Решение № 2-647/2020 2-647/2020~М-691/2020 М-691/2020 от 8 ноября 2020 г. по делу № 2-647/2020

Дело № 2-647/2020

УИД 70RS0002-01-2020-00904-57


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 ноября 2020 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Лысых Е.Н.,

при секретаре Локтаевой А.А.,

помощнике судьи Аникиной О.В., с участием:

помощника прокурора Ленинского района г. Томска Будариной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» (далее – ОГАУЗ «ТООД»), в котором просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований указала, что ее муж, ФИО1 <дата обезличена> года рождения, 29.08.2017 был госпитализирован в плановом порядке в ОГАУЗ «ТООД» с целью проведения оперативного лечения по удалению <данные изъяты>. 06.09.2017 врачом онкологом-хирургом ФИО2 было проведено хирургическое вмешательство и со слов последнего, операция прошла без осложнений, опухоль была удалена, а кроме того, в ходе операции был удален <данные изъяты>. 11.09.2017 ФИО1 был переведен из реанимационного отделения в профильное, где продолжил получать лечение. Однако с 18.09.2017 г. ФИО1 стали беспокоить боли, <данные изъяты>, а в дальнейшем, 22.09.2017 г., в месте <данные изъяты> ФИО1 почувствовал себя плохо, <данные изъяты>. 24.09.2017 г. ФИО1 вновь перевели в реанимационное отделение и 25.09.2017 г. было проведено еще одно хирургическое вмешательство, необходимость которого лечащий врач объяснил тем, что <данные изъяты>. Несмотря на проведенные мероприятия, <дата обезличена> ФИО1 умер.

Указывая на то, что ответчику ФИО1 была ненадлежащим образом, несвоевременно оказана медицинская помощь, что привело к ухудшению состояния лица, <данные изъяты> была выполнена с запозданием, действия ответчика повлекли для неё (истца) сильнейшие нравственные страдания и переживания вызванные смертью мужа.

В судебное заседание истец, её представитель ФИО5, действующий на основании доверенности, представитель ответчика ОГАУЗ «ТООД» ФИО6, действующая на основании доверенности, третьи лица, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела были уведомлены должным образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении дела не просили.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав письменные доказательства, учитывая заключение помощника прокурора Ленинского района г. Томска Будариной А.В., полагавшей исковые требования ФИО4 подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно п. п. 3, 4, 7 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинской помощью является комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий

Согласно статье 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

В силу частей 1 и 2 статьи 19 указанного Закона каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно части 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием, состоянием и (или) медицинским вмешательством, методами и лекарственными препаратами, в том числе наркотическими лекарственными препаратами и психотропными лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

Часть 1 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусматривает, что медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

На основании пункта 2 статьи 79 указанного выше нормативного акта медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный недостатками оказанной услуги, либо вследствие недостаточной или недостоверной информации об услуге, подлежит возмещению исполнителем независимо от его вины, при этом в силу ст. 1098 этого же Кодекса исполнитель может быть освобожден от ответственности, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо по вине самого потребителя. При этом под недостатками оказанной услуги понимаются конструктивные, рецептурные или иные подобные недостатки, связанные как с самим содержанием услуги, так и с фактическим ее оказанием.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается свидетельством о заключении брака <номер обезличен>, истец приходилась женой ФИО1 <дата обезличена> г.р.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Ленинского районного суда г. Томска от 20.08.2019 г., вступившим в законную силу 17.01.2020 г., установлено, что ФИО1 <дата обезличена> поступил в онкологическое отделение ОГАУЗ «ТООД» с диагнозом: <данные изъяты>, <дата обезличена> ему проведена операция - <данные изъяты>

После оперативного вмешательства ФИО1, в состоянии средней тяжести, в постнаркозной депрессии, был доставлен в палату реанимации и интенсивной терапии отделения анестезиологии и реанимации, откуда 11.09.2017 г. был переведен в профильное, онкологическое отделение, однако 24.09.2017 г. ФИО1, с явлениями <данные изъяты>, был вновь помещен в палату реанимации и интенсивной терапии отделения анестезиологии и реанимации.

25 сентября 2017 года ФИО1 было проведено экстренное оперативное вмешательство - <данные изъяты> Послеоперационный диагноз был установлен, как: <данные изъяты>

<дата обезличена> была констатирована смерть ФИО1, что подтверждается имеющимся в материалах дела свидетельством о смерти <номер обезличен>

<дата обезличена> было проведено патолого-анатомическое вскрытие, что подтверждается протоколом № 302 от соответствующей даты, из данного протокола следует, что у <данные изъяты>

Экспертом качества медицинской помощи, кандидатом медицинских наук, доцентом кафедры онкологии ФИО3, по поручению Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области, была проведена экспертиза качества медицинской помощи, о чем 05.04.2018 г. составлен акт № 20-С-18. Согласно заключению эксперта, несмотря на довольно показательные симптомы, имеющиеся у больного: <данные изъяты> выполнена только 25.09.2017, при которой выявлена <данные изъяты>. Следовательно, <данные изъяты> выполнена с запозданием. Разноречивы записи реаниматологов и хирургов оценке наличия <данные изъяты> Последствия – <данные изъяты>. При лечении больного в послеоперационном периоде врачи заняли выжидательную тактику, не оказав своевременной помощи при развитии серьезных осложнений. Выявленные дефекты медицинской помощи / нарушения при оказании медицинской помощи: недообледование больного: не изучены показатели АФП, РЭА, СА-19.9. Не исследована <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта № П 173-05/19 выполненного 30.05.2019 г. ООО «Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации», при оказании ФИО1 медицинской помощи в ОГАУЗ «ТООД» в период с 29.08.2017 г. по 02.10.2017 г. были допущены нарушения виде невыполнения ненадлежащего выполнения диагностических мероприятий, несвоевременного хирургического лечения (позднее проведение <данные изъяты>):

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Игнорирование объективных признаков механической не состоятельности <данные изъяты>, развивающееся <данные изъяты>, привели к ухудшению состоянию здоровья и в дальнейшем, к смерти ФИО1, которая наступила в результате <данные изъяты>, возникновению в связи с этим <данные изъяты>, а далее – <данные изъяты>, от которого ФИО1 скончался.

При этом, лечение основного заболевания – <данные изъяты> у ФИО1 было правильным, однако поздняя диагностика <данные изъяты> неблагоприятно повлияла на исход заболевания. Смерть ФИО1 в рамках оказания по данному случаю была условно предотвратима – необходимо было провести повторную <данные изъяты> с установкой <данные изъяты> для проведения <данные изъяты>; возможного укрепления швов на <данные изъяты> при диагностированной повторной несостоятельности швов <данные изъяты> от 29.09.2017 г. Возникновение <данные изъяты> вызвано развитием <данные изъяты>

Действия (бездействия) ОГАУЗ «ТООД» по оказанию медицинской помощи ФИО7 в период с 29.08.2017 г. по 02.10.2017 г. находятся в причинно-следственной связи со смертью последнего, так как согласно пункта 25 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24.04.2008 «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», выявленные дефекты оказания медицинской помощи привели к ухудшению состоянию здоровья ФИО1 и рассматриваются как причинение вреда здоровью.

Положения ч. 2 ст. 13, ч. 2 ст. 61, ч. 2 ст. 209 ГПК РФ, с учетом разъяснений п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.

Стороны являлись участниками данного судопроизводства, соответственно, в силу указанных норм процессуального права обстоятельства, установленные данным судебным актом, являются для указанных лиц обязательными, не подлежат доказыванию вновь и не могут оспариваться при рассмотрении другого гражданского дела с их участием, следовательно, и для сторон в рамках настоящего спора имеют преюдициальное значение.

Истцом заявлено требование о взыскании денежной компенсации морального вреда, вызванного смертью близкого ей человека.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим человеку от рождения.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В данном случае истец в обоснование своих исковых требований указывает на конкретные фактические обстоятельства перенесенных ею нравственных страданий в связи с утратой ее мужа.

Как указала в представленных письменных пояснениях истец, с ФИО1 она состояла в зарегистрированном браке <дата обезличена> г., прожив с нм совместно более <данные изъяты> лет. В период совместного проживания и ведя совместное хозяйство, все работы по дому велись ФИО1 после смерти которого, они легли на нее.

Судом установлено, что имели место дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 и действия (бездействия) ОГАУЗ «ТООД» по оказанию медицинской помощи ФИО1 в период с 29.08.2017 г. по 02.10.2017 г. находятся в причинно-следственной связи со смертью последнего. Доказательств обратного стороной ответчика в нарушении положения ст. 56 ГПК РФ представлено не было.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, суд приходит к выводу, что действиями ответчика ОГБУЗ «ТООД» истцу, приходящейся супругой умершему ФИО1, причинен моральный вред в виде нравственных страданий, обусловленных потерей близкого человека. Соответственно требования истца о компенсации морального вреда, вызванного потерей супруга - ФИО1, заявленные к ОГАУЗ «ТООД», являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. При этом разрешая вопрос о размере компенсации, суд приходит к следующему.

Моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10).

В соответствии с частью 2 статьи 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из установленных обстоятельств и учитывая характер физических и нравственных страданий, полученных истцами в результате смерти матери вследствие ненадлежащего оказания медицинской организацией медицинской помощи; учитывая, что гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, обстоятельства причинения вреда, индивидуальные особенности здоровья умершего ФИО1, а также исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 800 000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Исходя из указанных норм права, существа спора, результатов его рассмотрения, с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Томск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 800000 (Восемьсот тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» в доход бюджета муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей.

Решение может быть обжаловано и опротестовано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.Н. Лысых