Приговор № 22-390/2024 от 20 марта 2024 г.

Председательствующий Зыкова Е.П. Дело № 22-390/2024

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Курган 21 марта 2024 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Курганского областного суда в составе

председательствующего Чусовитина В.В.,

судей Петровой М.М. и Тюрина А.Г.,

при секретаре Т.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Чадовой Е.С. на приговор Шадринского районного суда Курганской области от 30 января 2024 г., по которому

ФИО1, <...>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 4 годам лишения свободы, за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 325 УК РФ, за каждое к 240 часам обязательных работ. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено 4 года 1 месяц лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с осужденного в пользу потерпевшей Р. в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба <...> руб. и компенсацию морального вреда <...> руб.

Заслушав доклад судьи Петровой М.М., кратко изложившей содержание приговора и существо апелляционного представления, выступления прокурора Масловой Л.В., поддержавшей доводы апелляционного представления об отмене приговора и передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство, осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Стерховой Л.Н., просивших отменить приговор, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в совершении <...>:

- нападения на Р. в целях хищения ее имущества, с угрозой применения к ней насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия;

- похищения паспорта Р..;

- похищения паспорта и другого важного документа У.

Преступления совершены при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В суде ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению фактически не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит отменить приговор и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в обоснование чего указывает следующее.

Выводы суда не соответствуют обстоятельствам, установленным по результатам судебного следствия.

Исследованные доказательства свидетельствуют о том, что умысел на разбойное нападение на потерпевшую возник у ФИО1 до проникновения в ее жилище, а предполагаемое осужденным право свидетеля В. на имущество потерпевшей явилось лишь поводом для совершения преступления. Потерпевшая с осужденным до произошедших событий не была знакома, имущественных обязательств не имела, какое-либо право на имущество потерпевшей у осужденного отсутствовало, разрешение на вхождение в свое жилище потерпевшая не давала, в квартиру не приглашала. Непосредственно после проникновения в квартиру каких-либо разговоров по вопросу хищения имущества свидетеля В. между осужденным и потерпевшей не было, сразу после проникновения в квартиру потерпевшей ФИО1 требовал передать ему имущество В., наносил удары потерпевшей и угрожал ножом. При этом потерпевшая неоднократно говорила, что имущество В. она не похищала. Проникновение в жилище в дневное время через приоткрытую дверь, а также отсутствие высказывания потерпевшей покинуть квартиру, с учетом нанесения ей ударов, угрозы применения ножа и общего ее эмоционального состояния на фоне происходивших событий, не может являться основанием для законного нахождения осужденного в жилище потерпевшей и исключения из квалификации его действий квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в жилище».

Невозможно согласиться и с выводами суда о непризнании в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение осужденным преступления в состоянии алкогольного опьянения. Именно состояние опьянения способствовало снижению контроля ФИО1 за своими действиями и формированию у него умысла на совершение преступления, вызвав агрессию к потерпевшей и несоразмерность своих действий. Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО1 злоупотребляет спиртными напитками и состоит на учете у нарколога, привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, связанного с употреблением спиртных напитков.

Также приговор является несправедливым, поскольку назначенное ФИО1 наказание не соответствует тяжести и характеру преступлений, личности осужденного, и по своему размеру является чрезмерно мягким, кроме того, подлежит назначению и дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, выступлений сторон, судебная коллегия приходит к выводу об отмене приговора в связи с несоответствием изложенных в нем выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и таковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Данные требования судом первой инстанции не выполнены.

Судом установлено, что <...> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире <...> по месту проживания потерпевшей Р., с целью хищения высказал потерпевшей незаконное требование о передаче ему денег в сумме <...> руб. и мобильного телефона. С целью сломить волю потерпевшей к возможному сопротивлению ФИО1 умышленно нанес потерпевшей два удара кулаком по лицу, отчего она сел на пол, взял потерпевшую за волосы и два раза ударил головой о пол, приставил к шее потерпевшей взятый в этой же квартире нож и вновь высказал незаконное требование о передаче ему указанного имущества, а также нанес потерпевшей один удар кулаком по лицу. Потерпевшая Р., восприняв действия ФИО1 как угрозу применения в отношении нее насилия, опасного для жизни и здоровья, сопротивления не оказывала.

После чего ФИО1, осознавая, что воля Р. к сопротивлению подавлена и она понимает противоправный характер его действий, обыскал квартиру и открыто похитил принадлежащие потерпевшей мобильный телефон «Редми 9А» стоимостью <...> руб., мобильный телефон «Вертекс Импресс Форест» стоимостью <...> руб., деньги в сумме <...> руб., паспорт гражданина РФ на имя Р., паспорт гражданина РФ и страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования на имя У., и скрылся с места происшествия.

ФИО1 виновным себя признал частично.

Из показаний ФИО1 в ходе предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого и на очной ставке с потерпевшей (т. 2 л.д. 40-47, 52-55, 72-76, 172-178), при его допросе в суде следует, что <...> он и У. познакомились с В., которая во время совместного распития спиртного со слезами рассказала им, что накануне знакомая ей женщина украла ее мобильный телефон стоимостью <...> руб. и деньги в сумме <...> руб., и слезно попросила сходить к этой женщине, чтобы помочь вернуть похищенное имущество. Поверив В., втроем пришли к квартире потерпевшей, куда их привела В., дверь квартиры была приоткрыта. Не спрашивая разрешения, все трое зашли в квартиру, где находилась потерпевшая ФИО2 и ее сожитель, который спал. Спросил у В., действительно ли эта женщина взяла ее вещи, на что В. показала рукой на потерпевшую. Тогда он подошел к потерпевшей и потребовал вернуть похищенные ею у В. <...> руб. и телефон. Поскольку потерпевшая отрицала, что взяла чужие вещи, ударил ее несколько раз кулаком по лицу, от чего она села на пол и закричала, что ничего не брала. Решив припугнуть потерпевшую и побудить ее отдать чужое имущество, приставил найденный в комнате нож к шее потерпевшей и еще несколько раз спросил у В., действительно ли потерпевшая взяла ее вещи, и В. подтвердила это, а потерпевшая продолжала все отрицать. Чтобы заставить потерпевшую в последующем все-таки вернуть В. <...> руб. и телефон, забрал паспорт на имя Р., портмоне, в котором находился паспорт, как позднее узнал, на имя У., и СНИЛС на его же имя, два сотовых телефона, из кошелька взял банковские карты и скидочные карты магазинов, чтобы обменять все это на имущество В.. Денег в кошельке не видел и не брал их. Уходя, сказал потерпевшей, что вернет ей обратно все, что взял, после того, как она вернет телефон и деньги, которые она украла у В.. Свой адрес потерпевшей не оставлял, так как сам собирался все вернуть. В тот момент был уверен, что потерпевшая украла у В. деньги и телефон, так как поверил В.. Из квартиры потерпевшей они ушли на берег реки, где он осознал, что натворил, поэтому вскоре вернулся к дому потерпевшей, чтобы попросить прощение и вернуть ей все, что забрал. Там уже находились сотрудники полиции, которым он обо всем рассказал и выдал взятые им в квартире потерпевшей вещи. Снимать деньги с банковских карт не собирался.

