Приговор № 1-101/2024 1-541/2023 от 23 сентября 2024 г. по делу № 1-101/2024

дело №1-101/2024 (№1-541/2023)


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Усть-Илимск 24 сентября 2024 года

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Бахаева Д.С., при секретаре Масловой В.А.,

с участием государственного обвинителя Соколова Г.Д.,

подсудимого ФИО1, защитника адвоката Степановой Г.А.,

а также потерпевшей Потерпевший №1.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты> не судимого,

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 причинил ФИО5 смерть по неосторожности, при следующих обстоятельствах.

Так, в период времени с 18 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 07 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 и ФИО5 находились в квартире по адресу: <адрес>, где в ходе распития спиртных напитков между ними произошел словесный конфликт. В ходе конфликта ФИО1, не предвидя возможности наступления смерти ФИО5, хотя при должной внимательности и предусмотрительности должен был и мог это предвидеть, зная, что ФИО5 находится в состоянии опьянения, двумя руками толкнул последнего в грудную клетку, от чего тот потерял равновесие и упал на кровать, ударившись при падении затылочной частью головы о деревянную спинку кровати.

Своими неосторожными действиями ФИО1 причинил ФИО5 повреждение в виде <данные изъяты>, относящееся к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. В результате неосторожных действий ФИО1 смерть ФИО5 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 40 минут в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница» <данные изъяты>.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, заявив о своей непричастности к причинению смерти ФИО5. При этом указал, что в конфликт с ФИО5 он не вступал, не толкал последнего, оснований для конфликта не было, ревности у него не было, Свидетель №1 является «девушкой легкого поведения». В период его нахождения в доме Свидетель №1 с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 вообще не вставал с кровати, ему было плохо, Свидетель №2 заходил к ФИО5 чтобы принести ему выпить, у ФИО5 в тот момент уже было повреждение, поскольку на руках Свидетель №2 остались следы крови от того, что тот придерживал голову ФИО5 когда давал ему выпить. Полагает, что свидетель Свидетель №1 его оговорила, она сама могла быть причастна к смерти ФИО5, либо тот мог получить травму в дорожно-транспортном происшествии. Также ФИО1 указал, что признательные показания в период предварительного следствия он давал под давлением со стороны сотрудников полиции и следственного комитета, при этом был вынужден себя оговорить.

Оценив все представленные доказательства, несмотря на непризнание подсудимым ФИО1 своей вины, суд приходит к выводу о том, что его виновность в совершении преступления при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, нашла свое полное подтверждение в судебном заседании.

Выводы суда о наличии события преступления, и то, что это преступление совершил именно ФИО1, основаны на следующих доказательствах.

Так, на ФИО1, как на лицо, совершившее данное преступление, указала очевидец Свидетель №1

Давая показания в судебном заседании Свидетель №1 пояснила, что с ФИО5 она состояла в любовных отношениях, с ФИО1 она состояла в любовных отношениях ранее. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 приехал к ней домой в <адрес>, примерно за 3-4 дня до произошедшего, и в течение нескольких дней находился у нее дома, при этом они распивали спиртные напитки. Впоследствии к ним также присоединился ФИО1, приехав с вахты. В указанный период времени у нее в доме находилось много знакомых, кто-то приходил, кто-то уходил, при этом они все распивали спиртное. В числе гостей также был и Свидетель №2. Они распивали спиртное на кухне, ФИО5 пошел в спальню и лег на кровать, а ФИО1 пошел вслед за ним. Где в это время находился Свидетель №2, она не помнит. Она, находясь на кухне, услышала из комнаты крики и нецензурную брань, ругались ФИО1 и ФИО5, как она поняла, конфликт произошел из-за нее на почве ревности. ФИО1 предъявлял претензии к ФИО5, будучи недовольным его нахождением у нее в доме. Она направилась в комнату, и, находясь в коридоре в 2-3 метрах, увидела, как ФИО1 толкнул двумя руками в грудь ФИО5, от чего тот упал. Перед толчком ФИО5 просто стоял, не сопротивлялся, они с ФИО1 друг друга оскорбляли. Она видела, что ФИО5 упал спиной на кровать, но обо что он непосредственно ударился, она точно не видела, предполагает, что затылком о спинку кровати, она услышала звук удара о деревянную спинку. В дальнейшем она увидела на подушке кровь, у ФИО5 было кровотечение из уха. После она увидела у ФИО5 гематому на затылке. Она вызвала скорую помощь около 4 часов утра, фельдшер провела осмотр, и уехала. Около 8 часов утра ФИО5 стало плохо, тогда она во второй раз вызвала скорую помощь, и ФИО5 уже увезли в больницу в <адрес>. Во время распития спиртного до конфликта у ФИО5 телесных повреждений не было, она ему телесные повреждения не наносила. Накануне данных событий, примерно за 4 дня, они действительно попали с ФИО5 в дорожно-транспортное происшествие (столкнулись с автомобилем Свидетель №3), но ФИО5 никаких повреждений не получил, в больницу не обращался. После того, как ФИО5 увезла скорая помощь, она действительно сказала потерпевшей Потерпевший №1, что ФИО5 получил травму при ДТП, поскольку ФИО5 сам ее об этом попросил, не желая подставлять ФИО1. Данный разговор между ней и ФИО5 состоялся тогда, когда она в первый раз вызвала скорую помощь, ФИО5 попросил, чтобы она сказала, что он при ДТП ударился головой о панель приборов.

Как видно из анализа показаний свидетеля Свидетель №1, последняя, будучи прямым очевидцем произошедших событий, изобличила подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

Показания Свидетель №1 были стабильны, как в период предварительного следствия, так и в суде.

Из оглашенных показаний Свидетель №1, данных на следствии, судом установлено, что ФИО1 и ФИО5 были осведомлены о том, что у каждого из них с ней были интимные отношения, между ними на данной почве произошел конфликт в ДД.ММ.ГГГГ, при этом ФИО1 был осведомлен о том, что у ФИО5 в позвоночнике установлена металлоконструкция ввиду чего он крайне неустойчив в стоячем положении. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 приехал к ней в гости в <адрес> на своем автомобиле. Они на протяжении нескольких дней распивали спиртное в компании жителей <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ они с ФИО5 ездили на его машине и последний, не справившись с управлением допустил столкновение с автомобилем под управлением их знакомого по имени ФИО2. При этом ФИО5 никаких телесных повреждений не получил, и далее они продолжили распивать спиртные напитки. ДД.ММ.ГГГГ к ним присоединился ФИО1, вернувшийся с вахты. В тот день они все вместе распивали спиртное, также в компании были ФИО57 и ФИО58, при этом конфликтов не было. Около 23 часов ФИО5 пошел в комнату и лег на кровать. Через 10 минут в ту же комнату пошел ФИО1, после чего она сразу же услышала, что ФИО1 и ФИО5 стали ругаться из-за нее (Свидетель №1) на почве ревности. Далее она зашла в комнату и увидела, что ФИО1 и ФИО5 стояли лицом друг к другу, при этом ФИО1 двумя руками толкнул ФИО5 в грудную клетку, от чего тот упал и ударился головой, а именно правой частью за ухом, о край и угол тумбочки. В момент толчка ФИО5 не наносил ФИО1 никакие удары. Она сразу же выгнала ФИО1 из комнаты, а ФИО5 лег на кровать. Вернувшись к ФИО5, она обнаружила, что у него из правого уха пошла кровь, и виднелся синяк в заушной области головы. Около 2 часов ночи ДД.ММ.ГГГГ она вызвала скорую помощь, по приезде фельдшер поместила в правое ухо ФИО5 тампон, смоченный в перекиси водорода, и поставила инъекцию лекарства «магнезия». Утром ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 стало сильно тошнить, у него началась рвота, поэтому она позвонила в скорую помощь около 6 часов утра, и после ФИО5 госпитализировали. До этого момента у ФИО5 никаких повреждений не имелось (т. 1 л.д. 45-50).

Как видно из данных показаний, свидетель Свидетель №1, изначально указала, что от толчка ФИО1, ФИО5 упал и ударился правой частью головы о тумбочку, из-за чего у него впоследствии было кровотечение из правого уха.

Вместе с тем, при проверке показаний на месте, свидетель Свидетель №1 несколько уточнила свои показания, а именно на месте происшествия последняя воспроизвела произошедшие события, очевидцем которых она была. При этом свидетель подтвердила время и место произошедшего, а именно, что события происходили в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ. Свидетель №1 указала, что в доме присутствовали: она, ФИО5, ФИО1 и Свидетель №2. Конфликт между ФИО5 и ФИО1 произошел около 23 часов, когда ФИО5 ушел в комнату, а через 10 минут туже пошел ФИО1. Свидетель Свидетель №1 продемонстрировала, с какого места она наблюдала картину произошедшего. Указала, каким образом располагались ФИО1 и ФИО5 по отношению друг к другу. При помощи манекена указала, как стоял ФИО5 около кровати, а ФИО1 стоял напротив него. Свидетель Свидетель №1 показала, каким образом во время словесного конфликта ФИО1 толкнул в грудь ФИО5, от чего тот упал и ударился затылочной частью о спинку кровати. От падения у ФИО5 было кровотечение из правого уха и синяк в заушной части. На проверке показаний свидетель указала, что при допросе пояснила о том, что ФИО5 ударился о тумбочку, однако, находясь на месте, она вспомнила, что ФИО5 упал на кровать и ударился о спинку кровати (т. 1 л.д. 94-102).

После оглашения протокола допроса в качестве свидетеля, протокола проверки показаний на месте и исследования видеозаписи проверки показаний на месте, свидетель Свидетель №1 частично не подтвердила свои показания, а именно в той части, что в указанное время в доме также находились ФИО57 и ФИО58, поскольку последних на самом деле не было. Также свидетель настояла на том, что ФИО5 при падении от толчка ФИО1, ударился о спинку кровати, а не об тумбочку. Свои пояснения на проверке показаний на месте, свидетель Свидетель №1 подтвердила.

Подвергая анализу показаний свидетеля Свидетель №1, суд находит их стабильными, поскольку последняя сразу после произошедшего указала на причастность именно ФИО1 к данному преступлению. В дальнейшем свидетель не отказалась от своих показаний, и подтвердила их в судебном заседании.

При этом некоторые противоречия в показаниях Свидетель №1, а именно о том, какой частью головы ударился ФИО5, не могут служить основанием для недоверия к их содержанию в целом. Показания свидетеля Свидетель №1 подтверждены иными доказательствами, оснований для оговора подсудимого с ее стороны, суд не усматривает, а потому находит показания Свидетель №1 достоверными доказательствами.

Подсудимый ФИО1, оспаривая показания Свидетель №1, указывает на то, что последняя его оговорила, желая избежать ответственности за смерть ФИО5, поскольку она сама могла нанести тому телесное повреждение. Свидетель Свидетель №1 настаивала, что она не наносила телесных повреждений ФИО5.

Вместе с тем, судом установлено, что в период предварительного следствия ФИО1 сам обратился в отдел полиции с явкой с повинной, в которой указал на свою причастность к данному преступлению. В дальнейшем ФИО1 дал изобличающие показания, подтвердил свои показания на месте и на очной ставке с Свидетель №1.

При этом из материалов дела усматривается, что протокол явки с повинной был составлен ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 15 минут оперуполномоченным ФИО7 (т. 1 л.д. 43). Данный протокол был составлен еще до окончания допроса свидетеля Свидетель №1, поскольку последняя была допрошена следователем ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ с 12 часов 00 минут до 13 часов 10 минут. Таким образом, довод ФИО1 о том, что он указал в явке с повинной ложные сведения, которые ему стали известны из протокола допроса Свидетель №1, является несостоятельным.

