Решение № 2-3354/2024 2-41/2026 2-433/2025 от 16 апреля 2026 г.

Дело № 2-41/2026 (2-433/2025; 2-3354/2024;)

УИД 05RS0012-01-2023-004273-17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Дербент 17 апреля 2026 года

Дербентский городской суд Республики Дагестан, в составе: председательствующего судьи Галимова М.И., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, в отсутствие сторон, просивших рассмотреть дело без их участия, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску администрации ГО «город Дербент» к ФИО3 о признании отсутствующим права собственности за ФИО3 на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686 кв.м., с применением последствий недействительности; признании регистрации права собственности за ФИО3 на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686кв.м., недействительной, с применением последствий недействительности; признании недействительным, не законным кадастровый учет (образование) земельного участка с КН: <номер изъят>; применить последствия недействительности сделок, аннулировании (исключении) всех записей регистрации права на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686 кв.м. и снятии его с государственного кадастрового учета,

А также по встречному иску ФИО3 к администрации ГО «город Дербент» о признании реестровой ошибкой внесенные в ЕГРН сведения о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят><номер изъят>; <номер изъят>, расположенных по адресу: РД, <адрес изъят>,

У С Т А Н О В И Л:

Администрация ГО «город Дербент» обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании отсутствующим право собственности за ФИО3 на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686 кв.м., с применением последствий недействительности; признании регистрации права собственности за ФИО3 на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686кв.м. недействительной, с применением последствий недействительности; признании недействительным, не законным кадастровый учет (образование) земельного участка с КН: <номер изъят>; применить последствия недействительности сделок, аннулировании (исключении) всех записей регистрации права на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686 кв.м. и снятии его с государственного кадастрового учета.

В обоснование иска указано, что сотрудниками Управления земельных и имущественных отношений администрации ГО «город Дербент», выявлен факт незаконной регистрации, кадастрового учета и уточнения границ земельных участков, по адресу: РД, <адрес изъят>, на территории кадастрового квартала <номер изъят>, а именно, в нарушение законодательства РФ зарегистрировано право собственности на земельный участок с кадастровым номером: <номер изъят>, обшей площадью 686 кв.м. за гр. ФИО3 в связи с чем, было запрошено с Управления Росреестра по РД реестровое дело по спорному земельному участку.

Согласно реестровому делу земельный участок с кадастровым номером <номер изъят> образовался путем объединения двух земельных участков с кадастровым номером <номер изъят> у которого из первичных правоустанавливающих документов, основанием регистрации права собственности на земельный участок, согласно описи документов послужил Договор купли-продажи жилого дома от 16.08.2002 года зарегистрированного в реестре за <номер изъят> за гр.ФИО5 на земельном участке площадью 102,9 кв.м., свидетельство о праве на наследство по закону от 29.09.1994 года зарегистрированного в реестре за <номер изъят> за гр.ФИО4 X., свидетельство о праве на наследство по закону от 26.05.2012 года зарегистрированного в реестре за <номер изъят> за гр.ФИО6 и земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> который в свою очередь образовался путем объединения двух земельных участков с кадастровым номером <номер изъят> и земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> который образовался путем объединения трех земельных участков, с кадастровым номером <номер изъят> основанием регистрации права собственности на земельный участок, согласно описи документов послужило: постановление главы администрации г.Дербента от 06.2003 года за №50/39 «О переводе земель поселений г.Дербента в собственность ФИО7», земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> основанием регистрации права собственности на земельный участок, согласно описи документов послужил: договор купли-продажи участка муниципальной собственности за гр.ФИО8, выданный комитетом по управлению имуществом г. Дербент от 17.01.2008 г. за №38 и земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> основанием регистрации права собственности на земельный участок, согласно описи документов послужили: Постановление администрации ГО «город Дербент» от 29.12.2012г. №520 и Договор №30 от 15.03.2014г. «О предоставлении ФИО9 права собственности на земельный участок».

