Решение № 2-332/2019 2-332/2019~М-49/2019 М-49/2019 от 4 марта 2019 г. по делу № 2-332/2019

№ 2-332/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 марта 2019 года г. Белебей

Белебеевский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Гареевой Л.Р.,

при секретаре Ушамовой Р.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО2 и ИП ФИО3 о признании недействительным договора уступки прав требования (договора цессии),

УСТАНОВИЛ:

ПАО СК «Росгосстрах» обратилась в суд с вышеуказанным иском к ФИО2 и ИП ФИО3 , просит признать недействительным договор уступки прав требования (договор цессии) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ИП ФИО3, взыскать пропорционально с ФИО2 и ИП ФИО3 расходы, понесенные ПАО СК «Росгосстрах» по оплате государственной пошлины за подачу искового заявления, в размере 6000 руб.

Требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно - транспортное происшествие, в результате которого были причинены механические повреждения принадлежащему ФИО2 транспортному средству Datsun on-DO г/н №. Полис страхования ответственности виновника ДТП ФИО5 серии МММ № заключен ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, к правоотношениям по данному страховому случаю применимы нормы Федерального закона об ОСАГО в редакции от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с п. 15.1 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина, зарегистрированного в РФ, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО») путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного ТС потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре). ФЗ «Об ОСАГО» не предусматривает права выбора истцом формы получения страхового возмещения, а устанавливает императивную норму. В рассматриваемом случае, у ФИО2 не возникает права на получение страхового возмещения в денежной форме, поскольку возмещение должно производиться в натуральной форме. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ИП ФИО3 был заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому ФИО2 передал ИП ФИО3 право требования (возмещения) материального ущерба в части стоимости услуг независимого эксперта, расходов по оформлению дорожно - транспортного происшествия, почтовых и иных расходов, связанных с дефектовкой, эвакуацией ТС, страхового возмещения, величины утраты товарной стоимости, компенсационных выплат, ко всем лицам, в т.ч. к причинителю вреда (в части взыскания в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с ФЗ-40 «Об ОСАГО» к страховой компании Росгосстрах, к Российскому Союзу Автостраховщиков, в размере 59 180,45 руб. Согласно ст. 383 ГК РФ, переход к другому лицу прав, неразрывно связанных личностью кредитора не допускается. Право на получение страхового возмещения в натуральной форме не может быть передано по договору цессии, поскольку неразрывно сопряжено с наличием у потерпевшего обязанности предоставить ТС на ремонт в соответствии с направлением страховщика на СТОА. Обязанность произвести ремонт может быть исполнена только в пользу лица, являющегося потерпевшим в ДТП, как собственника поврежденного имущества. Получателем данной услуги не может выступать иные третьи лица в силу действующего законодательства РФ. Помимо прочего, договор цессии противоречит п. 2 ст. 388 ГК РФ - не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Страховщик имеет законный интерес в исполнении обязательства по организации ремонта ТС и исполнении, таким образом, обязанности перед потерпевшим по договору ОСАГО, поскольку такой порядок исполнения позволяет страховщику использовать систему бонусов и скидок в правоотношениях с организациями, осуществляющими ремонт. Учитывая вышеизложенные обстоятельства, оспариваемый договор цессии прямо противоречит приведенным гражданско-правовым нормам, нарушает права и законные интересы страховщика. С учетом положений ст. 166 ГК РФ истец просит признать договор уступки права требования недействительным.

Истец ПАО СК «Росгосстрах», извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку представителя в суд не обеспечил, ходатайств об отложении дела не представил.

Ответчик ФИО2 извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, об отложении дела не ходатайствовал.

Ответчик ИП ФИО6 исковые требования не признал, по обстоятельствам, изложенным в возражениях на иск.

В силу положений ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть гражданское дело без участия неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, определив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Согласно п. 2 указанной нормы не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Пунктом 1 ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Согласно пункту 15.1 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 6.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно - транспортное происшествие, в результате которого были причинены механические повреждения принадлежащему ФИО2 транспортному средству Datsun on-DO г/н №.

Автогражданская ответственность виновника ДТП ФИО5 была застрахована в Альфа – Страхование (полис страхования ответственности серии МММ № заключен ДД.ММ.ГГГГ, действителен до ДД.ММ.ГГГГ).

На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность ФИО2. была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» (полис ОСАГО ЕЕЕ №).

ДД.ММ.ГГГГ между цедентом ФИО2 и цессионарием ФИО3 заключен договор уступки прав (требования). Согласно п.1.1 договора уступки прав (требования) цедент уступает, а Цессионарий принимает на себя право требования возмещения материального ущерба в части стоимости услуг независимого эксперта, расходов по оформлению ДТП, почтовых и иных расходов, расходов, связанных с дефектовкой, эвакуацией ТС, страхового возмещения, величины утраты товарной стоимости, компенсационных выплат, ко всем лицам, в т.ч. к причинителю вреда (в части взыскания в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с ФЗ-40 «Об ОСАГО» к Страховой компании Росгосстрах, ФИО1 в размере 59180,45 рублей без НДС, за повреждения транспортного средства Datsun on-DO г/н № (Полис ОСАГО серии ЕЕЕ №) полученных в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по адресу: РБ, <адрес> жд переезд.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО3 в адрес ПАО СК «Росгосстрах» направлены уведомления о переходе прав требования по договору уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО3 обратился в ПАО СК «Росгострах» с заявлением о страховом случае, с просьбой организовать выездной осмотр поврежденного транспортного средства, после чего согласовать стоимость устранения дефектов (стоимость восстановительного ремонта).

На заявление от ДД.ММ.ГГГГ ПАО СК «Росгосстрах» предоставлен ответ, из которого следует, что приложенных к заявлению документов недостаточно для принятия положительного решения о возмещении причиненных убытков, ввиду отсутствия договора цессии.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в адрес ПАО СК «Росгосстрах» направлена копия договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ.

На заявление от ДД.ММ.ГГГГ ПАО СК «Росгострах» предоставлен ответ о невозможности принятия положительного решения по заявлению ввиду отсутствия в уведомлении существенной информации о переходящем праве, а именно не указаны паспортные данные цедента.

ДД.ММ.ГГГГ между цедентом ФИО2 и цессионарием ИП ФИО3 заключено дополнительное соглашение № с указанием реквизитов сторон, которое направлено в адрес ПАО СК «Росгосстрах» ДД.ММ.ГГГГ и получено последним ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно телеграмме, направленной ПАО СК «Росгосстрах» в адрес ИП ФИО3, истец согласовал осмотр, то есть исполнил часть обязательств по договору, не исполнив обязательств по выдаче направления на ремонт.

Суд приходит к выводу о том, что заключенный между ответчиками договор уступки прав (требований) не противоречит действующему законодательству.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", при переходе прав выгодоприобретателя (потерпевшего) к другому лицу (например, уступка права требования, суброгация) это лицо может получить возмещение при соблюдении тех же условий, которые действовали в отношении первоначального выгодоприобретателя (пункт 1 статьи 384 ГК РФ), в частности, приобретатель должен уведомить страховую компанию о наступлении страхового случая, подать заявление о страховой выплате с приложением всех необходимых документов, представить поврежденное имущество для осмотра и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (осмотра), направить претензию, если эти действия не были совершены ранее предыдущим выгодоприобретателем (потерпевшим).

Как следует из материалов дела, ИП ФИО3 (цессионарий) все указанные действия выполнил: уведомил страховую компанию о состоявшейся уступке прав требований, о наступлении страхового случая, обратившись с заявлением о страховом событии с приложением всех необходимых документов и с просьбой организовать выездной осмотр поврежденного транспортного средства.

ПАО СК «Росгосстрах», направив телеграмму ИП ФИО3 , согласовал осмотр транспортного средства, однако направление на ремонт не выдал, страховую выплату не произвел. Иных доказательств суду не представлено.

Доводы ПАО СК «Росгосстрах» о невозможности в силу ст. 383 Гражданского кодекса Российской Федерации заключения договора уступки права требования возмещения причиненного вреда в натуре, поскольку данное право неразрывно связано с личностью кредитора, являются несостоятельными, ввиду неверного толкования норм права.

Так, согласно разъяснениям, данным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая.

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (ч. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз. 2, 3 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО и п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные п. 2 ст. 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (п. 71 вышеуказанного Постановления).

При этом Пленум Верховного Суда Российской Федерации в указанном Постановлении, принятом после внесения изменений в Закон об ОСАГО, устанавливающих для граждан Российской Федерации приоритет натуральной формы страхового возмещения, не называет право требования страхового возмещения в натуральной форме в качестве права, которое не может быть уступлено.

Таким образом, право требования возмещения причиненного вреда в натуре неразрывно с личностью потерпевшего не связано, поскольку страхователем уступлено право возмещения вреда, причиненного его имуществу, в рамках договора ОСАГО, то есть имущественное право, которое в силу положений действующего законодательства может быть уступлено.

Согласно представленным материалам дела, стороны реально исполнили договор цессии, ИП ФИО3 обратился в страховую компанию с заявлением о страховом случае, уведомил страховщика о состоявшейся уступке права. При этом ФИО2 с заявлением о страховом случае к страховщику не обращался.

В действующем законодательстве, в том числе положениях статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 13 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", не содержится запрета на передачу потерпевшим (выгодоприобретателем) принадлежащего ему требования другим лицам.

Так, по смыслу пункта 1 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации замена страхователем выгодоприобретателя допустима во всех договорах имущественного страхования. Согласия страховщика в этом случае не требуется, необходимо только письменное его уведомление.

В договоре страхования от ДД.ММ.ГГГГ, согласованного сторонами ФИО2 и ПАО СК «Росгосстрах», условие о запрете уступки права требования, отсутствует.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что истцом не доказано право на иск в материальном смысле.

Между тем, как разъяснено в пункте 78 и 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо; исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки; в исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке; согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

В связи с изложенным, договор уступки прав (цессии) от 23.11.2018 не противоречит требованиям закона и не нарушает прав и законных интересов страховщика.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что требования истца не подлежат удовлетворению.

Ввиду оставления без удовлетворения иска ПАО СК «Росгосстрах», оснований для взыскания с ответчиков расходов по оплате государственной пошлины за подачу иска, не имеется.

руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО2 и ИП ФИО3 о признании недействительным договора уступки прав требования (договора цессии), отказать.

Разъяснить сторонам, что мотивированное решение будет изготовлено 07.03.2019.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Белебеевский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья: Л.Р. Гареева