Согласно показаниям свидетеля У2. в суде и на предварительном следствии (т. 2 л.д. 30-32, 165-171), В., с которой он и ФИО1 познакомились днем <...>, во время совместного распития спиртного пожаловалась, что соседка, у которой она была в гостях, украла у нее телефон и <...> руб., при этом В. плакала, просила сходить с ней к этой женщине и помочь вернуть имущество. Они согласились, и В. привела их к дому потерпевшей. Дверь в квартиру потерпевшей была открыта, в квартире находилась потерпевшая Р., на кровати спал мужчина. Зайдя в квартиру, ФИО1 стал требовать от потерпевшей, чтобы та вернула похищенные ею у девушки <...> руб. и телефон. Потерпевшая ответила, что ничего ни у кого не брала. В. при этом говорила, что потерпевшая врет. После этого ФИО1 ударил потерпевшую кулаком по лицу, та упала с кресла на пол, продолжала говорить, что ничего не брала, а ФИО1 продолжал требовать, чтобы она вернула похищенные у девушки телефон и <...> руб. Затем увидел в руке ФИО1 нож, которого ранее у него при себе не было, этот нож ФИО1 приставил к шее потерпевшей и сказал, чтобы та все вернула, ударил потерпевшую кулаком по лицу. Когда ФИО1 убрал нож от шеи потерпевшей, он забрал нож у ФИО1 и выбросил в окно. В. во время происходящего в квартире настаивала, что потерпевшая похитила у нее деньги и телефон. ФИО1 забрал в квартире потерпевшей портмоне-обложку с паспортом, из женской сумки забрал паспорт, достал кошелек, из которого взял банковские карты и карты магазинов, также взял два мобильных телефона и сказал потерпевшей, что вернет ей обратно все, что взял, после того, как она вернет В. украденные 2000 руб. и телефон. Сам он (У2.) в тот момент действительно полагал, что потерпевшая украла у В. деньги и телефон, так как поверил В.. Они ушли из квартиры потерпевшей и продолжили распивать спиртное, а когда ФИО1 вскоре пошел возвращать документы потерпевшей, то был задержан сотрудниками полиции.

Из показаний свидетеля В. в суде и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 226-229, 233-234) следует, что утром <...>. она потеряла свой телефон, и во время совместного распития спиртного с ФИО1 и У2., с которыми познакомилась в этот же день, сказала им, что у нее пропали <...> руб. и телефон, который она покупала за <...> руб., которые, как она думает, взяла ее соседка по дому. Все вместе пошли к потерпевшей, чтобы разобраться, зачем она взяла телефон и деньги. Она привела мужчин к квартире потерпевшей Р., дверь была не заперта, они без разрешения зашли в квартиру, потерпевшая сидела в кресле, ее сожитель спал. В квартире она сразу указала на Р. и сказала, что это она взяла деньги и телефон. ФИО1 сказал потерпевшей, что она воровка, на что потерпевшая в грубой форме ответила, что ничего не брала, тогда ФИО1 ударил ее кулаком по лицу, та упала на пол и кричала, что ничего не брала, а ФИО1 держал ее за волосы, нанес удары по голове, приставлял к ее шее нож, который потом кто-то выкинул в окно, при этом ФИО1 постоянно требовал вернуть телефон и деньги. Видела, как ФИО1 забрал в квартире потерпевшей два паспорта, два телефона, банковские карты, скидочные карты, сказав потерпевшей, что вернет имущество, когда она вернет имущество ей (В.). Свой адрес и телефон ФИО1 не называл, но потерпевшая знала, где живет она (В.). После этого втроем ушли на реку, что происходило дальше, не помнит из-за выпитого спиртного, очнулась в отделе полиции, где узнала, что ФИО1 все, что забрал у потерпевшей, унес ей обратно, и у дома был задержан сотрудниками полиции. Позже свой телефон нашла дома, но до этого предполагала, что его могла взять потерпевшая. Про то, что потерпевшая похитила у нее деньги, сказала ФИО1 и У2. неправду, но причину этому объяснить не может, так как на протяжении нескольких дней употребляла алкоголь.

