Решение № 2-288/2017 2-288/2017~М-47/2017 М-47/2017 от 16 февраля 2017 г. по делу № 2-288/2017

Дело №2-288/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 февраля 2017 года город Троицк Челябинской области

Троицкий городской суд Челябинской области в составе:

Председательствующего Лавровой Н.А.,

при секретаре Абдулкадыровой А.А.,

с участием прокурора города Троицка Пановой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» о восстановлении на работе, отмене приказов, компенсации морального вреда, о взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 18 января 2017 года (с учетом уточнения исковых требований) обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» о признании незаконным приказа № от 25 октября 2016 года Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» о сокращении 1 штатной единицы административно-управленческого персонала - главной медицинской сестры и его отмене, об отмене приказа № от 06 декабря 2016 года главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» о прекращении трудового договора с ФИО1 по п.2 ч.1. ст.81 ТК РФ и его отмене, о восстановлении на работе в должности главной медицинской сестры Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» с 26 декабря 2016 года, о признании незаконным и отмене приказа главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» № от 02 декабря 2016 года об объявлении ей выговора за систематическое ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, о взыскании с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» в ее пользу компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, оплате юридических услуг в размере 3000 рублей.

В обоснование иска указала, что она с 15 ноября 2015 года работала в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» в должности главной медицинской сестры. Приказом № от 06 декабря 2016 года она уволена по сокращению штата работников по п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ. Считает ее увольнение незаконным поскольку должность главной медицинской сестры является одной штатной единицей в данном медицинском учреждении, и на главную медицинскую сестру как подотчетную только главному врачу, возложена обязанность должностной инструкцией, кроме прочего - учет, распределение, расходование медикаментов в том числе ядовитых и сильнодействующих. Приказ № «О сокращении численности (штата работников) вынесен в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения Челябинской области «Об утверждении Плана мероприятий по снижению неэффективных расходов на 2015-2017 годы». Согласно штатному расписанию ГБУЗ «ОТБ №13» главная медицинская сестра является связующим звеном между главным врачом больницы и среднего и младшего медицинского персонала. В ее подчинении были три старшие медсестры, а в подчинении старших медсестер были медсестры и санитарки. Все эти лица из штатного расписания исключены не были. 25 октября 2016 года главным врачом был издан приказ № о предстоящем высвобождении главной медицинской сестры вследствие сокращения численности. С учетом того, что под сокращение 25 октября 2016 года попала только должность главной медицинской сестры и в данный период времени никто больше не сокращался и должности не высвобождались, считает, что никакого реального сокращения численности и штата работников учреждения не было. Считает, что при решении вопроса ее сокращения требования ст.179 ТК РФ не соблюдены, не были учтены уровень ее квалификации. Увольнением истцу причинены нравственные страдания, переживания, которые заключаются в психологическом состоянии, она была вынуждена обратиться за медицинской помощью, так как здоровье стало ухудшаться из-за нервозности, в результате нервного срыва стали обостряться хронические заболевания. Также при решении вопроса ее сокращения в период с 25 октября 2016 года по 26 декабря 2016 года ответчик в отношении нее издал приказ № от 02 декабря 2016 года, которым ей объявлен выговор за систематическое ненадлежащее исполнение должностных обязанностей. С данным приказом она не согласна, поскольку никаких нарушений с ее стороны не допускалось и свои обязанности она исполняла надлежащим образом.

В судебном заседании истец ФИО1 не участвовала, о дате и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, просила рассматривать дело в ее отсутствии с участием представителя ФИО2

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании участвовал, исковые требования с учетом уточнения поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» ФИО3, в судебном заседании участвовала, исковые требования не признала в полном объеме, указав на то, что увольнение по сокращению численности штатов работников было произведено строго в соответствии с нормами трудового законодательства, выговор был объявлен на законном основании.

Заслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению в части, суд решил исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям:

Статья 20 Трудового кодекса Российской Федерации определяет стороны трудовых отношений. Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем.

Работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии с статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по делу по своему внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств и их совокупности. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

Согласно пункту 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по указанному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

Расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации возможно при условии, что он был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (ч. 2 ст. 180 ТК РФ).

В соответствии со статьей 179 Трудового кодекса Российской Федерации, при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 29 постановления от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников допускается, если невозможно перевести работника с его согласия на другую работу. Исходя из конституционного принципа о равенстве всех перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ), а также учитывая положения ч. 1 ст. 180 ТК РФ и ч. 3 ст. 73 ТК РФ, работодатель в указанном случае должен предложить работнику работу (вакантную должность) в той же организации, соответствующую квалификации работника, а при отсутствии такой работы - имеющуюся в организации нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу, которую работник может выполнять с учетом его образования, квалификации, опыта работы и состояния здоровья.

При этом необходимо иметь ввиду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (ч. 2 ст. 180 ТК РФ).

Вместе с тем, реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

Судом установлено, что ФИО1 15 ноября 2013 года была принята главной медицинской сестрой административно-управленческого персонала в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13».

Данные обстоятельства подтверждаются копией приказа № от 15 ноября 2013 года (л.д.31), копией трудового договора от 15 ноября 2013 года № с дополнительными соглашениями (л.д.24-30), Уставом ГБУЗ «ОТБ № 13» (л.д.92-103), личной карточкой (л.д.34-35).

В соответствии со статьей 8 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации гарантируется свобода экономической деятельности.

Указанное конституционное положение предполагает наделение работодателя правомочиями, позволяющими ему принимать необходимые кадровые решения. Работодатель, в целях осуществления эффективной экономической деятельности организации вправе усовершенствовать ее организационно - штатную структуру путем сокращения численности или штата работников, вправе расторгать трудовые договоры с работниками по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ, соблюдая при этом установленный порядок увольнения.

Законодательством Российской Федерации предусмотрены дополнительные меры, направленные на защиту трудовых прав работников при увольнении по данному основанию (предупреждение работников о предстоящем увольнении не менее чем за два месяца до увольнения, информирование профсоюзного органа о принятии решения о сокращении штата работников, контроль профсоюзного органа за правомерностью действий работодателя и другие), которые обеспечивают баланс соответствующих конституционных прав и свобод сторон трудового договора.

Принятием данного решения права работника, предусмотренные статьей 37 Конституции РФ, не нарушаются. Поскольку права и свободы гражданина, не должны нарушать права и свободы других лиц, защита прав и свобод одних, не должна приводить к отрицанию прав и свобод других, а возможные ограничения посредством федерального закона должны преследовать конституционно значимые цели и быть соразмерны им.

В штатном расписании ГБУЗ «ОТБ № 13» от 24 октября 2016 года значилась должность главной медицинской сестры - 1 штатная единица, которую занимала ФИО1.

Как следует из текста приказа от 25 октября 2016 года № «О сокращении численности штата» в соответствии с приказом от 31 декабря 2014 года № Министерства здравоохранения Челябинской области «Об утверждении Плана мероприятия по снижению неэффективности расходов на 2015-2017 года» производится сокращение штата и численности работников административно-управленческого персонала - 1 штатной единицы главной медицинской сестры.

Факт сокращения указанной единицы подтверждается представленными в материалы дела приказами Министерства Здравоохранения Челябинской области от 31 декабря 2014 года (л.д.123), планом мероприятий по снижению неэффективных расходов по государственным учреждениям (л.д.124-125), листками корректировок штатного расписания (л.д.77, 85) штатным расписанием по состоянию на 24 октября 2016 года (л.д.78-83), по состоянию на 27 декабря 2016 года (л.д.86-91), приказами о внесении изменений в штатное расписание № от 24 октября 2016 года (л.д.84).

Оснований полагать, что сокращение должности, которую занимал истец, носило формальный характер, не имеется.

