Решение № 2-262/2019 2-262/2019~М-250/2019 М-250/2019 от 14 ноября 2019 г. по делу № 2-262/2019

Гражданское дело №.

№

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации.

15 ноября 2019 года. г.Дмитриев.

Дмитриевский районный суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Петрушина В.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Фоменко О.С.,

с участием представителей истца ФИО1 - ФИО2 и

ФИО3,

ответчика ФИО4,

ее представителей - ФИО5 и ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, признании права собственности в порядке наследования по закону на автомобиль и обязании ФИО4 передать ФИО7 автомобиль,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась в суд с указанным иском, сославшись на следующие обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ умер ее брат "С".

Она, как единственный наследник первой очереди, в установленный законом срок вступила в наследство.

12 марта 2019 года нотариус <адрес> нотариального округа <адрес> выдала ей свидетельство о праве на наследство по закону на часть наследственного имущества "С". - 1/2 долю квартиры в праве общей долевой собственности, расположенной по адресу: <адрес>.

Между тем, нотариус не включила в состав наследства "С". приобретенный им по договору купли-продажи от 26.06.2018 г. автомобиль марки <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) №, так как оказалось, что после смерти "С". право собственности на указанный выше автомобиль зарегистрировано за его знакомой ФИО4

Усомнившись в законности переоформления права собственности на автомобиль, падчерица умершего "С" - "Д"., в августе 2018 года обратились к начальнику МВД России по <адрес> с заявлением о привлечении ФИО4 к ответственности, полагая, что ФИО4 мошенническим путем завладела автомобилем "С"

В рамках проверки рассмотрения заявления "Д" установлено, что право собственности на спорный автомобиль зарегистрировано за ответчиком на основании договора купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 10 июля 2018 года, якобы заключенного между "С". и ФИО4

Заключением эксперта № от 04.09.2018 г. экспертно-криминалистического центра УМВД России установлено, что подпись от имени "С" в графе «Продавец» в договоре купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 10 июля 2018 года выполнена, вероятно, не "С"., а другим лицом.

При таких обстоятельствах, договор купли-продажи автомобиля от 10.07.2018 г., на основании которого за ответчиком зарегистрировано право собственности на спорный автомобиль, является недействительной сделкой, поскольку волеизъявление "С" на заключение договора отсутствовало, договор "С". подписан не был.

Она, как наследник "С" лишена возможности получить у нотариуса правоустанавливающий документ на спорный автомобиль, поскольку право собственности на него зарегистрировано за ответчиком на основании незаконной сделки.

Полагает, что заключение договора купли-продажи автомобиля в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы наследника "С" и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

В судебном заседании представитель истца - ФИО2 иск поддержала, сославшись на изложенные в нем доводы.

Ответчик ФИО4 иск не признала и показала, что с января 2017 года она сожительствовала с "С"., проживала у него в с. <адрес>, вела с ним общее хозяйство, имела свои ключи от спорного автомобиля и дома "С" В 2010 году ей был приобретен автомобиль <данные изъяты> года изготовления.

В отношении заключения в 2018 году договоров купли-продажи указанного автомобиля, ФИО4 в судебном заседании была непоследовательна. Сначала утверждала, что автомобиль <данные изъяты> "С". у нее не покупал, и об этом они договор купли-продажи не заключали. Затем стала утверждать, что автомобиль она переоформила на "С"., для чего 26.06.2018 формально заключила с ним договор купли-продажи. 10 июля 2018 года, около 10 часов, "С" на автомобиле <данные изъяты> заехал к ней на работу и забрал ее с собой, чтобы автомобиль вновь переоформить не нее. Когда она садилась в машину, о своем намерении переоформить автомобиль не нее, "С". рассказал подошедшей к нему их общей знакомой "Г". Договор купли-продажи автомобиля 10 июля 2018 года им в их присутствии составила женщина в страховой фирме, расположенной на <адрес>, к крыльцу которой они подъехали на автомобиле. У входа в страховую компанию к ним подошла другая ее знакомая -"М", которой она рассказала о цели приезда с "С" в страховую фирму. Свою инициативу и причину переоформления автомобиля, "С". никак не объяснял. В тот день был здоров, трезв, и тогда ничего не предвещало, что он в ближайшее время может умереть. Однако 13 июля 2010 года, когда она находилась в <адрес>, <данные изъяты> был доставлен в больницу <адрес>, а оттуда – в <данные изъяты> областную больницу, где 18.07.2019 года скончался. После обозрения судом объяснения ФИО4 от 06.06.2019, содержащегося в материалах проверки №, в котором указано, что 10.07.2018 года "С". на работу не вышел, так как находился в запое, ФИО4 изменила свои показания и стала утверждать, что "С" 10.07.2018 был трезв только в первой половине дня при оформлении договора купли-продажи автомобиля, а запил вечером. Автомобиль <данные изъяты> она зарегистрировала за собой в МРЭО <адрес> после смерти "С" и через 17 дней после заключения с ним договора купли – продажи транспортного средства.