Согласно показаниям потерпевшей Р. в суде и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 192-196, 199-201, т. 2 л.д. 172-178), <...> днем она находилась дома, сидела в кресле, сожитель У2. спал в состоянии опьянения, дверь в квартиру была приоткрыта. В квартиру без разрешения, против ее воли, зашли ранее незнакомые ей ФИО1 и У2., а также проживающая в соседнем доме В., с которой они утром общались возле дома. ФИО1 потребовал от нее отдать 2000 руб. и телефон, якобы похищенные ею у ФИО3, ударил два раза по лицу кулаком. Несмотря на то, что она отрицала этот факт, ФИО1 продолжал требовать передачи телефона и денег. Она опустилась на колени на пол, плакала и повторяла, что ничего не брала. ФИО1 взял ее за волосы, спросил у В., действительно ли она (Р.) брала ее вещи, и та, указав на нее рукой, подтвердила его слова. ФИО1 два раза ударил ее головой о пол, взял со стола нож и подставил его к ее шее, продолжал требовать телефон и <...> руб., убрал нож, ударил один раз кулаком по лицу. В. неоднократно говорила, что она (Р.) действительно украла у нее телефон за <...> руб. и деньги <...> руб. Затем ФИО1 забрал ее паспорт, портмоне, в котором находились паспорт и СНИЛС У., телефоны «Редми 9 А» стоимостью <...> руб. и «Вертекс» стоимостью <...> руб., из кошелька забрал банковские карты, карты скидок. Также из кошелька пропали 300 руб., до этого она прятала кошелек от сожителя в микроволновку, но утром этого дня переложила его в сумку и деньги в нем были, а когда на следующий день нашла кошелек под диваном, то этих денег в нем не было. Уходя, ФИО1 сказал, чтобы она не обращалась в полицию. Не слышала, чтобы ФИО1 говорил, что вернет ей имущество, но точно утверждать, что он это не говорил, не может, так как находилась в шоковом состоянии. Она позвонила в полицию, когда сотрудники приехали, пришел и ФИО1, рассказал, что это он избил ее (Р.) и отдал все, что забрал в квартире, за исключением <...> руб. ФИО1 приносил свои извинения, но она их не приняла. От действий подсудимого у нее были гематомы на лице и голове, над правым глазом большая шишка, в течение двух недель она находилась на больничном, в настоящее время участились головные боли.

Из показаний потерпевшего У. в суде и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 223-224) следует, что <...> во второй половине дня в квартиру, где они проживают с Р., без спроса вошли двое незнакомых мужчин и женщина – соседка В.. Кто-то из мужчин кричал, чтобы ФИО2 отдала телефон и деньги, которые она якобы украла у ФИО3. После этого момента он ничего не помнит, так как был пьян. Когда пришел в себя, то увидел кровоподтеки под глазами у Р., с ее слов ему известно, что ФИО1 ударил ее несколько раз кулаком по лицу, хватал за волосы, бил головой о пол, приставил нож к шее и забрал два мобильных телефона «Редми» и «Вертекс», банковские карты, карты магазинов, <...> руб., паспорт на имя Р. и портмоне, где находились паспорт и СНИЛС на его имя.

По показаниям свидетеля Т., <...> в вечернее время она участвовала в качестве понятой при осмотре места происшествия по адресу: <...>, где во дворе дома ФИО1 вернул Р. два телефона, документы, паспорт и СНИЛС. Со слов потерпевшей известно, что в ее квартиру без разрешения зашли двое мужчин и женщина, обвинили ее в краже телефона, подсудимый ее избил, вымогал деньги и телефон, угрожал ножом, бил по лицу руками, головой о пол. Во время указанных событий У. спал. Видела синяки на лице Р., лицо было опухшим, белки глаз красного цвета.

Из показаний свидетеля О. следует, что <...> в его квартиру зашла соседка Р., на правом глазу у нее был синяк, сообщила, что к ней в квартиру проникли женщина и двое мужчин, один из которых причинил ей побои, после чего забрал телефоны, деньги, банковские карты. Р. попросила у него телефон и вызвала полицию (т. 1 л.д. 235-238).

При обращении <...> по телефону в отдел полиции потерпевшая Р. сообщила, что пришли соседи, забрали <...> руб., банковские карты, телефон (т. 1 л.д. 48).

В заявлении потерпевшая Р. просит привлечь к уголовной ответственности, в том числе, ФИО1 по ст. 139 УК РФ за то, что он незаконно, против ее воли, проник к ее жилище, нарушив ее конституционное право на неприкосновенность жилища и совершив разбойное нападение (т. 1 л.д. 211).

В ходе осмотра двора дома <...> и территории за гаражами <...>. ФИО1 добровольно выдал мобильные телефоны «Редми 9 А» и «Вертекс», паспорт и СНИЛС на имя У., паспорт на имя Р., 8 банковских карт, карты скидок магазинов, портмоне мужское, пояснив, что взял эти вещи в квартире Р., при этом причинил ей побои, подставлял нож к шее (т. 1 л.д. 52-63).

При осмотре <...> по месту жительства потерпевших, Р. указано место у кресла, где ей были причинены побои, и месторасположение похищенных вещей, а при осмотре <...> придомовой территории Р. указала место, где утром обнаружила нож из ее квартиры, которым ей угрожали (т. 1 л.д.64-66, 69-72, 78-88).

Согласно заключению эксперта у Р. имелись телесные повреждения в виде <...>., не повлекли вреда здоровью (т. 1 л.д. 217-218).

Основания для признания недопустимыми указанных доказательств отсутствуют, существенных противоречий, касающихся значимых для дела обстоятельств, в показаниях допрошенных лиц не имеется.

Положив эти исследованные в суде первой инстанции доказательства в основу приговора и вывода о виновности ФИО1, суд квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также по ч. 2 ст. 325 УК РФ как похищение у гражданина паспорта (в отношении Р.), и по ч. 2 ст. 325 УК РФ как похищение у гражданина паспорта и другого важного личного документа (в отношении У.).

При этом суд указал в приговоре об отсутствии оснований для квалификации действий ФИО1 по ст. 330 УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность за самоуправство, мотивировав тем, что у ФИО1 отсутствовало как действительное, так и предполагаемое право на имущество потерпевшей, он и Р. не были знакомы, какие-либо обязательства имущественного характера у потерпевшей перед ФИО1 отсутствовали, а предполагаемое им право свидетеля В. на имущество потерпевшей явилось лишь поводом для совершения им преступления.

Однако данный вывод суда противоречит исследованным доказательствам, в частности, показаниям не только ФИО1, но и потерпевших Р. и У., а также свидетелей – очевидцев В. и У2., из которых следует, что ФИО1 не преследовал корыстной цели обогащения себя или иных лиц, а прибег к самоуправным действиям, обусловленным стремлением оказания помощи В. и принуждения потерпевшей Р. к возврату В. телефона и 2000 руб., полагая, что потерпевшая действительно взяла деньги и телефон В., поскольку та убедила его в этом и попросила сходить к Р. за своим имуществом, а в квартире потерпевшей на неоднократные уточняющие вопросы ФИО1 настаивала, что именно Р. взяла ее телефон и деньги.

Отсутствие у Р. долговых обязательств непосредственно перед ФИО1, не исключает квалификации содеянного им как самоуправства, то есть самовольных, совершенных вопреки установленному законом порядку действий, правомерность которых оспаривается гражданином.

Наличие только у самого лица, совершающего указанные действия, действительного или предполагаемого права не является неотъемлемым признаком преступления, предусмотренного ст. 330 УК РФ, как об этом ошибочно указано судом в приговоре.

ФИО1 в этот же день через непродолжительное время после совершения преступления вернулся к дому потерпевшей, и вернул, все, что взял в квартире.

Таким образом, его показания о том, что имущество и документы потерпевших он брал только лишь в обеспечение возврата Р. телефона и денег В., не опровергнуты.

Завладение паспортами, в одном их которых находилось страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования, в данном случае представляло собой составную часть самоуправных действий ФИО1. Доказательства того, что ФИО1 намеревался изъять у Р. и В. документы безвозвратно, то есть похитить их, отсутствуют.

Указание судом в приговоре о том, что ФИО1 не назвал потерпевшей номер своего телефона и свой адрес для возврата имущества и документов, а также не передал все это В., не подтверждает вывод о наличии у ФИО1 корыстной цели при изъятии имущества и об изъятии им документов потерпевших безвозвратно, поскольку из показаний осужденного, согласующихся с показаниями свидетелей У2. и В., следует, что ФИО1 говорил потерпевшей, что сам все вернет потерпевшей, как только сама она вернет телефон и деньги В., потерпевшая же не утверждала, что ФИО1 такое не говорил. При этом в течение непродолжительного времени нахождения у ФИО1 имущества потерпевшей, В. также находилась вместе с ним.

Не опровергнуты показания ФИО1 и о том, что он не забирал <...> руб. из кошелька Р..