В судебном заседании установлено, что в целях оптимизации в ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 13» периодически проводятся мероприятия по сокращению штатов административно-управленческого персонала. Так, работодателем в 2011 году были сокращены штатные единицы административно-управленческого персонала: зам.главного врача по экономическим вопросам, зам.главного врача по клинико-экспертной работе, зам.главного врача по контролю качества, в 2014 году - зам.главного врача по административно-хозяйственной части. В 2015 году произошло сокращение коечного фонда на 30 коек, в связи с чем резко снизилась нагрузка на главную медицинскую сестру. В этот же период произошло сокращение среднего и младшего медицинского персонала, работников пищеблока и прачечной в связи с уменьшением количества пациентов и снижения нагрузки на структурные подразделения. Данные обстоятельства стороной истца не оспаривались. Также в судебном заседании установлено, что после сокращения штатной единицы главной медицинской сестры какой-либо иной должности с аналогичными должностными обязанностями работодателем в штатное расписание не вводилось.

Соответственно доводы представителя истца о том, что сокращение штатов носило формальный характер судом не принимаются.

На основании подпункта 6 пункта 5.6 раздела 5 Устава ГБУЗ «ОТБ № 13» главный врач как руководитель при выполнении своих функций по организации и обеспечению деятельности Учреждения имеет право утверждать штатное расписание, вносить в него изменения и дополнения. В пределах выделяемых ассигнований, предусмотренных областным бюджетом (л.д.100).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что принятый ответчиком приказ «О сокращении численности (штата работников)», последующие изменения в штатные расписания были приняты в рамках предоставленных работодателю правомочий. Сам факт принятия такого решения не нарушает права работника. Работодатель также вправе самостоятельно определять подлежащие сокращению штатные позиции, численность с учетом ограничений, дополнительных гарантий работников, указанных в действующем законодательстве.

С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что работодатель, в рамках предоставленных ему прав и имеющихся у него обязанностей, вправе был сократить должность, в том, числе ту, которую занимала истица. Фактическое сокращение должности (штата) нашло свое подтверждение в судебном заседании. Таким образом, оснований для признания приказа № от 25 октября 2016 года незаконным и его отмене не имеется.

Согласно приказу от 25 октября 2016 года № к проведены мероприятия по сокращению численности работников (л.д.122).

25 октября 2016 года работодателем направлено уведомление в профсоюзную организацию и 25 октября 2016 года в ОКУ Центр занятости населения г. Троицка (л.д.159-160, 184-187).

В материалах дела имеется мотивированное мнение местного комитета первичной профсоюзной организации по проекту приказа о расторжении трудового договора с главной медицинской сестрой административно-управленческого персонала ФИО1 по п.2 ч.1 ст.81 ТКРФ № от 25 октября 2016 года и № от 02 декабря 2016 года, в которых указано, что представленные работодателем проекты приказов о расторжении трудовых договоров с работником ФИО1 и приложенные к ним копии документов подтверждают правомерность их принятия (л.д.128-131).

Поскольку истица членом профсоюзной организации ОТП № 13 не является, что ею не оспаривается, гарантии, предусмотренные статьей 82 Трудового кодекса Российской Федерации об увольнении с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации на нее не распространяются.

25 октября 2016 года ФИО4 уведомлялась о предстоящем сокращении, однако от подписи в уведомлении отказалась, о чем был составлен акт № от 25.10.2016 года (л.д.127).

26 октября 2016 года ФИО4 была извещена о предстоящем сокращении под роспись, в котором сообщалось о наличии вакансий в учреждении ( л.д.126).

Ей были предложены вакантные должности по состоянию на 25 октября 2016 года, в том числе должности врачей в количестве 11 единиц, ставка санитарки палатной, водителя автомобиля, рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, электромонтера по ремонту и обслуживанию оборудования, юрисконсульта, программиста (0,5 ставки) (л.д.126).

Ей также были предложены вакантные должности по состоянию на 21 ноября 2016 года, на 25 ноября 2016 года, в том числе должности врачей в количестве 11 единиц, ставка санитарки палатной, водителя автомобиля, рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, электромонтера по ремонту и обслуживанию оборудования, юрисконсульта, программиста (0,5 ставки), уборщика территории, санитарки палатной первого стационарного отделения (на период отпуска по уходу за ребенком основного работника - до 03 октября 2017 года (л.д.132-133).

Согласия на замещение имеющихся у работодателя вакантных должностей ФИО1 не высказала.

07 декабря 2016 года ФИО1 была ознакомлена с приказом об увольнении.

26 декабря 2016 года на основании приказа № к ФИО1 была уволена по п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ (л.д.8), в этот же день получила трудовую книжку, что не оспаривается сторонами.

Приказ об увольнении подписан главным врачом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» ( л.д.8). О предстоящем увольнении ФИО1 уведомлена за два месяца, все имеющиеся вакантные должности истцу были предложены.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Исследуя представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что при увольнении ФИО1 на основании пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ ответчиком в полной мере соблюдена процедура увольнения.

Проверяя соблюдение процедуры увольнения, суд установил, что ФИО1 предупреждалась о предстоящем увольнении в установленном порядке, сокращение численности (штата) работников, в том числе сокращение 1 единицы главной медицинской сестры административно-управленческого персонала, в действительности имело место.

Ей были предложены в течение всего периода проведения мероприятия по сокращению численности (штата) работников все вакантные должности, имевшиеся у ответчика.

Вопрос о преимущественном праве оставления на работе ответчиком не рассматривался, поскольку в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» имелась только одна ставка главной медицинской сестры, которая подлежала сокращению (л.д.78-83), соответственно доводы представителя ответчика о том, что ответчиком не учтено преимущественное право истца на оставление на работе являются необоснованными, судом отклоняются.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что приказ № от 26 декабря 2016 года о прекращении трудового договора с ФИО1 по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации является законным и отмене не подлежит.

Учитывая, что процедура увольнения была соблюдена работодателем, все имеющиеся вакансии были предложены истцу, у истца не имелось преимущественного права на оставлении на работе, суд приходит к выводу о законности увольнения ФИО1

Поскольку суд приходит к выводу о законности увольнения, то суд не усматривает оснований для восстановления ее в должности главной медицинской сестры Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13», взыскания компенсации морального вреда.

Истцом ФИО1 также заявлены требования о признании незаконным и отмене приказа главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» № от 02 декабря 2016 года об объявлении ей выговора за систематическое ненадлежащее исполнение должностных обязанностей.

В силу ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

Исходя из положений ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей.

В соответствии с абз. 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Из материалов дела следует, что на основании приказа о приеме работника на работу № от 15 ноября 2013 года (л.д.31), трудового договора от 15 ноября 2013 года № (л.д.24-25) истец работала в должности главной медицинской сестры ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 13» с 15 ноября 2013 года.

Должностные обязанности, а также права и ответственность главной медицинской сестры, установлены должностной инструкцией (л.д.36-37).

Приказом ГБУЗ «ОТБ №13» № от 03 июня 2016 года «О создании комиссии по лицензированию» на ФИО1 возложена обязанность в срок до 14 июня 2016 года подготовить санитарно-эпидемиологическое заключение (л.д112).

Приказом ГБУЗ «ОТБ №13» № от 05 октября 2016 года «О создании комиссии по лицензированию» на ФИО1 возложена обязанность в срок до 15 октября 2016 года подготовить санитарно-эпидемиологическое заключение (л.д.113).

Приказом от 02 декабря № ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за систематическое ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, с данным приказом истец ознакомлена 02 декабря 2016 года (л.д.104). От подписи в приказе 02 декабря 2016 года отказалась, о чем был составлен акт № от 02.12.2016 года (л.д.105). В дальнейшем 07 декабря 2016 года ФИО1 с приказом ознакомилась, указала, что с выговором не согласна.

Основанием для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности являлись докладные записки начальника отдела кадров ФИО3, старшей медицинской сестры второго стационарного отделения ****., объяснительные главной медицинской сестры административно-управленческого персонала ФИО1 (л.д.106,111,114-116).

Из докладной записки начальника отдела кадров ФИО3 следует, что в соответствии с п.3 приказа ГБУЗ «ОТБ № 13» от 03.06.2016 года № «О создании комиссии по лицензированию» главная медицинская сестра ФИО1 должна была подготовить санитарно-эпидемиологическое заключение в срок до 14 июня 2016 года. В указанный срок документы не были подготовлены. Приказом ГБУЗ «ОТБ № 13» от 05.10.2016 года № главной медицинской сестре был установлен новый срок для подготовки санитарно-эпидемиологического заключения - 15 октября 2016 года. 12.10.2016 года санитарно-эпидемиологические заключения были получены, но в них были ошибки. Из-за допущенных ошибок при оформлении санитарно-эпидемиологических заключений лицензия из специализированной организации по состоянию на 29 ноября 2016 года не получена.

Из докладной записки старшей медицинской сестры второго стационарного отделения **** следует, что ее обнаружены документы в папке «Правила и инструкции среднего и младшего медицинского персонала» с подписями глав.врача ****, главной медицинской сестры ****, которые в данное время не работают.

Из объяснительных ФИО1 от 29.11.2016 года, от 01.12.2016 года, от 19.12.2016 года следует, что сан-эпидем. заключение не было подготовлено до 14.06.2016 года по независящим от нее причинам, а именно из-за очередных отпусков ее и сотрудников СЭС и Роспотребнадзора. В сан-эпидем заключениях от 12 октября 2016 года допущены ошибки из за отсутствия необходимых документов для подтверждения правильности нумерации корпусов. От компетентных сотрудников необходимой достоверной информации она не получила, соответствующие документы находились в кабинете главного врача вне доступа. Опечатка в адресе произошла не по ее вине, а по вине сотрудников Роспотребнадзора. Информацией по площади кабинета зам.глав врача она не владеет, это не входит в ее должностные обязанности, официально эту информацию у нее никто не запрашивал. Алгоритмы подписаны предыдущим главным врачом, потому что перечень лекарственных средств для оказания неотложной помощи не менялся, и действующим главным врачом они подписаны или предыдущим особого значения не имеет. Официальных документов подтверждающих или опровергающих эту информацию нет.

Стороной ответчика также к материалам дела приобщены: алгоритмы неотложной помощи при электротравме (л.д.107-109), докладная записка старшей медсестры ****.(л.д.110), переписка Гл.врача **** с ООО **** (л.д.117-118).

Изучив материалы дела, заслушав участников процесса, суд приходит к выводу о том, что дисциплинарное взыскание применено к истцу незаконно и необоснованно, поскольку достоверных доказательств, свидетельствующих о нарушении истцом должностных обязанностей, послуживших основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности, равно как совершения истцом виновных действий, ответчиком представлено не было.

Привлекая работника к дисциплинарной ответственности и применяя к нему дисциплинарное взыскание в соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, именно работодатель обязан доказать, что со стороны работника имелось виновное поведение, связанное с нарушением трудовой функции, а также то, что у работника имелись все условия для выполнения трудовой функции, в том числе и распоряжений работодателя. Кроме того, в круг юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию работодателем, входит соответствие и соразмерность примененного вида дисциплинарного взыскания, тяжести проступка работника.

Порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вопреки доводам представителя ответчика, суд, проанализировав содержание оспариваемого приказа о привлечении истца к дисциплинарной ответственности, а также докладную записку начальника отдела кадров ФИО3 от 29.11.2016 года, докладную записку старшей медицинской сестры второго стационарного отделения **** объяснительные ФИО1 от 29.11.2016 года, от 01.12.2016 года, послужившие основанием для его издания, считает, что бесспорные и убедительные доказательства, подтверждающие уклонение истца от надлежащего исполнения вменяемых ему должностных обязанностей, в материалах дела отсутствуют.

Судом установлено, что ответчиком при наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора не были учтены все обстоятельства совершенного истцом поступка, а именно объективные причины, препятствующие истцу подготовить санитарно-эпидемиологическое заключение в срок до 14 июня 2016 года и в срок до 15 октября 2016 года. На данные обстоятельства истец указывал в своих объяснительных, которые могли быть проверены ответчиком перед применением дисциплинарного взыскания, однако им этого сделано не было.

Указанные в качестве основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора: докладные записки начальника отдела кадров ФИО3, старшей медицинской сестры второго стационарного отделения ****., объяснительные главной медицинской сестры административно-управленческого персонала ФИО1 не позволяют с достоверностью установить за какие дисциплинарные проступки руководитель привлек ФИО1 к дисциплинарному взысканию в виде выговора.

В приказе № от 02 декабря 2016 года не указаны какие конкретно проступки и когда совершил истец, в чем конкретно выразились нарушения, явившиеся поводом к применению дисциплинарного взыскания в виде выговора, в чем состоит вина истца. Не указано и в чем заключается тяжесть совершенного проступка, в чем выразились негативные последствия виновных действий работника.

Суд полагает, что в основу приказа фактически положена негативная оценка ответчиком качества исполнения возложенных на истца обязанностей (ненадлежащее исполнение должностных обязанностей). Такая оценка может признана обоснованной при наличии доказательств ее объективности. В данном случае объективность оценки работы истца надлежащими доказательствами не подтверждена.

Кроме того, проверяя законность и обоснованность привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора на основании приказа № от 02 декабря 2016 года, суд приходит к выводу, что ответчиком не представлено доказательств подтверждающих, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника. При этом суд учитывает, что в перечень должностных обязанностей главной медицинской сестры не входит такая обязанность как составление санитарно-эпидемиологических заключений, наличие алгоритмов неотложной помощи при электротравме, утвержденных лицами, не работающими в настоящий момент не повлекло каких-либо негативных для организации последствий, доказательств обратного ответчиком суду не представлено, ранее ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекалась.

Доводы представителя ответчика о том, что негативные последствия выразились в несвоевременном получении лицензии, а ее отсутствие затрудняет работу с поставщиками по закупке медицинского оборудования и медикаментов ничем не подтверждены, лицензия до настоящего времени не получена, тогда как приказ о дисциплинарном взыскании в отношении ФИО1 вынесен 02 декабря 2016 года.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд считает, что приказ № от 02 декабря 2016 года о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности следует признать незаконным и отменить.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы, понесенные сторонами.

В силу положений статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрение дела относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Судом удовлетворены исковые требования ФИО1 о признании незаконным и отмене приказа главного врача ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 13» № к от 02 декабря 2016 года об объявлении выговора ФИО1 за систематическое ненадлежащее исполнение должностных обязанностей.

Истец ФИО1 просила взыскать с ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» расходы по оплате услуг представителя в размере 3000 рублей. Данные расходы подтверждены квитанцией-договором (л.д.225).

На основании статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом категории предъявленных исков, времени затраченного на участия в судебных заседаниях, объема выполненных работ, с учетом среднего уровня оплаты аналогичных услуг, разумности и справедливости, суд считает, что сумма в размере 3000 рублей, является разумной суммой для оплаты услуг представителя. В пользу истца следует взыскать с ответчика 3000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя.

Согласно статье 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Другие требования истец ФИО1 не заявляла.

С ответчика на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует взыскать госпошлину в местный бюджет в размере 400 рублей.

Руководствуясь статьями 98, 195-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Иск ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» о восстановлении на работе, отмене приказов, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ главного врача ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 13» № к от 02 декабря 2016 года об объявлении выговора ФИО1 за систематическое ненадлежащее исполнение должностных обязанностей.

Взыскать с ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 13» в пользу ФИО1 расходы на оплату юридических услуг в размере 3000 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска к ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 13» отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 13» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 400 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Троицкий городской суд Челябинской области.

Председательствующий: