Апелляционное определение № 33-1144/2026 33-17491/2025 от 3 февраля 2026 г.

Дело № 33-1144/2026

(№ 2-5305/2025)

УИД № 66RS0003-01-2025-004257-19

Мотивированное
апелляционное определение составлено 04.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 21.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Ильиной О.В.,

судей

Хамиевой Ю.Р.,

ФИО1,

с участием прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области ПереваловойА.А.,

при ведении протокола и аудиопротокола судебного заседания помощником судьи Малярик А.А.,

рассмотрела в помещении суда в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело

по иску ФИО2 к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением,

по встречному иску ФИО3 к ФИО2 о вселении в жилое помещение, устранении препятствий в пользовании жилым помещением

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Кировского районного суда города Екатеринбурга от 14.10.2025.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя истца ФИО4, ответчика ФИО3 и ее представителя ФИО5, заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просила признать ответчика ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, <адрес>.

В обоснование иска указано, что спорной квартирой является квартира, расположенная по адресу: <адрес><адрес>. Истец зарегистрирована и проживает в указанной квартире с рождения. Помимо истца ранее в квартире проживали и были зарегистрированы отец истца В.В.В. , умерший <дата>, а также бабушка истца В.Л.Н. , умершая <дата>. Когда истец снимала отца с регистрационного учета в связи с его смертью, ей стало известно, что в квартире зарегистрирована ФИО3 Истец в течение всего времени, которое она помнит, утверждает, что ФИО3 в квартире не проживала, расходы по оплате жилищно-коммунальных платежей не несла. Мать истца говорила ей, что ответчик это дочь ее отца от первого брака, но в квартире она никогда не проживала.

Ответчик ФИО3 обратилась со встречным иском к ФИО2, в котором просила: обязать ФИО2 устранить препятствия в пользовании спорной квартирой, в том числе путем передачи ей ключей от квартиры; вселить в спорную квартиру.

В обоснование встречного иска указано, что ФИО3 является членом семьи первоначального нанимателя спорного жилого помещения В.Л.Н. , которой жилое помещение было предоставлено по ордеру от 09.09.1988. ФИО3 была зарегистрирована в жилом помещении с <дата>, обладает равными с нанимателем правами пользования жилым помещением в силу части 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации. После смерти В.Л.Н. <дата> и смерти отца В.В.В. <дата>, договор социального найма продолжает действовать, а право пользования жилым помещением сохраняется за всеми членами семьи умершего нанимателя, включая истца по встречному иску. Ответчик по встречному иску нарушает жилищные права истца по встречному иску, препятствует в осуществлении права пользования жилым помещением, не предоставляет доступ в жилое помещение, не передает ключи от квартиры, игнорирует обращения истца по встречному иску о необходимости обеспечения доступа в жилое помещение и урегулирования вопроса совместного пользования жилым помещением. Кроме того, ответчик по встречному иску отказывается принимать от истца по встречному иску денежные средства в счет компенсации расходов на оплату жилищно-коммунальных услуг, что свидетельствует о намерении истца по встречному иску монопольно пользоваться спорной квартирой в нарушение прав других лиц.

Определением суда от 23.09.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Администрация Кировского района города Екатеринбурга (л.д. 89-90).

Решением Кировского районного суда города Екатеринбурга от 14.10.2025 исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением – удовлетворены.

ФИО3 признана утратившей право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>.

Указано, что настоящее решение является основанием для снятия с регистрационного учета ФИО3 по адресу: <адрес>, <адрес>.

Встречные исковые требования ФИО3 оставлены без удовлетворения.

С таким решением не согласилась ответчик ФИО3, ее представителем ФИО5 подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда от 14.10.2025 отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать, встречные исковые требования – удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано, что спорное жилое помещение предоставлено по ордеру от 09.09.1988 В.Л,Н. , как нанимателю, в качестве члена семьи нанимателя в ордере был указан В.В.В. (отец истца и ответчика). Ответчик зарегистрирована в жилом помещении 24.04.2001, то есть в возрасте четырех месяцев. В 2003 г. родители ответчика расторгли брак. После расторжения брака между матерью ответчика и В.Л.Н. возник конфликт, в результате которого общение ответчика с бабушкой было прекращено. Отец ответчика погиб <...>, о чем ответчику стало известно в августе 2025 г. при оформлении документов. В.Л.Н. умерла <дата>. После получения сведений о смерти отца и бабушки ответчик обратилась в Администрацию Кировского района города Екатеринбурга с заявлением о заключении договора социального найма, начала оплачивать жилищно-коммунальные услуги, предприняла попытку вселения, однако истец чинит препятствия в доступе к жилому помещению. Иск истцом подан 18.08.2025, ответ из Администрации Кировского района города Екатеринбурга датирован 19.08.2025, что свидетельствует о более раннем обращении ответчика. В жалобе указано, что при разрешении настоящего спора необходимо было установить обстоятельства, о которых указано в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14. Судом первой инстанции не учтен вынужденный характер непроживания ответчика. Как установлено самим судом и следует из показаний свидетеля М.Т.А. , между матерью ответчика В.Л.Н. возник серьезный конфликт, после которого бабушка фактически отказалась от внучки, добившись того, чтобы ребенка попросили покинуть место в детском садике. После расторжения брака родителей у отца ответчика появилась новая семья, вторая супруга негативно относилась к ответчику. Из объяснений ответчика и показаний свидетелей следует, что в двухкомнатной квартире проживали: бабушка (в конфликте с семьей ответчика), отец с новой супругой и дочерью от второго брака, периодически присутствовала сожительница отца. При таких обстоятельствах непроживание ответчика носило вынужденный характер, обусловленный конфликтными отношениями в семье и объективной невозможностью размещения в двухкомнатной квартире указанного количества лиц. Судом не установлено, чинились ли ответчику препятствия в пользовании жилым помещением. Из показаний свидетелей А.Г.В. и Б.Е.Н. следует, что отец ответчика, хотя формально и был зарегистрирован по другому адресу, постоянно находился в спорной квартире, приходил к своей матери, что создавало у ответчика объективное представление о продолжающемся проживании отца по спорному адресу. Даже при наличии информации о прекращении постоянного проживания отца в квартире продолжала проживать бабушка, с которой у ответчика отсутствовали отношения вследствие конфликта. Сама истец в судебном заседании на вопрос представителя ответчика подтвердила наличие препятствий, заявив, что ответчик чужой человек, она не пустит ее в квартиру. Судом не принято во внимание, что отец отказывался принимать от ответчика оплату коммунальных услуг. При жизни отца ответчик предлагала ему оплачивать расходы по коммунальным платежам, однако отец отказался принимать оплату. Как только объективные препятствия для проживания отпали вследствие смерти бабушки и отца, ответчик незамедлительно предприняла действия по реализации права пользования помещением: обратилась в Администрацию с заявлением о заключении договора социального найма. Судом не учтен принцип равенства прав членов семьи нанимателя. Истец и ответчик являются внучками первоначального нанимателя В.Л.Н. , дочерями члена семьи нанимателя В.В.В. , обе зарегистрированы в жилом помещении с младенческого возраста. После смерти бабушки и отца появилась реальная возможность проживания обеих сестер в двухкомнатной квартире. Суд первой инстанции, установив, что ответчик не предпринимала попыток вселения после достижения совершеннолетия в 2018 г., суд не учел, что в спорной квартире на тот момент проживали: бабушка, отец, сестра ФИО2, которой было 14 лет, периодически присутствовала вторая супруга отца Г.Н.С. , затем его новая сожительница. Вселение ответчика в спорной квартиру к фактически чужим людям сразу после достижения ею совершеннолетия было невозможным. Ответчик в жалобе настаивает на том, что от прав в отношении спорной квартиры не отказывалась, сохраняла регистрацию, не совершала действий, свидетельствующих об отказе от права пользования спорной квартирой, не приобрела право пользования другим жилым помещением.

Представителем истца – ФИО4 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. В отзыве указано, что ФИО3 не проживает в спорной квартире с 2003 г., попыток вселиться в спорную квартиру после исполнения в 2018 г. 18-ти лет до августа 2025 г. (7 лет) не предпринимала, судьбой ни отца, ни бабушки не интересовалась, с истцом не знакома, ни с отцом, ни с бабушкой у нее лично конфликта не было, из-за своего бездействия не имела сведений о том, что отец в спорной квартире не живет, со второй женой давно разошелся, проживает у своей сожительницы. Никаких препятствий ни со стороны отца, ни со стороны бабушки ответчику в праве пользования никогда не чинилось, коммунальные услуги ответчик не оплачивала. Судьбой отца, который пропал на СВО, мер к его розыску не предпринимала, узнала о смерти только на своей работе, когда увидела информацию о смерти бабушки. Показания свидетеля М.Т.А. противоречивы, она является лицом, заинтересованным в исходе дела. Указание на то, что ответчик не могла проживать с отцом и его другой семьей, а также с бабушкой в спорной квартире, поскольку они для нее являлись посторонними лицами, однако сейчас после их смерти она готова проживать в спорной квартире с истцом, которую до суда не видела ни разу, свидетельствуют о недобросовестности поведения ответчика. Оснований для отмены решения суда не имеется.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО5 по доверенности от 11.09.2025 доводы и требования апелляционной жалобы поддержал.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности от <дата>, указал на законность и обоснованность решения суда.

Прокурор Перевалова А.А., давая заключение по делу, полагала, что оснований для отмены принятого решения по делу не имеется.

Истец, представитель третьего лица <адрес> в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом и своевременно: истец путем направления извещения по адресам, имеющимся в материалах дела, третье лицо <адрес> путем размещения информации о судебном заседании на официальном сайте Свердловского областного суда в сети интернет: http://www.ekboblsud.ru, которая доступна для всех участников процесса, а также путем направления извещения на электронную почту. При таких обстоятельствах, судебная коллегия с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения явившихся лиц, участвующих в деле, и заключение прокурора, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного постановления в пределах доводов жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Предметом спора является <адрес> многоквартирном <адрес> по Синеревому бульвару в <адрес> (далее – спорная квартира), состоящая из двух смежных комнат, что следует из объяснений сторон.

Из копии ордера <№> серии АИ от <дата> следует, что спорная квартира была предоставлена нанимателю В.Л.Н. , в качестве члена семьи нанимателя указан ее сын В.В.В. (л.д. 10).

В.Л.Н. умерла <дата> (л.д. 11).

В.В.В. умер <дата> (л.д. 12).

Истец ФИО2, <дата> года рождения, и ответчик В.В.В. , <дата> года рождения (л.д. 70) являются дочерями В.В.В.

В спорной квартире по месту жительства на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции зарегистрированы: ФИО2 с <дата> (внучка), В.В.В. с <дата> (внучка); ранее были зарегистрированы: В.Л.Н. с <дата> по <дата> (наниматель), В.В.В. с <дата> по <дата> (сын) (л.д. 68).

Суд первой инстанции, установив указанные обстоятельства, руководствуясь статьями 71, 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><№> «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» пришел к выводу, что ответчик В.В.В. утратила право пользования спорной квартирой. При этом суд первой инстанции исходил из того, что первоначально В.В.В. , будучи малолетней вынужденно выехала из спорной квартиры вместе с матерью после развода родителей. Однако, в 2018 году В.В.В. исполнилось 18 лет, с этого момента и до момента получения сведений о смерти бабушки В.Л.Н. ответчик не проявляла интереса к спорной квартире, расходов по содержанию жилья и оплате коммунальных услуг не несла.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции соглашается по следующим основаниям.

В силу статьи 71 Жилищного кодекса Российской Федерации временное отсутствие нанимателя жилого помещения, кого-либо из проживающих с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

В соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (ст. 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч. 3 ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Юридически значимым по спорам о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него является установление того, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденныйхарактер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что как истец ФИО2, так и ответчик ФИО3 приобрели право пользования спорной квартирой, поскольку были вселены в него в несовершеннолетнем возрасте в качестве членов семьи В.В.В. , который являлся членом семьи нанимателя спорной квартиры – В.Л.Н. (бабушка истца и ответчика).

В материалы дела представлена копия свидетельства о расторжении брака, согласно которой В.В.В. и В.Т.А. (мать ответчика ФИО3) расторгли брак <дата>.

Как следует из объяснений сторон, показаний свидетелей, допрошенных в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, в том числе самой ФИО3 и ее матери М.Т.А. , после расторжения брака с В.В.В. – М.Т.А. и ответчик выехали из спорной квартиры.

Учитывая, что ответчик ФИО3, выезжая из спорной квартиры совместно со своей матерью М.Т.А. , была несовершеннолетней, то такой выезд из спорной квартиры был для ответчика ФИО3 вынужденным.

