Решение № 2-2680/2025 2-2680/2025~М-1738/2025 М-1738/2025 от 10 декабря 2025 г. по делу № 2-2680/2025

№ 2-2680/2025

36RS0005-01-2025-002465-25


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 ноября 2025 года г. Воронеж

Советский районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Корпусовой О.И.,

при секретаре Стародубцеве А.А.,

с участием ответчика ФИО1 и его представителя по ходатайству ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску АО ГСК «Югория» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, судебных расходов,

установил:

АО ГСК «Югория» обратилось в Советский районный суд г. Воронежа с иском к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 27.11.2024 по адресу: <адрес>, произошло ДТП с участием транспортного средства <данные изъяты>, под управлением ФИО3, и транспортного средства <данные изъяты>, под управлением ФИО1 Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в АО «ГСК «Югория» по полису XXX №. Гражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП была застрахована в ООО «СК «Согласие» по договору ОСАГО серии XXX №. Согласно первоначальному административному материалу (постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 28.01.2025), степень вины участников в указанном ДТП установлена не была, в связи с чем страховая выплата по договору ОСАГО предполагалась в размере 50% от размера ущерба. 05.03.2025 ФИО1 обратился в АО ГСК «Югория» с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по ОСАГО, в котором просил осуществить выплату по договору ХХХ №. 01.04.2025 между АО ГСК «Югория» и ФИО1 заключено соглашение об урегулировании убытков по договору ОСАГО, согласно которому стороны достигли согласия о размере страхового возмещения, в сумме 165 930 рублей. 02.04.2025 АО ГСК «Югория» произвело страховую выплату ФИО1 в размере 165 930 рублей (50% от стоимости восстановительного ремонта), что подтверждается платежным поручением №126800 от 02.04.2025. Однако, 11.04.2025 АО ГСК «Югория» от страховой компании «Согласие» стало известно, что заключением эксперта ЭКЦ ГУ МВД России, назначенным в рамках административного расследования, установлено, что у водителя <данные изъяты> ФИО3 несоответствия требованиям ПДД не усматривается. Таким образом, в ДТП от 27.11.2024 единственным виновником является ФИО1, в связи с чем, на его стороне образовалось неосновательное обогащение в размере произведенной страховой выплаты в сумме 165 930 рублей. Считая свои права нарушенными, истец обратился в суд с настоящим иском, в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 165 930 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 977,90 рублей (т.1 л.д.7-8).

Истец АО ГСК «Югория» для участия в судебном заседании своего представителя не направил, о дате, месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, согласно письменного заявления просил рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Ответчик ФИО1 и его представитель по ходатайству ФИО2 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных исковых требований по основаниям и доводам, изложенным в письменных возражениях (т.2л.д.31-32).

Третье лицо – ФИО3 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела по адресу его регистрации в соответствии со ст. 113 ГПК Российской Федерации. Извещение, направленное в адрес третьего лица возвращено в суд с пометкой «истек срок хранения».

Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК Российской Федерации лица, участвующие в деле, самостоятельно используют принадлежащие им процессуальные права и обязанности, и должны использовать их добросовестно.

В силу п. 1 ст. 165.1 ГК Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту регистрации корреспонденцией, является риском самого гражданина, и он несет все неблагоприятные последствия такого бездействия.

Как разъяснено в абз. 2 п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», извещение будет считаться доставленным адресату, если он не получил его по своей вине в связи с уклонением адресата от получения корреспонденции, в частности, если оно было возвращено по истечении срока хранения в отделение связи.

В п. 68 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что ст. 165.1 ГК Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Факт неполучения извещения, своевременно направленного по месту регистрации третьего лица заказной корреспонденцией, расценивается судом как отказ от получения судебного извещения (ч. 2 ст. 117 ГПК Российской Федерации).

Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу, в связи с чем, на основании статьи 167 ГПК Российской Федерации, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителя истца, третьего лица.

Заслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, исследовав представленные по делу письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Как указано в п.1 и п.6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.

