Апелляционное определение № 33АП-659/2026 от 22 марта 2026 г.

УИД: 28RS0019-01-2025-000340-38 Судья первой инстанции

Дело 33АП-659/2026 ФИО1

Докладчик Пасюк И.М.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 марта 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего Пасюк И.М.,

судей коллегии Грибовой Н.А., Качаловой Ю.В.,

при секретаре Веденчуке Д.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 об оспаривании протоколов общего собрания сельскохозяйственного производственного кооператива,

по апелляционной жалобе представителя ФИО2 – Костылевой Людмилы Анатольевны на решение Белогорского городского суда Амурской области от 20 ноября 2025 года.

Заслушав дело по докладу судьи Пасюк И.М., пояснения истца ФИО2 и ее представителя – адвоката Костылевой Людмилы Анатольевны, ответчиков ФИО4, ФИО3 судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась с настоящим иском в суд, в обоснование указав, что 21 марта 2002 года был зарегистрирован СПК «Широкологский», 17 апреля 2019 года председателем СПК был избран ФИО5 21 сентября 2022 года ФИО5 ушел на СВО по мобилизации, в 2024 году приезжал в отпуск, оформил на истца приказ о наделении полномочиями для прохождения техосмотра тракторов. В период с 2019 по 2020 г.г. 8 членов кооператива уволились. ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО5 являются членами кооператива. Согласно выписке из ЕГРЮЛ председателем СПК «Широкологский» являлся ФИО4, который 9 апреля 2025 года прекратил свои полномочия, и с 9 апреля 2025 года председателем СПК «Широкологский» стал ФИО3 Для того, чтобы избрать председателем кооператива, необходимо было собрать общее собрание членов кооператива, однако этого сделано не было. Кроме того, ФИО3 никогда не был членом кооператива, соответственно, не мог быть избран предсседателем. 22 апреля 2025 года все члены кооператива обратились в прокуратуру Серышевского района с заявлением по факту незаконного избрания председателем СПК «Широкологский» ФИО3 ФИО3 является одновременно руководителем ООО «Мерастрой».

На основании изложенного, уточнив исковые требования, истец просила признать незаконным протокол общего собрания № 2 от 7 марта 2025 года, на основании которого председателем СПК «Широкологский» был избран ФИО4, исключить его из председателей СПК «Широкологский»; признать незаконным протокол общего собрания № 3 от 8 апреля 2025 года, на основании которого председателем СПК «Широкологский» был избран ФИО3, исключить его из председателей СПК «Широкологский».

В письменных возражениях на иск, дополнениях к ним ответчик ФИО3 указал, что в сентябре 2024 года СПК «Широкологский» находилось в стадии ликвидации юридического лица ввиду неисполнения своих должностных обязанностей председателем СПК ФИО5 в связи с нахождением на СВО, и в связи с неисполнением главным бухгалтером ФИО2 своих должностных обязанностей, поскольку бухгалтерская отчетность не велась с 2023 года. Предприятие имело долги по налогам и по договорам аренды земельных участков, посев полей не осуществлялся в течение последних четырех лет, рабочие не могли осуществлять свою трудовую деятельность. В связи с чем им был подготовлен проект возражений на исключение предприятия из ЕГРЮЛ, подписан учредителями СПК «Широкологский», в результате чего ликвидация предприятия была остановлена. ФИО2 в сентябре 2024 года лично его ознакомила с состоянием техники и производственных помещений СПК «Широкологский», подписала возражения на исключение предприятия из ЕГРЮЛ. В соответствии с п. 35 Приложения № 1 к Уставу СПК «Широкологский» ФИО4 является членом кооператива с 2002 года, а также входит в список членов правления СПК, является учредителем СПК, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. ФИО4 был избран председателем СПК «Широкологский», что подтверждается протоколом от 17 марта 2025 года № 2, подписанным членами кооператива, его учредителями. ФИО2 уведомление о проведении собрания получила устно, от подписания уведомления отказалась, на собрание не явилась. В марте 2025 года ФИО3 было принято решение подать заявление и вступить в члены кооператива, чтобы возобновить его работу. 11 марта 2025 года он написал заявление на вступление в члены СПК «Широкологский» на имя председателя, 28 марта 2025 года был принят в члены кооператива, что подтверждается протоколом общего собрания от 28 марта 2025 года № 3. 8 апреля 2025 года при проведении общего собрания в результате голосования он был избран на должность председателя СПК, что подтверждается протоколом общего собрания от 8 апреля 2025 года № 3. ООО «Мерастрой», руководителем которого он является, выполняет строительство жилых и нежилых зданий, и не является юридическим лицом, конкурирующим с кооперативом.10 мая 2025 года им началась подготовка к посевной, к 30 мая 2025 года при содействии ФИО6, ФИО9 и тракториста ФИО10 были засеяны бобовыми культурами 23 гектара земли СПК «Широкологский». Вместе с тем в период подготовки к посевной и по настоящее время ФИО2 препятствовала ведению деятельности СПК «Широкологский», удерживая у себя все документы на транспортные средства, принадлежащие кооперативу, должностные обязанности главного бухгалтера не исполняла. ФИО3 и ФИО4 не являются надлежащими ответчиками по делу, поскольку их избрало общее собрание участников юридического лица СПК «Широкологский» в порядке, установленном Уставом. Просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО2 настаивала на заявленных требованиях в полном объеме, с учетом их уточнений. Дополнила, что работала в СПК «Широкологский» главным бухгалтером с 1993 года. После того, как ФИО5 ушел на СВО, СПК «Широкологский» стал заниматься заготовкой сена и продажей его населению. ФИО5 сказал, что когда вернется с СВО, СПК закроет, поскольку у них нет техники. Доверенности от ФИО5 у нее нет, но полномочия ФИО5, как председателя СПК, автоматически продлялись, общее собрание для этого не собиралось. Ее не извещали о проведении общих собраний, об избрании ФИО3 председателем она узнала из выписки из ЕГРЮЛ. В СПК всего 5 членов кооператива – это она, ФИО7, Островский, ФИО5 и Горошанский. Она не работает в СПК «Широкологский» с конца 2023 года, в 2024 году она отдала электронную цифровую подпись ФИО3, поскольку ФИО3 пообещал сдать отчеты. В выписке из ЕГРЮЛ указаны члены правления, у них нет права голоса. Раньше в Уставе СПК значился уставной капитал в размере 4 000 000 руб., в настоящее время 256 800 руб. Член кооператива состоит в кооперативе, а член правления должен быть членом кооператива. Истец, Горошанский, ФИО7, ФИО5 являются членами кооператива. Из членов кооператива избирают членов правления. ФИО5 является членом кооператива, следовательно, он является председателем СПК. По заявлению членом кооператива может быть лицо, которое должно внести пай. В Уставе СПК прописано, что член кооператива должен проживать на территории хозяйства либо в близлежащих населенных пунктах, в то время как ФИО3 не проживает у них. ФИО3 и ФИО4 в штат СПК «Широкологский» не вступали, ФИО4 уволился, следовательно перешел в ассоциированные члены кооператива. ФИО3 за подписью ФИО5 подписал изменения в Устав СПК. Сою убрал ФИО3, за что не отчитался, приказа о приеме его на работу нет. У них был долг 2 500 000 руб. и за аренду 500 000 руб., по которому они рассчитываются потихоньку. Она считает надлежащими ответчиками ФИО4 и ФИО3

Представитель истца адвокат Костылева Л.А. в судебном заседании 27 октября 2025 года настаивала на заявленных требованиях по доводам, изложенным в исковом заявлении, надлежащим ответчиком считала ФИО3

Ответчик ФИО3 в суде первой инстанции возражал против заявленных требований по доводам, изложенным в письменных возражениях, дополнениях к ним. Дополнил, что ФИО2 не является членом СПК «Широкологский», поскольку исключена из членов кооператива. Надлежащим ответчиком по делу является СПК «Широкологский». Согласно Уставу члены кооператива могут переизбирать председателя общим собранием, они ассоциированные члены и имеют право голоса. Член кооператива может принимать участие в жизни кооператива, но может быть при этом уволен из СПК. Он приезжал к ФИО5 с целью извещения о проведении общего собрания, однако тот к нему не вышел. Решением общего собрания от 17 марта 2025 года полномочия председателя СПК ФИО5 были прекращены ввиду неисполнения им своих обязанностей. Налоговая инспекция приняла решение об исключении СПК «Широкологский» из ЕГРЮЛ, поскольку СПК не сдавалась отчетность, деятельность не велась. У СПК «Широкологский» многомиллионные долги по налогам, по договору аренды, всего около 4 000 000 руб. Все члены СПК «Широкологский» проживают в близлежащих населенных пунктах, он сам живет в г. Белогорске, который также является близлежащим населенным пунктом. Вновь вступившие члены кооператива единоразово заплатили взносы. При нем была отремонтирована и подготовлена техника, произвелся посев сои и убран урожай, в то время как ФИО2 препятствует работе весь сезон.

Ответчик ФИО4 возражал против удовлетворения заявленных требований, пояснив, что работа в СПК «Широкологский» не велась, совхозу нужно было работать. О проведении общих собраний учредители и участники СПК извещались устно, потом письменно.

Третье лицо ФИО11 в судебном заседании 27 октября 2025 года пояснял, что СПК «Широкологский» не работает давно, ФИО3 пообещал, что все восстановит, они собрались, проголосовали, решили, чтобы рабочие места были, засеяли поля, собрали урожай. Он был членом кооператива, работал до 2017 года в СПК «Широкологский», затем уволился, но пай не забирал. СПК «Широкологский» работал до того времени, как ФИО5 стал председателем, потом перестали сеять, стали косить сено. Во всех протоколах общего собрания, в том числе в протоколе от 18 марта 2025 года № 3, подпись стоит его.

Третье лицо Тризна В.С. в судебном заседании 2 октября 2025 года пояснял, что не согласен с заявленными требованиями, пояснил, что СПК «Широкологский» не работал, техника разворовывалась, председатель находился на СВО. В связи с чем, избрали сначала председателем СПК ФИО4, затем ФИО3 Горошанская за него писала заявление в полицию о том, что он вынужденно подписал протокол общего собрания, а он это заявление только подписал. ФИО2 не хочет уступать СПК ФИО3 Протоколы общего собрания от 17 марта 2025 года и от 8 апреля 2025 года он подписал без принуждения.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании 2 октября 2025 пояснял, что он не увольнялся с СПК «Широкологский», протоколы общего собрания от 17 марта 2025 года и от 8 апреля 2025 года он подписывал. Они хотели поднять СПК, чтобы он работал. Горошанский, Островский и он числятся в СПК. ФИО3 к нему приезжал, извещал его о собрании, к Горошанской приезжал, извещал ее о собрании, она сама не захотела прийти на него.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании 2 октября 2025 года пояснял, что числится в СПК «Широкологский» мастером КЗС, с 2015 года не получает заработную плату. ФИО5 никакого участия в деятельности СПК не принимал, в связи с чем выбрали председателем СПК ФИО3

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. Руководствуясь положениями статей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участников дела.

Решением Белогорского городского суда Амурской области от 20 ноября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании незаконными решений общего собрания участников СПК отказано.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО2 – Костылева Л.А. просит отменить решение суда первой инстанции, принять новое решение. Указывает, что суд не дал надлежащую оценку доказательствам, предоставленным стороной истца. В решении указано, что надлежащим ответчиком является СПК «Широкологский», однако истец говорил о незаконности протоколов общих собраний №2 от 7 марта 2025 года и № 3 от 8 апреля 2025 года и об исключении из председателей ФИО4 и ФИО3 Суд привлек к участию в деле третьих лиц, которые не являлись членами СПК.

Ответчик ФИО3 в письменных возражениях на апелляционную жалобу соглашается с решением суда первой инстанции, полагая его законным и обоснованным. Соглашается с позицией суда, что ФИО3 и ФИО4 являются ненадлежащими ответчиками по делу. Указывает, что несмотря на разъяснения суда, истец не заявил требований к юридическому лицу и настаивал на рассмотрении дела в отношении физических лиц ФИО3 и ФИО12. Просил суд решение Булогорского городского суда от 20 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО2 и ее представитель – адвокат Костылева Л.А. настаивали на доводах апелляционной жалобы.

