Решение № 2-246/2017 2-246/2017~М-191/2017 М-191/2017 от 3 сентября 2017 г. по делу № 2-246/2017

Дело № 2-246/2017


Решение

Именем Российской Федерации

г. Шарыпово 04 сентября 2017 года

Шарыповский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Корнева И.А.,

при секретаре судебного заседания Шиш А.В.,

с участием помощника Шарыповского межрайонного прокурора Семенова А.В., действующего на основании поручения прокурора № от 21 июля 2017 года,

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления,

Установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с первоначальным иском к ФИО2 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления, компенсации вреда, связанного с содержанием, мотивируя свои требования тем, что 06 апреля 2017 года Шарыповским районным судом вынесен обвинительный приговор, которым ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, последнему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на три года с отбыванием наказания в колониях общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортом, на срок три года. В результате преступления, совершенного ФИО2 24 августа 2016 года, пассажир автомобиля – ФИО3, являющаяся дочерью истца, 19 октября 2016 года, не приходя в сознание, от полученных травм скончалась. Гибелью дочери истцу ФИО1 и ее семье причинен моральный вред, нравственные и физические страдания. ФИО2 после ДТП не позвонил, не извинился, помощь не предложил, дочь в больнице не навестил, извинения дочери не принес, соболезнование по случаю ее смерти не выразил. Дочь, которую она воспитывала одна, была ее опорой и надеждой. Она полагала, что в старости дочь будет оказывать ей материальную помощь и поддержку. Из-за смерти дочери она длительно переживала, чувствует утрату родного, близкого человека, горе, беспомощность, одиночество. При таких обстоятельствах, ссылаясь на нормы материального права, истец ФИО1 просила взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1500000 рублей, возмещение вреда, причиненного вследствие потери кормильца, в размере прожиточного минимума 8642 рубля ежемесячно с изменением пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Красноярском крае.

В ходе досудебной подготовки по делу истец ФИО1 отказалась от исковых требований в части взыскания компенсации вреда, связанного с содержанием и понесенного в случае потери кормильца, в размере прожиточного минимума 8642 рубля ежемесячно с изменением пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Красноярском крае, в оставшейся части исковые требования поддержала.

Определением судьи от 25 июля 2017 года производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 в части требований о взыскании компенсации вреда, связанного с содержанием и понесенного в случае потери кормильца, в размере прожиточного минимума 8642 рубля ежемесячно с изменением пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в Красноярском крае, прекращено, в связи с отказом истца от исковых требований в указанной части и принятия отказа судом; продолжено рассмотрение гражданского дела по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления (л.д. 20).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования (с учетом принятого судом отказа истца от части исковых требований) поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнила, что гибелью дочери ей причинены нравственные страдания, для нее это невосполнимая потеря, при этом ответчик не извинился, не предпринял мер к возмещению ущерба, не раскаялся.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание своего представителя не направил, о дне, времени и месте рассмотрения дела ответчик был надлежащим образом извещен через администрацию <данные изъяты>, где он на тот момент содержался по приговорам Шарыповского районного суда от 06 апреля 2017 года и ДД.ММ.ГГГГ, представил суду заявление, согласно которому исковые требования не признает в связи с его осуждением на три года, просит рассмотреть исковое заявление в правильном виде (л.д. 14-16, 23-24, 25-26).

Ответчику ФИО2 неоднократно разъяснялось право вести свои дела в суде через представителя с надлежащим образом оформленными полномочиями, предусмотренное ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), что подтверждается направленными ответчику извещениями о времени и месте судебных заседаний (л.д. 11, 22), указанным правом ответчик ФИО2 не воспользовался.

При таких обстоятельствах суд в соответствии с ч. 4 ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Помощник прокурора Семенов А.В. в судебном заседании полагал, что исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в результате которого погибла ее дочь, являются законными и обоснованными, однако размер взыскиваемой компенсации полагал снизить и взыскать с ответчика 1000000 (Один миллион рублей).

Заслушав объяснения истца, заключение прокурора, исследовав представленные материалы гражданского дела, суд пришел к следующему.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

Конституцией Российской Федерации каждому гарантирована судебная защита его прав и свобод. Права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст.ст. 46, 52).

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской федерации (далее – ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании абзаца 2 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из правового смысла указанных норм права следует, что возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно ст. 392 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда обязательны для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Как следует из п. 4 ч. 1 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в котором разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1), поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1, судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). По смыслу статьи 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению (п.п. 19, 20 Постановления Пленума РФ от 26 января 2010 года №1).

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов гражданского дела, ФИО2, являющийся ответчиком по настоящему гражданскому делу, осужден Шарыповским районным судом 06 апреля 2017 года по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительных колониях общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортом, на срок 3 (три) года. Данным приговором установлено, что 24 августа 2016 года в результате преступных действий ФИО2, управлявшего технически неисправным автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, произошло ДТП, в результате которого пассажир автомобиля – ФИО3 19 октября 2016 года, не приходя в сознание, скончалась. Указанный приговор вступил в законную силу 11 мая 2017 года (л.д. 14-16).

Согласно заключению эксперта № от 18 ноября 2016 года смерть ФИО3 наступила 19 октября 2016 года вследствие полученной 24 августа 2016 года закрытой черепно-мозговой травмы – перелома основания черепа, ушиба головного мозга тяжелой степени. Полученная сочетанная тупая травма головы, грудной клетки, конечностей: закрытая черепно-мозговая травма – перелом основания черепа, ушиб головного мозга в правой теменной доле, оскольчатый перелом правой ключицы со смещением, перелом 9-10 ребер справа подмышечной линии, оскольчатый перелом правой большеберцовой кости в верхней трети со смещением могла быть причинена при нахождении в салоне легкового автомобиля на пассажирском сидении, с последующим его опрокидыванием и ударе правой половиной головы, грудной клетки, правой нижней конечности о выступающие части внутри салона. Каких-либо результатов лабораторных методов исследования, указывающих на содержание этилового спирта в крови ФИО3 на момент поступления в стационар 24 августа 2016 года в представленной медицинской карте не имеется (л.д. 28-30).

Из приговора Шарыповского районного суда от 06 апреля 2017 года по уголовному делу № следует, что владельцем источника повышенной опасности - автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на момент произошедшего ДТП, являлся ФИО2 – ответчик по делу.

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – погибшая пассажирка автомобиля «<данные изъяты>» (государственный регистрационный знак <данные изъяты>) – является дочерью истца ФИО1, что подтверждается представленным в материалы дела свидетельством о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18).

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При указанных выше обстоятельствах, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности, суд приходит к выводу, что требования истца ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления, со ФИО2 являются законными и обоснованными.

Как следует из протоколов судебных заседаний по уголовным делам № и №, по которым ФИО2 в настоящее время отбывает наказание в том числе и за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, о своей имущественной несостоятельности ФИО2 не заявлял, не было заявлено об этом ответчиком и при рассмотрении настоящего гражданского дела. При этом, как следует из протоколов судебных заседаний, ФИО2 является трудоспособным, до заключения его под стражу работал <данные изъяты> он состоит в фактических семейных отношениях, имеет малолетнего ребенка <данные изъяты> (л.д. 31-32, 36).

Суд учитывает также и состояние здоровья ответчика ФИО2, имеющего заболевание (<данные изъяты>), что подтверждается справкой <данные изъяты> (л.д. 35).

Таким образом, определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1, суд учитывает все обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, повлекшие за собой смерть ФИО3 (дочери истца), и как следствие нравственные страдания самой истицы (в том числе тот факт, что ФИО3 не была пристегнута ремнем безопасности, что содействовало увеличению вреда), объем, характер и степень причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, вызванных смертью ее дочери, индивидуальные особенности истца, являющейся не работающим пенсионером и потерявшей в своем возрасте дочь, степень и форму вины ФИО2, как владельца в момент ДТП источника повышенной опасности, нарушившего Правила дорожного движения РФ при управлении транспортом, материальное положение ответчика, являющегося при этом трудоспособным лицом, наличие у него малолетнего ребенка, состояние здоровья ответчика.

С учетом вышеизложенного суд, исходя из требований разумности и справедливости, считает, что сумма 1500000 рублей, заявленная истцом ФИО1 к взысканию в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением, является завышенной, и находит подлежащей взысканию компенсацию морального вреда, причиненного преступлением истцу ФИО1 ответчиком ФИО2 смертью дочери истца (ФИО3), в размере 350000 (Триста пятьдесят тысяч) рублей.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс РФ) истец ФИО1 была освобождена от уплаты государственной пошлины, поскольку требования были заявлены о возмещении морального вреда, причиненного преступлением.

Частью 1 статьи 103 ГПК РФ предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, учитывая, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворены (частично), принимая во внимание, что доказательства, подтверждающие наличие оснований для освобождения ответчика от уплаты государственной пошлины, суду не представлены, с ответчика ФИО2 подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального образования «Шарыповский район Красноярского края», размер которой в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ составляет 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 350000 (Триста пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать со ФИО2 в бюджет муниципального образования «Шарыповский район Красноярского края» государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей.

В удовлетворении оставшейся части иска ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Шарыповский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня, следующего за днем составления мотивированного решения, то есть с 08 сентября 2017 года.

Председательствующий: И.А. Корнев