Апелляционное определение № 33-2065/2026 от 22 марта 2026 г.

УИД: 66RS0012-01-2025-002150-43

дело № 2-1355/2025 (№ 33-2065/2026)

мотивированное
апелляционное определение изготовлено 23.03.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 06 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Колесниковой О.Г.,

судей Мурашовой Ж.А., Пономаревой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безумовой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к акционерному обществу «Водоканал Каменск-Уральский» о признании приказов незаконными, взыскании премии, признании незаконным отказа в переводе, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца на решение Синарского районного суда г. Каменск-Уральский Свердловской области от 11.11.2025.

Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения истца и его представителя ФИО2 (нотариальная доверенность серии 66АА № 9276498 от 28.11.2025 сроком на 3 года), поддержавших доводы жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО3 (доверенность № 16 от 18.03.2025 сроком до 31.12.2029), возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к АО «Водоканал Каменск-Уральский» (далее по тексту Общество) в защиту трудовых прав, ссылаясь в обоснование требований на следующие обстоятельства.

Стороны находятся в трудовых отношениях с 22.02.1993, истец был принят на работу на должность инженера по комплектации водопроводно-канализационной службы в ПТО «Жилищно-коммунальное хозяйство», уволен 13.02.2025 приказом от 10.02.2025 № 99-ЛС в связи с сокращением штата работников организации. Не согласившись с увольнением, истец оспорил его в судебном порядке, и решением Синарского районного суда г. Каменск–Уральский Свердловской области от 11.04.2025 по гражданскому делу № 2-575/2025 увольнение истца признано незаконным, он восстановлен на работе в должности начальника отдела материально-технического снабжения, в его пользу взыскан средний заработок за период вынужденного прогула и компенсация морального вреда. Ответчик восстановил истца на работе, однако при выплате заработной платы и иных выплат допускал и допускает нарушения трудового законодательства. В частности, при выплате заработной платы за апрель 2025 г. работодатель незаконно удержал размер выходного пособия в размере 136471,20 руб., необоснованно лишил истца ежемесячной премиальной части заработной платы в период апрель-июль 2025 г. и не выплатил премию за 2 квартал 2025 г. Кроме того, в отношении истца не заключен договор добровольного медицинского страхования в нарушение Приложения № 20 к Коллективному договору на 2025-2027 гг., а также ему отказано в переводе на вакантную должность начальника отдела закупок, несмотря на соответствие истца квалификационным требованиям к замещению данной должности. Истец полагает такое поведение работодателя дискриминационным, связанным с его обращением в суд с иском об оспаривании увольнения и последующим восстановлением на работе по решению суда. Указал на причинение ему морального вреда в связи с нарушением его прав со стороны работодателя, что выразилось не только в нравственных, но и физических страданиях, которые характеризуются появлением сильных головных болей, повышенным артериальным давлением, что в свою очередь сказывается на его самочувствии и он вынужден практически ежедневно принимать лекарственные препараты для купирования болей.

На основании изложенного, с учетом уточнения иска в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ (т.2 л.д. 63-65), а также отказа от исковых требований о взыскании выходного пособия, премии за 2 квартал 2025 г. и обязании ответчика заключить договор дополнительного медицинского страхования и выдать полис ДМС (отказ истца от указанных требований принят судом с прекращением производства по делу определением от 11.11.2025 – л.д. 76), ФИО1 просил:

- признать незаконными приказы от 05.05.2025, от 02.06.2025, от 27.06.2025, от 31.07.2025 о неначислении премии;

- взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 191937,32 руб., из которых 47984,33 руб. – за апрель 2025 г., 47984,33 руб. – за май 2025 г., 47984,33 руб. – за июнь 2025 г., 47984,33 руб. – за июль 2025 г.;

- признать незаконным отказ ответчика в переводе на должность начальника отдела закупок;

- взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Также истец просил взыскать с Общества расходы по оплате юридических услуг в размере 56200 руб.

Ответчик возражал против удовлетворения иска.

Решением Синарского районного суда г. Каменск-Уральский Свердловской области от 11.11.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Истец с решением суда не согласился.

Представитель истца по доверенности ФИО2 в апелляционной жалобе, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, неправильное определение юридически значимых обстоятельств по делу, просит решение отменить и принять новое решение об удовлетворении заявленных исковых требований. Апеллянт указывает, что все оспариваемые приказы о депремировании вынесены со ссылкой на неисполнение истцом трудовых обязанностей, то есть работодатель применил меру материального воздействия (лишение премии) за дисциплинарный проступок, однако процедура привлечения к ответственности соблюдена не была, от истца не истребовались письменные объяснения. Вывод суда о неприменении в данной ситуации положений ст. 193 Трудового кодекса РФ неверен, поскольку действия работодателя по своей сути представляли собой установление вины истца и применение наказания в виде лишения премии. При этом судом также не применены положения ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ и п. 53 постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2024 № 2 о необходимости учета при применении меры взыскания тяжести проступка и обстоятельств его совершения. Оснований для лишения премии в размере 100 % у работодателя не имелось, поскольку возложенные на истца в соответствии с должностной инструкцией обязанности он выполнял надлежащим образом. Лишение премии в размере 100% за неполучение ЭЦП, при том что премия составляет существенную часть заработной платы (75% от оклада), противоречит установленному ст. 2 Трудового кодекса РФ принципу справедливости. Не согласен с решением суда в части отказа в удовлетворении требования о признании незаконным отказа в переводе на вакантную должность начальника отдела закупок, поскольку суд не проверил на предмет обоснованности и дискриминационности установленное работодателем к замещению данной должности такое требование как наличие высшего юридического образования. Между тем, истец имеет высшее экономическое образование и дополнительное профессиональное образование в сфере закупок, объективная необходимость в наличии юридического образования для замещения указанной вакансии ответчиком не подтверждена, профессиональный стандарт 08.026 «Специалист в сфере закупок» не содержит такого обязательного требования.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель Общества ФИО3 просит оставить решение суда без изменения, полагая несостоятельными доводы апеллянта.

В порядке подготовки дела к апелляционному рассмотрению в целях проверки доводов жалобы и установления юридически значимых обстоятельств судебная коллегия истребовала от ответчика и приняла в качестве новых доказательств копию штатного расписания аппарата управления на 16.02.2026, копию должностной инструкции специалиста по закупкам с документами на получение ЭЦП, копии документов на П., временно замещавшую должность начальника отдела закупок, копии документов на Л., замещающего должность начальника отдела закупок в настоящее время.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела (в том числе указанные новые доказательства), обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, в пределах которых проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела (приказ о приеме на работу, приказ о переводе, трудовой договор – т.2 л.д. 37-43, 50, 51), стороны находятся в трудовых отношениях с 22.02.1993, истец был принят на работу на должность инженера по комплектации водопроводно-канализационной службы в Производственно-техническое объединение «Жилищно-коммунального хозяйства» (правопредшественник АО «Водоканал Каменск-Уральский»), с 05.01.1998 назначен на должность начальника отдела материально-технического снабжения

Приказом № 99-лс от 10.02.2025 ФИО1 был уволен 13.02.2025 на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, в связи с сокращением замещаемой должности.

Вступившим в законную силу решением Синарского районного суда г. Каменск-Уральский Свердловской области от 11.04.2025 увольнение ФИО1 признано незаконным, он восстановлен на работе в прежней должности начальника отдела (материально-технического снабжения) Аппарата Управления (т.1 л.д. 8-10).

14.04.2025 между Обществом и ФИО1 заключен трудовой договор № 21, при этом фактической датой приема считается 22.02.1993 в связи с утратой предыдущего трудового договора от 05.12.2008 № 304 (т.2 л.д. 37-43). Пунктом 5.1 трудового договора от 14.04.2025 установлен размер заработной платы истца, состоящей из должностного оклада в размере 55 634 руб. в месяц, премии в размере 75 %.

В соответствии с дополнительным соглашением от 21.08.2025 к трудовому договору условия оплаты труда изменены, должностной оклад истца установлен в размере 38474 руб., премия – 75%, районный коэффициент – 15% (т.2 л.д. 44). Дополнительное соглашение вступило в силу с 23.08.2025.

23.09.2025 сторонами подписано дополнительное соглашение к трудовому договору, которым в трудовой договор внесены изменения в связи утверждением новой редакции Правил внутреннего трудового распорядка (т.2 л.д. 45-49). Условия оплаты труда истца данным соглашением не изменены.

Генеральным директором Общества изданы приказы № 02-н от 05.05.2025, № 03-н от 02.06.2025, № 05-н от 27.06.2025 и № 07-н от 31.7.2025, которыми принято решение начальнику отдела материально-технического снабжения ФИО1 в связи с отказом от исполнения своих должностных обязанностей в части проведения закупочной деятельности в рамках действующего «Положения о закупке товаров, работ, услуг Общества» не начислять премию за апрель, май, июнь и июль 2025 г. соответственно (т.1 л.д. 21, 146-151). Из расчетных листков за указанные периоды видно, что ежемесячная премия в размере 75% от оклада ФИО1 не начислялась (т.2 л.д. 55-58).

03.06.2025 ФИО1 обратился с заявлением на имя директора Общества о переводе его с должности начальника отдела материально-технического снабжения на вакантную ставку начальника отдела закупок (т.2 л.д. 59). В удовлетворении данного заявления истцу отказано письмом от 07.07.2025 со ссылкой на отсутствие у истца юридического образования, опыта работы по данному направлению, необходимых знаний и опыта работы в сфере закупочной деятельности (т.2 л.д. 60, 61).

Разрешая спор при указанных обстоятельствах, суд первой инстанции, руководствуясь нормами Трудового кодекса РФ, положениями локальных актов работодателя и условиями трудового договора между сторонами, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, пришел к выводу о правомерности лишения истца ежемесячной премии за спорный период и правомерности отказа работодателя в переводе истца на должность начальника отдела закупок. При этом суд исходил из того, что работодатель имел основания не выплачивать истцу премию ввиду неисполнения последним своих должностных обязанностей в части закупочной деятельности. Суд указал, что сам факт отказа ФИО1 от получения электронной цифровой подписи свидетельствует о невозможности проведения им процедур закупок в полном объеме, в том числе размещения сведений в единой информационной системе. Отклоняя доводы истца о нарушении при издании оспариваемых приказов положений ч. 5 ст. 192, ст. 193 Трудового кодекса РФ, суд указал, что снижение премии не является дисциплинарным взысканием, а потому данные нормы к спорным правоотношениям применению не подлежат. Что касается требования истца о признании незаконным отказа работодателя перевести его на должность начальника отдела закупок, суд исходил из несоответствия истца квалификационным требованиям, установленным к замещению данной должности в соответствии с должностной инструкцией. Доводы истца о допущенной в отношении него дискриминации суд отклонил как не подтвержденные надлежащими доказательствами. Не установив факта нарушения трудовых прав истца, суд отказал в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов.

Проверяя обжалуемое решение суда в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о признании незаконными приказов о депремировании и взыскании невыплаченной премии, судебная коллегия находит его подлежащим отмене по следующим основаниям.

Заработная плата конкретного работника, которая в соответствии с Трудовым кодексом РФ может состоять из вознаграждения за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационных и стимулирующих выплат (ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса РФ), устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса РФ), которые устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 2 ст. 135 Трудового кодекса РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 15.06.2023 № 32-П, в процессе разработки систем оплаты труда, включая системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, сторонам коллективного договора, соглашения, а также работодателю как субъекту локального нормотворчества (осуществляемого с учетом мнения представительного органа работников) предоставлена достаточно широкая свобода усмотрения. Они вправе определять конкретные виды стимулирующих выплат, их размеры, периодичность и т.д. Устанавливая условия приобретения права на любые стимулирующие выплаты, входящие в систему оплаты труда и носящие регулярный характер, стороны социального партнерства или работодатель (с учетом мнения представительного органа работников) должны прежде всего учитывать факторы производственного процесса и самого труда, а равно объективные показатели, характеризующие уровень квалификации работника.

При выполнении работником требований к количеству и качеству труда, при достижении показателей и соблюдении условий, необходимых для приобретения права на получение определенных системой оплаты труда денежных выплат, ему должно быть обеспечено справедливое вознаграждение за труд в размере, соответствующем затраченным им трудовым усилиям. Лишение же работника тех или иных денежных выплат, входящих в состав его заработной платы, вне связи с оценкой выполнения установленных действующим правовым регулированием требований (показателей, условий) противоречило бы вытекающим из Конституции Российской Федерации принципам справедливости, равенства, соразмерности, уважения человека труда и самого труда, а также приводило бы к нарушению конституционного права на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и права на справедливую заработную плату, обеспечивающую достойное человека существование для него самого и его семьи.

Таким образом, в силу приведенных положений Трудового кодекса РФ и правовой позиции Конституционного Суда РФ, если премия предусмотрена системой оплаты труда работодателя, при принятии решения о премировании/депремировании работника работодатель должен исходить из установленных им критериев премирования и не может действовать произвольно.

Система оплаты труда в Обществе регулируется Положением по оплате труда и премированию работников Общества, согласованным с председателем Совета трудового коллектива и утвержденным приказом от 24.12.2024 № 486 (далее по тексту Положение об оплате труда) (т.1 л.д. 94-119).

В соответствии с п. 7.1.1 Положения об оплате труда премирование осуществляется с целью материальной заинтересованности работников Общества в повышении качества труда, исполнительной дисциплины и ответственности, а также в обеспечении бесперебойной работы оборудования и своевременного проведения всех видов ремонтов.

Премии выплачиваются работникам Общества, которым установлены повременно-премиальная и сдельно-премиальная системы оплаты труда (п. 7.1.2).

Ежемесячное премирование не является гарантированной частью заработной платы и может осуществляться при выполнении показателей премирования (п. 7.1.3).

Премии начисляются по показателям текущего месяца. Ответственным за организацию учета и достоверность показателей премирования являются руководители подразделений (отделов, служб). Показатели и условия премирования для руководителей, специалистов, служащих и рабочих приведены в Приложении № 6 к данному Положению (п. 7.1.4).

Работникам Общества, виновным в нарушении: правил внутреннего трудового распорядка, рабочих, производственных, технологических, операционных инструкций, требований по технике безопасности и охране труда, и других производственных упущениях, премия не начисляется полностью или частично, с обязательным указанием условия снижения размера премии (п. 3 Приложения № 6) в приказе генерального директора Общества по представлению непосредственного руководителя структурного подразделения (п. 7.1.10).

Нарушения, которые не повлекли дисциплинарного взыскания, но являются основанием для неначисления премии, подтверждаются служебными записками руководителей подразделений, актами, докладными записками и т.п. (п. 7.1.12).

При невыполнении плана за месяц для начисления премии учитывается выполнение плана с начала года (п. 7.1.14).

Приказом № 370 от 08.08.2025 в Положение об оплате труда внесены изменения, раздел 7 дополнен пунктом 7.1.17, согласно которому снижение размера премии работнику в связи с применением к нему дисциплинарного взыскания за совершение дисциплинарного проступка осуществляется в отношении только тех входящих в состав заработной платы работника премий, которые начисляются за период, в котором к работнику было применено соответствующее дисциплинарное взыскание, а размер такого снижения премии не может приводить к уменьшению размера месячной заработной платы работника более чем на 20% (т.1 л.д. 144, 145).

Приложение № 6 к Положению об оплате труда содержит показатели и условия премирования (т.1 л.д. 112-119). Для персонала аппарата управления (за исключением начальника службы водоснабжения и начальника службы водоотведения) условием премирования является выполнение Обществом плана по доходам, размер премии установлен 75%. Перечень условий, являющихся основанием для снижения размера премии работникам до 100%, включает в себя следующие: нарушение правил внутреннего трудового распорядка, нарушение правил техники безопасности и охраны труда, хищение государственного или общественного имущества, неисполнение своих должностных обязанностей, превышение лимитов расхода энергоресурсов, наложение дисциплинарного взыскания (замечание, выговор).

Таким образом, исходя из условий трудового договора сторон и с учетом приведенных норм Положения об оплате труда, ежемесячная премия в размере 75% должностного оклада входит в состав заработной платы истца без каких-либо дополнительных условий ее выплаты, т.е. является гарантированной частью заработной платы, снижение размера премии вплоть до ее невыплаты в полном объеме возможно по основаниям, предусмотренным Приложением № 6, с обязательным указанием оснований в приказе генерального директора Общества по представлению непосредственного руководителя истца.

Из содержания оспариваемых приказов о депремировании следует, что основанием для невыплаты истцу премии явился отказ последнего от выполнения должностных обязанностей в части проведения закупочной деятельности в рамках действующего Положения о закупке товаров, работ, услуг Общества. Содержание служебных записок за подписью генерального директора к приказам аналогично тексту приказов (т.1 л.д. 147, 149, 151).

Вопреки ошибочному выводу суда надлежащих доказательств невыполнения истцом обязанностей, возложенных на него в соответствии с трудовым договором, материалы дела не содержат, ответчиком в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.

Так, ни из оспариваемых приказов, ни из служебных записок к ним не ясно, в чем конкретно (когда и при каких обстоятельствах) выразился отказ ФИО1 от исполнения возложенных на него должностных обязанностей в части проведения закупочной деятельности в рамках действующего Положения о закупке товаров, работ, услуг Общества, поскольку отсутствует ссылка на пункты трудового договора, должностной инструкции либо Положения о закупке товаров, работ, услуг Общества (т.2 л.д. 11-26), которые были нарушены истцом и послужили основанием для его депремирования.

При этом судебная коллегия отмечает, что ни должностная инструкция истца (т. 1 л.д. 121-124), ни трудовой договор в принципе не содержат указания на необходимость для истца при выполнении должностных обязанностей руководствоваться Положением о закупке товаров, работ, услуг Общества, утвержденным приказом № 99 от 20.12.2024 (т.2 л.д. 11-26). В отличие, например, от должностной инструкции начальника отдела закупок, согласно п. 8 которой начальник отдела закупок должен в своей работе руководствоваться, в том числе, Положением о закупке товаров, работ, услуг Общества и иными документами, регулирующими закупочную деятельность, принятыми в Обществе, а в соответствии с п. 9 инструкции одной из задач начальника отдела закупки является организация закупочных процедур в соответствии с Законом № 223-ФЗ и Положением о закупке товаров, работ, услуг Общества (т.1 л.д. 127, 128).

Из пояснений представителя ответчика в суде первой инстанции и в заседании судебной коллегии следует, что решения о лишении истца премии в спорный период приняты руководителем Общества в связи с тем, что истец не выполнял работу, связанную с проведением закупочных процедур с использованием электронных торговых площадок и размещением необходимой информации в единой информационной системе в сфере закупок (ЕИС), для этого необходимо получение электронной цифровой подписи (ЭЦП), от чего истец отказался, поэтому фактически истец осуществлял закупки только «с единственным поставщиком» до 100 тысяч рублей, после чего передавал договорную документацию специалисту по закупкам отдела закупок для последующего размещения данных документов в ЕИС.

Действительно, как следует из материалов дела и истцом не отрицалось, после восстановления на работе по решению суда он сначала написал заявление с просьбой предоставить ему право подписи ЭЦП в связи с необходимостью размещать закупочную информацию на электронной торговой площадке (т.1 л.д. 152), однако затем от получения изготовленной ЭЦП отказался, указав, что эти обязанности не входят в его трудовую функцию, поскольку отдел материально-технического снабжения и он как руководитель отдела не наделены функциями и должностными обязанностями по подписанию электронных документов с поставщиками (подрядчиками, исполнителями) (т.1 л.д. 158, 159).

Между тем, отказ истца от получения ЭЦП, как и неосуществление им закупок с использование электронных торговых площадок и размещения информации в ЕИС, вопреки ошибочному выводу суда не свидетельствует об обоснованности оспариваемых приказов работодателя о депремировании.

Пунктом 6.1.1 трудового договора определено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, определяемые должностной инструкцией и настоящим договором. Своей подписью в тексте трудового договора истец подтвердил ознакомление его с должностной инструкцией от 01.07.2019 № 49.

Должностная инструкция начальника отдела материально-технического снабжения от 01.07.2019 не содержит обязанности по размещению в ЕИС, на электронных площадках в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» сведений, информации и документов о закупках, необходимых для размещения в соответствии с законодательством Российской Федерации, как отсутствует в ней указание и на обязанность истца осуществлять закупочную деятельность в соответствии с Положением о закупке товаров, работ, услуг Общества.

Предусмотренная пунктом 5 раздела 2 должностной инструкции обязанность по обеспечению проведения процедур закупок в Обществе не равнозначна перечисленным выше обязанностям, поскольку, как следует из согласованных пояснений сторон в заседании судебной коллегии, истец до увольнения работой с электронными торговыми площадками и ЕИС никогда не занимался, ЭЦП не получал, данные функции осуществлял находившийся в его подчинении работник отдела (специалист по закупкам), который имел ЭЦП. Таким образом, истец в рамках возложенных на него должностных обязанностей обеспечивал проведение закупочных процедур в Обществе, осуществляя руководство находившимся в его подчинении соответствующим работником – специалистом по закупкам.

В связи с изменением организационно-штатной структуры с 14.02.2025 в Обществе был создан отдел закупок, в составе отдела находится специалист по закупкам, в должностные обязанности которого согласно должностной инструкции от 18.04.2025 входит организация работы по составлению закупочной документации, а также обеспечение своевременного размещения в ЕИС, на электронных торговых площадках в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» сведений, информации и документов о закупках, необходимых для размещения в соответствии с законодательством Российской Федерации.

После восстановления истца на работе и в связи с отсутствием в его подчинении работников по причине проведенных ранее организационно-штатных мероприятий в должностную инструкцию начальника отдела материально-технического снабжения внесены соответствующие изменения, которыми исключены пункты о подчинении начальнику отдела всего персонала отдела и осуществлении руководства работниками отдела (т.1 л.д. 125, 126). Ответчиком не оспаривалось, что у истца как начальника отдела материально-технического снабжения после его восстановления на работе работников в подчинении нет.

Таким образом, достоверно установлено и ответчиком не опровергнуто, что до своего увольнения 13.02.2025 истец не занимался закупками на электронных торговых площадках и размещением информации в ЕИС, поскольку эти обязанности в его трудовую функцию как начальника отдела материально-технического снабжения не входили, выполнялись иным сотрудником отдела (специалистом по закупкам), руководство и контроль за которым осуществлял истец. После восстановления на работе по решению суда истец не имеет в своем подчинении работников, специалист по закупкам находится в составе отдела закупок и истцу не подчиняется, при этом каких-либо изменений в должностную инструкцию истца с возложением на него тех обязанностей, которые ранее выполнял специалист по закупкам отдела материально-технического снабжения, работодателем внесено не было. Изложенное свидетельствует о необоснованности квалификации судом отказа истца от выполнения обязанностей, которые до его увольнения выполнялись находившимся в его подчинении специалистом по закупкам, как отказа от выполнения возложенных на него должностных обязанностей.