Однако, в 2018 г. ответчик ФИО3 достигла совершеннолетия, проживала на территории города Екатеринбурга, сначала училась, затем стала работать, но в спорную квартиру до того, как истец обратилась в суд с иском о признании ее утратившей право пользования спорной квартирой, вселяться не пробовала, с соответствующими исками в суд, если полагала, что ее жилищные права нарушены, не обращалась.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик вселиться в спорную квартиру не имела возможности, поскольку в ней проживали ее отец и бабушка, с которыми сложились неприязненные отношения, между матерью ответчика и В.Л.Н. возник серьезный конфликт, после которого бабушка фактически отказалась от внучки, добившись того, чтобы ребенка попросили покинуть место в детском садике, а после расторжения брака родителей у отца ответчика появилась новая семья, вторая супруга негативно относилась к ответчику, не подтверждены какими-либо доказательствами.

Более того, показания свидетеля М.Т.А. не свидетельствуют о наличии конфликтных отношений между В.В.В. , В.Л.Н. , с одной стороны, и ответчиком ФИО3, с другой стороны. М.Т.А. показала, что фактически В.Л.Н. была обижена на М.Т.А. в связи с расторжением брака с ее сыном В.В.В. После расторжения брака, В.В.В. и В.Л.Н. продолжали общение с ответчиком ФИО3, брали ее на выходные, сама М.Т.А. также общалась с В.В.В.

Таким образом, ответчиком ФИО3 не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что у нее имелись такие конфликтные отношения с В.В.В. , В.Л.Н. , которые бы препятствовали ее вселению в спорную квартиру после достижения 18-летнего возраста.

Кроме того, из показаний свидетелей следует, что В.В.В. на протяжении 10 лет до момента смерти проживал в ином жилом помещении со своей супругой, доказательств чинения ФИО3 препятствий во вселении и пользовании спорной квартирой с момента наступления совершеннолетия до предъявления исковых требований ФИО2 в материалы дела не представлено.

Из материалов дела следует, что фактически на протяжении всего времени в спорной квартире были зарегистрированы стороны (истец и ответчик), их отец и бабушка, сведений о регистрации иных лиц, в том числе временной не имеется, что также подтверждает отсутствие препятствий в пользовании спорной квартирой ФИО3 с момента наступления совершеннолетия.

Учитывая изложенное, доводы ответчика о невозможности совместного проживания в спорной квартире с таким количеством лиц, как как бабушка, отец и его сожительница, являются необоснованными. При этом истец ФИО2 проживала в спорной квартире, несмотря на расторжение брака между ее матерью и отцом В.В.В. , а после смерти отца, а затем после смерти бабушки, исполняла обязанности нанимателя спорной квартиры, в то время, как ответчик ФИО3, достигнув 18-летнего возраста в спорную квартиру не вселялась, права члена семьи нанимателя в отношении спорной квартиры не исполняла.

То есть и истец, и ответчик находились в одинаковых ситуациях, о чем и указано в апелляционной жалобе, обе являлись членами семьи нанимателя, брак между родителями был прекращен в малолетнем возрасте истца и ответчика, однако ответчик после расторжения брака между родителями никогда не пыталась реализовать как свои жилищные права, так и обязанности в отношении квартиры, в то время как истец все эти права и обязанности осуществляла.

Бездействие ответчика ФИО3 с момента достижения ею совершеннолетия до 2025 г. свидетельствует о том, что у нее отсутствовал интерес в использовании спорной квартиры по ее прямому назначению – для проживания.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что она предлагала денежные средства своему отцу В.В.В. , но он отказывался их принимать, не подтверждены какими-либо доказательствами, кроме объяснений самой ФИО3 Данные доводы свидетельствуют о противоречивости объяснений ответчика, которая с одной стороны утверждает, что общалась с отцом и предлагала ему денежные средства для внесения платы за квартиру, а с другой стороны у нее были конфликтные отношения с отцом и бабушкой.

Таким образом, ответчиком ФИО3 не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что у нее имелись конфликтные отношения с В.В.В. , В.Л.Н. которые бы препятствовали ее вселению в спорную квартиру после 2018 г. и до дня их смерти, исходя из чего судебная коллегия полагает, что возможность вселения в спорную квартиру у ответчика была, но она сознательно ее не реализовывала, отказавшись от права пользования спорной квартирой.

Учитывая изложенное, решение суда является законным и обоснованным, не подлежит отмене по доводам апелляционной жалобы, поскольку выезд ответчика с 2018 г. носил добровольный и постоянный характер, нарушений норм материального права, которые бы привели к неправильному разрешению спора по существу, а также нарушений положений процессуального закона, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не установлено, основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 320, 327.1, пунктом 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда города Екатеринбурга от 14.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий О.В. Ильина

Судьи Ю.Р. Хамиева

ФИО1