Решение № 2-149/2020 2-149/2020(2-1957/2019;)~М-1948/2019 2-1957/2019 М-1948/2019 от 19 января 2020 г. по делу № 2-149/2020

Дело № 2-149/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 января 2020 года город Елизово, Камчатский край

Елизовский районный суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Анофриковой С.Н., при секретаре Веселовой О.В., рассмотрев с участием прокурора Мартыненко И.В., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4, в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО Фирма «Жупанова» о взыскании морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО Фирма «Жупанова» о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 800000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в сумме 30000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей. В обоснование заявленных требований указывает, что она с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала обработчиком рыбы в ООО Фирма «Жупанова» на рыбзаводе «Жупановский». 09.08.2018 года в 21-50 час. на рыбзаводе «Жупановский» во время работы на головоотсекающей пневматической машине истцу отрубило <данные изъяты>. Истцу была оказана первая медицинская помощь, в больницу она была доставлена через 12 часов после произошедшего случая, в связи с поздней доставкой в больницу <данные изъяты>, истец потеряла много крови, испытывала сильнейшую боль, страх за свою жизнь и здоровье. Истец находилась на стационарном лечение в травматологическом отделение ГБУЗ КК Елизовская районная больница с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ей была сделана операция: <данные изъяты> Из-за травмы истец не может сгибать пальцы правой руки, испытывает боли в кисти, находится в постоянном стрессе из-за своей инвалидности, не может трудоустроиться на работу. Истец была вынуждена подписать соглашение с работодателем, о том, что при выплате компенсации в сумме 100 000 рублей, она претензий не имеет. Вместе с тем с учетом причиненного ей увечья на производстве и испытываемых ею физических и нравственных страданий, компенсацию в размере 100 000 рублей, полученную от работодателя считает не соразмерной причинному ей моральному вреду, в связи с чем, просит взыскать с ответчика компенсацию морального в размере 800000 рублей и судебные расходы в заявленном размере.

Истец ФИО1 и представитель истца ФИО2 поддержали требования в полном объеме по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ООО Фирма Жупанова ФИО4 возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям указанным в отзыве (л.д.70-71).

Третье лицо Государственная инспекция труда в Камчатском крае о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, своего представителя в зал судебного заседания не направила, поскольку просила рассмотреть дело в свое отсутствие, считает требование о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, размер компенсации на усмотрение суда.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования истца не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В судебном заседании установлено, что приказом № ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была принята на работу в ООО Фирма «Жупанова» на должность обработчик рыбы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с истцом был заключен трудовой договор № ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно должностной инструкции в обязанности ФИО1 входило, в том числе резать рыбу на разделочных, головоотсекающих, порционирующих машинах с ручной и механизированной подачей. С истцом проведен инструктаж по технике безопасности (л.д.107,117-120).

Из акта № о несчастном случае на производстве установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 21-50 час. в цехе №, который находится на территории Жупановского рыбзавода, во время работы ФИО3 на головоотсекающей пневматической машине <данные изъяты> (л.д. 96-100).

Из акта проверки от 18.12.2019 года и заключения Государственной инспекции труда в Камчатском крае установлено, что основной причиной несчастного случая является неприменение средств коллективной защиты, а именно кольчужной перчатки и ремня безопасности, во время работы на пневматической головоотсекающей машине.

Сопутствующими причинами несчастного случая являются не соблюдения ФИО1 – обработчик рыбы, при эксплуатации головоотсекающей пневматической машины требований безопасности во время работы на головоотсекающей пневматической машине, а именно п. 2.12 «Должностной инструкции обработчика рыбы Жупановского завода», утв. Генеральным директором ООО Фирма «Жупанова» 18.04.2018 года и п.3.2 «Инструкции по охране труда при работе на головоотрезающих и филетировочных машинах» утв. Генеральным директором ООО Фирма «Жупанова» 01.04.2015 года.

Бригадир ФИО7 не обеспечила контроль и соблюдение требований охраны труда при эксплуатации головоотсекающей пневматической машины ФИО1, чем нарушила п. 2.3, п. 2.8, п. 2.11, п. 2.16 «Должностной инструкции бригадира обработчиков рыбы (Жупановский рыбзавод)» утв. Генеральным директором ООО Фирма «Жупанова» 13.06.2018 (л.д. 55-58).

В связи с полученной производственной травмой истец была госпитализирована в травматологическом отделение ГБУЗ КК Елизовская районная больница, куда поступила в 16-00 часов 10.08.2018 года и находилась на лечение с 10.08.2019 г. по 21.08.2018 г., истцу была проведена операция: <данные изъяты>. Степень тяжести повреждения здоровья определена, как легкая степень (л.д. 31,180).

