Решение № 2-2392/2021 2-2392/2021~М-1244/2021 М-1244/2021 от 8 июня 2021 г. по делу № 2-2392/2021

Дело № 2–2392/2021

УИД 26RS0001-01-2021-002070-56


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Мотивированное решении составлено 9 июня 2021 г.

дата <адрес>

Промышленный районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Калашниковой Л.В., при секретаре судебного заседания Артюховой И.С.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры <адрес> ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, с привлечением третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры <адрес>, Управления МВД России по <адрес>, о взыскании компенсации прямых понесенных затрат и морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к Министерству финансов Российской Федерации.

В обоснование исковых требований истец указал, что дата в отношения него было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 173.1 УК РФ.

дата уголовное преследование в отношении него было прекращено на основании п. 1 ч. ст. 24 УПК РФ.

Далее постановлением от дата отменено постановление о прекращении уголовного преследования от дата, уголовное преследование было продолжено, выдвинуто обвинение, дело передано в суд, однако суды трех инстанций признали возобновление уголовного преследования незаконным, и вернули дело прокурору.

Постановлением от дата отменено незаконное постановление дата об отмене постановления о прекращении уголовного преследования от дата. Письмом начальника отдела по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел и юстиции, МЧС прокуратуры <адрес>, советника юстиции ФИО4 от дата истцу сообщено о том, что в настоящее время уголовное преследование по ч. 1 ст. 173.1 УК РФ прекращено постановлением следователя от дата на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Письмом и.о. начальника отдела по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел и юстиции, МЧС прокуратуры <адрес> советника юстиции ФИО5 от дата истцу разъяснено право на реабилитацию.

Уголовное дело, возбужденное в отношении истца по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 173 УК РФ, было прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, то есть по реабилитирующему основанию.

В результате незаконного уголовного преследования истец понес материальные затраты, также истцу были причинены нравственные и физические страдания.

Так, ФИО1 указывает, что имеет два высших образования, степень кандидата наук, ранее работал преподавателем в СТГМА, работал на государственной службе в должности заместителя начальника отдела по вопросам трудовой миграции УФМС России по <адрес>, активно участвует в жизни края, является членом партии «Единая Россия» с 2002 г., в 2016 г. избирался в общественную палату <адрес> и получил более 2600 голосов избирателей.

В настоящее время истец является учредителем и генеральным директором ООО «Интер-Юг» на небольшом, принадлежащем на праве аренды земельном участке площадью 42 га, привлекая инвесторов пытается построить современный полностью автоматизированный тепличный комбинат для выращивания овощей в закрытом грунте с применением технологии «досвечивания», которому в результате незаконного уголовного преследования, длящегося с ноября 2017 г. по сентябрь 2020 г., так и не удалось воплотится в жизнь. Полагает, что данное незаконное уголовное преследование является оказанием давления на бизнес руками отдельных лиц в правоохранительных органах, действующих в интересах конкурентов, также полагает, что их цель достигнута, данный проект не реализовался, в результате не стало более 600 новых рабочих мест, не попадает на прилавки более 10 000 т в год высококачественной отечественной овощной продукции.

В итоге два с половиной года ФИО1 находился под подпиской о невыезде, полностью парализован бизнес, нанесен вред его здоровью.

В результате возбуждения уголовного дела был подорван авторитет и уважение ФИО1, а отдельных случаях сменилось на презрение среди коллег, знакомых, родственников, партнеров по бизнесу, соседей, всех тех, кто уважал и доверял многие годы. На допросы вызывались коллеги по работе, а в результате цинично и показательно проведенного обыска в квартире, где проживают его родители, было опорочено имя матери ФИО6, проработавшей всю жизнь врачом, отца ФИО7, доктора медицинских наук, профессора, выдающегося хирурга, заслуженного врача России, заведующего кафедрой общей хирургии СТГМИ, когда сотрудники, проводящие обыск в присутствии приглашенных в качестве понятых соседей, пытаясь найти непонятно какие улики по надуманным обвинениям, небрежно и цинично бросали на пол принадлежащие отцу научные труды и разработки. После данных действий и дальнейшего преследования ФИО1, в результате длительных переживаний, угрозы повторных обысков, состояние здоровья ФИО7 резко ухудшилось, после чего он попал в отделение реанимации 3 городской больницы <адрес> с диагнозом инсульт.

Так же незаконное уголовное преследование сказалось негативным образом на личной жизни и создании семьи ФИО1, так как в результате опороченного честного имени, невозможности заработка и ведения бизнеса, нахождении под подпиской о невыезде в течении трех лет, не состоялось планируемое заключение брака.

Особую горечь и обиду разочарования ФИО1 испытал из-за безразличия следователей, прокуратуры, пренебрежения с их стороны процессуальными правами истца, из-за явного негативного отношения к истцу. Указывает, что потерял веру в справедливость и добропорядочность сотрудников следственных органов и прокуратуры. Дополнительные страдания вызвало осознание неэффективности следствия и прокуратуры, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства, ведь любые обращения, включая неоднократные обращения к Президенту Российской Федерации, пересылались в прокуратуру <адрес>, откуда истец получал банальные отписки.