Согласно п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховой полис является доказательством, подтверждающим заключение договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, пока не доказано иное.

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с ч.3, 4 ст. 391 ГК Российской Федерации, договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной Законом об ОСАГО, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Таким образом, из приведенных норм следует, что выплата страхового возмещения по ОСАГО производится потерпевшему лицу.

Если степень вины участников ДТП судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики в равных долях несут установленную Законом №40-ФЗ Об ОСАГО обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате ДТП.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого Кодекса.

Указанная статья Гражданского кодекса Российской Федерации дает определение понятия неосновательного обогащения и устанавливает условия его возникновения.

Так, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Пунктом 4 статьи 1109 этого же кодекса установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, приобретенное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего.

Правила, предусмотренные главой 60 названного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком и наличие законных оснований для возврата, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Вместе с тем требование из неосновательного обогащения при наличии между сторонами обязательственных правоотношений может возникнуть вследствие исполнения договорной обязанности, если в последующем правовое основание для такого исполнения отпало. Следовательно, неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вред владельцам источников повышенной опасности, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

С учетом приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора о возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается представленными материалами дела, 27.11.2024 на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО3 и автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО1, что подтверждается постановлением о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 28.01.2025 (т.1л.д.117).

Прибывшим на место ДТП экипажем ОБДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Воронежу были оформлены материалы ДТП, возбуждено дело об административном правонарушении и проведения административного расследования 36ВП112673. На месте происшествия свидетелей дорожно-транспортного происшествия не установлено. В ходе проведения административного расследования были изучены объяснения участников ДТП, схема места происшествия, характер повреждений транспортных средств, фото и видеоматериалы. По поступившему ходатайству назначена комплексная видео-автотехническая судебная экспертиза, производство которой поручено ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области, которая на день вынесения постановления не окончена, устранить противоречия между участниками ДТП, водителями ФИО3 и ФИО1 не представилось возможным.

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в АО ГСК «Югория» по договору ОСАГО серии XXX № со сроком страхования с 26.11.2024 по 25.11.2025 (т.1л.д.128).

12.03.2025 ФИО1 обратился в АО ГСК «Югория» с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (т.1л.д.121-123).

01.04.2025 между ФИО1 и АО ГСК «Югория» было заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО (прямое урегулирование убытков), согласно которому стороны достигли согласия о размере страхового возмещения по указанному страховому событию в сумме 165 930 рублей (т.1л.д.126-127).

02.04.2025 АО ГСК «Югория» произвело выплату страхового возмещения в пользу ФИО1, на основании страхового акта №057/25-000261/01/10 ПВУ от 01.04.2025 по договору 57/24-ХХХ-№, без НДС в размере 165 930 рублей, что подтверждается платежным поручением №126800 (т.1л.д.125).

Обращаясь в суд с настоящим иском АО ГСК «Югория» ссылается на то, что после исполнения своих обязательств по договору ОСАГО 11.04.2025 страховщику стало известно о том, что согласно заключению экспертизы ЭКЦ ГУ МВД России, назначенной в рамках административного расследования, у водителя автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО3 несоответствий требованиям ПДД Российской Федерации не усматривается, в виду чего, единственным виновником ДТП 27.11.2024 является ФИО1 Таким образом, на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в размере произведенной страховой выплаты в сумме 165 930 рублей.

Заключением эксперта №136/137 от 20.02.2025 ЭКЦ ГУ МВД России установлено:

вопрос о технической возможности в отношении водителя автомобиля <данные изъяты> экспертом не решался по причине, указанной в исследовательской части заключения;

в заданных условиях дорожной обстановки водитель автомобиля <данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие;

в заданных условиях дорожной обстановки водитель автомобиля <данные изъяты> должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 6.2 с учетом пункта 6.14 и пунктов 10.1 и 10.2 «Правил дорожного движения Российской Федерации»;

в заданных условиях дорожной обстановки водитель автомобиля <данные изъяты> должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 13.4 «Правил дорожного движения Российской Федерации»;