Из полученных материалов вытекает, что регистрация права собственности на земельный участок площадью 520,0 кв.м., с кадастровым номером <номер изъят> из которого в дальнейшем в результате объединения других земельных участков образовался спорный земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>, возникла на основании Договора купли продажи жилого дома от 16.08.2002 года зарегистрированного в реестре за <номер изъят> на земельном участке площадью 102,9 кв.м., свидетельство о праве на наследство по закону 3/8 долей жилого дома который расположен на земельном участке площадью 109,0 кв.м., от 29.09.1994 года зарегистрированного в реестре за <номер изъят>, свидетельство о праве на наследство по закону 5/8 долей жилого дома на земельном участке площадью 109,0 кв.м. от 26.05.2012 года зарегистрированного в реестре за <номер изъят>, где во всех документах согласно реестровому делу нет ни какой записи о предоставлении им земельного участка площадью 520,0 кв.м., а есть только информация о расположении их строений на земельном участке площадью 109,0 кв.м.

Согласно реестровому делу спорный земельный участок с кадастровым номером <номер изъят> был так же образован путем объединения земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, которые на основании межевого плана подготовленного в результате выполнения кадастровых работ в связи с уточнением местоположения границ и площади земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> и исправлением ошибки в местоположении границ смежных земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят> было изменено месторасположение вышеуказанных земельных участок, хотя согласно схемам расположения и документам в реестровом деле по каждому земельному участку с кадастровыми мерами <номер изъят> они фактически не являются смежными и согласно заключения кадастрового инженера ФИО10 расположены в разных сторонах друг от друга.

Одним из главных правил уточнения границ является возможность одновременно уточнить границу другого смежного земельного участка, без заявления его правообладателя, но при условии наличия личной подписи в акте согласования местоположения границ, являющегося неотъемлемой частью межевого плана.

Порядок одновременного уточнения местоположения границ нескольких смежных земельных участков установлен ч. 2 ст. 43 «Закона о государственной регистрации недвижимости» № 218 ФЗ от 13.07.2015 года.

Если при государственном кадастровом учете в связи с уточнением местоположения части границ земельного участка, которая одновременно является общей (смежной) частью границ других земельных участков, требуется внесение изменений в сведения, содержащиеся в ЕГРН, о смежных с ним земельных участках, орган регистрации прав одновременно с осуществлением государственного кадастрового учета вносит соответствующие изменения в сведения, содержащиеся в ЕГРН, о местоположении границ и площади указанных смежных земельных участков.

Также согласно ч.1 ст.43 «Закона о государственной регистрации недвижимости» № 218 ФЗ от 13.07.2015 года, при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в указанных документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более. При уточнении границ земельных участков допускается изменение площади такого земельного участка в соответствии с условиями указанными в пунктах 32 и 32.1 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона. В межевом плане приводится обоснование местоположения уточненных границ земельного участка, При проведении правовой экспертизы документов, представленных для осуществления государственного кадастрового учета проверка обоснованности местоположения уточненных границ земельного участка, в том числе изменении площади уточненного земельного участка, если такое уточнение местоположения границ земельного участка не приводит к нарушению условий, указанных в пунктах 32, 32,1 и 45 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона» государственным регистратором прав не осуществляется.

В период рассмотрения дела, право собственности на спорный земельный участок принадлежит гр. ФИО3, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Согласно Конституции РФ право частной собственности охраняются законом, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться нм (ст. 35 п.п. 1,2 Конституции РФ).

На основании правовых норм, вышеуказанная регистрация на спорный земельный участок, по мнению истца подлежит признанию судом недействительной и как недействительное, не подлежит применению, в связи с чем, не может порождать юридических последствий, в том числе возникновения у гражданина права собственности на спорный земельный участок, являющийся предметом спора (земельный участок) ввиду недействительности (фиктивности) документов.

По мнению истца, при наличии вышеизложенных обстоятельств, регистрация права собственности на земельный участок, является незаконной, ввиду чего земельный участок подлежит возвращению в муниципальную собственность.

Согласно ч. 3 ст. 3 Земельного кодекса Российской Федерации имущественные отношения по владению, пользованию и распоряжению земельными участками, а также по совершению сделок с ними регулируются гражданским законодательством, если иное не предусмотрено земельным, лесным, водным законодательством, законодательством о недрах, об охране окружающей среды, специальными федеральными законами.

Права на земельные участки возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости» (ч. 1 ст. 25 ЗК РФ).

В силу требований ч. 1 ст. 26 ЗК РФ права на земельные участки, предусмотренные главами 3 и 4 Земельного Кодекса, удостоверяются документами в порядке, установленном Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости».

Предоставление земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется исполнительным органом государственной власти или органом местного самоуправлениях в пределах их компетенции в соответствии со статьями 9-11 настоящего Кодекса (ст. 39.2 ЗК РФ).

В соответствии со ст. 301 и 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно статье 209 ГК РФ право распоряжения имуществом принадлежит его собственнику.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии с указанными нормативно-правовыми актами вопросы, связанные с землей, независимо от форм собственности и целевого назначения, а также вся градостроительная деятельность на территории муниципального образования, находятся в компетенции органа местного самоуправления. Следовательно, нарушения, допущенные в этой области, затрагивают права и законные интересы органа местного самоуправления.

Таким образом, предъявляя, исковые требования администрация ГО «город Дербент» исходит из того, что оспариваемые правоустанавливающие документы на земельный участок, являются ничтожными и нарушают режим законности на территории муниципального образования городской округ «город Дербент».

В связи с чем истец просил суд признать отсутствующим право собственности ФИО3 на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686 кв.м., с применением (последствий недействительности; признать регистрацию права собственности за ФИО3 на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686кв.м. недействительной, с применением последствий недействительности; признать недействительным, не законным кадастровый учет (образование) земельного участка с КН: <номер изъят>; применить последствия недействительности сделок, аннулировать (исключить) все записи регистрации права на земельный участок с КН: <номер изъят>, площадью 686 кв.м. и снять с государственного кадастрового учета.

ФИО3 обратилась в суд со встречным иском о признании реестровой ошибкой внесенные в ЕГРН сведения о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, расположенных по адресу: <...>.

В обоснование встречного иска ФИО3 указала, что ошибочными являются доводы администрации ГО «г.Дербент», что местоположение границ смежных земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>; <номер изъят> были изменены, так как фактически не являлись смежными и расположены в разных сторонах друг от друга, так как первоначально в реестровых делах (документах первичного учета, как ранее учтенные) ошибочно были указаны фактические границы земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>

Согласно выводам землеустроительной экспертизы, проведенной согласно определению суда (пункт 7) земельные участки с кадастровыми номерами <номер изъят> при первоначальном расположении попадали под территорию, где возведен 7-ми этажный жилой дом.

О том, что фактически строения, приобретенные ФИО3, находились на земельных участках, которые являлись смежными с земельным участком под к.н. <номер изъят>, свидетельствует и тот факт, что в 2022 году ФИО3 приобрела жилые строения, расположенные на земельных участках которые подпадали под территорию 7-ми этажного дома, построенного в 2016 году никак не могла.

Кроме того, согласно договору аренды земельного участка, заключенного между МКУ «Управление земельных и имущественных отношений» администрации ГО «город Дербент» и ООО «Экономстрой» от 29.04.2016 года арендодатель предоставил земельные участки общей площадью 1472 кв.м. и 970 кв.м. с кадастровыми номерами <номер изъят>. Арендатору был предоставлен земельный участок, не обремененный правами и претензиями третьих лиц, т.е. свободный от каких либо строений земельный участок (п.1.4.).

В заключении эксперта указывается, что объединение земельных участков с вышеуказанными кадастровыми номерами права и охраняемые законом интересы администрации не нарушает, а нарушает их перемещение на новое место без согласования с администрацией, которое не соответствует первичным правоустанавливающим документам.

По мнению ФИО3, земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>, куда по мнению администрации города перемещены вышеуказанные участки, не являются муниципальной собственностью, а составляли придомовую территорию многоквартирного 7-ми этажного дома по <адрес изъят>, т.е. согласно ст.36 ЖК РФ является общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме.

Таким образом, права и охраняемые законом интересы муниципального образования никоим образом не нарушаются тем, что без согласования с ними смежные земельные участки были объединены.

В процессе первоначального образования данных земельных участков с к.н. <номер изъят> кадастровым инженером была допущена ошибка в межевых планах, которая и была перенесена в ЕГРН. Следовательно, эта ошибка является реестровой в силу ч. 3 ст. 61 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".

Данный факт подтверждает наличие реестровой ошибки, и спорные земельные участки на кадастровой карте при первичной постановке на учет в органах Росреестра оказались наложенными на земельный участок под кадастровым номером <номер изъят>, где в настоящее время расположен 7-ми этажный многоквартирный дом, а фактически, они располагались в соответствии с градостроительным планом, выданного ФИО3

Из заключения кадастрового инженера ФИО15, приведенного в межевом плане от 23.07.2020г., следует, что имеет место пересечение учтенных границ принадлежащего ответчику земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> с фактическими границами участка с кадастровым номером <номер изъят>, которым владеет истец. Фактические границы земельного участка истца не соответствуют данным ЕГРН по земельному участку с кадастровым номером, которым она владеет. Следовательно, эта ошибка является реестровой в силу ч. 3 ст. 61 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

В связи с чем ФИО3 просила суд признать реестровой ошибкой внесенные в ЕГРН сведения о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, расположенных по адресу: РД, <адрес изъят>.

В судебное заседание, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства представитель истца Администрации ГО «город Дербент», ответчик ФИО3, и ее представитель ФИО11, представители третьих лиц: Управления земельных и имущественных отношений Администрации ГО «город Дербент», Управления Росреестра по РД, Дербентский межмуниципальный Управления Росреестра по РД, Архивный отдел Администрации ГО «город Дербент», ООО «Кадастр «ФИО2 Т.Р., нотариус Дербентского нотариального округа ФИО12, ФГБУ «ФКП Росреестра по РД», в судебное заседание не явились, об отложении дела суд не просили.

Исходя из представленных в дело сведений, с учетом положения ст. 165.1 ГК РФ и ст.ст.113,117 ГПК РФ, суд находит извещение не явившихся в судебное заседание лиц, надлежащим, в связи с чем, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, считает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся сторон.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и сведений Единого государственного реестра недвижимости, ФИО3 является собственником земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> площадью 686 кв.м.

Земельный участок с кадастровым номером <номер изъят> образован в результате последовательного объединения ранее существовавших земельных участков. В его состав, в частности, вошли земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>, а также земельные участки, сформированные с участием земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, <номер изъят>, <номер изъят> и <номер изъят>. Основания возникновения прав предшествующих правообладателей отражены в реестровых делах: постановление главы администрации г. Дербента от 2003 года <номер изъят>, договор купли-продажи участка муниципальной собственности от 17 января 2008 года <номер изъят>, постановление администрации ГО «город Дербент» от 29 декабря 2012 года <номер изъят>, договор от 15 марта 2014 года <номер изъят>, а также иные документы, перечисленные сторонами и содержащиеся в материалах дела.

Администрация, оспаривая право ФИО3 на весь земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>, ссылается, с одной стороны, на несоответствие площади земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> сведениям о площади земли, указанной в документах на находившиеся на нем строения, а с другой стороны — на изменение местоположения земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят> при выполнении кадастровых работ.

С целью установления юридически значимых обстоятельств по делу определением суда была назначена судебная строительно-техническая и землеустроительная экспертиза. Согласно заключениям экспертов ООО «Республиканский центр судебной экспертизы» ФИО13 <номер изъят> от 15 декабря 2025 года и ФИО14 <номер изъят> от 29 декабря 2025 года земельные участки с кадастровыми номерами <номер изъят> в первоначальном кадастровом расположении приходились на территорию, на которой возведен семиэтажный жилой дом; в последующем границы указанных участков были смещены в северо-западном направлении на расстояние от 23 до 30 метров, после чего из них был образован земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>, а затем они вошли в состав земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>.

Экспертами также установлено, что земельные участки с кадастровыми номерами <номер изъят> в настоящее время как самостоятельные объекты не существуют и были аннулированы в связи с объединением; после изменения местоположения они не являются смежными с земельным участком с кадастровым номером <номер изъят>, тогда как смежным с ним является сформированный земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>.

Из заключения кадастрового инженера ФИО15, приведенного в межевом плане от 23 июля 2020 года, следует, что учтенные в государственном реестре границы земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> пересекались с фактическими границами земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят> а фактическое местоположение используемых земельных участков не соответствовало сведениям, имевшимся в реестре. Данный документ являлся одним из оснований для выполнения кадастровых работ, в ходе которых сведения о местоположении границ были приведены к фактическому положению объектов.

Согласно договору аренды от 29 апреля 2016 года, заключенному между МКУ «Управление земельных и имущественных отношений» администрации ГО «город Дербент» и ООО «Экономстрой», в аренду для целей строительства были переданы земельные участки с кадастровыми номерами <номер изъят>. Пунктом 1.4 договора зафиксировано, что передаваемый земельный участок не обременен правами и претензиями третьих лиц. Между тем первоначальное кадастровое положение земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, согласно данным судебной экспертизы, приходилось именно на территорию последующей застройки семиэтажным многоквартирным домом.

В соответствии со статьей 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Пунктами 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что законным является решение, принятое при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с подлежащими применению нормами материального права, а обоснованным — решение, в котором имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами и выводы суда исчерпывающе следуют из установленных обстоятельств.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии с частью 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается по правилам статьи 67 ГПК РФ. Следовательно, суд связан не формулировкой эксперта о правовой природе выявленного несоответствия, а установленными посредством специальных знаний фактическими данными. Квалификация установленного несоответствия сведений ЕГРН требованиям Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» относится к компетенции суда.

Частью 3 статьи 61 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ предусмотрено, что реестровой является воспроизведенная в ЕГРН ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории, акте обследования либо иных документах, направленных или представленных в орган регистрации прав, в том числе возникшая вследствие ошибки лица, выполнившего кадастровые работы, либо содержащаяся в документах, представленных иными лицами или органами. Такая ошибка может быть исправлена, в частности, на основании вступившего в законную силу решения суда.

Из смысла указанной нормы следует, что само по себе соответствие записи ЕГРН сведениям документа, на основании которого эта запись внесена, не исключает наличия реестровой ошибки. Напротив, сущность реестровой ошибки состоит именно в том, что орган регистрации прав воспроизводит ошибочные сведения, содержащиеся в исходном межевом либо ином документе. Поэтому ссылка на то, что прежние сведения ЕГРН формально соответствовали первичным кадастровым документам, не опровергает возможность признания таких сведений реестровой ошибкой при доказанности ошибочности самого исходного описания местоположения границ.

Частью 4 статьи 61 Федерального закона № 218-ФЗ установлено, что если исправление реестровой ошибки может причинить вред либо нарушить законные интересы правообладателей или третьих лиц, полагавшихся на соответствующие записи ЕГРН, такое исправление производится только по решению суда.

Согласно части 1.1 статьи 43 Федерального закона № 218-ФЗ при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется прежде всего исходя из сведений документа, подтверждающего право на земельный участок, а при отсутствии в таком документе необходимых сведений — из документов, определявших местоположение границ при образовании участка; при отсутствии соответствующих данных учитываются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более. Часть 2 статьи 43 названного Федерального закона допускает одновременное внесение соответствующих изменений в сведения ЕГРН о смежных земельных участках при уточнении общей части их границ.

В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2024 года № 18-КГ24-22-К4 указано, что целью исправления реестровой ошибки является приведение содержащихся в ЕГРН сведений о границах земельного участка в соответствие с фактическими границами, в которых участок предоставлялся и существует на местности; исправление реестровой ошибки не должно превращаться в формирование нового объекта недвижимости либо в изменение его уникальных характеристик в обход установленной законом процедуры.

Указанный подход применим и к настоящему спору. ФИО3 во встречном иске не просит увеличить площадь земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>, сформировать новый земельный участок, изъять землю у муниципального образования либо установить иные координаты действующего земельного участка. Предметом встречного иска является исключительно правовая оценка как реестровой ошибки исторических сведений ЕГРН о местоположении границ трех прекративших самостоятельное существование земельных участков — <номер изъят>. Поэтому удовлетворение встречного иска в заявленных пределах не изменяет площадь и иные уникальные характеристики земельного участка <номер изъят> и не создает новый объект недвижимости.

Оценивая выводы судебной экспертизы в совокупности с межевым планом от 23 июля 2020 года, договором аренды от 29 апреля 2016 года и материалами реестровых дел, суд принимает содержащиеся в заключении экспертов технические сведения о взаимном расположении объектов, истории изменения координат и последовательности образования участков. Вместе с тем содержащаяся в заключении формулировка о том, что перемещение участков «не являлось исправлением реестровой ошибки», не может иметь для суда заранее установленной силы, поскольку вопрос о наличии предусмотренной частью 3 статьи 61 Федерального закона № 218-ФЗ реестровой ошибки является вопросом юридической квалификации.

Кроме того, указанная формулировка эксперта не устраняет выявленного материалами дела противоречия: первоначальные кадастровые сведения помещали спорные участки на территорию земельного участка, переданного самим муниципальным образованием в 2016 году застройщику как свободный от прав и притязаний третьих лиц, тогда как межевой план 2020 года фиксирует несовпадение реестровых и фактических границ участков. Администрацией не представлены доказательства того, что указанное расхождение возникло вследствие самовольного занятия ФИО3 либо ее правопредшественниками муниципальной земли, равно как не представлены сведения о том, что фактическое местоположение принадлежавших им объектов было изменено в результате законного изъятия, перераспределения либо иной предусмотренной законом процедуры.

При таких обстоятельствах совокупность доказательств подтверждает, что первоначально воспроизведенное в ЕГРН описание местоположения границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, <номер изъят> и <номер изъят> не соответствовало их фактическому пространственному положению и взаимному расположению с объектами на местности. Поскольку несоответствие было перенесено в ЕГРН из документов, подготовленных при кадастровых работах, оно отвечает признакам реестровой ошибки, предусмотренной частью 3 статьи 61 Федерального закона № 218-ФЗ.

Доводы первоначального иска о недействительности права ФИО3 суд оценивает отдельно. В соответствии со статьей 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. Пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено значение государственной регистрации для стабильности гражданского оборота и отношений с третьими лицами.

Согласно пункту 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» зарегистрированное право на недвижимое имущество оспаривается в судебном порядке посредством предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения соответствующих записей в ЕГРН. Иск о признании зарегистрированного права отсутствующим применяется в тех случаях, когда запись в реестре нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права либо истребования имущества из чужого незаконного владения.

Из приведенного разъяснения следует исключительный характер иска о признании права отсутствующим. Для его удовлетворения недостаточно указать на недостатки кадастрового оформления либо на предполагаемую незаконность отдельных регистрационных действий. Истец обязан доказать наличие собственного права или охраняемого законом интереса в отношении конкретного объекта либо конкретной части земельной территории и то, что именно существование зарегистрированного права ответчика препятствует осуществлению такого права.

Между тем администрацией не представлено доказательств принадлежности муниципальному образованию всего земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> либо определенной в координатах части этого участка, которая была бы неправомерно включена в состав принадлежащего ФИО3 земельного участка. Заключение судебной экспертизы не содержит вывода о наложении существующих границ земельного участка <номер изъят> на конкретный земельный участок, находящийся в муниципальной собственности, и не определяет площадь муниципальной земли, занятой ответчиком без правового основания.

Ссылка администрации на расхождение между площадью земельного участка с кадастровым номером <номер изъят> и площадью земли, упоминаемой в документах на отдельные строения, сама по себе также не доказывает отсутствия права ФИО3 на весь земельный участок <номер изъят>. Для такого вывода требовалось установить, какая конкретно часть земельной поверхности была включена в состав участка без правового основания, кому она принадлежала на соответствующий момент и каким образом это обстоятельство порочит всю последующую цепочку прав. Таких данных материалы дела не содержат.

При этом правоустанавливающие акты и договоры, на основании которых возникали права предшествующих правообладателей земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, администрацией в установленном порядке не оспорены и недействительными не признаны. Отдельные конкретные сделки, последствия недействительности которых администрация просит применить, в просительной части иска не индивидуализированы.

В силу части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным требованиям и вправе выйти за их пределы только в случаях, предусмотренных федеральным законом. Поэтому суд не вправе по собственной инициативе определить и признать недействительными не указанные истцом конкретные сделки либо административные акты, а затем распространить последствия такой недействительности на последующие права.

Суд также обращает внимание, что приведенное в иске утверждение о том, что всякая сделка, не соответствующая требованиям закона или иного правового акта, является ничтожной на основании статьи 168 ГК РФ, не соответствует действующей редакции данной нормы. В силу статьи 168 ГК РФ и разъяснений пункта 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 правовые последствия нарушения требований закона зависят от характера нарушенной нормы, наличия посягательства на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, а также от того, предусмотрены ли законом оспоримость сделки или иные последствия нарушения. Следовательно, одна лишь констатация предполагаемого несоответствия регистрационных или кадастровых действий требованиям закона не дает оснований для признания неопределенного круга сделок ничтожными.

Пункт 56 постановления Пленума № 10/22 разграничивает спор о зарегистрированном гражданском праве и самостоятельное оспаривание действий государственного регистратора. При наличии спора о принадлежности недвижимости признание государственной регистрации либо кадастрового учета «недействительными» не является самодостаточным способом разрешения вещно-правового спора: запись реестра изменяется вследствие разрешения судом вопроса о наличии, отсутствии, возникновении или прекращении соответствующего права либо вследствие исправления установленной реестровой ошибки.

Таким образом, требования администрации о признании регистрации права собственности ФИО3 недействительной, о признании кадастрового учета участка недействительным и о механическом аннулировании всех записей не могут быть удовлетворены без доказанности материально-правового основания для прекращения зарегистрированного права и без индивидуализации тех юридических фактов, которые такое прекращение влекут.

В соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1 ГК РФ участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что при оценке добросовестности следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны; добросовестность и разумность действий предполагаются, пока не доказано иное.

Муниципальное образование, участвуя в гражданских и земельных отношениях, также связано указанными принципами. Из материалов дела следует, что права на ряд участков в цепочке формирования спорного объекта возникали на основании актов и договоров органов местного самоуправления, а участок с кадастровым номером <номер изъят> был передан муниципальным образованием застройщику как свободный от прав третьих лиц. При таких обстоятельствах возникшее противоречие кадастровых сведений само по себе не может быть возложено на нынешнего правообладателя как достаточное основание для прекращения зарегистрированного права на весь земельный участок.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 28 января 2025 года № 3-П, рассматривая конституционно-правовые пределы применения иска о признании зарегистрированного права на земельный участок отсутствующим, указал на необходимость обеспечивать баланс публичных и частных интересов, учитывать добросовестность правообладателя и не допускать такого применения названного способа защиты, при котором гарантии права собственности нивелируются одной лишь ссылкой публичного образования на дефекты предшествующего оформления. Хотя указанное постановление принято применительно к иной категории земельных споров, сформулированный в нем общий подход к соразмерности вмешательства в зарегистрированное право и учету поведения органов публичной власти подлежит принятию во внимание при разрешении настоящего дела.

С учетом статьи 35 Конституции Российской Федерации, статей 1, 8.1, 10, 12, 209 ГК РФ, положений Федерального закона № 218-ФЗ и приведенных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации прекращение зарегистрированного права собственности на весь земельный участок может иметь место лишь при доказанности конкретного материально-правового основания. Такого основания администрацией по настоящему делу не доказано.

Напротив, установленные по делу обстоятельства подтверждают наличие реестровой ошибки в исторических сведениях о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>. Удовлетворение встречного иска устраняет правовую неопределенность, послужившую одним из оснований первоначального иска, при этом не приводит к образованию нового земельного участка, увеличению площади земельного участка ФИО3 либо изъятию конкретно установленной муниципальной земли.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что первоначальные исковые требования администрации ГО «город Дербент» удовлетворению не подлежат, а встречные исковые требования ФИО3 о признании реестровой ошибкой внесенных в ЕГРН сведений о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят> являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования администрации ГО «город Дербент» к ФИО3 о признании отсутствующим права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером <номер изъят> площадью 686 кв.м., с применением последствий недействительности; признании регистрации права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером <номер изъят> площадью 686 кв.м. недействительной, с применением последствий недействительности; признании недействительным, незаконным кадастрового учета (образования) земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>; применении последствий недействительности сделок, аннулировании (исключении) всех записей регистрации права на земельный участок с кадастровым номером <номер изъят> площадью 686 кв.м. и снятии его с государственного кадастрового учета — оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО3 к администрации ГО «город Дербент» удовлетворить.

Признать реестровой ошибкой внесенные в Единый государственный реестр недвижимости сведения о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами <номер изъят>, расположенных по адресу: <адрес изъят>.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан через Дербентский городской суд Республики Дагестан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда составлено в совещательной комнате 17 апреля 2026 года.

Председательствующий М.И. Галимов