В результате вышеперечисленного резко ухудшилось состояние здоровья ФИО1, появилась злокачественная гипертония, с приступами которой ФИО1 периодически находился на стационарном лечении, по настоящее время требуется постоянный прием гипотензивных препаратов. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом и физическом здоровье, а воспоминания о следственных действиях, обысках, постоянной угрозе уголовного преследования, судебных процессах периодически служат причиной бессонницы, депрессий, подъемов артериального давления.

С начала возбуждения уголовного дела с декабря 2017 г. на период предварительного следствия ФИО1 потребовалась квалифицированная юридическая помощь, за которой он обратился к адвокату Бондякову В.В. Услуги адвоката составили 5 000 рублей за разовое сопровождение в ходе первого допроса, 70 000 рублей на период предварительного следствия, далее при незаконном возобновлении уголовного преследования в июле 2018 г. 5 000 рублей разовое сопровождение. Далее на период следствия до передачи дела в суд ФИО1 заключил договор на юридическое сопровождение с ФИО8, гонорар по которому который составил 50 000 рублей. ФИО8 обеспечивала защиту в судебных заседаниях по уголовному делу, услуги составили 25 000 рублей, а так же в судебном заседании апелляции по данному уголовному делу, где услуги составили 25 000 рублей. Далее, при повторных вызовах к следователю ФИО1 пользовался услугами адвоката Смертина А.В., услуги которого составили 7000 рублей.

В связи с возбуждением уголовного дела и уголовным преследованием с января 2017 г. возникло заболевание злокачественная гипертония с неврологической симптоматикой, в связи с чем во время ухудшения состояния истец неоднократно находился в стационаре и постоянно с 2017 г. вынужден принимать гипотензивные препараты, в результате расходы на лечение составляют около 2 500 рублей в месяц, что составляет на сегодняшний день 77 000 рублей.

Размер понесенных ФИО1 прямых материальных затрат составил 264 000 рублей.

Также в результате незаконного уголовного преследования и применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, длящейся в течении 811 дней, истцу был причинен моральный вред.

Считает, что компенсация морального вреда должна составлять 5000 рублей за каждый день применения меры пресечения в виде подписки о невыезде, и составляет в итоге 4 055 000 рублей.

На основании изложенного, просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации возмещение морального вреда, причинённого в результате незаконного уголовного преследования и применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, в сумме 4 055 000 рублей, а также понесенные затраты в сумме 264 000 рублей, обязать прокуратуру принести ему официальные извинения от имени государства, а также вручить письменное сообщение с извинениями за незаконное уголовное преследование.

Определением суда от дата производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в части исковых требований о возмещении материального вреда и возложении обязанности на прокурора принести официальные извинения от имени государства и вручить письменное сообщение с извинениями за незаконное уголовное преследование прекращено, поскольку указанные требования подлежат рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования и просил их удовлетворить.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО2 в судебном заседании пояснила следующее.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ).

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Согласно ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Как следует из копии постановления о прекращении уголовного преследования от дата, уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено в части совершения им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 173.1 УК РФ, по факту незаконного образования юридического лица, а именно образование юридического лица через подставных лиц в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Однако, данное постановление не содержит указания на признание за истцом права на реабилитацию.

Согласно ответу и.о. начальника отдела по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел, юстиции, МЧС прокуратуры <адрес> от дата № в настоящее время уголовное преследование в отношении истца прекращено по вышеуказанному основанию постановлением следователя от дата.

В соответствии с положениями ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Таким образом, допустимыми доказательствами возникновения права на реабилитацию являются надлежащим образом заверенные копии процессуальных документов, поименованных в ч. 2 ст. 133 УПК РФ.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда, возмещаемого гражданину, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, оцениваемого с учетом индивидуальных особенностей лица, которому причинен вред, исходя из требований разумности и справедливости.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от дата №) разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата №)

При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости (п. 21 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от дата № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Медицинских документов, подтверждающих диагностирование у истца злокачественной гипертонии, депрессии, равно как и иных доказательств, находящихся в непосредственной причинно-следственной связи с незаконным уголовным преследованием, учитывая вышеприведенные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, в обоснование заявленного размера компенсации морального вреда не представлено.

Обозначенный истцом законопроект не является нормативным правовым актов, а потому не может быть положен в основу решения суда, руководствующегося действующим законодательством.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №).

Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан (Определение Верховного Суда Российской Федерации от дата по делу №-КГ15-11).

Указанная истцом сумма возмещения морального вреда в размере 4 055 000 рублей не может быть признана разумной и справедливой.

