Решение № 2-1001/2025 2-1001/2025~М-366/2025 М-366/2025 от 1 сентября 2025 г. по делу № 2-1001/2025

Дело №

УИД: ФИО13


РЕШЕНИЕ

ИФИО1

21 августа 2025 года <адрес>

Долгопрудненский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи ФИО14

при секретаре ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 (№) к ИП ФИО3 (№) о расторжении договора, взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ответчику ИП ФИО3 просит расторгнуть договор простого товарищества от ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с ответчика в свою пользу неосновательное обогащение в сумме 2 071 588 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами 1 032 448 руб., неустойку в виде пени 1 547 004 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 35 716 руб., ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор простого товарищества, в соответствии с которым ответчик предложил истцу инвестировать в совместный бизнес (деятельность заведения общественного питания на территории <адрес>) денежные средства истца, а на ответчика возложены обязательства, связанные с организацией общественного питания. О том, что формы договора «простого товарищества» между физическим лицом и индивидуальным предпринимателем не существует, истец не знал. Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к договору простого товарищества, стороны пришли к соглашению разделить доходы и расходы от совместной деятельности по организации заведения общественного питания, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 108 кв.м., в пропорции 89% (ответчик), 11% (истец). ДД.ММ.ГГГГ истцом были произведены транзакции на общую сумму 1 760 000 руб., а в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. денежные средства в размере 263 088 руб., данные денежные средства ответчику были необходимы для дополнительных расходов по организации им совместного бизнеса. Также, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. истец внес оплату в размере 48 500 руб. для создания веб-сайта и SMM-продвижения соцсетей и веб-сайта, обработку ФИО1 и иные дополнительные расходы, связанные с деятельностью заведения общественного питания. Истец неоднократно предпринимал попытки обязать ответчика предоставить информацию о деятельности общественного питания, однако, в нарушение п.4.2 договора, ответчик уклоняется от исполнения данного условия договора. ДД.ММ.ГГГГ истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия, однако она оставлена ответчиком без исполнения.

Истец, его представитель в судебное заседание явились, на исковых требованиях настаивают, просят удовлетворить в полном объеме.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещался о слушании дела надлежащим образом.

Представитель ответчика в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала, ранее представленный отзыв поддержала, указала, что ДД.ММ.ГГГГ стороны по договору простого товарищества обязались соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица с целью извлечения прибыли от деятельности заведения общественного питания (кафе) «Марсель», расположенного по адресу: <адрес>, истец выразил свое волеизъявление на заключение договора простого товарищества на тех условиях, которые в него включены. За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. истцом осуществлены переводы на сумму 2 023 088 руб. Поскольку сторонами договора осуществлялось его реальное исполнение, ДД.ММ.ГГГГ кафе <данные изъяты>» было открыто, каких-либо доказательств получения ответчиком обогащения без оснований, истцом представлено не было. Также ответчик указывает на то, что истец на постоянной основе принимал и согласовывал затраты в электронном виде, приезжал в кафе, контролировал ход его работы, при этом сторонами форма отчета о ведении общих дел не согласована, в связи с чем, оснований полагать о наличии обязанности на стороне ответчика по предоставлению отчета в какой-либо форме отсутствует. Также ответчик указывает на пропуск истцом срока исковой давности (том 1 л.д. 152-155).

Суд полагает возможным рассмотреть дело в порядке ст.167 ГПК РФ в отсутствии не явившихся участников процесса.

Суд, выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Применительно к вышеприведенной норме, обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Для возникновения деликта из неосновательного обогащения необходимо наличие трех условий, а именно, если: имеет место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, а имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать; отсутствуют правовые основания для получения имущества, то есть когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, а значит, происходит неосновательно.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2019).

На основании статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания заявленных требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями частей 3 и 4 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО2 и ответчиком ИП ФИО3 был заключен договор простого товарищества (том 1 л.д. 25-27).

Согласно п.1 договора стороны договорились соединить свои вклады.

Согласно п.1.1 обязались совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли.

В соответствии с п.1.2 стороны производят взаимообмен коммерческой и иной информацией, если то не противоречит ранее принятым обязательствам.

Согласно п.1.3 ИП ФИО3 принимает на себя организацию заведения общественного питания (кафе) на территории <адрес>.

Доходы, полученные товарищами в результате совместной деятельности, признаются их общей долевой собственностью (п.3.1 договора).