Ответчики ФИО3, ФИО4 возражали относительно доводов апелляционной жалобы, просили решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежаще. Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав мнение участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, по правилам части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, на основании Постановления Главы Администрации Серышевского района от 20 марта 2002 года № 118 в качестве юридического лица зарегистрирован сельскохозяйственный производственный кооператив «Широкологский» (далее СПК «Широкологский»).

Устав СПК «Широкологский» был утвержден решением общего собрания членов СПК «Широкологский» от 25 декабря 2001 года.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, представленным регистрирующим органом – управлением Федеральной налоговой службы по Амурской области, с 6 декабря 2002 внесены сведения в ЕГРЮЛ об СПК «Широкологский». До настоящего времени деятельность СПК «Широкологский» регламентирована уставом, утвержденным общим собранием кооператива 25 декабря 2001 года.

Из выписки из ЕГРЮЛ от 26 марта 2025 года усматривается, что с 26 марта 2025 года прекращены полномочия председателя ФИО5, полномочия руководителя СПК «Широкологский» возложены на председателя ФИО4

7 марта 2025 года в ЕГРЮЛ внесены сведения об учредителях (участниках) СПК «Широкологский» – ФИО3 и ФИО9; 16 апреля 2025 года внесены сведения о прекращении полномочий председателя ФИО4, возложении полномочий председателя на ФИО3, что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ от 19 июня 2025 года председателем СПК «Широкологский» с 16 апреля 2025 является ФИО3; учредителями являются: ФИО13 (размер номинальной стоимости доли 60 600 руб.), Тризна В.С. (62 400 руб.), ФИО2 (52 700 руб.), ФИО7 (51 300 руб.), ФИО11 (23 400 руб.), ФИО4 (6 400 руб.), ФИО3 (0 руб.), ФИО9

Лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени СПК «Широкологский», с 16 апреля 2025 года согласно данным ЕГРЮЛ до настоящего времени является ФИО3

17 марта 2025 года состоялось общее собрание участников СПК (протокол № 2), на котором принято решение о досрочном прекращении полномочий председателя ФИО5 и избрании председателем ФИО4 В собрании участвовали ФИО7, ФИО4, ФИО11, Тризна В.С., ФИО13

28 марта 2025 года общим собранием (протокол № 3) ФИО3 и ФИО9 приняты в члены кооператива.

8 апреля 2025 года состоялось общее собрание (протокол № 3), на котором принято решение о досрочном прекращении полномочий председателя ФИО4 и избрании председателем ФИО3 В собрании участвовали ФИО7, ФИО4, ФИО11, Тризна В.С., ФИО13, ФИО3, ФИО9

Оспаривая решения общих собраний, оформленные протоколами № 3 от 8 апреля 2025 года и № 2 от 7 марта 2025 года, истец ссылалась на нарушение процедуры проведения общих собраний, недопустимость избрания на должность председателя СПК лиц, не входящих в члены СПК.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 181.2, 181.3, 181.4, 181.5, 106.4 ГК РФ, Федерального закона от 8 мая 1996 года № 41-ФЗ «О производственных кооперативах», Федерального закона от 8 декабря 1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», Федерального закона от 8 августа 2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», разъяснениями п. 118 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходил из того, что если гражданско-правовое сообщество представляет собой юридическое лицо, то оно является ответчиком по иску о признании решения недействительным, предъявление иска к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Поскольку истец ФИО2 настаивала на удовлетворении требований, предъявленных к ненадлежащим ответчикам – физическим лицам ФИО3 и ФИО4, и не заявляла требований к надлежащему ответчику, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

При этом, судом, исходя из существа заявленных требований, в судебном заседании 27 октября 2025 года на обсуждение был поставлен вопрос о надлежащем ответчике – СПК «Широкологский». Вместе с тем, представитель истца, истец, участвовавшие в судебном заседании, настаивали на требованиях к заявленному ответчику ФИО3, в дальнейшем уточнили исковые требования, в которых просили привлечь в качестве соответчика также ФИО4

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что при разрешении возникшего спора суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, отвечающее требованиям указанных им норм материального права.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из решений собраний в случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 2 статьи 181.1 ГК РФ решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

В пункте 103 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

В частности, к решениям собраний относятся решения коллегиальных органов управления юридического лица (собраний участников, советов директоров и т.д.), решения собраний кредиторов, а также комитета кредиторов при банкротстве, решения долевых собственников, в том числе решения собственников помещений в многоквартирном доме или нежилом здании, решения участников общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение).

Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

В силу статьи 181.5 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности.

Согласно ст. 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2 ГК РФ).

В соответствии с ч. 3 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего правового сообщества, не принимавший участие в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения. Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

Согласно пункту 109 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» решение собрания не может быть признано недействительным в силу его оспоримости при наличии совокупности следующих обстоятельств: голосование лица, права которого затрагиваются этим решением, не могло повлиять на его принятие и решение не может повлечь существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К существенным неблагоприятным последствиям относятся нарушения законных интересов как самого участника, так и гражданско-правового сообщества, которые могут привести, в том числе к возникновению убытков, лишению права на получение выгоды от использования имущества гражданско-правового сообщества, ограничению или лишению участника возможности в будущем принимать управленческие решения или осуществлять контроль за деятельностью гражданско-правового сообщества.

Отношения, возникающие в связи с ведением гражданами сельскохозяйственной деятельности, правовое положение сельскохозяйственных кооперативов, порядок их создания, деятельности, реорганизации и ликвидации, права и обязанности их членов регламентированы Федеральным законом от 8 декабря 1995 года № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации».

В соответствии со ст. 30.1 Закона № 193-ФЗ решение общего собрания членов кооператива, принятое с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, устава кооператива и нарушающее права и (или) законные интересы члена кооператива, может быть признано судом недействительным по заявлению члена кооператива или ассоциированного члена кооператива, не принимавших участия в голосовании или голосовавших против обжалуемого решения (часть 1).

Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение органа управления кооперативом, если допущенные нарушения не являются существенными и такое решение не повлекло за собой причинение убытков кооперативу или члену кооператива, ассоциированному члену кооператива, обратившимся с иском о признании решения органа управления кооперативом недействительным, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (часть 3).

Как разъяснено в пункте 118 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если гражданско-правовое сообщество представляет собой юридическое лицо, то оно является ответчиком по иску о признании решения недействительным.

Из искового заявления, уточнений к нему, а также из пояснений истца в суде первой и апелляционной инстанции следует, что ФИО2 оспаривает решения общего собрания участников СПК «Широкологский», оформленные протоколами № 2 от 17 марта 2025 года и № 3 от 8 апреля 2025 года, полагая их незаконными. При этом требования об исключении ФИО4 и ФИО3 из председателей СПК являются производными от требования о признании решений собрания недействительными.

Следовательно, надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является сельскохозяйственный производственный кооператив «Широкологский» как юридическое лицо, создавшее гражданско-правовое сообщество, решения которого оспариваются. Физические лица ФИО3 и ФИО4 не могут выступать в качестве ответчиков по данной категории споров, поскольку оспариваемыми решениями оформлено волеизъявление самого юридического лица.

Истец и её представитель в суде первой инстанции, несмотря на разъяснение судом вопроса о надлежащем ответчике, настаивали на рассмотрении требований к ФИО3 и ФИО4, ходатайств о замене ненадлежащих ответчиков надлежащим либо о привлечении СПК «Широкологский» в качестве соответчика не заявляли.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что иск предъявлен к ненадлежащим ответчикам, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не дал надлежащую оценку доказательствам, предоставленным стороной истца, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку при установлении факта предъявления иска к ненадлежащему ответчику оценка иных обстоятельств дела не влияет на законность принятого судебного акта.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, то обстоятельство, что суд привлек к участию в деле третьих лиц, не являющихся членами СПК, не свидетельствует о незаконности обжалуемого решения, поскольку привлечение третьих лиц является правом суда, осуществляемым в целях правильного и всестороннего рассмотрения дела. Кроме того, судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены лица, указанные в выписке из ЕГРЮЛ, в качестве учредителей СПК, в силу чего их привлечение к участию в деле является обоснованным.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Белогорского городского суда Амурской области от 20 ноября 2025 года – оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца ФИО2 – Костылевой Людмилы Анатольевны – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 6 апреля 2026 г.