Решение № 2-1533/2020 2-1533/2020~М-1410/2020 М-1410/2020 от 8 ноября 2020 г. по делу № 2-1533/2020

Дело № 2-1533-2020

УИД № 18RS0011-01-2020-002114-63


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 ноября 2020 года г. Глазов

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Кислухиной Э.Н. при секретаре Гертнер А.З., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, действующей на основании Устава, представителя ответчика ФИО3, представившего ордер №105 от 17.09.2020 года, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Казенному учреждению Удмуртской Республики для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Понинский детский дом» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда, обосновав исковые требования тем, что осуществляла трудовую деятельность в КУ УР «Понинский детский дом» с 01.10.2004 года по совместительству. С 2005 года переведена на постоянную работу, КУ УР «Понинский детский дом» является основным местом работы. 01.09.2017 года между истцом и КУ УР «Понинский детский дом» заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым истец назначена на должность заместителя директора по учебно-воспитательной работе. 22.06.2020 года истцом в соответствии с утвержденным директором графиком отпусков, было написано и подано заявление о предоставлении ежегодного очередного отпуска, продолжительностью 42 дня в период с 06.07.2020 года по 16.08.2020 года. Данное заявление было подписано работодателем. 25.06.2020 года издан приказ за № 33-лс-3 о предоставлении очередного отпуска на 42 календарных дня с 06.07.2020 года по 16.08.2020 года за период работы с сентября 2019 года по сентябрь 2020 года. Данный приказ был подписан директором ФИО2, предоставлен истцу для ознакомления под роспись. 02.07.2020 года директор КУ УР «Понинский детский дом» объявила, что истец имеет право на очередной отпуск продолжительностью не более 31 дня по факту отработанного времени, так как трудоустроена в КУ УР «Понинский детский дом» 01.10.2004 года. 03.07.2020 года директор известил истца в устной форме о том, что была проведена консультация со специалистами, что все действия директора законны в связи с чем отзывают заявление о предоставлении отпуска без согласия истца. При этом директор пояснила, что предоставит отпуск продолжительностью 31 день после того, как истец сдаст всю документацию секретарю КУ УР «Понинский детский дом». Истец считает, что руководителем, использующим свое служебное положение, намеренно нарушены ее права путем не предоставления очередного отпуска в соответствии с графиком отпусков и желанием работника, а также оказывается преднамеренное давление, направленное фактически на расторжение трудового договора. Незаконные действия ответчика причинили истцу нравственные страдания и нанесли моральный вред.

Истец ФИО1 просит взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Определением протокольной формы от 17.09.2020 года произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО2 на надлежащего Казенное учреждение Удмуртской Республики для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Понинский детский дом» (деле по тексту КУ УР «Понинский детский дом»).

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснила, что 03.07.2020 года директор сообщила о том, что заявление о предоставлении отпуска отзывает, при этом приказа об отзыве из отпуска не было. Если бы данный приказ был издан своевременно, она, истец, об этом бы знала, так как на нее была возложена обязанность по оформлению табеля учета рабочего времени. Приказ от 03.07.2020 года об отмене приказа на отпуск от 25.06.2020 года был предоставлен для ознакомления лишь после 26.08.2020 года. С доводами представителя ответчика о том, что из отпуска была отозвана в связи с необходимостью представления отчета, не согласна, так как никто отчет не запрашивал, за две недели об этом не предупредили. Сведения, указанные в уведомлении от 14.08.2020 года не соответствуют действительности. Два года не находилась в отпуске. При увольнении 31.08.2020 года компенсация за неиспользованный отпуск была выплачена. В результате данной стрессовой ситуации ухудшилось состояние здоровья, обострились хронические заболевания, с 17.06.2020 года по 24.06.2020 года находилась на амбулаторном лечении, была лишена съездить с ребенком к врачу, были нарушены планы на отпуск. Считает, что причиной произошедшего являются неприязненные отношения со стороны директора КУ УР «Понинский детский дом».

Представитель ответчика КУ УР «Понинский детский дом» ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, пояснила, что приказ о предоставлении отпуска был издан и подписан ею, представителем ответчика, но так как истец не сдала отчеты, которые подлежали сдаче в конце учебного года, истцу было предложено перенести отпуск на другой срок. Устно истец была уведомлена о необходимости сдать отчет. Так как ФИО1 свое заявление о предоставлении отпуска забрала, подумала, что истец согласилась и 03.07.2020 года был издан приказ об отмене приказа от 25.06.2020 года. Необходимость вручения уведомления от 14.08.2020 года явилась в связи с тем, что истец отказалась подписывать приказ от 03.07.2020 года. Истца отпуска никто не лишал, ей было предложено перенести отпуск на более поздний срок.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, пояснил, что истцом должностные обязанности были выполнены не в полном объеме, что послужило основанием для отзыва из отпуска. После того, как руководитель ей сообщил о переносе отпуска, она продолжила работать. Трудовые права истца не были нарушены. Доказательств ухудшения состояния здоровья не представлено.

Суд, выслушав стороны, изучив представленные доказательства, пришел к следующему выводу.

Из пояснений сторон, письменных доказательств судом установлено, что истец ФИО1 состояла в трудовых отношениях с КУ УР «Понинский детский дом» с 02.09.2005 года, с 01.09.2017 года переведена на должность заместителя директора по учебно-воспитательной работе, 01.09.2020 года трудовые отношения между истцом и ответчиком прекращены.

В соответствии с ч. 5 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на отдых; работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск.

Статья 2 ТК РФ к основным принципам правового регулирования трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений относит, в том числе, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда; обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска.

В силу пункта 5 части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на предоставление оплачиваемых ежегодных отпусков.

Статья 114 ТК РФ также предусматривает предоставление работнику ежегодных отпусков с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней (ст. 115 ТК РФ).

В статье 122 ТК РФ предусмотрено, что оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

Согласно ч. 1 ст. 126 ТК РФ часть ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, по письменному заявлению работника может быть заменена денежной компенсацией.

Трудовым договором № 22 от 04.09.2007 года, заключенным между истцом и ответчиком, дополнительным соглашением от 01.09.2017 года к трудовому договору № 22 от 04.09.2007 года работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск, продолжительностью 56 календарных дней. Ежегодный оплачиваемый отпуск (основной, дополнительный) предоставляется в соответствии с графиком отпуском.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

В силу части 1 статьи 123 ТК РФ очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 данного Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника (ч. 2 ст. 123 ТК РФ).

Из смысла приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации следует, что правила предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков призваны способствовать оптимальному согласованию интересов сторон трудового договора (часть вторая статьи 1 Трудового кодекса Российской Федерации) и балансу их конституционных прав и свобод, обеспечивая каждому работнику возможность реализации его субъективного права на ежегодный оплачиваемый отпуск в удобное для него время и предоставляя работодателю возможность максимально эффективно использовать труд своих работников и имеющееся у него имущество в целях ведения предпринимательской либо иной не запрещенной законом экономической деятельности (часть первая статьи 34 Конституции Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что 09.01.2020 года директором КУ УР «Понинский детский дом» утвержден график отпусков сотрудников на 2020 год, в частности, ФИО1 установлен отпуск, продолжительностью 42 дня, с 01.07.2020 года по 11.08.2020 года.

22.06.2020 года на имя директора КУ УР «Понинский детский дом» ФИО2 ФИО1 подано заявление о предоставлении очередного оплачиваемого отпуска на 42 календарных дня с 06.07.2020 года по 16.08.2020 года. На данном заявлении содержится резолюция руководителя «предоставить очередной отпуск на 42 календарных дня с 06.07.2020 года» и резолюция от 02.07.2020 года «предоставить отпуск на 31 календарный день по факту отработанного времени»

25.06.2020 года издан приказ № 33-лс-3 за подписью директора КУ УР «Понинский детский дом» ФИО2 о предоставлении ФИО1 очередного отпуска на 42 календарных дня с 06 июля 2020 года по 16 августа 2020 года за период работы с сентября 2019 года по сентябрь 2020 года. С данным приказом ФИО1 ознакомлена.

В ходе рассмотрения дела ответчиком представлены:

- приказ № 30-лс-3 от 03 июля 2020 года об отмене приказа от 25.июня 2020 года № 33-лс-3;

- уведомление от 14.08.2020 года о переносе отпуска в связи с производственной необходимостью, адресованное ФИО1, которым уведомляют о том, что возникла производственная необходимость перенести ежегодный основной оплачиваемый отпуск на более поздний срок, так как не предоставлены отчеты за прошедший 2019-2020 учебный год, которые необходимо было сдать до 25 мая 2020 года, и просят согласия на перенос на более поздний срок ежегодного основного оплачиваемого отпуска за рабочий год с сентября 2019 года по сентябрь 2020 года, запланированного графиком отпусков с 01.07.2020 года на 42 календарных дня. В случае согласия указанный отпуск будет предоставлен в другие даты в период с августа 2020 года по август 2021 год. О принятом решении (согласии или несогласии на перенос ежегодного основного оплачиваемого отпуска) просят предоставить письменное заявление не позднее 12 часов 00 минут 14 августа 2020 года директору КУ УР «Понинский детский дом» ФИО2;

- акт от 14.08.2020 года об отказе подписать уведомление о переносе отпуска в связи с производственной необходимостью.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснила, что ФИО1 должна была выйти в отпуск с 06.07.2020 года, сначала ей отпуск предоставили, а затем по устному распоряжению директора ФИО2 отозвали из отпуска. Истец ФИО1 уволилась 01.09.2020 года.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснила, что работает в КУ УР «Понинский детский дом» секретарем, в обязанности входит прием документов, ведение журналов входящей и исходящей корреспонденции, приказов, ведение архива, номенклатуры дел. ФИО1 работала заместителем директора по учебно-воспитательной работе. С приказом от 03.07.2020 года об отмене приказа от 25.06.2020 года истец была ознакомлена позже, когда именно, она, свидетель, вспомнить не может. Вручалось ли истцу уведомление о переносе отпуска, не помнит.

Продление или перенесение ежегодного оплачиваемого отпуска допустимо в случаях, перечисленных в статье 124 ТК РФ.

Так, согласно ст. 124 ТК РФ ежегодный оплачиваемый отпуск должен быть продлен или перенесен на другой срок, определяемый работодателем с учетом пожеланий работника, в случаях: временной нетрудоспособности работника; исполнения работником во время ежегодного оплачиваемого отпуска государственных обязанностей, если для этого трудовым законодательством предусмотрено освобождение от работы; в других случаях, предусмотренных трудовым законодательством, локальными нормативными актами.

Согласно ч. 3 ст. 124 ТК РФ в исключительных случаях, когда предоставление отпуска работнику в текущем рабочем году может неблагоприятно отразиться на нормальном ходе работы организации, индивидуального предпринимателя, допускается с согласия работника перенесение отпуска на следующий рабочий год. При этом отпуск должен быть использован не позднее 12 месяцев после окончания того рабочего года, за который он предоставляется.

В соответствии с частью 2 статьи 125 ТК РФ отзыв работника из отпуска допускается только с его согласия. Неиспользованная в связи с этим часть отпуска должна быть предоставлена по выбору работника в удобное для него время в течение текущего рабочего года или присоединена к отпуску за следующий рабочий год.

Таким образом, перенесение отпуска, отзыв из отпуска допускается только с согласия работника, которое в данном случае от истца ФИО1 работодателем получено не было. Приказ о перенесении отпуска с обоснованием наличия исключительных обстоятельств, предусмотренных ч. 3 ст. 124 Трудового кодекса РФ, ответчиком не издавался. Отмена работодателем ранее изданного приказа о предоставлении отпуска противоречит требованиям трудового законодательства.

Доводы представителя ответчика о том, что отпуск истцу не был предоставлен в связи с производственной необходимостью, суд признает необоснованными, поскольку такого основания отказа в предоставлении очередного отпуска как "производственная необходимость", Трудовым кодексом РФ не предусмотрено. Кроме того, из представленных ответчиком документов не усматривается возложение на истца каких-либо обязанностей, требующих ее обязательное присутствие на рабочем месте в спорный период. Не предоставление работником отчетов за 2019-2020 учебный год не может являться основанием для отмены приказа о предоставлении отпуска. При этом ссылка представителя ответчика о том, что истец продолжила трудовую деятельность после отмены приказа на отпуск также не подтверждает факт согласования с истцом перенос отпуска на иной период времени.

Судом ставится под сомнение дата издания приказа № 40-лс-3 от 03.07.2020 года об отмене приказа на отпуск от 25.06.2020 года № 33-лс-3. Уведомление о переносе отпуска в связи с производственной необходимостью вынесено значительно позже 06.07.2020 года, то есть даты, когда истец должен был идти в отпуск.

При указанных обстоятельствах, учитывая отсутствие исключительных обстоятельств, препятствующих предоставлению истцу отпуска по утвержденному графику, отказ ответчика в предоставлении отпуска ФИО1 с 06 июля 2020 года является незаконным.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 1300-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав, а также судебную защиту права работника на компенсацию морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"). Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, суд не может действовать произвольно.

Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При этом ТК РФ не содержит ограничений для взыскания компенсации морального вреда, поэтому суд вправе удовлетворить требование работника о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя вытекающими из трудовых правоотношений. Нравственные страдания работника при этом предполагаются.

Поскольку в ходе рассмотрения спора судом установлено, что работодателем трудовые права истца нарушены, руководствуясь положениями статьи 237 ТК РФ с ответчика КУ УР «Понинский детский дом» в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда, в размере 7000 руб. При определении размера морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств данного дела, характера нарушения работодателем трудовых прав работника, требований разумности и справедливости. Оснований для взыскания морального вреда в большем размере с учетом объема нарушенного права суд не находит.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика КУ УР «Понинский детский дом» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей, так как истец от уплаты государственной пошлины при обращении с иском в суд освобожден.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Казенному учреждению Удмуртской Республики для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Понинский детский дом» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Казенного учреждения Удмуртской Республики для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Понинский детский дом» в пользу ФИО1 моральный вред в размере 7 000 рублей.

Взыскать с Казенного учреждения Удмуртской Республики для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Понинский детский дом» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Глазовский районный суд. Датой изготовления мотивированного решения считать ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Э.Н.Кислухина