Решение № 2А-445/2024 2А-445/2024~М-362/2024 М-362/2024 от 6 октября 2024 г. по делу № 2А-445/2024

Дело № 2а-445/2024

Мотивированное
решение составлено 07 октября 2024 года.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 сентября 2024 года село Ловозеро

Ловозерский районный суд Мурманской области, в составе председательствующего судьи Костюченко К.А.,

при секретаре Бойко А.Ю.,

с участием административного истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России о присуждении компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания,

У С Т А Н О В И Л :

Истец обратился в суд с указанным административным иском к ответчикам, указав в обоснование, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, где содержался с лицами, ранее отбывавшими лишение свободы, осуждёнными, в том числе, при опасном рецидиве преступлений, а также с ВИЧ-инфицированными и больными гепатитом. С первых же дней его прибытия в исправительное учреждение лица, осуждённые при опасном рецидиве и неоднократно отбывавшие наказание в виде лишения свободы, склоняли его к соблюдению воровских законов, традиций и правил – пить крепкий чай, сдавать в "воровской общак" сигареты, чай, другие продукты и вещи, пропагандировали движение <данные изъяты>, что он вынужден был терпеть на протяжении 10 месяцев. Кроме того, содержа его в одних помещениях с больными осуждёнными, ответчики подвергали его жизнь и здоровье опасности. Полагал указанные действия (бездействие) незаконными и дающими ему право на присуждение компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания, которую просил взыскать из расчёта 1 000 рублей за один день ущемления его прав.

Истец в судебном заседании доводы иска поддержал, указав, что крепкий чай не пил, в "воровской общак" сигареты, чай, другие продукты и вещи не сдавал, "воровских" традиций не придерживался и не придерживается, письменных жалоб относительно оказываемого на него влияния администрации учреждения не подавал, в контролирующие и надзорные органы их не направлял, каких-либо вирусных заболеваний – ВИЧ-инфекции или гепатитов, не имеет.

Представитель ответчиков в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в своё отсутствие, представил письменные возражения на иск.

С учётом изложенного суд рассмотрел дело в отсутствие представителя ответчиков.

Заслушав административного истца, изучив материалы дела, материалы его личного дела, как осуждённого, за период отбывания наказания в виде лишения свободы, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 55 Конституции Российской Федерации, перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 10 УИК Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осуждённых, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пп. 4 и 6 п. 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН России), утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, одними из основных задач ФСИН России являются обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы или в виде принудительных работ, и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осуждённых, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов; создание осуждённым и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 12.1 УИК Российской Федерации лицо, осуждённое к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счёт казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осуждённого в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учётом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии со ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 "Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации" учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе, создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осуждённых, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осуждённых, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Частью 3 ст. 101 УИК Российской Федерации установлено, что администрация исправительных учреждений несёт ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осуждённых.

Как установлено в ходе судебного разбирательства административный истец отбывал наказание в виде лишения свободы по приговору Мурманского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, с учётом постановления Кольского районного суда Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ, сроком 14 лет 06 месяцев за совершение преступлений, предусмотренных п.п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК Российской Федерации (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 26-ФЗ), п.п. "е, ж, з" ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 222 и ч. 5 ст. 33 ч. 1 ст. 223 УК Российской Федерации, в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области содержался с ДД.ММ.ГГГГ до освобождения ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока наказания, по указанному выше приговору отягчающим ему наказание обстоятельством был признан рецидив преступлений.

Оценивая доводы истца о ненадлежащих условиях отбывания наказания, связанных с совместным содержанием его с ВИЧ-инфицированными осуждёнными и больными гепатитом, суд исходит из следующего.

Согласно положениям ч. 5 ст. 80 УИК Российской Федерации осуждённые, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных.

Согласно ст. 5 Федерального закона от 30 марта 1995 года № 38-ФЗ "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)", ВИЧ-инфицированные граждане Российской Федерации обладают на её территории всеми правами и свободами и несут обязанности в соответствии с Конституцией Российской Федерации, законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Частью 2 ст. 101 УИК Российской Федерации ранее была предусмотрена организация в уголовно-исполнительной системе специализированных лечебно-исправительных учреждений для медицинского обслуживания и отбывания наказания больных открытой формой туберкулёза, алкоголизмом и наркоманией, ВИЧ - инфицированных осуждённых.

Между тем, Федеральным законом от 9 марта 2001 года № 25-ФЗ из ч. 2 ст. 101 УИК Российской Федерации данная норма исключена, в связи с чем в настоящее время ВИЧ-инфицированные осуждённые отбывают наказание в тех же исправительные учреждениях, где и здоровые осуждённые. Угрозы для жизни и здоровья содержащихся осуждённых вместе с ВИЧ-инфицированными не имеется.

Согласно Методическим указаниям по организации лечебно-диагностической помощи и диспансерного наблюдения за больными ВИЧ-инфекцией и СПИДом, являющимся приложением к Приказу Министерства здравоохранения и медицинской промышленности Российской Федерации от 16 августа 1994 года № 170, источником ВИЧ-инфекции является человек. Почти во всех биологических жидкостях инфицированного человеческого организма (кровь, сперма, спинномозговая жидкость, грудное молоко, влагалищный и цервикальный секрет) в различной концентрации обнаруживаются вирусные частицы.

ВИЧ может передаваться при половых контактах, при переливании инфицированной крови и её препаратов, использовании контаминированного ВИЧ медицинского инструментария, от инфицированной матери ребёнку и от инфицированного ребёнка матери во время кормления грудью, а также от инфицированной матери ребёнку во время беременности и родов.

Согласно разъяснениям Департамента государственного санитарно-эпидемиологического надзора Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29 сентября 2003 года ВИЧ-инфекция относится к медленным инфекциям с длительным периодом носительства, от момента заражения до развития заболевания может пройти от 5 до 10 лет. При условии соблюдения морально-этических и санитарно-гигиенических норм ВИЧ-инфицированные не представляют угрозы для окружающих, в связи с чем совместное содержание лиц, инфицированных вирусом иммунодефицита человека, и здоровых подозреваемых, обвиняемых и осуждённых в учреждениях уголовно-исполнительной системы считается допустимым.

На людей, диагностированных как "ВИЧ-инфицированные", распространяются все действующие положения, касающиеся прав граждан и пациентов, предусмотренных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами Российской Федерации, которые обязательны для исполнения государственными, общественными и частными органами и организациями, в том числе учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, которые не являются исключением.

Согласно Постановлению Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 января 2021 года № 4 "Об утверждении санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 "Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней" (вместе с "СанПиН 3.3686-21. Санитарные правила и нормы..."), вирус гепатита C обладает сравнительно невысокой устойчивостью к воздействию факторов окружающей среды. Полная инактивация вируса наступает через 30 минут при температуре 60°C и через 2 минуты при температуре 100°C. Вирус чувствителен к ультрафиолетовому облучению, воздействию растворителей липидов и широкому спектру дезинфицирующих средств. При гепатите C основное эпидемиологическое значение имеют не выявленные лица с бессимптомным течением острой или хронической формы инфекции. Основным фактором передачи вируса гепатита C является кровь или её компоненты, в меньшей степени - другие биологические жидкости человека (сперма, вагинальный секрет, слезная жидкость, слюна и другие). Ведущее эпидемиологическое значение при гепатите C имеют искусственные пути передачи возбудителя, которые реализуются при проведении немедицинских и медицинских манипуляций, сопровождающихся повреждением кожи или слизистых оболочек, а также манипуляций, связанных с риском их повреждения. Риск заражения гепатитом C среди постоянных гетеросексуальных партнеров, один из которых болен хроническим гепатитом C, составляет 1,5% (при отсутствии других факторов риска). Инфицирование вирусом гепатита C при немедицинских манипуляциях, сопровождающихся повреждением кожи или слизистых оболочек, происходит при инъекционном введении наркотических средств (наибольший риск), нанесении татуировок, пирсинге, ритуальных обрядах. Инфицирование вирусом гепатита C возможно при медицинских манипуляциях: переливании крови или её компонентов, пересадке органов или тканей и процедуре гемодиализа (высокий риск), через медицинский инструментарий для парентеральных вмешательств, лабораторный инструментарий и другие изделия медицинского назначения, контаминированные вирусом гепатита C.

