Решение № 2-22/2020 2-22/2020(2-932/2019;)~М-826/2019 2-932/2019 М-826/2019 от 1 октября 2020 г. по делу № 2-22/2020

дело № 2- 22/2020

УИД № 75RS0015-01-2019-001336-65


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Краснокаменск 02 октября 2020 года

Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Яскиной Т.А.,

при помощнике судьи Савиловой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 ФИО26 к Публичному акционерному обществу «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» о признании несчастного случая на производстве, произошедшем при исполнении трудовых обязанностей, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ около 13.00 часов с ним произошел несчастный случай на производстве в ПАО «ППГХО» в его рабочую смену, на рабочем месте. В результате производственной травмой истцу был выставлен диагноз: <данные изъяты> Истец обращался за помощью в ГАУЗ «Краевая больница №». Служебное расследование по данному акту ответчиком не проводилось. Обращение в правоохранительные органы не дало результатов.

Истец ФИО2, ссылаясь на ст.ст.22,212,220,227,229.2 ТК РФ, ст.ст. 151, 1101 ГК РФ просит суд признать получение им травмы ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем на производстве, при исполнении трудовых обязанностей; взыскать с ПАО «ППГХО» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «СОГАЗ».

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГУ «Забайкальское региональное отделение «Фонд социального страхования РФ».

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования полностью поддержал, суду пояснил, что на период ДД.ММ.ГГГГ он работал машинистом буровой установки в ПАО «ППГХО». Данный день был для него по графику смен выходным, однако накануне вечером ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил его начальник - мастер ФИО4 и попросил выйти на работу. ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время он вышел на смену – место работы <данные изъяты>, работал вместе с напарником ФИО29, транспортировали буровую установку под землей в шахте. ФИО30 не убрав пантографы от паровоза, задел рычаг паровоза своим карманом и его (ФИО1) задело данной установкой, что причинило ему травму. После чего работники ПАО «ППГХО» вызвали ему скорую помощь и его госпитализировали в ГАУЗ «КБ №». Из шахты его поднимали работники и также фельдшер. В стационаре он лечился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Последствия от травмы у него остались до сих пор<данные изъяты> Его непосредственный начальник ФИО31 попросил его дать объяснения, что данная травма им получена дома, потом предложил сказать, что его машиной придавило около работы, чтобы того (ФИО32) не наказали, что он и сделал. Его медицинская карта была изъята правоохранительными органами и ими же утеряна. Так как начальник его попросил сказать, что травма была получена в быту, он в дальнейшем в своих объяснениях так и говорил, поскольку ему выплачивали заработную плату. У руководства был интерес скрыть данный несчастный случай на производстве, так как они в тот день работали не по наряду, не было машиниста, они с ФИО33 не должны были заниматься перевозкой буровой машины в силу должностных обязанностей. ДД.ММ.ГГГГ наряд задание на работу ему выдавал ФИО34. Ранее он не обращался в суд, так как работал в ПАО «ППГХО» и опасался негативных последствий от подачи данного иска.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, о рассмотрении дела уведомлена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки суду не сообщила.

Представители ответчика, действующие на основании доверенности ФИО5, ФИО6 (в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ), с исковыми требования не согласились, так как указанная в исковом заявлении травма истцом была получена за пределами рабочего места, в нерабочее время в быту, ДД.ММ.ГГГГ непосредственно на рабочем месте истец ФИО2 не находился, в шахту не спускался.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Страховое общество газовой промышленности «СОГАЗ», о рассмотрении дела уведомлены надлежащим образом, в судебное заседание представителя не направили, о причинах неявки суду не сообщил.

Третье лицо, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ГУ «Забайкальское региональное отделение «Фонд социального страхования РФ», о рассмотрении дела уведомлено надлежащим образом, представитель по доверенности ФИО7 просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Свидетель ФИО8 суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ она работала фельдшером МСЧ №, ее рабочее место находилось на руднике № ПАО «ППГХО». В 13 часов 13 минут поступило сообщение из шахты <данные изъяты> о том, что там произошла травма. При ней ФИО2 подняли в клети из шахты, он сам из-за травмы передвигаться не мог, она его осмотрела, у него были многочисленные травмы. Работники, которые его подняли, пояснили, что его в шахте зажало между вагоном и электровозом. Там откуда подняли ФИО2, вход только по пропускам, в связи с чем случайно оказать в шахе ФИО2 не мог. Никаких сомнений в том, что это была производственная травма, у нее не было. Вызвали скорую помощь, она заполнила все необходимые медицинские журналы, передала данную информацию руководству ФИО2 – ФИО35 и ФИО36.

Свидетель ФИО9 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он работал и работает сейчас начальником участка ШПУ ПАО «ППГХО». ФИО2 находился в его подчинении. В ДД.ММ.ГГГГ никаких несчастных случаев на производстве с ФИО2 не происходило, ему о получении травмы никто не сообщал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на рабочем месте не находился. Если бы был несчастный случай, то обязательно провели бы его расследование.

Свидетель ФИО10 суду показал, что на ДД.ММ.ГГГГ он работал и работает сейчас горным диспетчером участка ШПУ ПАО «ППГХО». ФИО2 работал на том же участке. ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов ему поступил звонок и сообщили, что пострадал горный рабочий ФИО2, получил травмы в ходе зажатия человека между электровозом и вагоном, после чего он данную информацию сообщил технику по безопасности. О результатах дальнейшего расследования данного сообщения ему не известно. ДД.ММ.ГГГГ он ФИО2 на работе не видел. Медсестра также ему звонила и говорила о получении рабочим травмы. Он все записал на бумагу, но в дальнейшем данная бумага потерялась.

Свидетель ФИО11 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он работал диспетчером рудника № ПАО «ППГХО». ДД.ММ.ГГГГ ему позвонили либо медсестра, либо диспетчер ШПУ и сообщили, что работником получена травма, кому он далее сообщил об этой травме, не помнит, но обязан был сообщить главному инженеру либо начальнику по технике безопасности.

Свидетель ФИО12 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он работал и работает по настоящее время в должности машиниста буровой ПУР № Не помнит, работал ли в это день ФИО13, так как прошло много времени, поводу травмы ФИО13 также ничего не помнит.

После оглашения объяснения на л.д. № свидетель ФИО12 их подтвердил.

Свидетель ФИО14 суду показал, работает заместителем главного инженера ПАО «ППГХО». ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил диспетчер ФИО37 и сообщил, что на площадке рудника № находится травмированный работник ШПУ, когда он приехала на рудник №, ему сообщили, что с подземной площадки рудника № увезли ФИО2 в больницу. Впоследствии ему рассказали, что несчастный случай произошел с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на поверхности, не в рабочее время, так как данный день у него был выходной, ФИО2 в этот день приехал на производство по своим личным делам. Полагает, что травма ФИО15 получена в быту.

Выслушав пояснения сторон, заключение участвующего прокурора Цыреновой Б.Ч., полагавшей иск подлежащим частичному удовлетворению, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Под несчастным случаем на производстве в силу ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В силу ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой (глава 36 "Обеспечение прав работников на охрану труда") подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

По смыслу части 3 той же статьи Трудового кодекса РФ события, связанные с причинением вреда здоровью, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, подлежат расследованию в установленном порядке как несчастные случаи, если они произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Согласно ст. 229.2 Трудового кодекса РФ несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование.

Таким образом, разрешение настоящего спора зависит от установления фактических обстоятельств причинения вреда здоровью ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, на предмет того, отвечает ли этот случай указанным в законе признакам несчастного случая на производстве.

Из договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФГБУЗ МСЧ № ФМБА России и ПАО «ППГХО» следует, что ФГБУЗ МСЧ № ФМБА России приняло на себя обязательство оказывать работникам ПАО «ППГХО» медицинские услуги: медицинскую и профилактическую помощь в медицинских пунктах на структурных подразделения ПАО «ППГХО», в том числе на подземном руднике № (т.1 л.д.136-140).

Из копии трудовой книжки истца ФИО2 следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности подземного машиниста буровой установки подземного проходческого участка № (рудник №) ПАО «ППГХО» (т.1 л.д.9).

Из информации главного врача ГУЗ «КБ №» ФИО17 следует, что ДД.ММ.ГГГГ к ФИО2 <данные изъяты> был выезд СМП, карта вызова №, диагноз: <данные изъяты> Врач ФИО18 Срок хранения документации истек, карты вызова в ДД.ММ.ГГГГ журнал вызовов ДД.ММ.ГГГГ. Выезд зарегистрирован в программе РМИС. История болезни № была выдана по запросу УУП ОМВД, ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ прикреплен к МСЧ №, номер карты №, в ГАУЗ «КБ №» карта отсутствует (т.1 л.д.114).

Из копии журнала приема амбулаторных больных ГАУЗ «КБ №» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в указанную дату в 14 часов 45 минут потупил ФИО2 с производственной травмой <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ «КБ №» в инспекцию труда Забайкальского края было передано извещение о пострадавшем ФИО2 от несчастного случая на производстве, обратившегося (доставленного) в медицинскую организацию, согласно которому ФИО2 получил тупую травму <данные изъяты> в результате того что был придавлен в шахте во время работы в ПАО «ППГХО» Р-8 (т.1 л.д.21).

Из копии журналов производственного травматизма здравпункта №, учета амбулаторных больных следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 13 минут вызов на № РЭШ, где ФИО2 обратился с жалобами на боли <данные изъяты>, со слов ФИО2,, его придавило между электровозом и вагоном (т.1 л.д.165-170).

Согласно выводам акта ПАО «ППГХО» от ДД.ММ.ГГГГ № о расследовании достоверности информации ГАУЗ «КБ №» о пострадавшем ФИО2: данный несчастный случай не связан с производственной деятельностью.

Анализируя исследованные доказательства, суд приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ПАО «ППГХО», работал машинистом буровой установки ШПУ Рудника № ПАО «ППГХО», в 13 часов находился вместе с ФИО38 на рабочем месте, где получил травму в результате того, что был зажат между вагоном и электровозом, из-за неосторожных действий ФИО39.

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями самого истца ФИО2, показаниями свидетелей ФИО8, фельдшера МСЧ№, ФИО10, ФИО11, копиями журналов приема амбулаторных больных ГАУЗ «КБ №», производственного травматизма.

На основании вышеуказанных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ около 13 часов, находясь на рабочем месте при исполнении своих трудовых функций получил производственную травму.

Показания истца ФИО2, свидетелей ФИО8, фельдшера МСЧ№, ФИО10, ФИО11, суд признает достоверными доказательствами, так как они взаимно подтверждают друг друга, подтверждаются и объективными доказательствами: копиями журналов приема амбулаторных больных ГАУЗ «КБ №», производственного травматизма.

Доводы ответчика ПАО «ППГХО», а также показания свидетелей ФИО12, ФИО14 о том, что травмы ДД.ММ.ГГГГ были получены истцом в быту, а не на производстве, акт ПАО «ППГХО» от ДД.ММ.ГГГГ № о расследовании достоверности информации ГАУЗ «КБ №» о пострадавшем ФИО2 суд признает недостоверными доказательствами, представленными с целью скрыть факт несчастного случая на производстве, так как они опровергается показаниями не заинтересованного свидетеля, не являющегося работником ПАО «ППГХО» - медицинского работника ФГБУЗ МСЧ № ФИО8, которая непосредственно поднимала травмированного ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ из шахты, копией журнала приема больных.

График выходов ФИО2 на работу в ДД.ММ.ГГГГ в части его выходного дня ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.34), а также наряд на смену (т.1 л.д.37) на ДД.ММ.ГГГГ, где отсутствует наряд на ФИО2, выводы суда не опровергают, так как из пояснений истца следует, что данный день был действительно выходным, выйти ДД.ММ.ГГГГ, его накануне попросил начальник ФИО40.

Кроме того, из пояснений свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО9, следует, что в выходной день допуск работнику в шахту исключается.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ДД.ММ.ГГГГ истца ФИО2 к работе допустил сам работодатель, игнорируя при этом график работы.

Объяснительные ФИО2 и ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО2 получил травму ДД.ММ.ГГГГ, находясь на территории № РЭШ не в шахте, на поверхности, под машиной ФИО41, не в рабочее время, объяснительную ФИО20 (т.1 л.д.41), служебную записку ФИО21 (т.1 л.д. 42) о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО22 на работу не выходили, суд также признает недостоверными, так как они опровергаются приведенными выше доказательствами. Данные объяснения, по мнению суда, даны под воздействием работодателя.

Из представленных ответчиком материалов следует, что вины ФИО2, в получении им травмы ДД.ММ.ГГГГ, а также в нарушение им правил техники безопасности не установлено.

Таким образом, обстоятельства получения травмы ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на производстве установлены судом и являются доказанными.

Как указано в ст. 230 ТК РФ, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию. Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).

В силу пунктов 30, 31, 32 Приложения № к Постановлению Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 73 "Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им и заверенного печатью акта формы Н-1 (Н-1ПС) пострадавшему, а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - доверенным лицам пострадавшего (по их требованию).

Вторые экземпляры утвержденного и заверенного печатью акта формы Н-1 (Н-1ПС) и составленного в установленных случаях акта о расследовании несчастного случая с копиями материалов расследования хранятся в течение 45 лет работодателем (юридическим или физическим лицом), осуществляющим по решению комиссии или государственного инспектора труда, проводивших расследование, учет несчастного случая.

При страховых случаях третий экземпляр утвержденного и заверенного печатью акта формы Н-1 (Н-1ПС) работодатель (его представитель) направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации в качестве страхователя).

В судебном заседании установлено, что свидетель ФИО9 являлся по отношению к ФИО2 непосредственным руководством, который после получения ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 травмы на производстве не предпринял никаких мер по расследованию несчастного случая и составления соответствующего акта формы Н-1, что противоречит приведенным выше нормам закона.

Исследованными доказательствами подтверждается, что ФИО2 в соответствии с ч. 5 ст. 214 ТК РФ известил своего руководителя о произошедшем несчастном случае, данный факт зафиксирован в журнале производственного травматизма.

Более того, ДД.ММ.ГГГГ в ПАО «ППГХО» поступила информация о травмировании работника (т.1 л.д. 29), которая надлежащим образом не проверена, составлен необснованный и недостоверный акт от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьей 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 212 ТК РФ установлена обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда.

Абзац 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан (определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О).

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из того, что ФИО2 причинен вред здоровью – <данные изъяты> Данный вред причинен истцу при исполнении им своих трудовых функций на рабочем, в связи с тем, что работодатель не обеспечил ему безопасных условий труда.

Установить степень тяжести вреда здоровью не представилось возможным из-за утраты органами предварительного расследования подлинников медицинских документов, в связи с чем, суд за основу принимает тот диагноз, который выставлен истцу при поступлении в ГАУЗ «КБ №».

Принимая во внимание степень тяжести полученной истцом травмы, длительность стационарного лечения (более 2-х месяцев), поведение ответчика, длительное время не расследовавшего надлежащим образом данный несчастный случай на производстве, в связи с чем, истцу пришлось обращаться в правоохранительные органы, которым впоследствии утеряны медицинские документы истца, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. При определении размера компенсации морального вреда, судом учитываются все необходимые критерии.

Взыскание компенсации морального вреда в большей сумме, по мнению суда, не будет отвечать принципам разумности и справедливости.

Исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Согласно ст. 103 ГПК РФ с ответчика ПАО «ППГХО» надлежит взыскать государственную пошлину, подлежащую зачислению в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края, в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Признать получение ФИО1 ФИО27 травмы ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем на производстве, при исполнении трудовых обязанностей в Публичном акционерном общество «Приаргунское производственное горно-химическое объединение».

Взыскать с Публичного акционерного общества «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» в пользу ФИО1 ФИО28 компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» в бюджет муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края» государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Яскина Т.А.