Приговор № 1-105/2021 от 4 июля 2021 г. по делу № 1-105/2021

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2021 года г.Алексин Тульской области

Алексинский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Сенюриной И.С.,

при секретаре Гулидовой И.Н.,

с участием государственного обвинителя Лейко С.Р.,

подсудимого ФИО31,

защитников адвокатов Александровой С.В., Канат С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении

ФИО31, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ,

установил:

ФИО31 совершил мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, при следующих обстоятельствах.

Согласно свидетельству о смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ умер в октябре 2013 года, о чем 25 октября 2013 года составлена запись акта о смерти. Согласно свидетельству о праве на наследство по закону наследницей умершего ФИО1 является дочь ФИО2, которая унаследовала квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, площадью 31 кв.м.

В период, предшествующий 29 апреля 2015 года, у неустановленного лица, заведомо знающего, что ФИО1, которому при жизни принадлежала однокомнатная квартира площадью 31 кв.м., расположенная по адресу: <адрес>, умер ещё в октябре 2013 года, возник преступный умысел на приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Осуществляя свои преступные намерения, неустановленное лицо вступило в предварительный преступный сговор с ФИО31 в целях приобретения права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, разработав совместный план действий, по которому собственником указанной выше квартиры должен стать ФИО31, чтобы впоследствии продать вышеуказанную квартиру, получив материальное обогащение, тем самым лишить права наследницу по закону ФИО2 на жилое помещение. При этом ФИО31, согласно отведенной ему преступной роли, используя личные доверительные отношения, обратился к своей знакомой ФИО3 в офис «Паритет», расположенный по адресу: <...> с просьбой оказать юридическое сопровождение в сделке по дарению квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, принадлежащей ФИО1, и злоупотребив её доверием, пояснил ФИО3, что данную квартиру ему дарит ФИО1 за определенные оказанные им услуги, тем самым сообщив заведомо ложные несоответствующие действительности сведения, направленные на введение последней в заблуждение, на что ФИО3, неосведомленная о преступных намерениях ФИО31, согласилась на оказание юридической помощи.

После чего неустановленное лицо и ФИО31, продолжая осуществлять свои преступные намерения, пришли к ФИО3 в офис «Паритет», где последней по их просьбе были подготовлены экземпляры договоров дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, принадлежащей ФИО1, при этом неустановленное лицо представилось ФИО3 собственником данной квартиры - ФИО1 в роли «дарителя», предъявив ей на обозрение паспорт на имя ФИО1 и документы, подтверждающие право собственности на данную квартиру, которые ФИО3 проверила и подозрений они у неё не вызвали, после чего ФИО31, предъявляя себя в роли «одаряемого» и неустановленное лицо, злоупотребив доверием ФИО3, используя с корыстной целью доверительные с ней отношения, попросили сопроводить их в Алексинский филиал Управление Росреестра по Тульской области для подачи документов на регистрацию.

Продолжая осуществлять свои преступные намерения, 29 апреля 2015 года в 13 часов 19 минут неустановленное лицо, действуя совместно и согласовано с ФИО31, осуществило оплату в Тульском отделении ОАО «Сбербанк России» №8604 (филиал №182) государственной пошлины в сумме 2000 рублей от имени плательщика ФИО31 30 апреля 2015 года в дневное время неустановленное лицо и ФИО31, продолжая осуществлять свои совместные преступные намерения, пришли в Управление Росреестра по Тульской области, где из корыстных побуждений, с целью личного обогащения, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда наследнице и собственнику имущества - ФИО2, и желая этого, подписали фиктивный договор дарения вышеуказанной квартиры от 30 апреля 2015 года между «дарителем» ФИО1 в лице неустановленного лица и «одаряемым» ФИО31, тем самым изготовили поддельные документы, необходимые для государственной регистрации права на недвижимое имущество и перехода права собственности на объект недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, а именно: договор дарения от 30.04.2015г., два заявления о государственной регистрации на недвижимое имущество от 30.04.2015г. (от имени ФИО31 и ФИО1), создав видимость законности совершаемой сделки в присутствии сотрудника Управления Росреестра по Тульской области ФИО4, и передали их последней для регистрации сделки, тем самым предоставив заведомо ложные несоответствующие действительности сведения, и на основании предоставленных поддельных документов ФИО4 в книгу учета входящих документов № внесена запись №.

Далее продолжая осуществлять свои преступные намерения, 05 мая 2015 года в 10 часов 42 минуты неустановленное лицо, действуя совместно и согласовано с ФИО31 осуществило оплату в Тульском отделении ОАО «Сбербанк России» государственной пошлины за государственную регистрацию прав на нежилое имущество и сделок с ним в сумме 350 рублей от имени плательщика ФИО1, и получив квитанцию №, передало сотруднику Управления Росреестра по Тульской области для получения документов на государственную регистрацию, тем самым предоставив заведомо ложные несоответствующие действительности сведения, направленные на введение сотрудника в заблуждение, и на основании вышеуказанной квитанции 06 мая 2015 года в 11 часов 26 минут сотрудником Управления Росреестра по Тульской области, неосведомленного об их преступных намерениях, в книгу учета входящих документов № внесена запись №.

19 мая 2015 года неустановленное лицо и ФИО31, продолжая осуществлять свои преступные намерения, вновь пришли в Управление Росреестра по Тульской области, где получили пакет документов, в соответствии с которыми 13 мая 2015 года государственным регистратором Управления Росреестра по Тульской области в единый государственный реестр прав на объекты недвижимости внесены изменения, о том, что собственником квартиры стоимостью 893 525 руб. 40 коп., расположенной по адресу: <адрес>, является ФИО31

Тем самым неустановленное лицо и ФИО31, действуя совместно и согласованно между собой, путем обмана и злоупотребления доверием приобрели права на чужое имущество - однокомнатную квартиру площадью 31 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, лишив наследницу по закону ФИО2 права собственности на жилое помещение, получив реальную возможность распоряжаться указанным имуществом по своему усмотрению, причинив своими совместными преступными действиями ФИО2 материальный ущерб в размере 893 525 руб. 40 коп., который является крупным.

В судебном заседании подсудимый ФИО31 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, признал, в содеянном раскаивается. Показания по обстоятельствам дела давать не пожелал, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.

Будучи допрошенным в ходе предварительного следствия, ФИО31 показал, что за 2 дня до оформления фиктивной сделки по приобретению квартиры по адресу: <адрес>, он встретил своего знакомого, которому на вид лет 60, который сказал, что у него есть паспорт умершего ФИО1, свидетельство о регистрации права собственности на квартиру и ключ от квартиры. Он решил с помощью знакомого, представив его как ФИО1, оформить квартиру на себя и потом её продать. Документы на квартиру оформляла ФИО3, к которой он привел знакомого и представил его как ФИО1, предоставил паспорт ФИО1 и свидетельство о праве собственности на квартиру. Был составлен договор дарения, который передали на регистрацию. Потом знакомый передал ему ключи от квартиры. В сентябре 2015 года он через ФИО3 продал квартиру ФИО5 за 950 000 рублей (т.3 л.д.11-16).

Подсудимый ФИО31 оглашенные показания подтвердил, при этом пояснил, что никаких денег от продажи квартиры он не получал.

Виновность ФИО31 в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью следующих доказательств.

Показаниями потерпевшей ФИО2, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что в октябре 2013 года ей сообщили, что умер отец ФИО1 Она обращалась к сотруднику ритуальной службы ФИО6, который выдал ей свидетельство о смерти ФИО1 Она оплатила похороны. Ключи от <адрес>, где проживал ФИО1, были у соседки ФИО9, которая их передала ей. Она обратилась к нотариусу ФИО7, которая посоветовала ей обратиться к риэлтору ФИО8 для оформления свидетельства о праве на наследование. У нотариуса ФИО7 она оформила доверенность на ФИО8 для оформления наследства. ФИО8 предложила ей продать квартиру отца. Она согласилась, но при этом спросила, понадобится ли ей регистрировать право собственности на квартиру. ФИО8 ей сказала, чтобы она не занималась регистрацией квартиры. Она попросила ФИО9 прислать ей в г.Москва оригинал свидетельства о праве на наследство по закону, что та и сделала, а также направила ей оригиналы других документов: свидетельства о смерти отца, о его рождении, сберкнижку и дисконтную карту. После того, как она оформила право на наследство, она не стала регистрировать право собственности на квартиру, но до ноября 2016 года оплачивала все коммунальные платежи. Все оплаты за квартиру осуществлялись по её просьбе ФИО8, затем ФИО9. В феврале 2014 года ФИО8 по её просьбе нашла квартиросъемщика, с того времени квартиру стал снимать ФИО13. Она с ним созванивались по телефону, и договорились, что он будет передавать деньги за квартиру ФИО8, а затем ФИО9. Впоследствии оплатой коммунальных услуг занималась ФИО9, которая пересылала ей по почте квитанции по оплате за квартиру, в которых плательщиком был указан ФИО1 Когда ФИО13 уехал на несколько месяцев по работе, квартплату с него не брали, оплачивала она, присылая деньги ФИО9. Когда ФИО13 вернулся, стал жить в квартире, работал вахтовым методом и платил за съем квартиры примерно раз в два месяца. В мае-июне 2016 года ей позвонила ФИО9 и сообщила, что произошел перерасчет за квартиру, стоимость коммунальных платежей возросла с 2500 рублей до 5500 рублей. ФИО9 по её просьбе сходила в паспортный стол, где сообщили, что в квартире прописано пять человек. Узнав об этом, она обратилась в Росреестр по г.Москва с целью получения выписки из ЕГРП, из которой она узнала, что квартиру её отец ФИО1, умерший в октябре 2013 года, подарил, согласно договору дарения от 13 мая 2015 года, ФИО31, который, в свою очередь, по договору купли-продажи от 24 сентября 2015 года, продал квартиру за 950 000 рублей ФИО5, ее детям ФИО10, ФИО11, ФИО12, и супругу ФИО14 (т.1 л.д.83-87).

Показаниями свидетеля ФИО4, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что согласно архивного дела правоустанавливающих документов на <адрес>, 30 апреля 2015 года в 13 часов 00 минут в Алексинский отдел государственной регистрации кадастра и картографии пришли ФИО1 и ФИО31 с документами на регистрацию права собственности на квартиру, передали свои паспорта, договор дарения квартиры в трех экземплярах, квитанцию об оплате госпошлины на регистрацию права собственности, а также свидетельство о государственной регистрации права собственности на квартиру. Она проверила данные дарителя и одаряемого, сверив их с договором дарения, затем удостоверилась в их личности, и начала вносить нужные сведения в компьютер в базу ЕГРП, чтобы заполнить заявление на регистрацию права и расписку о получении документов. После того как она внесла необходимые данные в программу, ею были распечатаны: заявление от ФИО31 на регистрацию права собственности на <адрес> в 1 экземпляре; заявление от ФИО1 на переход права собственности <адрес> в 1 экземпляре; заявление от ФИО1 на внесение изменений в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним в 1 экземпляре; расписку в получении документов на государственную регистрацию для ФИО1 в двух экземплярах; расписку в получении документов на государственную регистрацию для ФИО31 в трех экземплярах. 06 мая 2015 года в 11 часов 26 минут ФИО1 пришел к ней на прием документов, передал свой паспорт и квитанцию об оплате госпошлины за внесение изменений в ЕГРП, на что она ему выдала расписку о приеме квитанции, где тот расписался (т.1 л.д.90-93).

