Апелляционное постановление № 22К-1695/2025 К-1695/2025 от 23 октября 2025 г. по делу № 3/1А-124/2025

Судья: Пересечанская А.С. №К-1695/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 24 октября 2025 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего Коренькова В.А.,

при секретаре Молчановой Г.В.,

с участием прокурора Ядыкиной А.А.,

обвиняемого К.,

защитников – адвокатов Бикеева А.А., Лавриненко И.С.,

Либина А.М., Пасечнюка А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам обвиняемого К. и его защитников – адвокатов Бикеева А.А., Лавриненко И.С., Либина А.М., Поповой Л.В. на постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 08 октября 2025 года, по которому

К., родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 291-1 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца, то есть до 06 декабря 2025 года; в удовлетворении ходатайства обвиняемого и его защитников об избрании более мягкой меры пресечения – отказано.

Доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого К. в режиме видео-конференц-связи и его защитников Бикеева А.А., Лавриненко И.С., Либина А.М., Пасечнюка А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Ядыкиной А.А., полагавшей постановление суда оставить без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л :

В рамках возбужденного 06 октября 2025 года уголовного дела № 12502270001000610 в отношении К. и О. по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 291-1 УК РФ, старший следователь второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области ФИО1 обратилась в суд с ходатайством об избрании обвиняемому К. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Данное ходатайство Ленинградским районным судом г. Калининграда было удовлетворено.

По подозрению в совершении вышеуказанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 06 октября 2025 года задержан К., в тот же день допрошен в качестве подозреваемого, 07 октября 2025 года привлечен в качестве обвиняемого.

Обвиняемый К. в апелляционной жалобе настаивает на несоответствии выводов суда, изложенных в обжалуемом постановлении, фактическим обстоятельствам дела. Так, утверждение суда о невозможности избрания иной меры пресечения, кроме как заключение под стражу, основан исключительно на предположениях органа следствия. Показания свидетеля В. и обвиняемого О. не содержат сведений о наличии каких-либо угроз с его (К.) стороны, намерениях скрываться, иным путем препятствовать установлению истины по делу. В представленной в материалы дела справки УФСБ России по Калининградской области изложено лишь мнение сотрудника ФСБ, данные представленного документа не проверены в судебном заседании. По мнению подателя жалобы, следователем умышленно не представлены сведения, играющие существенную роль, а именно материалы, свидетельствующие о провокативных действиях В., отсутствуют сведения об отказе от принятия денежных средств. Сам апеллянт является добропорядочным гражданином, не собирается скрываться от следствия, противодействовать следствию, не совершил преступление против личности, имеет постоянное место жительство, где готов отбывать меру пресечения в виде домашнего ареста. Кроме того, иному участнику при точно таком же обвинении избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы, чем нарушен принцип справедливости. Настаивая, что одна лишь тяжесть предъявленного обвинения не может быть безусловным основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, просит обжалуемое постановление отменить, избрав домашний арест по месту его проживания или регистрации.

Адвокат Лавриненко И.С. в защиту интересов К. указывает на незаконность и необоснованность обжалуемого постановления. Так, по мнению адвоката, суд не выполнил требований, установленных ст. 108 УПК РФ и Постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 41, формально подошел к проверке обоснованности подозрения в причастности К. к инкриминируемому преступлению, ограничившись ссылкой на доводы следствия, не указав конкретные доказательства и не дав им должной оценки. Защитник настаивает, что показания свидетеля В. и подозреваемого О. не подтверждают вины К., напротив — свидетельствуют об отсутствии факта передачи или получения денежных средств и указывают на возможную провокацию со стороны оперативных сотрудников. Обращает внимание, что суд необоснованно принял во внимание сведения из справки УФСБ России по Калининградской области, которые носят предположительный характер, не подтверждены допустимыми доказательствами и получены с нарушением требований статьи 89 УПК РФ. По мнению защитника, данная информация не могла быть положена в основу решения об избрании меры пресечения. Адвокат подчеркивает, что в материалах дела отсутствуют какие-либо данные, подтверждающие, что К. намерен скрыться, угрожать свидетелям, уничтожить доказательства или иным образом воспрепятствовать расследованию. Суд также не мотивировал отказ в применении более мягкой меры пресечения, несмотря на наличие всех оснований для этого. Так, К. имеет постоянное место жительства, положительно характеризуется, ранее не судим и добровольно выразил готовность сдать заграничные паспорта, однако данный довод защиты суд проигнорировал. Отмечает, что в отношении соучастника по делу О. суд избрал меру пресечения в виде запрета определенных действий, тогда как К. при аналогичных обстоятельствах применена наиболее строгая мера — заключение под стражу, что нарушает принцип равенства всех перед законом и судом, закрепленный статьей 19 Конституции РФ. Настаивает, что постановление суда первой инстанции принято с нарушением норм УПК РФ, основано на предположениях, а не на фактических данных, и подлежит отмене с избранием в отношении К. более мягкой меры пресечения.

В апелляционной жалобе в интересах К. адвокат Либин А.М. указывает, что обжалуемое постановление является незаконным, необоснованным и немотивированным, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим материалам дела и требованиям уголовно-процессуального закона. Адвокат отмечает, что суд не проверил и не оценил обоснованность подозрения в причастности К. к инкриминируемому преступлению, ограничившись формальной ссылкой на наличие у следствия «достаточных данных», не приведя при этом конкретных доказательств. Настаивает, что суд не указал, какие именно «иные материалы» послужили основанием для вывода о причастности обвиняемого, а показания свидетелей В. и О. не подтверждают факта совершения К. преступления и, напротив, свидетельствуют об отсутствии передачи или получения денежных средств. Отмечает, что суд необоснованно сослался на информацию УФСБ по Калининградской области, не подтвержденную доказательствами, полученными в установленном законом порядке, что нарушает требования ст. 87 УПК РФ. Попытка суда использовать подобные данные как основание для заключения под стражу, по мнению защитника, противоречит положениям п. 2 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41. Указывает, что вывод суда о риске скрыться, оказать давление на свидетелей или воспрепятствовать расследованию не подтвержден конкретными обстоятельствами. К. имеет постоянное место жительства и имущество в Калининграде, положительно характеризуется, ранее не судим, ухаживает за престарелой матерью, страдает заболеваниями и добровольно выразил готовность передать все документы, удостоверяющие личность. Эти обстоятельства, по мнению адвоката, полностью исключают необходимость изоляции обвиняемого от общества. Кроме того, адвокат отмечает, что суд нарушил принцип состязательности и равноправия сторон, исследовав представленные следствием материалы после выступления защиты, чем лишил обвиняемого и его адвокатов возможности возражать и оспаривать доказательства. Защитник настаивает, что при наличии указанных нарушений и отсутствии исключительных оснований для содержания под стражей суд должен был применить более мягкую меру пресечения, соответствующую положениям ч. 1 ст. 108 УПК РФ, — в виде домашнего ареста.

Адвокат Попова Л.В., также находя постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 08 октября 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении К. незаконным, немотивированным и противоречащим требованиям УПК РФ, в апелляционной жалобе в интересах обвиняемого приводит следующие доводы. Суд не выполнил обязанности по проверке и оценке обоснованности подозрения в причастности К. к инкриминируемому преступлению, ограничившись формальной ссылкой на наличие «достаточных данных», что прямо противоречит пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013. При этом представленные материалы, в том числе протоколы допросов свидетелей и обвиняемых, не были в полном объеме оглашены и исследованы в судебном заседании, несмотря на неоднократные ходатайства стороны защиты, чем нарушен принцип непосредственности и гласности судебного разбирательства. Суд необоснованно принял во внимание недостоверную и неподтвержденную информацию из УФСБ России по Калининградской области, не имеющую исходящего номера и сведений об источниках, что делает ее недопустимым доказательством. Вывод суда о рисках скрыться, оказать давление на свидетелей или уничтожить доказательства основан исключительно на предположениях следствия и не подтвержден конкретными обстоятельствами, тогда как К. имеет постоянное место жительства, регистрацию, положительные характеристики по месту работы, прочные социальные связи, ранее не судим и добровольно передал следователю заграничные паспорта, что исключает возможность его скрыться от следствия. Кроме того, по делу уже проведены все необходимые обыски и изъятия, угроз или давления на свидетелей не зафиксировано, что делает вывод о возможном воспрепятствовании расследованию необоснованным. Суд не рассмотрел возможность применения иной, более мягкой меры пресечения, как того требует статья 108 УПК РФ, и не мотивировал отказ в этом. Адвокат считает, что в отношении К. возможно применение мер в виде залога, домашнего ареста либо запрета определенных действий, которые обеспечат достижение целей уголовного судопроизводства без лишения свободы. В связи с этим защитник просит отменить постановление суда первой инстанции и избрать в отношении К. иную, более мягкую меру пресечения.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Бикеева А.А. в защиту К. также сводятся к выводам о незаконности и необоснованности обжалуемого постановления. Так, суд не привел конкретных фактических обстоятельств, подтверждающих наличие оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Вывод суда о возможности К. скрыться от следствия, оказать давление на свидетелей или иным образом воспрепятствовать расследованию носит предположительный и субъективный характер, не подтвержденный материалами дела. Суд не учел поведение К., который передал следователю оба загранпаспорта, сотрудничал со следствием, добровольно выдавал документы и предметы, не препятствовал проведению следственных действий, что свидетельствует об отсутствии намерений скрываться. Кроме того, судом не дана оценка показаниям К. и доводам защиты, а также не рассмотрена возможность применения более мягкой меры пресечения — домашнего ареста или залога, вопреки требованиям ч. 1 ст. 108 УПК РФ. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие реальную возможность оказания К. давления на свидетелей или уничтожения доказательств, как того требует п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013. Кроме того, суд не проверил обоснованность подозрения в причастности К. к совершению преступления, ограничившись формальной ссылкой на позицию следствия. Между тем К. не знаком с участниками, фигурирующими в обвинении, не получал денежных средств и действовал в рамках оказания юридической помощи по заключенному соглашению, тогда как действия В. носят признаки провокации взятки. Адвокат настаивает, что при вынесении постановления суд нарушил положения ст. 22 Конституции РФ и ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующие право на свободу и личную неприкосновенность, а также положения ст. 108 УПК РФ и Постановления Пленума ВС РФ № 41, в связи с чем просит отменить постановление суда первой инстанции и избрать в отношении К. иную, более мягкую меру пресечения.

Проверив материалы судебного производства, заслушав пояснения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч.ч. 1, 3 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, по ходатайству следователя, возбужденного с согласия руководителя следственного органа.

Указанные требования уголовно-процессуального закона при решении вопроса о необходимости избрания К. меры пресечения в виде заключения под стражу по настоящему делу не нарушены.

Постановление о возбуждении ходатайства об избрании меры пресечения рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Мотивы необходимости избрания К. меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности избрания иной, не связанной с лишением свободы меры пресечения, в постановлении изложены, выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании материалах дела, данных о личности, и суд апелляционной инстанции согласен с ними.

К. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, санкция которого предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет.

Доказательства, обосновывающие наличие у органа предварительного расследования разумных оснований для осуществления уголовного преследования К., суду представлены, в том числе: копиями протоколов допросов свидетеля В., подозреваемого О.

Обоснованность имеющегося в отношении К. подозрения основана на достаточных данных о том, что он мог совершить инкриминируемое ему преступление.

Наличие оснований, предусмотренных ст. 91 УПК РФ, свидетельствует о соблюдении порядка задержания К.

Представленные материалы дают основания для вывода о достаточности данных об имевших место событии преступления, а также об обоснованности подозрения К., без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу.

Учитывая личность К. и характер преступления, в совершении которого он обвиняется, суд первой инстанции обоснованно указал, что, оставаясь на свободе, он может скрыться от органа предварительного следствия и суда, оказать давление на других участников уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Обстоятельств, позволяющих применить более мягкую меру пресечения, в том числе и в виде домашнего ареста, судом апелляционной инстанции также не установлено, а наличие у К. постоянного места жительства и регистрации на территории Калининградской области, образования, постоянного места работы, устойчивые социальные связи, отсутствие судимости не исключает риска сокрытия, не влекут отмену или изменение обжалуемого постановления. Суд учел положительные характеристики обвиняемого, однако они не являются безусловным основанием для отказа в применении меры пресечения в виде заключения под стражу, особенно при наличии совокупности рисков, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Наличие в материалах дела справки из УФСБ России по Калининградской области в отношении К., которая носит информационный характер, не влечет отмену постановления суда и не свидетельствует о незаконности принятого судом решения.

Оснований для удовлетворения доводов апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не находит.

В рассматриваемом случае ограничения, связанные с применением в отношении обвиняемого К. заключения под стражу в качестве меры пресечения, соответствуют обстоятельствам дела, соразмерны тяжести инкриминируемого ему преступления, его личности, а также наказанию, которое может быть назначено в случае признания его виновным.

Медицинского заключения о наличии у К. заболеваний, включенных в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 №3, как и объективных данных о том, что обвиняемый нуждается в лечении, которое не может быть ему предоставлено в условиях содержания под стражей, в суд первой инстанции и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену или изменение постановления, не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 08 октября 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении К. оставить без изменения, апелляционные жалобы обвиняемого К. и адвокатов Бикеева А.А., Лавриненко И.С., Либина А.М., Поповой Л.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Судья: В.А. Кореньков