Таким образом, ВИЧ-инфицированные лица и лица с вирусным гепатитом C не изолируются от основной массы обвиняемых, подозреваемых и осужденных, так как не имеют эпидемиологических противопоказаний, и совместное содержание здоровых и ВИЧ-инфицированных осуждённых действующему законодательству не противоречит.

Как следует из п.п. 698, 701, 703, 710 Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 января 2021 года № 4 "Об утверждении санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 "Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней" (вместе с "СанПиН 3.3686-21. Санитарные правила и нормы..."), помимо сходных с вирусом гепатита C особенностей, вирус гепатита В характеризуется высокой контагиозностью и устойчивостью к действию факторов окружающей среды. В цельной крови и её препаратах вирус гепатита В сохраняется годами, при комнатной температуре остается контагиозным на предметах окружающей среды в течение одной недели. Вирус гепатита В чувствителен к воздействию растворителей липидов и широкому спектру дезинфицирующих средств, инактивируется при кипячении в течение 30 мин. Основными источниками гепатита В являются больные хроническими формами инфекции, заражение вирусом гепатита В от больных в острой стадии имеет место лишь в 4 - 6% случаях. Основными факторами передачи вируса гепатита В являются кровь и другие биологические жидкости организма (сперма, вагинальное отделяемое, слюна). Возможна передача вируса гепатита В в быту посредством совместного использования контаминированных вирусом различных предметов гигиены, в том числе бритвенных и маникюрных принадлежностей, зубных щеток, полотенец, ножниц, при этом передача вируса возможна при отсутствии на предметах видимой крови.

Из сообщения начальника ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда следует, что представить информацию о таких больных не представляется возможным, в том числе по причине ограниченного срока хранения формы №/у "Контрольная карта диспансерного учёта" 5 лет.

При этом объективных данных, свидетельствующих о совместном содержании ФИО1 с лицами, больными гепатитом В, в ходе судебного разбирательства установлено не было.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", в силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишённых свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу, прокурору, а также иным лицам, обратившимся в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц или неопределенного круга лиц, надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, или лица, в интересах которого подано административное исковое заявление, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишённых свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются) (статьи 62, 125, 126 КАС РФ).

В рамках настоящего дела административным истцом какие-либо доказательства, подтверждающие наличие заявленных им нарушений условий его содержания в исправительном учреждении не представлены, при том, что такие сведения у ответчиков в полном объёме не сохранились и таким средством доказывания, как допрос свидетелей, они подтверждены быть не могут.

Таким образом, суд учитывает, что обратившись в суд с административным иском в ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 7 лет и 7 месяцев после освобождения из ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области по отбытии срока наказания, именно административный истец способствовал созданию ситуации невозможности представления административным ответчиком доказательств по делу.

Обращение в суд с административным иском по истечении столь значительного промежутка времени после событий, которые, по мнению административного истца, имели место, свидетельствует о злоупотреблении им своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

Кроме того, в судебном заседании установлено и из пояснений административного истца следует, что заболеваний ВИЧ-инфекции, гепатиты В и С он не имел и не имеет, морально-этические и санитарно-гигиенические нормы в период отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области соблюдал надлежащим образом, что свидетельствует об отсутствии каких-либо нарушений его прав с о стороны ответчиков и отсутствии оснований для присуждения ему заявленной компенсации.

Касаемо доводов административного истца о незаконном содержании его с лицами, ранее отбывавшими лишение свободы, в том числе осуждёнными при опасном рецидиве, что влечёт за собой, по его мнению, присуждение компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания, суд учитывает следующее.

В силу ч. 2 ст. 80 УИК Российской Федерации лица, впервые осуждённые к лишению свободы, содержатся отдельно от осуждённых, ранее отбывавших лишение свободы. Изолированно от других осуждённых содержатся: осуждённые при опасном рецидиве, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений; осуждённые к пожизненному лишению свободы; осуждённые, которым смертная казнь заменена в порядке помилования лишением свободы на определённый срок.