Показания в этой части ФИО1 подтверждаются показаниями свидетелей У2. и В., из которых следует, что после ухода из квартиры Р., ФИО1 выложил из карманов все, что взял в квартире, при этом денег не было, в магазин они не ходили, а через некоторое время ФИО1 ушел все возвращать потерпевшей.

В числе добровольно выданного ФИО1 имущества спустя короткий промежуток времени после его изъятия денег не было.

Из показаний потерпевшей Р. следует, что она не видела, как ФИО1 брал из кошелька деньги, она лишь после обнаружила их отсутствие. При этом из показаний потерпевшей также следует, что до этого она прятала кошелек от сожителя в микроволновку, но утром этого дня переложила его в сумку и деньги в нем были, а когда потом нашла кошелек под диваном, то <...> руб. в нем не оказалось.

Кроме того, суд исключил из обвинения квалифицирующий признак разбоя «с незаконным проникновением в жилище», указав, что разбойное нападение совершено днем, подсудимый вошел в квартиру потерпевшей через приоткрытую дверь с намерением разобраться в вопросе о хищении имущества свидетеля В., потерпевшая не высказывала требований покинуть ее жилище, что свидетельствует о том, что до проникновения в жилище потерпевшей у ФИО1 отсутствовал умысел на хищение ее имущества.

Придя к правильному выводу об отсутствии доказательств того, что в квартиру потерпевшей ФИО1 проник не с целью хищения, суд, тем не менее, не учел, что в квартиру потерпевшей, с которой ФИО1 не был знаком, он зашел без разрешения, воспользовавшись тем, что входная дверь не была заперта.

То, что потерпевшая не высказала ФИО1 требований покинуть ее жилище, учитывая нахождение ее в шоковом состоянии, как пояснила Р. в своих показаниях, от применения к ней ФИО1 непосредственно после вхождения в квартиру насилия, не свидетельствует о законности вторжения осужденного в квартиру потерпевшей и ее согласии на это, а то, что дверь не была заперта, не влияет на оценку действий ФИО1 как противоправных.

Таким образом, в квартиру потерпевшей ФИО1 зашел, не имея на то законных оснований, чем нарушил права и свободы потерпевшей, предусмотренные ст. 25 Конституции Российской Федерации.

Учитывая незаконность проникновения ФИО1 в квартиру, желание потерпевшей при обращении с заявлением в полицию привлечь его к уголовной ответственности за незаконное проникновение в квартиру, действия ФИО1 по вторжению в эту квартиру образуют самостоятельный состав преступления – нарушение неприкосновенности жилища, то есть незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица.

Таким образом, выводы суда о совершении ФИО1 разбоя, хищении им <...> руб. не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а обстоятельства, при которых ФИО1 оказался в квартире потерпевшей, судом вопреки требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ в описании преступного деяния не приведены, что влияет на правильность применения уголовного закона при решении вопросов, связанных с квалификацией содеянного и ставит под сомнение соблюдение судом положений ст. 73 УПК РФ и соответствие постановленного в отношении ФИО1 приговора требованиям ст. 297 УПК РФ.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения закона могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, судебная коллегия в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ отменяет приговор суда и постановляет новый обвинительный приговор.

Судом апелляционной инстанции на основании исследованных в суде первой инстанции доказательств установлено следующее.

<...> в дневное время ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, незаконно проник в квартиру <...>, против воли проживающей в этом жилище Р..

<...> в дневное время ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире <...>, куда он пришел по просьбе В. помочь ей вернуть ее мобильный телефон стоимостью <...> руб. и деньги в сумме <...> руб., которые, со слов В., у нее похитила Р., действуя умышленно, самовольно, вопреки установленному законом порядку возврата имущества В., потребовал от Р. вернуть В. мобильный телефон и <...> руб.

Поскольку Р. отрицала то, что взяла телефон и деньги В., а находившаяся в этой же квартире В. на этом неоднократно настаивала, ФИО1 продолжил требовать от Р. телефон и деньги В., при этом причинил Р. телесные повреждения в виде двух кровоподтеков лица, не повлекших вреда здоровью, держа за волосы, ударял головой о пол, приставлял к шее потерпевшей взятый в этой же квартире нож.