Просила вынести решение с учетом вышеизложенного.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры <адрес> ФИО3 в судебном заседании просила исковые требования удовлетворить в части, взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в определенной судом денежной сумме с учетом справедливости и разумности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Главного управления следственного управления ГУ МВД России по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил.

Суд, выслушав объяснения истца, представителей ответчика и третьего лица, исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч.2 ст. 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч.1 ст. 24 и п.п. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 данного кодекса.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

В судебном заседании установлено, что дата постановлением следователя СЧ по РОПД СУ УМВД России по <адрес> в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 173.1 УК РФ.

дата постановлением старшего следователя СЧ по РОПД СУ Управления МВД России по <адрес> ФИО9 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

дата постановлением следователя отдела № СУ УМВД России по <адрес> уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, предварительное следствие приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст.208 УПК РФ.

дата руководителем следственного органа – начальника отдела № СУ УМВД России по <адрес> отменено постановление о прекращении уголовного преследованиям и о приостановлении предварительного следствия от дата, предварительное следствие по уголовному делу возобновлено.

дата постановлением следователя отдела № СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

дата постановлением руководителя следственного органа- врио начальника следственного УМВД России по <адрес> ФИО11 отменено постановление руководителя следственного органа - начальника отдела № СУ УМВД России по <адрес> ФИО12 об отмене постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 и постановление о приостановлении предварительного следствия, возобновлении производства расследования от дата.

Обращаясь с иском в суд, ФИО1 указал, что в результате незаконного уголовного преследования был полностью парализован его бизнес, нанесен вред его здоровью, подорваны авторитет истца и уважение, появилось призрение коллег, знакомых, родственников, партнеров по бизнесу, соседей, было опорочено имя отца и матери истца, честное имя истца, нанесен вред здоровью в виде появившихся бессонницы, депрессии, подъемов артериального давления, в результате чего появилась злокачественная гипертония.

Разрешая исковые требования, суд с учетом фактических обстоятельств, приходит к выводу о том, что незаконное уголовное преследование, лишение истца возможности продолжать активную социальную жизнь, потеря работы, ограничение в свободе передвижения, распространение сведений, порочащих его и его семью, выразились в причинении ему нравственных и физических страданий в виде переживания относительно сложившейся ситуации.

Указанные обстоятельства, которые ответчиком при рассмотрении дела в суде не оспаривались, свидетельствуют о нарушении конституционных прав ФИО1 на достоинство личности, личную (физическую) свободу и неприкосновенность, защиту чести и доброго имени, свободу передвижения, труд, здоровье, семью, гарантированных ему ст.ст. 21, 22, 23, 27, 37, 38, 41 Конституции Российской Федерации, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что истец имеет право на компенсацию морального вреда.

Доводы ответчика о том, что постановлением следователя отдела № СУ УМВД России по <адрес> от дата, которым уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не содержит признания за ФИО13 права на реабилитацию, суд признает несостоятельными по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае отсутствие события преступления.

Согласно ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Однако, в резолютивной части постановления мирового судьи судебного участка N 3 <адрес> от дата отсутствует указание на признание за К.Р.В. права на реабилитацию.

Согласно п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 17 "О практике применения судами норм Главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих в уголовном судопроизводстве" основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является вынесенное постановление о прекращении уголовного преследования по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ. Право на реабилитацию признается за лицом судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование по основаниям, перечисленным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями ст. 134 УПК РФ должно быть указано в резолютивной части постановления.

Требование вышеприведенных норм уголовно-процессуального закона не выполнены, за К.Р.В. не было признано право на реабилитацию.

Принимая во внимание изложенное, Судебная коллегия считает необходимым изменить состоявшиеся судебное решения, признав за К.Р.В. в соответствии с требованиями ст. 134 УПК РФ право на реабилитацию.

Как следует из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №), с учетом положений ч. 2 ст. 133 и ч. 2 ст. 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ; отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ.

Согласно п. 13 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №, с учетом положений ст.ст. 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований ст. 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Установив, что уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, что является одним из оснований наличия права на реабилитацию в соответствии со ст. 133 УПК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации.

Суд признает обоснованными доводы ответчика о том, что нанесение в результате уголовного преследования ФИО1 вреда деловой репутации ООО «Интер-Юг», а также перенесенные нравственные страдания членов семьи истца относятся к существу настоящего спора косвенно, в связи с чем подлежат учету при определении размера компенсации.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 незаконным уголовным преследованием, и подлежащего взысканию с Российской Федерации в лице ответчика за счет средств казны Российской Федерации, суд учитывает степень и характер нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями ФИО1, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе категорию преступления, в совершении которого он обвинялся, длительность уголовного преследования, характер и объем преследования, в том числе вид и продолжительность применения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, требования разумности и справедливости, в связи с чем считает возможным определить размер денежной компенсации в сумме 243 300 рублей, в остальной части исковых требований следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации прямых понесенных затрат и морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 243300 рублей, в остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд через Промышленный районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья подпись Л.В.Калашникова