Апелляционное постановление № 22-297/2019 от 7 февраля 2019 г. по делу № 22-297/2019

Судья р/с: Горковенко М.Ю.

Докладчик: Кильмухаметова М.В. № 22-297/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 8 февраля 2019 года

Судья Кемеровского областного суда Кильмухаметова М.В.

с участием прокурора: Ушаковой Е.С.

адвоката: Левашовой Л.М.

осужденного: ФИО1

при секретаре: Сударевой Н.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Левашовой Л.М. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Новокузнецкого районного суда Кемеровской области от 23 ноября 2018 года, по которому

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года с возложением обязанностей, способствующих исправлению.

С осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда взыскано 150 000 рублей.

Заслушав пояснения осужденного ФИО1 и адвоката Левашовой Л.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Ушаковой Е.С., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л:

по приговору суда ФИО1 осужден за нарушение правил безопасности при ведении горных работ по транспортировке грузов, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 11 января 2018 года в ООО «<данные изъяты>», расположенного на территории Новокузнецкого района Кемеровской области, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Левашова Л.М. в защиту осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить и вынести оправдательный приговор. Полагает, что выводы суда о виновности ФИО1 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, кроме того, суд не дал надлежащей оценки всем исследованным доказательствам. По мнению защитника, осужденный действовал в соответствии с должностной инструкцией, выполняя маневровые работы по транспортировке груза, а причиной произошедшего явилось самопроизвольное закрывание дверей шлюзовой перемычки и небрежность самого потерпевшего ФИО8, который нарушил правила безопасности, оказавшись в опасной зоне. Считает, что судом неправильно применен уголовный закон, поскольку Федеральным законом от 23 апреля 2018 года № 114-ФЗ устранена уголовная ответственность за деяние, за которое осужден ФИО1 Также не согласна с приговором суда в части разрешения гражданского иска, считает необоснованной сумму взысканной с осужденного компенсации морального вреда и полагает, что судом при определении ее размера не было учтено материальное положение ФИО1 и материальное положение его семьи, требования разумности и справедливости. Считает, что потерпевшей не представлено доказательств причинения ей физических и нравственных страданий смертью брата, поскольку между ними не было тесного общения.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Шигильдеева Н.В. и потерпевшая Потерпевший №1 просят оставить ее без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы защитника, возражений на нее, находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а жалобу - не подлежащей удовлетворению.

Виновность ФИО1 в нарушении правил безопасности при ведении горных работ по транспортировке грузов, повлекшее по неосторожности смерть ФИО8, установлена, соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку.

Выводы суда о виновности ФИО1 подтверждаются: показаниями самого осужденного, показаниями свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, письменными материалами дела: протоколами осмотра места происшествия, копией приказа и трудовым договором, из которых следует, что ФИО1 был трудоустроен в ООО «<данные изъяты>» на должность машиниста электровоза подземный с 14 августа 2017 года, актом о несчастном случае на производстве, заключением экспертной группы по расследованию причин произошедшего и заключением экспертизы, которыми установлены причины несчастного случая в ООО «<данные изъяты>» со смертельным исходом, заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей причину смерти ФИО8

Суд обоснованно в качестве доказательств вины ФИО1 принял показания указанных выше свидетелей, а также письменные материалы дела, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, дополняют друг друга, согласуются между собой и с иными доказательствами, исследованными судом.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал оценку в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, в том числе показаниям осужденного о причинах произошедшего несчастного случая и указал мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие.

Суд пришел к правильному выводу, что ФИО1 являлся старшим при производстве погрузочно-разгрузочных работ и выполнял горные работы по транспортировке негабаритных труб. Управляя подвесным монорельсовым дизель-гидравлическим локомотивом из кабины, расположенной по ходу движения в хвосте состава, не согласовав свои действия с сопровождающим горнорабочим ФИО8, начал движение локомотива задним ходом, что не позволило осужденному осуществлять обзор пути безопасного движения локомотива, а также увидеть препятствие движению в виде закрытых дверей перемычки и нахождение ФИО8 в опасной зоне движения, придавил ФИО8 кабиной локомотива к двери шлюзовой перемычки. В результате ударно-динамической компрессии (сдавлении) тела потерпевшему была причинена <данные изъяты>, от которой он скончался на месте. Тем самым ФИО1 нарушил:

- ч. 2 ст. 21, ч. 1 ст. 214, ст. 330 ТК РФ;

- ч. 2 ст. 9 ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ;

