Решение № 2-1579/2019 2-1579/2019~М-1420/2019 М-1420/2019 от 4 июня 2019 г. по делу № 2-1579/2019

Дело №2-1579/2019

64RS0043-01-2019-001746-51


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 июня 2019 года г. Саратов

Волжский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Голубева И.А.,

при секретаре Палагиной Т.С.,

с участием помощника прокурора Волжского района г. Саратова Корабель Д.И., истца ФИО1, его представителя Гаулика Л.Ж., представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Саратовской области о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Саратовской области (далее – ГУ МЧС) о восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что приказом ГУ МЧС №23 л/с от 29.03.2007 истец принят на службу иные данные отделения Государственного пожарного надзора по Перелюбскому району УГПН ГУ МЧС (должность связана с обеспечением деятельности Государственной противопожарной службы), с 19.03.2007 с испытательным сроком три месяца, что подтверждается выпиской из приказа №23 л/с от 29.03.2007, трудовой книжкой ФИО1

Заключением по результатам служебной проверки от 18.01.2019, утверждённым ВрИО начальника ГУ МЧС ФИО3, предложено уволить истца в порядке п.7 ч.3 ст.83 Федерального закона от 23.05.2016 №141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В приказе ГУ МЧС №46 от 22.01.2019 «О результатах служебной проверки» указано, что майор внутренней службы ФИО1 заслуживает привлечения к дисциплинарной ответственности в виде увольнения в порядке п.7 ч.3 ст.83 Федерального закона от 23.05.2016 №141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон от 23.05.2016 №141-ФЗ).

Приказом ГУ МЧС №16-НС от 05.02.2019 с истцом расторгнут контракт по п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ с 05.02.2019. Копия данного приказа получена истцом 22.03.2019.

Причиной увольнения явилось иные данные.

Истец считает заключение служебной проверки незаконным, поскольку иные данные.

Помимо этого, на момент увольнения истец находился на больничном.

Исходя из изложенного, руководствуясь положениями ст.81, 237, 394 ТК РФ, ст.100 ГПК РФ истец просил признать незаконными и отменить заключение по результатам служебной проверки от 18.01.2019, приказ ГУ МЧС №46 от 22.01.2019 «О результатах служебной проверки», приказ ГУ МЧС №16-НС от 05.02.2019 «По личному составу»; восстановить ФИО1 в должности заместителя начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС; взыскать с ГУ МЧС в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 188 999 руб., взыскать с ГУ МЧС в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., взыскать с ГУ МЧС в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил иск, просил признать незаконными и отменить заключение по результатам служебной проверки от 18.01.2019, приказ ГУ МЧС №46 от 22.01.2019 «О результатах служебной проверки», приказ ГУ МЧС №16-НС от 05.02.2019 «По личному составу»; восстановить ФИО1 в должности заместителя начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС; взыскать с ГУ МЧС в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 221412 руб., взыскать с ГУ МЧС в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 55000 руб., взыскать с ГУ МЧС в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб. Данное уточнение было принято судом.

Истец в судебном заседании уточненный иск поддержал в полном объеме по указанным выше основаниям, просил его удовлетворить.

Представитель истца в судебном заседании уточненный иск поддержала в полном объеме по указанным выше основаниям, просила его удовлетворить, дополнительно пояснила, что в соответствии с положениями ст.75 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ, в случае признания увольнения истца незаконным он подлежит восстановлению на службе. Кроме того, доказательств его надлежащего извещения, т.е. вручения истцу уведомления о предстоящем увольнении из федеральной противопожарной службы в связи с истечением срока контракта ответчиком не представлено. Ответчиком истцу было предоставлено право пройти военно-врачебную комиссию, которую он в целях заключения служебного контракта на новый срок своевременно прошёл, что подтверждается справкой №3224 от 27.12.2018, находящейся в личном деле. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец соответствовал критериям для заключения нового контракта, а также о взаимном намерении, как с его стороны, так и со стороны ответчика, заключить служебный контракт с истцом на новый срок, который был бы впоследствии заключен, если бы не последовали служебная проверка и незаконное увольнение. В силу п.6 ч.1 ст.49 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ, увольнение со службы в федеральной противопожарной службе является дисциплинарным взысканием, налагаемым на сотрудника в случае нарушения им служебной дисциплины. иные данные.

