Решение № 2-159/2020 2-159/2020(2-3947/2019;)~М-3547/2019 2-3947/2019 М-3547/2019 от 29 января 2020 г. по делу № 2-159/2020

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2020 года

Сормовский районный суд г.Нижнего Новгорода в составе: председательствующего судьи Вернер Л.В.,

с участием прокурора ФИО8, истца ФИО3 и представителя ответчика ФИО7,

при секретаре ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4» о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением травмы на производстве,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4» о признании травмы, полученной им 28.08.2017 г., производственной и взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, ссылаясь на то, что в период его работы у ответчика 28.08.2017 г. он по поручению своего начальника вместе с другим работником вешал шторы с гардинами в столовой и упал с лестницы, в результате чего получил телесные повреждения и был госпитализирован. В период стационарного лечения его навестили сотрудники техникума и уговорили написать на день происшествия заявление на отгул, ответчик скрыл факт несчастного случая на производстве. В дальнейшем после его возвращения на работу руководство техникума вынудило его уволиться.

В возражениях относительно иска ответчик полагал иск необоснованным, указав, что в обязанности истца как слесаря-электрика не входила работа по установке гардин к потолку (стене), 28.08.2017 г. истец находился в отпуске без сохранения заработной платы, поручения на установку гардин ему не давали, следовательно, указанное им событие не является несчастным случаем на производстве. По результатам проведенной государственной инспекцией труда проверки было установлено, что травма не является производственной. Кроме того, истцом пропущен установленный ст.392 ТК РФ срок обращения в суд.

При рассмотрении дела истец поддержал свои исковые требования.

Представитель ответчика ФИО7 с иском не согласилась.

Прокурор ФИО8 полагала иск подлежащим удовлетворению.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, показания свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленного иска в полном объеме исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 ТК РФ).

Статьей 212 ТК РФ предусмотрено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан в числе прочего обеспечить: соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи; ознакомление работников с требованиями охраны труда; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом и иными нормативными правовыми актами порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Исходя из приведенных норм работодатель обязан обеспечить безопасные условия труда работникам, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, в том числе компенсировать моральный вред.

В соответствии со ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в том числе: …в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; …при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснено, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Судом установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г. рождения в период с 01.08.2016 г. по 22.03.2018 г. работал в ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4» слесарем-электриком.

28.08.2017 г. в 10 часов 46 мин. ФИО1 поступил в нейрохирургическое отделение ГБУЗ НО «Городская клиническая больница №39» с диагнозами: открытая черепно-мозговая травма, травматическое САК, рваная рана бровной области справа, ушибленная рана нижней и верхней губы, сквозная рваная рана подбородочной области, травматическая экстракция зубов 2.2., 2.3., 2.4, 3.1, 3.2, 3.3 (л.д.53, 76).

Материалами дела подтверждено и не оспорено ответчиком, что указанные травмы получены ФИО2 в результате падения 28.08.2017 г. с приставной лестницы в помещении столовой ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4», где он крепил гардины со шторами.

По результатам проведенной ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4» служебной проверки комиссия из сотрудников техникума пришла к выводу, что данное происшествие расследованию и учету как несчастный случай на производстве не подлежит, поскольку 28.08.2017 г. у ФИО1 был выходной, на работу его не вызывали, задания вешать занавески не выдавали (л.д.39-43).

Согласно заключению главного государственного инспектора труда (по охране труда) государственной инспекции труда в Нижегородской области от 19.04.2018 г. данный несчастный случай подлежит квалификации как не связанный с производством; причинами, вызвавшими несчастный случай, являются: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в несоблюдении правил и норм охраны труда, повлекшее повреждение здоровья; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в слабом контроле за соблюдением работниками технологической, производственной и трудовой дисциплины, правил и норм охраны труда, техники безопасности. Государственный инспектор в результате расследования исходя из опроса свидетелей происшествия и должностных лиц установил, что ФИО1 28.08.2017 г. находился в отпуске без сохранения заработной платы, причина его явки на работу в этот день не установлена, производственных заданий и поручений в этот день (вешать занавески) работодатель ФИО1 не давал (л.д.22-31).