Представители ответчика ФИО5 и ФИО6 считали иск необоснованным. Полагали, что "С" выразил свое волеизъявление на продажу "С" спорного автомобиля, о чем заключил с ней договор купли - продажи. Также просили применить по возникшему спору срок исковой давности, который пропущен.

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 166 и части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 154 ГК РФ установлено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно положениям статьи 161 ГК РФ должны совершаться в простой письменной форме сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

В силу пункта 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены статьей 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).

Согласно пункту 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из материалов дела следует, что 26.06.2018 ФИО4 на основании договора купли-продажи продала "С" автомобиль <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) №.

27.06.2018 "С" представителем Филиала «<данные изъяты> ПАО <данные изъяты> "Ш" выдан страховой полис серии № обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) №, на срок по 26.06.2019 года.

05.07.2018 года автомобиль <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) № зарегистрирован за "С" в Отделении № МРЭО ГИБДД УМВД России по <адрес>.

10.07.2018 года от имени "С" и ФИО4 заключен договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) №.

ДД.ММ.ГГГГ "С" умер.

24.07.2018 ФИО4 представителем Филиала <данные изъяты>» <данные изъяты>» "Ш" выдан страховой полис серии № обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) №, на срок по 23.07.2019 года.

27.07.2018 автомобиль <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) № зарегистрирован за ФИО4 в Отделении № МРЭО ГИБДД УМВД России по <адрес>.

Данные обстоятельства подтверждены соответствующими договорами купли-продажи транспортного средства, страховыми полисами, свидетельством о смерти "С" и сведениями о собственниках автомобиля <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, идентификационный номер (VIN) №.

Свидетель "Д" показала, что 13. 07. 2018 года, в 23 часу, по телефону позвонил односельчанин "С" и сказал, что ему плохо, так как он запил. Ее муж отвез "С" в больницу. На следующий день об этом она сообщила по телефону ФИО4 15-16 июля 2018 года ФИО4 сказала ей, что машину "С" она угнала, чтобы на ней ездить в <адрес>, кормить кур умершего. О том, что машину она купила у "С", ФИО4 не говорила.

Свидетели "Л" и "А" пояснили, что состоявший с ними в дружеских отношениях "С" весной 2018 года стал ездить на автомобиле своей знакомой ФИО4, а потом, продав свои автомобили марки: <данные изъяты> - за 100 000 рублей и <данные изъяты> - за 4000 рублей, купил за 150 000 рублей автомобиль у ФИО4 Об этом "С" говорил им в присутствии ФИО4, которая сказанное им не опровергала. От "С" они также узнали, что документы о регистрации купленного автомобиля он намерен получить 05.07.2018 в <адрес>. Кроме того, "Л" показала, что вечером 12.07.2019 в телефонном разговоре "С" сообщил ей, что он болеет, т.к. 8 дней пьет и ему ничего не помогает.

Показания свидетелей "А" и "Л" о том, что, будучи у них в гостях, "С" в присутствии ФИО4 сообщил о покупке автомобиля у последней, подтвердил свидетель "Ч"

Свидетели "Д", "А", "Л" и "Ч" пояснили также, что "С" при жизни не высказывал намерений приобретенный у ФИО4 автомобиль вновь переоформить на нее.

Из справки ООО «<данные изъяты>» № от 16.10.2019 и копии журнала регистрации автотранспорта Филиала <данные изъяты>», следует, что инспектор внутреннего контроля "С" 10.07.2018 года и в последующие дни на рабочем месте отсутствовал. Последний днем его работы значится 08.07.2018.

В карте № стационарного больного "С" - жителя <адрес>, поступившего на лечение 13.07.2018, в 22 часа 50 минут, с диагнозом «острый панкреатит алкогольного генеза», зафиксированы сведения со слов "С" о том, что его госпитализации предшествовал недельный прием алкоголя.

Сведения карты стационарного больного "С" и показания свидетелей о длительном пребывании его в алкогольном запое, подтверждаются и объяснением ФИО4 от 24.06.2019 года, в котором она пояснила, что по состоянию на 10.07.2018 "С" находился в запое. В указанном заявлении не содержится сведений о том, что в первой половине дня "С" был трезв.

Из договора купли-продажи автомобиля <данные изъяты><данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) № с подписями сторон, следует, что он заключен 10 июля 2018 года от имени "С" (Продавца) и ФИО4 (Покупателя).

Заключением эксперта № от 04.09.2018 г. экспертно-криминалистического центра УМВД России установлено, что в договоре купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) автомобиля <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) №, от ДД.ММ.ГГГГ заключенного от имени "С" (Продавца) и ФИО4 (Покупателя), подпись от имени "С" в графе «Продавец» выполнена, вероятно, не "С", а другим лицом.

Свидетель "Ш" - страховой агент филиала <данные изъяты>», расположенного в <адрес>, пояснила, что она могла составить с использованием компьютера по установленной форме договор купли-продажи автомобиля между "С" и ФИО4, как в присутствии сторон, так и по просьбе одного из них при предоставлении паспортных данных. Волеизъявление сторон на заключение договора она не прослеживает.

Показания ФИО4 о том, что 10.07.2018 на крыльце страховой фирмы в <адрес> ее и "С" видела "М", которой она рассказала о цели их прибытия в страховую фирму и показания об этих обстоятельствах свидетеля "М", суд признает недостоверными, поскольку они содержат существенные противоречия.

Так, согласно показаниям ФИО4, она с "С" подъехала к крыльцу страховой фирмы на автомобиле, а "М" показала, что к указанному месту "С" и ФИО4 на автомобиле не подъезжали, а следовали пешком со стороны перекрестка улиц <адрес>. Кроме того, ФИО4 утверждала, что в тот момент "М" была в платье. Сама же "М" пояснила, что одета она была в другую одежду – брюки и блузку.

Показания свидетелей "К" и "Г" о том, что в первой половине июля 2018 года "С", будучи трезвым, на автомобиле забрал с работы ФИО4 и уехал с ней для переоформления автомобиля, суд также признает недостоверными, поскольку они опровергаются вышеприведенными доказательствами. При этом, суд учитывает и то, что указанные свидетели заинтересованы в исходе дела, поскольку "К" состоит в дружеских отношениях и работает с ответчиком, а "Г" - ее давняя знакомая.

Вышеприведенные доказательства суд оценивает в соответствии со ст.67 ГПК РФ, с учетом относимости, достаточности и достоверности каждого из них в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Суд приходит к выводу, что они согласуются между собой и подтверждают факт нахождения "С" в состоянии алкогольного запоя в течение недели, предшествующей его госпитализации 13.07.2018 в <данные изъяты>, а также отсутствие волеизъявления у "С" на заключение договора купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) №, от 10 июля 2018 года между ним и ФИО4, который он не подписывал.

При таких обстоятельствах, указанный договор купли-продажи является недействительным в силу ничтожности, а автомобиль <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) № подлежит включению в состав наследственного имущества умершего "С"

В соответствии со статьей 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1152 для принятия наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось.

Из имеющегося в <данные изъяты> нотариальном округе наследственного дела №,открытого к имуществу "С", умершего ДД.ММ.ГГГГ, следует, что завещаний от его имени не удостоверялось. Сестре умершего - ФИО1 выданы свидетельства о праве на наследство по закону от 12.03.2019 на жилой дом и земельный участок, по адресу, <адрес>, на 1/2 долю квартиры по адресу: <адрес>, 3 микрорайон, <адрес>.

Поскольку истец приняла часть наследства, за ней следует признать право собственности в порядке наследования по закону и на автомобиль <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) №.

Согласно ч.1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

С учетом обстоятельств дела, срок исковой давности по рассматриваемому спору истцом не пропущен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) №, заключенный 10 июля 2018 года от имени "С" с ФИО4.

Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженкой <адрес>, право собственности в порядке наследования по закону на автомобиль марки <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска номер (VIN) №.

Обязать ФИО4 передать ФИО1 автомобиль марки <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, номер (VIN) №.

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд через Дмитриевский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения, с которым стороны могут ознакомиться 19 ноября 2019 года.

Председательствующий судья В.П.Петрушин