действия водителя автомобиля «<данные изъяты>, не соответствуют требованиям абзаца 1 пункта 10.1 и пункта 10.2 «Правил дорожного движения Российской Федерации» в части выбора скорости для движения. Водитель автомобиля <данные изъяты>, двигался со скоростью в интервале от 72,82 км/ч до 86,04 км/ч (исходя из видео-технического исследования), что не соответствует максимально разрешенной скорости на данном участке дороги 60 км/ч.;

в действиях водителя автомобиля <данные изъяты>, несоответствий требованиям пункта 6.2 с учетом пункта 6.14 и абзаца 2 пункта 10.1 «Правил дорожного движения Российской Федерации» не усматривается;

действия водителя автомобиля <данные изъяты>, не соответствовали требованиям пункта 13.4 «Правил дорожного движения Российской Федерации». Водитель автомобиля <данные изъяты>, при повороте налево по зеленому сигналу светофора не уступил дорогу автомобилю <данные изъяты>, движущемуся со встречного направления;

решение вопроса о том, чьи действия из участников рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, не имеет смысла и экспертом не проводилось.

Данные обстоятельства подтверждаются административным материалом по факту ДТП от 27.11.2024 имевшего место по адресу: <адрес> участием автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты>, представленного ОБДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Воронежу, который исследовался в судебном заседании.

Определением Советского районного суда г. Воронежа от 07.08.2025 по ходатайству стороны ответчика по делу назначена комплексная судебная трасологическая, автотехническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО Бюро экспертиз и оценки «Резон».

На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1.Определить механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 27.11.2024 с участием транспортного средства <данные изъяты> и транспортного средства <данные изъяты>?

2.Как согласно требованиям ПДД Российской Федерации должны действовать водители указанных транспортных средств в рассматриваемой дорожной ситуации и какими пунктами ПДД Российской Федерации должны были руководствоваться водители?

3.Действия кого из водителей с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием 27.11.2024 с участием транспортного средства <данные изъяты> и транспортного средства <данные изъяты>?

ООО Бюро экспертиз и оценки «Резон» проведено экспертное исследование. Заключение №161/2025 от 02.10.2025 представлено в материалы гражданского дела (т.1л.д.185-212).

Согласно выводов судебной экспертизы №161/2025 от 02.10.2025, из анализа, проведенного исследования, представленного административного материала, видеоматериала момента ДТП, можно представить механизм происшествия следующим образом:

- до происшествия автомобили <данные изъяты> и <данные изъяты> двигались во встречном направлении;

- автомобиль <данные изъяты> движется по <адрес> проспекта в левом ряду с включенным левым указателем поворота, выезжая на перекресток останавливается, и пропускает ТС движущие во встречном направлении на разрешающий сигнал светофора (см. изображения 12-13);

- изначально автомобиль <данные изъяты> движется в правом ряду со стороны <адрес> моста за ТС (изображение 14-15) с превышением скорости (согласно заключению эксперта №136/137 от 20.02.2025г. ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области);

- далее, транспортное средство, находившееся перед автомобилем <данные изъяты>, приближаясь к регулируемому перекрёстку, начало снижение скорости при включении предупреждающего зеленого мигающего сигнала светофора (см. изображение 16) и окончательно остановилось перед стоп-линией дорожной разметки 1.12 («стоп-линия») на жёлтый сигнал светофора (см. изображение 18);

- автомобиль <данные изъяты>, продолжая двигаться без снижения скорости и не включив левый сигнал поворота, осуществляет перестроение влево, пересекая сплошную линию дорожной разметки 1.1 (см. изображения 16-17). После перестроения автомобиль движется по левой полосе и проезжает через стоп-линию разметки 1.12 («стоп-линия») на жёлтый сигнал светофора, продолжая своё движение (см. изображение 18);

-автомобиль <данные изъяты> (когда транспортное средство движущееся во встречном направлении в правой полосе остановилось) начинает совершать маневр поворота на лево (см. изображение 16).

