Решение № 2-16/2018 2-16/2018(2-381/2017;)~М-337/2017 2-381/2017 М-337/2017 от 1 февраля 2018 г. по делу № 2-16/2018

Дело № 2-16/2018 год


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Решение в окончательной форме принято 02 февраля 2018 года

р.п. Вача 29 января 2018 года

Вачский районный суд Нижегородской области в составе судьи Бариновой Н.С., при секретаре Лошкаревой М.А.,

с участием истца ФИО1,

зам. прокурора Вачского района Нижегородской области Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ с требованием о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в сумме 250 000 рублей.

В обоснование иска указано, что \ было возбуждено уголовное дело в отношении его жены Д. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ. Т. заявила, что без ее разрешения Д. и он забрали у нее телевизор, причинив вред, поскольку телевизор стал технически неисправен. \ в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ. \ он был допрошен в качестве подозреваемого. Свою вину не признал, от дачи показаний отказался. Считает, что он был незаконно подвергнут уголовному преследованию в течение 4 месяцев. Его доводы и обстоятельства дела свидетельствовали о том, что он и его жена не причинили вреда телевизору Т.. Однако, органы дознания не исполнили требования закона об объективности и всесторонности рассмотрения дела. Только \ была начата товароведческая экспертиза, которая подтвердила, что их вины нет в неисправности телевизора. Т. умышлено ввела в заблуждение правоохранительные органы, имея корыстный умысел отремонтировать телевизор за их счет. Все это длительное эмоциональное напряжение и нравственные страдания стали причиной расстройства его здоровья-переживания жены, неопределенность по поводу будущей судимости, осуждение со стороны соседей. Таким образом, ему и семье был причинен моральный вред. В результате медицинского обследования у него было обнаружено заболевание сердца. Моральный вред оценивает в 250 000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены: дознаватель ОД МО МВД России «Навашинский» К. МВД России, МО МВД России «Навашинский»,Прокуратура Нижегородской области.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в иске. Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 250 000 рублей.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие, при этом выразили свою позицию относительно исковых требований, предоставив суду письменные возражения, в которых указывают на несогласие с заявленными исковыми требованиями ФИО1. Считают, что наличие морального вреда и размер его денежной компенсации не доказаны и не подтверждены материалами дела. Истцом не доказана причинно-следственная связь между привлечением к уголовной ответственности и заболеванием сердца. Все действия были проведены в рамках УПК РФ, носили законный и обоснованный характер.

Представители третьих лиц МВД России, прокуратуры Нижегородской области в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель третьего лица, не заявляющее самостоятельные требования, МО МВД России «Навашинский» в судебное заседание не явился, ходатайствовали о рассмотрении дела без их участия, предоставив отзыв на исковое заявление, из которого следует, что МО МВД России «Навашинский» не согласны с требованиями ФИО1, полагают, что размер компенсации морального вреда завышен, не соответствует принципам разумности и справедливости, степени доказанности, и взысканию не подлежит.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования, дознаватель ОД МО МВД России «Навашинский» К. Ю.Е. в судебное заседание не явилась, представив письменные возражения на иск, в которых так же содержится просьба о рассмотрении дела в ее отсутствии. что уголовное дело в отношении Д. было возбуждено \ ст. дознавателем ОД Ш. на основании заявления Т. после проведения проверки в установленном законом порядке. На момент возбуждения уголовного дела в действиях Д. усматривался состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ. \ в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 330 УК РФ. \ Д. был допрошен в качестве подозреваемого по данному делу, вину не признал, от дачи показаний отказался, мера пресечения не избиралась. \ уголовные дела были объединены в одно производство. За время проведения предварительного расследования ФИО1 не было обжаловано ни одно постановление органов дознания. При этом порядок обжалования решений действий (бездействий) дознавателя истцу неоднократно разъяснялся при направлении уведомления о подозрении, при проведении допроса в качестве подозреваемой. Решение о возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 330 Уголовного кодекса РФ в отношении истца было принято строго в соответствии с законом, дознание проводилось в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ. Довод истца о причинении ему нравственных страданий считает несостоятельным и в связи с тем, что с момента возбуждения уголовного дела и до вынесения постановления о прекращении уголовного дела, в отношении ФИО1 не избиралась ни мера пресечения, обвинение не предъявлялось, что позволяло сохранить привычный уклад жизни истца.

Довод истца об эмоциональном напряжении также является несостоятельными и необоснованными. Им не представлено медицинской документации, подтверждающей данный факт. В ходе дознания данные документы также не приобщались. Данные доводы истца являются надуманными и необоснованными.

Закон создает равные условия для лиц, обладающих правом обращения в суд за судебной защитой, обязав суд извещать их о времени и месте рассмотрения дела, направлять судебные извещения согласно ст. ст. 113, 114 ГПК РФ. По смыслу 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Учитывая задачи гражданского судопроизводства, принцип правовой определенности, распространение общего правила, закрепленного в ч. 3 ст. 167 ГПК РФ об отложении судебного заседания в случаях неявки в судебное заседание кого-либо из лиц, участвующих в деле при отсутствии сведений о причинах их неявки не соответствовало бы конституционным целям гражданского судопроизводства, что в свою очередь не позволит рассматривать судебную процедуру в качестве эффективного средства правовой защиты в том смысле, который заложен в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 7, 8 и 10 Всеобщей декларации прав человека и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Таким образом, неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не может быть препятствием для рассмотрения судом дела по существу.