Показаниями свидетеля ФИО13, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что в конце февраля 2014 года он снимал <адрес>, в которой ранее проживал ФИО1, умерший в 2013 году. О съеме данной квартиры он договаривался с ФИО9, которая пересылала деньги за съем квартиры дочери ФИО1, которая проживала в г.Москва. С дочерью ФИО1 он общался по телефону. Счета за квартиру приходили на имя умершего ФИО1 Квитанции он передавал ФИО9. В этой квартире он прожил с конца февраля 2014 года и по ноябрь 2016 года. Отсутствовал он в г.Алексине с июня 2015 года до конца августа 2015 года, с конца октября 2015 года по конец декабря 2015 года. В конце февраля 2016 года уехал на работу на вахту и вернулся в г.Алексин в конце марта 2016 года. 31 мая 2016 года уехал в Якутию, вернулся в г.Алексин в конце сентября 2016 года. При последней своей поездки в Якутию он сказал ФИО9, что возможно уедет надолго и не вернется, забрал все свои вещи и сделал ей оплату по май 2016 года включительно. Ключи от квартиры, от домофона и от почтового ящика он передал ФИО9. Когда в конце сентября 2016 года он вернулся в г.Алексин, ФИО9 сказала, что он может жить в квартире, передала ему ключи. В октябре 2016 года к нему пришли две женщины, одна из которых - ФИО5 сказала, что является собственником квартиры, что купила эту квартиру у ФИО31 (т.1 л.д.100-104).

Показаниями свидетеля ФИО9, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что ее сосед ФИО1 умер с 3 на 4 октября 2013 года. Поскольку ФИО1 жил один, о его смерти узнали не сразу, только 06 октября 2013 года. Вызывали сотрудников полиции, вскрывали дверь с сотрудниками МЧС. О смерти ФИО1 она уведомила его дочь ФИО2, которая проживала в г.Москва. ФИО2 с матерью приехали в ноябре 2013 года. ФИО2 обратилась к нотариусу ФИО7, которой подала заявление на вступление в наследство. Затем ФИО2 обратилась к риэлтору ФИО8 для оформления документов по наследству. ФИО2 передала ей ключи от квартиры и попросила найти квартиросъемщика, чтобы квартира не пустовала. Также попросила, чтобы она брала оплату за съем квартиры. Первоначально квартиранта подыскала ФИО8 и брала деньги за съем квартиры. В феврале 2014 года квартиру стал снимать ФИО13, который также деньги передавал ФИО8, производившей оплату коммунальных услуг. Квитанции за коммунальные услуги приходили на имя ФИО1 Летом 2014 года ФИО13 стал передавать квитанции и деньги по оплате за квартиру ей, а уже она из этих денег оплачивала коммунальные услуги. ФИО13 прожил в квартире до ноября 2016 года. В апреле 2016 года она получила квитанцию за коммунальные услуги, в которой было указано, что в квартире прописано 5 человек, при этом квартплата резко увеличилась, о чем сообщила ФИО2. В мае 2014 года по устной договоренности с ФИО2 в «Бюро недвижимости» она получила документы: свидетельство о смерти ФИО1 и свидетельство о праве на наследство по закону, которые отправила ФИО2, а себе оставила копии этих документов. От ФИО2 ей стало известно, что уже после смерти ее отца в 2015 году квартира по договору дарения перешла в собственность ФИО31, который продал квартиру (т.1 л.д.106-115).

Показаниями свидетеля ФИО8, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что 31 октября 2013 года к ней обратились ФИО2, которая оформляла у нотариуса ФИО7 наследство от умершего отца ФИО1 ФИО2 хотела после вступления в наследство продать квартиру отца по адресу: <адрес>. ФИО2 оформила доверенность на её имя у нотариуса ФИО7, по которой ФИО2 доверяет ей и супругу ФИО15 принять наследство и вести наследственное дело с правом получения свидетельства о праве на наследство к имуществу, оставшемуся после смерти в октябре 2013 года ее отца ФИО1 ФИО2 попросила ее найти квартиросъемщика на время на эту квартиру. Через некоторое время квартиру стал снимать ФИО13. Впоследствии несколько месяцев она брала оплату за квартиру с ФИО13, а затем этим стала заниматься соседка ФИО9. В конце мая 2014 года она получила по доверенности свидетельство о праве на наследство по закону. По просьбе ФИО2 она передала пакет документов на квартиру ФИО9. Летом 2016 года ей позвонила ФИО2 и попросила заняться продажей квартиры. Она стала искать покупателя и сделала запрос об отсутствии арестов и запретов в ЕГРП на данную квартиру, и по выписке ЕГРП увидела, что в <адрес> прописана семья ФИО5 из 5 человек. Из выписки ЕГРП она узнала, что данную квартиру по договору дарения в 2015 году ФИО1 подарил ФИО31 (т.2 л.д.23-26).

Показаниями свидетеля ФИО5, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что в сентябре 2015 года она с супругом ФИО14 обратились к ФИО3 и ФИО16 с просьбой приобрести квартиру. Примерно через две неделе ей позвонили и сообщили, что нашли квартиру. Приехав в офис, там находились ФИО3 и ФИО16, а также ФИО31 В офисе ФИО3 рассказала, что имеется в продаже однокомнатная квартира на <адрес> за 1 200 000 рублей. Она сказала, что в наличии только 930 000 рублей и ФИО31 предложил съездить и посмотреть квартиру, а потом договориться о цене. У ФИО31 была заторможенность с речью, и он пояснил, что деньги ему нужны на лечение, что он пережил инсульт. В подъезд входили через дверь с домофоном, от которой у ФИО31 были ключи. ФИО31 сам открывал подъездную дверь. Они втроем поднялись на 3-ий этаж, квартира направо. Входную дверь открыл ключом ФИО31, у него было два ключа в связке. В квартире никого не было, но ФИО31 сказал, что в квартире проживает квартирант. Осмотрев квартиру, она с ФИО31 договорились на 950 000 рублей, но при условии, что в течение первого года он будет сдавать квартиру и оплачивать все коммунальные услуги. Она начала собирать документы для сделки. В сентябре 2015 года ФИО3 передала ей выписку-квитанцию о квартплате, где было отражено, что в квартире никто не зарегистрирован, справку об отсутствии задолженности за квартиру, документы о праве собственности на квартиру – свидетельство о праве собственности. ФИО3 подготовила договор купли-продажи квартиры, согласно которого стоимость квартиры составляла 950 000 рублей, из которых 516 974 рубля она передала ФИО31 наличными деньгами, а оставшиеся деньги должен был перечислить пенсионный фонд из средств материнского капитала. В МФЦ они подписали договор и сдали на регистрацию. Через пять дней она забрала документы на квартиру, при этом было обременение на квартиру до перевода денег пенсионного фонда. Она одна пошла с документами на квартиру, уже которые были оформлены на её семью, в пенсионный фонд, чтобы ей предоставили счет ФИО31, куда бы поступили оставшиеся денежные средства с материнского капитала, то есть в сумме 433 000 рублей. В пенсионном фонде ей сказали, что на счет ФИО31 поступят деньги в течении 2-х месяцев. Ещё в офисе они договорились, что ФИО3 сообщит ей, когда ФИО31 поступят деньги на счет и нужно будет снять обременения с квартиры в МФЦ. В октябре 2016 года к ней пришли сотрудники полиции и сообщили, что она купила квартиру, которая была приобретена ФИО31 незаконным способом (т.2 л.д.27-32, 34-37).

Показаниями свидетеля ФИО14, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, которые аналогичны показаниям свидетеля ФИО5 (т.2 л.д.221-226)

Показаниями свидетеля ФИО17, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что ФИО31 общался с ФИО16 и ФИО3. ФИО31 домой денег никогда не приносил, жили на пенсию. С лета 2014 года у ФИО31 появилась машина, говорил, что эта машина ФИО16. (т.2 л.д.41-45)

Показаниями свидетеля ФИО18, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что в октябре 2013 года в офис обратилась ФИО2, которая хотела после вступления в наследство по закону через полгода продать квартиру отца по адресу: <адрес>. ФИО8 занималась оформлением документов. ФИО8 должна была забрать по доверенности от ФИО2 свидетельство о праве на наследство. ФИО8 по просьбе ФИО2 нашла квартиросъемщика ФИО13, который стал жить в квартире. У ФИО2 на руках было лишь свидетельство о смерти её отца ФИО1 В конце мая 2014 года ФИО8 получила свидетельство о праве на наследство. С разрешения ФИО8 она передала свидетельство о праве на наследство соседке ФИО9. Летом 2016 года звонила ФИО2 и просила заняться вопросом продажи её квартиры. Они стали искать покупателя, сделав запрос в ЕГРП. Получив выписку из ЕГРП увидели, что в <адрес> 5 собственников (т.2 л.д.46-48).

Показаниями свидетеля ФИО7, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что согласно наследственного дела № к наследственному имуществу ФИО1, умершего в октябре 2013 года, 13 марта 2014 года на предмет оформления наследственного имущества по доверенности, удостоверенной ею от 31 октября 2013 года № от имени ФИО2 с заявлением о принятии наследства после ФИО1 - квартиры по адресу: <адрес>, и денежных вкладов обратилась представитель ФИО8, было заведено наследственное дело. 31 октября 2013 года ФИО2 лично обратилась к ней за оформлением доверенности на имя ФИО8 для оформления наследственного имущества после умершего отца ФИО1 20 мая 2014 года на имя ФИО2 на основании договора купли-продажи квартиры (удостоверен нотариусом ФИО19 от 16 мая 2006 года по реестру №), было выдано свидетельство о праве на наследство по закону. Стоимость квартиры на дату смерти наследодателя в октябре 2013 года составляла 934616 рублей. Данное свидетельство получила представитель по доверенности ФИО8 (т.2 л.д.49-51)

Показаниями свидетеля ФИО20, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что регистрацию о смерти ФИО1 производил 25 октября 2013 года специалист ФИО21 по заявлению ФИО22 на основании медицинского свидетельства о смерти (№ от 09 октября 2013 года), выданное ГУЗ ТО «БСМЭ», служебная отметка – паспорт не сдан, означает, что паспорта при регистрации не было и он соответственно не сдан. Само свидетельство о смерти № вместе со справкой для получения пособия выданы ФИО22 Последнее место жительство ФИО1 указано из медицинского свидетельства о смерти – <адрес> (т.2 л.д.56-59).

Показаниями свидетеля ФИО3, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что 30 апреля 2015 года к ней обратился ФИО31, придя в офис с мужчиной на вид за 60 лет, сказал, что этот мужчина хочет ему подарить квартиру. Изначально речь шла о купле-продаже квартиры, принадлежащей ФИО1, по адресу: <адрес>. Она посмотрела паспорт ФИО1, документы на квартиру- договор купли-продажи и свидетельство на собственность данной квартиры. Она сказала, что если оформить квартиру по договору купли-продажи, то нужна справка с «паспортного стола» о зарегистрированных лицах в данной квартире, и предложила оформить договор дарения. ФИО31 и ФИО1 согласились, она напечатала договор дарения. Данные ФИО31 и ФИО1 переписала с их паспортов. ФИО31 попросил сходить с ними в регистрационный центр. Она оплатила госпошлину для регистрации права собственности и передала ФИО31 квитанцию, ушла в офис. Через месяц к ней в офис пришел ФИО31 и показал свидетельство о государственной регистрации права на квартиру, и зарегистрированный договор дарения, с подписями дарителя – ФИО1 и одаряемого – ФИО31 Летом 2015 года ФИО31 обратился к ней с просьбой продать квартиру. Она предложила ФИО5 купить квартиру, которая договорилась с ФИО31 купить квартиру за 950 000 рублей. 21 сентября 2015 года она напечатала договор купли-продажи, передала ФИО31 и ФИО5, пошли в МФЦ. Оплатила госпошлину и квитанцию передала ФИО5. 24 сентября 2015 года ФИО5 в МФЦ получили свидетельства о государственной регистрации права собственности на квартиру и договор купли-продажи. (т.2 л.д.80-85, 89-93)

В ходе проведения очной ставки от 21 апреля 2021 года между свидетелем ФИО3 и подозреваемым ФИО31, ФИО3 подтвердила ранее данные показания, а ФИО31 с ними согласился частично (т.2 л.д.228-236).

В ходе проведения очной ставки от 26 апреля 2021 года между свидетелем ФИО3 и свидетелем ФИО14, ФИО14 подтвердил ранее данные показания, а ФИО3 с ними согласилась частично, и после её показаний ФИО14 изменил свои показания, подтвердив показания ФИО3 (т.2 л.д.243-247).

Показаниями свидетеля ФИО16, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что от ФИО3 она узнала, что ФИО31 обратился к ней с просьбой оформления на него квартиру по <адрес>, что он пришел с продавцом квартиры, у которого были документы на квартиру и паспорт. ФИО3 проверила документы и оформила сделку – напечатала договор дарения и сопровождала сделку. От ФИО31 она узнала, что он хочет продать квартиру. ФИО3 нашла ему покупателя ФИО5. ФИО3 напечатала договор купли-продажи, проверила все документы, приложила справку об отсутствии задолженности. Договор купли-продажи был зарегистрирован (т.2 л.д.94-99, 102-105).

В ходе проведения очной ставки от 21 апреля 2021 года между свидетелем ФИО16 и подозреваемым ФИО31, ФИО16 подтвердила ранее данные показания, а ФИО31 с ними согласился частично (т.2 л.д.237-242).

Показаниями свидетеля ФИО23, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что со слов ФИО5 она знает, что та в 2015 году купила у ФИО31 квартиру (т.2 л.д.124-126).

Показаниями свидетеля ФИО24, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что регистрация сделки между ФИО31 и ФИО5, согласно дела №, сформированного в компьютерной программе и хранящегося в электронном виде в базе МФЦ, 21 сентября 2015 года в 13 часов 11 минут в офис МФЦ мкр. Бор обратились правообладатели ФИО31 с одной стороны, и ФИО5, ФИО14 с другой стороны. Также указаны дети ФИО10, ФИО12 и ФИО11 Они обратились для подачи документов на регистрацию сделки купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>. Дело сформировывал специалист ФИО25 Им были приняты следующие документы: заявление о государственной регистрации права на недвижимое имущество, свидетельства о рождении (3 штуки), государственный сертификат на материнский (семейный) капитал от 15 июля 2015 года, справка от 21 сентября 2015 года №. Данные документы специалистом ФИО25 были проверены и переданы в Управление «Росреестра» по Тульской области в филиал г.Алексина. Указан вероятный срок регистрации документов на выдачу на 25 сентября 2015 года. 23 сентября 2015 года в 08 часов 39 минут от заявителя ФИО5 приняты дополнительные документы на регистрацию прав (заявление, выписка из финансовой части лицевого счета от 22 сентября 2015 года №, расписка в получении документов на гос. регистрацию). Принимал документы ФИО25, а завершала операцию ФИО26 (т.2 л.д.131-134).

Показаниями свидетеля ФИО26, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что 21 сентября 2015 года в 13 часов 11 минут в офис МФЦ обратились ФИО31 – с одной стороны, и ФИО5 – с другой, для подачи документов на регистрацию сделки купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, с кадастровым №. Весь пакет документов на регистрацию был принят специалистом ФИО25 и им сформирован для передачи в Управление «Росреестра» по Тульской области в филиал г.Алексина. 23 сентября 2015 года в 08 часов 39 минут от заявителя ФИО5 приняты дополнительные документы на регистрацию прав. Принимал документы ФИО25. Далее сформированное дело отправилось специалистом ФИО25 в электронном виде в «Росреестр» (т.2 л.д.145-148).

Показаниями свидетеля ФИО25, которые аналогичны показаниям свидетеля ФИО24 (т.2 л.д.151-154).

Показаниями свидетеля ФИО27, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что в 2017 году к нему обратилась ФИО5 для представления интересов её семьи по гражданскому делу об истребовании из их владения квартиры по адресу: <адрес>. Ему известно, что 21 сентября 2015 года между ФИО5, её супругом ФИО14, а также их несовершеннолетними детьми ФИО10, ФИО12 и ФИО11, с одной стороны, и гражданином ФИО31, с другой стороны, был заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого последний передал ФИО5 и их детям в общедолевую собственность с распределением долей по 1/5 доли каждому жилое помещение площадью 31 кв.м., по адресу: <адрес>, и получил в уплату по данному договору 950 000 рублей. ФИО31 к моменту совершения указанной сделки купли-продажи данная квартира принадлежала на основании зарегистрированного в установленном законом порядке договора дарения, заключенного 30 апреля 2015 года между ФИО31 и ФИО1 (т.2 л.д.217-220).

Показаниями свидетеля ФИО6, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что 28 октября 2013 года в МУП «ритуальные услуги» обратилась ФИО2, сказала, что она дочь умершего ФИО1 и ей нужно получить свидетельство о смерти. ФИО2 получила свидетельство о смерти ФИО1 и оплатила похороны отца, произведя оплату по квитанции 20 000 рублей (т.2 л.д.165-166).

Помимо этого вина ФИО31 в совершении указанного преступления подтверждается письменными материалами дела:

- протоколом выемки от 05 апреля 2017 года, зафиксировавший факт добровольной выдачи в кабинете №54 МОМВД России «Алексинский» свидетелей ФИО9, в присутствии понятых, документов и копий документов по квартире по адресу: <адрес>: квитанций (платежных документов) по оплате коммунальных услуг, свидетельства о праве на наследство по закону от 20 мая 2014 года, свидетельства о смерти ФИО1 и иных документов, имеющих значение для уголовного дела (т.1 л.д.117-119),

- протоколом осмотра документов от 06 апреля 2017 года, отразивший ход осмотра в кабинете №54 МОМВД России «Алексинский» следующих документов, изъятых 05 апреля 2017 года в ходе выемки у свидетеля ФИО9: копия свидетельства о праве на наследство по закону от 20 мая 2014 года на имя ФИО2; копия доверенности от 31 октября 2013 года ФИО2 на имя ФИО8; копия свидетельства о смерти ФИО1 от 25 октября 2013 года (№); копия расписки в получении документов нотариусом от 13 марта 2014 года на получении документов ФИО8 от нотариуса ФИО7; копия паспорта ФИО2 (№); квитанция ООО «ГлавДомофонМонтаж», ООО «Алексинэнергосбыт» и «Ростелеком» на имя плательщика ФИО1, всего 10 штук; платежные документы для внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения коммунальных услуг) собственника ФИО1 (за январь 2017 г., за февраль 2017 г., за март 2017 г.), для внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения коммунальных услуг (за январь 2017 г., за август 2015 г., за сентябрь 2015 г., за октябрь 2015 г., за ноябрь 2015 г., за декабрь 2015 г., за январь 2016 г., за февраль 2016 г., за март 2016 г., за апрель 2016 г., за май 2016 г., за июнь 2016 г., за июль 2016 г.); кассовый чек ФГУП «Почта России» от 16 июня 2015 года на оплату ценного письма ФИО2; опись «Почта России» ф.107 от 16 июня 2015 года; кассовый чек ФГУП «Почта России» от 20 августа 2016 года отправителя ФИО9 – ФИО2; товарный чек ООО «Оформитель» от 18 августа 2016 года; товарный чек ООО «Оформитель» от 05 сентября 2016 года; копия квитанции от 13 марта 2014 года (№ ФИО заказчика ФИО8 (за ФИО2); копия справки о заключении брака № от 25 октября 2013 года (о заключении брака ФИО30 и ФИО2); копия кадастрового паспорта от 27 марта 2014 года №, на объект с кадастровым № (местоположение объекта: <адрес>), которые признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.120-142),

- протоколом выемки от 10 апреля 2017 года, зафиксировавший факт добровольной выдачи в кабинете начальником межмуниципального отдела по г.Алексин, Дубенскому району и р.п.Новогуровский УФС государственной регистрации кадастра и картографии по Тульской области ФИО28 по адресу: <...>, архивного дела правоустанавливающих документов на объект с кадастровым № (т.1 л.д.154-156),

- протоколом осмотра документов от 13 апреля 2017 года, отразивший ход осмотра в кабинете №54 МОМВД России «Алексинский» архивного дела правоустанавливающих документов № на объект с кадастровым № (местоположение объекта: <адрес>), изъятого 10 апреля 2017 года в ходе выемки у ФИО28, которое признано и приобщено к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.1 л.д.157-222),

- протоколом выемки от 25 апреля 2017 года, зафиксировавший факт добровольной выдачи в отделе ЗАГСа начальником отдела ФИО20 по адресу: <...>, заявления ФИО1 от 20 сентября 2013 года № о заключении брака с гражданкой ФИО29 (т.2 л.д.61-63),

- протоколом обыска от 26 апреля 2017 года, зафиксировавший факт проведения обыска в офисном помещении «Паритет» по адресу: <...>, с участием ФИО3, в ходе которого были изъяты, в том числе: мобильный телефон «FLY» с sim-картами Теле2 и Мегафон; мобильный телефон «Nokia» с sim-картой Мегафон; ноутбук «SAMSUNG»; документы: договор дарения квартиры от 30 апреля 2015 года; свидетельство о государственной регистрации права от 13 мая 2015 года; договор купли-продажи квартиры от 21 сентября 2015 года; светокопия договора дарения квартиры от 30 апреля 2015 года; черновики договоров купли-продажи квартиры от 21 сентября 2015 года; расписка ФИО5 от 21 сентября 2015 года (т.2 л.д.67-79),

- протоколом осмотра предметов и документов от 05 мая 2017 года, отразивший ход осмотра в кабинете №54 МОМВД России «Алексинский» предметов и документов, изъятых 26 апреля 2017 года в ходе обыска в офисном помещении «Паритет» по адресу: <...>, в том числе: мобильный телефон «FLY» с sim-картами Теле2 и Мегафон; мобильный телефон «Nokia» с sim-картой Мегафон; ноутбук «SAMSUNG»; документы: договор дарения квартиры от 30 апреля 2015 года; свидетельство о государственной регистрации права от 13 мая 2015 года; договор купли-продажи квартиры от 21 сентября 2015 года; черновики договоров купли-продажи квартиры от 21 сентября 2015 года; расписка ФИО5 от 21 сентября 2015 года, которые признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.234-250, т.2 л.д.1-11),

- заключением эксперта № от 14 июня 2017 года, с выводом: «Рукописные записи и подписи от имени ФИО1, расположенные в графе «Даритель» договора дарения квартиры от 30 апреля 2015 года (лист №29 архивного дела правоустанавливающих документов), в графе «ФИО заявитель» в оттиске штампа «с подлинным верно» в нижней части копии «Чек-ордера» от 05 мая 2015 года (лист №32 архивного дела правоустанавливающих документов), в графе «подпись ФИО» в расписке в получении документов на государственную регистрацию от 06 мая 2015 года (лист №31 архивного дела правоустанавливающих документов), в графе «Расписка получена» в пункте №7 заявления о государственной регистрации права на недвижимое имущество от 30 апреля 2015 года, а также подписи от имени ФИО1 и рукописные записи «ФИО1» в пункте №15 указанного заявления (лист №26 архивного дела правоустанавливающих документов), в графе «Расписка получена» в пункте №7 заявления о государственной регистрации права на недвижимое имущество от 30 апреля 2015 года, а также подписи от имени ФИО1 и рукописные записи «ФИО1» в пункте №15 указанного заявления (лист №25 архивного дела правоустанавливающих документов), в графе «подпись, ФИО» в расписке в получении документов на государственную регистрацию от 30 апреля 2015 года (лист №24 архивного дела правоустанавливающих документов), выполнены не ФИО1, не ФИО31, а другим лицом. Установить, не выполнены ли вышеуказанные рукописные объекты ФИО3, ФИО16, ФИО4, не представилось возможным. Рукописная запись и подпись в графе «Одаряемый», расположенные в договоре дарения квартиры от 30 апреля 2015 года (лист №29 архивного дела правоустанавливающих документов), выполнены не ФИО1, не ФИО3, не ФИО16, не ФИО4, а выполнены ФИО31 (т.2 л.д.115-121),

- копией акта судебно-медицинского исследования № от 07 ноября 2013 года - исследование трупа ФИО1 (69 лет), причина смерти ФИО1 не установлена из-за гнилостных изменений трупа, давность наступления смерти в пределах 4-6 суток на момент исследования - начато 09 октября 2013 года в 08 часов 30 минут (т.2 л.д.160-163),

- решением Алексинского городского суда Тульской области от 15 июня 2018 года: «исковые требования ФИО2 к ФИО5, ФИО14, ФИО12, ФИО10, ФИО11, ФИО31, удовлетворить частично. Признать недействительным договор дарения от 30.04.2015г., прекратить право собственности ФИО5….на квартиру по адресу: <адрес>, истребовав из их незаконного владения данный объект недвижимости. Восстановить право ФИО2 на квартиру…, признав за ней право собственности на данный объект недвижимости...» (т.2 л.д.173-197),

- решением Алексинского городского суда Тульской области от 12 декабря 2018 года: «исковые требования ФИО5, ФИО14, действующих в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО12, ФИО10 и ФИО11, удовлетворить частично. Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 21.09.2015г., применив последствия недействительности ничтожной сделки. Взыскать с ФИО31А….в пользу ФИО5, ФИО14, действующих в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО12, ФИО10 и ФИО11, денежные средства в размере 516 974 руб. Взыскать с ФИО31 ….в пользу ГУ Отделения Пенсинного фонда РФ по Тульской области денежные средства в виде материнского (семейного) капитала в размере 433 026 руб…. » (т.2 л.д.204-213),

- копией заявления о заключении брака № от 20 сентября 2013 года между ФИО1 и ФИО29 (т.2 л.д.64),

- копией записи акта о смерти № от 25 октября 2013 года на ФИО1, последнее место жительство – <адрес> (т.2 л.д.54, 55).

Оценивая представленные обвинением и исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает, что они являются относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность – достаточной для вывода о виновности ФИО31 в совершении преступления при изложенных выше обстоятельствах.

Представленные обвинением доказательства не находятся в противоречии и согласуются между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства произошедшего, оснований не доверять этим доказательствам не имеется.

Анализируя показания подсудимого ФИО31, данные в ходе предварительного следствия, суд признает их достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку они соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, другим представленным обвинением и исследованным в судебном заседании доказательствам, с бесспорностью подтверждающим непосредственную причастность подсудимого к совершению инкриминируемого деяния. Нарушений требований УПК РФ при допросах ФИО31 не допущено, право на защиту соблюдено.

Показания потерпевшей ФИО2, свидетелей ФИО4, ФИО13, ФИО9, ФИО8, ФИО5, ФИО14, ФИО17, ФИО18, ФИО7, ФИО20, ФИО3, ФИО16, ФИО23, ФИО24, ФИО26, ФИО25, ФИО6, ФИО27, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании, непротиворечивы и последовательны, согласуются с иными доказательствами обвинения, являются допустимыми и достоверными, в связи с чем, оснований не доверять этим показаниям у суда не имеется.

В судебном заседании стороной защиты не было представлено доказательств, позволяющих усомниться в достоверности показаний потерпевшей и свидетелей. Каких-либо процессуальных нарушений при допросе потерпевшей и свидетелей не допущено, оснований для оговора ФИО31 потерпевшей и свидетелями не имеется.

Вышеуказанные протоколы следственных и процессуальных действий, иные документы суд признает допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку при проведении следственных и процессуальных действий и составлении протоколов нарушений закона не установлено, содержащиеся в них сведения полностью согласуются между собой и другими доказательствами.

Заключение экспертов № от 14 июня 2017 года изготовлено в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, подтверждается остальной совокупностью доказательств по делу и не содержит неясностей и какой-либо неполноты исследований и выводов.

При этом, как следует из материалов уголовного дела, ФИО31 27 декабря 2018 года обратился с заявлением о явке с повинной (т.3 л.д.6-7).

Как усматривается из протокола явки с повинной ФИО31, ему не было разъяснено в соответствии с требованиями ч.1.1 ст.144 УПК РФ право не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ. При отсутствии сведений об обеспечении возможности осуществления ФИО31 предоставленных ему законом прав, протокол явки с повинной подлежит исключению из числа доказательств, поскольку не отвечает требованиям закона о допустимости показаний подозреваемого.

В связи с изложенным, из числа доказательств следует исключить протокол явки с повинной ФИО31 от 27 декабря 2018 года.

Каких-либо данных, свидетельствующих о недопустимости иных письменных доказательств, изложенных выше в качестве доказательств, суд не установил. При таких данных суд признает указанные письменные доказательства относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами вины ФИО31 в инкриминируемом преступлении.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд исходит из установленных приведёнными выше доказательствами обстоятельств дела, которые в своей совокупности, с точки зрения достаточности, позволяет суду сделать вывод о подтверждении вины подсудимого ФИО31 в предъявленном ему обвинении.

