Решение № 2-2088/2019 2-2088/2019~М-2349/2019 М-2349/2019 от 8 декабря 2019 г. по делу № 2-2088/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 декабря 2019 года г.Пенза

Первомайский районный суд г.Пензы в составе:

председательствующего судьи Сосновской О.В.

при секретаре Егоровой Т.А.,

при участии: истца ФИО1, действующего в интересах недееспособной ФИО, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в отрытом судебном заседании в здании суда в г.Пензе гражданское дело №2-2088/19 по иску ФИО1, действующего в интересах недееспособной ФИО, к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи незаконной сделкой и применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1, действующий в интересах недееспособной ФИО, обратился в Первомайский районный суд г.Пензы с вышеназванным иском указав, что он является опекуном ФИО., признанной недееспособной решением Первомайского районного суда г.Пензы от 2010 года. ФИО является инвалидом 1 группы, зарегистрирована по адресу: .... Это жилое помещение является для нее единственным. Указанная квартира была подарена ФИО внуку ФИО3 в соответствии с договором дарения от 17 июля 2009 года. В то время ФИО была дееспособной. В дальнейшем, без интереса опекаемой ФИО, в соответствии с договором от 20 февраля 2016 года, квартира ... в ... ФИО3 по фиктивному незаконному договору продана ФИО, матери ФИО4 При этом, ФИО была прописана в данном жилом помещении, являлась опекаемой и волеизъявление о снятии с регистрационного учета выразить не могла, поскольку такое решение не могло быть принято без согласия отдела соцуправления по Первомайскому району. Органом опеки и попечительства согласия не давалось. Но все же сделка зарегистрирована в Управление Росрееста по Пензенской области. В договоре купли-продажи от 20 февраля 2016 года указания на сохранение за ФИО права пользования жилым помещением не имеется. В пункте 5 договора незаконно установлена обязанность снятия с регистрационного учета ФИО Таким образом, сделка купли-продажи квартиры по адресу: ..., заключена с нарушением Федерального закона от 24.04.2008 №48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», без учета интересов и охраняемых законом прав ветерана и инвалида, находящейся под опекой ФИО Просил признать сделку, выраженную в договоре купли-продажи от 20 февраля 2016 года квартиры ... ..., незаконной, т.е. заключенной с нарушением требований ГК РФ и Федерального закона от 24.04.2008 №48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»; применить последствия недействительности сделки, путем возврата квартиры, расположенной по адресу: ...

В судебном заседании истец ФИО1, действующий в интересах недееспособной ФИО, исковые требования поддержал, пояснив, что договор купли-продажи квартиры от 20 февраля 2016 года является недействительным, поскольку заключен в нарушении Федерального закона от 24.04.2008 №48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», поскольку при заключении указанного договора требовалось согласие органов опеки и попечительства, так как на момент заключения сделки в спорной квартире была зарегистрирована недееспособная ФИО ФИО с 2010 года проживает с ним – опекуном. Изначально спорная квартира принадлежала ФИО., которая в 2009 году подарила квартиру своему внуку ФИО3 ФИО3 являлся членом семьи ФИО В настоящее время ФИО3 также участвует в содержании недееспособной ФИО Срок исковой давности он не пропустил, поскольку об оспариваемой сделки узнал только в конце мая 2017 года.

Представитель истца ФИО2, допущенный судом к участию в деле по ходатайству ФИО1, просил иск удовлетворить.

Ответчик ФИО3 с исковыми требованиями согласился.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, заявлением просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ФИО4 – ФИО5, действующий на основании доверенности 58 АА 1324020 от 12 декабря 2018 года, с исковыми требованиями не согласился, пояснив, что в ходе регистрации сделки – купли-продажи квартиры в Управление Росреестра по Пензенской области были предоставлены документы, из которых усматривалось, что в спорной квартире зарегистрирован был один лишь ФИО3 ФИО в квартире не проживала и зарегистрирована не была, в связи с чем, ссылка на ФЗ «Об опеки и попечительстве» недопустима. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности, поскольку об оспариваемой сделки ФИО1 стало известно еще в июне 2016 года. Просил в удовлетворении иска отказать, применив срок исковой давности.

Представитель органа опеки и попечительства администрации Первомайского района г.Пензы ФИО6, действующая на основании доверенности №3119 от 11 октября 2019 года, в судебном заседании от 25 ноября 2019 года, просила исковые требования удовлетворить, пояснив, что ФИО была зарегистрирована в квартире по адресу: ... на момент заключения договора купли-продажи квартиры, была недееспособной, а значит, распоряжение имуществом, в котором зарегистрирован недееспособный, могло осуществляться только с согласия органа опеки и попечительства. Такого согласия получено не было. С момента признания ФИО недееспособной и назначении ей опекуна, ФИО проживала и проживает на данный момент с опекуном по адресу: ...