Раздельное содержание осужденных по вышеуказанному принципу обусловлено необходимостью огородить лиц, ранее не сталкивавшихся с криминальной субкультурой и не подвергшихся её влиянию, от тех, кто уже имеет криминальный опыт и может обесценить работу сотрудников уголовно-исполнительной системы по исправлению осуждённых. В противном случае нивелируется одна из главных целей уголовного наказания – исправление. Подобное разделение осуждённых связано, в первую очередь, с защитой прав осуждённых, впервые попавших в места лишения свободы, и не затрагивает права лиц, ранее отбывавших наказание в исправительных учреждениях.

Из материалов дела следует, что до перевода ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области административный истец содержался в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Мурманской области, откуда был переведён на основании распоряжения врио начальника УФСИН России по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Из письма начальника ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что согласно требованиям Инструкции по делопроизводству в Федеральной службе исполнения наказаний, Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы с указанием сроков хранения документы по условиям содержания ФИО1 в исправительном учреждении за 2016 год уничтожены по истечении установленного срока хранения, что свидетельствует о невозможности достоверного установления факта его содержания с лицами, ранее отбывавшими лишение свободы, а также с осуждёнными за совершение преступлений в условиях опасного рецидива.

Учитывая изложенное, обращение административного истца в суд с административным иском по истечении значительного промежутка времени после событий, которые, по его мнению, имели место, в то время как административные ответчики в настоящее время лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений, свидетельствует, как указано выше, о злоупотреблении ФИО1 своими процессуальными правами, что в силу ст. 10 ГК Российской Федерации является недопустимым.

Кроме того, судом учитывается и то обстоятельство, что даже установленный факт совместного его содержания с лицами, ранее отбывавшими лишение свободы, осуждёнными при опасном рецидиве сам по себе не может являться безусловным основанием для взыскания в его пользу денежной компенсации.

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", условия содержания осуждённых в исправительных учреждениях должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психологических последствий такого обращения.

Только существенные отклонения от установленных законом требований могут быть оценены судом в качестве нарушения условий содержания лица в соответствующем исправительном учреждении.

Анализ приведённых разъяснений позволяет сделать вывод о том, что пребывание гражданина в пенитенциарном учреждении неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства. При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

В судебном заседании установлено, что на момент постановления ДД.ММ.ГГГГ Мурманским областным судом приговора, которым ФИО1 был осуждён за совершение трёх умышленных преступлений – убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, по найму группой лиц по предварительному сговору общеопасным способом; пособничество в незаконном изготовлении взрывного устройства; незаконное приобретение, хранение, передача, перевозка боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывного устройства группой лиц по предварительному сговору, отнесённых к категории особой тяжести, тяжкому и средней тяжести соответственно, он имел судимость по приговору Кольского районного суда Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ за совершение преступления, предусмотренного п.п. "а, г" ч. 2 ст. 161 УК Российской Федерации, то есть за совершение грабежа – открытого хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору и с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, отнесённого к категории тяжких.

Несмотря на то, что в силу ч. 6 ст. 86 УК Российской Федерации погашение судимости аннулирует все правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом, связанные с судимостью, суд при решении вопроса об отсутствии оснований для взыскания в пользу ФИО1 денежной компенсации учитывает, что приговором Первомайского районного суда города Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ он был осуждён за совершение умышленных корыстных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 144, ст. 15 ч. 2 ст. 144, ч. 2 ст. 144, ст. 15 ч. 2 ст. 144 и ч. 2 ст. 145 УК Российской Федерации, которые на момент постановления приговора были отнесены к категории тяжких, к 02 годам 06 месяцам лишению свободы в воспитательно-трудовой колонии общего режима, откуда был освобождён по постановлению Невельского районного суда Псковской области от ДД.ММ.ГГГГ, что в совокупности с иными установленными по делу обстоятельствами свидетельствует о том, что он, продолжая совершать преступления, должных выводов для себя не сделал и на путь исправления не встал, что косвенно подтверждается и его текущим статусом, как подсудимого по уголовному делу по обвинению в совершении умышленного тяжкого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 234 УК Российской Федерации, содержащегося с ДД.ММ.ГГГГ в следственных изоляторах ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Из материалов дела и материалов личного дела ФИО1 следует, что за период отбывания наказания в виде лишения свободы по приговору Мурманского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Мурманской области, в котором отбывают наказание лица, которым впервые назначено наказание в виде лишения свободы, и где ФИО1 содержался большую часть срока лишения свободы – почти 06 лет и 09 месяцев, он характеризовался отрицательно – мероприятия воспитательного характера посещал, но положительных выводов для себя не делал, желание трудиться не изъявлял, в работах по благоустройству колоний и отрядов участия не принимал, к учёбе относился недобросовестно, допускал пропуски занятий, имел нарекания со стороны преподавателей, отношения поддерживал с осуждёнными, не вставшими на путь исправления и характеризующимися отрицательно, нуждался в систематическом контроле со стороны администрации исправительного учреждения, допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, за что с ним неоднократно проводились беседы и применялись меры дисциплинарного воздействия, в том числе в виде водворения в ШИЗО; по характеру уживчив, способен оказывать давление.

С учётом изложенного, поведения ФИО1 за весь период отбывания наказания, в том числе до перевода его для дальнейшего отбывания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, его психологических характеристик, пояснений самого ФИО1, из которых следует, что в указанном исправительном учреждении какому-либо негативному влиянию со стороны других осуждённых, о которых им заявлено в иске и дополнении к нему, он не подвергался, при этом из справки врио начальника оперативного отдела учреждения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в 2016 году в нём не содержалось лидеров и активных участников уголовно-преступной среды, в то время как осуждённые отрицательной направленности содержались в помещениях камерного типа в изоляции от основной массы осуждённых, пропаганды так называемого движения <данные изъяты>, являющимся по своей сути молодёжным сообществом, состоящим из несовершеннолетних и лиц молодого возраста, к которым ФИО1 не отнесён, от осуждённых не исходило, каких-либо обращений и заявлений от них о склонении к соблюдению так называемых "воровских традиций" в администрацию не поступало, в том числе и от самого истца, суд полагает, что даже в случае наличия единичных фактов, подтверждающих возможное его содержание на протяжении 10 месяцев с лицами, ранее отбывавшими наказание в виде лишения свободы, в том числе осуждёнными при опасном рецидиве, не могло привести к нивелированию такой главной цели уголовного наказания, как исправление административного истца, в связи с чем не усматривает каких-либо нарушений его прав, которые подлежат восстановлению путём присуждения ему соответствующей компенсации, и отказывает ФИО1 в удовлетворении заявленных им требований.

Разрешая вопрос о понесённых судом при рассмотрении дела судебных издержках, суд учитывает, что в соответствии с ч. 2 ст. 114 КАС Российской Федерации при отказе в иске судебные расходы, понесённые судом в связи с рассмотрением административного дела, взыскиваются с административного истца, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в доход федерального бюджета.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было отказано в удовлетворении ходатайства об освобождении от уплаты государственной пошлины при подаче иска, при это была предоставлена отсрочка её уплаты до рассмотрения иска по существу.

С учётом изложенного, поскольку в удовлетворении заявленных им требований судом отказано, при этом оснований для освобождения от уплаты государственной пошлины, предусмотренных положениями ст. 333.36 НК Российской Федерации, не установлено и в ходе судебного разбирательства, а напротив, из представленных суду администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области следует, что на лицевой счёт ФИО1 регулярно поступают денежные средства в размере, достаточном для уплаты государственной пошлины, она подлежит с него взысканию в доход федерального бюджета в размере 300 рублей, исчисленном в соответствии с ч. 1 ст. 333.19 НК Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России о присуждении компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания отказать.

Взыскать с ФИО1 госпошлину в доход федерального бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ловозерский районный суд Мурманской области в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий К.А. Костюченко