Решение № 2-3122/2020 2-3122/2020~М-3063/2020 М-3063/2020 от 29 октября 2020 г. по делу № 2-3122/2020

Дело №2- 3122/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 октября 2020 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Супрун А.А.

при секретаре Пылевой А.В.

с участием: истца ФИО1, представителя ответчика Министерства Финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Белгородской области по доверенностям ФИО2, представителей ответчика ФКУЗ «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Белгородской области» по доверенностям ФИО3 и ФИО4, представителя ответчика ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» по доверенности ФИО5, представителя ответчика ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» по доверенности ФИО6, представителя ответчика ФИО7 по доверенности ФИО8, в отсутствие: ответчиков ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и ФИО7; представителей третьих лиц ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» и ЗАО «МАКС-М»; третьих лиц ФИО14 и ФИО15; в отсутствие представителя Роспотребнадзора и прокурора,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации и Управлению Федерального казначейства по Белгородской области, ФКУЗ «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Белгородской области», ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода», ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» и ФИО9, ФИО12, ФИО10, ФИО11, ФИО7, ФИО13 о признании действий ( бездействие) начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» ФИО12, врачей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13 и ФИО7 при установлении диагноза - незаконными; о возложении обязанностей на Министерство Финансов РФ и Управление Федерального казначейства по Белгородской области, ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области», ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода», ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» по выплате компенсации морального вреда и штрафа в соответствии с Законом РФ от 07.02.1992г. №2300-1 «О защите прав потребителей»,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с названными требованиями, уточнив и увеличив их в суде, сославшись на следующие обстоятельства.

Он обратился 21 февраля 2020г. в поликлинику ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» на прием к врачу <название> ФИО9 с проявлением <название в почках, состоял на учете по данному заболеванию с 1995 года, поскольку указанное заболевание начало резко прогрессировать за последнее время.

Считает, что врач ФИО9 совместно с врачами ультразвуковой диагностики ФИО10 и ФИО11 своевременно не установили правильный диагноз: «<название».

Указывает, что он не был незамедлительно направлен на консультацию в Белгородскую областную клиническую больницу, а по совету этих врачей должен был обратиться через врача онколога поликлиники №6 г. Белгорода ФИО13 в Белгородский областной онкологический диспансер.

Далее указывает, что врач <название ФИО7 также не смог ему своевременно установить правильный диагноз, поскольку, по мнению истца, у названных врачей не хватило не только практического опыта, но и профессиональных знаний по узкому профилю.

Утверждает, что установленный названными врачами диагноз: <название» с последующей операцией - неправильный диагноз и он от операции, назначенной на 18 мая 2020г., отказался.

Ссылается, что врач <название> консультативной поликлиники «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» ФИО14 с заведующая лучевой диагностики ФИО15 22.06.2020г. правильно установили ему окончательный диагноз : <название.

Считает, что в результате незаконных действий ( бездействия) по не установлению правильного диагноза, а существу ненадлежащего оказания медицинской помощи, со стороны начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» ФИО12, врачей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13 и ФИО7 ему причинены значительные нравственные страдания, переживания.

Просит суд признать незаконными действий ( бездействие) начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» ФИО12, врачей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13 и ФИО7 при установлении диагноза.

Также просит суд возложить обязанность по выплате ему компенсацию морального вреда на Министерство Финансов Российской Федерации и Управление Федерального казначейства по Белгородской области - 150000 руб.; ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области», ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода», ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» - по 100000 рублей на каждого, а также штраф в размере 50% от присужденной суммы компенсации морального вреда в соответствии с Законом РФ от 07.02.1992г. №2300-1 «О защите прав потребителей».

Представители ответчиков (юридических лиц) и ответчики ФИО12 Ольги Васильевны, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13 и ФИО7 требования не признавали, считают их необоснованными и не подлежащими удовлетворению, о чем также предоставили суду письменные возражения, и заявления о рассмотрении дела в отсутствии неявившихся ответчиков.

Представители третьих лиц ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» и ЗАО «МАКС-М» и третьи лица ФИО14 и ФИО15 в суд не явились, предоставили суду письменные объяснения и заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

Одновременно в письменных объяснениях ( возражениях) представитель Белгородской областной клинической больницы ФИО16 и третьи лица ( врачи) ФИО14, ФИО15 считают, что ответчиками не было допущено диагностических, лечебных и технических дефектов медицинской помощи, не был нарушен порядок оказания медицинской помощи, предусмотренный Приказом Министерства здравоохранения России от 15.11.2012г. №915н ( ред. от 05.02.2019г.) «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология» и Приказом Министерства здравоохранения России от 12.11.2012 №907н ( ред. 21.02.2020г.) «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению».

Суд исследовал обстоятельства по представленным доказательствам, приходит к следующему выводу.

Относительно исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда к Министерству Финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Белгородской области, суд считает, что названный ответчик по данному делу не является надлежащим ответчиком.

Общие положения об ответственности за причиненный внедоговорный вред регулируются главой 59 Гражданского кодекса РФ «Обязательства вследствие причинения вреда».

В п. 1 ст. 1064 ГК РФ сказано, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Это правило устанавливает генеральный деликт и имеет общее распространение на различные виды деликтных обязательств. С учетом того, что вред причиняется конкретным физическим лицом, которое представляет определенное юридическое лицо и находится с ним в трудовых отношениях, субъектом ответственности выступает само юридическое лицо. Данное правило закреплено в нормах ст. 1068 ГК РФ. Применительно к нашей проблематике под юридическим лицом понимается медицинская организация, а под работником при исполнении трудовых обязанностей - медицинский служащий, врач.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ на юридическое лицо возлагается обязанность возмещения вреда, причиненного его работником, находящимся с ним в трудовых отношениях. Это положение закона в полной мере реализуется в судебной практике в Определении Верховного суда РФ от 17.09.2015 № 18-УД 15-50.

В этом Определении Верховным судом указано, что согласно положениям Федерального закона Российской Федерации «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года № 323-ф3 (ч.1, 2 ст. 98), медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни или здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, в соответствии с требованиями статьи 1068 ГК РФ, если вред причинен работником юридического лица при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта), то ответственность за его возмещение возлагается на это юридическое лицо.

Следовательно, исходя из содержания приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи и обстоятельствами настоящего дела, обосновано довод представителя ФИО17, что надлежащим ответчиком о компенсации морального вреда, причинённого, по мнению истца, в результате незаконных действий (бездействия) врачей при установлении достоверного диагноза, является ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области, ПО «Городская поликлиника № 6 г. Белгорода» и Белгородский областной Онкологический диспансер.

Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области является ненадлежащим ответчиком по делу.

Кроме того заслуживает внимание и довод представителя ФИО17 в следующем.

Управление Федерального казначейства по Белгородской области (УФК по Белгородской области) поясняет, что УФК по Белгородской области является отдельным самостоятельным структурным подразделением Федерального казначейства России, не относящимся к Министерству финансов Российской Федерации, и не является ни филиалом, ни представительством Минфина России.

Таким образом, УФК по Белгородской области не может быть надлежащим ответчиком по настоящему делу, поскольку Управление действует на основании Положения об Управлении Федерального казначейства по Белгородской области, утверждённого приказом Федерального казначейства от 27.12.2013 №316, согласно которому, органы казначейства являются самостоятельными юридическими лицами и не обладают распорядительными полномочиями в отношении средств федерального, областного и местного бюджета и в соответствии со ст. 126 ГК РФ не отвечают по обязательствам государства.

Относительно признания незаконным действия (бездействия) подполковника внутренней службы ФИО12 истец ссылается на письменный ответ от 31.07.2020г. на его обращение от 30.06.2020г. в ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» за подписью начальника ФИО12.

Согласно названному письменному ответу от 31.07.2020г. действующей комиссией МСЧ проведен внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности по факту оказания ФИО1 медицинской помощи врачами ФИО9, ФИО10 и ФИО11 установлено, что оказание первичной медико- санитарной помощи, с учетом предъявляемых им ( ФИО1) жалоб, данных анамнеза заболевания, объективного статуса и лабораторно-инструментального обследования, проведено в строгом соответствии с действующими стандартами оказания медицинской помощи и клиническими рекомендациями.

В данном ответе от 31.07.2020г. содержится просьба к истцу завершить дополнительное обследование, рекомендованное врачом онкологом «ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер», для своевременного квалифицированного принятия решения дальнейшей тактики ведения его заболевания.

Истец считает, что такой ответ не соответствует закону, поскольку 22.06.2020г. врач <название> ФИО14 совместно с заведующей Отделением лучевой диагностики ФИО15 из Консультативной поликлиника «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» достоверно установили диагноз: «<название».

Суд считает требования истца в этой части необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Из смысла указанной нормы следует, что вред гражданину должен быть причинен в результате издания должностным лицом не соответствующего закону или иному правовому акту какого-либо правового акта.

В соответствии с теорией права правовой (юридический) акт это официальный письменный документ, имеющий обязательную силу, принятый правомочным субъектом права, выражающий властные веления, порождающий определенные правовые последствия, создающий юридическое состояние и направленный на регулирование общественных отношений.

Таким образом, обоснован довод представителя ФИО3, что ответ начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» не может в силу своих юридического статуса и значимости являться правовым актом и, следовательно, подпадать под действие статьи 1069 ГК РФ.

Далее из материалов дела, медицинских документов, пояснений участников судебного заседания, письменных возражений и пояснений ответчиков и третьих лиц, экспертных заключений по фактам оказания медицинской помощи ФИО1 в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» ОГБУЗ «Белгородская клиническая больница Святителя Иосафа», предоставленных суду филиалом ЗАО «МАКС-М» в городе Белгороде следует, что ответчиками не было допущено диагностических, лечебных и технических дефектов медицинской помощи, не был нарушен порядок оказания медицинской помощи, предусмотренный Приказом Министерства здравоохранения России от 15.11.2012г. №915н ( ред. от 05.02.2019г.) «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология» и Приказом Министерства здравоохранения России от 12.11.2012 №907н ( ред. 21.02.2020г.) «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «урология».

Согласно ст. 2 ФЗ от 21.11.2011г. № 323 ФЗ « Об основах охраны здоровья граждан в РФ», а также положений п.3.4, которая содержит, что медицинская помощь- это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и ( или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;. Медицинская услуга – медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и, имеющих самостоятельное законченное значение.

Так, относительно доводов истца в отношении факта ненадлежащего оказания медицинской помощи со стороны врачей ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» ФИО9, ФИО10, ФИО11, судом установлены следующие обстоятельства.

Установлено, что в анамнезе с 1993 года у ФИО1 <название. Предыдущее обращение ФИО1 за медицинской помощью к врачу <название> было в марте 2010 года.

Врачом <название> ФИО9 в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи по профилю «<название> утвержденными приказом министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года № 907н, а также клиническими рекомендациями Российского общества <название> по <название от 2019 года ФИО1 проведено лабораторно-инструментальное обследование в сроки, регламентированные территориальной программой государственных гарантий бесплатного оказания жителям Белгородской области медицинской помощи на 2020 год и плановый 2021 и 2022 годов.

По результатам проведенных в поликлинике МСЧ ультразвукового исследования (далее - УЗИ) от 26.02.2020 года и внутривенной урографии с нисходящей цистографией от 10.03.2020 года у ФИО1 выявлено <название. В соответствии с приказом департамента здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области от 02 февраля 2011 года № 168 «Об организации оказания медицинской помощи онкологическим больным» для дообследования и уточнения диагноза ФИО1 был направлен на консультацию в ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» к врачу-<название.

Далее установлено, что 03.04.2020года истец ФИО1 представил врачу-урологу ФИО9 заключение врача онколога БОД от 30 марта 2020 года с рекомендациями проведения лабораторно-инструментального обследования в медицинской организации по месту прикрепления на медицинское обслуживание, с повторной явкой к врачу <название с результатами обследования для проведения трансуретральной видеоцистоскопии в условиях БОД.

Рекомендованное врачом <название>, лабораторно-инструментальное обследование было проведено в поликлинике МСЧ в полном объеме.

08.04.2020 года с результатами проведенного лабораторно-инструментального обследования ФИО1 был направлен на повторную консультацию к врачу <название> БОД, рекомендовано дообследование магнитно-резонансная томография органов малого таза с контрастированием (далее - МРТ) по квоте.

В связи с тем, что МСЧ согласно тарифному соглашению в системе обязательного медицинского страхования Белгородской области от 30 декабря 2019 года, не имеет прикрепленного населения, департамент здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области не выделяет МСЧ квоты на медицинскую услугу-MPT, ФИО1 было рекомендовано обратиться в городскую поликлинику по месту жительства для получения направления на данный вид обследования.

В суде истец подтвердил, что результат МРТ он не предоставил врачам специалистам МСЧ, поскольку такое обследование не проходил, считает, что оно ему противопоказано по состоянию здоровья, ссылаясь на рекомендацию врача-<название поликлиники МСЧ ФИО18 ( от 20.04.2020г.).

В судебном заседании ФИО1 подтвердил и то, что в устной форме отказался от медицинского наблюдения у врача-<название> ФИО9, и с 29 апреля 2020 года он продолжал медицинское наблюдение у заведующего хирургическим кабинетом <название> ФИО19, при этом истец пояснил, что отказался от стационарного лечения в ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер», назначенного на 18.05.2020г., о чем сообщил 26.05.2020г. на амбулаторном приеме у врача ФИО19

С целью динамического наблюдения за состоянием здоровья ФИО1, в МСЧ были проведены: лабораторные исследования <название (30.04.2020,17.06.2020), врачом ФИО10 УЗИ исследования <название> и <название (29.04.2020, 30.04.2020, 26.05.2020,16.06.2020).

По результатам проведенных обследований отрицательной динамики не выявлено ( в материалах дела ( копии протоколов, фотоизображения объектов, предоставленные ответчиком ФИО10).

Представители МСЧ представили медицинские документы, из которых следует, что при контрольном УЗИ исследовании <название> и <название, проведенного ФИО1 в поликлинике МСЧ 18.06.2020 врачом ультразвуковой диагностики ФИО11, дано врачебное заключение: «<название>». Рекомендовано выполнить цистоскопию. Для уточнения диагноза пациент направлен на консультацию к врачу <название> поликлиники ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа».

Заключение врача <название> БОКБ от 22.06.2020. диагноз: «<название». С 19.06.2020 года ФИО1 по данным медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № №, за медицинской помощью к врачам-специалистам МСЧ не обращался.

В суде при проведении подготовки дела к судебному разбирательству, а также в письменных пояснениях врач Областной клинической больницы ФИО14 и в письменных пояснениях врач этого медицинского учреждения ФИО15, участвуют по делу третьими лицами, утверждали, и такое утверждение подтверждается медицинскими документам, что на приеме у врача ФИО14 истец отказался от осмотра PR (ректальное исследование) и предложенной цистоскопии.

При УЗИ <название врача ФИО15, проведенного 22.06.2020г. по просьбе врача –<название> ФИО14, в просвете пузыря визуализируется подвижный конкремент диаметром 23 мм, т. е. <название.

В то же время врач- <название> ФИО14 указал, что подробную картину можно было получить и от инкрустированной солями <название. Цистоскопия могла бы разрешить проблему дифференциальной диагностики и взятие материала на наличие гистологии и гистологическое исследование опухоли, чего не было сделано из-за отказа пациента ФИО1 на проведение таких исследований.

Приведенные обстоятельства по существу не оспариваются самим истцом ФИО1

Относительно требований истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи врачом Городской поликлиники г. Белгорода ФИО13 судом установлены следующие обстоятельства.

Согласно сведениям в медицинской карте пациента получающего медицинскую помощь в. амбулаторных условиях № № на имя ФИО1, 09.04.2020 г. он обращался в ОГБУЗ «Городская поликлиника г. Белгорода» по поводу <название>», в связи с этим истцу было выдано направление на MPT ОМТ с контрастированием, от которого истец отказался.

При этом суд учитывает то, что факт направления на МРТ ОМТ с контрастированием и свой отказ о данного исследования после консультации с врачом-<название, истец достоверно подтвердил в судебном заседании, о чем указано выше по тексту решения.

Обоснован довод представителя ответчика Городская поликлиника г. Белгорода ФИО5, что поставленный медицинским работником ФИО13 диагноз : «<диагноз>», объективно отражал состояние здоровья истца на момент его обращения к доктору. В переводе с латинского языка Сг или Cancer означает <название> в связи с этим дословно диагноз определен как «<диагноз>», о чем указано выше по тексту решения.

Далее установлено, что ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» оказывалась медицинская помощь пациенту ФИО1 в полном объеме в соответствии со стандартами медицинской помощи согласно установленным нормативным документам, в частности порядку оказания медицинской помощи населению по профилю «<название» (утв. приказом Минздрава РФ от 15.11.2012г. №915н), приказу департамента здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской помощи от 12.07.2017г. №672 «Об организации оказания медицинской помощи взрослому населению Белгородской области по профилю «онкология».

Из материалов дела, пояснений представителя ответчика ФИО6, пояснений представителя ответчика ФИО7- ФИО20, их письменных пояснений, медицинских документов, представленных суду следует, что истец впервые обратился в поликлиническое отделение ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» 21.03.2020г. (суббота) по направлению поликлинического отделения ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» для уточнения диагноза, с кодом диагноза по МКБ (Международной классификации болезней): №, что соответствует - <название>.

Согласно алгоритму действий первичной медико-санитарной помощи выполнялось следующее: сбор жалоб, анамнеза, объективный осмотр, устанавливался предварительный диагноз.

При этом представитель ответчика Белгородского онкологического диспансера ФИО6, возражая против заявленных требований истца, ссылался также на следующее.

Согласно данным «Практическое руководство по ультразвуковой диагностике» под редакцией ФИО21 (стр. 449-450): «Конкременты в мочевом пузыре визуализируются в виде гиперэхогенных структур с акустической тенью. Конкременты в мочевом пузыре обычно смещаются при изменении положения больного... Дифференциальная диагностика конкрементов мочевого пузыря проводится с кальцинированными опухолями (на основании признака смещаемости конкремента). Доплеровская визуализация кровотока в опухоли позволяет определиться с диагнозом. Однако очень часто при наличии конкрементов имеет место акустический артефакт, создающий картину массивного цветового окрашивания, который приводит к ложной интерпретации изображения... Для дифференциальной диагностики конкрементов с другими структурами, определяемыми в мочевом пузыре, используется цистоскопическое исследование».

Представитель ФИО6 обратил внимание суда, что исходя из вышеуказанного, ввиду отсутствия достоверных признаков за конкремент мочевого пузыря и визуально больше данных за новообразование, было сделано заключение: «<название>» (подозрение на рак мочевого пузыря), которое не является диагнозом и требует дополнительных методов исследования.

Из материалов дела следует, что врач-<название поликлинического отделения ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер ФИО7 провел прием истца 24.03.2020г. 30.03.2020г.

По результатам проведенного УЗИ исследования 30.03.2020г. и 08.04.2020г. пациент ФИО1 на приеме осмотрен врачом-онкологом ФИО7 Объективный статус прежний, установлен предварительный диагноз: <название>. Рекомендовано дообследование по месту жительства по стандарту для решения вопроса о дальнейшей тактике ведения (решения вопроса о ВЦС (видеоцистоскопия) ТУР (<название>), MPT ОМТ (<название) с контрастированием по квоте.

Далее, на 14.04.2020г. пациенту ФИО1 была запланирована консультация в урологическом отделении онкологического диспансера для решения вопроса о дальнейшей тактике. По просьбе пациента консультация перенесена на 16.04.2020г.

Учитывая жалобы пациента, данные лабораторно-инструментальных неинвазивных методов исследования (трансабдоминальное и трансректальное ультразвуковое исследование мочевого пузыря, внутривенной урографии) нельзя исключить <название>.

На основе клинических рекомендаций Российского общества клиническои онкологии (RUSSCO) и с учетом стандартов медицинской помощи для уточнения характера <название показано проведение видеоцистоскопии с биопсией при наличии субстрата.

С целью уточнения характера новообразования <название, была запланирована госпитализация пациента ФИО1 в урологическое отделение онкологического диспансера на 18.05.2020г. для видеоцистоскопии с биопсией при наличии субстрата.

Однако от госпитализации истец отказался, и такой отказ достоверно подтвердил в судебном заседании.

Таким образом, обоснован довод представителей ответчиков, что оказание медицинской помощи истцу было произведено в полном объеме в соответствии с действующими стандартами.

Относительно данных, содержащихся в актах экспертизы качества медицинской помощи № № от 24.07.2020г. судом установлено, что в выводах указанных актах значится: «в результате анализа медицинской документации, предоставленной ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер», выявлены дефекты оформления медицинской документации, затруднившие постановку диагноза». При этом указана причина: отказ пациента от госпитализации не позволил проведение дополнительного обследования с целью верификации диагноза, создал риск прогрессирования заболевания».

Аналогичное (с тем же самым кодом нарушения 4.2) указано и в предоставленной самим истцом в материалы дела копии экспертного заключения (протокола оценки качества медицинской помощи) ТФ ОМС Белгородской области в отношении ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер».

Представитель ответчика ФИО6 обоснованно обратил внимание суда на прямое указание в экспертном заключении: «дефектов оказания медицинской помощи не выявлено».

Таким образом, оказание медицинской помощи пациенту ФИО1 было произведено в полном объеме в соответствии с существующими стандартами и рекомендациями.

Далее, исходя из содержания Экспертного заключения АО «МАКС-М» в г. Белгороде от 24.07.2020г. №№, а также экспертного заключения ТФ ОМС Белгородской области от 15.10.2020г. следует, что в качестве дефектов оказания медицинской помощи ОГБУЗ «Городская поликлиника г. Белгорода» ФИО1 указаны дефекты оформления медицинской документации, а именно- истцу было выдано направление на МРТ без постановки в очередь, без квоты.

Однако обоснован довод представителя ответчика ФИО5, что указанные дефекты не повлекли за собой, применительно к обстоятельствам по данному делу, нарушения прав истца, т. к. на качество лечения и состояние здоровья истца негативно не повлияли.

Более того, истец в судебном заседании подтвердил, что добровольно отказался от проведения обследования МРТ после консультации с врачом –кардиологом., о чем приведено выше по тексту решения.

Кроме того, согласно разделу 11 экспертного заключения ТФ ОМС Белгородской области от 15.10.2020г. диагноз истцу ( формулировка, содержание, время постановки) – без замечаний.

Учитывая приведенные нормы закона, применительно к установленным обстоятельствам, суд признает необоснованным требования ФИО1 к ответчикам в части установления факта ненадлежащего оказания медицинской помощи.

Следовательно, не подлежат удовлетворению требования истца о признании незаконными действий (бездействие) начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» ФИО12, врачей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13 и ФИО7 при установлении диагноза.

В силу положений ст. ст.1099-1101 ГКРФоснования и размер компенсации гражданинуморальноговредаопределяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Статьей151 ГКРФкомпенсацияморальноговредапредусмотрена в случае, если гражданину причиненвред(физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного СудаРФот 20.12.1994 г. N 10, подморальнымвредомпонимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 3 указанного Постановления установлено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинениеморального вреда является вина причинителя.

Судом установлено, что нарушений прав ФИО1 со стороны ответчиков не имеется.

Таким образом, требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков и штрафа в размере 50% от присужденной суммы компенсации морального вреда в соответствии с Законом РФ от 07.02.1992г. №2300-1 «О защите прав потребителей» являются необоснованными и подлежат отказу.

Одновременно суд считает необходимым отметить по изложению требований истца о признании незаконными указанных выше действий медицинских сотрудников, то эти требования поставлены некорректно, поскольку отношения между истцом и ответчиками не носят публично- правой характер, а регулируются иными нормами материального и процессуального права, о чем указано выше по тексту.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований о: признании незаконными действий ( бездействие) начальника ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области» ФИО12, врачей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13 и ФИО7 при установлении диагноза ; возложении обязанностей на Министерство Финансов Российской Федерации и Управление Федерального казначейства по Белгородской области, ФКУЗ «МСЧ МВД России по Белгородской области», ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода», ОГБУЗ «Белгородский онкологический диспансер» по выплате компенсации морального вреда и штрафа в соответствии с Законом РФ от 07.02.1992г. №2300-1 «О защите прав потребителей».

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца, со дня изготовления мотивированного решения путём подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья-А

Решение