Решение № 2-425/2025 2-6059/2024 от 19 февраля 2025 г. по делу № 2-425/2025

УИД 31RS0022-01-2024-003756-16 Дело №2-425/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2025 года город Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Шатенко Т.Н.,

при секретаре: Аносове А.А.,

с участием: представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице МВД России, УМВД России по Белгородской области о взыскании судебных расходов и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит взыскать с Российской Федерации в лице МВД России, УМВД России по Белгородской области за счет казны Российской Федерации расходы по оплате услуг защитника в связи с рассмотрением дела об административном правонарушении в размере 25 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В обоснование заявленных требований сослался на то, что постановлением начальника отделения эксплуатации средств ВФ ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.6 ст. 12.9 КоАП РФ.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 07.03.2024 года была подана жалоба вышестоящему должностному лицу.

Решением начальника ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ жалоба ФИО1 оставлена без удовлетворения, постановление № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 – без изменения.

ФИО1 обратился в суд с жалобой на вышеуказанные постановление по делу об административном правонарушении и решение по жалобе на постановление.

Решением Вейделевского районного суда Белгородской области от 27.04.2024 года жалоба ФИО1 удовлетворена, постановление № от ДД.ММ.ГГГГ и решение по жалобе на постановление от ДД.ММ.ГГГГ отменены, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.6 ст. 12.9 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

В результате незаконного привлечения к административной ответственности ФИО1 испытал физические и нравственные страдания, выразившиеся в негативных эмоциональных переживаниях в связи с незаконным привлечением к административной ответственности, необходимостью защищать свои права в судебных заседаниях, нести незапланированные материальные затраты на судебную защиту.

Для защиты своих прав при производстве по делу об административном правонарушении, ФИО3 обратился за помощью к представителю, которому им была оплачена сумма 25 000 руб. за юридические услуги.

В судебное заседание истец не явился, извещен своевременно и надлежаще, направил в суд своего представителя ФИО1, который иск поддержал в полном объеме, просил его удовлетворить. Уточнил, что просит взыскать денежные средства с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации, а также с УМВД России по Белгородской области.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 иск не признала, просила отказать в его удовлетворении, поскольку привлечение истца к административной ответственности производилось в порядке ст. 2.6.1 КоАП РФ как специального субъекта – владельца автомобиля, следовательно, его права нарушены не были, виновности в действиях сотрудников полиции не имеется.

Третьи лица ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области, начальник ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области, начальник отделения эксплуатации средств ВФ ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области в судебное заседание не явились, извещены своевременно и надлежаще, данных об уважительности причин неявки и ходатайств об отложении рассмотрения дела не представили.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно пункту 1 статьи 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Статьей 1069 указанного выше кодекса установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Кроме того, статьей 151 этого же кодекса предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из приведенных положений закона следует, что вред подлежит возмещению лицом его причинившим, при этом основанием для его возмещения является совокупность условий, включающих противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, его вину и наличие причинно-следственной связи между указанными действиями (бездействием) причинителя вреда и возникшими у потерпевшего убытками.

Отступления от этого правила могут быть установлены законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 15 июля 2020 г. N 36-П, недоказанность незаконности действий (бездействия) должностных лиц или их вины не является основанием для отказа в возмещении расходов на оплату юридической помощи и иных расходов, являющихся по своей сути судебными издержками, понесенными лицами, в отношении которых дело об административном правонарушении прекращено на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы).

Между тем приведенные выше положения закона и их толкование относятся к тем случаям, когда привлечение заявителя к административной ответственности признано незаконным вследствие того, что основания для его привлечения к административной ответственности отсутствовали или не были доказаны.

В отличие от приведенных выше норм материального права статьей 16.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица правомерными действиями государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежит компенсации в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом.

Согласно статье 2.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях к административной ответственности за административные правонарушения в области дорожного движения и административные правонарушения в области благоустройства территории, предусмотренные законами субъектов Российской Федерации, совершенные с использованием транспортных средств, в случае фиксации этих административных правонарушений работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи привлекаются собственники (владельцы) транспортных средств (часть 1).

