Апелляционное определение № 33-858/2026 от 9 марта 2026 г.

Судья Петрова С.А.

№ 33-858/2026

10RS0010-01-2025-000762-87

№ 2-545/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 марта 2026 года

г. Петрозаводск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Никитиной А.В.,

судей Величко С.А., Евтушенко Д.А.

при секретаре Чучупаловой Е.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика на решение Олонецкого районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ по иску прокурора Олонецкого района Республики Карелия, действующего в интересах Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия, к ФИО1 о признании отсутствующим права собственности на земельный участок, признании недействительными кадастровых работ.

Заслушав доклад судьи Величко С.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Олонецкого района Республики Карелия, действуя в интересах неопределенного круга лиц и интересах Российской Федерации, обратился в суд с иском к ФИО1 по тем основаниям, что прокуратурой района при осуществлении надзора за исполнением земельного законодательства выявлен факт нарушения закона при формировании земельного участка с кадастровым номером №, находящегося в собственности ФИО1 Проведенным анализом установлено, что земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1465 кв.м, поставлен на кадастровый учет ХХ.ХХ.ХХ, его границы определены в соответствии с земельным законодательством, участок отнесен к землям населенных пунктов, имеет вид разрешенного использования для ИЖС, расположен в (.....). Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости (далее также – ЕГРН) данный земельный участок принадлежит на праве собственности ФИО1 По информации, предоставленной ППК «Роскадастр», указанный земельный участок частично расположен в пределах береговой полосы реки Видлица, ширина которой составляет 20 м, кратчайшее расстояние до границ береговой линии реки Видлица от границ земельного участка ответчика составляет 14,6 кв.м. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец, уточнив исковые требования, просил признать отсутствующим право собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером №, в его части площадью 93,2 кв.м, находящейся в пределах береговой полосы реки Видлица, в следующих координатах: №; аннулировать и исключить из ЕГРН сведения о части земельного участка с кадастровым номером №, и о правах на него в указанных выше координатах.

Определением суда от ХХ.ХХ.ХХ принят отказ прокурора Олонецкого района Республики Карелия от иска в части признания недействительными результатов кадастровых работ.

Судом к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МТУ Росимущества в Мурманской области и Республике Карелия, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Карелия, Федеральное агентство водных ресурсов, Невско-Ладожское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов, Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия, администрация Видлицкого сельского поселения, ООО «Альтаир», кадастровый инженер ФИО2

Решением Олонецкого районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ исковые требования удовлетворены частично. Признано отсутствующим право собственности ФИО1 на часть земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: (.....), в части территории в координатах, имеющих следующие значения:

Контур 93,2 кв.м

№
X

Y
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
Установлено местоположение земельного участка с кадастровым номером №, по характерным точкам, имеющим следующие значения:

Координаты, м

№
X

Y
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

В удовлетворении иска в части признания недействительными результатов межевания и кадастровых работ отказано.

С решением суда не согласен ответчик, в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что спорный земельный участок ответчика был образован из земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №. Земельный участок с кадастровым номером № принадлежит ответчику на основании свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей № от ХХ.ХХ.ХХ. Земельный участок с кадастровым номером № был образован из земельного участка с кадастровым номером №, находившегося в собственности ФИО3 на основании Свидетельства о праве собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей № от ХХ.ХХ.ХХ. О владении ФИО3 земельным участком, расположенным в пределах береговой полосы водного объекта, было известно органам государственной власти, в том числе Невско-Ладожскому бассейновому водному управлению, выдавшему ему заключение об установлении режима хозяйственной деятельности, позволявшее использовать данный земельный участок по назначению. Кроме того полагает, что поскольку право собственности на земельный участок возникло до принятия Водного кодекса Российской Федерации и Земельного кодекса Российской Федерации, при определении законности возникновения права собственности ответчика на земельный участок, расположенный в границах береговой полосы водного объекта, необходимо применять нормы права, действовавшие в указанный период. При этом обжалуемый судебный акт не содержит ссылок на нормы, которые были нарушены ответчиком или предыдущим собственником в период возникновения права собственности на земельные участки (до 2001 г.).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО1 и его представитель – адвокат Рагозин И.Ю., действующий на основании ордера, поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Дополнительно указали на то, что основанием для отказа в удовлетворении иска являлся также пропуск истцом срока исковой давности, о применении последствий которого ответчиком было заявлено в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции.

Прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Республики Карелия Барышнева Н.В. полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным, апелляционную жалобу ответчика подлежащей оставлению без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения явившихся лиц, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Провозглашая в преамбуле цель обеспечить благополучие нынешнего и будущих поколений, Конституция Российской Федерации закрепляет взаимообусловленные право каждого на благоприятную окружающую среду (статья 42) и обязанность сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам (статья 58), предопределяя один из основных принципов правового регулирования отношений в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности - принцип приоритета публичных (общественных) интересов (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2009 № 8-П и от 29.09.2021 № 42-П). Правовые основы государственной политики в этой сфере должны определяться так, чтобы через реализацию указанной конституционной обязанности, имеющей всеобщий характер, при решении социально-экономических задач обеспечивался баланс интересов субъектов хозяйственной и иной деятельности, связанной с воздействием на окружающую среду, и интересов человека и общества в целом и гарантировались соблюдение и защита экологических прав граждан (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2009 № 8-П, от 05.03.2013 № 5-П и др.).

Как предусмотрено абз.3 ст.12 Гражданского кодекса РФ, защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с подп.4 п.2 ст.60 Земельного кодекса РФ одним из способов защиты нарушенного права на земельный участок является восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

Согласно ст.6 Водного кодекса РФ полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров. Ширина береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров, составляет пять метров (ч.6). Каждый гражданин вправе пользоваться (без использования механических транспортных средств) береговой полосой водных объектов общего пользования для передвижения и пребывания около них, в том числе для осуществления любительского рыболовства и причаливания плавучих средств (ч.8).

В соответствии с п.3 ст.129 Гражданского кодекса РФ земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах.

В силу положений п.12 ст.85 Земельного кодекса РФ земельные участки, занятые водными объектами, являются земельными участками общего пользования.

Согласно ч.1 ст.8 Водного кодекса РФ водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных ч. 2 ст. 8 указанного кодекса.

Из положений ст.ст.15, 27 Земельного кодекса РФ следует, что земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, могут быть предоставлены в собственность граждан и юридическим лицам, за исключением земельных участков, которые в соответствии с данным кодексом, федеральными законами не могут находиться в частной собственности.

Ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки, в пределах которых находятся водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности.

Запрещается приватизация земельных участков в пределах береговой полосы, установленной в соответствии с Водным кодексом Российской Федерации. Прямой запрет на приватизацию земельных участков в пределах береговой полосы также установлен статьей 28 Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества».

Запрет на образование и передачу в частную собственность земельных участков в границах водных объектов общего пользования и их береговой полосы действовал и до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации от 25.10.2001 №136-ФЗ и Водного кодекса Российской Федерации от 03.06.2006 №74-ФЗ.

Таким образом, приведенными выше положениями закона установлен запрет образования и передачи в собственность земельных участков на землях водного фонда, занятых водными объектами общего пользования, и в береговой полосе данных объектов, которые в силу закона являются государственной (федеральной) собственностью.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП. В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в Едином государственном реестре недвижимости содержатся сведения о земельном участке с кадастровым номером №, площадью 1465+/-13 кв.м, земельный участок отнесен к категории «земли населенных пунктов», имеет вид разрешенного использования «для индивидуального жилищного строительства; территориальная зона – Ж-1; зона застройки индивидуальными жилыми домами», местоположение: (.....). Участок поставлен на кадастровый учет ХХ.ХХ.ХХ. Право собственности на земельный участок принадлежит ФИО1 (государственная регистрация права осуществлена ХХ.ХХ.ХХ).

Земельный участок полностью расположен в границах зоны с реестровым номером №, ограничение использования земельного участка в пределах зоны, ограничения в соответствии с ч. 15 ст. 65 Водного кодекса РФ.

По сведениям ЕГРН земельный участок с кадастровым номером № образован из земельных участков с кадастровыми номерами № (площадью 900 кв.м), и № (площадью 565 кв.м), последний в свою очередь образован из земельного участка с кадастровым номером № (единое землепользование, площадью 1700 кв.м).

Материалами реестровых дел в отношении земельного участка с кадастровым номером №, а также исходных по отношению к спорному земельных участков с кадастровыми номерами № подтверждается, что земельный участок с кадастровым номером №, площадью 900 кв.м (категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: блокированная жилая застройка, территориальная зона – Ж1, зона застройки индивидуальными жилыми домами), принадлежал на праве собственности ответчику на основании постановления Видлицкой сельской администрации от ХХ.ХХ.ХХ № о предоставлении ФИО1 в собственность земельного участка, площадью 0,10 га, для ведения ЛПХ, а также свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей от ХХ.ХХ.ХХ №.

Земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1700 кв м. (категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: блокированная жилая застройка, территориальная зона – Ж1, зона застройки индивидуальными жилыми домами), изначально был предоставлен на праве собственности ФИО3 на основании постановления Видлицкого сельского Совета народных депутатов от ХХ.ХХ.ХХ № и свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей от ХХ.ХХ.ХХ №, государственная регистрация права собственности ФИО3 на земельный участок осуществлена ХХ.ХХ.ХХ.

На основании договора купли-продажи от ХХ.ХХ.ХХ право собственности на земельный участок с кадастровым номером № с расположенным на нем жилым домом с кадастровым номером № перешло к ФИО1

Вступившим в законную силу решением Олонецкого районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ по гражданскому делу № по иску ФИО4 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов и по встречному иску ФИО1 к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества супругов земельный участок с кадастровым номером № передан в собственность ФИО1

На основании межевого плана от ХХ.ХХ.ХХ, составленного по результатам проведения кадастровым инженером ФИО2 (ООО «Альтаир») по заказу ФИО1 кадастровых работ, земельный участок с кадастровым номером № был разделен на два земельных участка: с кадастровым номером №, площадью 1135 кв.м, в границах которого расположен жилой дом с кадастровым номером №, и с кадастровым номером №, площадью 565 кв.м. Образованные земельные участки поставлены на государственный кадастровый учет ХХ.ХХ.ХХ, право собственности на данные участки было зарегистрировано за ФИО1

ХХ.ХХ.ХХ кадастровым инженером ФИО2 (ООО «Альтаир») по заказу ФИО1 подготовлен межевой план земельного участка в связи с образованием одного земельного участка путем объединения земельных участков с кадастровыми номерами №. По результатам выполнения указанных кадастровых работ был образован спорный земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1465 кв.м. Государственный кадастровый учет данного земельного участка осуществлен ХХ.ХХ.ХХ.

Обращаясь в суд с данным иском, прокурор, действуя в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации, ссылался на то, что земельный участок с кадастровым номером № образован с нарушением требований действовавшего земельного и водного законодательства, поскольку имеет наложение на береговую полосу водного объекта общего пользования – реки Видлица.

Согласно сведениям ППК «Роскадастр» от ХХ.ХХ.ХХ в ЕГРН в районе земельного участка с кадастровым номером № содержатся сведения о береговой линии, границе водного объекта реки Видлица с реестровым номером 10:00-5.39, границах водоохраной зоны и прибрежной полосы реки Видлица с реестровыми номерами №, и №. При этом часть земельного участка с кадастровым номером № площадью 93,2 кв.м расположена в 20-ти метровой зоне от границы указанного водного объекта, приведены координаты характерных точек указанной части спорного земельного участка: № (л.д. 12-13).

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами материального права, установив факт частичного расположения спорного земельного участка ответчика в пределах двадцатиметровой береговой полосы водного объекта общего пользования (река Видлица), признал правомерными доводы истца о нарушении прав Российской Федерации и неопределенного круга лиц на неограниченный доступ к водному объекту передачей в частную собственность его береговой полосы и пришел к выводу о наличии оснований для признания отсутствующим права ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером № в части территории его наложения на береговую полосу реки Видлица по характерным точкам, изложенным в резолютивной части решения.

Кроме того, в целях обеспечения исполнимости судебного акта, которым признано отсутствующим право собственности ФИО1 на часть спорного земельного участка суд, основываясь на дополнительно представленных ППК «Роскадастр» сведениях (л.д. 188), установил площадь (1371,2 кв.м) и границы земельного участка с кадастровым номером № в его части, расположенной за пределами 20-метровой береговой полосы водного объекта, по характерным точкам, изложенным в резолютивной части решения.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах, оценка которых произведена по правилам статьи 67 ГПК РФ. Оснований для иной оценки представленных доказательств у судебной коллегии не имеется.

По настоящему спору материально-правовым истцом выступает публично-правовое образование – Российская Федерация, его интересы в судебном процессе в силу положений п. 1 ст. 125 Гражданского кодекса РФ представляло Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Мурманской области и Республике Карелия (п. 4 Положения о МТУ Росимущества в Мурманской области и Республике Карелия, утвержденного приказом Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 23.06.2023 № 131) и Федеральное агентство водных ресурсов (п. 5.1.5 Положения о Федеральном агентстве водных ресурсов, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.06.2004 № 282).

Кроме того судебной коллегией отмечается следующее.

Нормами ст. 1 Водного кодекса РФ определено понятие водного объекта, как природного или искусственного водоема, водотока либо того объекта, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 5 Водного кодекса РФ к поверхностным водным объектам относятся, в том числе озера.

В силу ч. ч. 1 - 3 ст. 6 Водного кодекса РФ поверхностные водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, являются водными объектами общего пользования, то есть общедоступными водными объектами, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Каждый гражданин вправе иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для личных и бытовых нужд, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другими федеральными законами.

Использование водных объектов общего пользования осуществляется в соответствии с правилами охраны жизни людей на водных объектах, утверждаемыми в порядке, определяемом уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, а также исходя из устанавливаемых органами местного самоуправления правил использования водных объектов для личных и бытовых нужд.

В силу ч. 1 ст. 65 Водного кодекса РФ водоохранными зонами являются территории, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) морей, рек, ручьев, каналов, озер, водохранилищ и на которых устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

Таким образом, установление водоохранной зоны береговой полосы и ограничение на предоставление относящихся к ней земель в частную собственность и осуществление там хозяйственной деятельности связано, прежде всего, с необходимостью защиты и сохранения окружающей среды, то есть осуществления личных неимущественных прав неопределенного круга лиц, в том числе права на благоприятную окружающую среду, гарантированного ст. 42 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Исходя из изложенного, обращение прокурора с иском в интересах, в том числе неопределенного круга лиц, является надлежащим способом защиты прав.

Факт нахождения спорного земельного участка (частично) в пределах акватории и береговой полосы водного объекта общего пользования (река Видлица) подтвержден надлежащими и достаточными доказательствами, ответчиком согласно его пояснениям, данным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не оспаривается. Ответчик также не оспаривал корректность сведений, предоставленных ППК «Роскадастр» о площади и координатах характерных точек границ частей спорного участка, расположенных как в пределах береговой полосы водного объекта, так и за ее пределами. Ходатайства о назначении судебной землеустроительной экспертизы ответчиком заявлено не было несмотря на то, что такое право ответчику было разъяснено, в том числе в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Удовлетворяя по существу исковые требования прокурора, суд первой инстанции правомерно исходил из установленного законодательством запрета образования и передачи в собственность земельных участков в границах акватории и береговой полосы водных объектов общего пользования, которые в силу закона являются федеральной собственностью, в связи с чем пришел к выводу, что право собственности ФИО1 на часть земельного участка с кадастровым номером №, площадью 93,2 кв.м, расположенную в пределах береговой полосы реки Видлица, ограниченную в обороте, нарушает права правообладателя (Российской Федерации) и создает предпосылки нарушения прав неопределенного круга лиц на беспрепятственный доступ к водному объекту общего пользования и его береговой полосе.

Установив, что с учетом действующих Правил землепользования и застройки территории Видлицкого сельского поселения спорный земельный участок в той его части, которая находится за пределами береговой полосы водного объекта, площадью 1371,2 кв.м, может быть использован по его целевому назначению, суд, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения иска о признании отсутствующим права ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером № в части территории совокупной площадью 93,2 кв.м, расположенной в границах акватории и береговой полосы реки Видлица (согласно сведениям ППК «Роскадастр»).

Оснований для признания отсутствующим право собственности ФИО1 на спорный земельный участок в целом, а не на его часть, и для исключения из ЕГРН сведений о спорном земельном участке в целом, а не о его части, судом первой инстанции правомерно не усмотрено.

При этом суд пришел к выводу, что решение суда о признании отсутствующим права собственности ответчика на земельный участок в указанной части будет являться основанием для исключения из ЕГРН сведений о спорном земельном участке в части территории его наложения на береговую полосу водного объекта. Требования прокурора в данной части признаны избыточными, вследствие чего оставлены судом без удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что на момент предоставления исходных по отношению к спорному земельных участков с кадастровыми номерами с кадастровыми номерами № в собственность, соответственно, ФИО1 и ФИО3 (1993 год), запрет на предоставление в собственность береговой полосы водного объекта установлен не был, судебной коллегией отклоняются, поскольку запрет на образование и передачу в частную собственность земельных участков в границах водных объектов общего пользования и их береговой полосы действовал и до введения в действие Земельного кодекса РФ от 25.10.2001 № 136-ФЗ и Водного кодекса РФ от 03.06.2006 № 74-ФЗ.

В силу ст. ст. 3, 4 Водного кодекса РСФСР, утвержденного ВС РСФСР 30.06.1972, реки, озера, водохранилища, другие поверхностные водоемы и водные источники, воды каналов, прудов и др. составляют Единый государственный водный фонд. В соответствии с Конституцией СССР и Конституцией РСФСР воды являются государственной собственностью - общим достоянием всего советского народа.

Воды состоят в исключительной собственности государства и предоставляются только в пользование. Действия, в прямой или скрытой форме нарушающие право государственной собственности на воды, запрещаются.

Согласно ст. 17 Водного кодекса РСФСР (1972) к прибрежным полосам (зонам) водоемов относятся первый и второй пояса зоны санитарной охраны источников водоснабжения, береговые полосы внутренних водных путей, полосы отвода магистральных и межхозяйственных каналов, а также другие полосы (зоны), предусмотренные законодательством.

Аналогичные положения закреплялись в ст. ст. 3, 4 Основ водного законодательства СССР.

Одновременно с Водным кодексом РСФСР и Основами водного законодательства СССР действовали Земельные кодексы РСФСР (1922, 1970, 1991), устанавливающие исключительную собственность государства на землю и отнесение набережных и бечевника к землям общего пользования.

В соответствии с положениями ст. 95 Земельного кодекса РСФСР, утвержденного ВС РСФСР от 25.04.1991 № 1103-1, земли, занятые водоемами, а также земли, выделенные под полосы отвода (по берегам) водоемов отнесены к землям водного фонда.

Статья 33 Водного кодекса РФ (1995 г.) предусматривала, что водные объекты находятся в собственности Российской Федерации.

Согласно ст. 7 Водного кодекса РФ (1995 г.) поверхностные воды и земли, покрытые ими и сопряженные с ними (дно и берега водного объекта), рассматриваются как единый водный объект.

Статьей 20 Водного кодекса РФ (1995 г.) установлено, что полоса суши вдоль берегов водных объектов общего пользования (бечевник) предназначается для общего пользования. Каждый вправе (без использования транспорта) пользоваться бечевником для передвижения и пребывания у водного объекта общего пользования, в том числе рыболовства и причаливания плавательных средств. Ширина бечевника не может превышать 20 метров.

Таким образом, вопреки доводам подателя жалобы, приведенными выше положениями закона устанавливался запрет образования и передачи в собственность земельных участков на землях водного фонда, занятых водными объектами общего пользования, и в береговой полосе данных объектов, которые в силу закона являются федеральной собственностью.

Доводы подателя жалобы о пропуске истцом срока исковой давности, о применении последствий истечения которого заявлено ответчиком, судебной коллегией также отклоняются.

В силу ст. 208 Гражданского кодекса РФ исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 3-П, ст. 208 Гражданского кодекса РФ, определяющая требования, на которые исковая давность не распространяется, относит к таковым требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения, отсылая при этом к ст. 304 Гражданского кодекса РФ. В судебной практике иск о признании зарегистрированного права отсутствующим рассматривается на основании последней. Это обусловливает не только неприменение к нему срока исковой давности, но и отсутствие, в отличие от виндикационного иска, учета каких-либо обстоятельств фактического или юридического характера при принятии решения о его удовлетворении в случае установления соответствующего нарушения.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что важной предпосылкой такого подхода является то, что реализация права публичной собственности на земельные участки имеет значительную специфику, состоящую, в частности, в том, что владение публично-правового образования зачастую – с учетом характера земель, находящихся в публичной собственности, и самого объема находящегося в собственности публично-правового образования земельного ресурса, одновременное фактическое господство над которым установить затруднительно, - не может повсеместно выражаться в тех же формах, в которых осуществляется владение частного лица. Во многом это обстоятельство позволяет рассматривать иск о признании зарегистрированного права отсутствующим, поданный в защиту интересов публично-правового образования, как не обусловленный лишением истца владения, т.е. подпадающий под действие ст. 304 Гражданского кодекса РФ.

Применительно к настоящему спору, согласно письменным материалам дела (л.д. 196-199), а также пояснениям самого ответчика, данным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, земельный участок с кадастровым номером 10:14:0020201:187, в том числе в части его наложения на береговую полосу реки Видлица, фактически ФИО1 не используется, следов освоения не содержит, участок зарос травой, кустарником и мелкоствольными деревьями, ограждение участка, в том числе в пределах береговой полосы водного объекта, отсутствует.

Изложенное позволяет сделать вывод об отсутствии реализуемого ответчиком фактического господства над спорной территорией (территорией наложения на береговую полосу), которое бы выражалось в ее освоении, в ограничении доступа к ней других лиц и подобных действиях, что с учетом вышеприведенной позиции Конституционного Суда Российской Федерации позволяет применить в данном деле положения ст.ст. 304, 208 Гражданского кодекса РФ.

Кроме того судебной коллегией отмечается, что иск заявлен также в защиту интересов неопределенного круга лиц, учитывая, что нахождение в частной собственности части береговой полосы водного объекта общего пользования, предназначенной для передвижения граждан около водного объекта общего пользования, использование береговой полосы водного объекта для личных и бытовых нужд со стороны собственника, в данном случае собственника ФИО1, влечет за собой нарушение законных прав, свобод и интересов неопределенного круга лиц на равный доступ к природным ресурсам, что также обуславливает применение к спорным правоотношениям ст.ст. 304, 208 Гражданского кодекса РФ.

Доводы ответчика со ссылкой на добросовестность своего поведения, а равно поведения правопредшественника (ФИО3) в отношении спорного земельного участка (исходных по отношению к спорному участков), полагавшихся на то обстоятельство, что уполномоченными федеральными государственными учреждениями не выявлено нарушений при постановке спорного земельного участка на кадастровый учет, при выдаче заключения об установлении режима хозяйственной деятельности, на наличие оснований к отказу в удовлетворении иска не указывают.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 6 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 3-П, добросовестность участников гражданских правоотношений оценивается судом с учетом обстоятельств конкретного дела. Особенности конкретного объекта гражданских прав также могут налагать дополнительные требования к разумности и осмотрительности поведения лица. Так, при нахождении земельного участка в местности, о расположении на которой особо охраняемой природной территории федерального значения было известно или должно было быть известно гражданину или которая имеет явные признаки наличия на ней леса, содержание требований разумности и осмотрительности (добросовестности) предполагает, что гражданин должен уделить повышенное внимание подтверждению законности предоставления и использования соответствующего участка. Следовательно, одно лишь то обстоятельство, что гражданин, например, полагался на сведения ЕГРН, в совокупности с иными фактическими обстоятельствами при наличии таких особенностей участка может и не свидетельствовать о его должной разумности и осмотрительности.

Применительно к настоящему спору нахождение части спорного земельного участка в пределах двадцатиметровой береговой полосы водного объекта общего пользования (река Видлица) с очевидностью должно было быть известно ответчику.

Иные доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене обжалуемого решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, тогда как основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Вопрос о распределении судебных расходов разрешен судом по правилам главы 7 ГПК РФ.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия считает, что решение суда является правильным, оснований для его отмены или изменения применительно к положениям ст. 330 ГПК РФ по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, по данному делу судебная коллегия также не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Олонецкого районного суда Республики Карелия от 25 ноября 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

дата изготовления мотивированного

апелляционного определения: 18 марта 2026 года