- п. 289 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в угольных шахтах», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 19 ноября 2013 года № 550 (в редакции от 8 августа 2017 года);

- п. 4.9, 5.14 Технических требований по безопасной эксплуатации транспортных машин с дизельным приводом в угольных шахтах. РД 05-312-99, утвержденных постановлением Госгортехнадзора РФ от 30 сентября 1999 года № 71;

- п. 2.23 Положения о нарядной системе в ООО «<данные изъяты>», утвержденной директором шахты 21 января 2016 года;

- ч. 1 п. 3.2, ч. 1 п. 3.15, ч. 2 п. 1.12, ч. 2 ст. 2.1 Инструкции по профессии машиниста электровоза с правом управления дизелевоза (подземного), утвержденной 15 марта 2013 года директором ООО «<данные изъяты>»;

- п 9.1 Документации на ведение горных работ по транспортировке грузов дизель-гидравлическими локомотивами по подвесному монорельсовому пути ПМД-140, утвержденной 1 марта 2016 года главным инженером ООО «<данные изъяты>».

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника суд правильно установил, что именно действия ФИО1, нарушившего ряд законов, правил, инструкций и требований в сфере безопасности в угольных шахтах, находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО8 Из заключения технической экспертизы от 6 мая 2018 года следует, что ФИО1 как руководитель разгрузочных работ не должен был выполнять транспортировку негабаритного груза, а начав транспортировку, производил управление составом без согласования своих действий с ФИО8 из кабины, находящейся по ходу движения в хвосте состава (а не в голове состава), задним ходом, что не позволяло ему осуществлять обзор пути безопасного движения грузового состава, чем грубо нарушил Правила безопасности в угольных шахтах и Технические требования по безопасной эксплуатации транспортных машин с дизельным приводом в угольных шахтах.

Указанным выше заключением эксперта также подтверждается, что нахождение потерпевшего в опасной зоне является нарушением правил техники безопасности, однако данное нарушение не состоит в непосредственной причинной связи с его смертельной травмой, как и действия других лиц.

Доводы жалобы адвоката о том, что ФИО1 выполнял маневровые работы, и, соответственно, мог двигаться на локомотиве задним ходом являются несостоятельными и опровергаются фактическими обстоятельствами, установленными судом, из которых следует, что ФИО1 выполнял погрузочно-разгрузочные работы, что также подтверждается показаниями свидетелей ФИО14, ФИО16, ФИО17, ФИО26

Версия стороны защиты о самопроизвольном закрывании дверей шлюзовой перемычки также является необоснованной и опровергается показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО19, ФИО20, ФИО24, ФИО25, ФИО30, ФИО28 Кроме того, данные доводы защиты не могут повлиять на выводы суда о виновности ФИО1, поскольку не находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО8

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката суд изложил в приговоре показания осужденного в судебном заседании, при этом уголовно-процессуальный закон не требует изложение показаний допрошенных лиц в полном объеме.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 216 УК РФ.

Изменения, внесенные в ст. 216 УК РФ Федеральным законом от 23 апреля 2018 года № 114-ФЗ «О внесении изменений в УК РФ и ст. 31, 151 УПК РФ», не устранили преступность деяния и не улучшили положение осужденного, в связи с чем оснований для применения ст. 10 УК РФ не имеется. Суд правильно применил закон, действовавший во время совершения деяния, то есть ч. 2 ст. 216 УК РФ в редакции ФЗ от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ.

При назначении наказания ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ суд правильно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, указанные в приговоре, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также факт небрежности, допущенной самим потерпевшим.

По виду и размеру назначенное ФИО1 наказание является соразмерным содеянному, данным о личности виновного и справедливым.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о завышенном размере компенсации морального вреда, взысканной в пользу потерпевшей Потерпевший №1, являются необоснованными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд, правильно установив, что действиями ФИО1 потерпевшей причинены физические и нравственные страдания, обоснованно в соответствии со ст. 151, 1099-1101 ГК РФ и с учетом требований разумности и справедливости, тяжести наступивших последствий, индивидуальных особенностей потерпевшей, удовлетворил заявленный потерпевшей Потерпевший №1 гражданский иск о компенсации морального вреда, взыскав с осужденного 150 000 рублей. При этом судом также были учтены материальное и семейное положение осужденного. Суд апелляционной инстанции находит данные выводы суда обоснованными и мотивированными.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Новокузнецкого районного суда Кемеровской области от 23 ноября 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Левашовой Л.М. - без удовлетворения.

Судья Кемеровского областного суда М.В. Кильмухаметова