Решение № 2-5726/2016 2-82/2017 2-82/2017(2-5726/2016;)~М-5208/2016 М-5208/2016 от 31 мая 2017 г. по делу № 2-5726/2016

Дело № 2-82/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 июня 2017 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи: Вардугиной М.Е.,

с участием прокурора Дзех К.А.,

при секретаре: Беляевой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО6, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, взыскании убытков, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО5, в котором с учетом уточненных требований просил взыскать с ФИО6, ФИО5 солидарно компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы, связанные с восстановлением здоровья и утраченный заработок в размере 35 748,45 руб.

В обоснование иска указал, что 08.08.2013 г. в 02 часа 40 мин. напротив развлекательного комплекса «Галактика развлечений» у дома 16 по Комсомольскому проспекту в г.Челябинске, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого ответчик ФИО6, управляя автомобилем Форд Фиеста, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО5, произвела наезд на него и его близкого друга ФИО10 От столкновения с автомобилем ответчика, истец получил повреждения, которые были квалифицированы как причинившие тяжкий вред здоровью, а ФИО10 от полученных травм скончался на его глазах на месте ДТП, что подтверждается материалами доследственной проверки и данными судебно-медицинских экспертиз. Истец, в связи с причиненными ему в результате данного ДТП повреждений, понес убытки, связанные с затратами на лечение и утратой привычного заработка по основному месту работы, в связи с длительным нахождением на больничном. Указанные убытки он просил взыскать в его пользу с ответчика, как с лица виновного в ДТП и как с лица, владеющим на момент ДТП источником повышенной опасности. Также просил компенсировать в его пользу причиненные ему нравственные и физические страдания, выраженные в длительном лечении, постоянных болях, лишении его возможности поддерживать привычный для него образ жизни, заниматься привычными видами спорта, любимыми занятиями, в ухудшении сна, переживаниях за свое будущее и будущее членов своей семьи, в отсутствии возможности оказания им помощи в элементарных делах, в переживания, связанных с ограничением в общении с ними, ощущениях своей бесполезности и ненужности.

ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО6, ФИО5, в котором с учетом уточненных требований просили взыскать с ответчиков солидарно расходы, связанные с погребением в размере 239 530, компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб. по 1 000 000 руб. в пользу каждого истца.

В обоснование иска указали, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя ФИО6, погиб их единственный сын и внук ФИО10 По указанному факту 14.10.2013 г. следователем СО по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Челябинской области вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, которое в последующем было прекращено и вновь возобновлено в связи с проведением дополнительного расследования. Окончательного решения по вине участников ДТП следственными органами не принято. При жизни ФИО10 являлся не только заботливым сыном и внуком, но и самостоятельно развивался как личность, достиг больших результатов в шахматах, говорил на двух языках. В результате преступных действий ФИО6, был потерян единственный для них близкий человек, на помощь которого они бы могли рассчитывать в будущем. Преступные действия ответчика лишили их сына возможности создать свою семью, а истцов- возможности увидеть внуков и участвовать в их жизни. Нравственные и физические страдания, связанные с гибелью сына, выражены в нарушении сна истцов, утрате уверенности в завтрашнем дне. У ФИО2 впервые после смерти сына была диагностирована ***. Кроме того, с момента ДТП ответчик не принимала никаких мер к заглаживанию причиненного вреда перед истцами, что повлекло для них дополнительные страдания и переживания. Истцы также просили возместить в пользу ФИО2 понесенные ими затраты на организацию похорон и погребение сына.

Определением суда от (дата) гражданские дела № по исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО6, САО «ВСК» о взыскании убытков и морального вреда и № по исковому заявлению ФИО1 к ФИО6, САО «ВСК» о возмещении ущерба, причиненного преступлением, компенсации морального вреда, объединены в одно производство, делу присвоен единый № (в порядке перерегистрации- №).

Истец ФИО1 о дате и времени судебного заседания извещен, в суд не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствии.

Истцы ФИО3, ФИО2 в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивали, суду пояснили аналогично доводам, изложенным в иске. Просили считать вину ФИО6 в рассматриваемом ДТП с учетом представленных ими дополнительных заключений специалистов, установленной.

Представитель истцов ФИО7, действующий на основании ордера, в судебном заседании уточненные исковые требования доверителей поддержал в полном объеме.

Истец ФИО4 о времени и месте судебного заседания извещена, в суд не явилась, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчик ФИО6 о времени и месте судебного заседания извещена, в суд не явилась, просила дело рассмотреть в ее отсутствии.

Представитель ответчика ФИО6 -ФИО8, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования признал частично, полагал, что в рассматриваемом ДТП следует определить вину самих потерпевших. Просил снизить размер взыскиваемых с его доверителя, как владельца источника повышенной опасности, сумм до минимальных, полагая сумму компенсации морального вреда завышенной с учетом отсутствия в действиях его доверителя вины в рассматриваемом ДТП и с учетом нахождения самих потерпевших в состоянии алкогольного опьянения на момент ДТП. Также полагал завышенными расходы на погребение, ходатайствовал об их уменьшении с учетом требований разумности и необходимости в их несении.

Ответчик ФИО5 о времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом по месту регистрации, в том числе по телефону путем отправления смс-извещения, в суд не явилась, о причинах неявки суду не сообщила, об изменении места жительства суд не уведомляла, об отложении слушания по делу не ходатайствовала.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица- ФИО1 о времени и месте судебного заседания извещена, в суд не явилась, просила о рассмотрении спора в свое отсутствие, выразила письменные согласия с исковыми требованиями ФИО1

Представитель третьего лица- САО «ВСК» о времени и месте судебного заседания извещен, в суд не явился, просил о рассмотрении спора в свое отсутствие.