В судебное заседание 09 декабря 2019 года представитель органа опеки и попечительства администрации Первомайского района г.Пензы не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, причина неявки неизвестна.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Пензенской области в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, заявлением просил рассмотреть дело в отсутствии представителя.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, считает возможным рассмотреть дело в отсутствии ответчика ФИО4, представителей третьих лиц.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно ч.1,2 ст.173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной в случае, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (ч. 2 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 4 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

В соответствии с ч.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ (Постановления от 21 апреля 2003 г. N 6-П, от 8 июня 2010 г. N 13-П и Определение от 03 ноября 2006 года N 455-О), регулирование прав на жилое помещение должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении иных лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, т.е. не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел.

Соответственно, в случаях, когда сделка по отчуждению жилого помещения рассматривается сторонами как не затрагивающая права или охраняемые законом интересы лиц, в том числе находящихся под опекой, данное обстоятельство препятствует включению адекватных механизмов государственных защиты их прав, пострадавших от такой сделки.

В судебном заседании установлено, что ФИО принадлежала квартира по адресу: ..., что подтверждается справкой ЖСК «Искра» №65 от 19 октября 1992 года, находящейся в деле правоустанавливающих документов.

14 июля 2009 года ФИО подарила указанную выше квартиру внуку ФИО3, что подтверждается договором дарения квартиры. Из пункта 8 договора дарения квартиры от 14 июля 2009 года следует, что в спорной квартире зарегистрированы: ФИО и ФИО3

Договор дарения квартиры от 14 июля 2009 года был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Пензенской области и ФИО3 было выдано свидетельство о государственной регистрации права от 13 августа 2009 года.

Решением Первомайского районного суда г.Пензы от 11 мая 2010 года, вступившим в законную силу 24 мая 2010 года, ФИО ... г.рождения, признана недееспособной.

Приказом №367-р от 04 октября 2010 года Главы администрации Первомайского района г.Пензы ФИО1 назначен опекуном ФИО

20 февраля 2016 года между ФИО3 (продавец) и ФИО7 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил целую жилую квартиру ... в доме ..., находящуюся по адресу: ... (п.1 договора).

Согласно пункту 5 договора купли-продажи квартиры от 20 февраля 2016 года на момент подписания договора, в квартире зарегистрированы, но не проживают: ФИО, ... г.рождения, ФИО3, ... г.рождения. Продавец гарантирует, что в срок до 30 марта 2016 года зарегистрированные граждане будут сняты с регистрационного учета.

Указанный договор купли-продажи квартиры прошел государственную регистрацию права собственности 02 марта 2016 года.

ФИО оформила право собственности на спорную квартиру на свое имя, получив свидетельство о государственной регистрации права от 02 марта 2016 года.

ФИО умерла ..., что подтверждается свидетельством о смерти, находящимся в наследственном деле №149/2018.

Из материалов наследственного дела к умершей ФИО №149/2018 от 21 сентября 2018 года следует, что наследником ФИО является ее дочь ФИО4, которая обратилась к нотариусу г.Пензы ФИО8 с заявлением о принятии наследства. В состав наследства умершей ФИО вошла квартира по адресу: ...

Свидетельства о праве собственности в порядке наследования ФИО4 не получала.

Судом проверены доводы истца о том, что сделка купли-продажи квартиры по адресу: <...>, заключена с нарушением Федерального закона от 24.04.2008 №48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», без учета интересов и охраняемых законом прав ветерана и инвалида, находящейся под опекой ФИО

В соответствии с п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Из содержания приведенной правовой нормы следует, что необходимость получения разрешения органов опеки и попечительства на совершение сделок по отчуждению жилого помещения поставлена в зависимость от наличия (отсутствия) нарушения прав и охраняемых законом интересов проживающего в данном помещении лица, находящегося под опекой. Поэтому юридически значимым обстоятельством по настоящему спору является установление факта нарушения прав, применительно к рассматриваемой ситуации, недееспособной ФИО

Судом установлено, что на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи квартиры от 20 февраля 2016 года ФИО собственником квартиры по адресу: ... не являлась.

С 2010 года и по настоящее время недееспособная ФИО проживает с опекуном ФИО1 по адресу: ...