По представленным ответчиком документам приказом от 25.08.2017 г. №130-лс ФИО1 28.08.2017 г. был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы на основании его заявления от 25.08.2017 г. (л.д.44, 46).

Из объяснения истца в судебном заседании следует, что 28.08.2017 г. у него был обычный рабочий день, он явился на работу к 8 часам, отметился в журнале на вахте, затем позвонила его непосредственный руководитель техник по обслуживанию здания Свидетель №2 и сказала, чтобы он помог повесить шторы в столовой (о необходимости повесить 28.08.2017 г. шторы Свидетель №2 также говорила ему несколькими днями раньше), он взял стремянку и пришел в столовую, где вместе с сантехником ФИО9 стал вешать гардины со шторами на них. Он (истец) вешал шторы, стоя на лестнице-стремянке, а Свидетель №1 -на приставной лестнице. Со 2-го окна они поменялись, и он (истец) встал на приставную лестницу, а Свидетель №1 – на стремянку. Когда они вешали шторы на 3-е окно, приставная лестница, на которой он (истец) стоял, упала, и он тоже упал на пол. Вызвали скорую помощь, и его госпитализировали. В больницу к нему приезжали сотрудники техникума ФИО11 и ФИО12, принесли материальную помощь 15 000 рублей и просили пожалеть их, написать задним числом заявление на отгул на 28.08.2017 г., а также объяснение о том, что на работу в этот день он (истец) пришел за каким-то своим инструментом, шторы стал вешать по своей инициативе, сказали, что иначе их привлекут к уголовной ответственности. Он согласился и написал все, о чем его просили, в том числе заявление на отгул задним числом.

Свидетель ФИО11 дала суду показания о том, что она на момент происшествия 28.08.2017 г. совмещала в техникуме должности специалиста по кадрам и специалиста по охране труда, ее вызвали на место происшествия, и она сопровождала истца в больницу. Пока истец лежал в больнице, она 4-5 раз навещала его, привозила ему передачи, так как его жена отсутствовала, брала у него только заявление на материальную помощь и объяснение о том, как он получил травму. Лично она не предлагала истцу скрыть обстоятельства происшествия, не уговаривала написать задним числом заявление на административный отпуск.

Свидетель Свидетель №2, работавшая на момент происшествия в техникуме техником по обслуживанию здания, подтвердила, что являлась непосредственным начальником истца, пояснила суду, что в августе 2017 года в техникуме была подготовка к новому учебному году, необходимо было повесить шторы в столовой. За несколько дней до случившегося с истцом несчастного случая она (свидетель) попросила его в понедельник (28-го) помочь повесить шторы в столовой, однако он отказался, и она (свидетель) поручила эту работу Свидетель №1 В день происшествия она не поручала истцу вешать шторы. Необходимо двое людей, чтоб повесить гардины со шторами, так как одному неудобно. Ранее шторы в столовой вешал Свидетель №1 «и еще кто-нибудь». О том, что ФИО3 на 28.08.2017 г. взял административный отпуск, она (свидетель) узнала после случившегося.

Свидетель Свидетель №1 показал суду, что 28.08.2017 г. его начальник Свидетель №2 поручила ему повесить шторы в столовой, он взял стремянку ФИО3 и пошел в столовую, куда пришел ФИО3 и стал ему помогать. Поручала ли Свидетель №2 ФИО3 вешать шторы, он (свидетель) не знает. ФИО3 принес приставную лестницу, залез на нее и упал. В предыдущий год он (свидетель) вешал шторы в столовой с плотником или еще кем-то.

Таким образом, все свидетели подтвердили, что падение истца с лестницы 28.08.2017 г. произошло при выполнении им работы по закреплению гардин со шторами в помещении столовой техникума.

Свидетель Свидетель №2 подтвердила, что за несколько дней до случившегося поручила ФИО3 28.08.2017 г. повесить шторы в столовой.

Тот факт, что Свидетель №2 являлась непосредственным руководителем ФИО3, следует из объяснения ФИО3, показаний свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1, а также подтвержден исходящими от ответчика документами (л.д.39).

Истец и свидетели Свидетель №2, Свидетель №1 сообщили суду о сложившейся в техникуме практике привлечения к работе по закреплению гардин со шторами в столовой работников хозяйственного отдела (сантехника, плотника, электрика и др.).

Что касается документов о предоставлении истцу отпуска без сохранения заработной платы на 28.08.2017 г., из объяснения истца следует, что заявление на предоставление такого отпуска им было написано в больнице после получения травмы по просьбе ФИО11, на что также указывают показания свидетеля Свидетель №2, сообщившей, что о предоставлении истцу отпуска на 28.08.2017 г. ей стало известно после того, как он получил травму в этот день.

Доводы истца о вынужденности написания им заявления о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на 28.08.2017 г. и объяснения относительно обстоятельств полученной травмы (на которое ссылается ответчик в заключении от 22.09.2017 г., и которое по требованию суда ответчиком не представлено со ссылкой на утрату документа) ввиду оказания на него (истца) давления со стороны ответчика в целях сокрытия факта несчастного случая на производстве подтверждают имеющиеся в материалах дела документы, из которых следует, что ФИО11 (специалист по охране труда), ФИО12 (специалист по комплексной безопасности) и Свидетель №2 (непосредственный руководитель истца) брали на себя перед истцом некие обязательства, в том числе имущественного характера.

Так, 01.11.2017 г. истец заключил с ФИО11, ФИО12 и Свидетель №2 соглашение о том, что последние обязуются определить основным местом его работы учебный корпус №2 и произвести выплату ему до 03.11.2017 г. <данные изъяты> рублей, а истец обязуется не позднее 03.11.2017 г. расторгнуть договор с юридической компанией, куда он обратился за консультативной помощью по поводу полученной 28.08.2017 г. травмы, и не предъявлять в дальнейшем претензий морального, материального и этического характера к руководству и сотрудницам (так в тексте) техникума (л.д.77).

Факт подписания данного соглашения, равно как и факт выплаты истцу указанных в нем денежных средств свидетели ФИО11 и Свидетель №2 не отрицали.

Согласно расписке ФИО11, ФИО12 и Свидетель №2 08.11.2017 г. выплатили истцу по <данные изъяты> рублей каждая для устранения последствий травмы, полученной им 28.08.2017 г., истец в расписке указал, что материальных и моральных претензий к техникуму не имеет (л.д.164).

Истец пояснил в судебном заседании, что денежные средства 30 000 рублей требовались ему для оплаты стоматологических услуг для восстановления зубов после травмы, однако обещание вернуть его на прежнее место работы во второй корпус исполнено не было, его оставили работать в первом корпусе и затем вынудили уволиться, в связи с чем он не стал исполнять свое обещание никуда не обращаться по поводу полученной производственной травмы.

Как отмечено судом, содержание указанных соглашения и расписки в части возложенных на истца обязательств указывает на принятие сотрудниками техникума, ответственными за технику безопасности, и непосредственного руководителя истца мер по сокрытию факта несчастного случая на производстве.

Под воздействием уговоров со стороны сотрудников техникума истец сообщил также сотрудникам ГБУЗ НО «ГКБ №39», куда был госпитализирован, что травма получена им в быту.

Таким образом, судом установлено, что 28.08.2017 г. утром истец находился на работе и выполнял поручение, полученное от своего руководителя Свидетель №2, являющейся для него представителем работодателя. Свидетель №2, имея в подчинении 11 сотрудников хозяйственной части, в соответствии со сложившейся практикой привлекала подчиненных сотрудников к выполнению работ по креплению гардин со шторами.

При этом падение истца с приставной лестницы в процессе выполнения данной работы обусловлено отсутствием надлежащей организации безопасности и охраны труда со стороны ответчика, доказательств обратного последним не представлено. Так, в ходе проведения проверки следователем следственного отдела по Московскому району г.Нижнего Новгорода было получено заключение ЧНСЭУ «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» от 17.09.2018 г., согласно которому ФИО1 использовал приставную лестницу, находящуюся в неустойчивом положении, без закрепления зацепами в верхней части, которая не имела наконечников или противоскользящих башмаков, данная лестница не страховалась другим работником (л.д.79).

Как указано ранее, истец утверждал, что документальное оформление ему отпуска без сохранения заработной платы на 28.08.2017 г. производилось после несчастного случая задним числом.

Между тем вне зависимости от предоставления истцу указанного отпуска в установленном порядке либо задним числом само по себе нахождение истца на рабочем месте 28.08.2017 г. и выполнение им порученной работодателем работы опровергает фактическое использование истцом данного отпуска.

Таким образом, суд считает, что наличие документов о предоставлении истцу отпуска 28.08.2017 г. не подтверждает отсутствие несчастного случая на производстве.

Поскольку в момент получения травмы истец выполнял действия, обусловленные трудовыми отношениями с работодателем, и выполнял работы по поручению представителя работодателя, суд приходит к выводу о квалификации случившегося как несчастного случая на производстве.

В соответствии со статьей 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из приведенной нормы следует, что основанием такой компенсации являются факты нарушения работодателем трудовых прав работника, неправомерные действия работодателя.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда, т.е. непосредственно работодателем.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Ссылка ответчика на пропуск истцом срока обращения в суд, установленного ст. 392 ТК РФ судом отклоняется, поскольку требования истцом заявлены в связи с повреждением здоровья вследствие несчастного случая на производстве, нормы трудового права не регулируют правоотношения, возникающие вследствие причинения вреда здоровью, в том числе компенсации морального вреда. Следовательно, срок для обращения в суд, установленный статьей 392 ТК РФ для защиты трудовых прав работника, при разрешении данного спора не подлежит применению.

В соответствии с абзацами вторым и четвертым ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом; требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.

Данные положения закона распространяются и на требование о компенсации морального вреда, основанием для присуждения которой в силу ст. 151 ГК РФ является нарушение личных неимущественных прав гражданина либо посягательство на принадлежащие гражданину нематериальные блага, к числу которых согласно пункту 1 ст. 150 ГК РФ отнесены жизнь и здоровье.

Из материалов дела следует, что в связи с получением травмы истец с 28.08.2017 г. по 11.09.2017 г. находился на стационарном лечении, затем с 12.09.2017 г. по 20.10.2017 г. на амбулаторном лечении (л.д.34-35).

Согласно заключению судмедэксперта ГБУЗ НО «НОБСМЭ» от 12.11.2018 г. №4849-Д полученные истцом травмы причинили в совокупности вред здоровью средней тяжести по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть (л.д.166-167).

При рассмотрении требований о взыскании компенсации морального вреда характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, стоимость человеческих страданий не высчитывается. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, и ее размер определяется судом с учетом характера причиненных потерпевшему физических или нравственных страданий, требований разумности и справедливости.

В данном случае повреждение здоровья истца дает ему право на получение компенсации морального вреда вследствие претерпевания физических и нравственных страданий.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства, при которых был причинен вред, степень вины ответчика, степень нравственных и физических страданий истца, являющегося лицом преклонного возраста - ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, которому причинен средней тяжести вред здоровью, и полагает, что запрошенный истцом размер компенсации соответствует указанным обстоятельствам, а также требованиям разумности и справедливости.

Соответственно, суд взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

В силу части 1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлены к возмещению судебные расходы по оплате юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей (л.д.10), из которых возмещению ответчиком с учетом характера рассмотренного дела, объема оказанных услуг (составление иска), требований разумности подлежит 2 000 рублей.

На основании части 1 ст.103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать травму, полученную 28.08.2017 г. ФИО1, травмой, полученной на производстве.

Взыскать с ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с получением травмы на производстве в размере <данные изъяты>) рублей и судебные расходы в размере 2 000 (две тысячи) рублей.

Взыскать с ГБПОУ «Сормовский механический техникум им. Героя Советского Союза ФИО4» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Сормовский районный суд г.Нижнего Новгорода в течение месяца после его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий- подпись

Решение не вступило в законную силу

Подлинник решения находится в материалах дела №

Копия верна:

Судья Сормовского районного суда

ФИО13 ФИО14