При таком положении и с учетом того, что объем выполняемой истцом работы (в плане осуществления закупочной деятельности) после восстановления на работе по решению суда по сравнению с объемом этой же работы до увольнения не изменился, обратное ответчиком не доказано, при этом до увольнения за этот объем работы входящая в состав заработной платы премия выплачивалась истцу в установленном трудовым договором размере (75% от оклада), судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии у работодателя оснований для лишения истца ежемесячной премии (уменьшения размера премии до 100%) в спорный период апрель-июль 2025 г. со ссылкой на его отказ от исполнения должностных обязанностей в части проведения закупочной деятельности в рамках действующего Положения о закупке товаров, работ, услуг Общества.

В этой связи решение суда в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о признании незаконными приказов о депремировании и взыскании невыплаченной премии подлежит отмене как постановленное с нарушением норм материального права и ввиду несоответствия выводов суда установленным по делу обстоятельствам (п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ), с вынесением нового решения об удовлетворении данных требований истца.

Определяя размер задолженности по заработной плате в виде невыплаченной премии, судебная коллегия учитывает п. 7.1.6 Положения об оплате труда, согласно которому премии начисляются на все виды надбавок и доплат, выплачиваемых в установленном порядке, за фактически отработанное время.

Согласно расчетным листкам, в апреле 2025 г. истец отработал 13 дней из 22 по производственному календарю 5-дневной рабочей недели (именно такой режим работы установлен истцу в соответствии с п. 8.3 трудового договора), в мае, июне и июле 2025 г. норма рабочего времени отработана истцом полностью. Соответственно, в спорный период истцу подлежала начислению ежемесячная премия в следующих размерах: апрель 2025 г. – 28354,37 руб. ((55634 / 22 х 13) х 75% х 15%), за май-июль 2025 г. – по 47984,33 руб. (55634 х 75% х 15%), всего – 172294,93 руб. (28354,37 + (47984,33 х 3)). Указанная сумма задолженности по заработной плате подлежит взысканию в пользу истца с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц (подп. 6 п. 1 ст. 208, абз.7 п. 1 ст. 217 Налогового кодекса РФ).

Оснований для взыскания невыплаченной премии за апрель 2025 г. в размере 47984,33 руб., как об этом просит истец в иске, не имеется, поскольку данный месяц истцом отработан не полностью. При этом не является основанием для взыскания премии в заявленном истцом размере то обстоятельство, что причиной, по которой месяц был отработан не полностью, стало незаконное увольнение, поскольку права истца в данном случае полностью восстановлены взысканием среднего заработка за период вынужденного прогула (в том числе, за период с 01 по 13 апреля 2025 г.), при расчете которого учитывались, в том числе, ежемесячные премии, начисленные истцу в расчетном периоде.

Что касается обжалуемого решения суда в части отказа в удовлетворении требования ФИО1 о признании незаконным отказа работодателя в переводе его на вакантную ставку начальника отдела закупок, то оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы истца судебная коллегия не усматривает.

Статьей 3 Трудового кодекса РФ установлен запрет дискриминации в сфере труда.

Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав (ч. 1 ст. 3 Трудового кодекса РФ).

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (ч.2 ст. 3 Трудового кодекса РФ).

Трудовые отношения согласно ч.1 ст. 16 Трудового кодекса РФ возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

Главой 11 Трудового кодекса РФ определены правила заключения трудового договора (статьи 63 - 71) и установлены гарантии при заключении трудового договора (статья 64).

В числе гарантий при заключении трудового договора - запрет на необоснованный отказ в заключении трудового договора (ч.1 ст. 64 Трудового кодекса РФ).

Согласно ч. 2 ст. 64 Трудового кодекса РФ при заключении трудового договора не допускается какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ, не связанных с деловыми качествами работника.

Поскольку действующее законодательство содержит лишь примерный перечень причин, по которым работодатель не вправе отказать в приеме на работу лицу, ищущему работу, вопрос о том, имела ли место дискриминация при отказе в заключении такого договора, решается судом при рассмотрении конкретного дела. Если судом будет установлено, что работодатель отказал в приеме на работу по обстоятельствам, связанным с деловыми качествами данного работника, такой отказ является обоснованным (абз. 4 и 5 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2024 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли) (абз. 6 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Приведенные положения трудового законодательства о запрете отказа в приеме на работу по причинам, не связанным с деловыми качествами работника, и об обязанности работодателя разъяснить обратившемуся к нему лицу конкретную причину отказа в трудоустройстве в полной мере распространяются и на лиц (работников), уже состоящих в трудовых отношениях с работодателем и претендующих на занятие вакантной должности у данного работодателя в порядке перевода.

Правильно руководствуясь приведенными выше нормативными положениями и разъяснениями Верховного Суда РФ, установив, что истец не соответствует установленным должностной инструкцией начальника отдела закупок квалификационным требованиям, предъявляемым к замещению данной должности, а именно – не имеет высшего юридического образования, суд пришел к правильному выводу о правомерности отказа работодателя в переводе истца на должность начальника отдела закупок.

Доводы апелляционной жалобы о необходимости проверки на предмет обоснованности и дискриминационности установленного работодателем к замещению указанной должности такого требования как наличие высшего юридического образования, судебная коллегия отклоняет, поскольку определение квалификационных требований к замещению создаваемых должностных ставок – это прерогатива работодателя. Мотивы, по которым работодатель посчитал необходимым для замещения должности начальника отдела закупок иметь высшее юридическое образование, подробно изложены в ответе истцу на его заявление о переводе (т.2 л.д. 60, 61). Доказательств того, что введение данного квалификационного требования обусловлено исключительно целью воспрепятствовать переводу на указанную должность истца, материалы дела не содержат, в решении Синарского районного суда г. Каменск-Уральский от 11.04.2025 по гражданскому делу № 2-575/2025 таких выводов не содержится. При этом указанное квалификационное требование из должностной инструкции начальника отдела закупок не исключено, в том числе после увольнения истца 13.02.2025, данному требованию соответствуют как П., которая временно замещала должность начальника отдела закупок с 14.02.2025 до ухода в отпуск по уходу за ребенком 30.06.2025, так и замещающий данную должность в настоящее время Л., что подтверждается документами об образовании указанных лиц, представленных ответчиком суду апелляционной инстанции.

Ссылки апеллянта на то, что профессиональный стандарт 08.026 «Специалист в сфере закупок» не содержит такого обязательного требования как наличие высшего юридического образования, судебная коллегия отклоняет, поскольку данный профессиональный стандарт касается должности «специалист в сфере закупок», в то время как истец претендует на замещение должности начальника отдела закупок.

Соглашаясь с выводом суда об обоснованности отказа ответчика в переводе истца на должность начальника отдела закупок, судебная коллегия учитывает, что помимо отсутствия у истца высшего юридического образования, у него нет опыта работы с закупками на электронных торговых площадках, он никогда не получал ЭЦП и не занимался размещением сведений, информации и документов о закупках, необходимых для размещения в соответствии с законодательством Российской Федерации в ЕИС, в то время как согласно должностной инструкции начальника отдела закупок в обязанности последнего входит, в том числе, организация подготовки и размещение в ЕИС, на электронных площадках в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» сведений, информации и документов, необходимых для размещения в соответствии с законодательством Российской Федерации (п. 14). В целях выполнения указанной обязанности Л., занимающему в настоящее время должность начальника отдела закупок, оформлена ЭЦП.

При таком положении, поскольку ответчик отказал истцу в переводе на должность начальника отдела закупок по обстоятельствам, связанным с деловыми качествами истца, и надлежащих доказательств обратного истцом не представлено, решение суда в части отказа в удовлетворении требования ФИО1 о признании незаконным отказа в переводе на должность начальника отдела закупок является законным и обоснованным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Между тем, поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения трудовых прав истца в связи с незаконным лишением его премиальной части заработной платы в период с апреля по июль 2025 г., чем истцу, безусловно, причинены нравственные страдания, является обоснованным в силу ст. 237 Трудового кодекса РФ и подлежит удовлетворению требование ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, при определении размера которой судебная коллегия учитывает следующее.

Согласно п. 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Как разъяснено в п. 30 названного постановления, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Оценив степень нравственных страданий истца, принимая во внимание обстоятельства, при которых истцу были причинены данные страдания, учитывая степень вины ответчика, характер допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, длительность нарушений, значимость для истца нарушенных прав, отсутствие доказательств причинения истцу физических страданий и наличия причинной связи между установленным нарушением трудовых прав истца и ухудшением состояния его здоровья, а также с учетом требований разумности и справедливости, судебная коллегия, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, полагает, что разумной и достаточной для нивелирования истцу негативных последствий противоправного поведения работодателя является компенсация морального вреда в размере 10000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере 100000 руб., как об этом просит истец, судебная коллегия не усматривает.

Отмена решения суда первой инстанции в части является основанием для разрешения судом апелляционной инстанции вопроса о судебных расходах (ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Истцом заявлено о взыскании судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 56200 руб.

Разрешая данное требование ФИО1, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К последним относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее Постановление № 1 от 21.01.2016), разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ, ст.ст. 3, 45 КАС РФ, ст.ст. 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 Постановления № 1 от 21.01.2016).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10 Постановления № 1 от 21.01.2016).

В подтверждение факта несения судебных расходов истцом представлены копии договора об оказании юридических услуг № 70018980 от 07.07.2025, заключенного между ФИО1 (Заказчик) и ИП Е. (Исполнитель), по условиям которого Исполнитель обязуется оказать истцу юридические услуги по комплексному сопровождению в рамках трудового спора с Обществом, в том числе: консультацию, первичный анализ документов Заказчика, подготовку искового заявления, представление интересов заказчика в качестве истца в суде первой инстанции во всех судебных заседаниях, подготовку всех необходимых процессуальных документов (ходатайств, жалоб и т.п.) в ходе процесса (т.1 л.д. 78-80). Стоимость оказания услуг по договору определена сторонами в размере 56200 руб. (без определения стоимости каждой отдельной услуги, входящей в комплекс) (пункт 3.1 договора). В соответствии с п. 1.5 договора Исполнитель вправе для исполнения обязанностей по настоящему договору привлекать третьих лиц.

Оплата истцом услуг Исполнителя по договору на оказание юридических услуг в размере 56200 руб. подтверждена квитанцией к приходному кассовому ордеру № 9972851 от 05.08.2025 (т.1 л.д. 81), которая ответчиком не оспорена и не опровергнута.

Таким образом, материалами дела достоверно подтверждено, что в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела в Синарском районном суде г. Каменск-Уральский Свердловской области истец понес расходы на оплату услуг представителя в размере 56 200 руб.

Поскольку иск ФИО1 удовлетворен в части, в силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ он имеет право на возмещение понесенных им судебных расходов.

Интересы ФИО1 в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции представлял ФИО2, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца.

Факт оказания истцу юридической помощи в рамках договора, заключенного с ИП Е., подтверждается составленными представителем истца процессуальными документами (исковое заявление, заявление об уточнении иска, заявление об отказе от части исковых требований), протоколами судебных заседаний от 01.10.2025, 14.10.2025-11.11.2025, в которых представитель истца принимал участие (т.2 л.д. 27-28, 71-75).

С учетом приведенных обстоятельств, исходя из принципов разумности и справедливости, принимая во внимание характер и сложность спора, длительность рассмотрения дела, находившегося в производстве суда первой инстанции с 22.08.2025 по 11.11.2025, значимость для истца защищаемого права, объем оказанных представителем услуг (подготовка процессуальных документов, их количество, объем и качество, участие представителя в судебных заседаниях, продолжительность судебных заседаний), факт удовлетворения исковых требований частично, а также то обстоятельство, что отказ от части исковых требований не связан с их добровольным удовлетворением ответчиком после предъявления иска и возбуждения гражданского дела (из материалов дела следует, что премия за 2 квартал 2025 г. была выплачена истцу 10.08.2025, т.е. до обращения в суд с настоящим иском 22.08.2025, договор добровольного медицинского страхования в отношении истца заключен еще в январе 2025 г., до даты его увольнения из Общества, спорная сумма выходного пособия учтена работодателем при выплате истцу среднего заработка за период вынужденного прогула, что соответствует разъяснениям в абз. 4 п. 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 и с чем истец согласился, отказавшись от данного требования), учитывая отсутствие со стороны ответчика доказательств чрезмерности заявленных ко взысканию судебных расходов, суд апелляционной инстанции полагает, что разумной и справедливой, соответствующей объему и качеству оказанной истцу юридической помощи является сумма судебных расходов в размере 35000 руб.

С учетом изложенного, судебная коллегия отменяет обжалуемое решение суда в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов и выносит новое решение о взыскании с Общества в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10000 руб., в возмещение судебных расходов - 35000 руб.

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1, 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, пропорционально удовлетворенной части имущественных исковых требований и с учетом удовлетворения неимущественных требований о признании незаконными приказов о депремировании и взыскании компенсации морального вреда, с Общества в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 15 015 руб. (включая госпошлину за подачу истцом апелляционной жалобы), от уплаты которой истец освобожден в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ).

Руководствуясь ст.ст. 328, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Синарского районного суда г. Каменск-Уральский Свердловской области от 11.11.2025 в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о признании незаконными приказов, взыскании невыплаченной премии, компенсации морального вреда, судебных расходов отменить, принять по делу новое решение о частичном удовлетворении данных требований истца.

Признать незаконными приказы АО «Водоканал Каменск-Уральский» от 05.05.2025 № 02-н, от 02.06.2025 № 03-н, от 27.06.2025 № 05-н, от 31.07.2025 № 07-н о депремировании ФИО1

Взыскать с акционерного общества «Водоканал Каменск-Уральский» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (<№>) невыплаченную премию в размере 172294 руб. 93 коп. с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., в возмещение судебных расходов 35000 руб., отказав во взыскании указанных выплат в больших размерах.

Взыскать с акционерного общества «Водоканал Каменск-Уральский» (ОГРН <***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 15015 руб.

В остальной части решение Синарского районного суда г. Каменск-Уральский Свердловской области от 11.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий: Колесникова О.Г.

Судьи: Мурашова Ж.А.

Пономарева А.А.