Учитывая положения ст. 118 ГПК РФ, задачи судопроизводства, принцип правовой определенности, распространение общего правила, закрепленного в ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которого, отложение судебного разбирательства в случае неявки в судебное заседание какого-либо из лиц, участвующих в деле, при принятии судом предусмотренных законом мер для их извещения и при отсутствии сведений о причинах неявки в судебное заседание, не будет соответствовать конституционным целям гражданского судопроизводства, суд с учетом надлежащего извещения ответчика ФИО5 по месту ее регистрации, в условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав, находит ее неявку следствием ее волеизъявления, свидетельствующего об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, в связи с чем, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО5

Заслушав лиц, участвующих в деле, а также заключение прокурора, в котором он считал требования истцов подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования к ФИО6 подлежат частичному удовлетворению, а в требованиях к ФИО5 истцам следует отказать по следующим основаниям.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно с. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

При этом, согласно п.18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Согласно ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В силу ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии с ч. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещение вреда в пределах страховой суммы.

Согласно п. 7 ст. 12 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" размер страховой выплаты в счет возмещения расходов на погребение составляет не более 25000 руб. и выплачивается лицам, понесшим такие расходы.

Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 110 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из представленных сторонами доказательств судом установлено, что 14.10.2013 г. следователем СО по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Челябинской области возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО6 по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Из материалов уголовного дела следует, что около 02 часов 45 минут (дата) водитель ФИО6, управляя автомобилем Форд Фиеста, государственный регистрационный знак №, двигалась в г. Челябинске по проезжей части Комсомольского проспекта в направлении от ФИО9 к ул. Чайковского со скоростью 60 км/час. В пути следования, около дома № 16 по Комсомольскому пр., водитель ФИО6 произвела наезд на пешеходов ФИО10 и ФИО1 В результате данного дорожно-транспортного происшествия пешеходам ФИО10 и ФИО1 были причинены телесные повреждения, при этом ФИО10 от полученных повреждений скончался на месте происшествия. Очевидцами происшествия являлись: ФИО13, ФИО14

Согласно показаний свидетеля ФИО13, данных им в ходе предварительного следствия установлено, что пешеходы (потерпевшие) двигались справа налево относительно движения автомобиля Форд Фиеста и под углом относительно краев проезжей части (т.е. смещаясь в направлении ул. Чайковского). Сам автомобиль двигался со скоростью не более 60 км/час с включенным ближним светом по крайней правой полосе ближе к парковке, расположенной у ТРК «Галактика развлечений». Наезд на них водителем автомобиля Форд Фиеста был произведен в момент, когда они вышли на проезжую часть правой полосы движения Комсомольского пр-та, преодолев от правого края около 1,5 метров. При этом, в момент наезда пешеходы были обращены левыми боковыми сторонами к передней части двигавшегося автомобиля под управлением ФИО6 Водитель ФИО6 торможения не применила и после наезда остановилась на расстоянии около 140 м от места наезда. При этом девушки, находящиеся в автомобиле, были в шоковом состоянии и не могли отвечать на вопросы. После чего ФИО13 дождался сотрудников ГИБДД и сообщил свои контактные данные как очевидца ДТП.

Из показаний свидетеля ФИО14 следует, что он в момент ДТП находился возле своего автомобиля ВАЗ 2107 на парковке возле здания ТРК «Галактика развлечений». На указанном автомобиле он осуществлял перевозку пассажиров. Его автомобиль был запаркован перпендикулярно края проезжей части Комсомольского пр-та напротив входа в ТРК. Он видел, как потерпевшие, находясь на правой полосе движения Комсомольского пр-та, решили поймать попутный транспорт и пошли вдоль левой части автомобиля ВАЗ 2107 белого цвета, припаркованного вдоль Комсомольского пр-та передней частью направленной на ул. Чайковского, в направлении к ул. ФИО9, т.е. смещаясь к задней части указанного автомобиля. Потом он на какое-то время отвлекся и стал смотреть в сторону входа в ТРК, а через 8-9 секунд услышал удар, после чего повернулся в сторону проезжей части Комсомольского пр-та, где увидел как со стороны автомобиля ВАЗ 2107 белого цвета подлетели два человека (потерпевшие) и упали на капот автомобиля Форд черного цвета, который двигался по правой полосе Комсомольского пр-та в сторону от ул. ФИО9 к ул. Чайковского. После удара автомобиль Форд продолжил свое движение и остановился более чем за 100 метров от места удара.

Из показаний потерпевшего ФИО1, данных им в ходе предварительного расследования и в суде следует, что пешеходы ФИО1 и ФИО10 вышли на проезжую часть правой полосы движения Комсомольского пр-ту со стороны задней части автомобиля ВАЗ 2107, передняя и задняя левые оси которого были расположены 0,0 м до правого края проезжей части, а передняя часть на расстоянии 43 м от угла дома №16 по Комсомольскому пр. После выхода на проезжую часть, они прошли вдоль левой части автомобиля ВАЗ 2107, смещаясь в направлении от ул. ФИО9 к ул. Чайковского и остановились на проезжей части. После чего, не уходя с проезжей части, развернулись и сместились в обратном направлении от ул. Чайковского к ул. ФИО9, преодолевая расстояние равное 4,1 и 4,9 м, после чего остановились около задней левой части автомобиля ВАЗ 2107, где на них и был произведен наезд водителем автомобиля Форд Фиеста. Также по показаниям ФИО1, место наезда на ФИО10 было расположено на расстоянии 0,65 м от правого края проезжей части и 45,6 м от угла дома № 16 по Комсомольскому пр-ту. В момент наезда пешеходы стояли левыми боковыми сторонами к левой части кузова автомобиля ВАЗ 2107 (то есть в неподвижном положении, лицом в сторону двигавшегося им на встречу автомобиля под управлением ФИО6) на расстоянии 0,4 м от левого зеркала заднего вида данного транспортного средства.

