Приговор № 1-271/2017 от 14 декабря 2017 г. по делу № 1-271/2017

Дело № 1-271/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Томская область, ЗАТО Северск

г. Северск 15 декабря 2017 года

Судья Северского городского суда Томской области Бадалов Я.Д.,

при секретаре Буяновой О.В.,

с участием государственного обвинителя -

старшего помощника прокурора ЗАТО г. Северск ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника - адвоката Гусарова В.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2,

находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимый ФИО2 применил насилие, опасное для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

Так, он, испытывая чувство ненависти к сотрудникам правоохранительных органов, как представителям определенной социальной группы, объединенных по признаку принадлежности к полиции, и желая попасть в места лишения свободы, 27 июня 2017 года около 16 часов решил совершить преступление, связанное с применением насилия в отношении сотрудника полиции, находящегося при исполнении должностных обязанностей.

Реализуя преступный умысел, ФИО2 27 июня 2017 года около 18 часов 25 минут пришел в здание УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, расположенное по адресу: <...>, где, находясь в холле первого этажа - напротив дежурной части УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, стал ожидать находящегося при исполнении своих должностных обязанностей сотрудника полиции в форменном обмундировании.

В период с 18 часов 25 минут до 18 часов 45 минут 27 июня 2017 года ФИО2, находясь в холле первого этажа здания УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, расположенного по адресу: <...>, увидев ранее ему незнакомого сотрудника органа внутренних дел - специалиста направления профессиональной подготовки отдела по работе с личным составом (далее - OPЛC) УМВД России по ЗАТО Северск Томской области капитана внутренней службы В., находящегося при исполнении своих должностных обязанностей и в силу ст. ст. 1, 2, 4, 12, 13, 14 и 30 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» являющегося представителем власти, действуя умышленно, беспричинно, из хулиганских побуждений, выражая явное неуважение к общепринятым нормам морали и нравственности, противопоставляя себя окружающим, демонстрируя пренебрежительное отношение к ним, достоверно осознавая, что находящийся в форменном обмундировании сотрудника полиции и являющийся представителем власти В. находится при исполнении своих должностных обязанностей, связанных с пресечением и раскрытием преступлений и административных правонарушений, в связи с их исполнением, применил в отношении В. насилие, опасное для здоровья, а именно нанес В. один удар кулаком по лицу, после чего, забежав по лестнице на несколько ступеней вверх, с высоты прыгнул на В., причинив потерпевшему В. физическую боль и телесное повреждение в виде рвано-ушибленной раны нижней губы слева, которое повлекло кратковременное расстройство здоровья и по данному признаку в соответствии с п. 8.1 Приказа от 24 апреля 2008 года № 194н Министерства здравоохранения и социального развития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как причинившее легкий вред здоровью.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации, в целом подтвердив свои показания, данные в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого.

Так, будучи допрошенным на предварительном следствии в качестве подозреваемого 20 июля 2017 года, признавая себя виновным, подсудимый ФИО2 показал, что с апреля 2017 года у него прекратились временные заработки, и он оказался в очень сложном материальном положении, не имея средств для существования. 27 июня 2017 года около 16 часов он раздумывал, как жить дальше, и у него появилась злость на тех, кто имеет достаток. Поскольку ранее он привлекался к уголовной ответственности и видел, как сотрудники полиции работают в кабинетах, и что у них все есть, у него постоянно при виде их возникало чувство злости. Тогда он решил пойти в отдел полиции и причинить кому-нибудь из сотрудников полиции телесные повреждения, чтобы его «посадили в тюрьму», где у него будут «и крыша над головой, и постоянное питание». Пойти именно в полицию он решил потому, что испытывает чувство неприязни ко всем сотрудникам полиции, как к определенной группе людей, а не лично к кому-либо. В тот же день около 18 часов 25 минут он пришел в здание УМВД России по ЗАТО Северск Томской области на ул. Свердлова, 11, сел на стул в холле рядом с дежурной частью и начал осматриваться по сторонам. Затем он увидел, как по лестнице спускается незнакомый ему мужчина в форменном обмундировании, в звании капитан. Вид сотрудника полиции, форменное обмундирование его разозлили, поэтому он решил, что именно этот сотрудник полиции и будет «его жертвой». Он приготовился, поднялся со стула, и, когда сотрудник полиции поравнялся с ним, со словами «Капитан, ничего личного» нанес сотруднику полиции сильный удар правым кулаком в область лица, затем, забежав на несколько ступеней вверх по лестнице, прыгнул оттуда на сотрудника полиции, в результате чего они оба, потеряв равновесие, упали на пол, где сотрудник полиции, применив к нему физическую силу, прижал его к полу. Затем к нему подбежал другой сотрудник полиции и надел на него наручники (т. 1, л. д. 80-82).

От дачи показаний в качестве обвиняемого 12 сентября 2017 года ФИО2 отказался, пояснив, что виновным себя не признает (т. 1, л. д. 92-94).

После оглашения показаний подсудимый не подтвердил свои показания в качестве подозреваемого в части того, что испытывает личную неприязнь ко всем сотрудникам полиции, как к определенной группе лиц, и что при виде сотрудников полиции у него возникало чувство злости. Почему такие оглашенные показания записаны в протоколе допроса, ему неизвестно. В то же время протокол был им прочитан лично и подписан, но в суть написанного следователем в протоколе он не вдавался. В остальной части показания, данные им в ходе предварительного следствия, подтвердил.

Отвечая на вопросы участников процесса, подсудимый указал, что, совершая преступление в отношении сотрудника полиции, он преследовал именно цель попасть в места лишения свободы, поскольку знал, что его скоро выселят из жилья, за аренду которого у него имеется задолженность, и ему будет негде жить, он не имеет работы и средств к существованию. При этом для него не имело значения, кому именно из сотрудников полиции причинять телесные повреждения. Совершение именно такого преступления и в отношении сотрудника полиции, по его мнению, гарантировало то, что он будет заключен под стражу. Вместе с тем он смог бы отказаться от совершения преступления, если бы у него появились деньги.

Помимо признания подсудимым своей вины и признательных показаний его виновность в совершении данного преступления при вышеизложенных обстоятельствах подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных в судебном заседании, на которых основаны выводы суда.

Так, потерпевший В. в ходе предварительного расследования 20 июля 2017 года показал, что он является сотрудником полиции, с 2013 года состоит в должности специалиста направления профессиональной подготовки ОРЛС УМВД России по ЗАТО Северск Томской области. 27 июня 2017 года около 18 часов 25 минут по окончании рабочего дня он, будучи одетым в форменное обмундирование, находясь в здании УМВД России по ЗАТО Северск Томской области на ул. Свердлова, 11 в г. Северске Томской области, спускался по лестнице в помещение холла в направление выхода из здания, и в это время находящийся в холле около дежурной части ранее незнакомый ему ФИО2 поднялся со стула и со словами: «Капитан, ничего личного», нанес ему один удар правым кулаком по лицу, от чего он испытал физическую боль. Затем он с целью пресечения противоправных действий ФИО2 направился в сторону последнего, но тот забежал на лестницу и прыгнул в его сторону, после чего он повалил ФИО2 на пол, и подошедший к ним сотрудник дежурной части полиции К. надел на ФИО2 наручники. Ранее он с ФИО2 не встречался, в том числе и по службе в полиции, конфликтов с ФИО2 не было (т. 1, л. д. 57-58).

Свидетель К., являющийся сотрудником полиции, на предварительном следствии 06 сентября 2017 года показал, что 27 июня 2017 года около 18 часов 25 минут он, как оперативный дежурный, находясь на рабочем месте в дежурной части УМВД России по ЗАТО Северск Томской области на ул. Свердлова, 11 в г. Северске Томской области, увидел незнакомого ему молодого человека, как ему впоследствии стало известно, ФИО2, который вошел в здание полиции и сел на стул слева от входа. Через несколько минут в фойе (холл) спустился сотрудник полиции В., который был в форменном обмундировании, а когда проходил мимо ФИО2, тот поднялся со стула и без видимых причин нанес В. один удар правым кулаком в лицо. Он быстро пришел на помощь и надел на ФИО2 наручники. У В. на губе была рана, из которой текла кровь. В ходе разбирательства ФИО2 пояснил, что нанес удар сотруднику полиции с целью попасть в места лишения свободы в связи с трудными жизненными обстоятельствами (т. 1, л. д. 64-65).