Из справки медико-социальной экспертизы установлено, что ФИО1 утратила 20% профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве (л.д. 21).

По заключенному между ФИО1 и ООО Фирма «Жупанова» соглашения о возмещение морального вреда от 24.08.2018 года, ответчик выплатил истцу в счет компенсации морального вреда 100000 рублей, а ФИО1 согласна с суммой компенсации и претензий к ООО Фирма «Жупанова» не имеет.

Истец в судебном заседание пояснила, что была вынуждена подписать данное соглашение с работодателем, так как не имела средств к существованию, находилась в болезненном состоянии, считает, что с учетом причиненного ей увечья на производстве и испытываемых ею физических и нравственных страданий, компенсацию в размере 100 000 рублей, полученная от работодателя является не соразмерной причиненным физическими нравственным страданиям.

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что отсутствуют основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку материалами проверки по факту несчастного случая установлено отсутствие вины ответчика в наступивших последствиях и все возможные материальные разногласия между сторонами урегулированы соглашением о возмещении морального вреда от 24.08.2018 года, в котором истец приняла обязательство при соблюдении ответчиком мер, предусмотренных соглашением, не предъявлять исковых требований к ООО Фирма «Жупанова».

Произведенная ответчиком выплата компенсации морального вреда, по соглашению от 24.08.2018 года не исключает возможность предъявления исковых требований ФИО1 к ООО Фирма «Жупанова», как к владельцу источника повышенной опасности (головоотсекающей пневматической машины) при эксплуатации которой истцу причинен вред здоровью.

Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений, содержащихся в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Руководствуясь перечисленными выше положениями, суд приходит к выводу об обоснованности заявленного истцом требования о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью.

В соответствии с ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При этом вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

В то же время, грубой неосторожностью, влияющей на размер возмещения вреда согласно ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с указанными нормами является такое виновное поведение потерпевшего, которое, во-первых, состоит в причинной связи с наступившим вредом, а, во-вторых, связано с нарушением (пренебрежением) общепринятыми нормами безопасности.

Из содержания искового заявления и пояснений в судебном заседании установлено, что истец оценивает размер причиненного ему морального вреда в 800000 рублей, обосновывая это тем, что из-за полученных травмы истец до настоящего времени испытывает боль, в кисти на месте ампутации, не может сгибать пальцы правой руки, ей требуется дальнейшее лечение, из-за полученного увечья находится в постоянном нервном стрессе, из-за отсутствия пальца на правой руке не может трудоустроиться на работу, испытывает нравственные страдания.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что истцом были нарушены правила техники безопасности при эксплуатации головоотсекающей пневматической машины и являются сопутствующей причиной несчастного случая.

Учитывая характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, в том числе, причинение легкого вреда здоровью, не длительный период нахождения истца на лечении, индивидуальные особенности истца, трудоспособный возраст, принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 200000 рублей, с учетом 100000 рублей выплаченных ответчиком истцу, взысканию с ответчика подлежат 100000 рублей.

На основании ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне в пользу, которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам связанных с рассмотрением дела в силу ст. 94 ГПК РФ относятся расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с правилами, установленными ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне в пользу, которой состоялось решение суда, по письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено, что истцом был заключен договор о предоставление услуг от 03.11.2019 года с ИП ФИО2, в рамках которого исполнитель обязуется оказать услуги правового характера. В предмет договора (п.п.1.1) входит, в том числе, представление интересов ФИО1 в инспекции труда Камчатского края, находящейся по адресу <...>, поскольку данные услуги представителя не относится к представлению интересов истца в суде, суд взыскивает только расходы на оплату услуг представителя в суде (л.д. 34-35, 32). Согласно п. 3 договора размер вознаграждения за услуги указанные в п.п. 1.1-1.3 составляет 30000 рублей.

Учитывая подтвержденный материалами дела объем оказанной истцу представителем правовой помощи, категорию сложности рассматриваемого дела, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскание расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению в размере 20000 рублей.

Суд отказывает в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины, поскольку в соответствии с п.п. 3 п.1 ст. 333.36 НК РФ истец была освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд и данные расходы не являлись необходимыми при подаче иска.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с ООО Фирма «Жупанова» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы на услуги представителя 20000 рублей.

Во взыскании с ООО Фирма «Жупанова» в пользу ФИО1 расходов по оплате госпошлины отказать.

Взыскать с ООО Фирма «Жупанова» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме – 24 января 2020 года.

Судья С.Н.Анофрикова