Автотехническая экспертиза показала, что с технической точки зрения, опасность для движения водителю Форд в варианте развития дорожно-транспортной ситуации со слов потерпевшего ФИО1 возникает в момент, когда водитель имеет объективную возможность обнаружить пешеходов на проезжей части. В варианте развития дорожно-транспортной ситуации со слов ФИО1, водитель автомобиля Форд располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов применением экстренного торможения. В варианте развития дорожно-транспортной ситуации со слов ФИО13, водитель автомобиля Форд с заданного момента возникновения опасности для движения, не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов применением экстренного торможения. Если дорожно-транспортная ситуация развивалась согласно показаниям ФИО1, тогда в данном варианте водитель автомобиля Форд должна была руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ, а пешеходы- требованиями п. 4.6 ПДД РФ. Если дорожно-транспортная ситуация развивалась согласно показаний свидетеля ФИО13, тогда в данном случае водитель автомобиля Форд должна была руководствоваться требованиями п.10.1 ПДД РФ. Однако, даже руководствуясь требованиями п. 10.1 ПДД РФ, водитель автомобиля не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов, а пешеходы в данной ситуации должны были руководствоваться требованиями п. 4.3. ПДД РФ. Если же ДТП развивалась согласно показаний потерпевшего ФИО1, тогда с технической точки зрения, причиной данного ДТП явились действия водителя автомобиля Форд, как не соответствующие требованиям п. 10.1 ПДД РФ и действия пешеходов, не соответствующие требованиям п. 4.6 ПДД РФ. Если ДТП развивалось согласно показаний свидетеля ФИО13, тогда с технической точки зрения, причиной данного ДТП явились действия пешеходов, как не соответствующие требованиям п. 4.3. ПДД РФ.

При проведении исследования с учетом данных видеофиксации с места расположения парковки ТРК «Галактика развлечений», экспертами было отмечено, что при сопоставлении расположения автомобиля ВАЗ 2107 (светлого цвета), зафиксированного в протоколе следственного эксперимента от 19.11.2013г. по версиям потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО13 и схемах к нему (со слов потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО14), с данными видеозаписи о расположении припаркованных вдоль проезжей части темного и светлого легковых автомобилей, следует, что место положение автомобиля светлого цвета ВАЗ 2107, просматриваемого на видеозаписи, не соответствует расположению автомобиля 2107, зафиксированного в протоколе следственного эксперимента от 19.11.2013г. и схемах к нему.

Из заключения эксперта № от (дата) следует, что у ФИО1 имели место следующие повреждения: - ссадины на лице; - ***. Указанные повреждения образовались в результате травматических воздействий тупых твердых предметов, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия. Так как, вышеуказанные повреждения образовались одномоментно, либо в короткие промежутки времени, в результате конкретного дорожно-транспортного происшествия, оценивать данные повреждения следует единым травматическим комплексом, с единой оценкой степени тяжести вреда. Все вышеуказанные повреждения, в едином травматическом комплексе, относятся к категории тяжкого вреда здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи.

Согласно заключения эксперта № от (дата), при исследовании трупа ФИО10 обнаружены следующие повреждения: - ***. Описанный выше комплекс повреждений, согласно заключения эксперта, имеет признаки опасности для жизни и относится к категории тяжкого вреда здоровью. Смерть ФИО10 наступила от множественных повреждений костей скелета, с повреждением внутренних органов, сопровождающихся кровопотерей. Между повреждениями и смертью усматривается причинная связь. С учетом данных исследования трупа, эксперт пришел к выводу, что повреждения могли быть причинены в результате столкновения движущегося автомобиля с пешеходом, причем последний находился в вертикальном положении или близком к нему, и, наиболее вероятно, был обращен левой боковой поверхностью к травмирующему предмету. При химическом исследовании крови и мочи от трупа, обнаружен этиловый алкоголь в концентрации соответственно 1,3% и 1,7%. Указанная концентрация алкоголя в крови трупа, при жизни могла соответствовать легкой степени алкогольного опьянения.

Согласно дополнительного заключения судебно-медицинской экспертизы № от (дата), на основании судебно-медицинского исследования трупа ФИО10, эксперт пришел к выводам, что повреждения могли быть причинены в результате столкновения движущегося автомобиля с пешеходом, причем последний находился в вертикальном положении или близком к нему и, наиболее вероятно, был обращен левой боковой поверхностью к травмирующему предмету. Эксперт не исключал возникновение описанных выше повреждений при столкновении движущегося автомобиля с пешеходом, который в момент наезда мог находиться, как в положении стоя, так и в движении.

Оценивая показания свидетелей и заключения экспертов, имеющиеся в материалах уголовного дела, эксперты, проводившие комплексную (ситуационную) судебно-медицинскую и автотехническую экспертизу пришли к выводу, что повреждения, обнаруженные на автомобиле Форд Фиеста, возникли в результате взаимодействия переднего бампера, капота, ветрового стекла, правой передней части панели крыши с тупым твердым предметом (предметами) и являются характерными для повреждений, возникающих при фронтальном столкновении автомобиля данной компоновки с вертикально расположенным пешеходом (пешеходами).

Комплекс повреждений на автомобиле и теле пострадавшего ФИО10, указывают на то, что в данном случае имел место фронтальный наезд автомобиля с клиновидной компоновкой передней части кузова на пешехода, который в момент наезда находился в вертикальном положении, имел преимущественную *** Тело пострадавшего и части кузова автомобиля взаимодействовали стадийно: после первичного соударения передненаружной поверхности левой голени с бампером произошел разворот тела пострадавшего вокруг его оси слева направо, соударение кромки капота с областью задней поверхности левого бедра, скольжение тела пострадавшего задней поверхностью туловища по капоту с последующим соударением задней поверхности грудной клетки с ветровым стеклом и затылочной области с правой передней частью панели крыши автомобиля. В дальнейшем, произошло отбрасывание тела пострадавшего с автомобиля с последующим соударением и возможно скольжением по дорожному полотну с образованием повреждений на передней поверхности тела. Достоверно решить вопрос о том, двигался ли пешеход в момент столкновения с автомобилем или находился в неподвижном состоянии, по имеющимся данным, эксперту не представилось возможным.

Оснований не доверять заключениям экспертов, данных ими в ходе предварительного следствия, у суда не имеется, поскольку их исследования основаны на первичных данных, в том числе на непосредственном анализе исследуемых повреждений потерпевших и автотранспортного средства, а также на основании исследования взятых у участников ДТП биоматериалов непосредственно после ДТП. Сами исследования проведены на основании постановлений следственных органов, в строгом соответствии с требованиями закона аккредитованными государственными учреждениями в составе экспертов, имеющих высшее специальное образование с большим опытом работы в указанной сфере деятельности, не имеющими личной заинтересованности в исходе дела и не имеющими материальной зависимости от заинтересованных в исходе дела сторон. Более того, эксперты были предупреждены следователем об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

К представленным же истцами заключениям специалистов, суд относится критически, поскольку они проведены лицами, которые непосредственно не участвовали в исследовании отобранных у потерпевших и у ФИО6 биоматериалов и исследовании имеющихся по уголовному делу доказательств в их совокупности. Их заключения носят предварительный и вероятностный характер. Кроме того, указанные специалисты не были предупреждены органами следствия и судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а сами заключения были даны по заказу одной из сторон спорных правоотношений на основании заключенного между ними возмездного договора, что не может свидетельствовать об отсутствии у них личной заинтересованности и независимости.

При этом, органами следствия уже проверялись все версии и доводы потерпевших, в том числе и версия о заинтересованности свидетеля ФИО13 Были опрошены в качестве свидетелей прибывшие на место ДТП через 3-5 минуты после указанного происшествия сотрудники ГИБДД ФИО15 и ФИО16, которые в ходе следствия указали на то, что по приезду на место происшествия, там уже находился ФИО13 и был записан ими в справку о ДТП в качестве очевидца. Показания ФИО13, данные им сотрудникам ГИБДД по прибытии на место ДТП совпадали с данными его допроса в качестве свидетеля при проведении следственных действий. Показания свидетелей ФИО15 и ФИО16 были проверены дополнительно при помощи средств полиграфа. Кроме того, ФИО17, находящийся в момент ДТП недалеко от места происшествия и состоящий в дружеских отношениях с обоими потерпевшими, также не отрицал, что по приезду сотрудников ГИБДД ими в качестве очевидцев был зафиксирован ФИО18

Проверялась также версия потерпевших К-вых о том, что ФИО6 могла находиться со свидетелем ФИО18 в дружеских отношениях и он мог давать показания в ее интересах. Однако, данная версия не нашла своего подтверждения в ходе предварительного расследования, в том числе при проверке данных детализации телефонных соединений абонентских номеров ФИО6 и ФИО13, как непосредственно после ДТП, так и до него (за период с июля 2013г. по 30.08.2013г.).

Также оказалась несостоятельна версия потерпевших К-вых о том, что ФИО6 в момент ДТП находилась в состоянии алкогольного опьянения.

Так, согласно Акту № медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, у ФИО6 в выдыхаемом воздухе алкоголя обнаружено не было. Согласно результатам химико-токсикологических исследований, в крови алкоголь не обнаружен, в моче обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,3%, опиаты, каннабиноиды и другие психоактивные вещества в моче не обнаружены.

Из комиссионного заключения экспертов №с от 19.03.2013г. следует, что указанные выше исследования могут свидетельствовать о том, что на момент медицинского освидетельствования ФИО6, она в состоянии алкогольного опьянения не находилась.

Сама ФИО6 в ходе следствия указывала, что в день ДТП не употребляла спиртные напитки. Спиртное употребляла за день до ДТП и возможно остались признаки остаточного явления.

Кроме того, никто из очевидцев ДТП и лиц, оказавшихся на месте ДТП непосредственно после указанного происшествия, не отмечал у ФИО6 признаков, характерных для употребления спиртных напитков и иных психоактивных веществ, а также неадекватного состояния. При этом, все очевидцы отмечали, что после ДТП она находилась в состоянии сильного стресса, от чего не могла разговаривать.

А доводы истцов К-вых о том, что, если бы после наезда на потерпевших, ФИО6 применила экстренное торможения, то имели бы место иной характер повреждений у потерпевших и иные последствия для них, также не нашли своего объективного подтверждения в суде. Кроме того, медицинские заключения экспертов указывают на то, что все повреждения у потерпевших имели одномоментный характер, указывающий на единый травматический комплекс с единой оценкой тяжести вреда, повлекшего для ФИО1 тяжкий вред здоровью, а для ФИО10-смерть от полученных одномоментно травм в результате соударения с автомобилем ФИО6

Уголовное дело № и уголовное преследование в отношении ФИО6 неоднократно прекращалось органами следствия по причине отсутствия в ее деянии состава преступления и неоднократно возобновлялось, а сама ФИО6 неоднократно объявлялась органами следствия в розыск, в том числе по причине неоднократного выезда в период следствия за пределы РФ.

Так, 12.10.2016г. Постановлением следователя СО по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Челябинской области ФИО19, предварительное следствие по уголовному делу было вновь возобновлено для проведения дополнительных следственных действий.

В связи с противоречиями в показаниях свидетелей ФИО13 и ФИО14 относительно места расположения потерпевших в момент ДТП, Постановлением следователя СО по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Челябинской области ФИО19 от (дата) назначена повторная комплексная (ситуационная) судебно-медицинская и автотехническая экспертиза.

В связи с не проведением указанной экспертизы и не установлением виновного лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, 05.02.2017г. предварительное следствие по уголовному делу № было приостановлено.

Согласно ответа следователя СО по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Челябинской области ФИО20, проведение повторной комплексной (ситуационной) судебно-медицинской и автотехнической экспертизы поручено ГБУЗ СО «БСМЭ» г. Екатеринбурга и ее проведение составит не менее 12-14 месяцев.

Суд, разрешая самостоятельно вопрос о виновности участников дорожно-транспортной ситуации, приходит к следующим выводам.

Так, согласно пункта 10.1 ПДД РФ, водитель обязан вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывать при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. В случае возникновения опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает в случае наличия у водителя технической возможности избежать дорожно-транспортного происшествия и если между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

Снижение скорости и, если это необходимо, полная остановка транспортного средства являются более эффективными мерами по предупреждению ДТП и снижению тяжести возможных последствий при столкновениях, наездах и т.п.