- в процессе сближения транспортных средств, автомобиль <данные изъяты> продолжает движение с поворотом налево, а автомобиль <данные изъяты> изменяет направление движения вперед и направо (см. изображение 19-20), в результате чего происходит столкновение передней части кузова автомобиля <данные изъяты> с передней правой угловой частью кузова автомобиля <данные изъяты> (см. изображение 21);

- в момент первичного столкновения автомобиль <данные изъяты>, контактирует передним бампером с правой частью переднего бампера автомобиля <данные изъяты> (см. изображение 22);

- далее происходит внедрение транспортных средств друг в друга, сопровождаемое деформацией их частей;

- автомобиль <данные изъяты>, обладающий большим запасом кинетической энергии, передает часть энергии автомобилю <данные изъяты> и израсходовав энергию ТС останавливается (см. изображение 23-24).

- автомобиль <данные изъяты> от полученного импульса энергии от автомобиля <данные изъяты> совершает вращение примерно на 90 градусов по направлению против хода часовой стрелки и, израсходовав энергию, останавливается (см. изображение 23-24).

Руководствуясь ПДД Российской Федерации, водитель автомобиля <данные изъяты>, ФИО3:

- согласно п. 10.2 ПДД РФ должен был осуществлять движение со скоростью не превышающей 60 км/ч;

- согласно п. 1.3 ПДД РФ и п. 1.1. Приложения №2 к ПДД РФ, должен был соблюдать горизонтальную дорожную разметку (линию 1.1. - обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах), т.е. осуществлять движение строго по полосам движения;

- согласно п. 8.1 ПДД РФ при перестроении обязан подать световой сигнал левого указателя поворота;

- согласно п. 6.2 и п. 6.13 ПДД РФ должен был руководствоваться сигналами светофора при включении зеленого мигающего сигнала светофора должен был начать снижать скорость (учитывая, что движущийся впереди в той же полосе автомобиль начал снижать скорость движения) и на желтый сигнал светофора остановиться перед стоп-линией;

- согласно п. 10.1 при возникновении опасности (маневра «поворота», автомобиля <данные изъяты>) должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Руководствуясь ПДД, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО1, согласно п.8.1 перед поворотом обязан подавать сигналы световыми показателями поворота соответствующего направления, согласно п.8.5 обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, согласно п.13.4 при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо, и согласно п.10.1 при возникновении опасности (проезд автомобиля <данные изъяты>) должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

С технической точки зрения причиной любого столкновения автомобилей (ДТП), является пересечение траекторий движения ТС в одном и том же месте пространства, в одно и то же время.

Определение действий водителей, которые находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием 27.11.2024 с участием транспортного средства <данные изъяты> и транспортного средства <данные изъяты>, а также определение степени вины, выходят за рамки компетенции эксперта. Решение данного вопроса является прерогативой органов следствия, дознания или суда.

В судебном заседании ответчик ФИО1 и его представитель по ходатайству ФИО2 заявили ходатайство о назначении по делу дополнительной судебной комплексной автотехнической, трасологической экспертизы.

Назначение дополнительной судебной экспертизы, суд признал необходимым в связи с неполнотой и отсутствием достаточной ясности ранее данного заключения №161/2025 от 02.10.2025 ООО Бюро экспертиз и оценки «Резон».

Определением суда от 28.10.2025 по делу была назначена дополнительная судебная комплексная автотехническая, трасологическая экспертиза, производство которой поручено экспертам АНО «АТЭК».

На разрешение экспертов поставлен следующий вопрос:

1. Соответствовали ли действия водителей транспортного средства <данные изъяты> и транспортного средства <данные изъяты> с технической точки зрения требованиям ПДД Российской Федерации (ДТП от 27.11.2024)? Если нет, то у кого из водителей и в чем выразилось несоответствии ПДД Российской Федерации?