Обязанности товарищей по содержанию общей собственности и порядок возмещения расходов, связанных с выполнением этих обязанностей, определяются и отражены в дополнительных соглашениях к этому договору (п.3.2).

В соответствии с п.4.2 общие дела ведутся сторонами по обоюдному согласию в интересах извлечения прибыли. В случае, когда одна из сторон не может участвовать в деятельности кафе, сторона, которая ведет деятельность обязана отчитываться перед другой стороной, которая не участвует в деятельности.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено дополнительное соглашение № к договору простого товарищества, стороны пришли к соглашению распределить обязанности товарищества по содержанию общей собственности и порядок возмещения расходов, связанных с выполнением этих обязанностей (п.1).

В соответствии с п.2 стороны пришли к соглашению распределить доходы от совместной деятельности: кафе <данные изъяты>, по адресу: <адрес>, площадью108 кв.м., распределение расходов ИП ФИО3 – 89%, ФИО2 – 11%, распределение доходов ИП ФИО3 – 89%, ФИО2 – 11% (том 1 л.д. 28).

В ходе рассмотрения дела, сторонами не оспаривалось соединение своих вкладов для организации заведения общественного питания (кафе) «Марсель» по адресу: <адрес>.

Как указывает истец, ДД.ММ.ГГГГ им были произведены транзакции на общую сумму 1 760 000 руб., в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. в размере 263 088 руб., данные денежные средства ответчику были необходимы для дополнительных расходов по организации им совместного бизнеса.

Ответчик, получение данных денежных средств по договору простого товарищества от истца, не отрицал.

Напротив, указал, что кафе <данные изъяты>» было открыто ДД.ММ.ГГГГ, был нанят персонал, что подтверждается трудовыми договорами, заключенными между ИП ФИО3 и работниками: ФИО6 (официант), ФИО7 (заместитель менеджера), ФИО8 (повар), ФИО9 (повар), ФИО10 (шеф-повар) (том 2 л.д. 41-75); заключены договора с поставщиками.

При этом в трудовых договорах обозначен адрес кафе «<данные изъяты><адрес>.

Как следует из материалов дела, кафе «<данные изъяты>» расположено по адресу: <адрес> (том 2 л.д. 110-113).

Стороной истца данные обстоятельства не оспаривались.

Довод истца о том, что форма договора простого товарищества для осуществления совместной предпринимательской деятельности и извлечения прибыли между физическим лицом и индивидуальным предпринимателем не существует, правового значения при рассмотрении настоящего спора, по мнению суда, не имеет.

В соответствии с ч. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу положений ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Статьей 431 ГК РФ предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Частями 3 и 4 ст. 1 ГК РФ закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

На случай злоупотребления правом ч. 2 ст. 10 ГК РФ установлено право суда с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, применить иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии со ст. 1041 ГК РФ, по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

При заключении договора товарищи обязательно должны достичь согласия о цели их совместной деятельности, определить размер и форму вкладов в общее дело, конкретный порядок совместной деятельности. В связи с этим существенными условиями договора простого товарищества являются: предмет (совместное ведение конкретной деятельности); цель ведения совместной деятельности (достижение конкретных результатов); размер и форма вкладов в общее дело.

Форма договора простого товарищества законом не установлена, следовательно, действуют общие правила о форме сделок (статьи 158 - 163 ГК РФ).

На основании ч. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору.

В силу ч. 1 ст. 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Частью 2 ст. 451 ГК РФ предусмотрено, если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий: 1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет; 2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота; 3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; 4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

Согласно ч. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, применение положений ст. 450 ГК РФ о расторжении договора в связи с существенным нарушением договора другой стороной возможно только при установлении судом такого нарушения, в чем оно выразилось и что именно позволяет отнести его к существенным. При этом в силу части 1 статьи 56 ГПК РФ истец должен доказать, что другая сторона договора существенно нарушила условия договора.

В ходе рассмотрения дела по существу, истец не оспаривал факт заключения договора простого товарищества, был согласен с его условиями.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что сторонами по собственной волей, на основе соглашения определены вклад и участие каждого товарища для достижения поставленных целей, осуществляемых на свой риск, что не может быть вменено как нарушение только одной из сторон договора простого товарищества.

Довод истца о том, что за период действия договора им неоднократно предпринимались попытки обязать ответчика предоставить информацию о деятельности заведения, отчетность о доходах и расходах, однако в нарушение п.4.2 ответчиком данные сведения не предоставлены.

Действительно, в соответствии с п.4.2 договора простого товарищества, общие дела ведутся ИП ФИО3 (стороной 1) и ФИО2 (стороной 2) по обоюдному согласию с интересах извлечения прибыли. В случае, когда одна из сторон не может участвовать в деятельности кафе, сторона, которая ведет деятельность обязана отчитываться перед другой стороной, которая не участвует в деятельности.

При этом какая-либо форма отчета, сторонами по данному договору не определена.

Из переписки посредством мессенджера WhatsApp, представленной в материалы дела следует, что истец ФИО2 принимал и согласовывал затраты в электронном виде, а именно: ФИО1, вывеску кафе, освещение, оплату счетов поставщикам, заработную плату персоналу, оплату квартир персоналу, комиссию агентства за аренду квартир, оплату налогов, коммунальные расходы, закупку, лицензию на музыкальное сопровождение, униформу сотрудников, благоустройство кафе (том 1 л.д. 89-97).

Данные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля ФИО11, которая показала суду, что она работала в кафе <данные изъяты> в должности управляющей, на работу ее принимал ответчик в июле 2020 года, но она была устроена неофициально, на территории кафе <данные изъяты>. Истец приезжал в кафе довольно часто, активно принимал участие в работе. Отчеты велись в письменном виде в тетрадке, отчеты она предоставляла истцу по его приезду. Адрес у кафе двойной: <адрес>. В период короновируса, ответчиком было принято решение переделать кафе в столовую, поскольку выручка у кафе была маленькая. Истец приезжал в кафе каждый месяц по несколько раз, находился в городе по несколько дней.

Показания данного свидетеля согласуются с материалами дела, в том числе, перепиской сторон посредством мессенджера WhatsApp, представленной истцом, из которой следует, что ФИО2 находился там (кафе) месяц, видел что там происходит (том 2 л.д. 138-151).

Оснований для признания показаний свидетеля ФИО11 недостоверными, недопустимыми у суда не имеется.

Представленные истцом ФИО2 копии чеков, подтверждающих им закрытие кассы экспресс-кафе по адресу: <адрес> апреле-мае 2022 года, не являются доказательствами неосведомленности истца о деятельности кафе по договору простого товарищества от ДД.ММ.ГГГГ.

Достоверных и убедительных доказательств того, что ФИО2 не было известно о нахождении на территории кафе <данные изъяты> (принадлежащий ответчику), истцом представлено не было.

Таким образом, из представленных доказательств следует, что истец перечислял денежные средства ответчику в связи с тем, что между сторонами был заключен договор простого товарищества. Указанные обстоятельства не позволяют квалифицировать указанные отношения как неосновательное обогащение.

Истец ФИО2 производил переводы денежных средств на банковскую карту ответчика ФИО3 систематически, что исключает факт случайного (ошибочного) осуществления переводов. Безосновательность переводов опровергается осведомленностью истца о целях банковской операции.

Таким образом, суд приходит выводу о том, что иск ФИО2 о расторжении договора, взыскании суммы неосновательного обогащения не подлежит удовлетворению ввиду того, что в нарушение распределения бремени доказывания по данной категории споров, истцом не представлено доказательств отсутствия правового основания, которые привели к денежным переводам, с учетом систематичности переводов денежных средств на счет ответчика.

Возражая против удовлетворения иска, представитель ответчика заявил ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца- физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела, поскольку, в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Из приведенных выше норм материального закона следует, что по общему правилу срок исковой давности для требований о взыскании неосновательного обогащения надлежит исчислять с момента уплаты денег или передачи иного имущества, поскольку истец при совершении этих действий как правило должен знать об отсутствии соответствующих правовых оснований.

Таким образом, истец ФИО2 должен был знать о предполагаемом нарушении своих прав с даты внесения соответствующего платежа.

Из дела видно, что последний платеж истец ФИО2 совершил ДД.ММ.ГГГГ, при этом с настоящим иском обратился в суд только ДД.ММ.ГГГГ.

На основании изложенного, учитывая приведенные выше нормы материального закона, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что в силу ч. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска в указанной части.

Каких-либо доказательств того, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. истцом были переведены денежные средства в размере 48 500 руб., ответчику ИП ФИО3 материалы дела не содержат, в связи с чем удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, ст.ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 (№) к ИП ФИО3 №) о расторжении договора, взыскании неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Долгопрудненский городской суд в течение одного месяца со дня его вынесения.

Судья

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.