Представитель ответчика по доверенности в судебном заседании возражала против удовлетворения иска в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно контракту от 01.12.2017 ФИО1 проходил службу в должности заместителя начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Саратовской области. Срок действия контракта истекал 24.02.2019. Истец достиг предельного возраста 24.02.2017 года. Истцом был написан рапорт о заключении срочного контракта до 24.02.2019, который был удовлетворен путем заключения срочного контракта 01.12.2017 сроком до 24.02.2019. ВВК истцом пройдена (справка № 3224 от 27.12.2018). Окончательный расчет был произведен 05 февраля 2019 года. От подписи Листа беседы истец отказался, о чем составлен акт. Трудовая книжка, копия приказа об увольнении получены 22.03.2019. Удостоверение и жетон не сданы по настоящее время. Порядок увольнения нарушен не был. Письменного рапорта о продлении срока службы контракта истец не подавал. Увольнение истца могло быть проведено на основании п.2 ч.1 ст.83 ФЗ №141-ФЗ, которое является самостоятельным условием прекращения контракта с работником и его увольнение. В связи с чем, положения п.11 ст.93 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ в данном случае неприменимы.

По вопросу правомерности нахождения на должности заместителя начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС майора внутренней службы ФИО1 проведена служебная проверка. В результате служебной проверки установлено, что заместитель начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС майор внутренней службы ФИО1, иные данные. В силу п.2 ст.14 Федерального закона от 23.05.2016 №141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник федеральной противопожарной службы не может находиться на службе в федеральной противопожарной службе (быть принят на службу в федеральную противопожарную службу) в следующих случаях: иные данные. В своей объяснительной истец признал факт несообщению руководству ГУ МЧС о иные данные. В связи с этим комиссия пришла к выводу о необходимости увольнения истца по п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ.

Данное нарушение ограничений (запретов), установленных Законом от 23.05.2016 №141-ФЗ, является самостоятельным основанием для расторжения контракта. Увольнение ФИО1 - не применение к нему дисциплинарного взыскания, а соблюдение требований ст.14 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ. При указанных обстоятельствах временная нетрудоспособность истца не влияет на издание приказа о его увольнении. Требования ч.11 ст.91 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ при рассмотрении настоящего спора применению не подлежат.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено суду доказательств, чем подтверждается факт причинения ему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием), они нанесены, степень вины ответчика, какие нравственные или физические страдания перенесены истцом, на чем истец основывает сумму заявленной компенсации и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего спора.

В связи с тем, увольнение истца было законно, моральный вред не подлежит удовлетворению в полном объеме, равно как и не имеется оснований для взыскания заработной платы за время вынужденного прогула и судебных расходов.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля начальник иные данные. пояснил следующее. Точно помнит дату, когда ему звонил истец. 18.01.2019 у свидетеля был день рождения, соответственно 19 или 20 января 2019 года ФИО1 в вечернее время позвонил ему и сообщил, что у него то ли ОРВИ, то ли еще что-то, он вызвал скорую, а в понедельник он идет в больницу. После чего в понедельник свидетель осуществил звонок в отдел ГУ МЧС, которые занимались больничными листами, и сообщил и болезни истца. Приказ №73 был доведен ГУ МЧС по электронной почте, после чего свидетель продублировал его всем подразделениям, которые находятся в его подчинении, в том числе до истца. По Приказу №73 истец должен был уведомить свидетея, можно в телефонном режиме, а свидетель должен сообщить в ГУ МЧС, что и было сделано. Также истец звонил свидетелю 03.02.2019 по поводу второго больничного. После чего свидетель, независимо от выходного дня, позвонил руководству в ГУ МЧС. Руководством свидетелю было указано на то, что истец должен выйти на работу 04.02.2019, о чем свидетель сообщил истцу.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля иные данные. пояснила следующее. Звонил ли ей ФИО1 в январе – феврале 2019 года по поводу больничных, направлял ли что-то по телефону, не помнит, отрицать не может. Помнит, что вся информация шла от иные данные – начальника подразделения. Потому что на ее отдел возложена дополнительная нагрузка – медицинское обеспечение сотрудников нашего подразделения, по понедельникам мы направляем информацию в медицинский отдел о том, сколько сотрудников находится на больничном и кто. Это все в режиме телефонного звонка идет от начальников подразделений. Непосредственно от иные данные могла поступить информация. Звонил ли 04.02.2019 ей истец также не помнит, может быть.

Выслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего необходимым иск удовлетворить в части, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Регулирование правоотношений, связанных со службой в федеральной противопожарной службе, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации; Законом от 23.05.2016 №141-ФЗ; Федеральным законом от 21.12.1994 №69-ФЗ «О пожарной безопасности», Федеральным законом от 30.12.2012 №283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в федеральной противопожарной службе; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области пожарной безопасности.

В случаях, не урегулированных указанными выше нормативными правовыми актами, к правоотношениям, связанным со службой в федеральной противопожарной службе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.

В силу п.2 ч.1 ст.14 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ сотрудник федеральной противопожарной службы не может находиться на службе в федеральной противопожарной службе (быть принят на службу в федеральную противопожарную службу) в следующих случаях: осуждение его за преступление по приговору суда, вступившему в законную силу, а равно наличие судимости, в том числе снятой или погашенной.

В соответствии с ч.1 ст.48 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником федеральной противопожарной службы законодательства Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в федеральной противопожарной службе, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) или непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Согласно ст.50 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ за несоблюдение сотрудником федеральной противопожарной службы ограничений и запретов, требований о предотвращении или об урегулировании конфликта интересов и неисполнение обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции настоящим Федеральным законом, Федеральным законом от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" и другими федеральными законами, на сотрудника налагаются взыскания, предусмотренные статьей 49 настоящего Федерального закона.

В соответствии с ч.1 ст.49 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ на сотрудника федеральной противопожарной службы в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, могут налагаться следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) строгий выговор;

4) предупреждение о неполном служебном соответствии;

5) перевод на нижестоящую должность в федеральной противопожарной службе;

6) увольнение со службы в федеральной противопожарной службе.

Порядок наложения на сотрудников федеральной противопожарной службы дисциплинарных взысканий установлен ст.51 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ.

Согласно данной статье правом наложения дисциплинарного взыскания, предоставленным нижестоящему руководителю (начальнику), обладает и прямой руководитель (начальник). Если на сотрудника федеральной противопожарной службы необходимо наложить такое дисциплинарное взыскание, которое соответствующий руководитель (начальник) не имеет права налагать, он ходатайствует о наложении этого дисциплинарного взыскания перед вышестоящим руководителем (начальником) (ч.4).

До наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника федеральной противопожарной службы, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. В случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт, подписываемый уполномоченными должностными лицами. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 53 настоящего Федерального закона может быть проведена служебная проверка (ч.8).

О наложении на сотрудника федеральной противопожарной службы дисциплинарного взыскания издается приказ руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя. Дисциплинарные взыскания в виде замечания и выговора могут объявляться публично в устной форме. В случае временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке приказ о наложении на него дисциплинарного взыскания издается после его выздоровления, выхода из отпуска или возвращения из командировки. Сотрудник считается привлеченным к дисциплинарной ответственности со дня издания приказа о наложении на него дисциплинарного взыскания или со дня публичного объявления ему замечания или выговора в устной форме (ч.9).

Дисциплинарные взыскания, предусмотренные пунктами 5 и 6 части 1 статьи 49 настоящего Федерального закона, исполняются не позднее чем через два месяца со дня издания приказа об их наложении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника федеральной противопожарной службы, нахождения его в отпуске или в командировке (ч.15).

Наложение на сотрудника федеральной противопожарной службы дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в федеральной противопожарной службе осуществляется в соответствии с главой 12 настоящего Федерального закона (ч.17).

В силу ч.1 ст.53 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником федеральной противопожарной службы дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона, а также по заявлению сотрудника.

Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через тридцать дней со дня принятия решения о ее проведении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника федеральной противопожарной службы, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (ч.4).

Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три рабочих дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения (ч.6).

Согласно ч.8 ст.53 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ в заключении по результатам служебной проверки указываются:

1) установленные факты и обстоятельства;

2) предложения, касающиеся наложения на сотрудника дисциплинарного взыскания.

Заключение по результатам служебной проверки подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки (ч.9).

Порядок проведения служебной проверки устанавливается федеральным органом исполнительной власти в области пожарной безопасности (ч.10).

Приказом МЧС России от 17.10.2016 №550 утвержден Порядок проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (далее - Порядок)

Согласно п.2 Порядка служебная проверка проводится по решению Министра Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (далее - Министр), первого заместителя Министра, статс-секретаря - заместителя Министра, заместителя Министра, начальника (руководителя) подразделения МЧС России (заместителя), наделенного правом наложения дисциплинарных взысканий (далее - должностное лицо, назначившее проверку) при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия факта несоблюдения им ограничения, нарушения запрета или несоблюдения обязанности, связанных со службой в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы (далее - федеральная противопожарная служба), а также по заявлению сотрудника.

Должностное лицо, назначившее проверку, назначает должностное лицо или должностных лиц, ответственных за ее организацию и проведение. Служебная проверка проводится перед применением дисциплинарного взыскания в отношении конкретного сотрудника (п.3).

Решение о проведении служебной проверки в отношении сотрудника подразделения МЧС России по профилактике коррупционных и иных правонарушений может быть принято Министром, первым заместителем Министра, заместителем Министра, уполномоченным осуществлять координацию деятельности по профилактике коррупционных и иных правонарушений в системе МЧС России, начальником структурного подразделения центрального аппарата МЧС России, осуществляющего функции по профилактике коррупционных и иных правонарушений (п.4).

Результаты служебной проверки оформляются в виде письменного заключения и докладываются должностному лицу, назначившему проверку (п.10).

Служебная проверка назначается поручением в виде резолюции на документе, содержащем сведения о наличии оснований для ее проведения (п.12).

Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через тридцать дней со дня принятия решения о ее проведении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (п.17).

На период временной нетрудоспособности, нахождения в отпуске или в командировке сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, на основании рапорта должностного лица, проводящего служебную проверку, решением должностного лица, назначившего проверку, или лица, исполняющего его обязанности, срок проведения служебной проверки приостанавливается (п.18).

Служебная проверка должна быть назначена не позднее 10 дней с момента получения должностным лицом, имеющим право назначения служебной проверки, информации, послужившей основанием для ее назначения (п.20).

Результаты служебной проверки представляются должностному лицу, назначившему проверку, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через 3 рабочих дня после ее завершения. Заключение должно быть подписано должностным лицом, проводившим проверку, или председателем комиссии и членами комиссии (п.29).

Заключение подписывается лицом, проводившим служебную проверку, или полным составом комиссии (в случае проведения служебной проверки комиссией), и утверждается должностным лицом, назначившим проверку (п.34).

Окончанием служебной проверки является дата утверждения заключения (п.36).

Проект приказа о наложении дисциплинарного взыскания (в случае выявления дисциплинарного проступка) готовится должностным лицом, проводившим служебную проверку, или председателем комиссии, приобщается к заключению и представляется с материалами служебной проверки должностному лицу, назначившему ее проведение. Приказ о наложении дисциплинарного взыскания объявляется сотруднику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия сотрудника на службе (п.39).

В силу п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник федеральной противопожарной службы увольнению со службы в федеральной противопожарной службе: в связи с осуждением сотрудника за преступление; в связи с прекращением в отношении его уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон (за исключением уголовных дел частного обвинения), вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием, за исключением случаев, если на момент расторжения контракта и увольнения со службы в федеральной противопожарной службе преступность деяния, ранее им совершенного, устранена уголовным законодательством.

Согласно ч.11 ст.91 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ увольнение со службы в федеральной противопожарной службе сотрудника федеральной противопожарной службы в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или командировке не допускается.

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из смысла ч.3 ст.123 Конституции РФ, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.