Собственник (владелец) транспортного средства освобождается от административной ответственности, если в ходе рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное в соответствии с частью 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, будут подтверждены содержащиеся в ней данные о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица либо к данному моменту выбыло из его обладания в результате противоправных действий других лиц (часть 2).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 г. N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что статьей 2.6.1, частью 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлен особый порядок привлечения к административной ответственности за административные правонарушения в области дорожного движения при их фиксации работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, либо работающими в автоматическом режиме средствами фото- и киносъемки, видеозаписи (далее - технические средства, работающие в автоматическом режиме). В указанных случаях протокол об административном правонарушении не составляется, постановление по делу об административном правонарушении выносится без участия собственника (владельца) транспортного средства и оформляется в порядке, предусмотренном статьей 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При фиксации административного правонарушения в области дорожного движения техническим средством, работающим в автоматическом режиме, субъектом такого правонарушения является собственник (владелец) транспортного средства независимо от того, является он физическим либо юридическим лицом (часть 1 статьи 2.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В случае несогласия с вынесенным в отношении собственника (владельца) транспортного средства постановлением о назначении административного наказания за правонарушение, выявленное и зафиксированное работающими в автоматическом режиме техническими средствами, при реализации своего права на обжалование данного постановления он освобождается от административной ответственности при условии, что в ходе рассмотрения жалобы будут подтверждены содержащиеся в ней данные о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица либо к данному моменту выбыло из его обладания в результате противоправных действий других лиц. При этом собственник обязан представить доказательства своей невиновности.

Доказательствами, подтверждающими факт нахождения транспортного средства во владении (пользовании) другого лица, могут, в частности, являться полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, в котором имеется запись о допуске к управлению данным транспортным средством другого лица, договор аренды или лизинга транспортного средства, показания свидетелей и (или) лица, непосредственно управлявшего транспортным средством в момент фиксации административного правонарушения. Указанные, а также иные доказательства исследуются и оцениваются по правилам статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (пункт 27).

Конституционным Судом Российской Федерации указано, что законодатель мог предусмотреть правовую конструкцию, в соответствии с которой собственники транспортных средств, как физические, так и юридические лица, признаются специальным субъектом административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения в случае их автоматической фиксации специальными техническими средствами.

Данный правовой механизм направлен на предупреждение совершения правонарушений, связанных с повышенной угрозой для жизни, здоровья и имущества участников дорожного движения, и тем самым обеспечивает защиту конституционно значимых ценностей, перечисленных в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (определение от 17 июля 2012 г. N 1286-О).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 2019 г. N 5-П указано, что для собственников (владельцев) транспортных средств в таком случае Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях закреплены самостоятельные санкции в виде штрафов, обособленные от санкций для водителей (пункт 3.2).

Из приведенных положений закона и актов их толкования следует, что в предусмотренных статьей 2.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях случаях личность водителя не устанавливается, а к ответственности привлекаются собственники (владельцы) транспортных средств как специальные субъекты такого рода правонарушений.

Освобождение собственника (владельца) транспортного средства от административной ответственности на основании части 2 статьи 2.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не означает, что постановление о привлечении собственника (владельца) транспортного средства к административной ответственности являлось незаконным.

Напротив, применение части 2 статьи 2.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях свидетельствует о том, что привлечение собственника (владельца) транспортного средства к административной ответственности признано законным (иначе постановление подлежало бы отмене по иным основаниям), и о том, что вред собственнику в данном случае причинен не незаконными действиями и постановлениями должностных лиц, а лицом, управлявшим транспортным средством в момент фиксации нарушения правил дорожного движения.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, постановлением начальника отделения эксплуатации средств ВФ ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.6 ст. 12.9 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 2 000 руб.

Из названного постановления следует, что водитель автомобиля Хендэ Гетц 1.4 МТ, государственный регистрационный знак №, ДД.ММ.ГГГГ в 10:04:24 на а/д <адрес> км 87+380, в нарушение требований дорожного знака 5.31 Прил.1 к ПДД РФ, двигался со скоростью 82 км/ч при максимально разрешенной на данном участке дороги 40 км/ч, чем превысил установленную скорость на 41 км/ч, что зафиксировано соответствующими системами, работающими в автоматическом режиме.

Таким образом, истец был привлечен к административной ответственности в порядке ст. 2.6.1 КоАП РФ как собственник транспортного средства в связи с фиксацией административного правонарушения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами.

В дальнейшем постановление по делу об административном правонарушении было отменено с прекращением производства по делу ввиду отсутствия в действиях ФИО3 состава административного правонарушения.

Вместе с тем, основанием для принятия такого решения явились предпринятые ФИО3 как собственником транспортного средства действия в соответствии с ч. 2 ст. 2.6.1 КоАП РФ по сложению ответственности связанные с передачей самим собственником ФИО3 транспортного средства другому лицу и с нарушением этим лицом Правил дорожного движения, а не с исполнением органами внутренних дел возложенных на них законом функций в области безопасности дорожного движения.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что обстоятельств вины должностного лица при привлечении ФИО1 к административной ответственности не установлено, следовательно, в связи с фактом привлечения ФИО3 к административной ответственности отсутствуют основания для взыскания убытков в виде расходов на оплату услуг представителя и компенсации морального вреда.

Вместе с тем, судом установлено, что ФИО1 обжаловал постановление по делу об административном правонарушении вышестоящему должностному лицу начальнику ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области со ссылкой на то обстоятельство, что в момент фиксации административного правонарушения он не управлял автомобилем.

Решением начальника ЦАФАП в ОДД ГИБДД УМВД России по Белгородской области от 15.03.2024 года жалоба ФИО1 оставлена без удовлетворения, постановление № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 – без изменения.

Решением Вейделевского районного суда Белгородской области от 27.04.2024 года жалоба ФИО1 удовлетворена, постановление № от ДД.ММ.ГГГГ и решение по жалобе на постановление от ДД.ММ.ГГГГ отменены, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.6 ст. 12.9 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения. В ходе рассмотрения жалобы судом было установлено, что в момент совершения правонарушения автомобилем, принадлежащим ФИО1, управляло иное лицо – ФИО4, следовательно, в действиях ФИО1 отсутствует состав административного правонарушения. Решение суда вступило в законную силу 17.05.2024 года.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении вышестоящее должностное лицо полиции отнеслось формально к рассмотрению жалобы ФИО3, не проверило должным образом содержащиеся в жалобе доводы об отсутствии состава административного правонарушения в действиях истца, не предприняло мер к всестороннему, полному, объективному и своевременному выяснению обстоятельств дела, как того требуют положения ст. 24.1 КоАП РФ, что в последующем привело к признанию решения по жалобе ФИО7 незаконным и его отмене судом.

Таким образом, судом установлены незаконные действия должностного лица при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, что является основанием для удовлетворения требований о взыскании убытков в виде оплаты услуг представителя и компенсации морального вреда.

Доводы представителя истца о том, что ФИО3 не был извещен вышестоящим должностным лицом о времени и месте рассмотрения его жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, что также явилось нарушением прав ФИО3 должностным лицом полиции, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Так, из представленной представителем ответчика распечатки по входящему обращению по жалобе ФИО3 следует, что ФИО3 был извещен посредством Единого портала государственных услуг о дате, времени и месте рассмотрения его жалобы. В данной части нарушений при производстве по жалобе ФИО3 должностным лицом органа полиции допущено не было.

Судом установлено, что при рассмотрении жалобы ФИО3 по делу об административном правонарушении истец пользовался помощью защитника.

Согласно договору на оказание услуг №2024/03/07 от 25.03.2024 года ФИО1 (заказчик) и ФИО1, (исполнитель) заключили договор, по которому исполнитель обязуется по заданию заказчика оказывать ему юридическую помощь по: подготовке и согласованию с заказчиком необходимых документов в рамках административного дела для обжалования в судебном порядке; направлению процессуальных документов для обжалования в судебном порядке; представлению интересов заказчика в судебных заседаниях в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций; иным юридическим услугам, связанным с рассмотрением дела. Стоимость услуг составляет 25 000 руб.

Как следует из расписки от 11.07.2024 года, ФИО1 оплатил ФИО1 денежные средств в размере 25 000 руб. по договору на оказание услуг №2024/03/07 от 25.03.2024 года.

Доводы представителя ответчика о том, что между истцом и его представителем Клименко имеются родственные связи, поэтому в удовлетворении требований о взыскании расходов на оплату юридических услуг должно быть отказано, неубедительны. Действующее законодательство не ограничивает круг лиц, которые могут быть представителями (защитниками), и с которыми лицо имеет право заключать соответствующие договоры оказания услуг. Факт родственных отношений сам по себе не свидетельствует о том, что юридические услуги не были оказаны или что они не были оплачены. Ответчиком не представлено доказательств того, что истец фактически не понес соответствующие расходы или об иной стоимости оказанных услуг, утверждения об обратном основаны только на предположениях, не подтверждённых никакими фактическими данными.

Таким образом, истцом доказан факт несения соответствующих расходов и их связь с рассматриваемым делом.

Вместе с тем, суд при рассмотрении дела о взыскании убытков не лишен возможности оценки соразмерности и разумности понесенных расходов на оплату услуг представителя.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пунктах 12, 13 постановления Пленума N 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Оценивая разумность понесенных ФИО3 расходов и их соразмерность, суд приходит к нижеследующим выводам.

Судебные расходы должны отвечать критерию разумности, который является оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусмотрены.

Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела. В данном случае суд фактически обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. При этом суд по собственной инициативе может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Как усматривается из акта оказания юридических услуг от 02.07.2024 года, в соответствии с договором на оказание услуг №2024/03/07 от 25.03.2024 года исполнителем ФИО1 оказаны заказчику ФИО1 следующие услуги: подготовка жалобы в суд на решение по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении; устные консультации в рамках правового анализа определения Свердловского районного суда г.Белгорода от 24.04.2024 года; подготовка ходатайства в Вейделевский районный суд об отложении рассмотрения дела; транспортные расходы; подготовка в Вейделевский районный суд ходатайства о вызове свидетеля; подготовка дополнений к жалобе; представление интересов заявителя в суде.

Оценивая оказанные защитником услуги, суд приходит к выводу, что необходимость несения некоторых из них не вызвана объективной необходимостью.

Так, по пояснениям представителя истца изначально они обратились в Свердловский районный суда г.Белгорода с жалобой на постановление по делу об административном правонарушении и решение по жалобе на него, при этом в связи с нарушением правил подсудности жалоба определением Свердловского районного суда г.Белгорода от 24.04.2024 года была возвращена с разъяснением права на обращение в суд по месту совершения правонарушения. Таким образом, именно действия стороны истца привели к неправильному определению правил подсудности. Понесенные расходы по оплате устных консультаций в рамках правового анализа определения Свердловского районного суда г.Белгорода от 24.04.2024 года при таких обстоятельствах не могут расцениваться как вызванные необходимостью, затраты на их несение не признаются судом убытками применительно к рассматриваемому делу.

Оказание услуг по подготовке ходатайства в Вейделевский районный суд об отложении рассмотрения дела, подготовке в Вейделевский районный суд ходатайства о вызове свидетеля, подготовке дополнений к жалобе также признаются судом не вызванными объективной необходимостью и не подлежащими признанию убытками в рамках рассматриваемого дела, поскольку данные действия должны выполняться представителем в рамках взятого на себя поручения по оказанию юридической помощи, они не подлежат отдельной плате, учитывая, что требований об обязательном предъявлении ходатайств в письменном виде КоАП РФ не содержит. Подготовка дополнений к жалобе также не является самостоятельным действием, а охватывается понятием подготовки самой жалобы.

Транспортные расходы, отраженные в акте оказанных услуг, не могут являться юридическими услугами и включаться в цену таких услуг. Факт несения транспортных расходов представителем, их размер не подтверждены никакими фактическими данными, поэтому суд не находит оснований для признания соответствующей суммы убытками в данном деле и взыскания их с ответчика.

Таким образом, суд приходит к выводу, что фактически защитником истца была подготовлена жалоба на постановление по делу об административном правонарушении и он принимал участие в судебном заседании при рассмотрении данной жалобы.

С учетом стоимости, обычно взимаемой за аналогичные услуги, исходя из фактической занятости представителя в деле, с учетом категории и сложности дела, суд приходит к выводу, что размер расходов по оплате услуг представителя заявителя не соответствует критериям разумности и справедливости. С учетом конкретных обстоятельств дела, суд полагает соразмерным взыскание с ответчика убытков в виде расходов по оплате услуг представителя истца при производстве по делу об административном правонарушении в размере 3 000 руб.

Ссылки представителя истца на необходимость расчета цены оказанных им услуг исходя из Методических рекомендаций по размерам оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, предприятиям, учреждениям и организациям в Белгородской области, утвержденных решением Совета адвокатской палаты Белгородской области от 31.05.2021, неубедительны.

Так, указанные размеры оплаты юридической помощи применяются только к оплате юридической помощи, оказываемой адвокатами. Представитель истца участвовал в деле об административном правонарушении на основании доверенности и заключенного договора на оказание услуг, а не как адвокат, следовательно, к оказанным представителем истца юридическим услугам указанные Методические рекомендации не применимы.

Относительно требований о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), применяются правила, установленные в статьях 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц).

Отмена постановления о привлечении гражданина к административной ответственности по мотиву недоказанности обстоятельств, на основании которых оно вынесено, и прекращение производства по делу об административном правонарушении сами по себе не исключают возможность компенсации морального вреда в случае незаконного привлечения гражданина к административной ответственности при наличии вины должностных лиц административного органа и не освобождает суд от обязанности исследовать эти обстоятельства.

Поскольку судом установлена незаконность действий должностного лица полиции при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, имеются основания для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает то обстоятельство, что привлечение ФИО3 к административной ответственности являлось законным и правомерным, последующие действия должностного лица, рассматривавшего жалобу на постановление по делу об административном правонарушении выразились в формальном подходе и ненадлежащей проверке доводов ФИО3 об управлении автомобилем в момент фиксации административного правонарушения иным лицом.

Суд признает, что указанные нарушения, допущенные должностным лицом полиции при рассмотрении жалобы истца, вынудили ФИО3 обращаться в суд за защитой нарушенных прав, где истец был вынужден затрачивать время, отвлекаясь от работы, испытывать волнения, связанные с посещением суда, что причинило истцу нравственные страдания.

Эти обстоятельства в совокупности позволяют прийти к выводу, что нарушения, допущенные должностным лицом полиции, оказали негативное влияние на душевное и психологическое состояние истца, унизило и оскорбило его человеческого достоинство и причинило нравственные страдания.

С учетом установленных обстоятельств, данных об индивидуальных особенностях личности истца, суд определяет размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 500 рублей, которая будет соответствовать обстоятельствам и степени причинения вреда, данным о личности истца.

В силу требований закона, убытки и денежная компенсация морального вреда подлежат взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Требования представителя истца о необходимости взыскания указанных убытков и компенсации морального вреда с УМВД России по Белгородской области не основаны на законе.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ уплаченная истцом при подаче иска государственная пошлина подлежит взысканию в его пользу с ответчика, при этом положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении судебных издержек не подлежат применению (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск ФИО1 к Российской Федерации, в лице МВД России, УМВД России по Белгородской области о взыскании судебных расходов и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России в пользу ФИО1 (паспорт серия №) за счет средств казны Российской Федерации убытки в виде расходов на оплату услуг представителя, понесенные в рамках дела об административном правонарушении в размере 3 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Белгорода.

Судья

Мотивированное решение суда изготовлено 28 февраля 2025 года.