Решение № 2-416/2025 2-416/2025(2-7905/2024;)~М-6795/2024 2-7905/2024 М-6795/2024 от 26 августа 2025 г. по делу № 2-416/2025

Гражданское дело № 2-416/2025 (2-7905/2024)

УИД: 66RS0001-01-2024-007645-33

Мотивированное
решение изготовлено 27.08.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 13.08.2025

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Новокшоновой М.И.,

при секретаре <ФИО>5,

с участием представителей истца <ФИО>12, представителей ответчика <ФИО>6, <ФИО>7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, Администрации г. Екатеринбурга о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2, в котором просил признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между <ФИО>1 и <ФИО>3 в отношении недостроенного жилого дома, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, недействительным, включить в наследственную массу, оставшуюся после смерти <ФИО>1, данный дом, установить факт принятия ФИО1 наследства в виде домовладения и права аренды земельного участка, расположенных по адресу г. Екатеринбург, <адрес>, открывшегося после смерти ФИО1, признав за последним право собственности на данное домовладение и право аренды на земельный участок с кадастровым номером № в порядке наследования. В обоснование истец указал, что подпись в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ выполнена не <ФИО>1, а иным лицом.

От ответчика ФИО2 поступило заявление о применении срока исковой давности, а также возражения относительно исковых требований, в которых указано, что ФИО1 не вправе оспаривать сделку между <ФИО>1 и <ФИО>3, поскольку он не принял наследство после смерти <ФИО>1, что установлено вступившим в законную силу судебным актом – решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу №.

Протокольным определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика по ходатайству стороны истца привлечена Администрация г. Екатеринбурга.

Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

ДД.ММ.ГГГГ в суд поступило заключение судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому удостоверительная рукописная запись «<ФИО>1» и подпись от его имени, изображение которых расположены в копии расписки от имени <ФИО>1 и в договоре купли-продажи между <ФИО>1 и <ФИО>3, выполнена не самим <ФИО>1, а другим лицом.

ДД.ММ.ГГГГ производство по делу возобновлено.

В судебном заседании представитель истца <ФИО>12 поддержал исковые требования, согласился с заключением судебной почерковедческой экспертизы, представил уточненное исковое заявление, в котором ранее заявленные требования дополнены требованиями о признании права собственности ФИО2 на спорный дом и земельный участок отсутствующим, исключении из ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности, внесении сведений в ЕГРН о государственной регистрации права собственности за ФИО1

Представители ответчика просили в удовлетворении исковых требований отказать по доводам письменного отзыва.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, представитель ответчика Администрации г. Екатеринбурга в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав участников процесса, изучив и исследовав материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании постановления главы г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ №-ф <ФИО>1 предоставлен в аренду земельный участок для строительства индивидуального жилого дома по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>. Договор аренды от ДД.ММ.ГГГГ № зарегистрирован в Госкомземе ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ земельному участку присвоен кадастровый №.

Постановлением главы г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ №-р утвержден проект границ земельного участка площадью 863 кв.м по <адрес>, согласно которому прекращено право аренды <ФИО>1 на данный земельный участок, и он предоставлен в собственность за плату за счет предоставленного ранее, на землях жилой застройки поселений в соответствии с утвержденным проектом границ для завершения строительства индивидуального жилого дома по <адрес>, с указанием на признание утратившим силу договора аренды с момента регистрации права собственности на земельный участок.

Право собственности на земельный участок и дом не было зарегистрировано в установленном порядке.

ДД.ММ.ГГГГ <ФИО>1 умер. ФИО1 является его сыном.

ФИО1 в установленном законом порядке не обращался к нотариусу с заявлением о принятии наследства.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу № исковые требования ФИО2 к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, Администрации г. Екатеринбурга о включении имущества в состав наследства, признании права собственности в порядке наследования удовлетворены в полном объеме. Суд включил в состав наследства после смерти <ФИО>3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, 2-хэтажный жилой дом по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, общей площадью 513,2 кв.м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 66:41:0303119:1, общей площадью 467 кв.м, признал ФИО2 фактически принявшей наследство в виде 2-хэтажного жилого дома по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, общей площадью 513,2 кв.м., расположенного на земельном участке с кадастровым номером №, общей площадью 467 кв.м, признал за ФИО2 право собственности на 2-хэтажный жилой дом по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, общей площадью 513,2 кв.м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером №, общей площадью 467 кв.м, в порядке наследования.

