Решение № 2-1312/2018 2-1312/2018 ~ М-905/2018 М-905/2018 от 17 июня 2018 г. по делу № 2-1312/2018

Дело №2-1312/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июня 2018 года г. Челябинск

Тракторозаводский районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего Шаповал К.И.,

при секретаре Лебедевой Е.А.,

с участием помощника прокурора Гурской О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Закрытому акционерному обществу «Челябинские строительно-дорожные машины», ИП ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Закрытому акционерному обществу «Челябинские строительно-дорожные машины» (далее по тексту – ЗАО «ЧСДМ»), ИП ФИО2, с учетом уточнений просил взыскать с ЗАО «ЧСДМ» компенсацию морального вреда в размере 44 500 руб., с ИП ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 3 500 руб., взыскать с ответчиков пропорционально удовлетворенным требованиям расходы на оплату услуг представителя в размере 11 000 руб.

В обоснование иска указал на то, что с 01.03.2002 года по 28.04.2006 года, а затем со 02.04.2007 года по 29.08.2014 года работал в цехе № «Литейное производство» в ЗАО «ЧСДМ». Также в период с 03.05.2006 года по 30.03.2007 года работал в том же цехе и выполнял те же обязанности, но трудовой договор был заключен с ИП ФИО2 Актом № о случае профессионального заболевания от 19.11.2012 года было диагностировано заболевание <данные изъяты>. В акте указано, что ЗАО «ЧСДМ» допустило нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов. Причиной возникновения указанного заболевания послужило длительное многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, а именно: производственный шум. Данное заболевание у истца прогрессировало.

Истец ФИО1 в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела судом был извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ЗАО «ЧСДМ» - ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.№1 л.д.76-77).

Представитель ответчика ИП ФИО2 - ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.№1 л.д.114-114 оборот).

Выслушав мнение представителя истца, представителей ответчиков, заслушав позицию прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (статья 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании статей 21, 220 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относит к нематериальным благам жизнь и здоровье человека.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона N 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, с 01.03.2002 года ФИО1 был принят на работу в цех № «Литейное производство» в ЗАО «ЧСДМ» <данные изъяты>, 04.04.2002 года переведен в этом же цехе <данные изъяты>, 01.12.2013 года переведен в этом же цехе <данные изъяты>, 28.04.2006 года уволен из ЗАО «ЧСДМ» переводом к ИП ФИО2 в цех № «Литейное производство» <данные изъяты>, 02.04.2007 года принят в порядке перевода по той же специальности и в тот же цех № «Литейное производство» в ЗАО «ЧСДМ», 20.12.2013 года переведен в том же цехе ЗАО «ЧСДМ» <данные изъяты>, 29.08.2014 года был уволен в порядке перевода с ЗАО «ЧСДМ» в ООО «СтальЛитПром» по той же специальности.

Установлено, что в 2010 году, то есть в период работы в ЗАО «ЧСДМ» у истца было выявлено наличие профессионального заболевания «<данные изъяты>».

Согласно акту № о случае профессионального заболевания от 26.11.2010 года имеющееся у ФИО1 заболевание – «<данные изъяты>» является профессиональным, возникло в период работы в ЗАО «ЧСДМ» в процессе работы в условиях длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов и веществ, а именно: повышенных концентраций кремний содержащей пыли в воздухе рабочей зоны до 80% рабочего времени, непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: несовершенство технологии и оборудования, неэффективная работа систем вентиляции в цехе, наличие в воздухе рабочей зоны кремний содержащей пыли, превышающей ПДК. При этом, вины работника в возникновении у него профессионального заболевания не установлено. Лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных правовых актов признано ЗАО «ЧСДМ».

Также установлено, что в 2011 году, то есть в период работы в ЗАО «ЧСДМ» у истца диагностировано впервые наличие второго профессионального заболевания «<данные изъяты>».

Согласно акту № о случае профессионального заболевания от 28.11.2011 года имеющееся у ФИО1 заболевание – «<данные изъяты>» также является профессиональным, возникло в период работы в ЗАО «ЧСДМ» в процессе работы в условиях длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов и веществ, а именно: уровень локальной вибрации на рабочем месте, непосредственной причиной профессионального заболевания указано на несовершенство технологии и оборудования, неэффективную работу систем вентиляции в цехе, длительное воздействие повышенного уровня локальной вибрации, нахождение в условиях работающего оборудования до 80% рабочего времени. При этом, вины работника в возникновении у него данного профессионального заболевания также не установлено. Лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных правовых актов признано ЗАО «ЧСДМ».

19.11.2012 года, то есть также в период работы в ЗАО «ЧСДМ» у истца впервые было выявлено наличие третьего профессионального заболевания «<данные изъяты>».

Согласно акту № о случае профессионального заболевания от 19.11.2012 года имеющееся у истца заболевание - «<данные изъяты>» также является профессиональным, возникло в период работы в ЗАО «ЧСДМ» в процессе работы в условиях длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов и веществ, а именно: производственного шума, непосредственной причиной профессионального заболевания указано на несовершенство технологии и оборудования, воздействие повышенных уровней производственного шума до 80% рабочего времени. При этом, вины работника в возникновении у него данного профессионального заболевания не установлено. Лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных правовых актов признано ЗАО «ЧСДМ».

Как следует из актов о случае профессионального заболевания, стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 10 лет и 3 месяца в качестве <данные изъяты> на горячем участке работ цех № литейное производство ОАО «Сварочно-Литейный завод», ЗАО «Завод сварочно-литейной продукции», ЗАО «ЧСДМ», а также в качестве <данные изъяты> в цехе № литейное производство в ЗАО «ЧСДМ», в качестве <данные изъяты> в том же цехе № литейное производство в ЗАО «ЧСДМ».

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда истца, условия труда истца относятся к классу вредных условий 3.3 степени.

Согласно справке ФКУ ГК МСЭ по Челябинской области у истца подтверждено наличие трех профессиональных заболеваний «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>».

При освидетельствовании ФИО1 16.12.2010 года ему было установлено впервые 10% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» сроком до 01.01.2012 года, в 2011 году истцу установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», 23.01.2013 года установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и 10 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», с 11.12.2013 года по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности. 08.12.2014 года истцу установлена впервые <данные изъяты> на 1 год и 40% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и 20 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>». 02.12.2015 года истцу установлена <данные изъяты> на 1 год и 40% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и 20 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>». 08.12.2016 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», 20 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>». 10.01.2018 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», 20 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», 10% по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>».

Также установлено, что в период с 1997 года по март 2002 года истец ФИО1 осуществлял трудовую деятельность во вредных условиях у разных работодателей, а именно: ТОО «<данные изъяты>», ЧШФ «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ОАО <данные изъяты>, ОАО «<данные изъяты>», ЗАО «<данные изъяты>», ИП ФИО2, при этом стаж работы истца во вредных условиях составляет 12 лет 3 месяца.

Таким образом, установлено, что в период работы в ЗАО «ЧСДМ» в 2010 году истцу впервые было диагностировано профессиональное заболевание «<данные изъяты>» и 10% утраты профессиональной трудоспособности по данному профзаболеванию, в 2011 году впервые установлено второе профессиональное заболевание «<данные изъяты>» и 20% по профзаболеванию «<данные изъяты>», в 2012 году впервые диагностировано третье профессиональное заболевание «<данные изъяты>», в 2013 году по профзаболеванию «<данные изъяты>» процент утраты профессиональной трудоспособности увеличился до 30%, по профзаболеванию «<данные изъяты>» установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%, а с 11.12.2013 года в размере 20%, что безусловно свидетельствует о том, что в период работы истца в ЗАО «ЧСДМ» после установления ему профессиональных заболеваний состояние его здоровья ухудшалось.

В период работы истца в ООО «<данные изъяты>», 08.12.2014 года истцу было установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «<данные изъяты>», 20 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и 3-я группа инвалидности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» с последующем переосвидетельствованием, что также свидетельствует об ухудшении состояния здоровья истца и в период работы в ООО «<данные изъяты>».

В 2016 году истцу впервые установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «<данные изъяты>».

10.01.2018 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», 20 % по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>», 10% по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>».

Согласно ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

30 апреля 2015 года ФИО1 обратился в Советский районный суд г. Челябинска с иском к Закрытому акционерному обществу «Челябинские строительно-дорожные машины», обществу с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование иска указано на то, что ФИО6 В период работы ЗАО «ЧСДМ» ему были установлены диагнозы профессиональных заболеваний «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» соответственно, причиной возникновения указанных выше заболеваний послужило длительное многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, а именно: длительное воздействие повышенных концентраций кремний содержащей пыли в воздухе рабочей зоны, локальная вибрация, а также производственный шум.

Решением Советского районного суда г. Челябинска от 18.08.2015 года исковые требования ФИО1 были удовлетворены частично. С Закрытого акционерного общества «Челябинские строительно-дорожные машины» в пользу ФИО1 взыскана компенсацию морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, в размере 115 200 рублей. С общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, в размере 4 800 рублей.

Данным решением были установлены обстоятельства работы истца во вредных условиях труда, установление ФИО1 профессиональных заболеваний «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» и взыскана с Закрытого акционерного общества «Челябинские строительно-дорожные машины» в пользу ФИО1 компенсация морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, в размере 115 200 рублей.

Предъявляя настоящий иск к Закрытого акционерного общества «Челябинские строительно-дорожные машины» ФИО1 указывает новые обстоятельства - установление ему 10% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>».

Требования истца ФИО1 к Закрытого акционерного общества «Челябинские строительно-дорожные машины» о взыскании компенсации морального вреда причиненного профессиональным заболеваниям не подлежат удовлетворению, поскольку изменение процента профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» не могут, служит основаниям удовлетворения настоящего иска, так как, решением Советского районного суда г. Челябинска от 18.08.2015 года, были установлены и исследованы обстоятельства, работа истца во вредных условиях труда в закрытом акционерном обществе «Челябинские строительно-дорожные машины» установление истцу утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и удовлетворение требований.

Требования истца к ИП ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда причиненного профессиональным заболеваниям не подлежат удовлетворению поскольку каких либо доказательств того, что работа у ИП ФИО2 способствовала возникновению или развитию профессионального заболевания суду не предоставлено. Не установлено причинно-следственной связи между незначительной трудовой деятельностью истца у ИП ФИО7 11 мес. и установленными у него спустя пять лет после окончания трудовых отношений с данным работодателем профессиональным заболеванием «<данные изъяты>». В акте о случае профессионального заболевания указан в качестве виновника профессионального заболевания ФИО1 – ЗАО «ЧСДМ» в связи, с чем у суда отсутствуют основания для взыскания с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда причиненного профессиональным заболеваниям.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Закрытому акционерному обществу «Челябинские строительно-дорожные машины», ИП ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, взыскании судебных расходов - отказать,

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором, участвующим в деле, представление в Челябинский областной суд через Тракторозаводский районный суд города Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий