Решение № 2-668/2018 2-668/2018~М-492/2018 М-492/2018 от 22 ноября 2018 г. по делу № 2-668/2018

Дело № 2-668/18


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 ноября 2018 года г. Сальск

Сальский городской суд Ростовской области,

в составе:

председательствующего судьи Пивоваровой Н.А.

при секретаре Ефремовой О.С.

с участием М. С.С., представителя Я. И.С. по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М.С.С. к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным, по иску Я.И.С к М.С.С. о признании права собственности на квартиру по договору дарения,

УСТАНОВИЛ:

М.С.С. обратился в суд с иском к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным, указывая на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец, М.С.П..

При жизни отцу на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: ДД.ММ.ГГГГ

В марте 2018 года он обратился к нотариусу Т. О.В. с заявлением о принятии наследства.

При подаче заявления ему стало известно, что при жизни отец выдал завещание на имя ответчика, по которому все имущество, находившееся в его собственности, он завещал ей.

Указанное завещание датировано 19 февраля 2016 года.

Однако отец в течение длительного периода времени страдал заболеваниями, которые не могли позволить ему постоянно контролировать свое поведение и осознавать последствия совершаемых действий.

За период с 2008 года по 2017 год отец перенес несколько инсультов, был частично парализован, жаловался на то, что не чувствует ногу и руку. С учетом состояния здоровья он крайне эмоционально переживал даже по незначительным поводам.

ДД.ММ.ГГГГ умерла их мать, М.Л.Д..

После смерти матери отец находился в предсмертном состоянии, из которого его долго выводили врачи.

Страдая расстройствами нервной и сердечно-сосудистой систем, отец часто находился на стационарном лечении.

В периоды обострений он не узнавал родных и близких людей.

Состояние здоровья отца не могло ему позволить оценить сущность и последствия совершаемых действий по выдаче завещания, в связи с чем, оно является недействительным.

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

На основании изложенного, истец просит суд признать незаконным действия нотариуса Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. по удостоверению завещания от 19 февраля 2016 года, от имени М.С.П.; признать недействительным завещание от 19 февраля 2016 года, удостоверенное нотариусом Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А.

Я.И.С., в свою очередь, обратилась с исковым заявлением к М.С.С. о признании права собственности на квартиру по договору дарения, указывая на то, что по договору дарения квартиры от 21 июня 2016 года, удостоверенному нотариусом Сальского нотариального округа Ростовской области, Л.П.А., зарегистрированым в реестре за №, М.С.П., ДД.ММ.ГГГГ, подарил Я.И.С., ДД.ММ.ГГГГ, квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> общей площадью 47,6 кв.м., кадастровый №.

Однако переход права собственности на вышеуказанную квартиру в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним зарегистрирован не был, поскольку ДД.ММ.ГГГГ даритель, М.С.П., умер.

Таким образом, в связи со смертью дарителя М. С.П. одаряемая не имеет возможности регистрацию перехода права собственности на квартиру.

Даритель являлся родным отцом истицы. Сделка была совершена им лично. Нотариус, удостоверивший сделку, выяснил действительное волеизъявление М. С.П. по распоряжению принадлежащим ему имуществом. Намерения отказаться от исполнения, либо оспорить договор дарения от 21 июня 2016 года после его заключения у сторон не возникало. Договор дарения квартиры от 21 июня 2016 года не был признан недействительным или незаключенным.

Согласно ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 1). В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2).

В соответствии со ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Между тем, в соответствии с пунктом 8 статьи 2 Федерального закона № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 01 марта 2013 г.

Согласно ст. 18 ГК РФ, способность обладать имуществом на праве собственности и распоряжаться, является одним из элементов содержания правоспособности граждан. На основании ст. 17 ГК РФ правоспособность гражданина, то есть способность иметь гражданские права и нести обязанности, прекращается смертью.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства, т.е. на день смерти гражданина, вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. ст. 1112, 1113 ГК РФ).

Согласно завещанию от 19 февраля 2016 года, удостоверенному нотариусом Сальского нотариального округа Ростовской области, Л.П.А., зарегистрированому в реестре за №, М.С.П., ДД.ММ.ГГГГ, завещал всё имущество, какое на день смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе денежные средства, внесенные во вклад в банке и другие кредитные организации завещал, Я.И.С., ДД.ММ.ГГГГ.

На основании изложенного, Я. И.С. просит суд признать за ней право собственности по договору дарения на квартиру, общей площадью 47,6 кв.м., кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>

Определением Сальского городского суда Ростовской области от 19 июня 2018 года гражданское дело № 2-668/18 по иску М.С.С. к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным и гражданское дело № 2-826/18 по иску Я.И.С. к М.С.С., третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: нотариус Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании права собственности, объединены в одно производство.

М. С.С. в судебном заседании исковые требования к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным, поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить. Возражал против удовлетворения исковых требований Я. И.С. о признании за ней права собственности на спорную квартиру по договору дарения от 21 июня 2016 года, ссылаясь на то обстоятельство, что на момент заключения договора дарения его отец, М.С.П., находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими по состоянию здоровья. Кроме этого, с 1999 года и по сей день, он проживает в спорной квартире, несет расходы по её содержанию, оплачивает коммунальные платежи.

Я. И.С. о времени и месте судебного разбирательства извещена в порядке, предусмотренном ст. 113 ГПК РФ, посредством заявления просила рассмотреть дело в её отсутствие (л.д.172,173), исковые требования М. С.С. о признании завещания недействительным не признаёт.

Представитель Я. И.С., действующая по доверенности ФИО1 в судебном заседании исковые требования М. С.С. о признании недействительным завещания не признала, просила суд отказать истцу в удовлетворении исковых требований. Исковые требования Я. И.С. к М. С.С. о признании за её доверителем права собственности на спорную квартиру по договору дарения от 21 июня 2016 года поддержала по основаниям, изложенным в иске, просила удовлетворить.

Ответчик Л. П.А. нотариус нотариальной палаты Ростовской области Сальского района Ростовской области о времени и месте судебного разбирательства извещен в порядке, предусмотренном ст. 113 ГПК РФ, посредством заявления просил рассмотреть дело в его отсутствие (л.д.174).

Руководствуясь ст.167 ч. 5 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие Я. И.С. и нотариуса нотариальной палаты Ростовской области Сальского района Ростовской области Л. П.А.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 195 ГПК РФ суд основывает свое решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, оценивая все доказательства, представленные суду в совокупности.

Изучив материалы дела, исследовав и оценив доказательства, выслушав объяснения М. С.С., доводы представителя Я. И.С., действующей по доверенности ФИО1, судом установлено следующее.

Исходя из положений ст. 154 ГК РФ, завещание является односторонней сделкой, для совершения которой необходимо и достаточно выражение воли одной стороны.

Исходя из ч. 1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения.

В силу п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

В соответствии с ч. 2 ст. 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

На основании ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов дела следует, М.С.П., ДД.ММ.ГГГГ при жизни, являлся собственником квартиры №, общей площадью 47,6 кв.м., кадастровый №, расположенной по адресу: <адрес>, что подтверждено свидетельством о государственной регистрации права от 17 июня 2016 года № (л.д.91).

Завещанием от 19 февраля 2016 года, удостоверенным нотариусом Сальского нотариального округа Ростовской области Л. П.А. №, зарегистрированным в реестре за №, М.С.П. всё своё имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе денежные средства, внесенные во вклад (вклады) в банке (банках) он завещал Я.И.С.. Из текста завещания следует, что оно записано нотариусом со слов М.С.П. и до его подписания полностью прочитано завещателем и собственноручно подписано в присутствии нотариуса (л.д.87).

Кроме этого, из материалов дела следует, что по договору дарения квартиры от 21 июня 2016 года №, удостоверенному нотариусом Сальского нотариального округа Ростовской области Л. П.А., зарегистрированному в реестре за №, заключенному между М.С.П. (дарителем) и Я.И.С. (одаряемой), даритель подарил одаряемой принадлежащую ему на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, общей площадью 47,6 кв.м., кадастровый № (л.д.86).

Государственная регистрация перехода права собственности на указанную выше квартиру не была произведена.

21 декабря 2017 года М.С.П., ДД.ММ.ГГГГ умер, что подтверждено свидетельством о смерти ДД.ММ.ГГГГ серии № (л.д.88).

Обращаясь в суд с исковым заявлением к Я. И.С., М. С.С. указывает на то, что в момент написания завещания наследодатель не мог понимать значение своих действий и руководить ими по состоянию здоровья. Кроме этого, возражая против удовлетворения исковых требований Я. И.С. о признании за ней права собственности на спорную квартиру по договору дарения квартиры от 21 июня 2016 года №, М. С.С. также ссылался на то обстоятельство, что на момент заключения договора дарения квартиры его отец, М.С.П., находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими по состоянию здоровья.

В подтверждение данного обстоятельства в рамках указанного дела была назначена и проведена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза на предмет возможности М.С.П. отдавать отчет своим действиям и руководить ими в момент составления завещания от 19 февраля 2016 года и заключения договора дарения квартиры от 21 июня 2016 года №, наличия у него особенностей личности, которые могли бы повлиять на его способность понимать значение своих действий, руководить ими в момент составления оспариваемого завещания и на момент заключения договора дарения квартиры от 21 июня 2016 года №

Из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов ГБУ Ростовской области «Психоневрологический диспансер» следует, что М.С.П., ДД.ММ.ГГГГ, умерший ДД.ММ.ГГГГ в течение нескольких лет, в том числе и в юридически значимый период (на момент составления завещания 19 февраля 2016 года и заключении договора дарения квартиры от 21 июня 2016 года) страдал рядом соматических заболеваний, которые могли оказать существенное влияние на психическое состояние М. С.П. и его способность понимать значение своих действий и руководить ими. Однако, согласно медицинской документации, подэкспертный психиатром не осматривался, подробно его психическое состояние другими специалистами нигде не описывалось, а какие-либо сведения о его психическом и психологическом состоянии в юридически значимый период и ближайшие к нему годы полностью отсутствуют. Таким образом, отсутствие описания психического состояния и малоинформативность медицинских данных не позволяют всесторонне оценить динамику течения и нозологическую принадлежность возможного психического расстройства и способность подэкспертного понимать значение своих действий и руководить ими. На основании анализа данных предоставленной документации полноценно и объективно ответить на поставленные перед экспертами вопросы не представляется возможным (л.д.154-155).

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в распоряжение экспертов были представлены материалы гражданского дела, медицинские документы о состоянии здоровья М.С.П.

Каких-либо допустимых и достоверных доказательств того, что при подписании оспариваемого истцом завещания М. С.П. не понимал значение своих действий, и не руководил ими, суду не представлено.

Таким образом, в ходе рассмотрения настоящего дела не нашли своего подтверждения доводы М. С.С. о том, что в момент совершения завещания от 19 февраля 2016 года и заключения договора дарения квартиры от 21 июня 2016 года, наследодатель М.С.П. не понимал значения своих действий и не мог руководить ими.

Следовательно, в удовлетворении требований М.С.С. к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным, суд полагает отказать.

Разрешая требования Я.И.С. к М.С.С. о признании права собственности на квартиру по договору дарения, судом установлено следующее.

В силу статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 года N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года.

В связи с этим спорный договор дарения жилого помещения государственной регистрации не подлежал.

В пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Нормами Гражданского кодекса Российской Федерации не регулируется порядок государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество в случае уклонения сторон договора дарения от такой регистрации.

В связи с этим, в соответствии со статьей 6 Гражданского кодекса Российской Федерации по аналогии подлежит применению пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзацах первом и втором пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если одна из сторон договора купли-продажи недвижимого имущества уклоняется от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, другая сторона вправе обратиться к этой стороне с иском о государственной регистрации перехода права собственности (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С такими требованиями Я. И.С. в суд не обращалась.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", и которое по аналогии может быть применено к сложившимся между сторонами отношениям, сторона сделки не имеет права на удовлетворение иска о признании права, основанного на этой сделке, так как соответствующая сделка до ее регистрации не считается заключенной.

Следовательно, Я. И.С. избран ненадлежащий способ защиты своего права.

Кроме того, иск покупателя о государственной регистрации перехода права подлежит удовлетворению при условии исполнения обязательства продавца по передаче имущества. Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Из системного толкования пункта 3 статьи 551, абзаца второго пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что для разрешения иска о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру по договору дарения следует установить не только наличие документа о передаче имущества, но также установить фактический переход имущества от дарителя к одаряемому.

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о том, что после подписания договора дарения квартиры от 21 июня 2016 года Я. И.С. вселилась в указанную квартиру, забирала ключи, суду не представлено.

Из объяснений М. С.С. следует, что он проживает в квартире, расположенной по адресу: <адрес> вместе со своей дочерью, М.А.С., с 1999 года по сей день. Он самостоятельно несет расходы по её содержанию, оплачивает коммунальные услуги, что подтверждено договором на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования от 26 сентября 2011 года №, квитанциями об оплате коммунальных услуг (л.д.175-187).

В судебном заседании установлено, что при жизни даритель и одаряемая за регистрацией перехода права собственности по данному договору не обращались, регистрация перехода права собственности по договору дарения спорного жилого помещения не была произведена в установленном законом порядке, акт приема-передачи жилого помещения сторонами сделки не подписывался, фактически квартира одаряемому не передавалась, Я. И.С. в квартиру не вселялась, имуществом не пользуется, в указанной квартире с 1999 года проживал и продолжает проживать М.С.С. вместе с дочерью, что следует из его объяснений и подтверждено представленными им квитанциями об уплате коммунальных платежей за спорную квартиру (л.д.175-187). Доказательств, подтверждающих, что государственная регистрация перехода права собственности не была произведена по не зависящим от воли сторон обстоятельствам, материалы дела не содержат, требований о государственной регистрации перехода права собственности Я. И.С. не заявляла.

При таких обстоятельствах, суд полагает отказать Я. И.С. в удовлетворении исковых требований к М. С.С. о признании права собственности на квартиру по договору дарения.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд пришёл к выводу, что исковые требования М.С.С. к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным, и исковые требования Я.И.С. к М.С.С. о признании права собственности на квартиру по договору дарения, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований М.С.С. к Я.И.С., нотариусу Сальского нотариального округа Ростовской области Л.П.А. о признании завещания недействительным, и исковых требований Я.И.С. к М.С.С. о признании права собственности на квартиру по договору дарения, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Сальский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 28 ноября 2018 года.

Председательствующий Н.А. Пивоварова