Заочным решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу № иск ФИО2 к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области о признании незаконным отказа в предоставлении земельного участка в собственность, возложении обязанности предоставить земельный участок удовлетворен. Признано незаконным решение Министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ №.01-82/8525ну об отказе в предоставлении в собственность земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>. Суд обязал ответчика продать без проведения торгов в собственность ФИО2 земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, с определением цены исходя из кадастровой стоимости земельного участка на день подачи заявления о предоставлении в собственность земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) за ФИО2 зарегистрировано право собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ, на жилое здание с кадастровым номером №, расположенное по тому же адресу, - с ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2 с момента возникновения права собственности на спорное имущество по настоящее время не осуществляла владение им, в том числе сама в доме не проживала, не пользовалась домом и земельным участком, не заявляла требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения либо о выселении незаконно проживающих там лиц, не несла расходы на содержание имущества.

Указанные обстоятельства не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт признания отцовства <ФИО>1 в отношении ФИО1 В решении указано, что спора о праве не имеется, установление факта требуется заявителю для вступления в наследство, других наследников первой очереди не имеется.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга с иском к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, Главархитектуре Администрации г. Екатеринбурга о восстановлении срока для принятия наследства.

ДД.ММ.ГГГГ иск оставлен без рассмотрения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга с иском к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, Администрации города Екатеринбурга об установлении факта принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования.

При рассмотрении дела наследнику стало известно, что право собственности на земельный участок и дом, который должен был войти в состав наследства, зарегистрировано за ФИО2

Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ исковое заявление ФИО1 к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, Администрации <адрес> об установлении факта принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования оставлено без рассмотрения.

Заявляя требования о недействительности договора купли-продажи недостроенного жилого дома, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между <ФИО>1 и <ФИО>3, истец ссылается на то, что <ФИО>1 не подписывал указанный договор, денежные средства за отчуждаемое имущество не получал, намерения на отчуждение дома не имел, ни ФИО2, ни <ФИО>3 не получали во владение спорный дом, не несли расходы на его содержание и не предпринимали попыток выселить из дома цыган.

Принимая во внимание, в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела возник спор относительно принадлежности <ФИО>1 подписи, выполненной на спорном договоре купли-продажи, определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам <иные данные> На разрешение экспертов поставлен следующий вопрос: кем, самим <ФИО>1 или другим лицом, выполнена подпись от его имени в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенном между <ФИО>3 и <ФИО>1, и расписке от ДД.ММ.ГГГГ к договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ?

Согласно заключению судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ удостоверительная рукописная запись «<ФИО>1» и подпись от его имени, изображение которых расположены в копии расписки от имени <ФИО>1 и в договоре купли-продажи между <ФИО>1 и <ФИО>3, выполнена не самим <ФИО>1, а другим лицом.

Эксперт <ФИО>8 в судебном заседании подтвердила выводы данного заключения.

Оценивая заключение судебной почерковедческой экспертизы, суд приходит к выводу, что оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59-60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание проведенных исследований материалов дела, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы.

Оснований не доверять выводам судебного эксперта суд не усматривает, эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересована в исходе дела; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

В соответствии с положениями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Вопреки доводам стороны ответчика, в заключении экспертом подробно указаны причины, по которым выбраны конкретные образцы подписи.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что заключение эксперта <ФИО>8 № от ДД.ММ.ГГГГ ФБУ <иные данные> является не только допустимым доказательством, но и достаточным для решения спорного вопроса, никаких новых доказательств, которые могут повлиять на содержание заключения, сторонами не представлено.

Учитывая в совокупности заключение судебной экспертизы, иные имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе объяснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу о том, что договор купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ между <ФИО>1 и <ФИО>3 не был подписан <ФИО>1. Более того, он не был исполнен сторонами.

Изложенное свидетельствует, что допущенные нарушения влекут в соответствии со ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность вышеуказанного договора купли-продажи.

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу приведенных выше законоположений добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая требования истца об оспаривании договора купли-продажи, суд исходит из того, что вышеуказанное заключение судебной экспертизы является допустимым доказательством и может быть положено в основу настоящего решения, в связи с чем имеются основания для признания оспариваемой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

Доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности суд считает несостоятельными ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В силу п.п. 1, 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как указывает истец, и данное обстоятельство не было опровергнуто ответчиком, о нарушении своего права он узнал ДД.ММ.ГГГГ, когда его представитель ознакомился с материалами дела № по иску ФИО2 к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, Администрации г. Екатеринбурга о включении имущества в состав наследства, признании права собственности в порядке наследования, что подтверждается справочным листом.

С настоящим иском ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ после того, как ему было отказано в пересмотре решения по предыдущему делу, поскольку лицо, не привлеченное к участию в деле, не вправе обращаться с таким заявлением.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности в данном случае истцом не пропущен.

Довод стороны ответчика о том, что ФИО1 не может оспаривать данную сделку, поскольку не принял наследство после смерти своего отца, судом отклоняется.

В соответствии с п. 4 ст. 35 Конституции Российской Федерации право наследования гарантируется.

В соответствии со ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Как предусмотрено ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как следует из положений абз. 2 п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» право наследования, гарантированное ч. 4 ст. 35 Конституции Российской Федерации, обеспечивает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством; получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника (п. 7); наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом) (п. 34). Наследник, подавший заявление о принятии наследства либо заявление о выдаче свидетельства о праве на наследство без указания основания призвания к наследованию, считается принявшим наследство, причитающееся ему по всем основаниям (п. 35).

Пунктом 1 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

В силу положений ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Закон устанавливает два способа принятия наследства - путем подачи по месту открытия наследства нотариусу заявления наследника о принятии наследства либо о выдаче свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) или совершением действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства (вступление во владение и управление имуществом, принятие мер по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произведение за свой счет расходов на содержание наследственного имущества и т.д.) (п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

То же отражено в п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» - наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Указывая на обстоятельства фактического принятия наследства после смерти <ФИО>1, истец ссылается на то, что в юридически значимый период (шесть месяцев после смерти наследодателя) он пользовался спорным недвижимым имуществом, поддерживал его в надлежащем состоянии, нес бремя содержания, обеспечивал сохранность.

Несмотря на то, что истцом представлены копии квитанций об оплате арендной платы, технических условий для присоединения к электрическим сетям и т.п., не относящиеся к юридически значимому периоду, суд учитывает, что имущество поддерживалось в надлежащем состоянии ФИО1

Допрошенные в судебном заседании свидетели <ФИО>9, <ФИО>10, проживающие в спорном доме, подтвердили, что в спорном доме проживали и наследник, и наследодатель.

Как следует из объяснений представителя истца, ФИО1 после смерти <ФИО>1 принял также предметы домашнего обихода, домашнюю утварь.

Совершение ФИО1 как наследником по закону первой очереди после смерти <ФИО>1 действий по фактическому принятию наследства после его смерти подтверждается фактом проживания в наследуемом жилом помещении после смерти наследодателя (г. Екатеринбург, <адрес>), принятием мер по сохранности спорного имущества.

Каких-либо доказательств, опровергающих доводы истца о том, что ФИО1, являясь наследником по закону первой очереди после смерти <ФИО>1, сразу фактически вступил во владение наследственным имуществом, которое принадлежало при жизни наследодателю, обеспечивал его сохранность, в материалы дела не представлено, напротив, указанные доводы подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Каких-либо допустимых и относимых (статьи 59, 60 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации) доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в ходе рассмотрения дела ответчиком не представлено.

