Решение № 2-113/2025 2-113/2025(2-2834/2024;)~М-986/2024 2-2834/2024 М-986/2024 от 4 февраля 2025 г. по делу № 2-113/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2025 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты – Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Артеменко А.В.,

при секретаре Батырбековой А.Д.,

с участием помощника прокурора Кирилловой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-113/2025 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Везерфорд» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Везерфорд» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указал, что <дата> при исполнении трудовых обязанностей в должности техника по бурению 3 категории, находясь на роторной площадке буровой установки кустовой площадки 26G Бованенковского лицензионного участка ЯНАО, в результате натяжения троса и последующего неконтролируемого движения крюка вспомогательной лебедки им была получена травма левой щеки и зубов. По факту причинения травмы на производстве был составлен Акт формы Н-1, на основании медицинской документации установлен диагноз – <данные изъяты>. Согласно справки БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская стоматологическая поликлиника» от <дата> травма признана тяжелой. Были оформлены листки нетрудоспособности в период с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>, пройдено восстановительное лечение рваной раны лица, перелома челюсти, восстановление коронки поврежденного зуба путем установки имплантата. <дата> в адрес ответчика была подана претензия о выплате компенсации материального ущерба и морального вреда, причиненного ему в результате производственной травмы. <дата> срочный трудовой договор между истцом и ответчиком был расторгнут по истечении срока его действия. В настоящее время он не работает. В ответ на претензию ответчиком было предложено оформить соглашение, отказавшись от компенсации морального вреда. Поскольку работодателем не была обеспечена безопасная организация работ, что привело к несчастному случаю, считает, что компенсация материальных затрат на восстановление здоровья и компенсация морального вреда гарантирована законом, в связи с чем соглашение между сторонами не достигнуто. Просит взыскать с ООО «Везерфорд» в его пользу компенсацию материального ущерба за восстановительное лечение в размере 151700 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Везерфорд» ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, считает возможным компенсировать моральный вред в размере 150000 рублей.

Выслушав истца, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего исковое заявление подлежащим удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что <дата> между ФИО1 и ООО «Везерфорд» заключен трудовой договор, согласно которому истец принят на должность техника по бурению 3-й категории, сроком действия до <дата>.

<дата> при исполнении трудовых обязанностей в должности техника по бурению 3 категории, находясь на роторной площадке буровой установки кустовой площадки 26G Бованенковского лицензионного участка ЯНАО, в результате натяжения троса и последующего неконтролируемого движения крюка вспомогательной лебедки ФИО1 была получена травма левой щеки и зубов.

Актом формы Н-1 от <дата> установлено, что на скважине 701 кустовой площадки 26G Бованенского лицензионного участка ЯНАО сотрудники ООО «Везерфорд» совместно с ООО «ЭНГС» проводили работы по подъему (с применением вспомогательной лебедки) плиты под колонный спайдер (фальш-ротор) на роторную площадку по желобу приемных мостков. В середине траектории подъема произошло зацепление/застревание плиты, в результате натяжение троса вспомогательной лебедки усилилось, и рым-болты, за которые была закреплена плита, сломались. При сломе рым-болтов, в результате натяжения троса, последовало неконтролируемое движение крюка вспомогательной лебедки в зону, где находился сотрудник Везерфорд (техник по бурению 3-й категории ФИО1), нанеся ему повреждение левой щеки и зубов. Пострадавший (техник по бурению 3-й категории ФИО1) обратился в медико-санитарную часть медицинского комплекса «Бованенково» ООО «Газпром добыча Надым», где ему была оказана медицинская помощь. Пострадавший (техник по бурению 3-й категории ФИО3) обратился в медико-санитарную часть медицинского комплекса «Бованенково» ООО «Газпром добыча Надым», при этом сообщил, что получил травму щеки, поскользнувшись, упав и ударившись лицом в вагон-сушилке о сушилку обуви в нерабочее время, что подтверждается направлением от <дата> медико-санитарной части медицинского комплекса «Бованенково» ООО «Газпром добыча Надым». В направлении от <дата> медико-санитарной части медицинского комплекса «Бованенково» ООО «Газпром добыча Надым» указано, что работник на момент обращения <дата> был признан трудоспособным, в листе нетрудоспособности не нуждается. <дата> пострадавший (техник по бурению 3-й категории ФИО1) обратился в БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская стоматологическая поликлиника», где открыл больничный лист. <дата> пострадавший (техник по бурению 3-й категории ФИО1) обратился с заявлением в Нижневартовский филиал ООО «Везерфорд» о необходимости расследования полученной на производстве травме <дата>. БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская стоматологическая поликлиника» <дата> предоставило медицинское заключение по форме 315/у, в соответствии с которым травма была признана тяжелой. В соответствии с предоставленным медицинским заключением БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская стоматологическая поликлиника» установлен диагноз <данные изъяты> В Нижневартовском филиале ООО «Везерфорд» отсутствуют документы, инструкции, регламентирующие правила обращения с фальш-ротором (строповки, инструкции, правила подъема).

Причинами несчастного случая являются:

- несовершенство технологического процесса, в том числе недостатки в изложении требований безопасности в технологической документации, выразившиеся в отсутствии правил обращения с фальш-ротором (строповки, инструкции, правил его подъема (нарушение ст.214 ТК РФ, должностной инструкции координатора проектов, являющейся приложением к трудовому договору № от <дата>: «Работник является ответственным как за личную безопасность, так и за безопасность других работников, должен демонстрировать личную приверженность к охране здоровья, соблюдению безопасности, обеспечению качества и охране окружающей среды и coблюдaть все стандарты по К, ОТ, ПБ, и ООС в соответствии с установленными корпоративными требованиями Везерфорд, локальными и государственными нормативными актами и процедурами заказчика»);

- неудовлетворительная организация производства работ, в том числе не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившиеся в отсутствие должного контроля за ходом безопасного выполнения работ (нарушение ст.214 ТК РФ, п.5.4. должностной инструкции координатора проектов, являющейся приложением к трудовому договору № от <дата>: «Обеспечивать безопасное выполнение работ на закрепленных за ним объектах»).

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда:

ФИО4- менеджер по сопровождению и контролю качества производственных работ не обеспечил разработку и внедрение правил обращения с фальш-ротором (схемой строповки, инструкциями и документами по безопасным правилам его строповки, перемещения, подъема), чем нарушил ст.214 ТК РФ, раздел должностной инструкции менеджера по сопровождению и контролю качества производственных работ, являющейся приложением к трудовому договору № от <дата>: «Работник является ответственным как за личную безопасность, так и за безопасность других работников, должен демонстрировать личную приверженность к охране здоровья, соблюдению безопасности, обеспечению качества и охране окружающей среды и соблюдать все стандарты по К, ОТ, ПБ, и РОС в соответствии с установленными корпоративными требованиями Везерфорд, локальными и государственными нормативными актами и процедурами заказчика»;

ФИО5- координатор проекта департамента по спуску скважинного оборудования не обеспечил должного контроля за ходом безопасного выполнения работ, чем нарушил ст.214 ТК РФ, п.5.4. должностной инструкции координатора проектов, являющейся приложением к трудовому договору № от <дата>: «Обеспечивать безопасное выполнение работ на закрепленных за ним объектах», чем нарушил: ст.214 ТК РФ и п.5.4. должностной инструкции координатора проектов, являющейся приложением к трудовому договору № от <дата>: «Обеспечивать безопасное выполнение работ на закрепленных за ним объектах».

Согласно справке БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская городская стоматологическая поликлиника» от <дата>, истец в период с <дата> по <дата> проходил лечение с диагнозом «Рвано-ушибленная рана верхней губы слева. Перелом коронки 12 зуба. Перелом альвеолярного отростка правой верхней челюсти на уровне 11 зуба. Острый периодонтит 11 зуба».

В периоды с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата> истец находился на больничном, что подтверждается листками нетрудоспособности, пройдено восстановительное лечение рваной раны лица, перелома челюсти, восстановление коронки поврежденного зуба путем установки имплантата. По плану лечения ООО «Эстет» от <дата> стоимость работ и материалов на восстановление поврежденного зуба составляет 151700 рублей.

<дата> истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованиями о компенсации расходов на лечение в размере 151700 рублей и компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей. Требование оставлено работодателем без удовлетворения.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы четвертый и четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации.

Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложены на работодателя.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Из приведенного выше правового регулирования следует, что законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. При этом исходя из критериев, предусмотренных статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется с учетом установленных при разбирательстве дела характера и степени перенесенных истцом физических или нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Для установления степени тяжести вреда здоровью и относимости расходов по лечению в ООО «Эстет» к полученным травмам определением суда от 24 сентября 2024 года была назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы.

Согласно заключению № от <дата>, на основании представленной документации и в соответствии с поставленными вопросами экспертная комиссия пришла к следующим выводам:

1. Указанная травма образовалась от однократного воздействия твердого тупого предмета в область левой половины лица в пределах суток до обращения за медицинской помощью, вызвала кратковременное (до 21 дня) расстройство здоровья и по данному признаку квалифицируется как причинившая легкий вред здоровью. Перелом коронки 12 зуба у ФИО1 в отдаленном периоде травмы вызвал необходимость его удаления и восстановление зубного ряда из функциональных и эстетических соображений путем установки зубного импланта.

2. Между травмой, установленной у ФИО1 <дата> и проведением медицинских процедур по установке зубного импланта в ООО «Эстет» (по плану лечения) имеется прямая причинно-следственная связь. Имплантация зубов не входит в перечень услуг, финансируемых из фонда ОМС (обязательного медицинского страхования).

Оценив заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что оно в полной мере отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", предъявляемых как к профессиональным качествам экспертов, так и к самому процессу проведения экспертизы и оформлению ее результатов. Заключение судебной экспертизы является полным, мотивированным, обоснованным, содержит ответы на поставленные судом вопросы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Экспертиза проводилась экспертами, имеющими соответствующее образование и квалификацию, каких-либо сомнений в квалификации экспертов, их заинтересованности в исходе дела не имеется.

Суд, считая доказанным факт причинения ФИО1 вреда здоровью легкой степени тяжести в результате производственной травмы, что очевидно причинило последнему физические и нравственные страдания, в силу закона возлагает на ответчика обязанность по компенсации ему морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства, при которых причинен вред здоровью истца, степень тяжести и характер полученных им травм, вызвавших в отдаленной перспективе необходимость восстановительного лечения зубного ряда, молодой возраст потерпевшего, претерпевающего длительную физическую боль, неудобства, связанные с невозможностью полноценно принимать пищу, чистить зубы, спать, осуществлять другие физиологические потребности, нравственные страдания по поводу эстетического восприятия результатов повреждения передних зубов, требования разумности и справедливости, и приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, полагая, что такая сумма компенсирует истцу перенесенные им физические и нравственные страдания.

Оснований для иного размера компенсации, в том числе по доводам стороны ответчика, суд не усматривает, полагая имущественное состояние ООО «Везерфорд» достаточным для возможности выплаты определенной судом компенсации.

Также суд, с учетом выводов судебной экспертизы, находит обоснованным и подлежащим удовлетворению требование ФИО1 о взыскании с ООО «Везерфорд» имущественного вреда – затрат, необходимых для восстановительного лечения зубного ряда, в размере 151700 рублей.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден в силу закона, в бюджет муниципального образования город Нижневартовск, в сумме 4534 рубля (300 + 4 234).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Везерфорд» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Везерфорд» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, расходы, понесенные за восстановительное лечение, в размере 151 700 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Везерфорд» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Везерфорд» (ИНН №) в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 4 534 рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Нижневартовский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 26 февраля 2025 года.

Судья А.В. Артеменко