При указанных обстоятельствах суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, заключениезам. прокурора Вачского района Нижегородской области Д.,полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить частично, установив юридически значимые для разрешения спора обстоятельства, исследовав и оценив в совокупности доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся по делу доказательств в соответствии со ст.ст. 67,71 ГПК РФ, приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 45 и 53 Конституции Российской Федерации, Государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (ч. 2 п. 3).

Согласно ч. 1 ст. 134 УПК РФ, суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 УПК РФ).

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц (абзац 2 пункта 11 Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве").

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К нематериальным благам, согласно ст. 150 ГК РФ относятся, в том числе, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства.

В соответствии со ст. 1070 ч. 1 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Из положения статьи 1071 Гражданского кодекса РФ следует, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1,2 статьи 1101 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Судом установлено, что \ ст. дознавателем ОП МО МВД России «Навашинский» майор полиции Ш., вынесено постановление \ о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, согласно которому возбуждено уголовное дело в отношении Д. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ.

\ дознавателем ОП МО МВД России «Навашинский» майор полиции К. Ю.Е. вынесено постановление \ о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, согласно которому возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ.

\ оба уголовных дела были объединены в одно производство.

\ ФИО1 было объявлено, что он является подозреваемым в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ. ФИО1 от дачи показаний в силу ст. 51 Конституции РФ отказался. Ему была избрана мера процессуального принуждения - обязательство о явке.

\ дознавателем ОД МО МВД России «Навашинский» К. Ю. Е. вынесено постановлением о прекращении уголовного дела (уголовного преследования), согласно которому прекращено уголовное дело в отношении подозреваемого ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его деяниях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УКРФ.

Указанным постановлением за ФИО1 в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Таким образом, вышеуказанные доказательства подтверждают факт незаконного уголовного преследования в отношении истца ФИО1.

Принимая во внимание вышеизложенное, руководствуясь вышеуказанными положениями УПК РФ и Гражданского кодекса Российской Федерации -ст. ст. 151, 1070, 1071, 1100, 1101 ГК РФ, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку истец незаконно подвергся уголовному преследованию и в установленном уголовно-процессуальном порядке за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Судом достоверно установлено, что уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено за отсутствием в его деяниях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УКРФ, при этом истцу разъяснено право на реабилитацию.

Суд считает, что незаконным уголовным преследованием по ч. 1 ст. 330 УК РФ нарушены права истца ФИО1, гарантированные Конституцией Российской Федерации, истец был лишен привычного образа жизни, из-за возбуждения в отношении него уголовного дела и проводимых следственных действий он был в постоянном нервном напряжении, испытал нравственные страдания, в связи с чем ему был причинен моральный вред, который подлежит возмещению на основании ст. 1071 ГК РФ за счет казны Российской Федерации, при этом необходимо отметить, что исполнение судебных актов о взыскании средств за счет казны РФ возложено на Министерство Финансов РФ.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что уголовное преследование в отношении истца длилось около 3 месяцев, весь этот период истец ФИО1 находился под страхом применения к нему уголовного наказания, испытывал эмоциональное напряжение по поводу незаконного уголовного преследования, что, по мнению суда, свидетельствует о его нравственных страданиях.

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, учитывая длительность уголовного преследования в целом, то, что обвинение ФИО1 не предъявлялось, и он находился в статусе подозреваемого, мера пресечения в отношении него не избиралась, исходя из фактических обстоятельств дела, характера причиненных истцу нравственных страданий, принимая во внимание состояние здоровья ФИО1, образ его жизни, его индивидуальные особенности (семейное положение, репутацию, наличие имеющихся заболеваний, период их возникновения), с учетом требований разумности и справедливости, суд считает, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, и определяет размер компенсации морального вреда в сумме 7 000 рублей, а заявленную истцом сумму компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей находит необоснованно завышенной.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание и то, что доказательств, свидетельствующих о приобретении заболевания сердца в связи с уголовным преследованием, материалы дела не содержат и истцом вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Компенсация морального вреда в размере 7 000 рублей подлежит взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Доводы возражений Министерства финансов Российской Федерации о недоказанности факта причинения истцу морального вреда не могут быть приняты во внимание, поскольку они основаны на неверном толковании норм материального права, в силу которых факт причинения такого вреда незаконным уголовным преследованием предполагается и не требует специального доказывания. Сам факт незаконного уголовного преследования свидетельствует о нарушении прав истца и причинении ему нравственных страданий, а характер причиненных ему физических и нравственных страданий в силу положений ст. 1100 ГК РФ оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьями 124 - 126, 1070 ГК РФ, ч. 1 ст. 133 УПК РФ, главой 24.1 Бюджетного кодекса РФ, сумма материального ущерба взыскивается с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации. Исполнение судебных актов о взыскании средств за счет казны РФ возложено на Министерство Финансов РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 -198 ГПК РФ суд,

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование - удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в сумме 7000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, отказать.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Вачский районный суд путем подачи апелляционной жалобы в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Баринова Н.С