ПДД РФ содержат целый ряд предписаний по снижению скорости и остановке транспортного средства в конкретных условиях. Эти требования необходимы прежде всего в целях обеспечения безопасности дорожного движения. Принять меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства водитель должен и в случае возникновения опасности. Разумеется, если появившееся на дороге препятствие можно объехать, не прибегая к торможению, то водитель вправе это сделать. Ситуация и характер опасности могут быть самыми разными, а поэтому различными могут быть и действия водителя по предупреждению ДТП, он может осуществлять их при условии, что безопасность движения будет обеспечена. Но если такой гарантии нет, водитель должен при возникновении опасности немедленно принять меры к снижению скорости. Здесь требование ПДД определенное и категоричное. Но возможно ситуация когда даже торможение не может предотвратить происшествия. Поэтому ПДД РФ требует принять возможные меры, то есть сделать то, что реально может сделать водитель. Именно это обстоятельство впоследствии становится основным при решении вопроса об ответственности водителя.

В силу п.п. 4.1, 4.3, 4.5, 4.6 ПДД РФ, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках без двигателя, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создает помехи для других пешеходов.

При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части).

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. Лица, передвигающиеся в инвалидных колясках без двигателя, ведущие мотоцикл, мопед, велосипед, в этих случаях должны следовать по ходу движения транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин.

На регулируемом перекрестке допускается переходить проезжую часть между противоположными углами перекрестка (по диагонали) только при наличии разметки 1.14.1 или 1.14.2, обозначающей такой пешеходный переход.

При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

На нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика).

Суд, при рассмотрении всех версий относительно места расположения потерпевших ФИО10 и ФИО1 и их действий в момент ДТП, за основу решения принимает версию, представленную свидетелем ФИО13, поскольку он являлся непосредственным очевидцем указанного ДТП и его заинтересованность в исходе уголовного дела не нашла своего подтверждения в ходе предварительного следствия. Кроме того, его версия согласуется с иными объективными доказательствами по делу, в том числе с заключениями экспертов. При этом, суд не может принять в качестве доказательств по делу, показания свидетелей ФИО14 и потерпевшего ФИО1 Поскольку ФИО1 по указанному делу является заинтересованной стороной. А свидетель ФИО14 вообще не являлся очевидцем самого момента наезда автомобиля Форд на потерпевших. Его показания носят косвенный характер. При этом, согласно заключения автотехнической экспертизы, сопоставление расположения автомобиля ВАЗ 2107 (светлого цвета), зафиксированного в протоколе следственного эксперимента от 19.11.2013г., проведенного с участием ФИО1 и свидетеля ФИО14 и схемах к нему с данными видеозаписи о расположении припаркованных вдоль проезжей части по Комсомольскому пр-ту возле парковки ТРК «Галактика развлечений» легковых автомобилей светлого и темного цвета, следует, что место положение автомобиля светлого цвета (ВАЗ 2107), указанное ФИО1 и свидетелем ФИО14 на следственном эксперименте, не соответствуют его расположению на видеозаписи.

Тем самым, суд не может принять за основу решения при установлении вины участников ДТП, показания ФИО1 и свидетеля ФИО14

При этом, принимая показания свидетеля ФИО13 и оценивая их в совокупности с другими доказательствами по делу, суд учитывает, что, доказательств, однозначно свидетельствующих о наличии у ФИО6 объективной возможности заблаговременно обнаружить потерпевших на проезжей части, продолжающих движение по ней, а также доказательств наличия у нее технической возможности предотвратить наезд на потерпевших, в том числе путем применения экстренного торможения, сторонами не представлено. Более того, само ДТП произошло в темное время суток, что могло ограничивать обзор участникам дорожного движения.

Учитывая вышеизложенные доказательства по делу, а также требования закона, регулирующего права и обязанности всех участников дорожного движения, суд приходит к выводу, что в действиях ФИО6 отсутствует вина в рассматриваемом ДТП, поскольку первопричиной указанной дорожно-транспортной ситуации послужили действия самих потерпевших ФИО10 и ФИО1, которые заключались в несоблюдении ими Правил дорожного движения, а именно в том, что они в нарушении п.п. 4.1, 4.3, 4.5, 4.6 ПДД РФ, при наличии тротуара и пешеходной дороги у ГЛК «Галактика развлечений», не убедившись, что расстояние до приближающихся транспортных средств и их скорость будет для них безопасны, вышли из-за стоящего транспортного средства, ограничивающего обзорность, и произвели движение по не регулируемому участку проезжей части в направлении с движущимися по нему транспортными средствами, создавая тем самым помехи для движения указанных транспортных средств.

Исследуя выводы экспертов и показания свидетелей, допрошенных в рамках предварительного следствия, суд не находит в действиях ФИО6 нарушений п. 10.1 ПДД РФ, так как доказательств превышения ею допустимой скорости на указанном участке дороги, сторонами не представлено. Так же как и не представлено доказательств того, что у нее в момент наезда на потерпевших ФИО10 и ФИО1 была техническая возможность избежать ДТП, в том числе возможность своевременно обнаружить опасность с целью принятия мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Судом установлено, что автомобиль Форд Фиеста, государственный регистрационный знак №, принадлежит на праве собственности ФИО5

ФИО6 управляла транспортным средством Форд Фиеста, государственный регистрационный знак № на основании доверенности, выданной 18.07.2013г. собственником автомобиля ФИО5 на управление (владение) вышеуказанным транспортным средством. Подлинность указанного документа сторонами не оспорена, при том, что как в настоящее время, так и в момент рассматриваемой дорожно-транспортной, действующее законодательство не запрещало владение автотранспортным средством на основании доверенности, составленной в простой письменной форме.

Как следует из договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств № от 17.07.2012г., заключенного между страховщиком САО «ВСК» и страхователем ФИО5, срок действия указанного договора окончился 16.07.2013 г. и на момент ДТП не действовал. Тем самым, гражданская ответственность ФИО6 на момент ДТП 08.08.2013 г. застрахована не была.

Рассматривая требования истцов о солидарной ответственности ответчиков по требованиям о возмещении компенсации морального вреда и материального ущерба и, отказывая в удовлетворении требований к ФИО5, суд учитывает следующее.

В соответствии с пунктами 1,2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании. При этом указанной нормой предусмотрен перечень законных основания владения транспортным средством, который законодателем как исчерпывающий не сформулирован.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Системное толкование положений вышеприведенных правовых норм и разъяснений позволяет прийти к выводу о том, что незаконное владение транспортным средством признается противоправное им завладение. Иные основания, наряду с право предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, следует считать законными основаниями владения транспортным средством.

Принимая во внимание указанные обстоятельства в сложившихся правоотношениях, ФИО6, допущенная к управлению автомобилем собственником на основании доверенности, считается его законным владельцем и несет гражданско-правовую ответственность за его использование как источника повышенной опасности перед потерпевшими ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4

По указанным причинам, суд считает несостоятельными доводы истцов о солидарной ответственности собственника автомобиля - ФИО5 и причинителя вреда – ФИО6 Данные доводы не основаны на законе и обстоятельствах дела, поскольку исходя из содержания требований ст. 1080 ГК РФ, солидарная ответственность возникает только в случае, если вред причинен совместными действиями.

Определяя денежную компенсацию морального вреда, суд учитывает положения п.1 ст. 1079 ГК РФ, согласно которых владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего. Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 ГК РФ). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

Но, даже при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего).

Данная позиция также была отражена в Постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 23.11.2016 № 15ПВ-16.

В силу положений ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094). Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате пренебрежения потерпевшими соблюдения правил дорожного движения, повлекшие для ФИО1 причинение тяжкого вреда здоровья, а для ФИО10 –смерть. При этом, согласно химического исследования крови и мочи от трупа ФИО10, обнаружен этиловый алкоголь в концентрации, указывающей на то, что при жизни она могла соответствовать легкой степени алкоголя, что суд также не может не учитывать при определении размера возмещения вреда.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО6, как законный владелец источника повышенной опасности, вина которой в рассматриваемом ДТП не установлена судом, не освобождается от ответственности за причиненный потерпевшим ФИО10 и ФИО1 вред. А, поскольку ФИО10 погиб после ДТП, то несение указанной ответственности в силу разъяснений, данных в абз. 2 п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", подлежит возмещению в пользу родственников погибшего, в связи с утратой близкого человека с учетом степени их родства, участия погибшего в их жизни, объема оказываемой им при жизни помощи, данных о его личности и других основополагающих принципов.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу ФИО1, суд с учетом положений пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимает во внимание фактические обстоятельства дела, при которых ФИО1 в результате ДТП от 08.08.2013г. был причинен тяжкий вред здоровью, а также характер причиненных ему физических и нравственных страданий, которые он испытывал во время и после дорожно-транспортного происшествия, выразившихся в длительном нахождении в состоянии нетрудоспособности, физические страдания, связанные с болевыми ощущениями после ДТП и с последующими медицинским вмешательствами, ограничение его привычной деятельности, в том числе связанной с возможностью занятия спортом и оказания привычной помощи родным и близким, требования разумности и справедливости, наличие вины самого ФИО1 в совершении указанного ДТП и, соответственно, в причинении вреда здоровью, отсутствие вины ответчика ФИО6, а также отсутствия доказательств тяжелого материального положения последней, отсутствия какой-либо помощи после ДТП потерпевшему со стороны ФИО6, считает требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежащими уменьшению до 80 000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу ФИО3, ФИО2, ФИО4, суд с учетом вышеизложенных требований закона, а также с учетом того, что в результате ДТП от 08.08.2013г. у истцов ФИО3, ФИО2, погиб единственный сын в трудоспособном возрасте, а у ФИО4- единственный внук, с учетом степени родства погибшего с родными, его участия в жизни каждого из них, привязанности к родным, личности самого потерпевшего, с учетом требований разумности, а также характера причиненных им страданий, связанных с гибелью ФИО10, наличием в его действиях вины в совершенном ДТП и отсутствием виновных действий ответчика ФИО6. являющейся владельцем источника повышенной опасности, а также отсутствия доказательств тяжелого материального положения последней, отсутствие какой-либо помощи с ее стороны в пользу истцов после ДТП, считает возможным уменьшить истребуемый ими размер компенсации морального вреда, определив ко взысканию в пользу родителей погибшего ФИО3, ФИО2 по 100 000 рублей в пользу каждого и 50 000 рублей-в пользу ФИО4

При этом, суд не находит состоятельными доводы истца ФИО2 о том, что возникновение у нее ишемической болезни сердца и гипертонии находится в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП, поскольку таких доказательств суду не представлено. Представлены только медицинские документы, свидетельствующие о диагностировании у ФИО2 указанных заболеваний, при том что вопрос о причинах их возникновения и связью с гибелью сына в рассматриваемом ДТП, специалистами не исследовался.

ФИО1 были заявлены требования о взыскании расходов, связанных с повреждением здоровья и утраченного заработка в сумме 35 748,45 руб., из которых: 11 000 руб. им были потрачены на приобретение кресла-коляски, 3 218,60 руб. -на покупку лекарственных средств, а 21 529,85 руб.- составил утраченный заработок за время его нахождения на больничном.

Так, согласно статье 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности (пункт 1).

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие.

Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2).

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены (пункт 3).

Согласно разъяснениям, изложенным в пп. "б" п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов. Бремя доказывания указанных обстоятельств возложено на истца.

Как следует из заключения эксперта №, выполненного в том числе на основании медицинской карты травмотологического отделения ОКБ № 3 стационарного больного ФИО1 №, больной поступил (дата) в 3:40 с диагнозом: ***. (дата) проведена операция: металлосинтез правой болшеберцовой кости. Металлосинтез левой берцовой кости. Диагноз заключительный клинический: ***.

В период с 08.08.2013 по 26.08.2013, в связи с полученными в ДТП травмами, ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ ОКБ № 3, затем с 05.09.2013 по 19.09.2013 находился на амбулаторном лечении.

В период с 20.09.2013 по 31.10.2013, с 01.11.2013 по 29.11.2013, а затем с 11.01.2014 по 20.02.2014, ФИО1 проходил амбулаторное лечение в МБУЗ ГКБ №5. За указанные периоды ему для предъявления по месту работы выдавались листки нетрудоспособности.

