Решение № 2А-4325/2019 2А-4325/2019~М-4501/2019 М-4501/2019 от 6 ноября 2019 г. по делу № 2А-4325/2019

УИД 86RS0001-01-2019-006920-76


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 ноября 2019 года город Ханты-Мансийск.

Ханты - Мансийский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи – Савченко М.П.,

при секретаре – Поповой Д.Г.,

с участием представителя административного ответчика ФИО1, действующей на основании доверенности и представившей диплом о наличии высшего юридического образования,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ханты - Хансийского районного суда административное дело № 2а-4325/2019 по административному исковому заявлению ФИО2 к УМВД России по ХМАО-Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерации иностранному гражданину от 25 сентября 2019 года,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец (далее по тексту – истец) ФИО2 обратился в Ханты – Мансийский районный суд к административному ответчику УМВД России по ХМАО-Югре о признании незаконными решений о неразрешении въезда в Российскую Федерацию иностранному гражданину от 25 сентября 2019 года. В обоснование своих исковых требований ФИО2 указал, что принятое решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию было принято без учета личности истца и тяжести содеянного, в результате принятого решения были нарушены вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, не учтен факт длительного проживания на территории Российской Федерации с добросовестным осуществлением трудовой деятельности и наличия у него на территории РФ брата.

Будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного разбирательства административный истец не явился, ходатайства об отложении судебного заседания не заявлялось.

В судебном заседании представитель административного ответчика УМВД России по ХМАО-Югре ФИО1 указала о несогласии с исковыми требованиями, так как гр-н ФИО2 в течение 3 лет совершил два административных правонарушения обладающих высокой степенью общественной опасности, в связи с чем обжалуемые решения являются законными и обоснованными, принятым в соответствии положениями принятого в соответствии с Федеральным законом от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ « О порядке выезда за пределы Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее по тексту Федеральный закон № 114-ФЗ) и с Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (далее по тексту Федеральный закон № 115-ФЗ).

Установив позицию истца, заслушав представителя административного ответчика, исследовав и проанализировав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

Разрешая заявленное требование, суд установил, что исходя из копии паспорта С 00355258 гр-н ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является гражданином <данные изъяты>.

Из копии миграционной карты следует, что истец ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, въехал на территорию Российской Федерации 02 апреля 2019 года.

Из копии уведомления о прибытии иностранного гражданина следует, что истец ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирован на территории Российской Федерации по адресу: ХМАО – Югра <адрес> срок его временного пребывания в РФ был продлен до 06 октября 2019 года.

25 сентября 2019 года УМВД России по ХМАО – Югре были приняты решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, которым гражданину Азербайджана ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, закрыт въезд в Российскую Федерацию на 3 года до 27 июля 2022 года, в связи с чем 30 сентября 2019 года УМВД России по ХМАО – Югре сокращен срок временного пребывания в Российской Федерации гражданину ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Основанием для закрытия гр-ну ФИО2 въезда в Российскую Федерацию и сокращения срока временного пребывания в Российской Федерации стали факты его неоднократного привлечения за последние три года к административной ответственности, за совершение административных правонарушений на территории Российской Федерации в соответствии с п. 4 ст. 26 Федерального закона № 114-ФЗ.

Из данных по информационной базе «Территория» следует, что истец гражданин ФИО3 Рустам оглы ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был зарегистрирован по месту пребывания в <адрес> в период с 21 июня по 06 октября 2019 года.

Из представленных ответчиком данных УГИБДД УМВД России по ХМАО – Югре, а так же постановлений по делам об административных правонарушениях, следует, что истец гражданин ФИО3 Рустам оглы ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 2 раз привлекался к административной ответственности – 1) 20 апреля 2019 года по ч. 1.1 ст. 12.17 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 1 500 руб. 00 коп., наказание исполнено путем уплаты штрафа; 2) 16 июля 2019 года по ч. 3.2 ст. 12.19 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 1 500 руб. 00 коп., наказание исполнено путем уплаты штрафа, указанные факты законного и обоснованного привлечения истца к административной ответственности учтенные при принятии обжалуемого решения, не оспариваются сторонами и признаются судом доказанными.

Действующим законодательством предусматривается возможность ограничения права иностранных граждан находиться на территории Российской Федерации. Указанное право государства является одним из основных признаков суверенитета Российской Федерации. Данные положения в полной мере соответствуют нормам международного права.

Так, пунктом 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого 16 декабря 1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН, и пунктом 3 статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1963 год) определено, что право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других лиц.

В соответствии со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 год) допустимо вмешательство в право на уважение личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции, когда это предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в РФ», Федеральным законом от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из РФ и въезда в РФ».

Иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами РФ, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статья 4 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 4 статьи 26 Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства может быть не разрешен, в том числе в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства два и более раза в течение трех лет привлекался к административной ответственности, в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административного правонарушения на территории Российской Федерации, за исключением случаев, когда федеральным законом предусмотрен запрет на въезд в Российскую Федерацию иностранного гражданина или лица без гражданства после однократного совершения ими административного правонарушения на территории Российской Федерации.

На основании пункта 4 статьи 26 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" в отношении ФИО4 28 июня 2019 года УМВД России по ХМАО-Югре принято решение о неразрешении ему въезда на территорию Российской Федерации сроком на 3 года до 30 апреля 2022 года в связи с тем, что он четыре раза привлекался к административной ответственности за правонарушения, предусмотренные главой 12 КоАП РФ.

В силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту КАС РФ) орган, чье решение обжалуется, должен представить доказательства законности названного решения.

В подтверждение правомерности своих действий Управлением МВД России по ХМАО-Югре представлены вышеуказанные материалы дела, справки на лицо, представление от 25 сентября 2019 года и постановления по делу об административном правонарушений, которые содержат информацию о вышеуказанных фактах привлечения ФИО2 к административной ответственности.

Бремя оспаривания совершения административных правонарушений возложено на истца, как на лицо, указавшее данный довод, и в силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства РФ обязанное представить доказательства, его подтверждающие.

Вместе с тем, доказательств отмены постановлений о привлечении заявителя к административной ответственности суду административный истец не представил, материалы дела не содержат.

Кроме этого, представителем административного ответчика представлены сведения о привлечении истца к административной ответственности в отношении ФИО2, согласно которых в период 2019 года, истец 2 раза привлекался к административной ответственности за административные правонарушения, предусмотренные главой 12 КоАП РФ.

Кроме того, из представленного административным ответчиком объяснения административного истца ФИО2 от 16 августа 2019 года следует, что он не работает и близких родственников из числа граждан РФ не имеет.

Проанализировав данные обстоятельства, суд усматривает в действиях административного истца нарушения законодательства РФ в области дорожного движения, признаки неоднократности, при этом временной промежуток между ними юридически значимым обстоятельством не является, что свидетельствует о неуважении к правопорядку, действующему на территории РФ.

Факт совершения указанных административных правонарушений в течение трех лет административным истцом не опровергнут.

При этом, доводы административного истца о том, что принятое решение является чрезмерно суровым, и влечет вмешательство в его личную жизнь, повлечь отмену обжалуемого решения не могут.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, а правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, наряду с законами Российской Федерации, определяется и международными договорами Российской Федерации.

В силу положений статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории; в вопросах иммиграции статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод или любое другое ее положение не могут рассматриваться как возлагающие на государство общую обязанность уважать выбор супружескими парами страны совместного проживания и разрешать воссоединение членов семьи на своей территории (Постановления от 28 мая 1985 г. по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали (Abdulaziz, Cabales and Balkandali) против Соединенного Королевства", § 68; от 19 февраля 1996 г. по делу "Тюль (Gul) против Швейцарии", § 38; от 10 марта 2011 г. по делу "ФИО5 (Kiutin) против России", § 53 и др.). Европейский Суд по правам человека пришел к выводу о том, что названная Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, указав, что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну; вместе с тем решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 21 июня 1988 г. по делу "Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов", § 28; от 24 апреля 1996 г. по делу "Бугханеми (Boughanemi) против Франции", § 41; от 26 сентября 1997 г. по делу "Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции", § 39; от 18 октября 2006 г. по делу "Юнер (Uner) против Нидерландов", § 54; от 6 декабря 2007 г. по делу "Лю и Лю (Liu and Liu) против России", § 49; решение от 9 ноября 2000 г. по вопросу о приемлемости жалобы "Андрей Шебашов (Andrey Shebasnov) против Латвии" и др.).

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела, государство, связанное необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения; в то же время право властей применять закрытие въезда на территорию страны может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону.

При этом законность проживания мигранта позволяет судить о его лояльности к правопорядку страны пребывания.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 02 марта 2006 года № 55-О, сославшись на судебные акты Европейского Суда по правам человека, указал, что исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям (статья 55 часть 3 Конституции РФ), а также отвечать характеру совершенного деяния.

Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 и пункт 2 статьи 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункт 3 статьи 2 Протокола N 4 к ней).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 05 марта 2014 года N 628-О, от 19 ноября 2015 года N 2667-О, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений и практике уклонения от ответственности.

В рассматриваемой ситуации данный баланс интересов соблюден.

При этом, истец ФИО2 суду каких либо доказательств наличия у истца каких либо прочных семейных связей с родственниками проживающими в Российской Федерации, которые бы нуждались в особой защите и осуществления им на территории РФ трудовой деятельности, не представил.

Каких либо доказательств, подтверждающих несоразмерное вмешательство государства в личную и семейную жизнь административного истца, как нарушение оспариваемыми решениями гарантий для иностранных граждан, в отношении которых принято решение о неразрешении въезда, установленных статьей 8 Конвенция о защите прав человека и основных свобод, истцом ФИО2 суду не представлено, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении заявленных исковых требований.

На осногвании изложенного и руководствуясь ст.ст. 75 - 180, 227 КАС РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового требования ФИО2 к УМВД России по ХМАО-Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерации иностранному гражданину от 25 сентября 2019 года, отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты - Мансийского автономного округа – Югры путем подачи апелляционной жалобы через Ханты - Мансийский районный суд ХМАО – Югры в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено и подписано 12 ноября 2019 года.

Судья Ханты-Мансийского

районного суда подпись М.П. Савченко

Копия верна

Судья Ханты-Мансийского

районного суда М.П. Савченко