Это конституционное положение и требование норм международного права содержится и в ст.12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно п.23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как установлено судом в судебном заседании, приговором Перелюбского районного суда Саратовской области от 15.09.2000 ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в размере 25 МРОТ в сумме 3300 руб.

В период с 19.03.2007 по 05.02.2019 истец служил в федеральной противопожарной службе ГУ МЧС.

Так, приказом ГУ МЧС №23 л/с от 29.03.2007 истец принят на службу иные данные), с 19.03.2007 с испытательным сроком три месяца, что подтверждается выпиской из приказа №23 л/с от 29.03.2007, трудовой книжкой ФИО1 01.12.2017 между начальником ГУ МЧС и майором внутренней службы ФИО1 заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, согласно которому истец был принят на службу по должности заместителя начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС.

Срок действия данного контракта до 24.02.2019.

24.12.2018 главным специалистом отделения отдела кадров ЦРЦ МЧС России на имя врио начальника ГУ МЧС подана докладная записка, согласно которой выявлен иные данные

Согласно резолюции врио начальника ГУ МЧС на данной докладной записке по данному факту назначена проверка.

17.01.2019 у истца были отобраны объяснения в виде рапорта, в которых он указал, что иные данные

18.01.2019 врио начальника ГУ МЧС утвердил заключение по результатам указанной служебной проверки, согласно которому постановлено: считать установленным иные данные

иные данные от 15.09.2000 ФИО1 осужден по ст.116 УК РФ к штрафу в размере 3300 руб.

Исходя из положений п.39 Порядка, 22.01.2019 врио начальника ГУ МЧС был издан приказ №46 «О результатах служебной проверки», которым приказано: за иные данные

С учетом положений ч.15 ст.49 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ приказом заместителя начальника ГУ МЧС №16-НС от 05.02.2019 майор внутренней службы ФИО1, заместитель начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления, надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС, уволен со службы в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ, с 05.02.2019.

Согласно справкам №№3, 6, 9 от 21.01.2019, 02.02.2019, 22.02.2019, выданным ГУЗ СО «Перелюбская РБ» ФИО1, истец в период с 21.01.2019 по 07.03.2019 находился на больничном.

Как установлено судом, на момент увольнения истца в ГУ МЧС действовал приказ начальника ГУ МЧС №73 от 05.02.2016 «О предоставлении сведений о временной нетрудоспособности личного состава ГУ МЧС и подведомственных учреждений», согласно которому личному составу необходимо немедленно ставить в известность своего непосредственного руководителя о заболеваниях.

Действуя согласно данному приказу истец уведомил своего непосредственного руководителя - начальника отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Пугачевскому, Краснопартизанскому и Перелюбскому районам Саратовской области управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС иные данные о заболевании как в январе 2019 года, так и 03.02.2019 о втором больничном.

Данные обстоятельства подтверждаются:

- приказом врио начальника ГУ МЧС был №46 от 22.01.2019 «О результатах служебной проверки», согласно которому врио начальника ГУ МЧС было известно о нахождении истца на больничном.

- свидетельскими показаниями иные данные., подтвердившего, что истец сообщал ему о своем заболевании, в частности 19-20 января 2019 года и 03.02.2019, данную информацию свидетель согласно приказу №73 довел до сведения отдела ГУ МЧС, занимающегося сбором таких сведений;

- свидетельскими показаниями иные данные., согласно которым о заболевании истца ей было сообщено его руководителем иные данные

- пояснениями представителя ответчика по доверенности, в которых она не оспаривала то обстоятельство, что на момент издания приказов №46 от 22.01.2019 и №16-НС от 05.02.2019 работодателю было известно на временной нетрудоспособности истца.

При этом ссылка ответчика на приказ №3 от 10.01.2019 «Об организации медицинского обеспечения военнослужащих и сотрудников ГУ МЧС о подведомственных учреждений» и приложение №2, согласно которому истец должен был в течение 3-х дней в ГУ МЧС рапорт о необходимости лечения, является несостоятельной.

Приказ №3 от 10.01.2019 регулирует именно порядок организации медицинского обеспечения, а при его несоблюдении сотрудник самостоятельно возмещает расходы за оказанные услуги учреждениям здравоохранения (п.6 приложение №2 к приказу).

