Апелляционное определение № 33-1937/2026 от 12 мая 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

УИД: 16RS0051-01-2025-008527-77

судья Уракова А.А. 1-я инстанция: №2-19/2026

судья-докладчик Шаклеин А.В. Апелл. производство: №33-1937/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 мая 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Хохлова И.Н.,

судей Ступак Ю.А., Шаклеина А.В.,

при секретаре судебного заседания Мироновой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 У. на решение Якшур-Бодьинского районного суда Удмуртской Республики от 28 января 2026 года по исковому заявлению Министерства экологии и природных ресурсов Республики Татарстан к ФИО2 У. о возмещении ущерба, причиненного окружающей среде.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Шаклеина А.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Министерство экологии и природных ресурсов Республики Татарстан (истец) обратилось в суд с иском к ФИО2 (ответчик) о возмещении вреда, причиненного окружающей среде. В обоснование требований указано, что 31 января 2025 года на основании задания на проведение в рамках регионального государственного контроля (надзорного) выездного обследования, в ходе рейда выявлен и зафиксирован факт нарушения природоохранного законодательства, а именно порчи почв путем несанкционированного размещения отходов производства и потребления на почве на земельном участке с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, з/у 76 А, арендатором которого согласно выписке из ЕГРН является ответчик. Таким образом, ответчиком допущено нарушение требования ст. 51 Федерального закона №7-ФЗ «Об охране окружающей среды», ст. 22 Федерального закона № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в результате чего на вышеуказанной территории допущен несанкционированный сброс отходов производства и потребления на почву. Ненадлежащее исполнение установленных законом обязанностей по очистке земель от захламления ставит под угрозу санитарно-эпидемиологическое благополучие неопределенного круга граждан и создает опасность причинения вреда окружающей среде. Кроме того, нахождение свалок на необорудованном для данных целей мест способствует оказанию негативного воздействия на почву путем попадания вредных веществ с грунтовыми талыми водами в почвенный слой, что в свою очередь создает угрозу нарушения здоровья населения, развитию массовых инфекционных, паразитарных и инфекционных заболеваний. В результате несанкционированного размещения отходов производства и потребления указанной территории был причинен вред окружающей среде в размере 306 838 руб. 54 коп.

Ссылаясь на перечисленные обстоятельства, истец просил взыскать в бюджет Республики Татарстан 306 838 руб. 54 коп. в счет возмещения ущерба, причиненного окружающей среде.

В суде первой инстанции представитель истца ФИО3 заявленные исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ФИО4 просил в удовлетворении иска отказать.

Ответчик ФИО2, представитель третьего лица Исполнительного комитета Альметьевского муниципального района Республики Татарстан в суд первой инстанции не явились, извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту - ГПК РФ), суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Суд постановил вышеуказанное решение, которым иск удовлетворен. Взыскано с ФИО2 в пользу бюджета Альметьевского муниципального района Республики Татарстан 306 838 руб. 54 коп. в счет возмещения ущерба, причиненного окружающей среде, взыскана в бюджет муниципального образования «Муниципальный округ Якшур-Бодьинский район Удмуртской Республики» государственная пошлина в размере 10 171 руб.

В апелляционной жалобе ФИО2, просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. По доводам жалобы ответчик полагает, что истцом не доказан факт нахождения несанкционированного сброса отходов под снежным покровом, в связи с чем предъявляемая площадь несанкционированного сброса отходов недостоверна. Судом не учтено, что сотрудники истца для использования в ходе осмотра земельного участка спутникового оборудования (S82-V, per №49642-12) не имели необходимо специального обучения. Так сотрудник ФИО5 31 января 2025 года при осмотре земельного участка, не имея какого-либо документа, подтверждающего специальное обучение и руководствуясь лишь внутренним приказом истца, использовал для замера площади несанкционированного сброса отходов на указанном земельном участке специальную геодезическую спутниковую аппаратуру (S82-V, per №49642-12). Замеры площади несанкционированного сброса отходов производились в зимнее время, точечно вокруг возвышенной части земельного участка, в то время как часть земельного участка находилась под снежным покровом, и что находилось под снегом, инспекторами установлено не было. Автор жалобы полагает, что производимая видеозапись на I Phon 14 pro мах, не является техническим средством, не имеет свидетельства о поверке, что ставит под сомнение подлинность видеосьемки на месте осмотра. Также, по мнению апеллянта, не доказан факт, что несанкционированный сброс отходов на осматриваемом специалистами истца земельном участке, расположен именно на почве. Судом не учено, что на момент вынесения решения на земельном участке, арендуемом ФИО2, зарегистрирован объект недвижимости, регистрация права собственности произведена ДД.ММ.ГГГГ, строительство указанного объекта предусматривало снятие плодородного слоя почвы на площади 2 088,25 кв.м, что и было сделано ФИО2 для последующего строительства, до осмотра земельного участка специалистами истца. Снятие плодородного слоя не требовало согласования. Таким образом, размещения отходов на плодородном слое почвы ФИО6 не производилось. Какого- либо ущерба окружающей среде не причинялось. Использование сотрудниками истца геодезической спутниковой аппаратуры без специального обучения и допуска, ставит под сомнение правильность места расположения несанкционированного сброса отходов и установления, что они находились именно на земельном участке ответчика. Сотрудниками истца не были отобраны пробы почвы и воздуха, не проведены экспертизы, доказывающие факт причинения вреда окружающей среде. Автор жалобы считает, что истцом не доказан факт негативного изменения окружающей среды в результате её загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

В возражениях на апелляционную жалобу истец приводит доводы о законности принятого судом решения, утверждения ответчика считает несостоятельными.

В соответствии со статьями 327, 167 ГПК РФ дело судебной коллегией рассмотрено в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Верховного Суда Удмуртской Республики в сети Интернет (http://vs.udm.sudrf.ru/).

Изучив и проанализировав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судебной коллегией, на основании задания на проведение в рамках регионального государственного контроля (надзорного) выездного обследования №29 от 31 января 2025 года, утвержденного начальником Юго-Восточного территориального управления Министерства, ст. специалистом 3 разряда ФИО7 и заместителем начальника ЮВТУ ФИО5 31 января 2025 года осуществлен выезд и осмотр территории земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, без взаимодействия (том 1 л.д.25-26).

В ходе проведения выездного обследования вышеуказанного земельного участка установлен сброс отходов производства и потребления на почву, а именно: бой железобетонных изделий в кусковой форме ФККО 82230101215. В результате замера спутниковой геодезической аппаратурой были определены следующие географические координаты места расположения сброса несанкционированных отходов на почве: № №. Площадь сброса составила 366,648 кв.м. Данный земельный участок не огорожен забором. При осмотре использовалось специальное оборудование и технические приборы: аппаратура геодезическая спутниковая S82-V, рег. № 49642-12, заводской номер S8285C117110821GMN, видеозапись производилась на I phone 14 pro max. (протоколом инструментального обследования №29, протокол осмотра с фототаблицей №29, план-схема, заключение выездного обследования том 1 л.д.27-42).

Согласно Выпискам из ЕГРН указанный земельный участок (кадастровый номер, площадь 3196+/-20 кв.м., категория земель земли населенных пунктов, вид разрешенного использования магазин), принадлежит на праве аренды ФИО2 на основании договора аренды земельного участка № от 15 октября 2024 года, срок аренды 4 года 10 месяцев (том 1 л.д.44-51, 59-60, 181-183).

В адрес ответчика ФИО2 вынесено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований №6 от 13 февраля 2025 года, предложено устранить выявленные нарушения в срок до 14 апреля 2025 года (том 1 л.д.23-24).

Государственным инспектором в области охраны окружающей среды Министерства, заместителем начальника ФИО5 произведен письменный расчет размера вреда в результате порчи почв при несанкционированном размещении отходов производства и потребления на земельном участке, который в соответствии с Методикой составил 306 838 руб. 54 коп. (том 1 л.д.15-16).

25 февраля 2025 года ответчику направлена претензия о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, которая оставлена без удовлетворения.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации, статьями 75, 77, 78 Федерального закона от 10 января 2022 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", статьей 22 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что по состоянию на 31 января 2025 года отходы боя железобетонных изделий на неогороженном забором земельном участке с кадастровым номером № занимали площадь 366,648 кв.м., пришел к выводу о взыскании с ответчика в счет возмещения ущерба, причиненного окружающей среде, исходя из того, что размещение отходов на земельном участке свидетельствует о загрязнении такого участка и, как следствие, о причинении вреда окружающей среде. При этом размер ущерба рассчитан в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной Приказом Минприроды России от 08 июля 2010 года N 238.

Указанные выводы суда первой инстанции в оспариваемом решении приведены, судебная коллегия признает их правильными и соответствующими, как нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, так и фактическим обстоятельствам дела.

В силу статьи 58 Конституции Российской Федерации и статьи 11 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природе и природным богатствам и соблюдать иные требования законодательства, а также устранять всякие нарушения, причиняющие вред природным ресурсам и экологии.

Статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы.

Согласно пункту 1 статьи 51 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" отходы производства и потребления, радиоактивные отходы подлежат сбору, накоплению, утилизации, обезвреживанию, транспортировке, хранению и захоронению, условия и способы которых должны быть безопасными для окружающей среды и регулироваться законодательством Российской Федерации.

В силу п. 2 ст. 51 Федерального закона №7-ФЗ запрещается сброс отходов производства и потребления, в том числе радиоактивных отходов, в поверхностные и подземные водные объекты, на водосборные площади, в недра и на почву.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24 июня 1998 года N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления" под отходами производства и потребления понимаются вещества или предметы, которые образованы в процессе производства, выполнения работ, оказания услуг или в процессе потребления, которые удаляются, предназначены для удаления или подлежат удалению в соответствии с названным Законом.

Пунктом 1 ст. 13.4 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» предусмотрено, что накопление отходов допускается только в местах (на площадках) накопления отходов, соответствующих требованиям законодательства в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения и иного законодательства Российской Федерации.

Территории, используемые, но не предназначенные для размещения на них отходов, согласно п. 4.13 ГОСТа 30772-2001 «Межгосударственный стандарт. Ресурсосбережение. Обращение с отходами. Термины и определения», введенного постановлением Госстандарта России от 28.12.2001 № 607-ст, (далее - ГОСТ 30772-2001) являются несанкционированными свалками отходов

В соответствии с пунктом 1 статьи 77 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

В силу пункта 1 статьи 78 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда.

Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде" разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

Возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды (статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 78 Закона об охране окружающей среды).

Выбор способа возмещения причиненного вреда при обращении в суд осуществляет истец (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 49).

По рассматриваемому делу удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции верно исходил из доказанности факта допущения ответчиком несанкционированного складирования отходов производства и потребления в виде боя железобетонных изделий в кусковой форме на арендуемом им земельном участке с кадастровым номером № по состоянию на 31 января 2025 года. Размещение таких отходов на земельном участке свидетельствует о загрязнении такого участка и, как следствие, о причинении вреда окружающей среде.

Из материалов дела следует, что отходы на указанном земельном участке занимали площадь 366,648 кв.м. В этой связи судебная коллегия соглашается с расчетами истца о размещении отходов производства и потребления на площади земельного участка, арендатором которого является ответчик.

Суд апелляционной инстанции полагает правильным вывод районного суда о том, что перекрытие поверхности почвы отходами приводит к утрате ее природных свойств, ухудшению и является одной из форм деградации земель, что тождественно понятию порчи.

Таким образом, у суда первой инстанции имелись основания для удовлетворения требований истца о возмещении ущерба с ответчика, поскольку в данном случае ФИО2 является лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного окружающей среде.

Установленный судом размер вреда соответствует Методике исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды и составляет 306 838 руб. 54 коп. = 366648 х 0,5 х 1,3 х 1287,5х1

Согласно п. 10 Методики, исчисление в стоимостной форме размера вреда в результате порчи почв при перекрытии ее поверхности, возникшего при перекрытии искусственными покрытиями и (или) объектами (в том числе линейными объектами и местами несанкционированного размещения отходов производства и потребления) осуществляется по формуле:

УЩперекр = S x Кr x Кисп x Тх x Кмпс, (5)

где:

УЩперекр - размер вреда (руб.);

S - площадь участка, на котором обнаружена порча почв (кв. м);

Kr - показатель, учитывающий глубину загрязнения, порчи почв при перекрытии ее поверхности искусственными покрытиями и (или) объектами (в том числе линейными объектами и местами несанкционированного размещения отходов производства и потребления), определяется в соответствии с пунктом 7 настоящей Методики;

Kисп - показатель, учитывающий категорию земель и вид разрешенного использования земельного участка, который определяется в соответствии с пунктом 8 настоящей Методики;

Тх - такса для исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, при порче почв определяется согласно приложению 1 к настоящей Методике (руб./кв. м);

Кмпс - показатель, учитывающий мощность плодородного слоя почвы, определяется в соответствии с п. 13 настоящей Методики.

В соответствии с п. 13 Методики коэффициент Кмпс применяется при наличии плодородного слоя почвы.

При этом абзацем третьим данного пункта предусмотрено, что в случае отсутствия плодородного слоя почвы (или недоказанности его наличия) коэффициент Кмпс принимается равным 1.

