Апелляционное определение № 33-625/2026 от 27 апреля 2026 г.

Первая инстанция

Судья Пулатова З.И..

Дело № 2-150/2025

№ УИД 60RS0001-01-2024-004014-18

ПСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 апреля 2026 года №33 –625/2026

Судебная коллегия по гражданским делам Псковского областного суда в составе:

председательствующего судьи Ефимовой С.Ю.,

судей Мурина В.А., Карповой М.В.,

при секретаре Никандровой М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Псковского городского суда Псковской области от 19 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Мурина В.А., объяснения представителя ответчика ФИО2 по доверенности – ФИО3, судебная коллегия по гражданским делам Псковского областного суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса в размере 300000 рублей.

В обоснование иска указано, что в результате ДТП, произошедшего 25 июля 2022 года на автодороге А-121 г. Сортавала по вине ответчика, управлявшего автомобилем ГАЗ 22171, получил телесные повреждения несовершеннолетний пассажир автомобиля ВАЗ 21550 под управлением истца.

Постановлением Питкярантского городского суда Республики Карелия от 21.07.2023 ответчик ФИО2 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Карелия от 05.03.2024 принято решение, которым с ФИО2 и ФИО1 в пользу законного представителя несовершеннолетнего в солидарном порядке взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей, полностью оплаченная истцом.

Ссылаясь на преюдициальное значение судебного постановления по делу об административном правонарушении, которым установлена вина ответчика в ДТП, истец просил суд взыскать с ФИО2 выплаченные денежные средства в счет компенсации морального вреда.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 просили в удовлетворении требований отказать, мотивировав свою позицию тем, что истец имел возможность предотвратить ДТП, выполнив требования п. 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090 (далее - Правила дорожного движения, ПДД).

Решением Псковского городского суда от 19.12.2025 года иск ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса удовлетворен.

С ФИО2 взысканы в пользу ФИО1 денежные средства в порядке регресса в размере 300 000 рублей, судебные расходы в размере 15 000 рублей, в бюджет муниципального образования «Город Псков» госпошлина в размере 6 200 рублей.

В апелляционной жалобе ответчиком поставлен вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, вынесенного без учета правомерности их позиции по рассматриваемому делу, при неправильном определении судом юридически значимых обстоятельств по делу, неправильной оценке имеющихся доказательств. Суд необоснованно отверг доводы ответчика и выводы эксперта АНО «Лабаротория СУДЭКС» о том, что в рассматриваемой дорожной ситуации водитель автомобиля ВАЗ 21550 ФИО1 имел техническую возможность предотвратить ДТП.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Псковского областного суда.

Истец ФИО1 и ответчик ФИО2, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда апелляционной инстанции не явились.

На основании положений части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в их отсутствие.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы и требования апелляционной жалобы в полном объеме.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией по гражданским делам Псковского областного суда в порядке, установленном главой 39 ГПК РФ, с учетом ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Установленная данной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно ответчик (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 25 июля 2022 года на 287 км+280 м автодороги А-121 Сортавала в Питкярантском районе Республики Карелия произошло ДТП с участием автомобилей ГАЗ 22171 под управлением ФИО2 и ВАЗ 21150 под управлением ФИО1, в результате которого несовершеннолетний пассажир транспортного средства ВАЗ 21550 ФИО4 получил телесные повреждения, квалифицированные заключением эксперта как вред здоровью средней тяжести.

Постановлением Питкярантского районного суда от 21.07.2023, оставленным без изменения вышестоящими судебными инстанциями, ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде штрафа (л.д. 144-147, 148-149, 150-152, том 1).

При этом в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении была проведена судебная автотехническая экспертиза, порученная ООО «Автотекс» (т.1 л.д.134-135), согласно выводам которой, с технической точки зрения в действиях водителя автомобиля ВАЗ 21150 ФИО1 не усматривается несоответствия требованиям ПДД РФ, а действия водителя автомобиля ГАЗ 22171 не соответствовали требованиям п.8.3. ПДД РФ (т.1 л.д. 140-141).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия от 05.03.2024 частично удовлетворен иск ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО21, о взыскании компенсации морального вреда, с ФИО2 и ФИО1 взыскано солидарно 300 000 рублей (л.д. 17-25, том 1). Указанная компенсация выплачена ФИО1 22 апреля 2024 года (л.д. 26, том 1).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ.

Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения.

В абзц. 2 п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзц. 2 п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам п. 2 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Инициируя обращение в суд, истец считал ответственным за причиненный вред здоровью несовершеннолетнего ФИО4 ответчика ФИО2, вина которого в ДТП установлена судебным решением по делу об административном правонарушении, поскольку действия последнего при управлении транспортным средством не соответствовали п.13.9 ПДД РФ.

Возражая относительно заявленных исковых требований, сторона ответчика указывала на вину водителя ФИО1 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, так как он пренебрег требованиями пункта 10.1 ПДД РФ.

Согласно ч.1 ст.12 и ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

Ввиду наличия у сторон спора разногласий относительно обстоятельств произошедшего ДТП, с целью определения механизма ДТП, для проверки доводов сторон о виновности в ДТП, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено АНО «Лаборатория Судэкс» (т. 1 л.д. 199), а также повторная комиссионная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО « Консалтинговая фирма «Кронос-Псков» ФИО22 (т. 3 л.д. 74).

Из заключения экспертов АНО «Лаборатория СУДЭКС» по проведенному исследованию следует, что автомобиль ВАЗ под управлением истца двигался с расчетной скоростью примерно 88,5 км/ч, автомобиль ГАЗ под управлением ответчика после остановки на перекрестке дорог приступил к левому повороту со второстепенной дороги, средняя скорость в ходе выполнения маневра составляла примерно 10,5 км/ч. В ходе движения автомобиля ВАЗ и выезда на дорогу автомобиля ГАЗ их траектории пересеклись, столкновение происходило в районе левой (относительно направления движения автомобиля ВАЗ) границы проезжей части и обочины автодороги А-121 на уровне выезда со второстепенной дороги (не противоречит месту столкновения, указанному при осмотре места ДТП). В момент столкновения автомобиль ГАЗ передней больше правой частью кузова контактировал с правой передней частью кузова автомобиля ВАЗ под углом 100-110 градусов, который в процессе удара незначительно изменялся. После прекращения контактно-ударного взаимодействия автомобиль ГАЗ незначительно продвинулся по ходу своего движения до места, где его положение зафиксировано при осмотре, при этом происходил небольшой разворот его передней части вправо. Автомобиль ВАЗ, обладая большей энергией движения, проскользил правым бортом вдоль передней части автомобиля ГАЗ и продолжил движение вперед и влево за пределы дороги до места конечного положения, при этом произошло опрокидывание на левую сторону.

Водитель ВАЗ ФИО1 имел техническую возможность предотвратить ДТП, при этом применил маневр, не обеспечивающий его безопасность, нарушил запрет на движение по полосе, предназначенной для встречного направления движения, не выполнил обязанность по снижению скорости, вплоть до остановки транспортного средства. С технической точки зрения действия водителя ФИО2 не соответствовали требованиям п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.2, 13.9 ПДД РФ.

Возникновение рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации стало возможным из-за действий водителя автомобиля ГАЗ, который не убедился в безопасности маневра и приступил к его выполнению, в свою очередь, водитель автомобиля ВАЗ, имея техническую возможность предотвратить попутное столкновение, не принял своевременных и доступных мер по снижению скорости автомобиля, что и послужило причиной столкновения (л.д. 7-65, том 2).

В связи с неполнотой экспертного исследования по причине отсутствия видеозаписи судом назначена дополнительная экспертиза с постановкой тех же вопросов.

Заключение экспертов АНО «Лаборатория СУДЭКС» по дополнительному исследованию содержит аналогичные выводы, в связи с удаленностью автомобилей от видеокамеры на вновь представленной видеозаписи установить расчетным путем величины скорости транспортных средств в момент, предшествующий ДТП, не представилось возможным, в связи с чем эксперты указали ранее установленные величины из первоначального заключения (л.д. 182-228, том 2).

Принимая во внимание наличие существенных противоречий между заключениями эксперта ООО «Автотекс», подготовленного на основании определения Питкярантского городского суда Республики Карелия по делу об административном правонарушении, и АНО «Лаборатория СУДЭКС» судом назначена повторная автотехническая комиссионная экспертиза.

Согласно выводам заключения комиссии экспертов ФИО23 в начальной фазе ДТП автомобиль ВАЗ движется на подъем со скоростью примерно 90 км/ч, при приближении к вершине подъема у водителя автомобиля ВАЗ имелась возможность на криволинейном участке дороги за 72 м видеть место примыкания второстепенной дороги справа (место выезда автомобиля ГАЗ на полосу движения автомобиля ВАЗ). Водитель автомобиля ГАЗ начинает движение в поперечном направлении к пересечению проезжих частей и когда передний бампер автомобиля ГАЗ пересекает дорожную разметку, обозначающую правый край проезжей части, по которой движется автомобиль ВАЗ, находящийся на расстоянии 63,96-65 м от места первичного взаимодействия транспортных средств, возникает аварийная ситуация, переходящая в опасную.

Автомобиль ГАЗ продолжает движение, в поперечном направлении со скоростью примерно 11,07 км/ч осуществляет маневр поворота налево. Водитель автомобиля ВАЗ смещается влево, пытаясь уйти от столкновения. В кульминационной фазе развития ДТП передняя угловая часть кузова автомобиля ГАЗ первоначально взаимодействует с передней правой боковой частью автомобиля ВАЗ и далее с боковыми правыми элементами кузова автомобиля ВАЗ. Транспортные средства разворачиваются по часовой стрелке. В конечной фазе происшествия транспортные средства разворачиваются по часовой стрелке, автомобиль ВАЗ движется в боковом заносе левой боковой частью вперед в сторону левой обочины, где опрокидывается через продольную ось. Далее транспортные средства движутся до конечных положений, зафиксированных на схеме места происшествия.

У водителя автомобиля ВАЗ отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение, несоответствие действий водителя ВАЗ требованиям ПДД РФ не усматривается, предотвращение столкновения зависело не от технической возможности, а от полного и своевременного выполнения водителем автомобиля ГАЗ требований п. 13.9 ПДД РФ.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, приняв в качестве достоверного доказательства заключение повторной комиссионной судебной экспертизы, учитывая, что непосредственной причиной ДТП явились действия водителя автомобиля ГАЗ ФИО2, который в сложившейся дорожной ситуации нарушил требования п. п. 1.2, 1.5, 13.9 ПДД РФ, что повлекло за собой создание для движения автомобиля ВАЗ, имеющего преимущество в движении, изменение движения и столкновение транспортных средств, пришел к выводу о том, что ответственность за вред, причиненный потерпевшему ФИО24 в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в связи с несоблюдением указанных требований ПДД РФ, лежит целиком на ответчике, допустившем таковые нарушения при очевидном преимущественном праве на проезд по главной дороге у транспортного средства под управлением истца.

При этом суд не усмотрел предусмотренных законом оснований для возложения ответственности на водителя автомобиля ВАЗ ФИО1, так как последний при возникновении опасности для движения с выезжающим с второстепенной автодороги автомобилем ГАЗ не имел технической возможности избежать столкновения даже при условии прямолинейного экстренного торможения без смещения автомобиля на полосу встречного движения для предотвращения лобового столкновения.

При указанных обстоятельствах, суд пришел к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит возмещению в порядке регресса сумма, выплаченная по судебному акту, в размере 300 000 рублей.

Изложенные выводы суда судебная коллегия признает верными, основанными на правильно установленных по делу фактических обстоятельствах, надлежащей оценке представленных в дело доказательств, оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не усматривает.

Для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление его вины, а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В силу статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно статье 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2).

Вступивший в законную силу постановление суда по делу об административном правонарушении обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (часть 4).

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что на основании части 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по аналогии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

В материалах дела имеется постановление судьи Питкярантского районного суда от 21.07.2023, оставленное без изменения вышестоящими судебными инстанциями, которым ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 144-147, 148-149, 150-152, том 1).

Указанным постановлением установлено, что ответчик ФИО2 в нарушение требований пунктов 1.2, 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, управляя автомобилем ГАЗ 22171, государственный регистрационный знак (****), при проезде нерегулируемого перекрестка со второстепенной дороги не уступил дорогу и совершил столкновение с автомобилем ВАЗ 21150, государственный регистрационный знак (****), под управлением водителя ФИО1, в результате чего были причинены телесные повреждения пассажиру автомобиля ВАЗ 21150 ФИО25, повлекшие вред здоровью средней степени тяжести.

Таким образом, в материалах дела содержится судебное постановление, установившее, что рассматриваемое ДТП произошло вследствие нарушения водителем ФИО2 правил дорожного движения. Доводы истца о виновности ответчика подтверждаются указанным постановлением по делу об административном правонарушении.

В связи с чем, в силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда первой инстанции, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно части 1 статьи 31.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях постановление по делу об административном правонарушении обязательно для исполнения всеми органами государственной власти, органами местного самоуправления, должностными лицами, гражданами и их объединениями, юридическими лицами.

По смыслу указанных норм принятое по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении решение о признании лица виновным в совершении административного правонарушения в связи с наличием в его действиях состава административного правонарушения, не может быть пересмотрено при разрешении судом спора о возмещении убытков и компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с тем, факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Несмотря на преюдициальный факт наличия вины ответчика ФИО2 в причинении ущерба, бремя доказывания обстоятельств, указывающих на то, что вред причинен, в том числе по вине истца, возлагается на ответчика.

Суд при рассмотрении настоящего дела не ограничивался оценкой действий водителей в ДТП лишь исходя из материалов дела об административном правонарушении, а оценивал действия и роль всех участников ДТП.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе о наличии вины истца ФИО6 в ДТП, являлись предметом тщательной проверки и надлежащей оценки суда первой инстанции, повторяют позицию при рассмотрении апелляционной жалобы и в целом сводятся к несогласию стороны с результатами оценки выводов повторной автотехнической комиссионной экспертизы.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статьей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда.

При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Таким образом, суд первой инстанции оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

По смыслу положений ст. ст. 55, 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Доводы апелляционной жалобы относительно недостоверности и неполноты выводов данного экспертного заключения комиссии экспертов ООО «Консалтинговая фирма «Кронос-Псков» ФИО26 не принимаются судебной коллегией во внимание, поскольку являются предположительными, носят голословный характер, не свидетельствуют о недостоверности выводов экспертов, неправильности, необоснованности, неполноте приведенных в заключении выводов.

Экспертное комиссионное заключение комиссии не оспорено ответчиком в суде первой инстанции. Возникшие вопросы между двумя проведенными по делу судебными экспертизами разрешены допросами экспертов.

Выводы экспертов, проводивших повторную комиссионную судебную экспертизу, наряду с другими доказательствами по делу, явились для суда достаточными, чтобы разрешить возникший между сторонами спор.

У судебной коллегии также не имеется оснований не доверять экспертному заключению комиссии экспертов ООО «Консалтинговая фирма «Кронос-Псков» ФИО27

Оспариваемое экспертное заключение содержит подробное и мотивированное описание произведенного исследования, подробные ответы на поставленные судом вопросы, оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, в связи с чем обоснованно принято судом в качестве достоверного, допустимого доказательства по делу.