На основании вышеизложенного, оценивая в совокупности доказательства по делу, по правилам ст. 67 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что доводы истца, указанные в обоснование иска, нашли свое подтверждение в судебном заседании, где установлено, что действия по вступлению в права наследования совершены ФИО1 в течение шести месяцев со дня открытия наследства после смерти <ФИО>1, что свидетельствует о принятии им наследства одним из предусмотренных ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации способов.

Довод ответчика о том, что в спорном доме фактически проживают <ФИО>9 и <ФИО>10, и именно они несли расходы на содержание спорного имущества и поддержание его в надлежащем состоянии, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку, как следует из объяснений участников процесса, они считают себя одной семьей, и выполняли указанные действия в том числе и по поручению истца.

В соответствии с абз. 4 п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующим.

По смыслу данных разъяснений иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством (п. 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019).

Требование о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим может быть удовлетворено, если оно заявлено владеющим собственником в отношении не владеющего имуществом лица, право которого на это имущество было зарегистрировано незаконно, и данная регистрация нарушает право собственника, которое не может быть защищено предъявлением иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения (п. 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Признание зарегистрированного права отсутствующим является самостоятельным способом защиты, обеспечивающим восстановление прав истца посредством исключения из ЕГРП записи о праве собственности ответчика на объект. Устранение спорной записи в ЕГРП, само по себе должно обеспечивать восстановление прав истца, заинтересованного в устранении сомнений о принадлежности права именно ему, что предполагает наличие в реестре записи о его правах (например, в случаях двойной регистрации на один и тот же объект), либо предоставление доказательств, исключающих возможность внесения записи о праве ответчика (например, произведенную в отношении движимого имущества).

Учитывая в совокупности вышеизложенное, суд удовлетворяет требования истца о признании недействительным договора купли-продажи недостроенного жилого дома по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между <ФИО>3 и <ФИО>1, включении в состав наследства после смерти <ФИО>1, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, жилой дом с кадастровым номером 66:41:0303119:52, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, право аренды по договору аренды земельного участка с кадастровым № от ДД.ММ.ГГГГ №, и применяет последствия недействительности сделки в виде признания права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, отсутствующим, аннулирования записи о праве собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, из сведений Единого государственного реестра недвижимости.

Таким образом, исковые требования о признании права собственности в порядке наследования подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и иное вновь созданное недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В силу п. 2 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации признание права является одним из способов защиты права.

В соответствии с п. п. 5 п. 2 ст. 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основанием для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются вступившие в законную силу судебные акты.

Учитывая вышеизложенное, настоящее решение является основанием для государственной регистрации права собственности истца на жилой дом с кадастровым номером 66:41:0303119:52, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>.

Признанное за ФИО1 право собственности на вышеуказанное недвижимое имущество подлежит обязательной государственной регистрации после вступления решения суда в законную силу.

В то же время суд не усматривает правовых оснований для признания за истцом права аренды на земельный участок с кадастровым номером № и внесения в ЕГРН записи о праве собственности на него за истцом, поскольку, как следует из представленных в материалы дела квитанций, истец и так является арендатором по договору аренды земельного участка с кадастровым номером №1 от ДД.ММ.ГГГГ №. В этой части его право не нарушено и не подлежит судебной защите.

Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на рассмотрение суда не заявлено.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, Администрации г. Екатеринбурга о признании сделки недействительной удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи недостроенного жилого дома по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между <ФИО>3 и <ФИО>1.

Применить последствия недействительности сделки в виде признания права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, отсутствующим, аннулирования записи о праве собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, из сведений Единого государственного реестра недвижимости.

Включить в состав наследства после смерти <ФИО>1, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>, право аренды по договору аренды земельного участка с кадастровым номером № от ДД.ММ.ГГГГ №.

Установить факт принятия ФИО1 наследства, открывшегося после смерти <ФИО>1, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Признать право собственности ФИО1 на жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>.

Решение суда в части признания права собственности на жилой дом является основанием для регистрации права собственности за ФИО1 в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Свердловской области.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья М.И. Новокшонова