Решение № 2-353/2017 2-353/2019 2-353/2019~М-256/2019 М-256/2019 от 12 мая 2019 г. по делу № 2-353/2017

Дело № 2-353/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 мая 2019 года г. Углич

Угличский районный суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Грачевой Н.А.,

при секретаре Корзаковой В.А.,

с участием помощника Угличского межрайонного прокурора Тукташева Д.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к ОМВД России по Угличскому району в лице начальника о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, отбывающий наказание в исправительном учреждении <данные изъяты>, обратился в суд с настоящим иском и указал, что с 11.12.2010 г. по 24.03.2011 г. содержался в изоляторе временного содержания Угличского ОМВД (далее ИВС). При поступлении туда не подвергался медицинскому осмотру, освидетельствованию, дезинфекции. Условия содержания не соответствовали допустимым: в камерах отсутствовало естественное освещение, искусственное было не достаточным для чтения и письма. Отсутствовала вентиляция, в камерах стоял удушливый смрад, вонь, которая не позволяла дышать, вызывала кашель и рвотные рефлексы. В камере не было зеркала, встроенного в стену. Уборная в камере не была отгорожена, то есть не были обеспечены условия приватности. Не были созданы условия для написания писем, жалоб, ходатайств, заявлений. Сотрудники ИВС отказывали в предоставлении правовой литературы, кодексов, Конституции, что мешало должным образом изучить судебные акты и грамотно составить жалобу. Этапирование в СИЗО было осуществлено только на 4-ый день после вручения копии приговора. Нары в камерах на дневное время не пристегивались, что в условиях очень слабого освещения мешало передвижению, способствовало появлению ушибов и травм. В камерах отсутствовала кнопка вызова дежурного, радиоточка, телеприемник, электророзетки, не возможно было вскипятить воду кипятильником. ФИО1 не выводился на прогулку в прогулочный двор (не менее 1 часа 30 минут в день), не предоставлялась спортивная площадка. Также не предоставлялись помывка в душе не менее 2-х раз в неделю, средства личной гигиены: бумага, а также средства для умывания и бритья. В ИВС истец находился более 10 суток подряд. Вышеперечисленные нарушения истец ФИО1 полагает унижающими его человеческое достоинство, повлекшими причинение морального вреда, размер компенсации которого оценивает в сумме 1 000 000 (Один миллионов) рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнил, просил взыскать компенсацию морального вреда с надлежащего ответчика в соответствии с требованиями закона. Пояснил, что ему его права не разъяснялись, соответственно он не знал, что условия содержания должны быть иными, чем те, которые существовали в период его пребывания в ИВС. В камерах изолятора имелись оконные проемы, но они были закрыты жалюзи, которые препятствовали проникновению света. От прогулок он не отказывался, но они ему и не предлагались, никто даже не разъяснил о наличии в ИВС прогулочного двора. На прогулки его вообще не выводили. Медицинского работника не было, никто у истца не проверял состояние здоровья, медработник его не осматривал, даже давление не мерил. Вместо него приходил дежурный смены и спрашивал, есть ли жалобы, если жалоб не было, уходил дальше. Также не было предоставлено возможности побриться и помыться. Когда истец решил это сделать, бойлер с горячей водой оказался сломанным. Кнопка дежурного не работала, его истец вызывал ударами в дверь. Не предоставлялась туалетная бумага. Не было возможности посмотреть телевизор и вскипятить воду. Кипяток приходилось просить у дежурного, но он отзывался не всегда.

Представитель ответчиков МО МВД РФ "Угличский" и Министерства внутренних дел РФ по доверенностям ФИО2 исковые требования не признала. В обоснование представила письменные возражения (л.д. 95-100). В судебном заседании полностью поддержала свои возражения, указала на отсутствие у истца доказательств нарушений, перечисленных в иске. Просила учесть, что ФИО1 содержался в ИВС с 11.12.2010 г. по 23.03.2011 г., а не по 24.03.2011 г., как указано в иске. И содержался не весь этот период, поскольку этот период прерывался и ФИО1 на основании постановления следователя или суда этапировался в СИЗО. С 11.12.2010 г. по 24.12.2010 г. (12 дней) ФИО1 находился в ИВС по постановлению следователя ввиду соединения сроков на предварительном следствии, о чем сделана отметка в журнале. Ни одной жалобы от ФИО1 на предмет указанных нарушений не поступало, хотя такая возможность у него была. К нему постоянно приходил сотрудник прокуратуры, которому он также мог сделать заявление и пожаловаться на указанные нарушения. Однако этого не сделал. Также представитель ответчиков просила учесть, что ФИО1 находился в ИВС после проведения там капитального ремонта и после комиссионного обследования, которое указанных в иске нарушений, не выявило. Соблюдение требований в отношении ФИО1 зафиксировано в соответствующих журналах, которые ведутся в изоляторе и регулярно проверяются прокуратурой. Иных письменных документов о состоянии изолятора и организации там работы в 2010 – 2011 годах не имеется за давностью времени.

Представитель привлеченного судом в качестве соответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ярославской области в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен, направил в суд отзыв, в котором указал, что вред, причиненный в результате незаконных действий государственных органов либо должностных лиц этих органов, наступает на общих основаниях и подлежит возмещению за счет соответствующей казны. От имени казны выступают соответствующие государственные органы по ведомственной принадлежности, являющиеся в соответствии с требованиями Бюджетного кодекса РФ, главными распорядителями средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности. По настоящему иску таким органом является МВД России. Также полагал недоказанным причинение истцу физических или нравственных страданий в результате указанных нарушений.

Выслушав стороны, заключение прокурора об отказе в удовлетворении исковых требований, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 17 и 21 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статья 1069 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" о том, что публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (ст. 1069 ГК РФ). Решения по таким искам исполняются финансовыми органами (п.п. 1, 3, 4 ст. 242.2 БК РФ).

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В частности, подлежит возмещению вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов (ст. 1069 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причиненного вреда, размер вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, на истца законом возложена обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и имеющимся у него имущественным и моральным вредом.

Установлено, что ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-2 УФСИН по Ярославской области (г. Рыбинск). В период с 11.12.2010 г по 24.12.2010 г., с 26.01.2011 г. по 05.02.2011 г., с 08.02.2011 г. по 14.02.2011 г., с 02.03.2011 г. по 05.03.2011 г., с 15.03.2011 г. по 22.03.2011 ФИО1 находился в ИВС Угличского ОМВД (л.д. 65-75).

Статьей 15 Федерального закона от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предусмотрено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 17 указанного Закона подозреваемые и обвиняемые имеют право получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка; получать посылки, передачи.

Согласно Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 N 950 (далее Правила) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (п. 42). Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой.

Бритвенные принадлежности (безопасные бритвы либо станки одноразового пользования, электрические или механические бритвы) выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе с разрешения начальника ИВС в установленное время не реже двух раз в неделю. Пользование этими приборами осуществляется этими лицами под контролем сотрудников ИВС (п. 43). Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются: мыло хозяйственное; бумага для гигиенических целей; настольные игры (шашки, шахматы, домино, нарды); издания периодической печати, приобретаемые администрацией ИВС в пределах имеющихся средств; предметы для уборки камеры; уборочный инвентарь для поддержания чистоты в камере (п. 44). Камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; тазами для гигиенических целей и стирки одежды (п. 45). Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе (п. 47). Для написания предложений, заявлений и жалоб подозреваемым и обвиняемым по их просьбе выдаются письменные принадлежности (бумага, шариковая ручка) (п. 49).

Согласно п. 123 Правил подозреваемые и обвиняемые могут обращаться за помощью к медицинскому работнику, дежурному и начальнику ИВС во время ежедневного обхода камер и опроса содержащихся лиц, а в случае ухудшения состояния здоровья - к любому сотруднику ИВС, который обязан об этом незамедлительно доложить дежурному либо начальнику ИВС. Результаты обхода и оказания медицинской помощи отражаются в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, и в журнале санитарного состояния ИВС.

С целью определения состояния здоровья и наличия телесных повреждений у подозреваемых и обвиняемых при поступлении в ИВС, лиц, освобождаемых из ИВС или передаваемых конвою для этапирования, обязательно проводятся медицинские осмотры, с отражением данных осмотров в медицинских журналах (п.124 Правил).

Согласно п. 26 Инструкции о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел", утвержденной Приказом МВД РФ N 1115, Минздрава РФ N 475 от 31.12.1999 г. в целях выявления заболевших из числа лиц, содержащихся в ИВС, проверки санитарного содержания помещений ИВС медицинским работником ИВС, в соответствии с графиком работы, производится покамерный обход, результаты которого заносятся в журнал медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, и в журнал санитарного содержания ИВС.

Нарушений указанных выше требований в отношении ФИО1 не установлено.

Доводы истца о том, что за период пребывания в ИВС он не подвергался медицинскому освидетельствованию, опровергается записями журналов учета лиц и журналов медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, каждый раз в день поступления ФИО1 в ИВС он подвергался медицинскому осмотру и санитарной обработке, жалоб на состояние здоровья от него не поступало (л.д. 34 - 64). Из журналов также следует, что в период пребывания ФИО1 в ИВС производились ежедневные медицинские осмотры, медицинским работником выяснялось состояние здоровья истца, измерялось давление последнего, выяснялось, нет ли у него жалоб и все эти данные заносились в журнал. Доводы истца о том, что записи в этих журналах действительности не соответствуют, что медицинские осмотры не проводились, являются голословными, поскольку не подтверждены допустимыми доказательствами по делу, а значит не опровергают указанные сведения.

Из содержания технического паспорта изолятора временного содержания Угличского МО МВД России (л.д. 29-30) видно, что ИВС построен в 1998 году, количество камер 9 (в каждой камере санузел), лимит наполняемости 22 человека, следственных кабинетов – 2, комнат для свиданий – 1, прогулочных дворов – 4, их площадь 12 – 16 кв.м., одна комната для подогрева пищи, одна комната для производства обыска и досмотра, одно помещение для личного состава, четыре кладовых.

Вопреки доводам истца из технического паспорта явствует, что Угличский ИВС оборудован вентиляционной системой: вентиляция приточная в камерах, в кабинете медработника и в карцере, вытяжная – в комнате подогрева пищи и мытья посуды, в дезокамере, в туалете и в душевой. Камеры оборудованы окнами со стеклоблоками металлической сеткой и решеткой, умывальниками, уборными с перегородками, обеспечивающими условия приватности.

Представителем ответчиков в материалы дела представлена копия акта комиссионного обследования Угличского ИВС, составленного 20.10.2010 г., незадолго до прибытия в ИВС ФИО1 Согласно этому акту, в 2007 г. – 2008 г. был проведен капитальный ремонт здания ИВС и прогулочного двора с оборудованием в нем зоны для прогулок, установлены навесы для защиты от осадков, скамьи для спецконтингента. Освещенность естественная и искусственная (лампы накаливания дневного и ночного режима). Освещение всех камер соответствует требованиям СП 12-95. Обеспечено ночное освещение камер с наступлением темноты и до полного рассвета (л.д. 27-28).

Тех недостатков, на которые указывается истцом, комиссией в ИВС не выявлено.

Доказательств того, что в период пребывания истца в ИВС вентиляция не работала, окна были закрыты, естественное освещение отсутствовало, а искусственного было не достаточно, истцом не представлено.

Нельзя согласиться и с доводами истца о том, что он не выводился на ежедневную прогулку. Согласно журналу заявлений и журналу регистрации выводов (л.д. 38-53, 76-94), в декабре 2010 года (20, 23, 24), в феврале (4, 9) и в марте (3, 4, 5, 16, 17, 19, 20, 21) 2011 года он на прогулку выводился, в остальные дни от прогулки отказывался, что также зафиксировано в журнале.

Также согласно записям журнала регистрации выводов в период, когда ФИО1 содержался неделю и более (в декабре 2010 г., а также в январе – феврале 2011 г.) он проходил санитарную обработку. В остальные периоды санитарная обработка не проводилась, в связи с тем, что он содержался менее 7 дней и был этапирован в СИЗО.

Как предусмотрено Правилами выдача средств личной гигиены, бритвенных принадлежностей, бумаги для личной гигиены носит заявительный характер. Однако как пояснил сам ФИО1, с подобными заявлениями он в администрацию ИВС не обращался.

Как указывается представителем ответчиков, доступ к радиосигналу в период пребывания ФИО1 в ИВС ограничен не был, поскольку вместо проводного радио использовались переносные радиоприемники. Доказательств невозможности использования их истцом в материалах дела не имеется.

Доказательств нарушения иных условий содержания (в камере не работала кнопка вызова дежурного, отсутствовала электророзетка, не были созданы условия для написания писем, жалоб, не выдавалась печатная литература) в материалах дела не имеется.

Остальные доводы истца о ненадлежащем содержании, в частности, об отсутствии в стене камеры встроенного зеркала и телевизора (телеприемника как указано в иске), об отсутствии спортивной площадки, являются надуманными, поскольку использование таких вещей и техники не предусмотрено в камерах изолятора временного содержания. Правила также не предусматривают в ИВС оборудование спортивной площадки.

Факт пребывания истца в ИВС свыше 10 суток в течение месяца (период с 11.12.2010 г по 24.12.2010 г.) сам по себе не порождает право на компенсацию морального вреда. Как указано выше юридически значимыми обстоятельствами по данному делу являются: определение фактов нахождения истца в течение указанного временного периода в ИВС в условиях содержания, не соответствующих требованиям законодательства. Для установления наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени должны учитываться реальные физические и нравственные страдания именно теми нарушениями, на которые ссылается истец. Таких доказательств в материалах дела не имеется.

Кроме того, нельзя не учитывать, что ст. 13 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" действительно ограничивает срок пребывания подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания десятью сутками в течение месяца. Вместе с тем, закон не исключает возможности перевода в ИВС подозреваемых и обвиняемых на десять суток в конце одного месяца и на такой же срок в начале следующего месяца. Общий срок пребывания в ИВС составит таким образом двадцать суток. В том случае, когда перевод в ИВС на следующий срок совмещается с предыдущим, лицо или орган, в производстве которого находится дело, должен вынести постановление и представить его администрации следственного изолятора.

Из представленных материалов как раз усматривается пребывание ФИО1 в период с 11.12.2010 г по 24.12.2010 г. в Угличском ИВС на основании постановления следователя, в производстве которого находилось уголовное дело в отношении ФИО1 и соединение следователем этих сроков. На основании данного постановления ФИО1 по окончании указанного срока был этапирован в СИЗО (л.д. 67).

Суд также принимает во внимание, что в период пребывания в ИВС истец не был лишен возможности направить жалобу в органы прокуратуры, а также в суд по фактам указанных в иске нарушений. Не был лишен возможности воспользоваться помощью защитника, являвшегося к нему для производства соответствующих следственных действий. Однако в суд за защитой своих прав ФИО1 обратился лишь спустя восемь лет после событий, на которые он ссылается как на основание своих требований. Это обстоятельство указывает о несоответствии значимости и действительности приведенных истцом в иске нарушений содержания в ИВС тем физическим и нравственным страданиям, которые он якобы претерпел. Доказательства того, что имели место действия сотрудников ИВС, приведшие к нарушению личных неимущественных прав истца, либо причинившие ему нравственные и физические страдания, в материалах дела отсутствуют. Действия ответчика незаконными в установленном порядке не признаны.

Поскольку факт незаконности действий (бездействия) должностных лиц государственного органа в ходе рассмотрения дела судом не установлен, причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом, на который ссылается истец, отсутствует, в удовлетворении исковых требований судом отказывается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

решил:

ФИО1 ФИО8 в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ярославского областного суда через Угличский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Грачева