Так как Р. продолжала все отрицать, ФИО1, стремясь оказать помощь В., с целью принудить Р. к возврату В. телефона и денег, забрал из квартиры потерпевшей принадлежащие ей мобильный телефон «Редми 9А» стоимостью <...> руб., мобильный телефон «Вертекс Импресс Форест» стоимостью <...> руб., паспорт гражданина РФ на имя Р., банковские карты и скидочные карты магазинов, а также взял портмоне, в котором находился паспорт гражданина РФ и страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования на имя У., тем самым неправомерно завладел этим имуществом и документами, сказав Р., что вернет ей все это, когда она вернет В. ее телефон и <...> руб.

Своими действиями ФИО1 причинил Р. существенный вред в виде нарушения конституционного права потерпевшей на личную неприкосновенность в результате посягательства, сопряженного с применением к ней насилия и с угрозой его применения, причинения имущественного ущерба на сумму <...> руб.

При этом судебная коллегия, руководствуясь ч. 3 ст. 14 УПК РФ о том, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, должны толковаться в его пользу, исключает из обвинения ФИО1 указание о хищении им принадлежащих потерпевшей Р. денег в сумме <...> руб., поскольку бесспорных доказательств, подтверждающих обвинение в этой части, не представлено.

Действия ФИО1 судебная коллегия квалифицирует:

- по ч. 1 ст. 139 УК РФ как незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица;

- по ч. 2 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение причинивших существенный вред действий, правомерность которых оспаривается гражданином, с применением насилия и с угрозой его применения.

При назначении ФИО1 наказания судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, которые законом отнесены к категории преступлений небольшой и средней тяжести, данные о личности осужденного, состояние его здоровья, влияние наказания на исправление виновного, предусмотренные законом цели назначения наказания.

ФИО1 участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется как лицо, на которое жалобы не поступали, состоит на диспансерном наблюдении у нарколога, в браке не состоит, иждивенцев не имеет.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, судебная коллегия в соответствии с п. «и», «к» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ признает явку с повинной, активное способствование расследованию преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления, действия, направленные на заглаживание причиненного потерпевшим вреда, выразившиеся в добровольном заявлении ФИО1 до возбуждения уголовного дела о совершенных им в отношении потерпевшей действиях, сообщении неизвестных сотрудникам полиции сведений об этих действиях, что способствовало установлению обстоятельств преступлений, указании свидетелей преступлений, выдаче части изъятого у потерпевшей имущества и указании местонахождения другой его части, в результате чего оно было возвращено потерпевшей, принесение извинений потерпевшей, признание вины в содеянном.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не установлено.

Несмотря на нахождение ФИО1 в момент совершения преступлений в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается показаниями самого осужденного, потерпевшей Р., свидетелей У2. и В., судебная коллегия не усматривает оснований для признания этого обстоятельства отягчающим наказание, поскольку не представлено доказательств, указывающих на то, что состояние опьянения ФИО1 повлияло на его преступное поведение и обусловило совершение преступлений. Сам ФИО1 пояснил, что состояние опьянения не повлияло на его действия, они были обусловлены исключительно стремлением оказать помощь В. в возврате ее имущества.

Исходя из совокупности всех приведенных обстоятельств, судебная коллегия назначает ФИО1 наказание за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 139 УК РФ, в виде штрафа, за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 330 УК РФ, в виде лишения свободы как единственно предусмотренное санкцией этой статьи.

Предусмотренных законом оснований для назначения ФИО1 более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией ч. 2 ст. 330 УК РФ, не имеется, ввиду отсутствия по делу исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также других обстоятельств.

Не усматривает судебная коллегия и оснований для изменения категории этого преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, в частности способ совершения преступления, характер наступивших последствий.

При назначении ФИО1 наказания в виде штрафа, судебная коллегия, учитывая срок содержания осужденного под стражей, в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ размер штрафа смягчает наполовину.