Как следует из материалов дела правоустанавливающих документов, при государственной регистрации оспариваемого договора в Управлении Росреестра по Пензенской области была предоставлена справка ЖСК «Искра» №3 от 20 января 2016 года, в которой указано, что в квартире по адресу: ..., зарегистрирован лишь один человек: ФИО3, ... г.рождения.

Кроме того, Управлением Росреестра по Пензенской области осуществлялся межведомственный запрос о предоставлении документов и (или) информации, необходимых для предоставления государственной услуги, что подтверждается запросом №14/1176 от 24 февраля 2016 года. Из карточки регистрации ФИО усматривается, что 06 июля 2012 года она утратила регистрацию в квартире по адресу: ...

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что на момент регистрации сделки купли-продажи спорной квартиры, ФИО не имела регистрации по адресу: ..., а значит, согласия органов опеки и попечительства не требовалось.

Доводы истца о том, что недееспособная ФИО до настоящего времени зарегистрирована в спорной квартире по адресу: ..., не могут быть приняты во внимание, поскольку регистрация недееспособной по вышеуказанному адресу, при наличии надлежащим образом зарегистрированного права собственности за иным лицом, носит формальный характер.

Кроме того, суд считает необходимым указать, что ссылка истца и ответчика ФИО3 на то, что на момент заключения оспариваемой сделки необходимо было согласие органов опеки и попечительства, поскольку ФИО была зарегистрирована в спорной квартире с собственником квартиры ФИО3 и являлась членом семьи собственника, является несостоятельной, поскольку ФИО членом семьи ФИО3 –внука ФИО не являлась, надлежащими доказательствами данный факт не подтвержден, фактически с ФИО3 ФИО не проживала.

Как следует из положений п.4 ст.292 ГК РФ согласие органов опеки и попечительства требуется в том случае, если недееспособная проживает с собственником жилого помещения как член его семьи и отчуждением жилого помещения нарушатся права и охраняемые законом интересы недееспособной.

Однако, в судебном заседании установлено, что недееспособная ФИО. членом семьи ФИО3 не являлась, на момент совершения оспариваемой сделки проживала по иному адресу, а значит, оспариваемой сделкой права недееспособной ФИО нарушены не были и согласие органов опеки и попечительства не требовалось.

Не может быть признана состоятельной и ссылка истца на положения ст. 21 Закона "Об опеке и попечительстве".

Согласно п. 1 ст. 21 данного Закона, опекун без предварительного разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Предварительное разрешение органа опеки и попечительства требуется также во всех иных случаях, если действия опекуна или попечителя могут повлечь за собой уменьшение стоимости имущества подопечного.

Поскольку оспариваемая сделка совершена не опекуном, имущественных прав недееспособного, в том числе по пользованию спорным помещением, не изменила, оснований для получения разрешения органа опеки и попечительства на совершение данной сделки в силу приведенной правовой нормы не имелось.

При установленных обстоятельствах отсутствия оснований для признания сделки недействительной по причине неполучения на ее совершение предварительного разрешения органа опеки и попечительства.

При таких обстоятельствах, нормы ст. 168 ГК РФ, также как и нормы ст.173.1 ГК РФ применению не подлежат.

Представителем ответчика ФИО4 заявлено о применении срока исковой давности.

Однако, суд считает, что истцом срок исковой давности не пропущен, поскольку в соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям лица, являющегося стороной сделки, начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1, действующий в интересах недееспособной ФИО, о заключении оспариваемой сделки узнал в конце мая 2017 года. Данное обстоятельство подтверждается копией искового заявления ФИО1 в Первомайский районный суд г.Пензы от 14 июня 2017 года.

При таких обстоятельствах, суд считает, что ФИО1 не пропустил срок для оспаривания договора купли-продажи квартиры от 20 февраля 2016 года.

В связи с вышеизложенным, суд не принимает во внимание показания свидетеля ФИО о том, что он слышал, что кто-то из Г-вых в июне 2016 года, в офисе ФИО4, скандалили по поводу заключенного договора купли-продажи квартиры.

Однако, отсутствие пропуска срока исковой давности, не может служить основанием для удовлетворения иска, поскольку суд не нашел оснований для удовлетворения иска по иным основаниям, приведенным выше.

При таких обстоятельствах, суд считает, что в удовлетворении иска ФИО1 следует отказать.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении основного требования, не подлежат удовлетворению и требования о применении последствий недействительности сделки, как производной, от основного требования.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Иск ФИО1, действующего в интересах недееспособной ФИО, к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи незаконной сделкой и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Первомайский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение принято 16 декабря 2019 года.

Судья: ...

...

...