Тем самым, из медицинских документов усматривается наличие у ФИО1 в период его нетрудоспособности таких диагнозов, как: перелом обеих костей голени справа на одном уровне и перелом б/б кости слева чуть ниже перелома костей справка аналогичное смещение отломков с обеих сторон, свидетельствующих об ограничении его жизнедеятельности, в том числе в самостоятельном передвижении. При этом ФИО1 врачами было рекомендовано передвигаться на костылях или в кресле-коляске, что подтверждает необходимость в приобретении указанных средств реабилитации.

Расходы истца на аренду кресла-коляски подтверждаются договором о предоставлении во временное пользование гражданам предметов медицинской техники от 21.08.2013г., заключенным между ИП ФИО21 и супругой ФИО1- ФИО1 и товарным чеком № от 21.08.2013г.

Из товарного чека и п. 5 договора следует, что стоимость арендной платы за весь срок пользования креслом-коляской составил 8 000 руб., стоимость залога была определена сторонами в размере 3000 рублей.

По условиям договора, в случае возврата предмета проката в установленный договором сроки, арендатору возвращается вся сумма, внесенная им в качестве залога за предмет проката.

Тем самым, суд с учетом понесенных истцом фактических расходов и необходимости в их несении, а также с учетом того, что расходы на приобретение кресла-коляски были понесены ФИО1 за счет средств общего бюджета супругов Б-ных и с учетом согласия ФИО1 с иском супруга, просившего о взыскании всех расходов в его пользу, считает возможным частично удовлетворить указанные требования истца ФИО1 и взыскать в его пользу с ФИО6 фактически понесенные им расходы на аренду средств реабилитации в размере 8 000 рублей.

Проверив представленный истцом расчет утраченного заработка, суд соглашается с ним, поскольку период нетрудоспособности истца ФИО1 за период с 08.08.2013 по 31.10.2013г. подтверждается данными судебных экспертиз, больничными листами, справками работодателя ООО «Прима-Виста», а сам расчет утраченного заработка произведен с учетом требований ст. 1086 ГК РФ с учетом размера среднемесячного заработка истца ФИО1 Более того, расчет, представленный истцом ФИО1 не был оспорен ответчиком. При таких обстоятельствах, суд считает возможным взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1 утраченный заработок за период с 08.08.2013 по 31.10.2013г. в размере 21 529,85 руб.

Однако, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания расходов на приобретение лекарственных средств: венарус, остеогенон, диметазон в сумме 3 218,60 руб., так как истцом не представлено доказательств нуждаемости в данных лекарственных средствах и нахождении нуждаемости в их приеме в причинно-следственной связи с ДТП от 08.08.2013 г. Медицинские документы, содержащие рекомендации лечащих врачей по приему указанных лекарственных средств, представлены суду не были.

Рассматривая исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании расходов на погребение, суд приходит к следующему.

Правоотношения, связанные с погребением, регламентированы Федеральным законом от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", статья 3 которого определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, в склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу статьи 5 указанного Федерального закона вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти. Перечень необходимых услуг, связанных с погребением, содержится в пункте 1 статьи 9 названного Закона. В число указанных услуг входит оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

А в силу ст. 1094 ГК РФ, такие расходы должны возмещать лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства в отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми для совершения процедуры захоронения, к ним относятся расходы, связанные непосредственно с достойными похоронами умершего: подготовка могилы, приобретение гроба, креста, ритуальных принадлежностей, их доставка, заказ катафалка, использование грузчиков в день похорон, а также расходы по проведению поминок в день похорон, связанные непосредственно с захоронением умершего и без которых нельзя обойтись.

Проанализировав вышеприведенные нормы в их совокупности, суд приходит выводу, что погребение по христианскому обычаю при захоронении тела в земле предполагает предоставление и доставку гроба и других предметов, необходимых для погребения, перевозку тела умершего на кладбище и его захоронение, в связи с чем признал понесенные истцом расходы на погребение, в том числе, оказание ритуальных услуг и приобретение погребальных предметов, необходимыми расходами, которые входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела в соответствии с принятыми обычаями и традициями, в связи с чем такие расходы подлежат возмещению с виновного лица в пользу потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО10 умер (дата) Согласно свидетельства о рождении, его родителями являются: отец – ФИО3, мать ФИО2 ФИО4 приходится бабушкой ФИО10, что подтверждается свидетельством о рождении ФИО9 ФИО22., и свидетельством о заключении брака ФИО3 и ФИО22

Судом установлено, что ФИО10 был захоронен на Преображенском кладбище в г. Челябинске (в томе 1).

Из исковых требований К-вых следует, что в связи со смертью сына, они понесли расходы на его погребение в общей сумме 239 530 руб.( в томе1), которые ФИО2 просила взыскать в свою пользу, а именно расходы:

-за услуги ИП ФИО23 по уходу за могилой на Преображенском кладбище, включающих в себя разовую уборку, покраску ограды, уборку участка от трав и мусора, восстановлении опавшей могилы, уход за могилой в зимнее врем на общую сумму- 2 500 рублей, 1 500 рублей- за услуги приемщика заказов по организации похорон, 11 500 рублей- за услуги по подготовке к захоронению, что подтверждается счетами-заказами на ритуальные услуги от 10.08.2013г. и кассовыми чеками ИП ФИО11 от той же даты, а также договором по уходу за могилой (разовым) от 11.08.2013г. и кассовым чеком от той же даты;

- за услуги ИП ФИО24 «Обелиск» в размере 53 500 руб., включающего в себя: услуги в морге, укладку тела в гроб, стоимость гроба в виде трапеции, покрывало, крест (временный памятник), табличку на крест, доставку гроба с похоронными принадлежностями до морга, доставку пустого гроба на адрес и укладку умершего в гроб, катафалк до места погребения и до места проведения поминального обеда, бригаду рабочих для погрузочно-разгрузочных работ, закопку могилы на кладбище, оформление документов (свидетельство о смерти и справку на получение пособия), венок ритуальный, ленту на венок, траурный зал прощания, работы по организации похорон на общую сумму с учетом скидки- 53 500 рублей, что подтверждается договором на организацию похорон с ритуальным салоном «Обелиск» в лице директора ФИО24 от 08.08.2013г., счет-заказом к договору на организацию похорон ИП ФИО24 «Обелиск», квитанцией-договором № от 10.08.2013г. на сумму 53 500 рублей, выданной ИП ФИО9 ФИО2;

- за услуги по изготовлению оградки на Преображенском кладбище в размере 9 000 руб., что подтверждается квитанцией-заказом № от (дата),

- за услуги ООО «Копейский завод камня» по изготовлению плиты надгробной (Габбро), стоимостью 9 300 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 05.06.2014 г., бланком заказа № от 05.06.2014г. и товарной накладной № от 18.06.2014г.;

- за услуги ООО «Копейский завод камня» по изготовлению памятника из черного гранита (Габбро) в виде стеллы (скала) на общую сумму 57 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 18.06.2014 г. на сумму 28 000 руб., квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 21.05.2014г. на сумму 29 000 руб., бланком заказа № от 21.05.2014г. и товарной накладной № от 18.06.2014г.;

- за услуги ООО «Копейский завод камня» по изготовлению стола в виде шахматной доски стоимостью 10 200 руб., что подтверждается бланк- заказом № от 05.06.2014г., квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 06.08.2014 г. (за готовую продукцию) и товарной накладной № от 06.08.2014г.

- за услуги ООО «КСМ» по изготовлению столика на ножках, стоимостью 2 350 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 06.08.2014 г.,

- за услуги ООО «Эстетика» по изготовлению двух скамеек, стоимостью 3 380 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 16.07.2014 г.

Однако, при подсчете указанных выше расходов, их общая сумма составит: 160 230 рублей, а не 239 530 руб., как просит истец ФИО2

Определяя сумму расходов, подлежащих взысканию с ответчика ФИО6 в пользу истца ФИО2, суд учитывает, что расходы по уходу за могилой в пределах оградки в размере 2 500 руб.(после ее установления), расходы на изготовление оградки стоимостью 9 000 руб., на изготовление столика в виде шахматной доски стоимостью 10 200 руб., изготовление столика на ножках стоимостью 2 350 руб., на изготовление двух скамеек стоимостью 3 380 руб.,- не являются неотъемлемой частью памятника, в связи с чем не могут быть признаны судом необходимыми расходами. А расходы, понесенные ФИО2 на изготовление памятника стелла (скала) из более дорого материала – Габбро на общую сумму 57 000 руб., не могут быть признаны судом разумными, поскольку в силу положений статьи 9 Федерального закона "О погребении и похоронном деле", в объем услуг выходит за пределы необходимых обрядовых действий по непосредственному захоронению тела, не является неотъемлемой частью похорон, не вызван погребением, эти расходы понесены истцом добровольно по своему усмотрению, их обязательность для погребения не доказана.

Кроме того, квитанция № от (дата) на сумму 29 000 руб. (предварительная оплата памятника), подтверждающая частичную оплату указанного памятника, не содержит обязательных реквизитов исполнителя заказа- юридического лица ООО «Копейский завод камня», а именно- оттиска печати указанного Общества, что свидетельствует о недопустимости указанного документа, относящегося к бланкам строгой отчетности и не может быть принято судом в качестве допустимого доказательства по делу.

При этом, суд считает достаточно разумной сумму расходов на изготовление памятника в размере 28 000 руб., подтвержденной квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 18.06.2014 г.

Оценивая изложенное и исходя из принципа разумности и понятия «достойные похороны», указанного в ст. 1174 ГК РФ, с учетом того, что установление памятника и надгробной плиты, оказание услуг по организации похорон и погребению,- являются одними из обязательных обрядовых действий по захоронению, суд находит требования истца ФИО2 подлежащими удовлетворению в части, на общую сумму 103 800 рублей, из которых: 1 500 рублей- за услуги приемщика заказов по организации похорон, оказанные ИП ФИО23, 11 500 рублей- за услуги по подготовке к захоронению, оказанные ИП ФИО23, 53 500 рублей – за услуги по организации похорон, оказанные ИП ФИО24, 9 300 руб.- за услуги ООО «Копейский завод камня» по изготовлению плиты надгробной (Габбро), 28 000 руб.- за услуги ООО «Копейский завод камня» по изготовлению памятника из гранита (Габбро) в виде стеллы (скала).

Не смотря на то, что расходы, понесенные на услуги приемщика заказов службы по организации похорон в размере 1 500 руб. и услуги по захоронению в размере 11 500 руб. на общую сумму 13 000 руб., были оплачены ФИО3, суд с учетом того, что указанные расходы понесены одним из супругов за счет средств общего семейного бюджета и с согласия второго супруга, давшего согласие на их взыскание в пользу другого, находит возможным их взыскать в пользу ФИО2

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. К судебным расходам согласно ст.ст. 88, 94 ГПК РФ относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителя, уплату государственной пошлины, иные расходы, признанные судом необходимыми.

Исходя из положений ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, а также в силу п.п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, с ФИО6, не освобожденной от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истцы были освобождены, подлежит взысканию в доход бюджета г. Челябинска государственная пошлина в размере 5 066, 60 рублей (3 866, 60 руб. по требованиям материального характера, 1200 руб. по требованиям о взыскании компенсации морального вреда, причиненного каждому из истцов).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО6, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, взыскании убытков, компенсации морального вред, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 80 000 рублей, утраченный заработок за период с (дата) по (дата) в размере 21 529рублей 85 копеек, расходы на приобретение кресла-коляски в размере 8 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, в том числе в требованиях к ФИО5, - отказать.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей, расходы на услуги по захоронению и погребению в размере 103 800 рублей.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО2, ФИО3, ФИО4, в том числе в требованиях к ФИО5, - отказать.

Взыскать с ФИО6 в доход бюджета города Челябинска расходы на оплату государственной пошлины в размере 5 066 рублей 60 коп.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента составления мотивированного решения через Калининский районный суд г.Челябинска путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий: М.Е. Вардугина