Согласно заключению дополнительной судебной экспертизы №20413 АНО «АТЭК» установлено: с технической точки зрения действия водителя ФИО3 <данные изъяты>) не соответствовали следующим пунктам ПДД Российской Федерации:

-п.1.3. в части - несоблюдения относящиеся к нему требования сигнала светофора и разметки (пересечение лини разметки 1.1, проезд на запрещающий желтый сигнал светофора);

-п.6.2. в части - Желтый сигнал запрещает движение (выезд на перекресток на запрещающий желтый сигнал светофора);

-п.6.13. в части - При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) водители должны остановиться перед стоп-линией (пересечение стоп-линии на запрещающий желтый сигнал светофора);

-п.8.1. в части - Перед перестроением водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления (перед перестроением в левую полосу для движения не подавался световой сигнал левого указателя поворота);

-п.10.1. в части - Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения (скорость движения ТС превышала максимально разрешенную на данном участке дороги);

-п.10.2. в части - В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч (скорость движения ТС установлена от 72,82 до 86,04 км/ч, что превышает разрешенную 60 км/ч).

С технической точки зрения действия водителя ФИО1 (<данные изъяты>) полностью соответствовали требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации (т.2л.д.1-17).

В соответствии со ст. 55 ГПК Российской Федерации заключение экспертов является одним из видов доказательств по гражданскому делу.

Суд принимает заключения судебной экспертизы и дополнительной судебной экспертизы в качестве допустимых доказательств по делу, поскольку оснований не доверять данным заключениям экспертизы у суда не имеется, экспертные исследования проводились экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующую квалификацию, стаж экспертной работы, экспертные заключения соответствуют требованиям статьи 86 ГПК Российской Федерации, содержат подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы неясностей не содержат, выводы экспертов основаны на материалах дела.

Заключения судебной экспертизы и дополнительной судебной экспертизы сторонами в судебном заседании не оспаривалось, ходатайств о назначении по делу повторной экспертизы заявлено не было.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со статьей 1064 названного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

По смыслу приведенных выше норм права, общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, а также вина причинителя вреда.

В отсутствие вины ответственность за причинение вреда может быть возложена только в установленных законом случаях.

При этом вред, причиненный взаимодействием источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть при наличии вины причинителя вреда.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Российской Федерации от 30 мая 2023 года №50-КГ23-3-К8, в п. 2 ст. 1064 ГК Российской Федерации содержится указание на презумпцию вины причинителя вреда, в силу чего доказыванию подлежит не наличие, а отсутствие вины, и обязанность доказать ее отсутствие возлагается на причинителя вреда.

Установление обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и наличия вины лица, признанного ответственным за причиненный вред, имеет существенное значение для разрешения настоящего спора.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, в соответствии с положениями ст. 67 ГПК Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что в спорной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лада Веста, г.р.з. М894АУ136 нарушил пункты 1.3, 6.2, 6.13, 8.1, 10.1, 10,2 ПДД Российской Федерации, создал опасную ситуацию, вследствие чего произошло столкновение транспортных средств. Несоблюдение водителем ФИО3 указанных требований ПДД состоит в причинной связи с ДТП и наступившими последствиями. При этом в действиях водителя ФИО1 нарушений ПДД, в том числе пункта 8.5, 13.4, 10.1 не имеется, его действия не состоят в причинно-следственной связи с ДТП, вследствие чего АО ГСК «Югория» выплатило ответчику ФИО1, как потерпевшему, страховое возмещение в размере 165 930 рублей в силу исполнения обязательства по договору ОСАГО.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии в сложившихся между сторонами правоотношениях признаков неосновательного обогащения, согласно п. 1 ст. 1102 ГК Российской Федерации, поскольку выплаченные ФИО1 денежные средства связаны с наступлением страхового случая и вытекают из положений ст. 929 ГК Российской Федерации и Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», при отсутствии вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии.

Суд приходит к выводу о недоказанности истцом оснований заявленных исковых требований и, как следствие, об отказе в иске в полном объеме.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований в полном объеме, правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца понесенных судебных расходов в виде уплаченной при подаче иска государственной пошлины не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований АО ГСК «Югория» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, судебных расходов – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Воронежский областной суд через Советский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.И. Корпусова

В окончательной форме решение изготовлено 11.12.2025.