При этом порядок предоставления сведений о временной нетрудоспособности урегулирован именно приказом №73 от 05.02.2016, поэтому приказ №3 от 10.01.2019 не отменил действие приказа №73 от 05.02.2016.

Согласно п.27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы.

Оценив предоставленные доказательства по правилам, установленным ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что злоупотребление правом со стороны работника не имелось, поскольку сокрытия работником временной нетрудоспособности не установлено, а наоборот установлено своевременное сообщение работодателю о своем заболевании.

Разрешая требование истца о признании незаконным и отмене заключения по результатам служебной проверки от 18.01.2019, суд исходит из того, что каких-либо существенных процессуальных нарушений при ее проведении, влекущих ее незаконность, не допущено, несогласие истца с результатами служебной проверки не свидетельствует о ее незаконности. В связи с этим в удовлетворении данного требования суд полагает необходимым отказать.

Вместе с тем, в нарушение ч.9 ст.49 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ, приказ врио начальника ГУ МЧС №46 от 22.01.2019 «О результатах служебной проверки» о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ, был издан в период временной нетрудоспособности ФИО1, о чем работодателю было известно, поэтому он является незаконным.

При этом указание в данном приказе на то, что меру дисциплинарной ответственности применить по окончании листа о нетрудоспособности, не свидетельствует о законности приказа, поскольку само издание такого приказа в силу ч.9 ст.49 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ в период временной нетрудоспособности сотрудника не допускается, поскольку он издается после его выздоровления и исполняется в силу ч.15 ст.49 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ не позднее чем через два месяца со дня его издания.

Приказ заместителя начальника ГУ МЧС №16-НС от 05.02.2019 об увольнении ФИО1 со службы в федеральной противопожарной службе также является незаконным, поскольку в нарушение ч.11 ст.91 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ увольнение произошло в период временной нетрудоспособности сотрудника.

При этом доводы представителя ГУ МЧС о том, что при увольнении сотрудника по п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ положения ч.11 ст.91 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ не применяются, несостоятельны, основаны на неправильном толковании действующего законодательства.

Исходя из буквального толкования положения ч.11 ст.91 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ, данной нормой установлен безусловный запрет на увольнение сотрудника федеральной противопожарной службы со службы в федеральной противопожарной службе в период его временной нетрудоспособности, т.е. независимо от основания увольнения.

Кроме того, п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ установлен запрет на расторжение контракта в связи с осуждением сотрудника за преступление, если на момент расторжения контракта и увольнения со службы в федеральной противопожарной службе преступность деяния, ранее им совершенного, устранена уголовным законодательством.

Как установлено судом, приговором Перелюбского районного суда Саратовской области от 15.09.2000 ФИО1 осужден по ст.116 УК РФ за нанесение побоев и совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса.

При этом Федеральным законом от 07.02.2017 №8-ФЗ «О внесении изменения в статью 116 Уголовного кодекса Российской Федерации», вступившим в законную силу 07.02.2017, устранена преступность совершенного истцом ранее деяния.

На момент расторжения контракта и увольнения ФИО1 со службы в федеральной противопожарной службе деяние, за которые он был осужден 15.09.2000, преступлением не являлось, а обладало признаками состава административного правонарушения, предусмотренного ст.6.1.1 КоАП РФ (Побои).

Данные обстоятельства также свидетельствуют о незаконности увольнения ФИО1

При этом ссылка представителя ответчика на определения Конституционного Суда РФ от 06.06.2017 №1165-О и от 04.07.2017 №1445-О несостоятельны.

В данных Определениях Конституционный Суд РФ проверял соответствие Конституции РФ положений п.3 ч.1 ст.14 и п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ на предмет возможности установления подобного рода ограничений, указав, что они не могут расцениваться как нарушающие права сотрудников федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы.

При этом данные положения Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ с точки зрения увольнения сотрудников в связи с осуждением за преступления, которые впоследствии были декриминализованы, Конституционным Судом РФ в данных Определениях не проверялись.

