Приговор № 1-135/2018 от 17 мая 2018 г. по делу № 1-135/2018

Дело № 1-135/2018 копия


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

17 мая 2018 года г. Пермь

Пермский районный суд Пермского края под председательством судьи Бабаниной О.М.,

при секретаре судебного заседания Шиховой Н.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Пермского района Пермского края Раева Ю.А.

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката Мамошина А.С.,

потерпевших ФИО33

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке в помещении Пермского районного суда Пермского края уголовное дело в отношении:

ФИО1 ФИО16

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

15 апреля 2017 около 03.30 ФИО1 управляя технически исправным автомобилем ФИО17, двигался по автодороге Пермь - Екатеринбург - Нестюково на территории Пермского района Пермского края со стороны д. Нестюково в направлении с. Лобаново Пермского района Пермского края. В это время навстречу движению транспортных средств по левому краю проезжей части и левой обочине указанной автодороги со стороны с. Лобаново в направлении д. Нестюково Пермского района Пермского края шли пешеходы ФИО2 и ФИО3

ФИО1, двигаясь в указанном направлении движения по участку 1-2 км автодороги Пермь-Екатеринбург – Нестюково на территории Пермского района Пермского края, проявляя преступное легкомыслие и осознавая, что нарушает требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, предписывающего, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, скорость должна обеспечить водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, не учитывая дорожные и метеорологические условия, мокрый асфальт проезжей части и темное время суток с осадками в виде дождя, выбрал скорость не менее 70 км/час, не обеспечивающую безопасность движения управляемого им автомобиля ФИО18, что не давало ему возможность осуществлять постоянный контроль за изменением дорожной обстановки и за безопасностью дорожного движения. При этом ФИО1 в нарушение требований п. 9.9 Правил дорожного движения РФ, запрещающего движение транспортных средств по обочинам и п.9.10 Правил дорожного движения РФ, обязывающего водителя соблюдать необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, потеряв контроль за движением своего транспортного средства относительно границ проезжей части, выехал на правый край проезжей части и правую обочину по ходу своего движения, где обнаружив опасность в виде двигающихся ему навстречу двух пешеходов, не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего по неосторожности допустил наезд передней правой частью управляемого им автомобиля ФИО20 на пешеходов ФИО2 и ФИО3, двигавшихся во встречном направлении по правому краю проезжей части и правой обочине относительно направления движения автомобиля ФИО19

В результате дорожно-транспортного происшествия и допущенных ФИО1 нарушений требований п.9.9, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения РФ:

- пешеходу ФИО2 были причинены: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга; закрытая травма груди в виде двустороннего гемоторакса; закрытая травма живота в виде ушиба передней брюшной стенки разрыва верхнего полюса селезенки, гематомы забрюшинного пространства, разрыва правой почки, ушиба мочевого пузыря, гемоперитонеума; закрытый перелом правой бедренной кости со смещением, открытый перелом костей правой голени со смещением, закрытый перелом обеих костей левой голени со смещением; перелом лонной кости слева; переломы десятого грудного позвонка, первого поясничного позвонка, гематома спины; травматический шок 2-3 ст. Данные повреждения расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- пешеходу ФИО3 была причинена смерть, которая наступила на месте дорожно-транспортного происшествия в результате тупой сочетанной травмы тела в виде многооскольчатых переломов костей свода и основания черепа лицевых костей с разрывами оболочек головного мозга и разрушением его вещества, перелома тела 6 шейного позвонка с разрывом связок позвоночного столба на уровне перелома, переломов 2-10 ребер справа по средней ключичной линии, перелома тела 12 грудного позвонка с разрывом связок позвоночного столба, оболочек и вещества спинного мозга на уровне перелома, множественных разрывов правой доли печени и висцеральной поверхности, отрыва левой почки от сосудистой ножки, кровоизлияния в паранефральной клетчатке слева, вывиха правого лучезапястного сустава открытых переломов диафизов бедренных костей с обеих сторон, множественных ушибленных ран и ссадин на теле, что подтверждается гистоморфологическими признаками, обнаруженными при исследовании ее трупа. Тупая сочетанная травма тела, обнаруженная у пострадавшей, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Тем самым ФИО1 нарушил требования п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, предписывающего, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

При этом ФИО1 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий и располагал возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие при соблюдении требований Правил дорожного движения РФ, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий.

Допущенные ФИО1 нарушения требований п.п. 1.5,9.9,9.10 и 10.1 Правил дорожного движения РФ находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью ФИО2 и смерти ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия.

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал, суду пояснил, что в ночь с 14 на 15 апреля 2017 на участке автодороги Пермь – Екатеринбург - Нестюково он управлял, принадлежащим ему на праве собственности и технически исправным автомобилем. В автомобиле кроме него находились его друзья, он двигался со скоростью 70 км/час, видимость в направлении движения была плохая. Моросил дождь, освещение на дороге отсутствовало, двигался с включенным ближним светом фар. Разметка на дороге отсутствовала, обочина была грязная. Двигался посередине проезжей части. Видимость в направлении движения была примерно около 50-60 м. Примерно за 2 секунды до столкновения увидел на проезжей части двух пешеходов, которые двигались ближе к краю проезжей части, навстречу его автомобилю. Он не успел среагировать, после чего произошел удар. Далее его автомашину развернуло, он остановился на обочине, а затем убежал с места дорожно-транспортного происшествия. На следующий день самостоятельно явился в органы полиции. Участок дороги, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие прямой.

Из оглашенных в связи с противоречиями показаний ФИО1 (т. 1 л.д. 173-178) следует, что перед столкновением обнаружив пешеходов на проезжей части, боясь, что при движении может задеть пешеходов, он вывернул руль автомобиля влево и хотел сместиться ближе к середине, но расстояние до пешеходов сократилось, и он не успел затормозить и снизить скорость, в связи с чем допустил наезд на пешеходов передней правой частью кузова своего автомобиля.

В своем объяснении, данным до возбуждения уголовного дела (т. 1 л.д. 31-33) ФИО1 пояснял, что на расстоянии 50 метров увидел пешеходов, которые шли по обочине. Он вывернул руль влево, чтобы не задеть пешеходов, однако не успел затормозить и снизить скорость и допустил наезд на пешеходов.

Данные показания ФИО1 не подтвердил, пояснив, что поскольку увидел пешеходов непосредственно перед своим автомобилем, он не успел среагировать, руль не выворачивал, не тормозил, звуковых сигналов не подавал, пешеходы шли по проезжей части.

В своем последнем слове подсудимый вину признал, в содеянном раскаялся.

Исследовав в судебном заседании показания потерпевших, свидетелей, огласив письменные материалы уголовного дела, суд считает виновность ФИО1 в совершении изложенного выше преступления установленной и доказанной в суде в полном объеме исследованными судом доказательствами.

Так, потерпевшая ФИО34 суду пояснила, что ФИО3 является ее дочерью. Со слов соседа узнала, что ее дочь сбила автомашина, но при каких обстоятельствах произошло дорожно-транспортное происшествие, не знает. В счет возмещения материального ущерба подсудимым возмещено 55 000 рублей. На исковых требованиях настаивает.

Потерпевший ФИО35 суду пояснил, что в ночь с 14 на 15 апреля он вместе с К-ных возвращались из гостей в д. Нестюково пешком. На улице было темно, шел дождь, освещение на дороге отсутствовало. Они шли с К-ных по обочине навстречу транспортным средствам, сначала он шел с краю проезжей части, а К-ных по обочине, затем они поменялись местами. Около д. Бабино они прошли автомобиль, который стоял на обочине, потом он почувствовал удар. Автомобиль, который их сбил, он не видел, звуковых сигналов не слышал. Во время наезда они находились лицом к автомобилю. В результате наезда ему были причинены многочисленные переломы. Когда он находился в больнице, к нему приходил подсудимый, принес ему извинения, а также пояснил, что он их не заметил, так как находился в состоянии опьянения. В настоящее время ему установлена 1 группа инвалидности. На исковых требованиях настаивает в полном объеме. В счет возмещения ущерба подсудимый возместил ему сумму в размере 29 000 рублей.

Свидетель ФИО21 суду пояснила, что о том, что ФИО1 на своей автомашине сбил пешеходов, знает со слов ФИО4. Обстоятельства ДТП ей не известны.

В связи с противоречиями были оглашены показания ФИО5, которые она давала в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 179-181), из которых следует, что ФИО1 вместе с ней и ФИО4 14 апреля 2017 употреблял спиртные напитки. Подробности ДТП ей не известны.

Данные показания свидетель ФИО36 подтвердила в судебном заседании.

Свидетель ФИО37 суду пояснил, что обстоятельства ДТП не знает. Знает, что Дресвянкин сбил на своей автомашине пешеходов. Впоследствии он видел автомобиль ФИО1, у которого была повреждена правая передняя часть.

Свидетель Свидетель №3 суду пояснил, что в ночь с 14 на 15 апреля 2017 он находился в автомобиле ФИО1, они ехали из д. Нестюково в с. Лобаново. В автомобиле также находились ФИО38 Он находился на переднем пассажирском сиденье, автомобилем управлял ФИО1. Было темно, шел дождь, освещение на дороге отсутствовало, как двигался автомобиль относительно проезжей части и с какой скоростью не знает, так как за дорожной обстановкой не следил. Затем он почувствовал удар, в результате которого лобовое стекло упало на него. Перед ударом ФИО1 не тормозил, звуковых сигналов не подавал.

Из оглашённых в связи с противоречиями показаний свидетеля Свидетель №3, которые он давал в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 206-210) судом установлено, выехав из д. Нестюково они поехали в сторону с. Лобаново по автодороге Пермь – Екатеринбург - Нестюково, двигались со скоростью 80 км/час. ФИО1 двигался примерно в 30 см от края проезжей части. После дорожно-транспортного происшествия ФИО1 первый вышел из автомобиля и убежал в сторону поля, он и ФИО6 тоже побежали за ФИО1, ФИО39 остался сидеть в машине. В этот же день он узнал, что на месте ДТП погибла девушка, и пострадал молодой человек.

Данные показания свидетель ФИО8 подтвердил в судебном заседании.

Свидетель Свидетель №4 суду пояснил, что весной 2017 он вместе с Свидетель №6, Свидетель №3 и ФИО1 ехали на автомобиле ФИО1 из д. Нестюково в с. Лобаново. Автомобилем управлял ФИО1. В автомобиле он сидел на заднем пассажирском сиденье. Было темное время суток, автомобиль двигался со скоростью примерно 70-80 км/час, шел дождь, участок дороги не освещен. В какой-то момент он почувствовал удар, после чего автомобиль развернуло, затем он остановился на обочине. После чего он вместе с Свидетель №3 убежал с места происшествия. Обстоятельства ДТП не знает, с ФИО1 об этом не разговаривал.

Свидетель Свидетель №5 суду пояснил, что ночью 15 апреля 2017 он, находясь в своем автомобиле на автодороге в с. Лобаново видел, как по противоположной обочине шли девушка с молодым человеком, при этом девушка шла ближе к проезжей части, а рядом с ней молодой человек. Когда они прошли мимо его автомобиля, он начал движение, проехав несколько метров, он услышал глухой удар, после чего развернулся, увидел, что на обочине находились пешеходы. Девушка не подавала признаков жизни, а молодой человек впоследствии пришел в себя, автомобиля на месте ДТП не было. Освещение на данном участке дороги отсутствовало, было темное время суток, до ДТП осадков не было, а затем пошёл дождь. От проезжавших мимо водителей он узнал, что в нескольких метрах от ДТП стоит автомашина с повреждениями. Проехав к автомобилю, он увидел, что у него была повреждена правая передняя часть, в автомобиле на заднем пассажирском сиденье спал молодой человек. Он видел осыпь стекла на проезжей части и обочине, также на обочине находились осколки от частей автомобиля. Перед ударом он не слышал звука тормозов, а также звуковых сигналов. На обочине грязи не было, имелся гравийный песок.

В связи с противоречиями были оглашены показаниями свидетеля ФИО7, которые он давал в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 225-227), согласно которым он пояснил, что в момент дорожно-транспортного происшествия шёл слабо моросящий дождь, в ходе очной ставки с подозреваемым ФИО1 (т. 1 л.д. 225-227), свидетель Свидетель №5 пояснял, что осадков не было.

Свои показания свидетель Свидетель №5 подтвердил, суду пояснил, что в момент дорожно-транспортного происшествия осадков не было, дождь начался после того, как на место ДТП приехали сотрудники ГИБДД и скорой помощи.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля Свидетель №6 (т. 1 л.д. 237-240), судом установлено, что в момент дорожно-транспортного происшествия он спал в автомобиле, которым управлял ФИО1. Обстоятельства ДТП не знает. Когда он проснулся, то в автомобиле ФИО1 не было. Автомобиль стоял на обочине по направлению в сторону г. Перми. Осадков не было, проезжая часть была влажной. На месте ДТП от сотрудников ГИБДД ему стало известно, что в результате наезда погибла девушка, а молодой человек получил травмы. На обочине он видел осколки от стекла и фрагменты бампера. Девушка находилась на обочине без признаков жизни. ФИО1 ему об обстоятельствах ДТП ничего не пояснял.

Приведенные показания свидетелей и потерпевших объективно подтверждаются исследованными в суде письменными доказательствами по делу:

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемой и фототаблицей к нему, в которых зафиксирована вещная обстановка после совершения дорожно-транспортного происшествия, указано место расположения осколков стекла, пластика, а также указано, что тело К-ных расположено на обочине, зафиксировано местоположение ФИО22 относительно проезжей части (т. 1 л.д.5-11).

протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 05 апреля 2018, согласно которому на участке дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие, зафиксировано наличие дорожных знаков, дорожная разметка отсутствует, участок дороги прямой, горизонтальный с выделенными границами проезжей части в виде кромки асфальтового покрытия и обочины с грунтовым покрытием (т. 2 л.д. 173-179).

протоколом осмотра транспортного средства, из которого видно, что объектом осмотра являлся автомобиль <данные изъяты>, имеющий повреждения: передний бампер, обе фары, решетка радиатора, капот, лобовое стекло, переднее правое крыло, передняя правая стойка, крыша (т. 1 л.д. 12-13).

заключением эксперта судебно-медицинской экспертизы, согласно которому смерть ФИО3 наступила в результате тупой сочетанной травмы тела в виде многооскольчатых переломов костей свода и основания черепа, лицевых костей с разрывами оболочек головного мозга и разрушением его вещества, перелома тела 6 шейного позвонка с разрывом связок позвоночного столба на уровне перелома, переломов 2-10 ребер справа по средней ключичной линии, перелома тела 12 грудного позвонка с разрывом связок позвоночного столба, оболочек и вещества спинного мозга на уровне перелома, множественных разрывов правой доли печени на висцеральной поверхностности, отрыва левой почки от сосудистой ножки, кровоизлияния в паранефральной клетчатке слева, вывиха правого лучезапястного сустава, открытых переломов диафизов бедренных костей с обеих сторон, множественных ушибленных ран и ссадин на теле, что подтверждается гистоморфологическими признаками, обнаруженными при исследовании его трупа. Тупая сочетанная травма тела, обнаруженная у пострадавшей, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находится в прямой причинной - следственной связи с наступлением смерти. Судя по морфологическим свойствам телесных повреждений, составивших тупую сочетанную травму тела у пострадавшей, все они являются острыми, прижизненными, образовались от ударных и плотно-скользящих воздействий массивного твердого тупого предмета (предметов), возможно частей транспортного средства, в условиях дорожно-транспортного происшествия, а именно травмы от столкновения автомобиля с пешеходом. При исследовании трупа ФИО3 обнаружены переломы обеих бедренных костей на одном уровне. Эти повреждения являются характерными для первой фазы (удар частей движущегося автомобиля по телу) травмы от столкновения автомобиля с пешеходом. Судя по локализации, взаиморасположению телесных повреждений (наличие переломов обеих бедренных костей на одном уровне, с признаками сжатия по задней поверхностности и растяжения по передней, преобладание повреждений на задней поверхности тела), обнаруженных у ФИО3 эксперт приходит к выводу, что в момент столкновения автомобиля пострадавшая находилась в позе стоя, была обращена задней поверхностью тела по отношению к транспортному средству. (том 1 л.д. 18-22).

заключением эксперта судебной медицинской экспертизы, согласно которому у ФИО2 имелись закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, закрытая травма груди в виде двустороннего гемоторакса, закрытая травма живота в виде ушиба передней брюшной стенки, разрыва верхнего полюса селезенки, гематомы забрюшинного пространства, разрыва правой почки, ушиба мочевого пузыря, гемоперитонеума, закрытый перелом правой бедренной кости со смещением, открытый перелом костей правой голени со смещением, закрытый перелом обеих костей левой голени со смещением, перелом лонной кости слева, переломы десятого грудного позвонка, первого поясничного позвонка, гематома спины, травматический шок 2-3 ст. Полученные повреждения, судя по характеру, образовались от ударных и сдавливающих воздействий твердых тупых предметов, возможно в срок при обстоятельствах, указанных в постановлении. Данные повреждения расцениваются как тяжкий сред здоровью по признаку опасности для жизни (т. 1 л.д. 147-149).

заключением эксперта дополнительной судебной медицинской экспертизы, согласно которому, учитывая множественность, имевшихся у ФИО2 повреждений, их различную локализацию и взаиморасположение, установить положение потерпевшего в момент травмы не представляется возможным (т. 2 л.д. 117-119).

протоколом выемки куртки, принадлежащей ФИО1 (т. 2 л.д. 40,42) и протоколом ее осмотра (т. 1 л.д. 37-40).

заключением эксперта, судебной экспертизы материалов, веществ и изделий, согласно которому среди наслоений, имеющихся на отрезах дактопленок с микрочастицами, изъятыми с водительского сиденья автомобиля ФИО40 обнаружено 45 волокон общей родовой принадлежности с волокнами из ткани верха куртки ФИО1 (т. 1 л.д. 121-126).

заключением эксперта судебной биологической экспертизы, согласно которому в смыве рулевого колеса автомобиля ФИО41 установлено наличие пота, происхождение которого не исключается от пота ФИО1 (т. 1 л.д. 51,52).

заключением эксперта судебной биологической экспертизы, согласно которому на фрагментах ватных палочек со смывами вещества бурого цвета с передней правой двери автомобиля ФИО42 и с передней правой стойки автомобиля обнаружены следы крови человека, которые произошли от лица женского генетического пола. Происхождение данных следов крови от ФИО2 исключается (т. 2 л.д. 129-133).

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 14 мая 2017, в результате которого определена общая и конкретная видимость с приближением погодных условий и времени суток во время дорожно-транспортного происшествия, общая видимость составила 269,31 м, конкретная видимость составила 104,5 м, скорость пешехода 5,3 км/ч (т.1 л.д. 86-92).

протоколом осмотра предметов, в ходе которого осмотрены два сотовых телефона, 2 фрагмента ватной палочки, на которых имеются вещество бурого цвета, фрагмент пластика серо-серебристого цвета (т. 1 л.д. 241-248).

заключением эксперта судебной автотехнической экспертизы, согласно которому, определить в каком конкретно месте произошел наезд на пешеходов, не представилось возможным, скорость движения автомобиля ФИО43 70 км/час не превышала скорость движения по условиям видимости. В данной ситуации водителю ФИО1 при управлении автомобилем ФИО45 следовало руководствоваться требованиями п. 9.9 ПДД, ему запрещалось двигаться по обочине. Пешеходу К-ных, либо пешеходу ФИО2 следовало руководствоваться требованиями п. 4.1 Правил дорожного движения. Выполнив требования п. 9.9 Правил дорожного движения, водитель автомобиля ФИО23 имел возможность предотвратить наезд на пешеходов. В исследуемой ситуации в действиях водителя автомобиля ФИО44 ФИО1, с технической точки зрения усматриваются несоответствия требованиям п. 9.9 ПДД (т. 1 л.д. 101-107).

заключением эксперта дополнительной судебной автотехнической экспертизы, согласно которому установить место наезда автомобиля Лада-211440 на пешеходов не представилось возможным. Вариант 1. Наезд на пешеходов произошел на обочине, то в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности движения, водитель автомобиля ФИО24 ФИО1, должен был руководствоваться требованиями п. 9.9 ПДД. С технической точки зрения, возможность предотвращения водителем автомобиля ФИО46 наезда на пешеходов зависела от выполнения водителем автомобиля ФИО47 требований п. 9.9 ПДД. Вариант 2. Наезд на пешеходов произошел на проезжей части. В рассматриваемой дорожной ситуации, для обеспечения безопасности движения водитель автомобиля ФИО48 ФИО1 должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 абзац 2 ПДД. Водитель автомобиля ФИО49 при движении со скоростью 70 км/час в момент возникновения опасности (конкретная видимость пешеходов 104,5 м), указанный в постановлении о назначении дополнительной экспертизы, располагал технической возможностью путем экстренного торможения предотвратить наезд на пешеходов. В рассматриваемой дорожной ситуации для двух вариантов ее развития, для обеспечения безопасности дорожного движения пешеходы К-ных и ФИО2 должны были руководствоваться требованиями п. 4.1 Правил дорожного движения. (т. 2 л.д. 104-109).

Оценив в совокупности представленные сторонами и исследованные в судебном заседании доказательства, проанализировав их на предмет относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности достаточности для принятия решения, несмотря на позицию стороны защиты в суде, суд считает виновность ФИО1 в нарушении при управлении автомобилем Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть пешехода ФИО3 и причинение тяжкого вреда здоровью пешеходу ФИО2, полностью в суде установленной и доказанной при установленных выше обстоятельствах по делу.

В соответствии с п. 9.9 Правил дорожного движения запрещается движение транспортных средств по обочинам.

Согласно пункту 9.10 Правил дорожного движения водитель должен соблюдать необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Согласно правовому смыслу п. 10.1 Правил дорожного движения водитель при управлении автомобилем (источником повышенной опасности), должен учитывать ряд факторов, в том числе: особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения, при этом скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Судом доказано, что участок дороги, по которому двигался автомобиль под управлением ФИО1 1-2 км автодороги Пермь – Екатеринбург - Нестюково был прямой, с достаточной видимостью в направлении движения, автомобиль ФИО1 двигался в темное время суток, в условиях плохой видимости (шел дождь).

С учетом изложенного, участка местности, своевременно обнаружив опасность для своего движения (за 104,5 метров) – двигавшихся во встречном направлении по обочине К-ных и ФИО2, данные обстоятельства в своей совокупности свидетельствовали о том, что для водителя, управляющего источником повышенной опасности, в этом случае для ФИО1, уже объективно возникла опасность для движения в прямолинейном направлении, в связи с чем, ФИО1 в соответствии с п. 10.1 ПДД РФ, обязан был, не двигаясь по обочине, предпринять меры к снижению скорости и избрать такой боковой интервал, которые бы позволили ему при указанных дорожных условиях (темное время суток, наличие осадков в виде дождя) обеспечить возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил и своевременно принять меры к остановке транспортного средства для избежания наезда на пешеходов.

Невыполнение водителем ФИО1 указанных требований пунктов 9.9 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, привело к тому, что он, имея реальную временную и техническую возможность для этого (избежание наезда на пешеходов), двигаясь по обочине, движение по которым запрещено, не избрал безопасный боковой интервал, не стал снижать скорости движения своего автомобиля, не изменил траектории движения автомобиля и скорости, которая хотя и не превышала предела скорости, установленного Правилами дорожного движения РФ, но в тех дорожных условиях, темное время суток, наличие осадков в виде дождя, прямой участок дороги, отсутствие освещения на дороге, не соответствовала безопасности движения. Однако ФИО1, своевременно обнаружив опасность для движения автомобиля, продолжил своё движение на автомобиле, не изменив траектории движения и скорости, что подтверждено его показаниями и показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, которые находились в автомобиле в момент столкновения, а также объективно согласуется с материалами дела об отсутствии следов торможения, тем самым опасно сблизился с пешеходами К-ных и ФИО2, в связи с чем, и не смог избежать наезда на них путём экстренного торможения. Данные действия водителя ФИО1 не соответствуют требованиям п.п. 9.9, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения и находятся в прямой причинно-следственной связи с этим дорожно-транспортным происшествием и его последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2 и причинение смерти К-ных.

Отрицание подсудимым Дресвянкиным своей вины в совершении преступления и его доводы о том, что он обнаружил пешеходов в непосредственной близости от автомобиля, которые двигались по проезжей части, что не позволило ему избежать наезда на них, суд расценивает как способ его защиты, поскольку все указанные доводы ФИО1 опровергаются установленными судом юридически значимыми обстоятельствами по делу, подтвержденными объективными и надлежащими доказательствами по делу, которые неопровержимо доказывают, что ФИО1 заблаговременно обнаружил опасность для своего движения, что подтверждено протоколом осмотра места происшествия, в котором указана конкретная видимость в направлении движения (104,5 м).

Доводы ФИО1 о том, что на обочину он не выезжал, а наезд на потерпевших произвел на проезжей части дороги, опровергаются пояснениями потерпевшего ФИО51 свидетеля ФИО50 которые как на предварительном следствии, так и в судебном заседании давали последовательные показания о том, что ФИО52 шли по обочине, ФИО53 с краю проезжей части, а ФИО2 по обочине, наезд на них был совершен на обочине. Оснований не доверять данным показаниям суд не находит, причин для оговора подсудимого со стороны потерпевшего и свидетеля ФИО54 судом не установлено, а потому суд признает их показания достоверными и кладет их в основу приговора. Показания потерпевшего подтверждаются показаниями свидетеля ФИО55 согласно которым, после наезда потерпевшие находились на обочине, протоколом осмотра места происшествия, показаниями свидетеля Свидетель №6, согласно которым после наезда К-ных лежала на обочине, осыпь стекла имелась как на обочине, так и на проезжей части, также на обочине находились фрагменты пластиковых частей автомобиля.

Учитывая, расположение повреждений на автомобиле ФИО1, от соударения с пострадавшими при дорожно-транспортном происшествии, которые находятся с правой стороны его автомобиля, с заключениями эксперта о характере и локализации телесных повреждений у пострадавших, показаниями потерпевшего ФИО2, свидетеля ФИО56 а также объяснениями самого подсудимого при проведении доследственной проверки, в которых он не оспаривал того, что пешеходы двигались по обочине, судом установлено, что потерпевшие ФИО2 и К-ных в момент наезда на них автомобилем ФИО1 двигались по обочине во встречном направлении автомобилю ФИО1. Изменение ФИО1 показаний об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, суд расценивает как избранный способ защиты.

Пояснения потерпевшего ФИО2 и свидетеля ФИО57 о механизме и месте наезда объективно подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которой К-ных непосредственно перед наездом находилась в вертикальном положении, и при наезде была обращена задней поверхностью тела по отношению к транспортному средству. Доводы подсудимого о том, что он не мог ехать по обочине, так как на обочине была грязь, суд отвергает, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего ФИО2 о состоянии обочины в момент дорожно-транспортного происшествия, которые объективно подтверждаются дополнительным протоколом осмотра места происшествия, из которого следует, что обочина имела грунтовое покрытие.

Таким образом, проанализировав показания потерпевшего ФИО2, свидетеля обвинения ФИО58 протоколы осмотра места происшествия и транспортного средства, фотографии из фототаблиц, схему дорожно-транспортного происшествия, заключения судебных экспертиз, протоколы следственных действий, с иными документами дела, которые в целом согласуются между собой и не противоречат друг другу, судом достоверно установлено, что наезд на пешеходов К-ных и ФИО2 произошел на обочине и подсудимым ФИО1 при управлении автомобилем (источником повышенной опасности) в результате проявленной им легкомысленности и преступной самонадеянности, были грубо нарушены требования пунктов 9.9, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения, нарушение которых находятся в прямой причинно-следственной связи с данным дорожно-транспортным происшествием, наезда автомобиля на пешеходов ФИО2, которому при дорожно-транспортном происшествии был причинён тяжкий вред здоровью, ФИО3 была причинена смерть.

Судом достоверно установлено, что при возникновении опасности ФИО1 в нарушение требований п. 10.1 Правил дорожного движения не стал снижать скорость своего автомобиля, хотя имел для этого реальную техническую возможность, что также подтверждено заключением дополнительной автотехнической экспертизы и легкомысленно продолжил свое движение в сторону пешеходов, в связи с чем и сбил их во время движения по обочине в нарушение требований п. 9.9,9.10 Правил дорожного движения.

При этом в обоснование указанных выводов судом учитываются пояснения самого ФИО1, который не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки автомобиля в момент возникновения для него опасности, что также подтверждено показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, ФИО59 которые не слышали звука тормозов, а также протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого не установлено на месте дорожно-транспортного происшествия тормозного пути от автомобиля.

При этом, доводы подсудимого и защиты о несогласии с выводами автотехнической экспертизы, противоречивостью выводов первоначальной и дополнительной автотехнической экспертизы, суд находит несостоятельными.

Вопреки позиции стороны защиты, проанализировав заключение проведенных по делу автотехнических экспертиз, и оценив их в совокупности с другими доказательствами по делу, суд не находит оснований ставить под сомнение выводы экспертов. Как при первоначальной, так и при дополнительной экспертизе эксперты пришли к единому мнению о том, что ФИО1 должен был руководствоваться требованиями п. 9.9. Правил дорожного движения, кроме того, при дополнительной экспертизе, с учетом исследования дополнительных доказательств, полученных по делу, экспертом сделан вывод о том, что ФИО1 при выполнении им п. 10.1 Правил дорожного движения имел техническую возможность избежать наезда на пешеходов.

То обстоятельство, что в заключении автотехнической экспертизы от 03 ноября 2017 (т. 1 л.д. 101-107) имеются опечатки во времени совершения дорожно-транспортного происшествия и государственном номере автомобиля не ставят под сомнение выводы эксперта, поскольку оснований считать, что при проведении экспертизы эксперт исследовав обстоятельства иного дорожно-транспортного происшествия не имеется.

Оснований не доверять заключениям экспертов у суда не имеется, поскольку они научно аргументированы, даны экспертами, имеющими специальные познания в области исследования обстоятельств дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, свои исследования эксперты проводили на основании представленных материалов дела, в том числе протоколов осмотров места дорожно-транспортного происшествия, приложенной к нему схемы, а также результатах следственного эксперимента, проведенного по делу и установившего конкретную видимость в направлении движения.

Согласно протоколу осмотра места происшествия конкретная видимость в направлении движения составила 104,5 м. Оснований не доверять сведениям, содержащимся в протоколе осмотра места происшествия от 14 мая 2017 у суда нет, поскольку все измерения были сделаны в присутствии ФИО1 и его защитника, а также в присутствии двух понятых. Вопреки доводам защиты оснований полагать, что при осмотре места происшествия метеорологические условия и время суток существенно отличались от тех, которые имелись в момент совершения дорожно-транспортного происшествия, у суда не имеется. Следственное действие проведено в темное время суток, наличие осадков обеспечивалось силами сотрудников пожарной безопасности, такая же обстановка имелась и 15 апреля 2017. При производстве осмотра места происшествия ни ФИО1, ни его защитником не было заявлено каких-либо ходатайств о несоответствии погодных условий и времени суток обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, напротив ФИО1 и его защитник были ознакомлены с результатами осмотра места происшествия, принимали в нем участие, протокол подписали без замечаний, согласившись с внесенными в протокол сведениями, о чем свидетельствуют их подписи.

Вопреки доводам защиты, ненадлежащее освещение участка дороги не может являться обстоятельством, исключающим ответственность водителя за выполнение требований Правил, поскольку лицо, управляющее транспортным средством, должно выбирать скорость движения с учетом конкретных дорожных условий, чтобы обеспечить контроль над управлением транспортным средством.

Доводы защиты о том, что именно нарушение потерпевшими Правил дорожного движения находится в причинно-следственной связи с данным ДТП и его последствиями, нахождение потерпевших в состоянии опьянения, подтверждает доводы о невиновности ФИО1 в указанном преступлении, суд признаёт несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, исследованных судом.

Совокупность обстоятельств, установленных по делу, свидетельствует о том, что ФИО1 должен был и мог предвидеть возможность наступления общественно-опасных последствий нарушения им Правил дорожного движения при возникновении для него как водителя момента опасности в указанном дорожно-транспортном происшествии. При принятии подсудимым необходимых мер, в частности, выборе скорости движения, в соответствии с видимостью в направлении движения, достаточного бокового интервала, не допуская движение по обочине, при должной внимательности и предусмотрительности, своевременно обнаружив опасность для движения, ФИО1 имел техническую возможность предотвратить наезд на пешеходов.

При указанных обстоятельствах действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерти человека.

Вместе с тем суд исключает из описания преступного деяния причинение телесных повреждений пассажиру автомобиля ФИО25 Свидетель №6, которые не повлекли вреда здоровью, поскольку не влияют на квалификацию содеянного ФИО1

При назначении подсудимому наказания суд, в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории неосторожных преступлений средней степени тяжести, обстоятельства его совершения, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим, по месту жительства и работы характеризуется положительно (т. 2 л.д. 32,33), сомнений в психической полноценности у суда не возникло на учете у психиатра и нарколога не состоит (т. 2 л.д. 34,35).

В соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств суд признает: признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию преступления, возмещение ущерба, иные меры, направленные на заглаживание вреда (принесение извинений потерпевшим в зале суда).

Подробное объяснение ФИО1 от 15 апреля 2017 по обстоятельствам совершенного им дорожно-транспортного происшествия, данное им до возбуждения уголовного дела (т. 1 л.д. 31-33), расценивается судом, как явка с повинной, данная в соответствии с положениями ст. 142 УПК РФ, поскольку именно из объяснения усматривались все обстоятельства, подлежащие доказыванию органом следствия в соответствии со ст. 73 УК РФ, то есть время, место, способ, умысел, обстоятельства совершения преступления, наступившие последствия.

Кроме того, в силу п. 4.1 Правил дорожного движения при переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Судом доказано, что К-ных и ФИО2 двигались в темное время суток, вне населенного пункта, без световозвращающих элементов, что свидетельствует о том, что они грубо нарушили относящиеся к ним как к участникам дорожного движения Правила. Данное обстоятельство, а именно противоправность потерпевших, явившихся поводом для преступления, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает обстоятельством, смягчающим наказание.

Отягчающих наказание подсудимого обстоятельств, так же как и исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного им преступления, позволяющих назначить ему наказание с применением положений ст. 64, 53.1 УК РФ, судом не установлено.

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств совершенного подсудимым преступления, оснований для применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, суд не находит.

Принимая решение о виде и размере наказания, суд учитывает принципы социальной справедливости и гуманизма, что наказание не является способом причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства, но является неотвратимым, и применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Кроме этого, судом учитывается, что ФИО1 в 2015 был привлечен к административной ответственности с наложением взыскания в виде административного штрафа за нарушения в области дорожного движения, и в момент совершения преступления ФИО1 согласно ст. 4.6 КоАП РФ находился в статусе лица, подвергнутого административному наказанию за это правонарушение (т. 2 л.д. 31).

Указанные данные, объективно свидетельствующие о системном характере предшествующих действий ФИО1 по нарушению Правил дорожного движения, свидетельствуют о высокой степени выраженности у него пренебрежения к запретам и ограничениям, установленным для лиц, управляющих транспортным средством как источником повышенной опасности для окружающих, следовательно о повышенной общественной опасности личности ФИО1, в связи с чем суд приходит к убеждению о невозможности назначения ему наказания с применением ст. 73 УК РФ и необходимости назначения основного наказания в виде реального лишения свободы. Наказание при этом назначается по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ назначенное наказание осужденному ФИО1 следует отбывать в колонии–поселении.

При решении вопроса о назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами суд исходит из того, что при данной квалификации оно является обязательным, с учетом вышеуказанных обстоятельств, оснований для применения в этой части ст. 64 УК РФ к ФИО1 не имеется.

Потерпевшими Потерпевший №2, Потерпевший №1 заявлены гражданские иски о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1000000 рублей, 2000000 рублей, которые в соответствии со ст.ст. 12, 151, 1099, 1100, 1101, 1064, 1068, 1079 ГК РФ, подлежат удовлетворению частично.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер полученных потерпевшим ФИО2 травм, нравственные страдания и переживания, доставленные ему, а также обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, физические страдания потерпевшего в момент получения повреждений, требования разумности и справедливости. С учетом изложенного суд приходит к выводу, что заявленная к взысканию потерпевшим ФИО2 сумма компенсации морального вреда является завышенной и определяет денежную компенсацию морального вреда с учетом возмещенного ему подсудимым ущерба и того обстоятельства, что ФИО2 были нарушены Правила дорожного движения, в размере 450 000 рублей.

Кроме этого, преступными действиями подсудимого ФИО1, потерпевшей ФИО9 причинены нравственные, моральные страдания. Она перенесла глубокий стресс, связанный с потерей дочери, ей причинен невосполнимый вред, учитывая то обстоятельства, что она совместно с дочерью не проживала, однако между ними были доверительные отношения, суд полагает с учетом материального благосостояния подсудимого, добровольного возмещения вреда в размере 55 000 рублей, нарушение К-ных Правил дорожного движения, требований разумности и справедливости, характера и объема причиненного вреда, перенесенных потерпевшей страданий взыскать с ФИО1 в пользу ФИО9, в счет компенсации морального вреда 650 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО9 о взыскании денежных средств на содержание несовершеннолетних детей суд считает необходимым отказать. Поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 52 ГПК РФ права, свободы и законные интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью граждан защищают в суде их родители, усыновители, опекуны, попечители или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом. Согласно п. 1 ст. 64 Семейного кодекса РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. В судебном заседании установлено, что несовершеннолетние дети погибшей ФИО3 проживают с отцом, который в силу вышеприведенных положений закона является их законным представителем. Следовательно, ФИО9, не является законным представителем несовершеннолетних детей ФИО3, не вправе была обращаться в суд с заявлением в защиту их интересов и у суда отсутствуют законные основания для разрешения исковых требований ФИО9 по существу.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: ФИО32

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 ФИО26 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года 10 месяцев.

Меру пресечения в отношении подсудимого ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

К месту отбывания наказания ФИО1 следовать за счет государства самостоятельно. Срок наказания исчислять с момента прибытия осужденного в колонию-поселение. В срок отбытия наказания в виде лишения свободы зачесть время следования ФИО1 в колонию-поселение из расчета 1 день за 1 день.

Разъяснить осужденному, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы, или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск, и подлежит задержанию на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток.

Взыскать с ФИО1 ФИО27 в пользу ФИО2 ФИО28 в счет возмещения морального вреда 450 000 рублей, в пользу ФИО9 ФИО29 в счет возмещения морального вреда 650 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО9 о взыскании денежных средств на содержание несовершеннолетних детей – отказать.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: ФИО31

Приговор может быть обжалован в Пермский краевой суд в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня провозглашения через Пермский районный суд.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а также вправе поручить осуществление своей защиты избранным им защитником либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника. О своем желании участвовать в суде апелляционной инстанции осужденный должен указать в своей апелляционной жалобе или дополнении к ней.

Судья/подпись/

Копия верна: Судья О.М. Бабанина

Подлинный документ подшит

в уголовном деле № 1-135/2018

Пермского районного суда

Пермского края