Истцом произведено исчисление в стоимостной форме размера вреда, причиненного ответчиком почве, только в результате ее порчи при перекрытии ее поверхности местами несанкционированного размещения отходов производства и потребления (УЩперекр). Формула, предусмотренная п.10 Методики, не требует проведения лабораторных испытаний проб почвы и применения показателей превышения нормативов предельно допустимых концентраций загрязняющих веществ. Для взыскания вреда достаточно установить сам факт захламления почв отходами.

Учитывая изложенное, судебной коллегией отклоняются доводы апелляционной жалобы о том, что какого-либо ущерба окружающей среде не причинялось, ввиду доказанности факта негативного изменения окружающей среды в результате её загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

Ссылки апеллянта на недоказанность факта нахождения несанкционированного сброса отходов именно на арендуемом им земельном участке, и именно на почве, о недостоверности установлении площади размещения отходов, зафиксированных точечно и под снежным покровом, являются несостоятельными, поскольку в полной мере опровергнуты материалами дела, в том числе вышеприведенными протоколом инструментального обследования №29 от 31 января 2025 года, протоколом осмотра с фототаблицей, планом-схемой к протоколу осмотра, заключением выездного обследования №29, видеозаписью. Также доводы ответчика опровергнуты и пояснениями представителя истца в районном суде, согласно которым площадь осматриваемого земельного участка с несанкционированным размещением отходов, была определена с помощью программного обеспечения «NextGIS QGIS», путем нанесения полученных с помощью используемого спутникового геодезического оборудования, географических координат на карту, содержащую сведения о границах земельных участков. Расчет площади несанкционированного сброса отходов указанной программой производится автоматически. Согласно расчета программного обеспечения «NextGIS QGIS», при нанесении географических координат, полученных в ходе выездного обследования №29 от 31 января 2025 года на карту, площадь несанкционированного сброса отходов на земельном участке с кадастровым номером № составила 366,648 кв.м., которая была применена при расчете ущерба, причиненного окружающей среде. Аналогичные сведения содержатся в план-схеме земельного участка к протоколу осмотра от 31 января 2025 года.

Доводы об отсутствии у сотрудников истца специального обучения для работы с спутниковым геодезическим оборудованием, необоснованном ведении видеозаписи на I Phon 14 pro мах, который не являются специальным техническим средством, судебной коллегией отклоняются, поскольку опровергнуты как пояснениями представителя истца в суде, так и представленным в деле распоряжением Министерства экологии и природных ресурсов Республики Татарстан от 16.08.2023 № 10-р о допуске к процедуре инструментального обследования лиц, замещающих должности государственной гражданской службы Республики Татарстан.

Судебной коллегией отклоняются ссылки апеллянта на наличие права, как арендатора, на снятие плодородного слоя почвы для последующего строительства, поскольку в данном случае к нему предъявлено требования о возмещении ущерба окружающей среде размещением на земельном участке отходов боя железобетонных изделий.

Доводы апеллянта о несоответствии координат земельного участка также были предметом проверки в суде первой инстанции и правомерно отклонены судом первой инстанции. Как верно было установлено судом, в том числе из пояснений представителя истца, что координаты указанные в планшете геодезического оборудования не являются не соответствующими координатам указанных в протоколе, а являются переведенными из одной системы координат в другую. Перевод координат из системы «МСК16» в систему координат программы «WGS84», которая используется широким кругом лиц, является общедоступной и может использоваться в гугл-картах, яндекс-картах и позволяет без привлечения профессиональных специалистов определить местонахождение земельного участка или места размещения несанкционированных отходов и в других случаях, когда необходимо определить координаты месторасположения.

Ссылки ответчика на отсутствие доказательств, подтверждающих наличие плодородного слоя почвы до заключения договоры аренды, также были опровергнуты в суде актами осмотра земельного участка от 14 июня 2024 и от 07 октября 2025 года с фототаблицами.

С учетом изложенного доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований к отмене или изменению решения суда, поскольку по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела, основаны на неправильном толковании норм права и повторяют изложенную стороной ответчика позицию, которая была предметом исследования и оценки суда первой инстанции. Оснований для иной оценки исследованных судом доказательств судебная коллегия не усматривает. В нарушение ст.56 ГПК РФ доказательств отсутствия вины в причинении вреда окружающей среде вследствие размещения отходов производства и потребления на его земельном участке, а также несоответствия определенного истцом размера ущерба, ответчик не представил.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения в любом случае, судом не допущено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Якшур-Бодьинского районного суда Удмуртской Республики от 28 января 2026 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2, оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 18 мая 2026 года.

Председательствующий И.Н. Хохлов

Судьи Ю.А. Ступак

А.В. Шаклеин