Однако, аналогичные п.7 ч.3 ст.83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ основания для увольнения сотрудника и расторжения контракта содержатся в п.7 ч.3 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и в п. «м» ч.1 ст.58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (утверждено Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23.12.1992 №4202-1 «Об утверждении Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации»).

Проверяя конституционность положений данных статей Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 18.04.2017 №12-П указал следующее.

Конституционный Суд Российской Федерации, давая в порядке конкретного нормоконтроля оценку приведенному правовому регулированию, опирающуюся на сформулированную им в Постановлении от 18.07.2013 №19-П правовую позицию, пришел к следующим выводам (постановления от 21.03.2014 №7-П и от 11.11.2014 №29-П, Определение от 24.09.2013 №1415-О и др.):

при применении п.7 ч.3 ст.82 Федерального закона "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", регулирующего служебные отношения, вступая в которые гражданин реализует свое конституционное право на труд, необходимо учитывать волю федерального законодателя, устранившего преступность и наказуемость того или иного деяния, однако в правоприменительной практике названное законоположение рассматривается как не допускающее распространение действия нового уголовного закона, которым соответствующие деяния более не признаются преступлениями, на граждан, увольняемых со службы в органах внутренних дел;

правовое регулирование, предполагающее обязательное и безусловное расторжение контракта о прохождении службы с сотрудником органов внутренних дел и увольнение со службы сотрудника, в отношении которого уголовное преследование по делу частного обвинения в связи с примирением сторон прекращено до вступления Федерального закона "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в силу, - притом что деяние, в связи с совершением которого он привлекался к уголовной ответственности, впоследствии декриминализовано - ставит его в неравное положение с сотрудниками органов внутренних дел, совершившими аналогичные деяния после их декриминализации, и потому не соответствует конституционному принципу равенства всех перед законом и судом и нарушает конституционные права увольняемого лица;

в равной мере это относится к расторжению контракта и увольнению со службы в органах внутренних дел сотрудников, в отношении которых до вступления названного Федерального закона в силу уголовное преследование по делам публичного обвинения прекращено в связи с примирением сторон или в связи с деятельным раскаянием, если совершенные ими деяния на момент решения вопроса о расторжении с ними контракта о прохождении службы и увольнении со службы более не признаются преступлениями.

Таким образом, вопрос о возможности продолжения профессиональной деятельности лицом, к которому в силу особенностей его правового статуса предъявляются специальные требования и которое было привлечено к уголовной ответственности за совершение деяния, декриминализованного новым уголовным законом к моменту принятия решения об увольнении этого лица, разрешен Конституционным Судом Российской Федерации применительно к лицам, проходящим службу в органах внутренних дел.

Поскольку указанные нормативные положения предусматривают и для лиц, в отношении которых уголовное преследование прекращено, и для лиц, осужденных за преступление, одно и то же правовое последствие в виде расторжения контракта и увольнения со службы - правовые позиции, выраженные Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 21.03.2014 №7-П и от 11.11.2014 №29-П применительно к увольнению сотрудников органов внутренних дел, в отношении которых было прекращено уголовное преследование за совершение ими деяния, утратившего в дальнейшем уголовно-правовую оценку в качестве преступного, могут быть использованы и при оценке конституционности пункта "м" части первой статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации применительно к случаям увольнения сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, осужденных за совершение преступления, впоследствии декриминализованного.

Как следует из этих правовых позиций, уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, согласно статье 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации и конкретизирующей ее требования статье 10 УК Российской Федерации, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость, а потому воля федерального законодателя должна учитываться и при применении иных, помимо уголовного, законов, предусматривающих общеправовые последствия совершения лицом уголовно наказуемого деяния.

В противном случае лица, подвергнутые уголовному преследованию и осуждению до принятия уголовного закона, устраняющего уголовную ответственность, как это имело место в отношении заявительницы по настоящему делу, находились бы в неравном положении с теми лицами, которые совершили аналогичные деяния после вступления в силу нового уголовного закона, исключающего возможность уголовного преследования и осуждения данных лиц по приговору суда. Тем самым, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, нарушались бы конституционные принципы справедливости, юридического равенства и конституционной законности и обусловленные ими критерии действия закона во времени и по кругу лиц, в силу которых совершение деяния, впоследствии утратившего уголовно-правовую оценку в качестве преступного, не может служить таким же основанием для установления ограничений прав, как совершение преступления, и которые распространяются на все декриминализованные деяния независимо от времени их совершения и на всех лиц (постановления от 20.04.2006 №4-П, от 18.07.2013 №19-П, от 21.03.2014 №7-П и от 11.11.2014 №29-П).

Соответственно, поскольку правовое значение декриминализации носит общий характер и поскольку служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы по своей природе сходна со службой в органах внутренних дел, увольнение со службы сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы в связи с их осуждением за совершение деяний, которые на момент решения вопроса об увольнении утратили уголовно-правовую оценку в качестве преступных, не может рассматриваться как согласующееся с природой Российской Федерации как правового государства, высшей ценностью которого являются права и свободы человека и гражданина, подлежащие защите на основе конституционного принципа равенства.

Таким образом, п. «м» ч.1 ст.58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 32 (часть 4), 37 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой - по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой в системе действующего правового регулирования, - он предполагает увольнение со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сотрудников, осужденных вступившим в законную силу обвинительным приговором суда, притом что деяния, в связи с совершением которых они были осуждены, на момент решения вопроса о расторжении с ними контракта о прохождении службы и увольнении со службы были декриминализованы.

В связи с этим увольнение истца по указанному выше основанию является незаконным.

При этом основания для восстановления истца на службе суд не находит.

Как видно из материалов дела, срочный контракт истца истек 24.02.2019.

Поскольку положения ст.75 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ не регламентируют порядок восстановления на службе сотрудника, у которого на момент разрешения спора истек срок действия контракта, суд полагает необходимым применить положения ч.6 ст.394 ТК РФ, согласно которой если увольнение признано незаконным, а срок трудового договора на время рассмотрения спора судом истек, то суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора.

В связи с этим суд считает необходимым изменить дату увольнения и формулировку основания увольнения ФИО1: с «по пункту 7 части 3 статьи 83 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ (иные данные

При этом доводы истца о необходимости восстановления его на службе, несостоятельны.

На основании ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано в п.63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку работодателем истцу причинен моральный вред, суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.

Исходя из положений ч.6 ст.75 Закона от 23.05.2016 №141-ФЗ и ст.234 ТК РФ за период с 06.02.2019 по 24.02.2019 с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неполученное за время вынужденного прогула денежное довольствие.

Поскольку выплата денежного довольствия производится за каждый календарный день, размер подлежащего взысканию в пользу ФИО1 денежного довольствия за время вынужденного прогула подлежит исчислению в календарных днях.

Согласно справке ГУ МЧС от 14.05.2019 за период с февраля 2018 года по январь 2019 года, т.е. за 12 месяцев, предшествующих увольнению, денежное довольствие истца составило 803844 руб., что согласуется со справкой по форме 2- НДФЛ.

Размер среднедневного заработка составляет 2202,31 руб., из расчета 803844 руб. / 365 дней.

Таким образом, за период с 06.02.2019 по 24.02.2019 подлежит взысканию денежное довольствие в размере 41843,89 руб., из расчета 2202,31 руб. * 19 дней.

В силу ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец понес расходы на представителей в размере 20000 руб., из которых 10000 руб. на адвоката Гаулика Л.Ж. и 10000 руб. на адвоката Апарина-Щетинина Н.А.

На основании изложенного, а также принимая во внимание сложность дела, объём оказанной правовой помощи, длительность рассмотрения дела в суде первой инстанции, учитывая критерии разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на представителей в размере 9000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Саратовской области удовлетворить в части.

Признать незаконными приказы Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Саратовской области №46 от 22.01.2019 и №16-НС от 05.02.2019.

Изменить дату увольнения и формулировку основания увольнения ФИО1: с «по пункту 7 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23.05.2016 №141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (иные данные

Взыскать Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Саратовской области в пользу ФИО1 денежное довольствие за врем вынужденного прогула в размере 41843 рубля 89 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителей в размере 9000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Волжский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 10.06.2019.

Судья И.А. Голубев