учета выходов на работу 2020 у ФИО1 имеются отметки о листке нетрудоспособности (б/л): за сентябрь 2020 в период с <дата> по <дата>, за октябрь 2020 в период <дата> по <дата> и с <дата> по <дата>, за ноябрь 2020 в период с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата>, за декабрь 2020 в период с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата>, за январь 2021 в период с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата>, за февраль 2021 в период с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата>, за март 2021 в период с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата> и <дата> по <дата>, за апрель 2021: «болен», за май 2021: «болен» (л.д. 128-154).

Согласно расчетным листкам, выписке банка по счету ФИО1, справке по форме «2-НДФЛ за 2020 год, за период с сентября 2020 по январь 2021 включительно истцу начислялась и выплачивалась заработная плата, и только с февраля 2021 произведен перерасчет по основанию «больничный лист бытовая травма» (л.д. 18, 88-89, 110-118).

Данный факт установлен в судебном заседании и ответчиком не оспаривается.

Согласно записи травматолога-ортопеда ГАУЗ КО ОКЦОЗШ от <дата>, время осмотра 01 час 10 мин (событие произошло во 2-ую смену около 23:00), в медицинской карте пациента ФИО1 имеются записи на жалобы у пациента на <данные изъяты> (л.д. 49-56).

Согласно протоколу исследования <номер> от <дата>, время указано 01:06, ФИО1 проведено исследование: <данные изъяты>.

Согласно копиям листков нетрудоспособности, выданным ГАУЗ КО ОКЦ ОЗШ, в период с <дата> до <дата> истец являлся нетрудоспособным и длительное время находился на больничном.

Исходя из указанного, работодателю было известно о произошедшем несчастном с истцом случае, однако в нарушение ч.1 ст.229 ТК РФ ответчик не создал незамедлительно комиссию в составе не менее трех человек для расследования несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1

Согласно показаниям свидетеля ГРОЗ Б. в судебном заседании, в сентябре 2020 года он работал во вторую смену, им дали наряд - передвигать секции. Смена начинается в 17:00 до 01:00. Когда дизель заехал под секцию, он зацеплял секцию сзади, услышал удар металла и крик ФИО1, сразу подбежал к нему, он держался за правую руку. Г. тоже подбежал. Они стали осматривать ФИО1, ??сняли с него перчатки, там раны были, <данные изъяты>, побежал за Ж. - заместителем начальника участка, который ФИО1 и повел на гора, а они продолжили работать по наряду. Перед началом смены здравпункт проходили вместе, так как по наряду работают вместе. В шахту спускались вместе, на работу ехали с ФИО1 на его автомобиле, он был за рулем, с рукой у него было всё в порядке. Если бы у него что-то с рукой было, медик не пропустила бы в шахту. Перед сменой они проходили медосмотр: им мерят давление на аппарате, затем они подходят к медику, она смотрит данные компьютера и осматривает визуально. Без удостоверения из здравпункта, их в ламповой не зарядят. Они сдают экспертизу, затем получают наряд, заряжаются и едут на ствол, спускаются в шахту. С 17:00 до 20:00 они работали по наряду, увезли 3 секции. Когда зацепили четвёртую, произошла травма. Грузили секцию шириной 1,80 метров и длиной 7,5 метров, которая изготовлена из железа, весит 25-26 тонн. Секцию поднимали вдвоём с ФИО1. Траверсы предназначены, чтобы передвигать секцию, зацепляют их. Чтобы траверса легла ровно, надо очистить ее от породы. Так как заезжали с другой стороны, то нагребли породы, Елкин стал чистить траверсу, траверса соскочила. После случившегося, он с Г. поинтересовались у Ж., что с ФИО1, на что тот ответил, что у Елкина сломаны пальцы, показал снимки, Елкин сфотографировал снимки сразу в больнице, ФИО1 находился на больничном, не работал ни одного дня после травмы.

Согласно показаниям свидетеля Г. в судебном заседании, 15.09. 2020 в конце второй смены он привёз секции, поехал за следующей и привёз её. Они приехали, загрузили ее. ФИО1 и Б. забирали секцию и перевозили дальше. Проехав метров 5, услышал треск и крик, подбежал и увидел ФИО1 с травмой. Они с него сняли перчатки. <данные изъяты>. Б. отправился за Ж., который выводил ФИО1 из шахты и увёз в больницу. Травму оформили, как бытовую, так как все боятся работу потерять. Считает, что ФИО1 попросили оформить травму бытовой. ФИО1 находился на больничном, травмировал правую руку, до смены травмы руки у него не было.

Свидетель Ж. в судебном заседании пояснил, что <дата> работал в должности – горный мастер участка <номер>, вел наряд. ФИО1 работал во вторую смену с 17:00 до 01:00. Сам момент травмы не видел, к нему подошёл кто-то, кто именно не помнит, сказали, что травмировался ФИО1. Свидетель принял меры по доставке его в медицинское учреждение. Травму он оформил как бытовую по собственной инициативе.

Свидетель З. в судебном заседании пояснил, что в <дата> спустились в шахту, им дали наряд. Вторая смена начинается в 17:00 до 01:00. Травма произошла в начале 23 часов. Когда он пришёл в демонтажную камеру, прибежал Б., сказал, что ФИО1 траверсой по руке ударило, свидетель позвонил по телефону и пошёл. Ж. ушёл вперёд. Когда он пришёл, ФИО1 уже не было, его вывел Ж. на гора.

Показания свидетелей являются относимыми и допустимыми, у суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, которые последовательны, согласуются с показаниями истца и письменными материалами дела, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.307 УК РФ (л.д.62).

Вместе с тем, показания свидетелей не противоречат протоколам опроса и их объяснениям в ходе проведения ответчиком расследования несчастного случая на производстве (л.д.93-109).

При этом доказательства того, что <данные изъяты> кисти образовался у истца незадолго до обращения за медицинской помощью <дата> и при иных обстоятельствах, ответчиком не представлено, судом не установлено.

Согласно представленной стороной ответчика выписки из журнала медицинского освидетельствования перед спуском в шахту, <дата> ФИО1 осмотрен медицинским работником и допуск в шахту ему разрешен.

<дата> перед спуском в шахту ГРОЗ ФИО1 прошел инструктаж по технике безопасности.

В ходе судебного разбирательства, судом на обсуждение поставлен вопрос о необходимости назначения судебно-медицинской экспертизы и установлении причинно-следственной связи полученной травмы с производством, однако стороны пришли к выводу, что основания для проведения экспертизы отсутствуют.

Анализируя представленные сторонами доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, оценивая их на предмет относимости и допустимости, как того требуют положения ст.ст. 59, 60 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что с ФИО1 произошел несчастный случай при исполнении им трудовых обязанностей, на территории организации-ответчика, на рабочем месте и в его рабочее время.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 относится к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя в момент несчастного случая и в результате произошедшего события ФИО1 получены телесные повреждения, повлекшие за собой временную утрату трудоспособности. При этом событие произошло в течение рабочего времени, в месте выполнения работы, при осуществлении ФИО1 правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем и совершаемых в его интересах.

Обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, предусмотренные ч.6 ст.229.2 ТК РФ, судом не установлены.

Разрешая спор по существу, принимая во внимание совокупность представленных доказательств, суд приходит к выводу, что произошедшее с ФИО1 событие <дата> при исполнении им трудовых обязанностей, является несчастным случаем на производстве.

Стороной ответчика установленные обстоятельства не опровергнуты допустимыми доказательствами.

Доводы стороны ответчика о том, что в журнале общей посещаемости здравпункта АО «СУЭК-Кузбасс» МСЧ «Шахтер» здравпункт ш/у «Комсомолец» отсутствует обращение ФИО1 по факту травмы на производстве, не опровергают выводы суда.

Рассматривая требования о компенсации морального вреда, причиненного истцу ФИО1 в связи с нарушением работодателем норм трудового законодательства, не составлению акта по форме Н-1, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 184, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Исходя из того, что исковые требования судом удовлетворены, несчастный случай, повлекший причинение вреда здоровью работника, признан судом связанным с производством; в нарушении требований ст. ст.227, 228 ТК РФ работодатель длительное время не проводил расследование несчастного случая в отношении работника ФИО1, умышленно скрывал факт несчастного случая на производстве, выплачивая ФИО1 в период временной нетрудоспособности заработную плату, при проведении расследования несчастного случая проигнорировал пояснения очевидцев произошедшего, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с АО «СУЭК-Кузбасс» в пользу работника компенсации морального вреда в размере 5 000,00 рублей, который определен судом с учетом характера спорных отношений, конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета Ленинск-Кузнецкого городского округа подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 300,00 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к АО «СУЭК-Кузбасс» об оспаривании акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить акт о расследовании несчастного случая от <дата> АО «СУЭК-Кузбасс» (ОГРН <***>).

Признать несчастный случай, произошедший <дата> с ФИО1, <данные изъяты>, на рабочем месте АО «СУЭК-Кузбасс» Шахтоуправление Комсомолец, связанным с производством.

Возложить на акционерное общество «СУЭК-Кузбасс» (место нахождения: <адрес>, ОГРН <***>) обязанность составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшим <дата> с ФИО1, <данные изъяты>.

Взыскать с акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» (место нахождения: <адрес>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в связи с нарушением трудового законодательства в размере 5 000,00 (пять тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» в доход бюджета Ленинск-Кузнецкого городского округа государственную пошлину в сумме 300,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд через Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме.

В окончательной форме решение составлено 03.08.2021.

Председательствующий: Курносенко Е.А.

Подлинник документа находится в материалах гражданского дела № 2-994/2021 Ленинск-Кузнецкого городского суда города Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области