Виновность подсудимого также подтверждается:

рапортом оперативного дежурного дежурной части УМВД России по ЗАТО Северск Томской области К. от 27 июня 2017 года, в котором он доложил руководителю правоохранительного органа о том, что 27 июня 2017 года около 18 часов 25 минут он видел, как в холле здания УМВД России по ЗАТО Северск Томской области на ул. Свердлова, 11 молодой человек, как выяснилось впоследствии – ФИО2, нанес капитану полиции В. один удар рукой в область лица (т. 1, л. д. 10),

протоколом осмотра места происшествия от 27 июня 2017 года, согласно которому был осмотрен холл в здании УМВД России по ЗАТО Северск Томской области по адресу: <...> с участием ФИО2, и в ходе осмотра ФИО2 указал на место, где он сидел на стуле, и место, в котором им были причинены телесные повреждения сотруднику полиции (т. 1, л. д. 11-13),

врачебной справкой, составленной дежурным врачом ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница», согласно которой В. поступил с приемное отделение 27 июня 2017 года, ему была оказана медицинская помощь, установлен диагноз – рвано-ушибленная рана нижней губы слева (т. 1, л. д. 22),

выпиской из Приказа руководителя УМВД России по ЗАТО Северск Томской области от 18 октября 2013 года № ** о назначении капитана полиции В. на должность ** (т. 1, л. д. 36),

должностным регламентом капитана внутренней службы В., специалиста направления профессиональной подготовки ОРЛС УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, утвержденным руководителем УМВД России по ЗАТО Северск Томской области 08 февраля 2017 года, согласно которому потерпевший В. является сотрудником органа внутренних дел, выполняет должностные обязанности, возложенные на полицию, в том числе связанные с пресечением и раскрытием преступлений и административных правонарушений, при выполнении обязанностей по замещаемой должности обязан руководствоваться, в том числе Федеральным законом от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (т. 1, л. д. 23-35),

справкой УМВД России по ЗАТО Северск Томской области от 11 сентября 2017 года, подтверждающей прохождение В. службы в органах внутренних дел с 27 октября 2006 года по настоящее время, за период которой ему присваивались специальные звания, в том числе капитан внутренней службы – с 17 октября 2013 года на основании Приказа УМВД (т. 1, л. д. 118),

заключением эксперта № ** от 03 июля 2017 года, из которого следует, что на момент обращения В. 27 июня 2017 года за медицинской помощью в приемное отделение медицинского учреждения, у него имелась рвано-ушибленная рана нижней губы слева, которая образована по механизму сдавления с одномоментным растяжением кожи и подлежащих тканей с последующим разведением краев в месте образовавшейся раны при воздействии в область нижней губы слева тупым твердым предметом, в том числе при ударе кулаком, влечет кратковременное расстройство здоровья и по данному признаку в соответствии с п. 8.1 Приказа от 24 апреля 2008 года № 194н Министерства здравоохранения и социального развития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как причинившая легкий вред здоровью; давность образования указанного телесного повреждения не противоречит дате установленных в ходе предварительного следствия событий (т. 1, л. д. 50-52).

Проверив и оценив в соответствии с положениями ст. ст. 17, 87 и 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приведенные доказательства, суд пришел к выводу о том, что они относимы, допустимы, достоверны, подтверждают друг друга, согласуются между собой и в своей совокупности устанавливают одни и те же факты, изобличающие подсудимого ФИО2 в совершенном им деянии, а потому свои выводы об обстоятельствах дела суд основывает именно на этих доказательствах.

Согласно заключению амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии № ** от 27 октября 2017 года (т. 1, л. д. 169-171) ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, иным болезненным состоянием психики, слабоумием не страдал в период совершения преступления и не страдает в настоящее время, у него выявляется диссоциальное расстройство личности в сочетании с синдромом зависимости от нескольких психоактивных веществ (каннибиноиды, опиоиды, стимуляторы, алкоголь), эгоцентризм, потворство своим недостаткам, пренебрежение социально приемлемыми нормами, морально-этическое снижение личности. Вместе с тем указанные отклонения в психике ФИО2 выражены не столь значительно, не сопровождаются расстройствами критико-прогностических способностей и не лишали его в период совершения преступления способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У ФИО2 в период совершения преступления также не выявлялось какого-либо временного психического расстройства, о чем свидетельствуют его правильная ориентировка в происходящем, последовательный и целенаправленный характер его действий, отсутствие признаков бреда, галлюцинаций, нарушенного сознания в его поведении. В ходе следственных действий он мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания и участвовать в дальнейших следственных действиях и судебных заседаниях. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается, так как психических расстройств, определяющих его опасность для себя и окружающих, связанных с возможностью причинения им иного существенного вреда, у него нет.

По теме правонарушения ФИО2 на запамятование не ссылается, последовательно и в хронологическом порядке сообщает о своих действиях в юридически значимой ситуации. Морально-этических переживаний по поводу содеянного, а также обеспокоенности возможным наказанием не обнаруживает. В юридически значимой ситуации ФИО2 в состоянии аффекта не находился.

Таким образом, оценив представленные стороной обвинения доказательства в их совокупности, а также данные о личности и состоянии здоровья ФИО2, в том числе с учетом заключения амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии № ** от 27 октября 2017 года, суд пришел к выводу о том, что нет оснований сомневаться в его вменяемости и что виновность подсудимого установлена.

Доводы стороны защиты в суде относительно того, что подсудимый вопреки зафиксированным в протоколе допроса в качестве подозреваемого показаниям ненависть ко всем сотрудникам полиции, как к определенной группе лиц, не испытывал, и что при виде сотрудников полиции у него чувство злости не возникало, а его действия в отношении сотрудника полиции являлись гарантированным средством для достижения цели оказаться в местах лишения свободы ввиду трудной жизненной ситуации; а также о том, что в момент совершения преступления потерпевший при исполнении своих должностных обязанностей не находился ввиду того, что покидал место службы за пределами рабочего времени, а потому ФИО2 на охраняемые права потерпевшего как сотрудника правоохранительного органа не посягал, в связи с чем, по мнению стороны защиты, в действиях ФИО2 состав вмененного преступления отсутствует, суд отверг, как несостоятельные, по следующим основаниям.

Так, заслушав подсудимого в судебном заседании, проверив показания, данные подсудимым на стадии предварительного расследования, сопоставив их с другими доказательствами по уголовному делу, суд пришел к убеждению, что показания подсудимого при допросе его в качестве подозреваемого о том, что 27 июня 2017 года около 18 часов 25 минут он, сам находясь в трудном материалом положении, не имея средств для существования, и испытывая чувство злости на тех, кто имеет достаток, в частности на сотрудников полиции, о благополучном материальном положении которых у него сложилось мнение при привлечении его ранее к уголовной ответственности, решив причинить кому-нибудь из сотрудников полиции телесные повреждения, чтобы попасть в места лишения свободы и тем самым обеспечить себе условия для существования, пошел именно в полицию, так как испытывает чувство неприязни ко всем сотрудникам полиции, как к определенной группе людей, а не лично к кому-либо, где дождался незнакомого сотрудника полиции в форменном обмундировании, вид которого его разозлил, и совершил в отношении того противоправные действия, - являются достоверными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, в связи с чем суд счел необходимым взять их за основу приговора в совокупности с другими доказательствами (с которыми полностью согласуются и подтверждаются), исследованными в судебном заседании.

В ходе указанного следственного действия подсудимый добровольно давал последовательные и логичные показания, которые не содержат в себе каких-либо противоречий относительно обстоятельств совершения им преступления, показания получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в присутствии защитника, отвечают требованиям допустимости, перед началом допроса подсудимому были разъяснены процессуальные права, заявлений по поводу принуждения его с чьей бы то ни было стороны к даче показаний определенного содержания, плохого самочувствия, как и других заявлений, ни перед началом допроса, ни по его окончании, не делал, протокол следственного действия был им прочитан и подписан, никаких замечаний к протоколу не имелось.

Виновность подсудимого подтверждается не только его признательными показаниями о совершенном преступлении, но и приведенными показаниями потерпевшего В. и свидетеля К. и другими доказательствами, оснований не доверять которым у суда не имеется.

Показания потерпевшего и названного свидетеля последовательны, логичны, не содержат противоречий, каких-либо данных, свидетельствующих об их заинтересованности в исходе дела и об оговоре ими подсудимого, не установлено, как и не установлено оснований не доверять заключению судебной медицинской экспертизы № ** от 03 июля 2017 года в отношении потерпевшего В., которая произведена с соблюдением требований главы 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации лицом, обладающим с учетом квалификации специальными знаниями, выводы эксперта сомнений у суда не вызывают, поскольку объективны и научно обоснованны.

Оценив показания подсудимого о мотиве преступления с точки зрения достоверности, сопоставив их с другими доказательствами, суд пришел к выводу о правдивости его показаний на предварительном следствии в этой части, и они соответствуют объективным данным, установленным на основании совокупности других доказательств.

Судом установлено, что ФИО2 действовал по мотиву ненависти к сотрудникам правоохранительных органов, как представителям определенной социальной группы, объединенных по признаку принадлежности к полиции, представителям власти, что, как следует из показаний подсудимого, связано с привлечением его ранее к уголовной ответственности, желая попасть в места лишения свободы в связи с отсутствием постоянного места жительства и места работы, при этом задумал и совершил именно такое, а не иное, деяние, тем самым, применив к потерпевшему насилие, оказал противодействие его законной деятельности.

Изменение подсудимым показаний относительно мотива преступления свидетельствует о недостоверном изложении им в части обстоятельств дела в ходе судебного следствия.

Иных мотивов совершения ФИО2 преступления в отношении представителя власти судом не установлено.

Что касается заявления подсудимого в судебном заседании о том, что в действительности он перед тем, как нанести потерпевшему удар, обратился к нему со словами «Товарищ капитан, извини, ничего личного», а не со словами «Капитан, ничего личного», как указано в протоколе его допроса в качестве подозреваемого, то это обстоятельство правового значения в данном случае не имеет.

Кроме того, судом установлено и подтверждается показаниями потерпевшего В. и свидетеля К., что преступление совершено подсудимым без какого-либо повода по отношению к сотруднику полиции, то есть беспричинно, в отношении ранее ему незнакомого сотрудника полиции, при отсутствии до происшествия между ними знакомства, способного сформировать личные неприязненные отношения, с учетом того, что потерпевший на месте преступления каких-либо действий, способствовавших проявлению агрессии у подсудимого, не совершал, преступление совершено в общественном месте, на почве явного неуважения к общепринятым нормам морали и нравственности и было обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение, что также подтверждается показаниями самого подсудимого на предварительном следствии и свидетельствует о совершении им преступления из хулиганских побуждений.

В силу уголовного закона представителем власти признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

В соответствии с ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции, выполняя обязанности, возложенные на полицию, и реализуя права, предоставленные полиции, выступает в качестве представителя государственной власти и находится под защитой государства.

В момент совершения преступления потерпевший В. находился при исполнении своих служебных обязанностей, связанных, в том числе с пресечением и раскрытием преступлений и административных правонарушений, что предусмотрено положениями Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», и возложено на сотрудника полиции вне зависимости от того, находится он на службе или нет.

Совершая вышеуказанные противоправные действия, ФИО2, руководствуясь хулиганскими побуждениями, сознавал, что потерпевший является сотрудником УМВД России по ЗАТО Северск Томской области и должен, в силу закона и своих должностных обязанностей, в любое время и при любых обстоятельствах принимать меры к предупреждению и пресечению преступлений, административных и иных правонарушений, оказывать содействие в раскрытии и расследовании преступлений, что также подтверждается сведениями из УМВД России по ЗАТО Северск Томской области о внутреннем служебном распорядке отдела полиции, в том числе о ненормированном служебном дне, то есть за пределами нормальной продолжительности служебного времени (т. 1, л. д. 177), то есть сознавал, что потерпевший В., находящийся в отделе полиции в форменном обмундировании сотрудника полиции, в момент применения насилия является представителем власти и находится при исполнении должностных обязанностей, а именно осознавал, что действует противоправно и общественно опасно, однако желал применить к потерпевшему физическое насилие при таких обстоятельствах, а именно при исполнении потерпевшим своих должностных обязанностей представителя власти и в связи с их исполнением.

Действия ФИО2 в отношении сотрудника полиции были умышленными, последовательными и направленными на причинение вреда здоровью потерпевшего, он в полной мере осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и руководил ими.

Об умысле подсудимого на причинение вреда здоровью потерпевшего свидетельствуют его действия - нанесение В. удара кулаком по лицу с последующим совершением прыжка на В. с лестницы.

У суда не вызывает сомнений наличие в действиях подсудимого применения насилия, опасного для здоровья, поскольку, как следует из заключения эксперта № ** от 03 июля 2017 года, причиненное потерпевшему телесное повреждение в виде рвано-ушибленной раны нижней губы слева влечет кратковременное расстройство здоровья и по данному признаку квалифицируется как причинившее легкий вред здоровью, с учетом того, что насилие, опасное для здоровья, выражается, в том числе в причинении легкого вреда здоровью.

Таким образом, действия подсудимого суд квалифицирует по ч. 2 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, – применение насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, его возраст и состояние здоровья, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Так, подсудимый признал вину, не судим, имеет постоянное место жительства и регистрацию, в целом характеризуется с удовлетворительной стороны.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления (с учетом признания вины и признательных показаний), а также заявление о раскаянии на предварительном следствии.

Оснований для признания в соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве смягчающего наказание обстоятельства совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, о чем утверждал подсудимый в своих показаниях, не имеется, поскольку эти обстоятельства возникли в результате действий самого ФИО2 и никоим образом не снижают общественную опасть совершенного им преступления против порядка управления, при этом ФИО2, имея постоянное место жительства и регистрацию, являясь трудоспособным, мог трудоустроиться в предусмотренном законом порядке и получать доход.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации судом не установлено.

Между тем подсудимый совершил умышленное тяжкое преступление против порядка управления, привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд для достижения целей наказания считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы с реальным отбыванием, поскольку именно это наказание соответствует тем действиям, которые им были совершены, и оно является справедливым и соразмерным содеянному, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации в исправительной колонии общего режима.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении подсудимого при назначении наказания положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, как и ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не считает возможным изменить категорию преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

При назначении наказания суд применяет положения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Рассматривая гражданский иск, предъявленный потерпевшим В. к подсудимому, о денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, суд находит его подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 4 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Учитывая, что вина подсудимого в совершении преступления установлена, суд находит доводы В. о причиненных ему нравственных страданиях в результате совершенного подсудимым преступления убедительными, с учетом фактических обстоятельств дела, в результате действий подсудимого имело место нарушение нематериальных благ потерпевшего, а потому суд находит иск законным и обоснованным, и считает необходимым взыскать с подсудимого в пользу потерпевшего в счет денежной компенсации морального вреда деньги в сумме 15 000 рублей, и этот размер суд считает соразмерным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и последствиям допущенного подсудимым нарушения нематериальных благ потерпевшего (с учетом требований разумности и справедливости в соответствии с положениями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок три года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 15 декабря 2017 года.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении осужденного ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области, взять под стражу в зале судебного заседания.

Гражданский иск В. удовлетворить частично: взыскать с осужденного ФИО2 в пользу В. денежную компенсацию морального вреда в размере 15000 (пятнадцати тысяч) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, – в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае принесения апелляционной жалобы либо апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Томский областной суд со дня его вступления в законную силу.

Судья Я.Д. Бадалов