Само по себе несогласие с экспертным заключением не влечет сомнений в правильности последнего и не является основанием исключения его из числа доказательств по делу, поскольку представляет собой лишь субъективное мнение о предмете и методике проведения экспертом исследования.

Критическое отношение апеллянта к методам проведения экспертизы и его выводам не делает по смыслу ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленное доказательство недопустимым, которое не должно быть принято и оценено судом. Суд не является специалистом в методологии проведения экспертных исследований, в противном случае не имелось бы необходимости в привлечении экспертов для дачи экспертных заключений. В полномочия суда входит оценка выводов эксперта и их соответствия материалам дела и иным собранным и добытым доказательствам, в результате которой данные выводы могут быть приняты либо отвергнуты.

Заключение эксперта не опровергнуто апеллянтом иными доказательствами, а доводы, изложенные в жалобе, не ставят экспертизу под сомнение. Ссылка апеллянта на мнение специалиста ФИО28 на нарушение истцом п. 10.1 ПДД РФ таким доказательством не является и не свидетельствует о порочности выводов судебных экспертов.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту; в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 июля 2016 года N 1714-О, предусмотренное ч. 2 ст. 87 ГПК РФ правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения либо наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Учитывая изложенное, ходатайство представителя апеллянта о назначении по делу повторной и дополнительной экспертизы судебная коллегия оставила без удовлетворения, поскольку не установила предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ оснований для их назначения.

Выводы экспертного заключения ООО «Консалтинговая фирма «Кронос-Псков» ФИО29., на котором основано судебное решение, являются достаточно ясными, полными, обоснованными, непротиворечивыми. Оспариваемая экспертиза не содержит таких пороков, которые препятствовали бы принятию экспертного заключения в качестве допустимого доказательства по делу при разрешения данного спора, а собранные и исследованные по делу доказательства указывают на правомерность выводов повторной комиссионной экспертизы.

Доводы подателя жалобы о том, что эксперт ФИО30 не является штатным сотрудником ООО «Консалтинговая фирма «Кронос-Псков», и последнему она не поручалась, не свидетельствует о недопустимости заключения в силу следующего.

Федеральный закон от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" определяет правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве.

В силу положений статьи 14 данного федерального закона руководитель обязан по получении постановления или определения о назначении судебной экспертизы поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы.

Согласно абзацу 3 статьи 15 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" руководитель экспертного учреждения вправе ходатайствовать перед органом или лицом, назначившими судебную экспертизу, о включении в состав комиссии экспертов лиц, не работающих в данном учреждении, если их специальные знания необходимы для дачи заключения, однако сведения о наличии таких ходатайств в материалах дела отсутствуют.

Между тем положения статей 14 и 15 данного закона в силу его статьи 41 на негосударственные экспертные организации, к которым относится ООО «Консалтинговая фирма «Кронос-Псков», не распространяются.

Кроме того, как следует из определения Псковского городского суда о назначении повторной комиссионной автотехнической экспертизы от 25 марта 2025 года, суд первой инстанции, поручив проведение комиссии экспертов ООО «Консалтинговая фирма «Кронос-Псков» и ФИО31 непосредственно включил в состав комиссии эксперта ФИО32 (т. 3,л.д. 74), что опровергает доводы апеллянта в указанной части.

Судебная коллегия считает, что все юридически значимые обстоятельства по делу определены верно, доводы сторон проверены с достаточной полнотой, выводы суда, изложенные в решении, соответствуют собранным по делу доказательствам, нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия Псковского областного суда

определила:

решение Псковского городского суда Псковской области от 19 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное определение изготовлено 29 апреля 2026 года.

Председательствующий С.Ю. Ефимова

Судьи В.А. Мурин

М.В. Карпова