Более того, как видно из протокола явки с повинной, ФИО1 указал, что во время словесного конфликта он толкнул ФИО5, и тот, падая, ударился головой о душку кровати. Вместе с тем, свидетель Свидетель №1 в своих первых показаниях указала, что ФИО5 ударился головой о тумбочку. То есть, то обстоятельство, что ФИО5 ударился о спинку (душку) кровати, было установлено изначально именно со слов самого ФИО1, что свидетельствует о личной осведомленности ФИО1 об обстоятельствах инкриминируемого преступления, и опровергает его довод о том, что об этих обстоятельствах ему стало известно из иных источников.

Как следует из оглашенных протоколов допроса ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, последний после явки с повинной, дал подробные изобличающие показания, а именно указал, что действительно он состоял в интимных отношениях с Свидетель №1, с которой также состоял в отношениях и знакомый ему ФИО5. ДД.ММ.ГГГГ он приехал с вахты в <адрес>, и сразу поехал домой к Свидетель №1. По приезде он узнал, что у Свидетель №1 с ДД.ММ.ГГГГ проживал ФИО5. Он, Свидетель №1 и ФИО5 употребляли спиртные напитки, за время распития к ним приходили знакомые, в том числе Свидетель №2, который во время застолья ушел спать в дальнюю комнату. Около 23 часов ФИО5 пошел в комнату, расположенную около кухни. Он пошел следом за ФИО5, чтобы выяснить, почему тот лег на кровать Свидетель №1. В результате на почве ревности между ними произошел конфликт, ФИО5 встал с кровати, они находились стоя лицом друг к другу, кричали друг на друга, ФИО5 замахнулся на него, а он толкнул ФИО5 в грудную клетку ладонями по направлению «от себя», в результате чего ФИО5 упал на кровать и ударился затылочной частью головы о деревянное изголовье кровати, он видел это и слышал глухой звук от соударения. Во время толчка ФИО5 каких-либо угроз ему не высказывал, каких-либо предметов в руках у него не было, реальной угрозы его (ФИО1) жизни и здоровью не имелось. В момент нанесения толчка ФИО5 в комнату зашла Свидетель №1, которая видела как он нанес толчок ФИО5, после чего она выгнала его из комнаты. Утром ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 вызвала ФИО5 скорую помощь и его увезли в больницу. В дальнейшем он узнал, что ФИО5 умер. ДД.ММ.ГГГГ он написал явку с повинной, сотрудниками полиции в отношении него давление и насилие не применялось (т. 1 л.д. 55-60, 114-116, 156-158, 185-188).

Кроме того, показания ФИО1 проверялись на месте происшествия в <адрес>, где он при помощи манекена показал, как они с ФИО5 стояли лицом друг к друг во время словесного конфликта, как ФИО5 замахнулся на него рукой, но без высказывания слов угроз (ФИО5 выразился нецензурной бранью и выгонял ФИО1 из комнаты), продемонстрировал, как он руками толкнул ФИО5, от чего тот упал на кровать и ударился затылочной частью головы о спинку кровати. ФИО1 пояснил, что Свидетель №1 наблюдала происходящее от входа в комнату, а после разозлилась на ФИО1 за то, что он избил ФИО5 (т. 1 л.д. 79-92).

Подвергая анализу оглашенные показания подсудимого в сопоставлении с показаниями свидетеля Свидетель №1, суд приходит к выводу о том, что эти показания по своему содержанию соответствуют друг другу, и устанавливают одни и те же обстоятельства произошедшего. А именно подсудимый и свидетель Свидетель №1 указывают на то, что именно ФИО1 толкнул ФИО5, и именно от толчка ФИО1 ФИО5 упал и ударился головой о спину кровати.

При этом как установлено материалами дела, помимо допросов, между ФИО1 и Свидетель №1 также на следствии проводилась и очная ставка, на которой Свидетель №1 аналогично, как и при допросе, указала на то, как развивались события, о том, что между ФИО1 и ФИО5 произошел словесный конфликт, в результате чего ФИО1 толкнул ФИО5 и тот от толчка упал. При этом Свидетель №1 на очной ставке уточнила ранее данные показания, а именно указала, что ФИО5, падая ударился затылочной частью головы о деревянную спинку кровати. От удара у ФИО5 из правого уха пошла кровь, до этого никаких повреждений у ФИО5 не было. Во время словесного конфликта ФИО5 и ФИО1 выгоняли друг друга, кричали словами грубой нецензурной брани, однако не высказывали угрозы. ФИО5 не пытался нанести какие-либо повреждения ФИО1. Подсудимый ФИО1 на очной ставке показания Свидетель №1 подтвердил полностью, при этом уточнил, что слова нецензурной брани со стороны ФИО5 он не воспринимал как угрозы, в момент толчка ФИО5 не наносил ему какие-либо повреждения (т. 1 л.д. 103-108).

Согласованность изобличающих показаний подсудимого с показаниями свидетеля-очевидца, указавшего на него как на лицо совершившее преступления, свидетельствует о достоверности их показаний относительно обстоятельств, вменяемого подсудимому преступления.

Более того, показания подсудимого ФИО1 и свидетеля Свидетель №1, также подтверждаются объективными доказательствами, представленными суду.

Так, из показаний ФИО1 и Свидетель №1 следует, что указанные события, при которых ФИО5 получил травму и впоследствии был госпитализирован, происходили в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При этом как видно из телефонограммы, зарегистрированной в 07 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, Свидетель №4 (фельдшер скорой медицинской помощи <данные изъяты>» в <адрес>), передала сообщение о том, что ФИО5, находящийся по адресу: <адрес> в <адрес>, обратился с диагнозом <данные изъяты> (ДТП) (т. 1 л.д. 20).