При этом при назначении наказания в виде лишения свободы судебная коллегия применяет льготные правила ч. 1 ст. 62 УК РФ о назначении наказания в размере, не превышающем двух третей максимального его срока.

Учитывая, что к уголовной ответственности ФИО1 привлекается впервые, совершенное им преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 330 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести, по делу установлена совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о возможности исправления виновного без реального отбывания им наказания в местах лишения свободы, в связи с чем при отсутствии предусмотренных уголовным законом препятствий заменяет ему в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное за это преступление наказание в виде лишения свободы принудительными работами на тот же срок с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания в порядке, предусмотренном чч. 1, 2 ст. 60.2 УИК РФ.

Процент удержаний из заработной платы осужденного к принудительным работам в доход государства суд апелляционной инстанции назначает в пределах, соответствующих всем обстоятельствам дела в совокупности и данным о личности ФИО1.

Окончательное наказание ФИО1 судебная коллегия назначает на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, при этом штраф в соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ подлежит самостоятельному исполнению и уплате по реквизитам, указанным в апелляционном приговоре.

Со дня вступления апелляционного приговора в законную силу – 21 марта 2024 г. – меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу следует отменить, из-под стражи освободить.

Срок отбывания ФИО1 принудительных работ следует исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения в период с <...> (до дня вступления апелляционного приговора в законную силу) зачесть в срок принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Исковые требования потерпевшей Р. о компенсации причиненного преступлением морального вреда в сумме <...> руб. судебная коллегия в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ находит частично обоснованными, поскольку в результате преступления потерпевшей причинены физические и нравственные страдания.

Принимая во внимание степень вины осужденного, его материальное положение, отсутствие сведений о нетрудоспособности, все обстоятельства дела, степень причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий в связи с применением к ней осужденным угрозы применения насилия и причинения телесных повреждений, которые, хотя и не повлекли вреда здоровью, но причинили физическую боль и ограничили на время ее социальную активность в связи с синяками на лице, а также учитывая принципы разумности и справедливости, судебная коллегия компенсацию морального вреда потерпевшей определяет в размере <...> руб.

В удовлетворении исковых требований потерпевшей Р. о взыскании материального ущерба в сумме <...> руб. судебная коллегия отказывает в связи с недоказанностью факта хищения ФИО1 у потерпевшей этой суммы.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

отменить приговор Шадринского районного суда Курганской области от 30 января 2024 г. в отношении ФИО1 и вынести апелляционный приговор.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 139, ч. 2 ст. 330 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде штрафа в размере <...> руб.;

- по ч. 2 ст. 330 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 года.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное ФИО1 по ч. 2 ст. 330 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменить принудительными работами на срок 3 года с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ смягчить наказание в виде штрафа до <...>.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 139, ч. 2 ст. 330 УК РФ, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде принудительных работ на срок 3 года с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства и штрафа в размере <...>., который в соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу отменить, из-под стражи освободить.

В соответствии с ч. 1 ст. 60.2 УИК РФ определить ФИО1 самостоятельное следование к месту отбывания наказания в виде принудительных работ за счет государства после получения в территориальном органе уголовно-исполнительной системы по месту жительства осужденного предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Срок отбывания принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения в период с <...> – до дня вступления апелляционного приговора в законную силу зачесть в срок принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Гражданский иск потерпевшей Р. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу <...> компенсацию морального вреда в размере <...>.

В удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба в сумме <...> отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- паспорт гражданина РФ на имя Р.., мобильный телефон «Редми 9А», мобильный телефон «Вертекс Импресс Форест», 6 карт скидок, 8 банковских карт, портмоне, паспорт гражданина РФ и СНИЛС на имя У., возвращенные законным владельцам Р.. и У.., – считать возвращенными по принадлежности;

- нож, хранящийся в СЧ по РОПД СУ УМВД России по Курганской области, – возвратить Р.., при не истребовании в течение 2 месяцев уничтожить.

Реквизиты для перечисления суммы штрафа:

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

Апелляционный приговор может быть обжалован в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через Шадринский районный суд Курганской области в течение шести месяцев со дня вынесения, по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи