Решение № 2-1976/2020 2-1976/2020~М-13/2020 М-13/2020 от 13 июля 2020 г. по делу № 2-1976/2020

16RS0051-01-2020-000114-16

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

Попова ул., д. 4а, г. Казань, Республика Татарстан, 420029, тел. (843) 264-98-00, факс 264-98-94

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № 2-1976/2020
14 июля 2020 года
г. Казань


Советский районный суд г. Казани в составе:

председательствующего судьи А.Р. Хакимзянова,

с участием прокурора Л.А. Закиева,

при секретаре судебного заседания Э.Б. Азимовой,

с участием истцов ФИО1, ФИО2 (до перерыва),

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о компенсации морального вреда и по встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 24 декабря 2016 года примерно в 18 часов 00 минут ФИО4, управляя автомобилем марки <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, напротив <адрес изъят>, совершил наезд на истицу ФИО1 и ее подругу ФИО2, переходивших проезжую часть.

В результате ДТП ФИО1 получила телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

На основании изложенного истица просила суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., транспортные расходы в размере 10 000 руб.

Также, в производстве Советского районного суда г. Казани находится гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к тому же ответчику о компенсации морального вреда.

ФИО2, ссылаясь на те же обстоятельства, указывая, что в результате ДТП получила телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, просила суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., транспортные расходы в размере 2 000 руб.

Определением Советского районного суда г. Казани от 05.03.2020 гражданские дела по исковым заявлениям ФИО1 и ФИО2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения.

Впоследствии к участию в деле в качестве третьего лица было привлечено ООО «ПРОМИНСТРАХ».

В ходе судебного разбирательства ответчик предъявил встречный иск к ФИО2, ФИО1 о возмещении ущерба.

В обоснование встречного иска указал, что согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 4 мая 2017 года в действиях ФИО4, нарушений требований Правил дорожного движения РФ, повлекших наезд на пешеходов ФИО2 и ФИО1, не усматривается. В данной дорожно-транспортной ситуации ФИО4 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов. Из материалов проверки следует, что ДТП произошло в результате грубой неосторожности самих пешеходов ФИО2 и ФИО1, которые действуя в нарушение требований п. 4.3 Правил дорожного движения РФ, не убедившись в собственной безопасности, при наличии в зоне видимости регулируемого пешеходного перехода, приступили к пересечению проезжей части в непредназначенном для этого месте, чем создали опасную ситуацию для движения транспорта, что привело к наезду. В результате вышеуказанного ДТП автомобилю <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, принадлежащего ФИО4, были причинены механические повреждения. Согласно отчету, составленному по заданию ФИО4, стоимость ремонта автомобиля составляет 148 648 руб. 81 коп.

На основании изложенного ФИО4 просил взыскать в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО1 в счет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства денежную сумму в размере 148 648 руб. 81 коп., расходы на оценку в размере 5 000 руб., расходы по оплате услуг нотариусу в размере 1 700 руб., а также в порядке возврата государственную пошлину в размере 4 273 руб.

Впоследствии истцы исковые требования увеличили, просили взыскать с ответчика в пользу ФИО2 расходы по оплате санаторно-курортного лечения в размере 80 700 руб., в пользу ФИО1 расходы по оплате санаторно-курортного лечения в размере 145 000 руб.

В дальнейшем истец ФИО1 отказалась от исковых требований к ответчику в части взыскания транспортных расходов в размере 10 000 руб. и расходов по оплате санаторного лечения в размере 145 000 руб., а истец ФИО2 отказалась от исковых требований к ответчику в части взыскания транспортных расходов в размере 2 000 руб., расходов по оплате санаторного лечения в размере 80 700 руб., о чем представили письменные заявления; поддержали только требования о компенсации морального вреда. Встречный иск не признали, просили в его удовлетворении отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях на встречное исковое заявление, а также просили применить срок исковой давности.

В судебном заседании до перерыва истцы ФИО1 и ФИО2 участвовали, по их ходатайству в судебном заседании объявлялся перерыв с 13.07.2020 до 14.07.2020. При этом время перерыва было согласовано с истцами, однако после перерыва истцы и их представитель в судебное заседание не явились. Ходатайство истцов об отложении судебного заседания судом отклонено, поскольку доказательств уважительности причин неявки не представлено, ранее по заявлениям истцов судебные заседания неоднократно откладывались, дело длительное время находится в производстве суда.

Представитель ответчика в судебном заседании первоначальный иск не признал, встречные требования поддержал.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса РФ и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из материалов дела следует, что 24 декабря 2016 года примерно в 18 часов 00 минут напротив <адрес изъят> ФИО4, управляя автомобилем марки <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, совершил наезд на ФИО2 и ФИО1, переходивших проезжую часть вне пешеходного перехода.

В результате ДТП ФИО2 и ФИО1 получили телесные повреждения.

Согласно заключению ГАУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Татарстан» <номер изъят> у ФИО2 обнаружены телесные повреждения в виде <данные изъяты>, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно заключению ГАУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Татарстан» <номер изъят> у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде <данные изъяты>, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Как следует из заключения ФБУ «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы» МЮ РФ <номер изъят>, <номер изъят>, составленного на основании постановления следователя, водитель автомобиля марки <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, двигаясь со скоростью 45, 60 км/ч, с момента обнаружения пешеходов на проезжей части, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путем применения мер экстренного торможения.

В соответствии с заключением ФБУ «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы» МЮ РФ в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 2 ПДД РФ.

Из заключения ФБУ «Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы» МЮ РФ следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путем применения экстренного торможения, поэтому в действиях водителя автомобиля марки <данные изъяты>, государственный номер <номер изъят>, с технической точки зрения, несоответствий требованиям пункта 10.1 абзац 2 ПДД РФ не усматривается. В данной дорожно-транспортной ситуации пешеходы должны были руководствоваться требованиями пункта 4.3 ПДД РФ. Действия пешеходов, с технической точки зрения, не соответствовали требованиям пункта 4.3 ПДД РФ.

Постановлением старшего следователя ОРППБД и ЭТ по Казанской зоне ГСУ МВД по Республике Татарстан от 04.05.2017 в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, отказано по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

При этом из текста данного постановления следователя следует, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате неосторожности пешеходов ФИО2 и ФИО1, которые действуя в нарушение требований пункта 4.3 Правил дорожного движения РФ, не убедившись в собственной безопасности, при наличии в зоне видимости регулируемого пешеходного перехода, приступили к пересечению проезжей части в непредназначенном для этого месте, чем создали опасную ситуацию для движения транспорта, что привело к наезду на них и вышеуказанным последствиям. В свою очередь в действиях ФИО4 нарушений требований Правил дорожного движения РФ, повлекших наезд на пешеходов, не усматривается, ответчик не располагал технической возможностью избежать наезда на пешеходов.

Постановлением Приволжского районного суда города Казани от 15.06.2017, вступившим в законную силу, жалоба заявителя ФИО1, поданная в порядке статьи 125 УПК РФ, на постановление старшего следователя ОРППБД и ЭТ по Казанской зоне ГСУ МВД по Республике Татарстан ФИО7 от 04.05.2017 об отказе в возбуждении уголовного дела, и дополнение к ней оставлена без удовлетворения.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Татарстан от 08.07.2017 постановление Приволжского районного суда г. Казани от 15.06.2017 оставлено без изменения.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 отказано в передаче кассационной жалобы ФИО1 на постановление Приволжского районного суда города Казани Республики Татарстан от 15.06.2017 и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Татарстан от 08.08.2017 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В соответствии с положениями части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Сведений и доказательств того, что вышеуказанное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, действия следователя признаны незаконными, не представлено, а судом не установлено.

Кроме того, постановлениями инспектора ИАЗ отделения ГИБДД по Советскому району ОГИБДД Управления МВД России по г. Казани от 09.01.2017 ФИО1 и ФИО2 за нарушение п. 4.3 Правил дорожного движения РФ, а именно за то, что, будучи пешеходами, переходили проезжую часть в не установленном месте в зоне видимости пешеходного перехода, привлечены к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ.

Сведения и доказательства того, что данные постановления по делу об административном правонарушении оспорены и отменены, также не представлены.

Таким образом, из имеющихся в материалах дела доказательств следует, что ДТП произошло из-за грубой неосторожности в действиях самих истцов. При этом доказательств наличия вины владельца источника повышенной опасности ФИО4 в наступивших последствиях, не представлено, а судом не установлено.

Согласно разъяснениям, которые даны в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего).

При этом согласно разъяснениями Верховного Суда РФ, содержащихся в абз. 4 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 от 23 июня 2015 г. "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 ГК РФ" если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В данном случае ответчиком не представлено, а судом не установлено доказательств того, что вред, причиненный источником повышенной опасности, возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевших.

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности факта причинения нравственных и физических страданий истцам при использовании источника повышенной опасности, под управлением ФИО4

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, отсутствие нарушений Правил дорожного движения РФ со стороны ответчика ФИО4, наличие грубой неосторожности в действиях самих потерпевших, характер перенесенных истцами нравственных и физических страданий, последствия телесных повреждений для пострадавших, сложность и продолжительность лечения, возраст и индивидуальные особенности истцов, материальное и семейное положение ответчика, и с учетом требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО2 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 60 000 руб., в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 60 000 руб.

Суд также учитывает, что ответчик неоднократно предлагал заключить мировое соглашение и единовременно выплатить истцам в счет компенсации морального вреда денежную сумму 120 000 руб., то есть по 60 000 руб. в пользу каждого.

Кроме того, гражданская ответственность ФИО4 была застрахована в ООО «ПРОМИНСТРАХ».

По результатам рассмотрения заявления потерпевших о наступлении страхового случая ООО «ПРОМИНСТРАХ» выплатило ФИО2 в счет возмещения вреда здоровью по факту получения телесных повреждений 185 250 руб., ФИО1 - 140 750 руб.

При таких обстоятельствах иск ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично.

В свою очередь встречный иск ФИО4 к ФИО2, ФИО1 о возмещении ущерба удовлетворению не подлежит в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из содержания пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

В силу ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Истцами заявлено о пропуске ответчиком при предъявлении встречного иска срока исковой давности.

Как следует из материалов дела, ФИО4 стало известно о нарушенном праве 24.12.2016 в связи с произошедшим ДТП.

В данном случае встречное исковое заявление ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба подано в суд лишь 14.04.2020.

Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности, объективно исключающих возможность обращения в суд с настоящим встречным иском в установленный законом срок, ФИО4 и его представитель в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представили.

При таких обстоятельствах, поскольку доказательств уважительности причин, объективно препятствующих обратиться в суд с настоящим встречным иском в установленный законом срок, не представлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба, а также дополнительных требований о взыскании расходов на оценку, госпошлину, расходов на представителя, в связи с пропуском срока исковой давности.

Поскольку в силу закона истец освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет муниципального образования г. Казани подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

В остальной части иска отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба отказать.

Взыскать с ФИО4 в бюджет муниципального образования г. Казани государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РТ через Советский районный суд г. Казани в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А.Р. Хакимзянов

Мотивированное решение составлено 21.07.2020,

Судья А.Р. Хакимзянов