Свидетель №4 была допрошена в качестве свидетеля по обстоятельствам вызова к ФИО5, и подтвердила, что вызов был принят около 06 часов ДД.ММ.ГГГГ, женщина сообщила, что у ее знакомого из уха течет кровь, его периодически тошнит. Она прибыла около 06 часов 20 минут по адресу: <адрес>, ее встретила женщина, проводила ее в спальную комнату, где лежал на кровати мужчина ФИО5 в алкогольном опьянении. Женщина пояснила, что около двух суток назад мужчина попал в ДТП, при этом не обращался в больницу, сам мужчина разговор с ней не вел, вопросы понимал, но не отвечал, так как женщина его постоянно перебивала и рассказывала за него. При осмотре ФИО5 были обнаружены: <данные изъяты>, что означало, что повреждения были образованы незадолго до ее прибытия, а также <данные изъяты>, более видимых повреждений не обнаружено. В ходе осмотра у нее возникли сомнения в обстоятельствах получения травмы, поскольку локализация повреждений ФИО5 не характерна для дорожно-транспортного происшествия, а также данные повреждения были образованы незадолго до ее прибытия, так как с уха стекала свежая сукровица. Обстоятельства, указанные женщиной, об образовании повреждения, не совпадали с действительностью и не могли быть причинены, как та описывала, но она значения этому не придала. После осмотра ею была предложена госпитализация, так как по признакам у ФИО5 имелась <данные изъяты>, однако тот от госпитализации отказался (т. 1 л.д. 150-151).

Согласно сведениям, представленным из <данные изъяты>», к ФИО5 на адрес: <адрес>, скорая медицинская помощь вызывалась дважды ДД.ММ.ГГГГ, что соответствует показаниям свидетеля Свидетель №1, и свидетельствует об их достоверности.

Первый вызов был принят в 07 часов 05 минут. Выставлен диагноз: поверхностная травма головы, алкогольное опьянение. От предложенной госпитализации пациент отказался. Второй вызов был принят в 11 часов 09 минут. Выставлен диагноз: <данные изъяты>. Пациент госпитализирован в травматологическое отделение.

Объективным подтверждением наступления смерти ФИО5 в медицинском учреждении после доставления бригадой скорой медицинской помощи, является:

- сообщение, зарегистрированное в КУСП в 07 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ за №. Из данного сообщения следует, что ФИО5 скончался в реанимационном отделении. Ранее был доставлен с диагнозом: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 7);

- а также протокол осмотра, проведенного с 11 часов 20 минут до 11 часов 45 минут ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осматривалось реанимационное отделение, где на реанимационном столе обнаружен труп ФИО5 (т. 1 л.д. 9-10).

Наличие у погибшего ФИО5 телесных повреждений, механизм образования, степень их тяжести, а также причина смерти объективно установлены заключением судебно-медицинской экспертизы №, в котором указано, что смерть ФИО5 констатирована ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 40 минут. Смерть наступила в результате <данные изъяты>.

На трупе ФИО5 обнаружены следующие телесные повреждения:

<данные изъяты>. Расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

<данные изъяты> и расцениваются как не причинившие вреда здоровью (т. 1 л.д. 205-208).

Вышеприведенными доказательствами подтверждается насильственный характер наступления смерти ФИО5

Место, где ФИО5 были получены телесные повреждения от падения в результате толчка со стороны ФИО1, а стало быть, место преступления, установлено по результатам осмотра, проведенного ДД.ММ.ГГГГ с 17 часов 25 минут до 17 часов 40 минут. А именно осматривались квартира и прилегающая территория по адресу: <адрес>. При осмотре установлено, что в одной из комнат находится деревянная кровать, которая имеет с обеих сторон спинки (т. 1 л.д. 66-77). Обстоятельства, установленные протоколом осмотра, соответствуют показаниям свидетеля Свидетель №1 и подсудимого ФИО1.

Подсудимый ФИО1, заявляя о своей непричастности к причинению смерти <адрес> и невиновности в совершении преступления, указывает, что вышеприведенные изобличающие показания были даны им в результате незаконных методов ведения следствия. А именно, что перед написанием явки с повинной он был избит оперативным сотрудником в присутствии других сотрудников, в том числе участкового уполномоченного, который доставил его в отдел полиции из <адрес>. В дальнейшем следователи, и руководитель следственного отдела, угрожали ему заключением под стражу, квалификацией по более тяжкому составу и в целом неблагоприятным исходом по делу. В итоге, испугавшись, он оговорил себя. Все показания были даны им либо по показаниям Свидетель №1, либо протокол уже был заранее изготовлен следователем, а он только подписал его, не читая содержание показаний.

При проверке доводов ФИО1 судом были допрошены сотрудники полиции и сотрудники следственного комитета.

В частности, участковый уполномоченный ФИО6 показал, что он действительно доставлял ФИО1 в отдел полиции в <адрес> из <адрес>. Ни о каких обстоятельствах по делу, он ФИО1 не рассказывал, на тот момент он и не располагал никакими сведениями о обстоятельствах и причине смерти Краснопольского. При доставлении ФИО1 ни на что не жаловался. Он доставил ФИО1 в отдел по исполнению административного законодательства, при опросе ФИО1 не присутствовал.

Из показаний оперуполномоченного ФИО7 установлено, что он действительно отбирал явку с повинной от ФИО1, при этом давления на него не оказывал, физического и психологического насилия не применял, ФИО1 добровольно сообщил о совершенном преступлении. При составлении протокола явки с повинной в кабинете присутствовал еще один оперативный сотрудник, но кто именно, он не помнит. Кто доставил ФИО1 в отдел полиции он не знает, поскольку, когда он начал работать по данному происшествию, ФИО1 уже находился в отделе. Участковый уполномоченный при отбирании явки с повинной не присутствовал.

Допрошенный оперуполномоченный ФИО8 пояснил, что ФИО1 ему не знаком, при отбирании явки с повинной от ФИО1 он в кабинете не присутствовал, никакого давления на него не оказывал, насилия не применял.

Следователи ФИО9, ФИО10 и руководитель следственного отдела ФИО11 показали, что при проведении следственных действий с ФИО1, никакого давления на него не оказывалось, при допросах, при проверке показаний на месте, на очных ставках, при предъявлении обвинения ФИО1 был обеспечен защитником, показания давал добровольно, не пояснял о каком-либо давлении со стороны оперативных сотрудников, все протоколы составлялись по ходу проведения следственных действий, то есть они не изготавливались заранее, ФИО1 с протоколами был ознакомлен и подписал каждый протокол добровольно.

Также суду представлено постановление следователя СО по г. Братск СК России по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что по результатам проверки в порядке ст. 144 УПК РФ в действиях оперуполномоченных ФИО7, ФИО8, следователей ФИО10, ФИО9, руководителя следственного отдела ФИО11 не установлены составы преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286, ч.ч. 1,2 ст. 302, ч. 2 ст. 303 УК РФ.

Как установлено судом, ни при доставлении в отдел полиции, ни при последующих допросах, ФИО1 ни о каком давлении со стороны сотрудников правоохранительных органов не заявлял, а, напротив, не отрицал причастность к преступлению. При этом при всех допросах ФИО1 был обеспечен защитником, ему были разъяснены права, в том числе право не свидетельствовать против себя в силу ст. 51 Конституции РФ.

В данном случае нарушения права ФИО1 на защиту в период предварительного следствия суд не усматривает.

Подвергая анализу показания ФИО1 в совокупности с показаниями, допрошенных по делу свидетелей и объективными доказательствами по делу, суд приходит к твердому убеждению о том, что показания ФИО1 в судебном заседании, в которых он отрицал факт причинения по неосторожности смерти Краснопольскому, не соответствуют действительности. Показания ФИО1 суд расценивает как способ его защиты от предъявленного обвинения с целью уйти от уголовной ответственности за содеянное.

Напротив показания фактического очевидца преступления свидетеля Свидетель №1 были стабильными на протяжении предварительного следствия и судебного заседания, где она последовательно указывала на то, что именно ФИО1 толкнул ФИО5, от чего тот упал и ударился головой о спинку кровати.

В данном случае, суд находит показания свидетеля Свидетель №1, в которых она изобличила ФИО1, более правдивыми, нежели показания самого ФИО1, отрицавшего свою причастность к преступлению. Показания Свидетель №1 суд находит достоверными доказательствами, а показания ФИО1 суд принимает в той их части, в которой они соответствуют показаниям свидетеля Свидетель №1 и иным объективным доказательствам.

Так, показания ФИО1 на предварительном следствии и показания свидетеля Свидетель №1 согласуются с протоколом осмотра места происшествия, соответствуют времени вызова скорой помощи и госпитализации ФИО5. Показания ФИО1 относительно обстоятельств падения ФИО5 и удара головой о спинку кровати также соответствуют проведенным по трупу ФИО5 судебно-медицинским исследованиям. Как следует из заключения №, судебно-медицинский эксперт, исходя из показаний, данных ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого, на очной ставе с Свидетель №1 и при проверке показаний на месте, не исключил возможность формирования у ФИО5 части телесных повреждений, указанных в пункте 2А заключения № (<данные изъяты>). При этом эксперт исключил возможность формирования указанных телесных повреждений при обстоятельствах указанных Свидетель №1 при допросе в качестве свидетеля и при проверке показаний на месте, поскольку указанные повреждения имеют точку <данные изъяты> (т. 1 л.д. 215-218).

При этом следует отметить, что именно ФИО1 при даче показаний указал о том, что ФИО5 ударился при падении затылочной частью головы, и именно при данных обстоятельствах эксперт не исключил возможность получения ФИО5 телесного повреждения, от которого впоследствии наступила его смерть. Свидетель Свидетель №1 изначально указывала на удар в другую часть головы ФИО5. В этой связи утверждение ФИО1 о том, что признательные показания им были даны исходя из показаний Свидетель №1, о которых ему сказали сотрудники полиции, несостоятельно, поскольку его первоначальные показания более соответствуют картине образования у ФИО5 телесного повреждения. Свидетель Свидетель №1 лишь на очной ставке с ФИО1 уточнила, что ФИО5 ударился при падении затылочной частью головы. Таким образом показания ФИО1 не могут быть производными от показаний Свидетель №1, что опровергает версию ФИО1 об искусственном формировании его показаний при оказании давления сотрудниками правоохранительных органов.

В этой связи суд не находит оснований считать, что признательные показания ФИО1 были добыты в результате незаконных методов ведения следствия. Поэтому суд оценивает показания ФИО1 на предварительном следствии как допустимые и достоверные доказательства, и полагает возможным положить их в основу выводов о его виновности в совершении инкриминируемого преступления.

Доводы стороны защиты о противоречивости заключений экспертов являются несостоятельными, поскольку никаких противоречий в выводах экспертов не усматривается.

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО22 указал, что в своем заключении он привел именно те телесные повреждения, которые объективно были установлены при осмотре трупа ФИО5. Некоторые повреждения, которые были описаны врачами в медицинской карте, не нашли своего объективного подтверждения, поскольку не являются именно повреждениями. Клиническое описание травмы как открытая черепно-мозговая травма по своей сути отличается от судебно-медицинского описания травмы как открытой. С клинической точки зрения открытая травма, это травма, которая допускает бактериальное проникновение. С судебно-медицинской же точки зрения, данная травма будет описана как закрытая, поскольку открытая травма в данном случае, может быть только травма все оболочки мозга вскрыты, и ткань мозга открыта внешней среде.

Судебно-медицинский эксперт ФИО21, давая показания по проведенной им экспертизе, указал, что он не исключил возможность формирования травмы головы у ФИО5 при обстоятельствах, указанных ФИО1, то есть при ударении затылочной частью головы о деревянную спинку кровати. Теменная, височная и затылочная области головы находятся близко друг к другу. Данные области имеют между собой границу, и при кровоизлиянии могут быть затронуты все эти области. Поэтому им было принято решение не исключать такой возможности.

Таким образом, каких-либо противоречий, которые бы ставили под сомнение достоверность вышеприведенных экспертных заключений, суд не усматривает.

Данные заключения получены в строгом соответствии с требованиями процессуального закона, выполнены они квалифицированными специалистами, имеющими необходимые познания и опыт экспертной работы.

На разрешение экспертов поставлены вопросы, относящиеся к событию преступления, выводы экспертами даны на основе правильных исходных данных, и соответствуют установленным обстоятельствам.

При этом заключения экспертов соответствует приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

Таким образом, суд приходит к твердому убеждению о том, что смертельное повреждение ФИО5 было получено именно при тех обстоятельствах, которые были указаны самим ФИО1 при его допросах в период предварительного следствия.

Предположения стороны защиты о возможности получения травмы ФИО5 при иных обстоятельствах, в частности при дорожно-транспортном происшествии, не нашли своего подтверждения в судебном заседании, и опровергнуты всей совокупностью доказательств.

Так, свидетель Свидетель №1 стабильно утверждала, что в дорожно-транспортном происшествии ФИО5 никаких телесных повреждений не получил. А фельдшеру скорой помощи она сказала об этом по просьбе самого ФИО5, который не хотел подставлять ФИО1.

Фельдшер Свидетель №4 в своих показаниях указала, что у нее сразу же вызвали сомнения слова Свидетель №1 о том, что ФИО5 получил травму при ДТП за два дня до вызова скорой помощи. Свои сомнения объяснила не характерностью травмы, имеющейся у ФИО5, травмам, получаемым в результате ДТП. А также сомнения вызвало время получения травмы в ДТП за два дня до этого, потому как травма была свежая, то есть получена накануне ее вызова.

О том, что ФИО5 действительно участвовал в дорожно-транспортном происшествии, однако не получил при этом никаких травм, дал показания суду также и свидетель Свидетель №3 Он подтвердил, что в <адрес> ФИО5 на своем автомобиле действительно по касательной задел его автомобиль, немного повредил бампер. Также на автомобиле ФИО5 было вырвано переднее колесо, поскольку тот наехал на камень. Никаких травм ФИО5 в данном дорожно-транспортном происшествии не получил, на здоровье не жаловался. Сотрудников ДПС они не вызывали.

Показания Свидетель №3 о состоянии автомобиля ФИО5 после данного ДТП подтверждаются протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 66-77), где помимо квартиры Свидетель №1, осматривался и автомобиль, припаркованный у ее дома, принадлежащий ФИО5. Автомобиль имел небольшое повреждение левого переднего крыла, а также у него отсутствовало левое переднее колесо.

После допроса данного свидетеля ФИО1 стал утверждать, что ФИО5 избили Свидетель №3 и его жена за то, что тот повредил их автомобиль. При этом ФИО1 указал, что об этом ему известно со слов ФИО12.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО12 опроверг данные утверждения ФИО1, пояснил, что подобного он ФИО1 не рассказывал, ему вообще не известна семья Свидетель №3, а также не известен ФИО5. Напротив, сам ФИО1 всем в поселке рассказывает, что он не виновен в совершении преступления, говорит о том, что просто выпивал в том доме, подробностей не поясняет.

Потерпевшая Потерпевший №1, давая показания в суде, подтвердила, что ее сожитель ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ на машине поехал к Свидетель №1 в <адрес>, поскольку хотел продолжить распитие спиртного. Когда он уезжал телесных повреждений у него не было. ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов утра ей позвонила Свидетель №1 и сообщила, что ФИО5 увезли в больницу, что якобы он попал в ДТП. Приехав в больницу, она видела как привезли ФИО5 на скорой помощи, он сам ничего уже не мог говорить, его несли на носилках, из левого уха у него шла кровь. ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили, что ФИО5 умер в реанимации. При этом от Свидетель №3 ей впоследствии стало известно, что ФИО5 в ДТП попал ДД.ММ.ГГГГ, что он только немного повредил бампер, сам был в нормальном состоянии, повреждений не получил.

Таким образом, сопоставляя все вышеприведенные доказательства, суд отвергает версию о том, что ФИО5 мог получить смертельную травму при дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ.

Подсудимый ФИО1, кроме этого, также ссылается на то, что травма у ФИО5 уже имелась на момент, когда, он совместно с Свидетель №2 пришел к Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ, утверждая, что Свидетель №2, наливая ФИО5 выпить держал его голову рукой, и после на его руке остались следы крови.

Между тем, как следует из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №2, последний не пояснял о том, что, когда он дал выпить ФИО5, лежащему на кровати, у него на руке остались следы крови. Свидетель №2 лишь указал, что в середине ДД.ММ.ГГГГ он с ФИО1 приходил к Свидетель №1, они распивали спиртное, а в комнате находился ФИО5, и кричал, что хочет выпить, Свидетель №1 сказала, что тот болеет с похмелья. При этом вечером он ушел домой, а ФИО1 остался у Свидетель №1. Спустя несколько дней от участкового ему стало известно о смерти ФИО5. Впоследствии ФИО1 ему рассказывал, что он толкнул ФИО5, однако подробностей не сказал, он предполагает, что толчок произошел уже после его ухода (т. 1 л.д. 169-173).

Давая показания в судебном заседании, Свидетель №2 также не указал на оставшиеся следы крови на его руке после того, как он дал ФИО5 выпить.

При допросе Свидетель №2 подсудимый ФИО1 относительно данного обстоятельства вопросов свидетелю не задал, а данную версию выдвинул уже после допроса Свидетель №2 в его отсутствие в другой судебный день.

В этой связи данный довод ФИО1 суд также считает не нашедшим своего подтверждения.

Свидетель Свидетель №2, давая показания в суде, настаивал, что ФИО1 ушел из дома Свидетель №1 вместе с ним, и что ФИО1 ему не рассказывал про то, что толкнул ФИО5. Однако данные показания суд считает недействительными, а больше доверяет показаниям Свидетель №2 данным им в ходе следствия. Изменение показаний в судебном заседании суд расценивает как желание помочь ФИО1 достигнуть наиболее благоприятного исхода по данному уголовному делу, в силу сложившихся между ними дружеских отношений.

Поэтому, вопреки доводам ФИО1 о недопустимости выдвинутых против него доказательств, суд приходит к убеждению о том, что представленные стороной обвинения доказательства являются достоверными, допустимыми, и в своей совокупности достаточными для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления, при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора.

Так, вышеприведенными объективными доказательствами, а именно доставлением ФИО5 в больницу с телесными повреждениями, наступлением его смерти в больнице, заключением экспертизы о наличии телесных повреждений, подтверждается насильственный характер наступления смерти ФИО5

Место происшествия установлено протоколом осмотра и показаниями свидетеля Свидетель №1 и самого ФИО1.

Временной период совершения преступления установлен из показаний Свидетель №1 и показаний ФИО1 о времени распития спиртных напитков совместно с ФИО5, а также из объективных доказательств, подтверждающих факт вызова для ФИО5 скорой помощи.

На причастность ФИО1 к совершению данного преступления сразу же указала Свидетель №1 и стабильно придерживалась своих показаний, как на следствии, так и в суде. Сам ФИО1 также не отрицал изначально свою причастность к преступлению, в дальнейшем изменил свои показания только в суде, при этом выдвигал различные версии, что говорит о нестабильности его позиции. И как уже было указано выше, суд больше доверяет его первоначальным показания на предварительном следствии, которые не противоречат другим доказательствам по делу.

Что касается указания подсудимого о том, что телесное повреждение ФИО5 получил ранее, еще до его прихода к Свидетель №1, то указание опровергается тем обстоятельством, что при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО5 установлено, что телесное повреждение, от которого наступила его смерть, сформировалось незадолго до поступления в стационар, что соответствует как показаниям Свидетель №1, так и собственным показаниям ФИО1, а также показаниям фельдшера Свидетель №4.

Показания свидетелей ФИО3, ФИО4, Попова об образе жизни свидетеля Свидетель №1, о злоупотреблении ею спиртным и ее беспорядочной интимной жизни, не могут поставить под сомнение достоверность и правдивость ее показаний относительно обстоятельств преступления, очевидцем которого она была.

Суд констатирует, что подозрение в совершении преступления изначально было выдвинуто в отношении ФИО1, он сам не отрицал свою причастность, и только после поступления дела в суд, изменил свою позицию. Вместе с тем, его виновность в совершении преступления, подтверждена не только его первоначальными показаниями на следствии, но и всей совокупностью собранных по делу доказательств.

Вопреки доводам подсудимого, признавая показания свидетелей, в том числе и Свидетель №1, достоверными доказательствами, суд приходит к убеждению об отсутствии оснований для оговора подсудимого с их стороны. Исключая возможность оговора ФИО1, суд констатирует, что убедительных доводов в этой части стороной защиты не приведено, при том, что сами свидетели, в частности Свидетель №1, отрицают наличие оснований для оговора.

При этом суд приходит к выводу о том, что у ФИО1 могли иметься поводы для того, чтобы вступить в конфликт с ФИО5, из-за ревности, вызванной его отношениями с Свидетель №1.

Доводы защиты о неполноте предварительного следствия, об отсутствии проверки всех возможных версий, суд находит несостоятельными, поскольку при проведении следственных действий по делу собрана совокупность доказательств, которая является достаточной для разрешения уголовного дела и принятия решения по существу. Убедительных версий о причинении ФИО5 смерти, при иных обстоятельствах, нежели вменено подсудимому, стороной защиты не приведено. Все утверждения о возможной причастности к преступлению иных лиц, в том числе Свидетель №1, либо о наступлении смерти от травмы, полученной в ДТП, не нашли своего объективного подтверждения. Напротив, причастность ФИО1 к данному преступлению усматривается из совокупности, собранных и представленных суду доказательств.

Таким образом, суд пришел к убеждению, что все доказательства, исследованные в судебном заседании, и положенные в основу приговора являются относимыми, допустимыми, достоверными, а их совокупность достаточна для признания вины ФИО1 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Давая юридическую квалификацию действиям ФИО1, суд исходит из следующего.

Судом установлено, что подсудимый, в результате конфликта, возникшего на почве ревности, толкнул ФИО5 двумя руками в грудную клетку, от чего тот, потеряв равновесие упал, и ударился при падении затылочной частью головы о деревянную спинку кровати.

При этом ФИО1 осознавал, что ФИО5 находится в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 действовал неосторожно, то есть проявил небрежность, поскольку, не предвидя возможности наступления смерти ФИО5, он при должной внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление таких последствий как смерть, поскольку должен был осознавать, что ФИО5 в силу алкогольного опьянения может не устоять на ногах от толчка в грудь. ФИО1 должен был предвидеть последствия в виде получения ФИО5 телесных повреждений при падении и последующую смерть от падения и удара головой о спинку кровати.

Оснований считать, что толчок ФИО1 в грудь ФИО5 был обусловлен защитой от посягательства со стороны последнего, по делу не усматривается, поскольку никакого посягательства ФИО5 не было, он не представлял угрозы для ФИО1.

Таким образом, при установленных обстоятельствах суд находит виновность подсудимого ФИО1 полностью доказанной и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.

Переходя к вопросу о наказании и оценивая психическое состояние подсудимого, суд приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, подсудимый ФИО1 не состоит на учете у нарколога и психиатра. При рассмотрении дела подсудимый адекватно воспринимает судебную ситуацию, помнит и воспроизводит события, ориентируется в пространстве и времени, активно защищает свои интересы.

Поэтому, оценивая в совокупности все данные о личности ФИО1, суд не находит оснований сомневаться в психическом состоянии подсудимого, и признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, направлено против жизни человека, а также данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Учитывает суд и влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Как личность по месту проживания со стороны участкового уполномоченного полиции ФИО1 характеризуется в целом удовлетворительно, однако отмечена его склонность к злоупотреблению спиртными напитками. Соседями ФИО1 характеризуется отрицательно, как человек постоянно злоупотребляющий алкогольными напитками, слабохарактерный, всегда неопрятный по внешнему виду, не хозяйственный. По характеру ФИО1 спокойный, не конфликтный, в нетрезвом виде агрессии не проявляет, жалоб от него со стороны соседей не поступало.

Главой <данные изъяты> муниципального образования ФИО1 характеризуется также в целом удовлетворительно, поскольку он по характеру спокойный, общительный, работает вахтовым методом, жалоб и заявлений в администрацию на него не поступало. Однако также отмечается склонность ФИО1 к злоупотреблению спиртными напитками.

В судебном заседании ФИО1 представлена характеристика от соседей, которые указали, что тот не злоупотребляет спиртным и характеризуется положительно. Вместе с тем, данная характеристика не нашла своего подтверждения в судебном заседании. Судом был допрошен ряд свидетелей из числа жителей <адрес>, и все свидетели указали на склонность ФИО1 к злоупотреблению спиртными напитками. О чем аналогично указано в приведенных выше характеристиках участкового уполномоченного полиции и главы муниципального образования.

Судом установлено, что ФИО1 не судим, он не женат, имеет постоянное место жительства, в настоящее время официально не трудоустроен.

Оценивая вышеприведенные характеризующие сведения, анализируя поведение подсудимого до совершения преступления, наблюдая поведение подсудимого в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что подсудимый характеризуется удовлетворительно.

Смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд считает необходимым признать явку с повинной ФИО1 и его активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку он обратился с явкой с повинной, в дальнейшем давал изобличающие показания, участвовал в проверке показаний на месте, в очной ставке.

В качестве иных смягчающих наказание обстоятельств подсудимому ФИО1 на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает его признание вины на предварительном следствии, состояние здоровья.

Явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также признание вины на предварительном следствии, суд учитывает в качестве смягчающих обстоятельств, даже несмотря на то, что подсудимый ФИО1 в судебном заседании оказался от своих показаний, поскольку суд признал эти показания достоверными доказательствами, и положил их в основу выводов о виновности подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ч. 1 ст. 63 УК РФ, судом не установлено. Исходя из всех обстоятельств совершения преступления, суд также не усматривает и отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, а именно совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Преступление, совершенное ФИО1, отнесено к категории небольшой тяжести. Ввиду того, что преступление является наименее тяжким по категории, то применение положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении его категории в сторону смягчения невозможно.

При назначении вида наказания за совершенное преступление, суд считает нецелесообразным назначение подсудимому наказания в виде исправительных работ. Назначение самого строгого наказания в виде лишения свободы невозможно, в силу ограничений, установленных ст. 56 УК РФ, так как отягчающих наказание обстоятельств не установлено. Принудительные работы применяются только как альтернатива лишению свободы, а потому вопрос о назначении принудительных работ судом не обсуждается, поскольку лишение свободы не может быть назначено. Подсудимый имеет постоянное место жительства, не судим, в быту характеризуется в целом удовлетворительно, поэтому, учитывая все обстоятельства дела, данные о личности подсудимого, суд считает справедливым и соразмерным содеянному назначить ему наказание в виде ограничения свободы, что будет соответствовать задачам и принципам уголовного судопроизводства, и сможет обеспечить достижение целей наказания, то есть восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения ФИО1 новых преступлений, его исправление.

Положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при определении размера наказания судом не применяются, поскольку ФИО1 назначается не самый строгий по санкции вид наказания.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 необходимо оставить без изменения, а по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественных доказательств не имеется.

Гражданский иск не заявлен.

По делу установлены процессуальные издержки в виде вознаграждения адвокату Сизых С.В. в размере 26665 рублей 20 копеек и в виде вознаграждения адвокату ФИО20 в размере 29628 рублей. Общая сумма процессуальных издержек составляет 56293 рубля 20 копеек.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ суд полагает необходимым взыскать процессуальные издержки в виде вознаграждения труда адвокатов с подсудимого ФИО1 в полном объеме, поскольку последний является трудоспособным, он имеет возможность получения заработка, ограничений в дееспособности и трудоспособности у ФИО1 не имеется. От услуг адвоката ФИО20 подсудимый не отказывался. Несмотря на то, что ФИО1 фактически отказался от услуг адвоката Сизых С.В., суд полагает, что расходы, связанные с вознаграждением труда данного адвоката, также должны быть возмещены ФИО1 Отказ ФИО1 от услуг адвоката Сизых С.В. был вызван его тактикой защиты и желанием опорочить свои признательные показания на следствии. Тем не менее, доводы ФИО1 судом признаны несостоятельными, суд признал допустимыми показания ФИО1, которые он давал на стадии следствия в присутствии защитника Сизых С.В. Поэтому суд считает, что ФИО1 обязан компенсировать государству расходы, связанные с обеспечением его защитником по назначению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

Установить осужденному ФИО1 ограничения в виде запрета изменять место жительства или пребывания, запрета на выезд за пределы территории муниципального образования «Усть-Илимский район», без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на осужденного ФИО1 обязанность два раза в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 оставить без изменения, а по вступлении приговора в законную силу отменить.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 56293 (пятьдесят шесть тысяч двести девяносто три) рубля 20 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение 15 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Председательствующий: Д.С. Бахаев