Таким образом, основываясь на совокупной оценке доказательств, суд считает виновность подсудимого ФИО31 в совершении преступления доказанной и квалифицирует его действия по ч.4 ст.159 УК РФ, как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

При назначении наказания в соответствии со ст.ст.6, 43, 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности подсудимого, состояние здоровья его и членов его семьи (т.3 л.д.140-155), смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО31 на учете у врача психиатра и врача нарколога не состоит, <данные изъяты> (т.3 л.д.127, 129), по месту жительства жалоб и нареканий от соседей не поступало, общественный порядок не нарушал (т.3 л.д.118, 120, 123), <данные изъяты>.

Согласно заключению эксперта № от 14 августа 2019 года, ФИО31 в период совершения инкриминируемого ему деяния хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое бы лишало его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, не страдал. <данные изъяты>. В период совершения инкриминируемого ему деяния ФИО31 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО31 может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. В принудительных мерах медицинского характера ФИО31 не нуждается (т.3 л.д.70-72).

Выводы экспертной комиссии врачей-психиатров не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, нашли подтверждение в судебном заседании. Учитывая изложенные обстоятельства, суд находит, что ФИО31 является вменяемым и подлежит уголовной ответственности и наказанию.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО31, в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд признает явку с повинной, согласно ч.2 ст.61 УК РФ –признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО31, в соответствии со ст.63 УК РФ, судом не установлено.

Учитывая всю совокупность установленных обстоятельств, данные о личности подсудимого ФИО31, принимая во внимание цели назначения наказания, направленные на исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений, суд приходит к выводу о том, что достичь целей наказания – восстановления социальной справедливости и перевоспитания виновного, предупреждения совершения им новых преступлений, возможно путем назначения наказания в виде лишения свободы.

Суд не находит оснований для применения положений ст.64 УК РФ - назначение более мягкого вида наказания, чем предусмотрено статьей, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления.

В свою очередь, совокупность конкретных обстоятельств дела, наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, поведение ФИО31 после совершения преступления, данные о личности подсудимого, а также учитывая состояние здоровья подсудимого и его возраст, влияние назначаемого наказания на условия жизни подсудимого и членов его семьи дает суду основания прийти к выводу о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания в соответствии с требованиями ст.73 УК РФ.

По мнению суда, назначенное ФИО31 наказание будет являться справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности содеянного подсудимым, данным о его личности, будет служить исправлению виновного и предупреждению совершения им новых преступлений.

С учетом всех данных о личности подсудимого, совокупности конкретных обстоятельств дела, суд считает возможным не назначать подсудимому дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч.4 ст.159 УК РФ, в виде штрафа и ограничения свободы.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории преступления, совершенного ФИО31, на менее тяжкую.

Избранная в отношении ФИО31 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлению приговора в законную силу подлежит отмене.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями ст.ст.81-82 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст.296-299, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО31 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным, установив испытательный срок в 3 (три) года, в течение которого в соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ возложить на условно осужденного обязанность: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных.

Меру пресечения ФИО31 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу:

- копию доверенности от 31 октября 2013 года ФИО2 на имя ФИО8, копию свидетельства о смерти ФИО1 от 25 октября 2013 года (№), копию расписки в получении документов нотариусом от 13 марта 2014 года на получении документов ФИО8 от нотариуса ФИО7, копию паспорта ФИО2 (№), 10 квитанций ООО «ГлавДомофонМонтаж», ООО «Алексинэнергосбыт» и «Ростелеком» на имя плательщика ФИО1, платежные документы для внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения коммунальных услуг) собственника ФИО1 (за январь 2017 г., за февраль 2017 г., за март 2017 г.), для внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения коммунальных услуг (за январь 2017 г., за август 2015 г., за сентябрь 2015 г., за октябрь 2015 г., за ноябрь 2015 г., за декабрь 2015 г., за январь 2016 г., за февраль 2016 г., за март 2016 г., за апрель 2016 г., за май 2016 г., за июнь 2016 г., за июль 2016 г.), кассовый чек ФГУП «Почта России» от 16 июня 2015 года на оплату ценного письма ФИО2, опись «Почта России» ф.107 от 16 июня 2015 года, кассовый чек ФГУП «Почта России» от 20 августа 2016 года отправителя ФИО9 – ФИО2, товарный чек ООО «Оформитель» от 18 августа 2016 года, товарный чек ООО «Оформитель» от 05 сентября 2016 года, копию квитанции от 13 марта 2014 года (№ ФИО заказчика ФИО8 (за ФИО2), копию справки о заключении брака № от 25 октября 2013 года (о заключении брака ФИО30 и ФИО2), копию кадастрового паспорта от 27 марта 2014 года №, на объект с кадастровым № (местоположение объекта: <адрес>), копию договора дарения квартиры от 30 апреля 2015 года, копию свидетельства о государственной регистрации права от 13 мая 2015 года, копию договора купли-продажи квартиры от 21 сентября 2015 года, копию черновиков договоров купли-продажи квартиры от 21 сентября 2015 года, копию расписки ФИО5 от 21 сентября 2015 года, находящиеся в материалах уголовного дела, оставить при уголовном деле,

- архивное дело правоустанавливающих документов № в виде сшива документов на 63 листах, возвращенное в МО по г.Алексин, Дубенскому району и р.п. Новогуровский Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Тульской области, оставить в распоряжении последнего,

- мобильный телефон «FLY» с sim-картами «Теле2» и «Мегафон», мобильный телефон «Nokia» с sim-картой «Мегафон», ноутбук «SAMSUNG», возвращенные владельцу ФИО3, оставить в распоряжении последней.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда через Алексинский городской суд Тульской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы (представления), осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий