Приговор № 1-16/2025 1-212/2024 от 10 марта 2025 г. по делу № 1-16/2025

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.

... **

Ангарский городской суд ... под председательством судьи Лозовского А.М., при секретаре ЛЛН, с участием государственного обвинителя помощника прокурора ... НЕВ, представителя потерпевшего ПСВ, подсудимых ФИО1 и ФИО2, их защитников - адвокатов ФМВ и КВЛ, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ** года рождения, уроженца ... Республики Бурятия, гражданина РФ, военнообязанного, с высшим образованием, женатого, имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющегося генеральным директором ООО «<данные изъяты>», зарегистрированного и проживающего по адресу: ...А, ..., несудимого;

ФИО2, ** года рождения, уроженца ..., гражданина РФ, военнообязанного, с высшим образованием, женатого, имеющего двоих малолетних детей 2011 и 2019 годов рождения, являющегося исполнительным директором ООО «<данные изъяты>», зарегистрированного по адресу: ..., 206 квартал, ..., фактически проживающего по адресу: ..., судимого:

** Ангарским городским судом ... (с учетом апелляционного постановления Иркутского областного суда от **) по ст. 177 УК РФ к 200 часам обязательных работ (отбытый срок наказания составляет 76 часов);

избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 при пособничестве ФИО2 совершил мошеничество, т.е. хищение чужого имущества путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, в особо крупном размере.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

ФИО1 с ** назначен генеральным директором ООО «<данные изъяты>», зарегистрированного ** в межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № по ... за №, расположенного по адресу: ..., пер.Пионерский, ..., подвал 1.

В соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>», ФИО1, являясь генеральным директором Общества, осуществляет руководство его текущей деятельностью, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, без доверенности действует от имени Общества, издает приказы о назначении и увольнении работников, имеет право подписи платежных документов, т.е. является лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в коммерческой организации.

В 2020 году, но не позднее **, более точные дата и время не установлены, у генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1, использующего свое служебное положение, при пособничестве ФИО2, находящихся в неустановленном месте, с корыстной целью возник умысел на совершение мошенничества, т.е. хищения чужого имущества – углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, в особо крупном размере.

ФИО2, оказывая пособничество в хищении чужого имущества, а именно углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», должен был посредством своей знакомой ЮДА, работающей в должности коммерческого директора АО «<данные изъяты>», подыскать организацию, нуждающуюся в сбыте углеводородного сырья, после чего направить ЮДА поддельные платежные поручения о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств за приобретенное углеводородное сырье на расчетный счет продавца, тем самым обмануть ее и побудить принять решение о содействии в передаче ООО «<данные изъяты>» необходимого количества углеводородного сырья. Далее, подыскать организации, нуждающиеся в покупке углеводородного сырья, а также организации, оказывающие услуги транспортировки углеводородного сырья, после чего организовать вывоз похищенного углеводородного сырья от места погрузки до места сбыта, о чем сообщить ФИО1

ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», получив информацию от ФИО2, имея корыстную цель незаконного обогащения за счет хищения чужого имущества, а именно углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», должен был заключить договоры с организациями, нуждающимися в сбыте и покупке углеводородного сырья, а также с организациями, оказывающими услуги транспортировки углеводородного сырья, водителям которых выдать доверенности на получение углеводородного сырья. После чего, с целью введения владельца имущества – ООО «<данные изъяты>» в заблуждение относительно своих и ФИО2 намерений, оплатить часть стоимости углеводородного сырья и тем самым побудить произвести отгрузку углеводородного сырья в количестве необходимом ему и ФИО2

Похищенным таким способом углеводородным сырьем ФИО1 при пособничестве ФИО2, имея корыстную цель, намеревались распорядиться по своему усмотрению.

Во исполнение преступного умысла, направленного на совершение мошенничества, ФИО2, содействуя ФИО1, из корыстных побуждений, выразившихся в стремлении изъять принадлежащее ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье и передать его в обладание ФИО1, в 2020 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, находясь в неустановленном месте, умышленно, подыскал для сбыта похищенного углеводородного сырья ООО «Байкальская Многофункциональная Компания» (далее по тексту - ООО «БМК»), о чем сообщил ФИО1

После чего, ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», с целью сбыта похищенного углеводородного сырья и извлечения преступного дохода, ** умышленно заключил с ООО «БМК» договор поставки нефтепродуктов № Р-СМТ 03-08/20 от **, в соответствии с условиями которого ООО «БМК» обязалось принять и оплатить поставленное ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье.

Далее, ФИО2, содействуя ФИО1 в совершении мошенничества, в 2020 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, находясь в неустановленном месте, с целью подыскания организации, нуждающейся в сбыте углеводородного сырья на территории ..., умышленно обратился к своей знакомой ЮДА, которая с ** занимает должность коммерческого директора АО «<данные изъяты>» и в силу своих должностных обязанностей выполняет поиск покупателей углеводородного сырья, в том числе для ООО «<данные изъяты>».

В 2020 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, ЮДА, не осведомленная о преступном умысле ФИО1, действовавшего при пособничестве ФИО2, сообщила последнему о том, что ООО «<данные изъяты>» нуждается в сбыте углеводородного сырья, которое приобретает у ООО «<данные изъяты>» с пункта погрузки «Пункт налива нефти приемо-сдаточный пункт АО «<данные изъяты>», расположенного по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта N 58015,53,3756, долгота 108,707109060, о чем ФИО2 сообщил ФИО1

Далее, продолжая осуществление корыстного преступного умысла, направленного на совершение мошенничества, ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», действуя при пособничестве ФИО2, ** умышленно заключил с ООО «<данные изъяты>» договор поставки № НГДУ-РСМТ, согласно условиям которого ООО «<данные изъяты>» (поставщик) обязуется передать в собственность ООО «<данные изъяты>» (покупатель), а последний принять и оплатить углеводородное сырье в количестве, по цене, качеству, условиям оплаты и поставки, определенными настоящим договором и приложениями

После чего, ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», действуя при пособничестве ФИО2, из корыстных побуждений, желая ввести руководство ООО «<данные изъяты>» в заблуждение относительно истинных намерений, умышленно частично оплатил углеводородное сырье по договору поставки № НГДУ-РСМТ от ** на общую сумму 1 100 000 рублей, перечислив их платежным поручением № от ** на расчетный счет ООО «<данные изъяты>», тем самым побудил генерального директора ООО «<данные изъяты>» ПСА продолжить с ООО «<данные изъяты>» совместные отношения, связанные с поставкой углеводородного сырья.

Генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ПСА, введенный в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1, принял решение продолжить совместные с ООО «<данные изъяты>» отношения, связанные с продажей углеводородного сырья, для чего ** заключил с ФИО1 договор поставки УВС № ВС-Р/2021.

Далее, ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», действуя при пособничестве ФИО2, имея корыстную цель незаконного обогащения за счет хищения чужого имущества – углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», в неустановленный период времени, но не ранее **, находясь в неустановленном месте, незаконно, умышленно, подписал договор поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от ** и приложения к нему № и №, тем самым принял на себя обязательства на условиях предварительной оплаты принять углеводородное сырье, принадлежащее ООО «<данные изъяты>», в количестве до 1500 тонн ежемесячно в пункте погрузки «Пункт налива нефти приемо-сдаточный пункт АО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта N 58015,53,3756, долгота 108,707109060, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну (приложение к договору №), и до 500 тонн ежемесячно в пункте погрузки «<данные изъяты> Лицензионный участок», расположенном по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта 57,590890440 (N 57035,27,2056), долгота 107,807094970 (E 107048,25,5419) стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну (приложение к договору №), при заведомом отсутствии намерений их исполнения.

Одновременно с этим ФИО2, содействуя ФИО1 в совершении преступления, в 2021 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, находясь в неустановленном месте, с целью транспортировки похищенного углеводородного сырья от места погрузки до места его сбыта умышленно подыскал организацию, оказывающую транспортные услуги, а именно ООО «ВиватАвто», о чем сообщил ФИО1

Далее, ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», имея корыстную цель незаконного обогащения за счет хищения чужого имущества – углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», в неустановленный период времени, но не позднее **, находясь в неустановленном месте, умышленно заключил с ООО «ВиватАвто» договор на перевозку автомобильным транспортом грузов по территории РФ.

После чего, ФИО2, содействуя ФИО1 в совершении преступления, в 2021 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, находясь в неустановленном месте, с целью транспортировки похищенного углеводородного сырья от места погрузки до места его сбыта, умышленно подыскал организацию, оказывающую транспортные услуги, а именно ООО «<данные изъяты>», о чем сообщил ФИО1

ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», имея корыстную цель незаконного обогащения за счет хищения чужого имущества – углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», в неустановленный период времени, но не позднее **, находясь в неустановленном месте, умышленно заключил с ООО «<данные изъяты>» договор об оказании транспортных услуг № ЮСТ на перевозку автомобильным транспортом грузов по территории РФ.

Далее, ФИО2, содействуя ФИО1 в совершении преступления, в 2021 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, находясь в неустановленном месте, с целью транспортировки похищенного углеводородного сырья от места погрузки до места его сбыта, умышленно подыскал организацию, оказывающую транспортные услуги, а именно ООО «<данные изъяты>», о чем сообщил заместителю генерального директора ООО «БМК» КАВ

После чего, КАВ, не осведомленный о преступном умысле ФИО1 и ФИО2, являясь заместителем генерального директора ООО «БМК», ** заключил с ООО «<данные изъяты>» договор на перевозку грузов автомобильным транспортом №, о чем сообщил ФИО2

Одновременно с этим ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», находясь в неустановленном месте, с целью транспортировки похищенного углеводородного сырья от места погрузки до места его сбыта, умышленно выдал в период с ** по ** водителям ООО «ВиватАвто», в период с ** по ** водителям ООО «<данные изъяты>», в период с ** по ** водителям ООО «<данные изъяты>», доверенности на получение от ООО «<данные изъяты>» углеводородного сырья, которые направил в АО «<данные изъяты>» на адрес электронной почты «chiefpsp@dulisma.com» с адреса своей электронной почты «ant-tolstov@mail.ru».

Одновременно с этим ФИО2, содействуя ФИО1 в совершении мошенничества, из корыстных побуждений, выразившихся в стремлении изъять принадлежащее ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье и передать его в обладание ФИО1, выполняя свою роль в совершении преступления, в 2021 году, но не позднее **, точные дата и время не установлены, при неустановленных обстоятельствах незаконно, умышленно подыскал заведомо подложные для него и ФИО1 платежные поручения о перечислении генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в качестве предварительной оплаты за углеводородное сырье по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** денежных средств на общую сумму 30 500 000 рублей.

Далее, ФИО2, содействуя ФИО1 в совершении мошенничества, заведомо зная о том, что в соответствии с условиями договора поставки УВС № ВС-Р/2021 от ** ООО «<данные изъяты>» производит отпуск углеводородного сырья ООО «<данные изъяты>» только на условиях предварительной оплаты, проверка поступления которой на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» возложена на коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА, в период с ** по **, находясь в неустановленном месте, умышленно, незаконно, со своего абонентского номера 89027692276 посредством программы мгновенного обмена сообщениями «Вотсапп» направил на абонентский номер ЮДА № фотографии платежных поручений: № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №); № от ** (приложение к договору №), содержащих заведомо ложные для него и ФИО1 сведения о перечислении генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в качестве предварительной оплаты денежных средств в размере 30 500 000 рублей, тем самым сознательно, незаконно, умышленно сообщил ЮДА не соответствующие действительности сведения, т.е. обманул последнюю.

Коммерческий директор АО «<данные изъяты>» ЮДА, уполномоченная в соответствии с агентским договором № НГДУ ВС/НКД от ** и приказом о предоставлении права доступа в базу «1С» ООО «<данные изъяты>» от **, осуществлять контроль за своевременным поступлением на расчетный счет последнего предоплаты от контрагентов, в том числе от ООО «<данные изъяты>», введенная ФИО2 в заблуждение, не зная о том, что направленные последним фотографии платежных поручений содержат заведомо для него и ФИО1 ложные сведения о перечислении генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в качестве предварительной оплаты денежных средств в размере 30 500 000 рублей, не проверив указанный факт, направила их посредством электронной почты представителю ООО «<данные изъяты>» РЕЮ

Представитель ООО «<данные изъяты>» РЕЮ, введенный в заблуждение относительно истинных намерений генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 и ФИО2, не зная о том, что полученные им от ЮДА фотографии платежных поручений содержат заведомо для ФИО2 и ФИО1 ложные сведения о перечислении генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в качестве предварительной оплаты денежных средств в размере 30 500 000 рублей, отдал распоряжение работникам ООО «<данные изъяты>» на отгрузку углеводородного сырья в адрес ООО «<данные изъяты>».

Одновременно с этим, работники ООО «<данные изъяты>», введенные в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1 и ФИО2, по указанию РЕЮ, в соответствии с условиями приложения № к договору поставки УВС № ВС/Р от **, произвели отпуск углеводородного сырья для ООО «<данные изъяты>» с пункта погрузки «<данные изъяты> Лицензионный участок», расположенного по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта 57,590890440 (N 57035,27,2056), долгота 107,807094970 (E 107048,25,5419), в следующем количестве:

– ** - 27 тонн 436 килограмм, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 795 644 рублей;

– ** - 29 тонн 687 килограмм, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 860 923 рубля;

– ** - 27 тонн 672 килограмма, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 802 488 рублей;

– ** - 27 тонн 776 килограмм, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 805 504 рубля;

– ** - 30 тонн 278 килограмм, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 878 062 рубля;

– ** - 27 тонн 982 килограмма, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 811 478 рублей;

– ** - 30 тонн 173 килограмма, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 875 017 рублей;

– ** - 30 тонн 210 килограмм, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 876 090 рублей;

– ** - 32 тонны 533 килограмма, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 943 457 рублей.

Всего отгрузили углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», в количестве 263 тонны 747 килограмм, стоимостью 29 000 рублей за 1 тонну, на общую сумму 7 648 663 рубля.

Одновременно с этим ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», продолжая вводить руководство ООО «<данные изъяты>» в заблуждение относительно истинных своих и ФИО2 намерений, в период с ** по ** умышленно оплатил углеводородное сырье по договору поставки № ВС-Р/2021 и приложению к нему № от ** денежными средствами в размере 2 650 000 рублей, перечислив их на расчетный счет ООО «<данные изъяты>», и тем самым незаконно, умышленно побудил руководство указанной организации продолжить отгрузку углеводородного сырья в адрес ООО «<данные изъяты>» с целью его дальнейшего хищения.

За полученное по договору поставки № ВС-Р/2021 и приложению к нему № от ** углеводородное сырье в количестве 263 тонны 747 килограмм генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 в период с ** по **, находясь в неустановленном месте, действуя при пособничестве ФИО2, имея корыстный мотив и цель незаконного обогащения за счет хищения чужого имущества, умышленно, незаконно, не заплатили ООО «<данные изъяты>» денежную сумму в размере 3 898 663 рубля, похитив путем обмана принадлежащее последнему углеводородное сырье на указанную сумму в количестве 134 тонны 437 килограмм, с учетом его стоимости 29 000 рублей за 1 тонну.

Похищенным углеводородным сырьем ФИО1 и ФИО2 распорядились по своему усмотрению, чем причинили ущерб ООО «<данные изъяты>» на сумму 3 898 663 рубля.

Кроме того, работники ООО «<данные изъяты>», введенные в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1 и ФИО2, по указанию РЕЮ, в соответствии с условиями приложения № к договору поставки УВС № ВС/Р от **, разрешили отпуск углеводородного сырья для ООО «<данные изъяты>», которое было отгружено работниками АО «<данные изъяты>» с пункта погрузки «Пункт налива нефти приемо-сдаточный пункт АО «<данные изъяты>», расположенного по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта N 58015,53,3756, долгота 108,707109060 в следующем количестве:

– ** - 28 тонн 3 килограмма, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 008 108 рублей;

– ** - 27 тонн 966 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 006 776 рублей;

– ** - 27 тонн 969 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 006 884 рубля;

– ** - 30 тонн 448 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 096 128 рублей;

– ** - 32 тонны 438 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 167 768 рублей;

– ** - 32 тонны 265 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 161 540 рублей;

– ** - 32 тонны 507 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 170 252 рубля;

– ** - 35 тонн 818 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 289 448 рублей;

– ** - 32 тонны 762 килограмма, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 179 432 рубля;

– ** - 28 тонн 142 килограмма, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 013 112 рублей;

– ** - 28 тонн 36 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 009 296 рублей;

– ** - 27 тонн 971 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 006 956 рублей;

– ** - 30 тонн 340 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 092 240 рублей;

– ** - 30 тонн 457 килограмм, тонны стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 096 452 рубля;

– ** - 30 тонн 569 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 100 484 рубля;

– ** - 30 тонн 200 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 087 200 рублей;

– ** - 30 тонн 089 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 083 204 рубля;

– ** - 32 тонны 708 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 177 488 рублей;

– ** - 32 тонны 866 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 183 176 рублей;

– ** - 28 тонн 73 килограмма, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 010 628 рублей;

– ** - 30 тонн 376 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 093 536 рублей;

– ** - 30 тонн 421 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 095 156 рублей;

– ** - 28 тонн 71 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 010 556 рублей;

– ** - 28 тонн 73 килограмма, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 010 628 рублей;

– ** - 30 тонн 89 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 083 204 рубля;

– ** - 30 тонн 420 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 095 120 рублей;

– ** - 35 тонн 864 килограмма, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, всего на сумму 1 291 104 рубля;

– ** - 32 тонны 680 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну всего на сумму 1 176 480 рублей.

Всего отгрузили углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», в количестве 855 тонн 621 килограмм, стоимостью 36 000 рублей за 1 тонну, на сумму 30 802 356 рублей.

Одновременно с этим ФИО1, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», действуя при пособничестве ФИО2, продолжая вводить руководство ООО «<данные изъяты>» в заблуждение относительно истинных своих и ФИО2 намерений, в период с ** по ** умышленно оплатил углеводородное сырье по договору поставки № ВС-Р/2021 и приложению к нему № от ** денежными средствами в размере 5 200 057 рублей 17 копеек, перечислив их на расчетный счет ООО «<данные изъяты>», и тем самым незаконно, умышленно побудил руководство указанной организации продолжить отгрузку углеводородного сырья в адрес ООО «<данные изъяты>», с целью его дальнейшего хищения.

За полученное по договору поставки № ВС-Р/2021 и приложению к нему № от ** углеводородное сырье в количестве 855 тонн 621 килограмм генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 в период с ** по **, находясь в неустановленном месте, действуя при пособничестве ФИО2, имея корыстный мотив и цель незаконного обогащения, за счет хищения чужого имущества, умышленно, незаконно не заплатили ООО «<данные изъяты>» денежную сумму в размере 25 602 298 рублей 83 копейки, похитив путем обмана принадлежащее последнему углеводородное сырье на указанную сумму в количестве 711 тонн 175 килограмм, с учетом его стоимости 36 000 рублей за 1 тонну.

Похищенным углеводородным сырьем ФИО1 и ФИО2 распорядились по своему усмотрению, чем причинили ущерб ООО «<данные изъяты>» на сумму 25 602 298 рублей 83 копейки.

Таким образом, ФИО1, являющийся генеральным директором ООО «<данные изъяты>», при пособничестве ФИО2 в период с 2020 года, но не позднее **, по **, путем обмана похитили чужое имущество – углеводородное сырье, принадлежащее ООО «<данные изъяты>», в количестве 845 тонн 612 килограмм, получив его в пункте погрузки «<данные изъяты> лицензионный участок», расположенном по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта 57,590890440 (N 57035,27,2056), долгота 107,807094970 (E 107048,25,5419), и в пункте погрузки «Пункт налива нефти приемо-сдаточный пункт АО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта N 58015,53,3756, долгота 108,707109060, что было сопряжено с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, а именно условий договора поставки УВС № ВС-Р/2021 от ** между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» о производстве отпуска углеводородного сырья только на условиях предварительной оплаты, причинив ООО «<данные изъяты>» материальный ущерб на общую сумму 29 500 961 рубль 83 копейки, что является особо крупным размером.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 вину в совершении инкриминируемого деяния не признали, заявив, что в предварительный сговор на хищение углеводородного сырья, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», не вступали. По их мнению, между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» имеют место гражданско-правовые отношения. Кроме того, ФИО2 указал, что платежные поручения не подделывал, таковые не приискивал.

Подсудимый ФИО1 суду пояснил, что длительное время знаком с ФИО2, между ними дружеские отношения. В 2018 году ФИО2 предложил зарегистрировать на него ООО «<данные изъяты>», за что пообещал ежемесячно выплачивать по 30 тысяч рублей. Он согласился на данное предложение. В дальнейшем какую-либо самостоятельную деятельность в Обществе не вел, а только выполнял то, что говорил ФИО2 В том числе последний вел переговоры с ЮДА по поводу заключения договора о приобретении углеводородного сырья у ООО «<данные изъяты>». Лично с ЮДА знаком не был, не разговаривал, документы последней не направлял. Не исключает, что договор с ООО «<данные изъяты>» был подписан им, но по распоряжению ФИО2 При этом, договор был получен посредством электронной почты. Аналогичным образом подписывал договоры о перевозке углеводородного сырья с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», переговоры с которыми вел ФИО2 О наличии договора с ООО «<данные изъяты>» не знал. Доверенности водителям на перевозку углеводородного сырья, которые были подготовлены бухгалтером, направлял со своей электронной почты.

От ФИО2 получал распоряжения о перечислении денежных средств по договору с ООО «<данные изъяты>», которые передавал бухгалтеру Общества. Самостоятельно денежными средствами, находившимися на расчетном счете Общества, не распоряжался. О том, что отгрузка углеводородного сырья по договору с ООО «<данные изъяты>» была произведена на основании поддельных платежных поручений, узнал только в ходе предварительного следствия. Указанные платежные поручения были направлены якобы с сотового телефона ФИО2 Вместе с тем, последний его заверил, что не отправлял ЮДА поддельные платежные поручения.

В ходе исполнения данного договора им стало известно, что директор ООО «<данные изъяты>» ПСА является номинальным. В связи с чем, у ООО «<данные изъяты>» могли возникнуть проблемы с налоговой инспекцией по поводу оплаты НДС. По этой причине не стали производить оплату полученного ООО «<данные изъяты>» углеводородного сырья. Помимо этого, у них имелись сомнения в принадлежности полученного углеводородного сырья именно ООО «<данные изъяты>». Совместно с ФИО2 просили представителя ООО «<данные изъяты>» МАВ организовать встречу с реальным директором для разрешения возникших вопросов, но встреча так и не состоялась.

В связи с наличием существенных противоречий, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст.276 УПК РФ, были исследованы показания, данные ФИО1 в ходе предварительного следствия.

Так, при допросе в качестве подозреваемого ** ФИО1 пояснил, что с 2018 года является учредителем и генеральным директором ООО «<данные изъяты>», осуществляющего деятельность по оптовой торговле нефтепродуктами.

В начале 2021 года обратился к ФИО2, осуществляющему также деятельность в сфере купли-продажи нефтепродуктов, попросив последнего подыскать организацию, у которой можно было бы приобрести углеводородное сырье с целью дальнейшей перепродажи в ООО «Байкальская многофункциональная компания» (ООО «БМК»). ФИО2 по его просьбе подыскал ООО «<данные изъяты>» при помощи своей знакомой ЮДА Все переговоры с ООО «<данные изъяты>» вел ФИО2

Договор поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от ** с ООО «<данные изъяты>» ему был направлен на электронную почту. Подписав, отсканировав, также направил договор в ООО «<данные изъяты>». По указанному договору для возглавляемой им организации должно было быть поставлено углеводородное сырье на сумму около 40 миллионов рублей. По условиям договора должна была осуществляться 100 % предоплата. Оплату производил частями, переводя денежные средства со счета ООО «<данные изъяты>» в Банке «Открытие». О произведенной оплате сообщал ФИО2 При этом, платежные поручения в адрес ООО «<данные изъяты>» для подтверждения не направлял, т.к. продавец самостоятельно должен был проверять поступление денежных средств. О направленных в адрес ООО «<данные изъяты>» платежных поручениях, согласно которых якобы ООО «<данные изъяты>» произвело оплату углеводородного сырья, ничего не знает. Отгрузка большего количества углеводородного сырья, нежели было им оплачено, произведена по инициативе ООО «<данные изъяты>» без согласования с ним. С ФИО2 договорились, что оплату за данное сырье произведут в последующем. Полагал, что последний согласовал этот вопрос с ООО «<данные изъяты>». Однако, в настоящее время не имеет возможности оплатить поставленное ООО «<данные изъяты>» и неоплаченное ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье.

Кроме того, хотел встретиться с директором ООО «<данные изъяты>» для решения вопроса об урегулировании оплаты задолженности, но последний на встречу не явился. При этом, по поступившим ему сведениям директор ООО «<данные изъяты>» ПСА числился без вести пропавшим, а затем был признан умершим. Также в июле 2021 года ему стало известно, что ООО «<данные изъяты>» является фиктивной организацией. Помимо этого, в товарно-транспортных накладных на поставку углеводородного сырья указаны неверные данные (грузоотправителем значится АО НК «Дулисьма», а печать ООО «<данные изъяты>»).

Приобретенное ООО «<данные изъяты>» у ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье по договору с ООО «БМК» было поставлено в адрес ООО «<данные изъяты>» по адресу: ..., первый промышленный массив, квартал 17, строение 1. Для ООО «БМК» было поставлено около 800 тонн углеводородного сырья, расчет за которое произведен не в полном объеме.

С февраля 2022 года ООО «<данные изъяты>» фактически финансово-хозяйственную деятельность не ведет, хоят он принимает меры к ее возобновлению (т.17, л.д.98-104).

Во время дополнительного допроса ** в качестве подозреваемого, а также 20 и **, 13 и ** в качестве обвиняемого ФИО1 уточнил, что ФИО2 вознаграждение за заключение договора с ООО «<данные изъяты>» не выплачивал, т.к. у последнего имелся интерес в предоставлении услуг по транспортировке углеводородного сырья возглавляемым им ООО «БайкалПромСнаб». Однако, автомобили ООО «БайкалПромСнаб» не смогли проехать к пункту отгрузки.

В связи с чем, для поставки углеводородного сырья от ООО «<данные изъяты>» были заключены договоры на оказание транспортных услуг с ООО «ВиватАвто» и ООО «<данные изъяты>». Услуги ООО «<данные изъяты>» не оплачены в связи с тяжелым финансовым положением. Почему договор с транспортной компанией ООО «<данные изъяты>» был заключен ООО «БМК», не помнит. С директором ООО «БМК» КАВ у него рабочие отношения.

По какой причине не осуществлялись поставки углеводородного сырья по договору, заключенному с ООО «<данные изъяты>» в 2020 году, не помнит.

У него и бухгалтера ООО «<данные изъяты>» имелся доступ к счетам Общества в банке. Все операции по переводу денежных средств со счета контролировались им, а осуществлялись бухгалтером по его распоряжению. Платежи в адрес ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в июне-июле 2021 года осуществлялись бухгалтером с рабочего ноутбука, возможно с адресов: ..., и ... июля, строение 33. Однако, офис ООО «<данные изъяты>» по указанным адресам не располагался.

Платежные поручение с отметкой банка об оплате по договору с ООО «<данные изъяты>» ФИО2 не передавал. По его мнению, переписка в месенджере «Вотсапп» между ЮДА и ФИО2 в части направления последним платежных поручений сфальсифицирована сотрудниками ООО «<данные изъяты>».

На момент исполнения договора поставки с ООО «<данные изъяты>» в отношении ООО «<данные изъяты>» по заявлению ООО «<данные изъяты>» от ** в Арбитражный суд ... велась процедура банкротства в отношении ООО «<данные изъяты>» в связи с задолженностью в размере около 1 500 000 рублей. Задолженность позже была погашена, заключено мировое соглашение. Были ли заблокированы банковские счета ООО «<данные изъяты>» в период процедуры наблюдения конкурсным управляющим, не помнит, но какая-то проблема со счетами имелась. При заключении договора с ООО «<данные изъяты>» не думал, что ООО «<данные изъяты>» могут признать несостоятельным (банкротом).

Вносить оплату за поставку нефти в адрес ООО «<данные изъяты>» перестал, так как узнал, что ПСА являлся номинальным директором, а представитель МАВ не смог пояснить, оплачен ли ООО «<данные изъяты>» НДС. Полагает, что между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» имеет место гражданско-правовой спор (т.17, л.д.155-160; т.18, л.д.126-128, 147-149 т.23, л.д.45-50, 51-55).

После оглашения ФИО1 не подтвердил приведенные показания в части своей роли в управлении ООО «<данные изъяты>», заявив, что им были даны такие показания из-за характера взаимоотношений с ФИО2, который его убедил, что между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» имеются гражданско-правовые отношения.

Подсудимый ФИО2 суду подтвердил, что ФИО1 с 2018 года по его просьбе зарегистировал и возглавил ООО «<данные изъяты>», хотя фактически руководство и финансово-хозяйственная деятельность осуществлялась им.

В 2020 году к нему обратился ЧАИ, являвшийся директором ООО «НПП «<данные изъяты>», по поводу возможности приобретения углеводородного сырья. По этому поводу, в свою очередь, обратился к ЮДА, работавшей в АО «<данные изъяты>». Последняя в качестве продавца углеводородного сырья предложила ООО «<данные изъяты>». В результате в адрес ООО «НПП «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» при посредничестве ООО «<данные изъяты>» было поставлено углеводородное сырье. Однако, в дальнейшем ООО «<данные изъяты>» был доначислен НДС, т.к. ООО «<данные изъяты>» оказалось фиктивным.

В августе-сентябре 2020 года также по предложению ЮДА ООО «<данные изъяты>» был заключен договор поставки нефтепродуктов. Однако, фактически в 2020 году поставка по данному договору не осуществлялась.

В 2021 году к нему вновь обратился директор ООО «НПП «<данные изъяты>» ЧАИ по поводу возможности приобретения углеводородного сырья. Соответственно, он переговорил с ЮДА, которая предложила возобновить договор ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», заключив новый. Все переговоры с ЮДА вел посредством телефонной связи.

Платежные поручения по договору с ООО «<данные изъяты>» не являлись основанием к поставке углеводородного сырья, а только непосредственно 100 % оплата. При этом, ЮДА говорила, что поставка может осуществляться и по частичной оплате. В связи с чем, ООО «<данные изъяты>» производило частичную оплату, что, по его мнению, является нормальным для делового оборота. Поддельные платежные поручения не изготавливал, в адрес ЮДА не направлял.

Возглавляемое им ООО «БайкалПромСнаб» оказывало услуги логистики. Однако, по договору с ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье перевозили транспортом ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», переговоры с которыми также велись им.

В процессе получения углеводородного сырья с ФИО1 узнали, что ООО «<данные изъяты>» является фирмой-однодневкой. В связи с чем, решили проявить предусмотрительность. С представителями ООО «<данные изъяты>» стали вести переговоры, т.к. опасались доначисления НДС. При этом, в тот момент у ООО «<данные изъяты>» имелась возможность в полном объеме рассчитаться с ООО «<данные изъяты>».

Большая часть углеводородного сырья, полученного по договору с ООО «<данные изъяты>», была реализована в адрес ООО «Байкальская многофункциональная компания», с которым у ООО «<данные изъяты>» также имелись договорные отношения. Доставлено углеводородное сырье было на НПЗ в ....

По его мнению, ЮДА оговаривает его, т.к., во-первых, ранее уже предоставила ему в качестве продавца углеводородного сырья фирму-однодневку ООО «<данные изъяты>». Во-вторых, ЮДА таким образом пытается оправдаться перед работодателем за поставленное в адрес ООО «<данные изъяты>» и не оплаченное углеводородное сырье.

В связи с наличием существенных противоречий, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст.276 УПК РФ, были исследованы показания, данные ФИО2 в ходе предварительного следствия.

Так, при допросе в качестве подозреваемого ** ФИО2 пояснил, что с августа 2019 года является исполнительным директором ООО «БайкалПромСнаб», которое оказывает транспортные услуги по перевозке нефтепродуктов. Примерно с 2011 года занимается трейдингом, т.е. куплей-продажей и поставкой нефтепродуктов. В связи с чем, к нему часто обращаются знакомые с целью поиска покупателей или продавцов нефтепродуктов. На протяжении длительного времени знаком с ЮДА, которая в настоящее время является коммерческим директором АО «<данные изъяты>».

В 2020 году предложил своему знакомому ФИО1, являющемуся генеральным директором ООО «<данные изъяты>», выступить посредником, а именно приобрести углеводородное сырье у ООО «<данные изъяты>» и продать дороже ООО НПК «<данные изъяты>», на что тот согласился. В данном случае все обязательства по договору поставки были выполнены. Работал на переспективу, полагая, что поставка будет долгосрочной, а у него имеется техника для перевозки углеводородного сырья.

В конце апреля 2021 года к нему обратился ЧАИ, представлявший интересы ООО НПК «<данные изъяты>», который искал продавца углеводородного сырья. Также последний познакомил его с представителями компании «<данные изъяты>», искавшими продавца углеводородного сырья. По этому поводу обратился к ЮДА, которая сообщила о возможности заключения договора поставки углеводородного сырья с ООО «<данные изъяты>». При этом, в сентябре 2020 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» был заключен договор поставки углеводородного сырья, которая не состоялась. Уже в 2021 году ЮДА пояснила, что можно сделать заявку на поставку углеводородного сырья по указанному выше договору, а в дальнейшем его перезаключить. После чего в июле 2021 года данный договор был перезаключен на договор поставки № ВС-Р/2021, в соответствии с которым в адрес ООО «<данные изъяты>» должны были поставить углеводородное сырье. ФИО1 выступал трейдером.

Кто контролировал оплату сырья для поставки, не знает, но предполагает, что генеральный директор ООО «<данные изъяты>». Он вопросами оплаты не занимался, сканы платежных поручений в мессенджере «Вотсапп» ЮДА не отправлял. Действительно, в рамках сопровождения договора вел переписку с ЮДА, но о чем, не помнит.

Почему фактически не поступила оплата от ООО «<данные изъяты>» на счет ООО «<данные изъяты>» за поставленное углеводородное сырье, ему неизвестно, причины не помнит, т.к. прошло много времени.

Где ООО «<данные изъяты>» хранило приобретенное для дальнейшей реализации углеводородное сырье, не знает. По договору поставки, заключенному между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», углеводородное сырье поставлялось сразу же покупателю, а именно на базу ООО «Катализ» или ООО НП «Инновация», поскольку ООО «<данные изъяты>» приобретало углеводородное сырье для ООО «Катализ». Точный адрес расположения базы не помнит, но это было в ..., первый промышленный массив, квартал 17.

ООО «<данные изъяты>» проходило процедуру банкротства, т.к. было подано заявление о признании данной организации банкротом, но сама процедура не была еще введена. Заявление в суд подал контрагент ООО «<данные изъяты>» – ООО «<данные изъяты>» (т.17, л.д.203-208).

Во время дополнительного допроса ** в качестве подозреваемого ФИО2 уточнил, что в рамках договора поставки между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» занимался логистикой и привлекал самостоятельно сторонние организации для транспортировки углеводородного сырья, поскольку его организация является контрагентом ООО «<данные изъяты>». Так, если бы сделка между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» закончилась бы положительно, то в дальнейшем его организация могла принять участие в последующих договорах. Для транспортировки углеводородного сырья договаривался с ООО «Виватавто», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>». Почему договоры на транспортировку углеводородного сырья с ООО «Виватавто» и ООО «<данные изъяты>» заключены ООО «<данные изъяты>», а с ООО «<данные изъяты>» – ООО «БМК», не помнит. О том, что ** в Арбитражный суд ... от ООО «<данные изъяты>» поступило заявление о признании ООО «<данные изъяты>» несостоятельным (банкротом), ему было известно (т.17, л.д.224-227).

В ходе проведения ** очной ставки со свидетелем РЕЮ подозреваемый ФИО2 заявил, что в договоре между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не видел пункта, согласно которого необходимо для подтверждения оплаты за нефть предоставлять банковское платежное поручение. Не отрицал, что, возможно, направлял ЮДА банковские платежные поручения, но ничего не фальсифицировал. Каким образом у ЮДА появились фальсифицированые платежные поручения, объяснить не может. Полагает, что копии банковских платежных документов не могут являться основанием для отгрузки углеводородного сырья (т.17, л.д.234-239).

В ходе проведения ** очной ставки со свидетелем ЮДА подозреваемый ФИО2 также заявил, что вел переписку с ней в мессенджере «Вотсапп», возможно, направлял платежные поручения, но ничего не фальсифицировал (т.17, л.д.228-233).

В ходе проведения ** очной ставки со свидетелем МДИ подозреваемый ФИО2 указал, что о наличии задолженности у ООО «<данные изъяты>» перед ООО «<данные изъяты>» за поставленное углеводородное сырье узнал от ЮДА примерно в августе 2021 года, предположив, что углеводородное сырье было поставлено в качестве аванса. При этом, пояснил, что от ФИО1 знал об условии договора, согласно которого поставка осуществляется по 100 % предоплате (т.17, л.д.240-246).

В ходе проведения ** очной ставки с представителем потерпевшего МАВ подозреваемый ФИО2 пояснил, что факт получения ООО «<данные изъяты>» по договору с ООО «<данные изъяты>» углеводородного сырья никогда не оспаривался. Однако, поскольку были выявлены ошибки в оформлении отгрузочных документов, то поднимался вопрос о встрече с генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ПСА, в чем было отказано. Кроме того, поступила информация о признании ООО «<данные изъяты>» недобросовестной компанией, в связи с чем у ООО «<данные изъяты>» и других контрагентов могли возникнуть проблемы с налоговыми органами. Знал, что ЮДА являлась работником АО «<данные изъяты>». При этом, со слов последней, ООО «<данные изъяты>» аффилированная компания, входит в группу совместных организаций (т.18, л.д.1-8).

После оглашения ФИО2 подтвердил приведенные показания только в части, в которой они не противоречат показаниям подсудимого ФИО1 в судебном заседании.

Вина ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, подтверждается показаниями представителя потерпевшего, свидетелей и материалами дела:

Представитель потерпевшего МАВ, чьи показания были оглашены судом на основании п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, при допросе на предварительном следствии ** пояснил, что в сентябре 2017 года генеральным директором ПСА было создано ООО «<данные изъяты>». С марта 2022 года генеральным директором Общества является ИАН Основными видами деятельности ООО «<данные изъяты>» являются разведка и добыча углеводородного сырья, предоставление услуг по бурению и строительству скважин и технических сооружений, реализация углеводородного сырья.

** ООО «<данные изъяты>» заключило с ООО «<данные изъяты>» договор № К-НГДУ на поставку углеводородного сырья в количестве не более 1 000 тонн по цене 14 113,50 рублей за 1 тонну. ООО «<данные изъяты>» осуществляло поставку нефти с месторождения, расположенного в К ..., поскольку является лицензедержателем указанного участка.

** ООО «<данные изъяты>» заключило с ООО «<данные изъяты>» договор № КВ/ВС-11.2020 на поставку углеводородного сырья в количестве до 1 000 тонн по цене 15 250 рублей за 1 тонну. ООО «<данные изъяты>» осуществляло поставку нефти с месторождения, расположенного в с.КЛК ..., поскольку является лицензедержателем указанного участка.

Нефть у ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» приобреталась с целью ее дальнейшей реализации третьим лицам.

** ООО «<данные изъяты>» заключило с АО «<данные изъяты>» договор оказания услуг № НКД/К-09.2020 по подготовке, хранению и транспортировке углеводородного сырья от установки подготовки нефти по напорному нефтепроводу до приемо-сдаточного пункта АО «<данные изъяты>» для последующей сдачи его в систему трубопроводной системы «Восточная Сибирь - Тихий океан» и (или) отпуск ее в адрес третьих лиц. По условиям договора АО «<данные изъяты>» подготавливает добытое ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье до «ГОСТа Р 51858-2002 Нефть», хранит у себя в хранилищах, после чего осуществляет отгрузку в адрес третьих лиц. ** ООО «<данные изъяты>» также заключило аналогичный договор (№ НКД/К-12.2020) с АО «<данные изъяты>».

ООО «<данные изъяты>» приобреталось у ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье, которое оплачивалось на основании выставленных ими счетов, после чего реализовывалось третьим лицам по более высокой цене. Коммерческий директор АО «<данные изъяты>» ЮДА занималась оформлением всех документов, являлась ответственной за отгрузку нефти ООО «<данные изъяты>» в адрес Заказчиков. Рабочее место ЮДА находилось в ....

По условиям заключенных ООО «<данные изъяты>» договоров поставки отгрузка углеводородного сырья производится только при условии 100 % предоплаты. Заказчик предоставляет представителю Общества заявку путем направления смс-сообщений в мессенджере «Вотсапп» о необходимой партии товара, после чего выставляется счет на оплату. Заказчик производит оплату счета, направляет ЮДА платежные документы. Последняя, проверив оплату за требуемую партию и реквизиты, указанные в платежном поручении, дает указание главному технологу ОМВ на отгрузку углеводородного сырья в адрес Заказчика. ЮДА имеет право отгружать нефть в адрес Заказчика только после оплаты и предоставления документов об оплате. В связи с чем, ЮДА был предоставлен доступ к программе, чтобы та могла отслеживать поступления денежных средств на счета ООО «<данные изъяты>» от Заказчиков.

** ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», в лице директора ФИО1, заключен договор № ВС-Р/2021 на поставку углеводородного сырья в количестве не более 1 500 тонн подготовленной нефти ежемесячно по цене 36 000 рублей за 1 тонну и не более 500 тонн неподготовленной (сырой) нефти ежемесячно по цене 29 000 рублей за тонну. Для приобретения у ООО «<данные изъяты>» нефти требовалась 100% предоплата. Подготовленную нефть, согласно приложению № к указанному договору, передавали со склада АО «<данные изъяты>»; неподготовленную (сырую) нефть, согласно приложению № к указанному договору, передавали со склада ООО «<данные изъяты>».

В начале июля 2021 года в рамках договора ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» было отгружено углеводородное сырье на сумму 8 450 000 рублей. Заказчиком была произведена 100 % предоплата.

В конце июля 2021 года в рамках данного договора представителем ООО «<данные изъяты>» ФИО2 в адрес ЮДА были направлены заявки на отгрузку углеводородного сырья, а затем платежные поручения об оплате, на основании которых в адрес ООО «<данные изъяты>» было отгружено углеводородное сырье в количестве около 250 тонн.

Далее, в течение августа 2021 года от представителя ООО «<данные изъяты>» ФИО2 в адрес ЮДА по мессенджеру «Вотсапп» неоднократно поступали заявки на поставку углеводородного сырья, а затем и платежные поручения об оплате, на основании которых в адрес ООО «<данные изъяты>» было отгружено углеводородное сырье еще в количестве около 610 тонн.

В конце августа 2021 года было установлено, что на счет ООО «<данные изъяты>» поступило недостаточное количество денежных средств. В результате ревизии выявлено непоступление денежных средств за отгрузку в адрес ООО «<данные изъяты>» нефти за период с июля 2021 года по август 2021 года в количестве 880,167 тонн на общую сумму 29 500 961 рубль 83 копейки.

ЮДА пояснила, что от лица ООО «<данные изъяты>» переговоры с ней вел ФИО2, который предоставлял ей документы об оплате за нефть посредством мессенджера «Вотсапп». ЮДА доверяла ФИО2, с которым была знакома более 10 лет. В связи с чем, фактическое поступление денежных средств от ООО «<данные изъяты>» на счета ООО «<данные изъяты>» не проверяла, а давала указание на отгрузку углеводородного сырья в адрес ООО «<данные изъяты>» (т.3, л.д.151-155).

В ходе дополнительного допроса ** представитель потерпевшего МАВ уточнил, что ЮДА, являясь коммерческим директором АО «<данные изъяты>», занималась поиском потенциальных покупателей углеводородного сырья, данные которых сообщала в службу безопасности ООО «<данные изъяты>». Данная служба проверяла благонадежность покупателей.

В 2021 году ЮДА предоставила в службу безопасности сведения о потенциальном покупателе – ООО «<данные изъяты>», которое по результатам проверки было признано благонадежным. Эту информацию ЮДА довела до руководства ООО «<данные изъяты>», которое в адрес ООО «<данные изъяты>» направило письмо № от ** о намерении приобрести в июле-августе 2021 года подготовленной нефти (производитель «<данные изъяты>») до 1500 тонн ежемесячно. В связи с чем, между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» был заключен договор поставки № ВС-Р/2021 от **.

** в ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» через ЮДА поступило письмо № о намерении приобрести неподготовленное углеводородное сырье с ФИО3 в объеме до 500 тонн ежемесячно. В связи с чем, с ООО «<данные изъяты>» было подписано приложение № в рамках действующего договора № ВС-Р/2021 от **. После чего в адрес ООО «<данные изъяты>» на истребуемый объем нефти были выставлены счета на оплату за приобретенное углеводородное сырье (счета №№и 2 от **).

В дальнейшем ЮДА от ООО «<данные изъяты>» поступали платежные поручения о частичной оплате по выставленным счетам, согласно которых отгружалось необходимое количество углеводородного сырья. На основании Приказа генерального директора ООО «<данные изъяты>» от ** ЮДА был предоставлен доступ в базу 1 С Общества. В связи с чем, последняя была обязана проверять поступление денежных средств на счета ООО «<данные изъяты>» за приобретаемое углеводородное сырье.

Переписку с ФИО2 в мессенджере «Вотсапп» ЮДА предоставила сотруднику службы безопасности ООО «<данные изъяты>» ДОН (т.3, л.д.156-159).

В ходе дополнительного допроса ** представитель потерпевшего МАВ уточнил, что по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** от представителя ООО «<данные изъяты>» ФИО2 в адрес ЮДА посредством мессенджера «Вотсапп» были направлены платежные поручения о перечислении на счет ООО «<данные изъяты>» около 8 900 000 рублей (т.5, л.д.122-124).

В ходе дополнительного допроса ** представитель потерпевшего МАВ уточнил, что объем похищенного углеводородного сырья составляет не 880,167 тонн, а 845,612 тонн, причинен материальный ущерб на сумму 29 500 961 рубль 83 копейки. В первоначальном расчете работниками бухгалтерии была допущена ошибка (т.6, л.д.32-34).

В ходе дополнительного допроса ** представитель потерпевшего МАВ уточнил, что после того, как ему стало известно о непоступлении на счет ООО «<данные изъяты>» денежных средств от ООО «<данные изъяты>» за поставленное углеводородное сырье, то созвонился с ФИО1, являвшимся директором ООО «<данные изъяты>», номер телефона которого ему предоставила ЮДА ФИО1 заявил, что находится за городом, а для решения вопроса об оплате необходимо связаться с представителем Общества ФИО2, сообщив номер телефона последнего. Созвонившись, договорился о встрече, на которую ФИО2 пришел с адвокатом. При этом, ФИО2 объяснил, что денежные средства по направленным ЮДА платежным поручениям не поступили на счет ООО «<данные изъяты>» из-за того, что не прошла транзакция, поскольку ООО «<данные изъяты>» проходит процедуру банкротства и расчетные счета Общества заморожены. Также ФИО2 пообещал после решения данной проблемы рассчитаться за поставленное углеводородное сырье.

После состоявшегося разговора связались с конкурсной управляющей ООО «<данные изъяты>» ЛАА, которая пояснила, что в отношении Общества, действительно, введена процедура банкротства, проходит стадия наблюдения. Однако, финансово-хозяйственная деятельность ООО «<данные изъяты>» не приостанавливалась, операции по счетам не замораживались. Вновь попытался связаться с ФИО1 и ФИО2, которые на его вызовы отвечать не стали.

В дальнейшем, когда ему ответил ФИО2, то последний заявил, что не является представителем ООО «<данные изъяты>», а только сотрудничал с данным Обществом. Позже встретился с ФИО1 и ФИО2, которые свой отказ в оплате за поставленное углеводородное сырье объяснили тем, что, согласно полученных ими сведений, ООО «<данные изъяты>», являясь недобросовестной компанией, не сможет оплатить НДС за поставленное в адрес ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье. Разъяснял последним, что решение вопроса по оплате НДС не является основанием к отказу в оплате за уже поставленное углеводородное сырье. При этом, ни ФИО1, ни ФИО2 не смогли объяснить, почему при наличии направленных в адрес ЮДА платежных поручений об оплате фактически таковая оплата не прошла (т.23, л.д.1-4).

Аналогичные показания представителем потерпевшего МАВ были даны на очных ставках с подозреваемыми ФИО1 и ФИО2, проведенных ** (т.17, л.д.187-195; т.18, л.д.1-8).

В ходе выемки у представителя потерпевшего МАВ изъяты копии документов, в том числе:

– договора № К-НГДУ поставки углеводородного сырья от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», с приложениями № от **, № от **, дополнительным соглашением от **, согласно условиям которого ООО «<данные изъяты>» (поставщик) обязуется передать в собственность ООО «<данные изъяты>» (покупатель), а последний принять и оплатить углеводородное сырье в количестве, по цене, качеству, условиям оплаты и поставки, определенными настоящим договором и приложениями;

– договора № К-ВС-11.2020 поставки углеводородного сырья от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», с приложениями № от **, № от **, дополнительным соглашением от **, согласно условиям которого ООО «<данные изъяты>» (поставщик) обязуется передать в собственность ООО «<данные изъяты>» (покупатель), а последний принять и оплатить углеводородное сырье в количестве, по цене, качеству, условиям оплаты и поставки, определенными настоящим договором и приложениями;

– агентского договора № НГДУ ВС/НКД от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>», согласно условиям которого АО «<данные изъяты>» по поручению ООО «<данные изъяты>» принимает на себя обязательство осуществить поиск потенциальных покупателей (юридических лиц) и контроль последующей реализации углеводородного сырья (нефти), принадлежащего Заказчику на праве собственности;

– приказа генерального директора ООО «<данные изъяты>» от ** о предоставлении доступа в базу 1С коммерческому директору АО «<данные изъяты>» ЮДА с правами просмотра всех входящих платежных поручений без прав редактирования;

– договора № НГДУ-РСМТ поставки углеводородного сырья от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», с приложениями № от **, № от **, дополнительным соглашением от **, согласно условиям которого ООО «<данные изъяты>» (поставщик) обязуется передать в собственность ООО «<данные изъяты>» (покупатель), а последний принять и оплатить углеводородное сырье в количестве, по цене, качеству, условиям оплаты и поставки, определенными настоящим договором и приложениями;

– счета на оплату № от **, согласно которого ООО «<данные изъяты>» выставлен ООО «<данные изъяты>» счет на оплату углеводородного сырья в количестве 1 500 тонн по цене 18 333 рубля 33 копейки за тонну;

– платежного поручения № от **, согласно которого ООО «<данные изъяты>» перечислило ООО «<данные изъяты>» по договору поставки № НГДУ-РСМТ от ** (приложение № от **) денежные средства в размере 1 100 000 рублей;

– письма № от ** от имени генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 в адрес ООО «<данные изъяты>» с просьбой рассмотреть вопрос о возможности поставки в июле-августе 2021 года нефти с ПНН ПСП (производитель <данные изъяты>) до 1 500 тонн ежемесячно по цене 36 000 рублей (с учетом НДС) за тонну, а также неподготовленной нефти с ПНН ФИО3 в объеме до 500 тонн ежемесячно по цене 29 000 рублей (с учетом НДС) за тонну на условиях 100 % предоплаты и самовывоза;

– договора № ВС-Р/2021 поставки углеводородного сырья от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», с приложениями № от ** и № от **, согласно условиям которого ООО «<данные изъяты>» (поставщик) обязуется передать в собственность ООО «<данные изъяты>» (покупатель), а последний принять и оплатить углеводородное сырье в количестве, по цене, качеству, условиям оплаты и поставки, определенными настоящим договором и приложениями (по приложению №: нефть производителя ООО «<данные изъяты>» в количестве ежемесячно до 1 500 тонн по цене 36 000 рублей (с учетом НДС) за тонну; по приложению №: нефть производителя ООО «<данные изъяты>» в количестве ежемесячно до 500 тонн по цене 29 000 рублей (с учетом НДС) за тонну). Согласно п.п. 3.2, 3.3 данного договора, товар поставляется на условиях предварительной оплаты. Датой платежа считается дата зачисления денежных средств на расчетный счет поставщика, т.е. ООО «<данные изъяты>»;

– товарно-транспортных накладных на отгрузку углеводородного сырья с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>», актов приема-передачи нефти от ООО «<данные изъяты>» к ООО «<данные изъяты>», универсальных передаточных актов углеводородного сырья от ООО «<данные изъяты>» к ООО «<данные изъяты>» за период июля - августа 2021 года, содержащие сведения, в том числе, об объеме переданного сырья;

– акта взаимных расчетов между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» по договору № ВС-Р/2021 поставки углеводородного сырья от ** за период с ** по **, согласно которого на указанную дату у ООО «<данные изъяты>» имеется задолженность в пользу ООО «<данные изъяты>» в размере 29 500 961 рубль 83 копейки;

– претензии от ** от ООО «<данные изъяты>» в адрес генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1 и временного управляющего ООО «<данные изъяты>» ЛАА, содержащей требование оплатить сумму задолженности за поставленный товар в размере 29 500 961 рубль 83 копейки.

Перечисленные документы были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.3, л.д.160-250; т.4, л.д.1-250; т.5, л.д.107-121, 179-250; т.6, л.д.1-31).

Согласно сведений, предоставленных Федеральным агентством по управлению государственным имуществом, в соответствии с решением Замоскворецкого районного суда ... от ** и апелляционным решением Московского городского суда от ** в собственность Российской Федерации, в лице Росимущества, обращены акции (доли) хозяйственных Обществ, в том числе 100 % долей от уставного капитала ООО «<данные изъяты>». ** оформлено право собственности Российской Федерации, в лице Росимущества, на 100 % долей от уставного капитала ООО «<данные изъяты>». Решением единственного участника Общества (распоряжение Росимущества от ** №-р) полномочия единоличного исполнительного органа ООО «<данные изъяты>» переданы управляющей организации – АО «Управляющая компания».

Представитель потерпевшего ПСВ, работающий в ПАО НК «Роснефть», на основании доверенности представляющий интересы ООО «<данные изъяты>», суду пояснил, что об обстоятельствах инкриминируемого подсудимым ФИО1 и ФИО2 деяния ему известно из материалов настоящего уголовного дела. Причиненный ООО «<данные изъяты>» ущерб за хищение углеводородного сырья в размере 845,612 тонн на сумму 29 500 961 рубль 83 копейки в настоящее время не возмещен.

Свидетель ЮДА суду пояснила, что на протяжении более десяти лет знакома с подсудимым ФИО2 Являясь коммерческим директором АО НК «Дулисьма», занималась поиском потенциальных покупателей углеводородного сырья для ООО «<данные изъяты>», входившего в один холдинг (объединение), готовила для заключения договора. В 2020 году ФИО2, действуя в интересах ООО «<данные изъяты>», обратился к ней по поводу возможности приобретения (поставки) углеводородного сырья. В том же году между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в лице директора ФИО1, был заключен договор на поставку углеводородного сырья, который фактически исполнен не был в связи с возникшими сложностями. В 2021 году также по инициативе ФИО2 договор между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» был перезаключен. Договор для подписания директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 направляла ФИО2 посредством мессенджера «Вотсапп». Аналогичным способом ФИО2 направлял ей уже подписанный ФИО1 договор. По условиям договора основанием для отгрузки углеводородного сырья является его 100 % оплата.

В дальнейшем в течение лета 2021 года ФИО2 посредством мессенджера «Вотсапп» направлял ей платежные поручения, на основании которых производилась отгрузка углеводородного сырья для ООО «<данные изъяты>». При этом, данные платежные поручения, в свою очередь, направляла во все заинтересованные службы Общества, в том числе службу безопасности. У нее отсутствовал доступ к счетам Общества, поэтому фактическое поступление денежных средств должны были проверить работники бухглатерии. После чего разрешение на отгрузку углеводородного сырья должна была дать служба безопасности Общества. У нее же не было оснований не доверять платежным поручениям, которые направлял ФИО2

Однако, позже было установлено, что денежные средства на основании направленных ей ФИО2 платежных поручений на расчетный счет ООО НГДУ «Восточная Сибирь» так и не поступили. Первоначально самостоятельно пыталась выяснить у ФИО2 причину непоступления денежных средств. Последний обещал разобраться, но поставленное в адрес ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье оплачено так и не было.

По ходатайству стороны обвинения в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены и исследованы показания свидетеля ЮДА, данные ею в ходе предварительного расследования.

При допросе ** свидетель ЮДА дала в целом аналогичные, но более подробные показания, в том числе о том, что в ее обязанности, как коммерческого директора АО «<данные изъяты>», входит: документальное оформление экспорта нефти и отгрузок на внутренний рынок (оформление договоров, взаимодействие с «Транснефтью», таможенными брокерами, экспедиторами), поиск контрагентов для группы компаний, в состав которых также входит ООО «<данные изъяты>», а также мониторинг движения денежных средств в рамках исполнения договорных обязательств. Мониторинг движения денежных средств происходит путем направления запроса о поступлении денежных средств по договорам, находящимся в зоне ее ответственности, работникам, имеющим доступ к выпискам по счетам организаций, с которыми заключен договор. Указанную информацию о поступлении денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>» отправляет лицам, ответственным за отгрузку нефти на пункте выдачи.

С директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 никогда лично не встречалась. Последний для получения углеводородного сырья по договору поставки с ООО «<данные изъяты>» № ВС-Р/2021 от ** направлял документы на автотранспортные средства, которыми перевозилось сырье. С начала взаимодействия с ООО «<данные изъяты>» все банковские платежные поручения о внесении предоплаты по договору поставки, а также заявки на отгрузку нефти поступали ей от ФИО2 через мессенджер «Вотсапп» с абонентского номера последнего: +79027692276.

Денежные средства в сумме 1 100 000 рублей, внесенные ООО «<данные изъяты>» по договору № НГДУ-РСМТ от **, но не использованные, были зачтены в счет оплаты по договору поставки № ВС-Р/2021 от **. По условиям данного договора отгрузка углеводородного сырья осуществлялась только после 100 % предоплаты.

С ** от ФИО2 посредством мессенджера «Вотсапп» поступали платежные поручения с отметкой банка «Выполнено» по предоплате на отгрузку углеводородного сырья, которые ей посредством корпоративной электронной почты направлялись в службу безопасности АО «<данные изъяты>», главным технологу и инженеру АО «<данные изъяты>», исполнительному директору ООО «<данные изъяты>». По ее мнению, именно сотрудники ООО «<данные изъяты>» должны были проверить поступление на счет Общества денежных средств в качестве предоплаты, после чего принимать решение на отпуск нефти. Она никому указаний на отгрузку нефти не давала. О том, что платежные поручения были поддельными, ей стало известно только в августе 2021 года от сотрудников ООО «<данные изъяты>». Лично у нее не было сомнений в достоверности направляемых в ее адрес ФИО2 банковских платежных поручений, тем более, что по информации от представителей ООО «<данные изъяты>» в июне-июле 2021 года на счет Общества от ООО «<данные изъяты>» в рамках договора поставки № ВС-Р/2021 от ** поступили денежные средства в размере 8 150 000 рублей. Помимо этого, была лично знакома с ФИО2, работала по иным организациям-покупателям, никогда не возникали проблемы по внесению предоплаты за углеводородное сырье. Поэтому доверяла ФИО2

Узнав о том, что денежные средства по платежным поручениям не поступили, обратилась за разъяснением к ФИО2, который сначала заявил, что ничего по этому поводу не знает, попросив время, чтобы разобраться, а затем перестал отвечать на ее звонки.

Личный сотовый телефон, по которому велась переписку с ФИО2, позже случайно утопила в о.Байкал. При этом, у нее был изъят внешний накопитель «Дексп», на который, узнав в 2021 году о непоступлении денежных средств, скопировала платежные поручения, направленые ей ФИО2 (т.8, л.д.38-45).

После оглашения свидетель ЮДА подтвердила приведенные показания.

Согласно документов, содержащихся в личном деле работника АО «<данные изъяты>», с ** ЮДА принята для выполнения работ по должности коммерческого директора коммерческой службы АО «<данные изъяты>», в функции которого, в том числе, входит: поиск покупателей, ведение переговоров с потенциальными покупателями; заключение и согласование договоров поставки углеводородного сырья, приложений к нему; выставление счетов, первичных документов; мониторинг движения денежных средств в рамках исполнения договорных обязательств по направлению деятельности службы; взаимодействие со структурными подраазделениями Общества по вопросам, связанным с реализацией и транспортировкой нефти (т.6, л.д.200-238).

В ходе выемки у представителя потерпевшего МАВ изъята переписка в мессенджере «Вотсапп» ФИО2 и ЮДА, предоставленной последней в службу безопасности ООО «<данные изъяты>». Согласно содержания данной переписки: в августе-сентябре 2020 года ФИО2 и ЮДА обсуждают заключение договора поставки углеводородного сырья № НГДУ-РСМТ от ** между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»; в апреле-июне 2021 года –возможность поставки углеводородного сырья по вышеуказанному договору; в июле 2021 года – заключение договора поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от ** между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» (в том числе ФИО2 направляет ** подписанный директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 экземпляр данного договора); в июле-августе 2021 года – оплату углеводородного сырья и его отгрузку на основании данного договора (в том числе ФИО2 направляет ЮДА сканы платежных поручений о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>»). Также ** ЮДА сообщает ФИО2 о непоступлении денежных средств по направленным последним платежным поручениям. ФИО2 первоначально (**) выражает недоумение, обещая разобраться, затем (**) ссылается на введение Банком ограничений в связи с процедурой наблюдения в отношении ООО «<данные изъяты>», а ** направляет ЮДА выдержки из неустановленных документов о том, что в отношении ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» имеются действующие решения о приостановлении операций по счетам (т.3, л.д.160-165; т.4, л.д.1-250).

В ходе обыска по месту жительства свидетеля ЮДА изъят, в том числе, съемный носитель марки «Дексп», который признан и приобщен к делу в качестве вещественного доказательства (т.7, л.д.189-206, 226).

Согласно заключению судебной компьютерной экспертизы (№ от **), на внешнем накопителе «Дексп» найдены файлы, содержащие слова «ООО «<данные изъяты>»», «ООО «<данные изъяты>»», «№», «№», «№», «№», «№», «№», «№», «№», «№». Полученная информация скопирована на СД-R диск (т.16, л.д.99-108).

При осмотре СД-R диска установлено наличие сканов банковских платежных поручений банка «ФК Открытие» о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>» по договору № ВС-Р/2021 от ** с авизо банка о выполнении операций, а именно: № от ** на сумму 400 000 рублей; № от ** на сумму 3 300 000 рублей; № от ** на сумму 3 400 000 рублей; № от ** на сумму 900 000 рублей; № от ** на сумму 2 200 000 рублей; № от ** на сумму 4 300 000 рублей; № от ** на сумму 1 100 000 рублей; № от ** на сумму 3 300 000 рублей; № от ** на сумму 1 100 000 рублей (т.16, л.д.204-219).

Помимо вышеперечисленных у представителя потерпевшего МАВ были изъяты следующие платежные поручения банка «ФК Открытие» о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>» по договору № ВС-Р/2021 от ** с авизо банка о выполнении операций, а именно: № от ** на сумму 1 100 000 рублей; № от ** на сумму 700 000 рублей; № от ** на сумму 1 750 000 рублей; № от ** на сумму 1 800 000 рублей; № от ** на сумму 400 000 рублей; № от ** на сумму 200 000 рублей; № от ** на сумму 2 100 000 рублей; № от ** на сумму 400 000 рублей.

Также изъято платежное поручение Банка «Санкт-Петербург» № от ** о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств в размере 400 000 рублей на счет ООО «<данные изъяты>» по договору №ВС-Р/2021 от ** с авизо банка о выполнении операции (т.5, л.д.125-178).

По сведениям из ПАО Банк «ФК Открытие», право распоряжения счетом ООО «<данные изъяты>» принадлежит генеральному директору Общества ФИО1 Со счета ООО «<данные изъяты>» имеются следующие перечисления на счет ООО «<данные изъяты>»:

– ** по договору поставки № НГДУ-РСМТ от ** (приложение № от **; сч. 10 от **) на сумму 1 100 000 рублей (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 91.185.47.156);

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 2 от **) на сумму 700 000 рублей (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 91.185.47.156);

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 2 от **) на сумму 1750 000 рублей;

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 1 от **) на сумму 1800 000 рублей;

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 1 от **) на сумму 400 000 рублей;

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 2 от **) на сумму 200 000 рублей (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 91.185.47.156);

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 1 от **) на сумму 2100 000 рублей (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 91.185.47.156);

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 1 от **) на сумму 400 000 рублей (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 91.185.47.156);

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 1 от **) на сумму 400 000 рублей (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 134.19.129.131);

– ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** (приложение № от **; сч. 1 от **) на сумму 100 057 рублей 17 копеек (поручение ООО «<данные изъяты>» в Банк направлено с IP адреса 134.19.129.131).

Платежи от ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» по платежным поручениям № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от **, № от ** не проводились.

Аналогичные сведения содержатся в информации из ПАО Банк «Санкт-Петербург», где был открыт расчетный счет ООО «<данные изъяты>» (т.1, л.д.66-69; т.6, л.д.88-90; т.13, л.д.227-247; т.14, л.д.1-139, 161-250; т.15, л.д.1-170; т.20, л.д.138-167; т.22, л.д.246-247).

По заключению судебной бухгалтерской экспертизы (№ от **), за исследуемый период времени с ** по ** по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» была произведена отгрузка углеводородного сырья (нефти) в общем количестве 1 119,368 тонн на общую сумму 38 451 019,00 рублей.

В период с ** по ** на счет года ООО «<данные изъяты>» в филиале ПАО Банк «Санкт-Петербург» от ООО «<данные изъяты>» поступили денежные средства на общую сумму 8 950 057 рублей 17 копеек за отгруженное углеводородное сырье (нефть) ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» по договору поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от ** в количестве 295,825 тонн.

Разница в суммовом и колличественном выражении между отгруженным ООО «<данные изъяты>» по договору поставки углеводородного сырья №ВС-Р/2021 от ** в адрес ООО «<данные изъяты>» и оплаченным ООО «<данные изъяты>» углеводородным сырьем (нефти) за период с ** по ** составляет 823,543 тонн на общую сумму 29 500 961 рубль 83 копейки (т.16, л.д.152-166).

При этом, в ходе дополнительного допроса ** представитель потерпевшего МАВ также уточнил, что денежные средства в сумме 1100 000 рублей, поступившие ** на счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» по договору поставки углеводородного сырья №НГДУ-РСМТ от ** (приложение № от **; сч.10 от **), согласно которого стоимость за 1 тонну углеводородного сырья составляла 18 333 рубля 33 копейки, на основании устной договоренности с ООО «<данные изъяты>» были включены в оплату за поставку углеводородного сырья по новому договору № ВС-Р/2021 от ** по приложению №, согласно которого стоимость за 1 тонну углеводородного сырья составляла 29 000 рублей (т.6, л.д.32-34).

В связи с чем, по заключению дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы (№ от **), в соответствии с выводами заключения эксперта № от **, а также при условии, что оплата в сумме 1 100 000 рублей, поступившая ** на счет ООО «<данные изъяты>» в филиале ПАО Банк «Санкт-Петербург» от ООО «<данные изъяты>» поступила как предоплата за углеводородное сырье (нефть) по договору поставки № ВС-Р/21 от ** к приложению №, по цене за 1 тонну углеводородного сырья (нефти) 29 000 рублей, за период с ** по ** на счет ООО «<данные изъяты>» в филиале ПАО Банк «Санкт-Петербург» от ООО «<данные изъяты>» поступили денежные средства на общую сумму 8 950 057 рублей 17 копеек за отгруженное углеводородное сырье (нефть) ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» по договору поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от ** в количестве 273,756 тонн.

Разница в суммовом и количественном выражении между отгруженным ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» и оплаченным ООО «<данные изъяты>» углеводородным сырьем по договору поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от **, за период с ** по **, с учетом выводов заключению эксперта № от **, а также при условии, что оплата в сумме 1 100 000 рублей, поступившая ** на счет ООО «<данные изъяты>» в филиале ПАО Банк «Санкт-Петербург» от ООО «<данные изъяты>» поступила как предоплата за углеводородное сырье (нефть) по договору поставки № ВС-Р/21 от ** к Приложению №, по цене за 1 тонну углеводородного сырья (нефти) 29 000 рублей, составляет 845,612 тонн на общую сумму 29 500 961 рубль 83 копейки (т.16, л.д.195-200).

Свидетель ЛПГ, работавший в должности начальника отдела IТ и связи ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>», суду пояснил, что ранее на основании подготовленной заявки оформлял для коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА доступ к базе данных ООО «<данные изъяты>».

По ходатайству стороны обвинения в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены и исследованы показания свидетеля ЛПГ, данные им в ходе предварительного расследования.

При допросе ** свидетель ЛПГ дал в целом аналогичные, но более подробные показания о том, что для обеспечения контроля за поступлением денежных средств на банковский счет ООО «<данные изъяты>» по договорам поставки углеводородного сырья коммерческому директору АО «<данные изъяты>» ЮДА им была сделана заявка на предоставление доступа в базу оперативного учета «БОУ:1С» к ООО «<данные изъяты>» и всех организаций по приложению, в список которых входило ООО «<данные изъяты>». Хотя, как ему кажется, доступ у ЮДА уже был, просто на тот момент были какие-то изменения и проходило обновление. В связи с чем и была сформирована данная заявка, которая ** рассмотрена в ..., дано согласие на предоставление доступа, т.е. логин у ЮДА уже был присвоен. Таким образом, ЮДА имела доступ как «коммерческий отдел» по созданию документов и элементов справочников, заявки на создание договоров, заявки на создание контрагентов, заявки на создание номенклатуры, внутренний заказ, заказ покупателя, ГТД по экспорту, реализация товаров и услуг, возврат товара от покупателя, акт сверки взаиморасчетов, просматривать отчеты по остаткам и движению ТМЦ (т.7, л.д.174-177).

После оглашения свидетель ЛПГ подтвердил приведенные показания.

Свидетель МДИ, работавший в период с ** по ** в должности заместителя генерального директора ООО «<данные изъяты>», а с ** в аналогичной должности в АО «<данные изъяты>», чьи показания были оглашены судом на основании п. 5 ч. 2 ст.281 УПК РФ, при допросе на предварительном следствии ** дал аналогичные представителю потерпевшего МАВ пояснения относительно характера взаимоотношений ООО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в том числе, что ООО «<данные изъяты>» приобреталось углеводородное сырье у ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», которое затем реализовывалось в адрес третьих лиц по более высокой цене. При этом, на основании агентского договора, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», в лице коммерческого директора ЮДА, осуществляло подбор потенциальных контрагентов для ООО «<данные изъяты>» с целью дальнейшего заключения договоров для реализации углеводородного сырья.

В 2021 году по устному распоряжению директора ООО «<данные изъяты>» ПСА был назначен куратором заключенного с ООО «<данные изъяты>» договора поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от **. Курирование заключалось в оказании содействия в случае возникновения трудностей по его исполнению: технические проблемы с наливом нефти, поломкой техники, обеспечение транспортом. Функции по отслеживанию поступления денежных средств от ООО «<данные изъяты>» на него не возлагались, т.к. это было обязанностью коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА

В конце августа 2021 года при проверке поступления денежных средств от контрагентов по договорам установил, что за реализованное в адрес ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье денежные средства на счет ООО «<данные изъяты>» не поступили, о чем сообщил директору ПСА Отгрузка была приостановлена до выяснения обстоятельств.

В ходе комиссионного служебного расследования было установлено, что в период с июля по август 2021 года на личный телефон ЮДА от представителя ООО «<данные изъяты>» ФИО2 посредством мессенджера «Вотсапп» поступили электронные фотографии банковских платежных поручений на общую сумму 29 500 961 рублей 83 копейки, на основании которых ООО «<данные изъяты>», в лице перевозчиков - уполномоченных грузополучателей ООО «<данные изъяты>», получило 880,167 тонн углеводородного сырья. Передача данного сырья уполномоченному грузополучателю ООО «<данные изъяты>» была осуществлена по указанию коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА без проверки фактического поступления денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>».

В дальнейшем по поводу оплаты за уже поставленное углеводородное сырье с директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1, представителем последнего ФИО2 контактировал работник ООО «<данные изъяты>» МАВ (т.6, л.д.127-135).

Аналогичные показания свидетелем МДИ были даны на очных ставках с подозреваемыми ФИО1 и ФИО2, проведенных ** (т.17, л.д.176-180, 240-247).

Свидетель РЕЮ, работавший в период с ** по ** в должности исполнительного директора ООО «<данные изъяты>», суду подтвердил, что фактическое поступление денежных средств для отпуска углеводородного сырья по договору с ООО «<данные изъяты>» должна была проверить коммерческий директор АО «<данные изъяты>» ЮДА В его компетенцию разрешение на отгрузку углеводородного сырья для сторонних организаций не входило. С подсудимыми ФИО1 и ФИО2 летом 2021 года общался только посредством телефонной связи по техническим вопросам, связанным с вывозом углеводородного сырья.

По ходатайству стороны обвинения в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены и исследованы показания свидетеля РЕЮ, данные им в ходе предварительного расследования.

При допросе ** свидетель РЕЮ дал в целом аналогичные, но более подробные показания, в том числе о том, что в период с июля по август 2021 года ему на рабочую почту, а также на сотовый телефон посредством мессенджера «Вотсапп», от коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА поступали электронные фотографии банковских платежных поручений на общую сумму 29 500 961 рубль 83 копейки, на основании которых в этот же период в адрес ООО «<данные изъяты>», в лице перевозчиков - уполномоченных грузополучателей ООО «<данные изъяты>» и иных, было отгружено около 880,167 тонн углеводородного сырья. Также некоторые из данных платежных поручений дублировались на его рабочую почту с электронной почты ООО «<данные изъяты>». О поступлении данных платежных поручений ему сообщал представитель ООО «<данные изъяты>» ФИО2 Последний также связывался с ним по вопросам логистики, когда возникали какие-либо проблемы с проездом транспорта.

Данные платежные поручения направлял на рабочую почту в центральную инженерную технологическую службу (ЦИТС). Помимо этого платежные поручения с пакетом документов на водителей и автомашины направлялись в службы безопасности и режима. Распоряжение на отгрузку углеводородного сырья давал он на основании предоставленных платежных поручений, а также пакета документов на водителей и автотранспорт.

Направление ЮДА платежных поручений являлось основанием для отгрузки, т.к. означало, что последняя проверила поступление денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>». Остальные службы проверяли только документы на водителей и транспорт, чтобы разрешить въезд техники.

Куратором договора поставки УВС № ВС-Р/2021 от ** был назначен заместитель генерального директора ООО «<данные изъяты>» МДИ, который в конце августа 2021 года обнаружил, что денежные средства от реализации углеводородного сырья по указанному договору от ООО «<данные изъяты>» на счет Общества не поступают (т.6, л.д.137-145).

После оглашения свидетель РЕЮ подтвердил приведенные показания.

В ходе выемки у свидетеля РЕЮ изъят сотовый телефон марки «Самсунг А71», содержащий, в том числе, переписку в мессенджере «Вотсапп» со свидетелем ЮДА, во время которой последняя пересылает платежные поручения от ООО «<данные изъяты>» № от **, № от ** (т.6, л.д.147-161).

Свидетель ИАН суду пояснил, что, работая ранее в охранном предприятии «Мечта» в ..., за денежное вознаграждение согласился с марта 2022 года возглавить ООО «<данные изъяты>», став фиктивным директором. Ему было известно, что Общество занималось добычей и продажей нефти и газа.

По ходатайству стороны обвинения в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены и исследованы показания свидетеля ИАН, данные им в ходе предварительного расследования.

При допросе ** свидетель ИАН дал иные показания, во-первых, подтвердил, что с ** являлся генеральным директором ООО «<данные изъяты>»; во-вторых, дал согласующиеся с МАВ, МДИ и РЕЮ пояснения об обстоятельствах хищения углеводородного сырья на сумму 29 500 961 рубль 83 копейки, поставленного по договору № ВС-Р/2021 от ** в адрес ООО «<данные изъяты>», ставшие ему известными в результате проведенной в Обществе документальной ревизии (т.6, л.д.123-125).

После оглашения свидетель ИАН заявил, что такие показания давал со слов представителя ООО «<данные изъяты>» МАВ

Свидетель ОМВ, ранее работавшая в должности главного технолога АО «<данные изъяты>», суду пояснила, что в ее обязанности входили технология, подготовка и отпуск нефти с месторождения в К .... От коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА либо от исполнительного директора ООО «<данные изъяты>» РЕЮ посредством электронной почты либо на мессенджер «Вотсапп» к ней поступали документы на отпуск нефти, куда входили копия платежного поручения, документы на автомобили, которые, в свою очередь, перенаправляла в службу безопасности для проверки. Она проверяла лишь документы на транспортные средства, которыми вывозилась нефть. Разрешение на отпуск нефти давал исполнительный директор РЕЮ

Ей известно, что в 2021 году на основании договора поставки нефть отгружалась в адрес ООО «<данные изъяты>». В тот период времени документы на транспортные средства, которыми вывозилась нефть с приемо-сдаточного пункта, направлялись ей также и подсудимым ФИО1 посредством электронной почты либо на мессенджер «Вотсапп».

Свидетель ШИЯ, работавший в должности специалиста экономической безопасности АО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердил, что контроль за реализацией углеводородного сырья в Обществе осуществляла коммерческий директор ЮДА, которая, в том числе, должна была проверить поступление на счет денежных средств по банковским платежным поручениям. Если ЮДА направила в иные службы поступившие от покупателей документы, то это означало, что данные документы проверены. Так, ЮДА направляла документы об оплате в центральную инженерно-техническую службу (ЦИТС), которая, в свою очередь, уже их направляла в службу безопасности. Получив заявку, служба безопасности истребовала у ЮДА необходимые для въезда документы на водителя и автотранспорт. Документы направлялись не только с рабочей, но и личной почты ЮДА Служба безопасности проверяла только документы на водителей и автомашины, на которых осуществлялся вывоз углеводородного сырья. По договору с ООО «<данные изъяты>» документы на водителей и автомашины также направлялись на приемо-сдаточный пункт директором указанного Общества ФИО1 (т.7, л.д.160-163).

Свидетель ТАА, работающий в должности начальника приемо-сдаточного пункта нефти АО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердил, что период с ** по ** по договору поставки углеводородного сырья № ВС-Р/2021 от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в адрес последнего было отгружено 880,167 кг сырой и товарной (подготовленной) в соответствии со стандартами ГОСТ нефти на общую сумму 29 500 961 рубль 83 копейки. Документы на отгрузку, в которые входили банковские платежные поручения с отметкой банка об исполнении, доверенности на получение нефти на водителя (за подписью генерального директора ООО «<данные изъяты>»), документы на автотранспорт, поступали на приемо-сдаточный пункт посредством электронной почты от генерального директора ООО «<данные изъяты>» или коммерческого директора АО «<данные изъяты>» ЮДА

После отгрузки нефти составлялись сопроводительные документы, которые подписывались либо им, либо ТСВ, с которым занимал указанную должность поочередно. По окончанию заполнения цистерны осуществлялся отбор проб нефти, на основании которой определялась масса отпущенной нефти и составлялся паспорт качества. Также отбиралась арбитражная проба для подтверждения качества нефти в случае претензий покупателя по качеству. После чего цистерна пломбировалась (т.7, л.д.165-168).

Аналогичные, как и ТАА, показания при допросе на предварительном следствии были даны свидетелем ТСВ, также занимавшим в интересующий период должность начальника приемо-сдаточного пункта нефти АО «<данные изъяты>» (т.7, л.д.169-173).

В ходе осмотров мест происшествия были осмотрены пункт погрузки «<данные изъяты> лицензионный участок», расположенный по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта 57,590890440 (N 57035,27,2056,,), долгота 107,807094970 (E 107048,25,5419,,), а также пункт налива нефти приемо-сдаточный пункт АО «<данные изъяты>», расположенный по адресу: Иркутская область, <данные изъяты> район, широта N 58015,53,3756,,,, долгота 108,707109060 (т.6, л.д.97-103, 104-111).

Свидетель ПМГ, работающий директором ООО «<данные изъяты>», деятельность которого связана с транспортировкой жидкого топлива с месторождений, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что ООО «<данные изъяты>» ему неизвестно. Вместе с тем, ** Обществом был заключен с ООО «Байкальская многофункциональная компания» (ООО «БМК») договор № об оказании услуг по перевозке в период с июля по сентябрь 2021 года нефти с приемо-сдаточного пункта АО «<данные изъяты>» и с приемо-наливного пункта ООО «<данные изъяты>», расположенных в К .... Представителем ООО «БМК» являлся ФИО2, с которым обсуждал все детали в рамках вышеуказанного договора, который был подписан сторонами посредством электронной почты. Со стороны ООО «БМК» договор был подписан директором КАВ

Всего по договору было оказано услуг на 1 957 320 рублей (приблизительно 195,5 тонн по 10 000 рублей за 1 тонну). Оплата по данному договору произведена частично, а именно в размере 1 501 860 рублей.

Помимо ФИО2 в ходе исполнения указанного договора иногда общался посредством телефонной связи с мужчиной, представившимся А (абонентский №, принадлежащий ФИО1) (т.8, л.д.87-91).

В ходе выемки у свидетеля ПМГ изъяты копии документов, в том числе: договора на перевозку грузов автомобильным транспортом № между ООО «<данные изъяты>» и ООО «БМК», в лице директора КАВ, которые были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.8, л.д.92-128).

Свидетель БВВ, работающий директором ООО «<данные изъяты>», основным видом деятельности которого является осуществление перевозок нефти и нефтепродуктов, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердил, что ** Обществом был заключен договор с ООО «<данные изъяты>» об оказании транспортных услуг по перевозке нефти по маршруту: Иркутская область, <данные изъяты> район, Криволукское месторождение ООО «<данные изъяты>» - ..., 1 промышленный массив, квартал 17, стр.1, а также по маршруту ПНН ПСП АО «<данные изъяты>» <данные изъяты> ЛУ - ..., 1 промышленный массив, квартал 17, стр.1.

На этапе преддоговорных переговоров Общество было намерено заключить договор с ООО «БМК», но фактически был заключен с ООО «<данные изъяты>», директором которого являлся ФИО1 (абонентский №). Также при исполнении договора связь поддерживалась с представителем ООО «<данные изъяты>» ФИО2 (абонентский №).

По данному договору ООО «<данные изъяты>» оплатило только 500 000 рублей. Поскольку в конце августа 2021 года задолженность по договору со стороны ООО «<данные изъяты>» составила 6 154 527,51 рублей, то Общество прекратило оказание услуг.

В настоящее время на основании судебного решения с ООО «<данные изъяты>» в пользу ООО «<данные изъяты>» постановлено взыскать по указанному договору 10304911,70 рублей основного долга и неустойки. Денежные средства так и не возвращены (т.8, л.д.133-134).

В ходе выемки у свидетеля БВВ изъяты копии документов, в том числе: договора между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» №ЮСТ от ** об оказании транспортных услуг; путевых листов грузовых автомобилей от 09, 19, 25, **, 04, 05, 14, 17, 19, 21, **, товарно-транспортных накладных на перевозку углеводородного сырья с Криволукского месторождения НГДУ «<данные изъяты>» и ПНН ПСП АО «<данные изъяты>» <данные изъяты> ЛУ в адрес ООО «<данные изъяты>» от 07, 11, 12, 15, 17, 23, 24, **.

Перечисленные документы были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.8, л.д.135-250; т.9, л.д.1-26).

Свидетели МАВ и БВА, работавшие в ООО «<данные изъяты>» водителями-экспедиторами, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердили, что в августе 2021 года грузовым автотранспортом под их управлением перевозили нефть с месторождений АО НК «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в К ... на территорию завода в ... (т.9, л.д.74-79, 86-89).

Свидетель ВВА, работающий директором ООО «<данные изъяты>», основным видом деятельности которого является осуществление грузоперевозок, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердил, что в период с июля по сентябрь 2021 года Обществом был заключен договор с ООО «<данные изъяты>» по перевозке углеводородного сырья по маршруту АО НК «<данные изъяты>» - .... При этом, первоначально ему позвонил ФИО2, представившийся представителем ООО «<данные изъяты>», который вел переговоры об оказании данных услуг. Также посредством телефонной связи общался с директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 С последним был заключен договор посредством электронной почты.

Общий объем перевезенной за два рейса нефти составил 71,696 тонн. Согласно акту выполненных работ, оплата от ООО «<данные изъяты>» была произведена путем перевода денежных средств на счет ООО «ВиватАвто» в общем размере 716 960 рублей (10 000 рублей за тонну) (т.9, л.д.30-33).

В ходе выемки у свидетеля ВВА изъяты копии документов, в том числе: договора на перевозку грузов автомобильным транспортом по территории РФ от ** между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в лице директора ФИО1; товарно-транспортных накладных от ** и ** на перевозку углеводородного сырья от ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>», которые были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.9, л.д.36-62).

Свидетель МДВ, работавший водителем в ООО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердил, что в конце июля 2021 года и в конце августа 2021 года грузовым автомобилем «Вольво» под его управлением перевозил нефть с приемо-сдаточного пункта АО «<данные изъяты>» в К ... на территорию базы по переработке нефти в .... Грузополучателем, согласно предоставленных ему документов, явялось ООО «<данные изъяты>» (т.9, л.д.156-160, 172-174).

В ходе проверки показаний на месте свидетель МДВ уточнил, что в конце июля 2021 года нефть разгрузил на территории базы, расположенной по адресу: ..., второй промышленный массив, квартал 35 (ООО «<данные изъяты>»), а в конце августа 2021 года – по адресу: ..., первый промышленный квартал, квартал 17, строение 1 (ООО «<данные изъяты>») (т.9, л.д.161-165, 166-171).

В ходе выемки у свидетеля ДОН, оказывавшего АО «<данные изъяты>» на основании гражданского-правового договора консультационные услуги в сфере безопасности, изъят СД-R-диск, содержащий переписку подсудимого ФИО1 с ПСП АО «<данные изъяты>», согласно которой последний в период с ** по ** с электронной почты ...» на электронную почту «...» направлял фото документов на транспорт и водителей транспортных компаний, вывозивших углеводородное сырье (т.6, л.д.249-252; т.7, л.д.1-159).

В ходе выемки у представителя потерпевшего МАВ также были изъяты доверенности № №, 66 - 88 на водителей, в том числе на МДВ, МАВ и БВА, выданные генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 на период действия с ** по ** для получения от ООО «<данные изъяты>» углеводородного сырья.

Данные доверенности были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.5, л.д.125-178).

По заключению судебной почерковедческой экспертизы (№ от **), подписи от имени руководителя и главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» ФИО1, изображения которых расположены в копиях доверенностей ООО «<данные изъяты>» № №, 66 – 88, выполнены, вероятно, самим ФИО1 (т.16, л.д.178-184).

Свидетель КЕВ, работающая главным бухгалтером ООО «<данные изъяты>», суду пояснила, что Общество занимается переработкой и хранением нефти и нефтепродуктов на производственной базе по адресу: ..., первый промышленный квартал, квартал 17, строение 1. ООО НП «<данные изъяты>» также перерабатывает и хранит нефть на территории их базы. Ей известно, что в 2020-2021 годах между ООО НП «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» был заключен договор о переработке нефти.

По ходатайству стороны обвинения в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены и исследованы показания свидетеля КЕВ, данные ею в ходе предварительного расследования.

При допросе ** свидетель КЕВ дала в целом аналогичные, но более подробные показания о том, что между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» (директор ИСП) был заключен договор хранения нефти и нефтепродуктов №-ХР/2019 от **, а между ООО «НП <данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» (директор ЛШ) был заключен договор переработки нефти №-П/2020 от **. АО «<данные изъяты>» поставляло в адрес ООО «<данные изъяты>» нефть с целью ее переработки на нефтепродукты. В июле-августе 2021 года оплаченное АО «<данные изъяты>» углеводородное сырье в адрес ООО «<данные изъяты>» для переработки поставляло ООО «<данные изъяты>». В свою очередь, согласно имеющихся в ее распоряжении товарно-транспортных накладных, ООО «<данные изъяты>» в указанный период приобретало углеводородное сырье у ООО «<данные изъяты>». При этом, перевозчиком данного углеводородного сырья являлось ООО «<данные изъяты>». В период июля-августа 2021 года ООО «<данные изъяты>» отгрузило в адрес ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье в количестве 783,620 тонн.

Ей известно, что директором ООО «<данные изъяты>» являлся ФИО1, а представителем на основании доверенности от последнего мужчина по имени А (т.9, л.д.232-235).

После оглашения свидетель КЕВ подтвердила приведенные показания.

Свидетель АДА, являющийся директором ООО «<данные изъяты>», в ходе предварительного следствия дал аналогичные, как и КЕВ, показания о наличии в интересующий период договорных отношений между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» по хранению и переработке нефти (т.11, л.д.29-32).

В ходе обыска в офисе ООО «<данные изъяты>» по адресу: ..., первый промышленный квартал, строение 1, были изъяты документы, в том числе: договор хранения №-ХР/2019 от ** между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»; договор переработки №-п/2020 от ** между ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>»; накладные на отпуск материалов от АО «<данные изъяты>» для ООО «<данные изъяты>» от 16, **, 07, 08, 11, 12, 16, 18, 20, 21, 23, 27, **; транспортные накладные на поставку углеводородного сырья от ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК») для АО «<данные изъяты>» от 16, 25, 27, 28, **, 07, 08, 11, 12, 16, 17, 20, 21, 23, **; накладные на отпуск углеводородного сырья от ООО НГДУ «Восточная Сибирь» в адрес ООО «<данные изъяты>» и акты приема-передачи нефти от 13, 24, **, 04, 05, 07, 11, 12, 14, 15, 17, 20, **.

Перечисленные документы были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.9, л.д.177-187; т.10, л.д.1-250; т.11, л.д.1-20).

Свидетель ДИД, являющийся с ** директором ООО «Лига», осуществляющего деятельность в сфере оптовой торговли топливом, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что учредителем Общества являлся ЗАР, который умер в августе 2022 года, а соучредителем Н Н.В. Общество было зарегистрировано **.

Для осуществления деятельности ЗАР была приобретена установка переработки нефтепродуктов и сырья, земельные участки по адресу: ..., второй промышленный массив, квартал 35, где располагалась данная установка. В августе 2021 года ЗАР был приобретен незначительный объем углеводородного сырья для проверки работы установки. Поставщик сырья ему известен не был, т.к. этим занимался лично ЗАР При этом, согласно универсального передаточного документа, углеводородное сырье в адрес ООО «Лига» было поставлено ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК») (т.11, л.д.46-49).

Свидетель Н Н.В., являющийся соучредителем ООО «Лига», в ходе предварительного следствия дал аналогичные, как и ДИД, показания, в том числе о том, что фактически у Общества в 2021 году был единственный поставщик углеводородного сырья – ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК») (т.11, л.д.64-67).

Свидетель ЗОА, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснила, что ее супруг являлся индивидуальным предпринимателем, занимался куплей-продажей горюче-смазочных материалов. На мать супруга был зарегистрирован земельный участок по адресу: ..., второй промышленный массив, квартал 35.

Ей знаком ФИО2, с которым общался ее супруг. Однако, характер имевшихся взаимоотношений между супругом и ФИО2 не знает (т.11, л.д.50-53).

Свидетель КАВ, являющийся заместителем генерального директора ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»), чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что основным видом деятельности Общества является оптовая торговля твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами, учредитель Общества его сожительница ЧОВ, а генеральный директор с 2021 года – КОА

Весной-летом 2021 года к нему обратился ФИО2, предложив приобрести около 900 тонн нефти у ООО «<данные изъяты>», директором которого является ФИО1 Также по предложению ФИО2 были приисканы покупатели на данную нефть – ООО «Лига» и ООО «<данные изъяты>». При этом, ФИО2 являлся заместителем генерального директора ООО «БайкалПромСнаб», осуществляющего грузоперевозки, поэтому был заинтересован в предоставлении услуг по логистике нефтепродуктов. Однако, для вышеуказанных договоров были привлечены иные транспортные организации.

С ФИО2 и ФИО1 знаком длительное время, в том числе в связи с имевшимися ранее совместными бизнес-проектами.

Принадлежность приобретаемой нефти не выяснял, но место погрузки находилось в К .... Перевозка осуществлялась до ... в пункты хранения нефти ООО «<данные изъяты>» в объеме около 800 тонн, а также в адрес ООО «Лига» в объеме около 100 тонн.

В рамках вышеуказанных заключенных договоров поставки ООО «Лига» и ООО «<данные изъяты>» рассчитались за поставленную в их адрес нефть путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «БМК». В свою очередь ООО «БМК» по договору рассчиталось с ООО «<данные изъяты>», перечислив денежные средства на расчетный счет указанного Общества (т.11, л.д.172-176, 185-188).

В ход выемки у ГНВ, работающей бухгалтером ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»), были изъяты копии документов, в том числе:

– договор № Р-СМТ 03-08/20 от ** между ООО «БМК» и ООО «<данные изъяты>», а также приложения к данному договору № от **, № от **, № от **, по условиям которого ООО «<данные изъяты>» должно было поставить для ООО «БМК» углеводородное сырье в количестве 800 тонн по цене 44 000 рублей за тонну, 60 тонн по цене 42 000 рублей за тонну, 65 тонн по цене 36 500 рублей за тонну, соответственно;

– договор № от ** между ООО «БМК» и ООО «<данные изъяты>», приложение № к данному договору от **, по условиям которого ООО «БМК» должно было поставить для ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье в количестве 1 500 тонн по цене 33 000 рублей за тонну на нефтебазу ООО «<данные изъяты>» по адресу: ..., первый промышленный массив, квартал 17; универсальные передаточные документы (счет-фактуры) от 16, 24, 25, 27, 28, **, 02, 07, 08, 11, 12, 16, 17, 20, 21, 23, **, транспортные накладные от 16, 25, 27, 28, **, 07, 08, 11, 12, 16, 17, 20, 21, 23, **; акт сверки взаиморасчетов по данному договору между ООО «БМК» и ООО «<данные изъяты>», согласно которого у ООО «<данные изъяты>» имеется задолженность в размере 1 048 773 рублей;

– договор № БМК-25/08/21 от ** между ООО «БМК» и ООО «Лига», дополнительное соглашение к договору от **, по условиям которого ООО «БМК» должно было поставить для ООО «Лига» 150 тонн углеводородного сырья стоимостью 40 000 рублей за тонну в пукнт назначения: ..., первый промышленный массив, квартал 27; универсальный передаточный документ (счет-фактура) № от **, товарно-транспортные накладные №№, 28, 29 от **; акт сверки взаиморасчетов по данному договору между ООО «БМК» и ООО «Лига», согласно которого у ООО «Лига» имеется задолженность в размере 354 800 рублей.

Перечисленные документы были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.11, л.д.195-250; т.12, л.д.1-90).

По сведениям из ПАО Банк «ФК Открытие», в период с ** по ** на счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК») поступала оплата за углеводородное сырье по договору поставки № Р-СМТ 03-08/20 от ** на общую сумму 25 157 700 рублей (т.13, л.д.227-247; т.14, л.д.1-139, 161-250).

Свидетель КОА, являющаяся генеральным директором ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»), чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии дала аналогичные, как и КАВ, показания о наличии летом 2021 года у Общества договоров с ООО «<данные изъяты>», ООО «Лига» и ООО «<данные изъяты>» по поводу поставки около 900 тонн углеводородного сырья. Также указала, что инициатором сделок был ФИО2 Последний знаком с ФИО1, но не имеет отношение к деятельности ООО «<данные изъяты>» (т.11, л.д.131-134).

Свидетель БИЭ, работающая с ** менеджером ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»), чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснила, что в Общество была принята по рекомендации ФИО2 По поводу заключения договоров с ООО «<данные изъяты>», ООО «Лига» и ООО «<данные изъяты>» на поставку углеводородного сырья ей ничего не известно. Однако, знает, что ФИО2 являлся связующим звеном между ООО «БМК» и ООО «<данные изъяты>» (т.11, л.д.179-182).

Свидетель ЧОВ, являющаяся учредителем ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»), чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснила, что фактически финансово-хозяйственной деятельностью Общества не осуществляла, этим занимался ее сожитель КАВ (т.11, л.д.170-171).

Свидетель БДВ, осуществляющий на основании генеральной доверенности коммерческую деятельность от имени ООО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что в 2021 году от представителя ООО «НП «Инновация» КАЮ узнал о наличии потребности АО «<данные изъяты>» в поставке углеводородного сырья. По рекомендации директора ООО «НПП «<данные изъяты>» ЧАИ обратился к ФИО2, представлявшему ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»). В результате чего между ООО «<данные изъяты>» и ООО «БМК» был заключен договор № от ** о поставке углеводородного сырья по цене 33 000 рублей за 1 тонну. Наличие у ООО «БМК» углеводородного сырья подтверждалось, в том числе, письмом от ООО «<данные изъяты>» от ** в адрес ООО «<данные изъяты>». После заключения договора платежными поручениями № № и 4 от ** ими было перечислено 24 420 000 рублей и 330 000 рублей. Поскольку своевременно углеводородное сырье поставлено не было, то ** потребовали возврата перечисленных денежных средств. При этом, ЧАИ и ФИО2 стали скрываться от них. После того, как ФИО2 нашли в ..., привезли в ..., где последний написал расписку, пообещав поставить нефть в течение 10 дней. Однако, фактически углеводородное сырье было поставлено в течение 60 дней на сумму 25 798 773 рублей. Согласно акта сверки у ООО «<данные изъяты>» имеется задолженность перед ООО «БМК» на сумму 1 048 773 рублей, которую Общество включило в штраф за несвоевременную поставку углеводородного сырья (т.12, л.д.105-109).

В ходе выемки у свидетеля БДВ были изъяты копии документов, в том числе:

– коммерческое предложение (письмо) № от ** от заместителя генерального директора ООО «БМК» КАВ в адрес генерального директора ООО «<данные изъяты>», согласно которого ООО «БМК» предлагает к поставке нефть АО НК «Дулисьма» в количестве 1 500 тонн с доставкой автотранспортом до ... в июле 2021 года по цене 33 000 рублей за тонну;

– договор № БМК-24/08/20 от ** о поставке ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «БМК» углеводородного сырья;

– договор № НГДУ-РСМТ от ** о поставке ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» углеводородного сырья, дополнительное согласшение к указанному договору от **;

– письмо от ** от генерального директора ООО «<данные изъяты>» ПСА в адрес генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО1, согласно которого ООО «<данные изъяты>» готово предложить к поставке по предложенной цене подготовленную нефть в требуемом объеме с Криволукского и К ЛУ на условиях вывоза в мае-июне 2021 года при 100 % предоплате;

– договор № между ООО «<данные изъяты>» и ООО «БМК» и приложение № к указанному договору, согласно которого ООО «БМК» обязуется поставить для ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье в количестве 1 500 тонн по цене 33 000 рублей за одну тонну в мае-июне 2021 года;

– договор № от ** между ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» и приложение № от ** к указанному договору, согласно которого ООО «<данные изъяты>» обязуется поставить для АО «<данные изъяты>» углеводородное сырье в количестве 2 000 тонн по цене 38 000 рублей за тонну;

– платежное поручение № от **, согласно которого ООО «<данные изъяты>» перечислило в адрес ООО «БМК» 24 420 000 рублей;

– письмо от ** от ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «БМК» о возврате перечисленных денежных средств в связи с неисполнением обязательств по поставке углеводородного сырья

Перечисленные документы были осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.12, л.д.113-165).

Свидетель ФИО4, являющийся единственным акционером и генеральным директором АО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии подтвердил, что ** Обществом с ООО «<данные изъяты>» был заключен договор поставки углеводородного сырья №, согласно которого в их адрес предусматривались поставки углеводородного сырья, в том числе на основании приложения № от ** – 900 тонн по цене 29 800 рублей за тонну, № от ** – 2 000 тонн по цене 38 000 рублей за тонну, № от ** на поставку 2 000 тонн по цене 38 500 рублей за тонну. АО «<данные изъяты>» производило оплату авансовыми платежами и путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «<данные изъяты>». Данная компания из 4 900 тонн нефти, предусмотренных Приложениями к договору, поставило около 60%. На сегодняшний день задолженность ООО «<данные изъяты>» перед АО «<данные изъяты>» составляет около 45 901 470 рублей. Документы на транспортировку у АО «<данные изъяты>» отсутствуют, т.к. нефть принималась в месте нефтепереработки на нефтебазе ООО «<данные изъяты>» в ... (т.12, л.д.175-185).

На основании запроса АО «<данные изъяты>» были представлены копии документов, в том числе: договора поставки углеводородного сырья № от **, заключенного с ООО «<данные изъяты>» и приложения № №, 2 и 3 к указанному договору; платежных поручений от **, **, ** о переводе денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>» за углеводородное сырье по договору; счет-фактуры от 16, 25, 27, 28, **, 07, 08, 11, 12, 16, 17, 20, 21, 23, ** о поставке углеводородного сырья ООО «<данные изъяты>» для АО «<данные изъяты>» на базу ООО «<данные изъяты>» по адресу: ..., первый промышленный массив, 17 квартал, строение 1 (т.12, л.д.186-250; т.13, л.д.1-43).

Свидетель ЧАИ, являющийся директором ООО НПК «<данные изъяты>», в судебном заседании пояснил, что длительное время знаком с ФИО2 и ФИО1 в связи с осуществляемой деятельностью по купле-продаже углеводородного сырья. В том числе осенью 2020 года приобретал у ООО «<данные изъяты>» углеводородное сырье, которое в марте 2021 года перепродал ООО «<данные изъяты>». Через некоторое время ООО «<данные изъяты>» высказало интерес в приобретении еще углеводородного сырья. В связи с чем свел между собой по поводу заключения договора о поставке углеводородного сырья представителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «БМК».

Свидетель БЕЭ, в период с 2018 по 2021 году работавшая в должности бухгалтера в ООО «<данные изъяты>», суду пояснила, что директором Общества являлся ФИО1, а ФИО2 представлял интересы Общества. Офис располагался по адресу: ..., пер. Пионерский, ..., куда она время от времени приезжала за документами, т.к. фактически работала по месту жительства. Программа «1С Бухгалтерия» была установлена на ее рабочем компьютере в офисе. У Общества были открыты счета в банках «Сбербанк», «Альфа-банке», «Открытие», «Промсвязьбанк». Общество занималось куплей-продажей нефтепродуктов. Одним из поставщиков в 2021 году являлось ООО «<данные изъяты>», перед которым у Общества возникла задолженность. Оплата по счетам ею производилась онлайн через личный кабинет Общества в присутствии директора ФИО1, у которого имелся логин и пароль.

По ходатайству стороны обвинения в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены и исследованы показания свидетеля БЕЭ, данные ею в ходе предварительного расследования.

При допросе ** свидетель БЕЭ дала в целом аналогичные, но более подробные показания, в том числе, что по договору поставки № ВС-Р/2021 от ** ООО «<данные изъяты>» приобрело в июле-августе 2021 года около 800-900 тонн углеводородного сырья у ООО «<данные изъяты>». Затем данное сырье было перепродано ООО «Байкальская Многофункциональная компания» (ООО «БМК»). ООО «<данные изъяты>» отгружало углеводородное сырье по предоплате. ФИО1 предоставлял ей банковскую выписку по счету Общества за конкретную дату, где было отражено движение денежных средств в адрес ООО «<данные изъяты>». Данную выписку загружала в программу «1С Бухгалтерия». После чего предоставлялись первичные документы на поставленное углеводородное сырье, которые также вносила в программу и составляла универсальный передаточный документ в адрес покупателя.

Позже по актам сверки в рамках данного договора было установлено наличие у Общества задолженности перед ООО «<данные изъяты>» за поставленное углеводородное сырье. В целом ООО «<данные изъяты>» являлось платежеспособным, могло оплатить задолженность перед ООО «<данные изъяты>», но не разово, а в период с августа 2021 года по июнь 2022 года.

После поставки ООО «<данные изъяты>» углеводородного сырья из налоговой инспекции поступило письмо с перечнем недобросовестных контрагентов, среди которых было ООО «<данные изъяты>». Полагает, что ФИО1 мог не оплатить поставленное углеводородное сырье из-за вероятности взыскания НДС с ООО «<данные изъяты>».

В штат ООО «<данные изъяты>» входили шесть человек: ФИО1 – генеральный директор, она – бухгалтер, САН – инженер, ГАА, СЕА и КЕ – менеджеры (т.15, л.д.186-190).

После оглашения свидетель БЕЭ подтвердила приведенные показания.

В ходе выемки в МИФНС № по ... изъято регистрационное дело юридического лица ООО «<данные изъяты>», согласно которого с ** учредителем является ФИО1, который с ** также назначен генеральным директором Общества. С ** местом нахождения Общества является: ..., пер.Пионерский, ..., подвал 1. С ** соучредителем Общества стало ООО «Энерготранс» (т.13, л.д.55-93).

В ходе обыска по месту жительства ФИО1 изъята, в том числе, печать ООО «<данные изъяты>», которая осмотрена, признана и приобщена к делу в качестве вещественного доказательства (т.17, л.д.17-25, 31-43).

Свидетель СЕА, работавшая с 2018 по 2022 годы в должности менеджера в ООО «<данные изъяты>», в судебном заседании также подтвердила, что директором Общества являлся ФИО5, а ФИО2 представлял интересы Общества, не входя в штат. Общество осуществляло деятельность по купле-продаже углеводородного сырья, имелся штат сотрудников: бухгалтер, менеджеры. Она фактически занималась работой секретаря.

Свидетель САН, работавший с 2019 по 2022 годы в должности инженера в ООО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии дал в целом аналогичные, как и СЕА, показания о характере деятельности ООО «<данные изъяты>», руководство которым осуществлял ФИО1, штате сотрудников (т.15, л.д.213-217).

Свидетель ЛАА, являвшаяся в период с ** по ** конкурсным управляющим ООО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснила, что ** ООО «<данные изъяты>» обратилось в Арбитражный суд ... с заявлением о признании ООО «<данные изъяты>» несостоятельным (банкротом) в связи с имеющейся задолженностью Общества в размере 1 341 492, 38 рублей.

В период процедуры наблюдения банковские счета ООО «<данные изъяты>» заблокированы не были. Исполнительным органом в период процедуры наблюдения являлся директор ФИО1, который вел всю хозяйственную деятельность Общества, в том числе имел право заключать договоры, распоряжаться денежными средствами на счетах Общества.

** ООО «<данные изъяты>» погасило задолженность перед ООО «<данные изъяты>» (т.15, л.д.224-226).

По сведениям АО «<данные изъяты>», IP адрес 91.185.47.156, с которого **, 12, 21, ** ООО «<данные изъяты>» направялись поручения в филиал ПАО Банк «ФК Открытие» о переводе денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>», в указанный период был предоставлен ООО «<данные изъяты>» по адресу: ..., строение 130 (т.20, л.д.168-169).

Свидетель МРР, являющийся учредителем и директором ООО «Эдельвейс», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что на момент приобретения им Общества офис располагался по адресу: ..., строение 117а. Согласно переданных ему документов аренду офиса оплачивало ООО «БайкалПромСнаб». Бухгалтером Общества являлась женщина, офис которой располагался по адресу: ..., строение 130. С августа 2020 года по 2022 год по предложению бухгалтера им был заключен договор с интернет-провайдером ООО «Деловая Сеть-Иркутск». С ФИО2 и ФИО1 не знаком (т.23, л.д.20-23).

По сведениям ООО «<данные изъяты>», IP адрес 134.19.129.131, с которого 03, ** ООО «<данные изъяты>» направялись поручения в филиал ПАО Банк «ФК Открытие» о переводе денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>», в указанный период был предоставлен ООО «<данные изъяты>» по адресу: ..., строение 33 (т.20, л.д.182-183).

Свидетель КДГ, являющийся учредителем ООО «Классика», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что Общество арендует здания, расположенные по адресу: ... июля, строение 33, 33/1, 33/2 (130 квартал), а помещения в этих зданиях предоставляет в субаренду различным организациям для размещения офисов. Так, с января 2021 года до октября 2022 года одно из помещений, расположенных в здании по адресу: ..., строение 33, было предоставлено в субаренду ООО «<данные изъяты>». В указанном здании имеется оборудование интернет-провайдера «Орион-Телеком». Оплачивает пользование интернетом каждая организация самостоятельно. Такие организации как ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты> помещения не арендовали. С ФИО2 и ФИО1 не знаком (т.23, л.д.24-27).

Свидетель САА, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что его зять ФИО1 совместно с ФИО2 занимаются деятельностью, связанной с приобретением и реализацией нефтепродуктов. Подробности ему не известны, но считает, что руководство данной деятельностью осуществляет ФИО2 (т.17, л.д.26-30).

Свидетель КАВ, являющийся директором ООО «<данные изъяты>», чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что наряду с ним соучредителем Общества является его зять – ФИО2, работающий в должности исполнительного директора, занимающийся поиском контрагентов и заключением договоров. Общество осуществляет деятельность по перевозке грузов, в основном мазута и битума. Общество длительное время сотрудничает с ООО «<данные изъяты>», директором которого является ФИО1, оказывая транспортные услуги. Также Общество сотрудничает с ООО «<данные изъяты>» (ООО «БМК»)

Ему известно о том, что в июле 2021 года ФИО2 планировал заключить с ООО «<данные изъяты>» договор на перевозку углеводородного сырья с К .... Однако, в связи с возникшими проблемами на маршруте (наличием паромной переправы) договор заключен не был (т.18, л.д.16-19).

Свидетель КАС, являющийся индивидуальным предпринимателем, осуществляющим грузоперевозки и ремонт грузовой техники, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что неоднократно, в том числе в 2021 году, им заключались с ООО «<данные изъяты>», директором которого являлся ФИО1, договоры на перевозку мазута. Также к нему обращался ФИО2 по поводу заключения договора на грузоперевозки ООО «БайкалПромСнаб» (т.18, л.д.21-23).

Свидетель ШОА, являющаяся заместителем начальника отдела камеральных проверок межрайонной инспекции ФНС № по ..., суду пояснила, что по результатам камеральной проверки поданной ООО «<данные изъяты>» декларации по НДС за 4 квартал 2020 года было выявлено осуществление операций по поставке мазута взаимозависимой организацией ООО «<данные изъяты>». В связи с чем, ООО «<данные изъяты>» было привлечено к налоговой ответственности, доначислен налог в размере 4 миллионов рублей.

Свидетель САВ, чьи показания судом были оглашены в связи с согласием сторон, при допросе на предварительном следствии пояснил, что в 2014 и 2015 годах ФИО2 брал у него займы на крупные суммы денежных средств, которые в установленные сроки не вернул. В связи с чем, обращался в суд о взыскании с ФИО2 задолженности по займам. До настоящего времени ФИО2 задолженность не погасил. Характеризует последнего как непорядочного человека (т.18, л.д.26-28).

Оценив все собранные доказательства в совокупности с точки зрения относимости, допустимости, достоверности суд находит совокупность доказательств достаточной для разрешения уголовного дела.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, содержащимся в п.п. 2, 5 постановления Пленума от ** № «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», обман, как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

Мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению.

Как установлено в судебном заседании, подсудимый ФИО2, действуя своместно и согласованно с подсудимым ФИО1, являющимся генеральным директором ООО «<данные изъяты>», по заключенному между возглавляемым последним Обществом и ООО «<данные изъяты>» договору № ВС-Р/2021 от **, по условиям которого поставка углеводородного сырья производится только на основании 100 % предоплаты, не желая совместно с ФИО1 исполнять данные условия передачи углеводородного сырья в полной мере, направил посредством мессенджера «Вотсапп» ЮДА, занимающей должность коммерческого директора АО «<данные изъяты>», которая в силу своих должностных обязанностей и наличия агентского договора № НГДУ ВС/НКД от **, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>», осуществляла поиск потенциальных покупателей (юридических лиц) и контроль последующей реализации углеводородного сырья (нефти), сканы поддельных платежных поручений, содержащие ложные сведения о перечислении ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» денежных средств. После чего, сотрудники ООО «<данные изъяты>», будучи обманутыми ФИО2 и ФИО1 относительно их действительных намерений, отгрузили углеводородное сырье, в том числе 845,612 тонн на общую сумму 29 500 961 рублей 83 копейки, которые не были оплачены, передав в распоряжние подсудимых, не намеревавшихся исполнять взятые на себя обязательства по оплате углеводородного сырья в указанной части, похитив его.

Подсудимый ФИО2 заявил, что, во-первых, с разрешения ЮДА ООО «<данные изъяты>» производило частичную оплату поставляемого углеводородного сырья; во-вторых, поддельные платежные поручения не изготавливал, в адрес ЮДА их сканы не направлял; в-третьих, отказ оплачивать ООО «<данные изъяты>» поставленное углеводородное сырье было обусловлено проявленной им и ФИО1 предусмотрительностью в договорных отношениях в связи с поступившей информацией о том, что указанное Общество является фирмой-однодневкой. Аналогичной позиции в данной части в судебном заседании придерживался и подсудимый ФИО1

Вместе с тем, у суда нет оснований не доверять показаниям свидетеля ЮДА, которая опровергла доводы подсудимого ФИО2, подтвердив, что по условиям договора № ВС-Р/2021 от ** между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» основанием для отгрузки углеводородного сырья являлась его 100 % оплата. При этом, именно по направленным ей в июле-августе 2021 года ФИО2 посредством мессенджера «Вотсапп» сканов платежных поручений производилась отгрузка углеводородного сырья для ООО «<данные изъяты>». Представитель потерпевшего МАВ, свидетели МДИ и РЕЮ, являвшиеся, соответственно, заместителем генерального директора и исполнительным директором ООО «<данные изъяты>», подтвердили показания ЮДА в данной части.

Анализ переписки в мессенджере «Вотсапп» между ФИО2 и ЮДА, предоставленной последней в службу безопасности ООО «<данные изъяты>», свидетельствует о том, что возможность поставки углеводородного сырья на основании частичной оплаты между ними не обсуждалась. Наоборот, в качестве основания для отгрузки ФИО2 направлял ЮДА сканы платежных поручений о перечислении ООО «<данные изъяты>» денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>» (т.3, л.д.160-165; т.4, л.д.1-250). При этом, ФИО2, не оспаривая наличие таковой переписки со свидетелем ЮДА, не смог убедительно объяснить, по какой причине направленные им сканы платежных поручений содержат недостоверную информацию о якобы перечисленных денежных средствах. Как следует из той же переписки, подсудимый ФИО2 объяснял ЮДА, что это связано с введением Банком ограничений из-за процедуры наблюдения в отношении ООО «<данные изъяты>». Однако, свидетель ЛАА, являвшаяся в интересующий период конкурсным управляющим ООО «<данные изъяты>», пояснила, что во время процедуры наблюдения банковские счета Общества заблокированы не были. Генеральный директор ФИО1 вел хозяйственную деятельность Общества, в том числе имел право заключать договоры, распоряжаться денежными средствами на счетах Общества (т.15, л.д.224-226).

В соответствии с ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

Признавая допустимым доказательством переписку в мессенджере «Вотсапп» между ФИО2 и ЮДА, содержащую в том числе сканы банковских платежных поручений банка «ФК Открытие», направленных подсудимым, суд не усмаривает нарушений ст. 29 УПК РФ, поскольку таковая переписка была предоставлена по собственному желанию свидетелем ЮДА, которая непосредственно ее вела с ФИО2

Суд не может согласиться с позицией защиты о том, что данная переписка не является допустимым доказательством по причине утраты ЮДА сотового телефона, при помощи которого она осуществлялась. Так, содержание данной переписки объективно соответствует хронологии событий по заключению между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» договоров в 2020 и 2021 годах, поставке в июле-августе 2021 года углеводородного сырья. Суд обращает внимание, что в целом содержание данной переписки ФИО2 не оспорил, а лишь отрицал направление подложных сканов платежных поручений.

Сторона защиты заявила, что свидетель ЮДА оговаривает подсудимого ФИО2, тем самым пытаясь оправдаться перед руководством Общества за поставленное без внесенной предоплаты углеводородное сырье и образовавшуюся задолженность. Однако, суд не разделяет такие выводы. Как установлено в судебном заседании, ЮДА и ФИО2 были длительное время знакомы, в том числе преежде ЮДА работала по договорам с ФИО2, представлявшим интересы других организаций-покупателей углеводородного сырья. В силу сложившихся отношений, учитывая, что ранее не возникало проблем со сведениями о внесении предоплаты за сырье, ЮДА доверяла ФИО2, что последний, безусловно, понимал. По убеждению суда, именно воспользовавшись характером личных доверительных отношений со свидетелем ЮДА, подсудимый ФИО2 направил последней сканы поддельных банковских платежных поручений, рассчитывая, что та не будет проверять фактическое поступление денежных средств на счет ООО «<данные изъяты>». При этом, после установления данного факта свидетель ЮДА способствовала проведению служебного расследования в ООО «<данные изъяты>», предоставив необходимые объяснения, переписку с ФИО2 в мессенджере «Вотсапп» и направленные последним сканы платежных поручений. Таким образом, суд не находит каких-либо убедительных данных, указывающих на то, что свидетель ЮДА оговаривает ФИО2

В целом показания представителей потерпевших, а также свидетелей обвинения, приведенные в приговоре, содержат сведения, подлежащие доказыванию по делу, являются допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, в общем и детально согласуются между собой и взаимодополняют друг друга.

Понятие должной осмотрительности при выборе контрагента, содержащееся в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от ** №, подразумевает использование налогоплательщиком всех доступных возможностей и инструментов для получения и проверки информации о потенциальном контрагенте на предмет его благонадежности. В связи с чем, принцип должной осмотрительности, прежде всего, реализуется еще на стадии заключения договора. В данном же случае действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по предоставлению по заключенному между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» договору № ВС-Р/2021 от ** сканов поддельных платежных поручений, послуживших основанием для отгрузки углеводородного сырья, а затем по отказу в оплате уже поставленного сырья по причине наличия информации об аффилированности ООО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>» и других коммерческих организаций никоим образом не могут быть расценены как проявление должной осмотрительности в договорных отношениях с ООО «<данные изъяты>».

Суд еще раз обращает внимание, что подсудимый ФИО2 в переписке с ЮДА, получив от последней сообщение о непоступлении денежных средств по направленным им сканам платежных поручений, первоначально (**) выражает недоумение, обещая разобраться, затем (**) ссылается на введение Банком ограничений в связи с процедурой наблюдения в отношении ООО «<данные изъяты>», и только ** направляет ЮДА выдержки из неустановленных документов о том, что в отношении ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» имеются действующие решения о приостановлении операций по счетам (т.3, л.д.160-165; т.4, л.д.1-250).

Кроме того, в судебном заседании подсудимый ФИО1 заявил, что не являлся реальным генеральным директором ООО «<данные изъяты>», не осуществлял самостоятельную хозяйственную деятельность, а Общество зарегистрировал только по предложению ФИО2, указания которого в дальнейшем выполнял, в том числе при заключении договоров, подписании иных документов, распоряжении денежными средствами. Подсудимый ФИО2 подтвердил пояснения ФИО1 в указанной части. Сторона защиты обратила внимание на то, что в деле отсутствует приказ о назначении ФИО1 генеральным директором ООО «<данные изъяты>».

Однако, в ходе неоднократных допросов в ходе предварительного следствия оба подсудимые последовательно поясняли, что именно ФИО1 с 2018 года является учредителем и генеральным директором ООО «<данные изъяты>», осуществляющего деятельность по оптовой торговле нефтепродуктами. В свою очередь ФИО2, осуществляющий также деятельность в сфере купли-продажи нефтепродуктов, содействовал ФИО1 в подыскании ООО «<данные изъяты>», у которого приобреталось углеводородное сырье с целью дальнейшей перепродажи.

Работавшие в ООО «<данные изъяты>» БЕЭ, СЕА, САН подтвердили, что Общество осуществляло реальную финансово-хозяйственную деятельность, руководил которой ФИО1, а ФИО2, не входя в штат, представлял интересы Общества. При этом, свидетель БЕЭ, являвшаяся бухгалтером ООО «<данные изъяты>», пояснила, что оплата по счетам ею производилась онлайн через личный кабинет Общества в присутствии директора ФИО1, у которого имелся логин и пароль. Также, ФИО1 предоставлял ей банковские выписки по счету Общества за конкретную дату, где было отражено движение денежных средств в адрес ООО «<данные изъяты>», которую загружала в программу «1С Бухгалтерия» (т.15, л.д.186-190).

Показания работников ООО «<данные изъяты>» о ведении реальной финансового-хозяйственной деятельности подтверждаются и сведениями из ПАО Банк «ФК Открытие» о движении денежных средств по счету Общества. Также право распоряжения счетом ООО «<данные изъяты>» в указанном выше Банке принадлежит генеральному директору Общества ФИО1 (т.13, л.д.227-247; т.14, л.д.1-139, 161-250).

Как следует из материалов регистрационного дела юридического лица ООО «<данные изъяты>», с ** учредителем Общества является ФИО1, который с ** также назначен генеральным директором Общества (т.13, л.д.55-93). Именно при обыске по месту жительства ФИО1 изъята печать ООО «<данные изъяты>» (т.17, л.д.17-25, 31-43).

В связи с чем, выдвинутая подсудимыми версия о том, что ФИО1 не являлся реальным генеральным директором ООО «<данные изъяты>», опровергается совокупностью исследованных доказательств, а потому является недостоверной.

Представление ФИО2 интересов ООО «<данные изъяты>», участие в заключении договора от имени данного Общества с ООО «<данные изъяты>» и его сопровождении, с учетом характера дружеских взаимоотношений между ним и ФИО1, никоим образом не влияет на то, что именно последний являлся директором ООО «<данные изъяты>» и осуществлял фактическое руководство финансово-хозяйственной деятельностью Общества.

Исследованные судом доказательства убедительно свидетельствуют о том, что ФИО2 действовал совместно и согласованно с ФИО1, представляя ЮДА сканы подложных платежных поручений, на основании которых ООО «<данные изъяты>» производилась отгрузка углеводородного сырья для ООО «<данные изъяты>», Так, подсудимый ФИО1 достоверно знал, что на счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» были перечислены денежные средства на общую сумму 8 950 057 рублей 17 копеек, а производилась отгрузка углеводородного сырья (нефти) на гораздо большую сумму – 38 451 019,00 рублей, поскольку непосредственно контролировал перевод денежных средств со счета Общества, направлял с личной электронной почты ...» на электронную почту ...» (ПСП АО «<данные изъяты>») фото документов на транспорт и водителей транспортных компаний, вывозивших углеводородное сырье, оформлял доверенности на таких водителей (т.5, л.д.125-178; т.6, л.д.249-252; т.7, л.д.1-159; т.16, л.д.178-184).

Заключения проведенных по делу экспертиз (компьютерной, бухгалтерских, почерковедческой) соответствуют требованиям, предъявляемым к этому доказательству уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. 204) и Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В частности, экспертизы проведены лицами, обладающими специальными познаниями и имеющими достаточный стаж работы по специальности; из содержания видно, что экспертизы соответствуют требованиям объективности, всесторонности и полноты исследований; в заключении указаны, в т.ч. объекты исследования и примененные методики, оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Давая оценку заключениям основной и дополнительной судебных бухгалтерских экспертиз, суд учитывает, что согласно выводов данных экспертиз размер причиненного ООО «<данные изъяты>» в результате преступления ущерба составил 29 500 961 рубль 83 копейки. При этом, при проведении основной экспертизы, производя подсчет количества углеводородного сырья (в тоннах), оплаченного ООО «<данные изъяты>» ** на сумму 1 100 000 рублей, эксперт руководствовалась положениями договора поставки углеводородного сырья № НГДУ-РСМТ от ** (приложение № от **; сч.10 от **), согласно которого стоимость за 1 тонну углеводородного сырья составляла 18 333 рубля 33 копейки. Вместе с тем, согласно пояснений представителя потерпевшего МАВ, оплаченные ООО «<данные изъяты>» ** 1 100 000 рублей были включены в оплату за поставку углеводородного сырья по новому договору № ВС-Р/2021 от ** по приложению №, согласно которого стоимость за 1 тонну углеводородного сырья составляла 29 000 рублей (т.6, л.д.32-34). Показания МАВ в этой части подтверждаются направленным после внесения оплаты генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 в адрес ООО «<данные изъяты>» письмом № от ** с просьбой рассмотреть вопрос о возможности поставки в июле-августе 2021 года нефти с ПНН ПСП (производитель <данные изъяты>) до 1 500 тонн ежемесячно по цене 36 000 рублей (с учетом НДС) за тонну, а также неподготовленной нефти с ПНН ФИО3 в объеме до 500 тонн ежемесячно по цене 29 000 рублей (с учетом НДС) за тонну на условиях 100 % предоплаты и самовывоза (т.3, л.д.193). В связи с чем, суд находит достоверными выводы дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы о том, что 29 500 961 рубль 83 копейки соответствуют стоимости 845,612 тонн углеводородного сырья (т.16, л.д.195-200).

Суд не согласен с утверждениями стороны защиты о том, что надлежащее Общество, потерпевшее от действий подсудимых ФИО1 и ФИО2, в судебном заседании не установлено. Так, на основании договора № ВС-Р/2021 от ** ООО «<данные изъяты>» приобретало углеводородное сырье у ООО «<данные изъяты>», которое, в свою очередь его приобретало у ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на основании договоров № К-НГДУ от ** и № К-ВС-11.2020 от ** (т.3, л.д.160-251). Представленное стороной защиты решение Арбитражного суда ... от **, которым АО «<данные изъяты>» было отказано в удовлетворении заявления к межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № о признании недействительным решения от ** № «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», содержащее, в том числе, сведения о том, что деятельность АО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» контролируется АО «<данные изъяты>», никоим образом не ставит под сомнение принадлежность похищенного подсудимыми углеводородного сырья ООО «<данные изъяты>».

Кроме того, в настоящее время в соответствии с решением Замоскворецкого районного суда ... от ** и апелляционного решения Московского городского суда от ** 100 % долей уставного капитала ООО «<данные изъяты>» передано в собственность Российской Федерации, в лице Росимущества.

Согласно примечанию 2 к ст. 159 УК РФ, на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации, распространяется действие частей пятой - седьмой настоящей статьи.

Согласно примечания 1 к вышеуказанной статье (в редакции Федерального закона от ** № 79-ФЗ), в частях пятой - седьмой настоящей статьи значительным ущербом признается ущерб в сумме, составляющей не менее двухсот пятидесяти тысяч рублей, крупным размером признается стоимость имущества, превышающая четыре миллиона пятьсот тысяч рублей, особо крупным размером признается стоимость имущества, превышающая восемнадцать миллионов рублей.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ** № «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», состав мошенничества, предусмотренного частями 5 - 7 статьи 159 УК РФ, имеет место в случае, если:

в действиях лица имеются признаки хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием;

указанные действия сопряжены с умышленным неисполнением принятых на себя виновным лицом обязательств по договору в сфере предпринимательской деятельности, сторонами которого являются только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации;

виновное лицо является индивидуальным предпринимателем или членом органа управления коммерческой организации.

Указанное преступление совершается с прямым умыслом, направленным на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возникшим у лица до получения такого имущества или права на него. При этом не имеет значения, каким образом виновный планировал распорядиться или распорядился похищенным имуществом (например, использовал в личных целях или для предпринимательской деятельности).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ** № «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и экономической деятельности», по смыслу части 5 статьи 159 УК РФ, под преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности следует понимать умышленное полное или частичное неисполнение лицом, являющимся стороной договора, принятого на себя обязательства в целях хищения чужого имущества или приобретения права на такое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации. О наличии у лица прямого умысла на совершение мошенничества с очевидностью должны свидетельствовать имеющиеся по делу доказательства.

Судом установлено, что ФИО1 обладает признаками специального субъекта преступления, поскольку является учредителем и генеральным директором ООО «<данные изъяты>», занимающегося реальной хозяйственной деятельностью, именно его полномочия как генерального директора Общества позволили ему совершить данное преступление, заключив с ООО «<данные изъяты>» договоры № НГДУ-РСМТ от ** и № ВС-Р/2021 от ** и распорядиться похищенным. Из установленных судом обстоятельств совершения преступления усматривается, что действия ФИО1 сопряжены с умышленным неисполнением принятых на себя обязательств по указанному договору (в части условий передачи углеводородного сырья на основании 100 % предоплаты) в сфере предпринимательской деятельности, т.е. содеянное им полностью соответствует диспозиции ч. 7 ст. 159 УК РФ.

Суд учитывает, что потерпевшим по делу является ООО «<данные изъяты>», относящееся к коммерческим организациям, которое на момент заключения с ООО «<данные изъяты>» договора № ВС-Р/2021 от **, хищения подсудимыми в июле-августе 2021 года углеводородного сырья не находилось в собственности Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ** № «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и экономической деятельности», если исполнителем преступления является лицо, отвечающее признакам специального субъекта (предусмотренным, например, в частях 5 - 7 статьи 159, статьях 159.1, 160, 176, 178, 195 - 199.4, 201 УК РФ), то указанные деяния могут признаваться совершенными группой лиц по предварительному сговору только в случае, когда в совершении деяния участвовали два и более таких субъекта. Иные работники организации не могут признаваться соисполнителями указанных преступлений.

Согласно ч. 5 ст. 33 УК РФ, лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также заранее обещавшее скрыть преступника, средства и орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно обещавшее приобрести или сбыть такие предметы, является пособником преступления.

Из фактических обстоятельств совершенного хищения следует, что подсудимый ФИО2 осознавал, что содействует ФИО1, являющемуся генеральным директором ООО «<данные изъяты>», в заключении с ООО «<данные изъяты>» договора № ВС-Р/2021 от **, направлении сканов поддельных платежных поручений свидетелю ЮДА, из корыстной заинтересованности принимая участие при осуществлении мошеннических действий, чем способствовал совершению мошенничества.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия:

– ФИО1 по ч. 7 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, т.е. хищение чужого имущества путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере;

– ФИО2 по ч. 5 ст. 33 - ч. 7 ст. 159 УК РФ, как пособничество в мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества путем обмана, сопряженном с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере.

Сомнений во вменяемости подсудимых у суда не возникло, учитывая, что они не состоят на учете у психиатра, а их поведение в судебном заседании является адекватным. В связи с чем, ФИО1 и ФИО2 подлежат уголовной ответственности.

При назначении наказания ФИО1 и ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, относящегося к категории тяжких, объектом которого является чужая собственность; личность подсудимых: ФИО1 и ФИО2 не судимы (на момент совершения преступления), имеют малолетних детей, по месту жительства и работы характеризуются положительно.

Помимо этого суд учитывает характер и степень фактического участия каждого из подсудимых в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает молодой возраст подсудимых ФИО1 и ФИО2, наличие у них малолетних детей, а также: у ФИО1 – неудовлетворительное состояние здоровья его и его матери; у ФИО2 – подача им заявления в пункт отбора на военную службу для поступления на военную службу по контракту.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд не установил.

При решении вопроса о назначении вида наказания суд учитывает, что санкция ч. 7 ст. 159 УК РФ предусматривает наказание исключительно в виде лишения свободы на срок до десяти лет.

Принимая во внимание в совокупности вышеуказанные обстоятельства дела, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности ФИО1 и ФИО2, влияние назначаемого наказания на исправление и на условия жизни их семей суд приходит к убеждению, что за совершенное ими преступление только наказание в виде лишения свободы с реальным его отбыванием будет способствовать достижению целей наказания – восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденных и предупреждению совершения новых преступлений (ч. 2 ст. 43 УК). В связи с чем, оснований для назначения наказания условно, с применением ст. 73 УК РФ, судом не установлено.

Поскольку ФИО1 и ФИО2 не являются единственными родителями, то отсутствуют основания и для отсрочки наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ.

Также суд не усматривает оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами, поскольку санкция ч. 7 ст. 159 УК РФ не предусматривает какой-либо альтернативы, нежели лишение свободы.

Суд не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 и ФИО2 во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений для назначения наказания в соответствии со ст. 64 УК РФ.

Учитывая степень опасности содеянного, наличие корыстного умысла у виновных, размер имущественного ущерба, суд считает соразмерным содеянному и отвечающим целям наказания, указанным в ст. 43 УК РФ, назначить ФИО1 и ФИО2 дополнительное наказание в виде штрафа. Размер штрафа суд определяет с применением правила ч. 3 ст. 46 УК РФ, принимая во внимание имущественное положение подсудимых и их семей, наличие иждивенцев, возможность получения ими заработной платы или иного дохода.

Разрешая вопрос о наличии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд принимает во внимание, что ФИО1 и ФИО2 совершено умышленное корыстное тяжкое преступление, путем обмана, в результате чего ООО «<данные изъяты>» был причинен материальный ущерб в особо крупном размере, имеют место смягчающие наказание обстоятельства, отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства. При этом, суд приходит к выводу, что фактические обстоятельства совершенного подсудимыми преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, а потому оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Поскольку настоящее преступление ФИО2 совершено до вынесения приговора Ангарского городского суда ... от **, то окончательно ему должно быть назначено наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывать наказание ФИО1 и ФИО2 должны в исправительной колонии общего режима.

В целях исполнения приговора, до вступления настоящего приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 необходимо изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. В отношении ФИО2 в связи с подачей им заявления в пункт отбора на военную службу для поступления на военную службу по контракту суд полагает необходимым до вступления приговора в законную силу меру пресечения оставить без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Согласно ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания ФИО1 под стражей подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета: один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В окончательное наказание ФИО2 подлежит зачету наказание, отбытое по приговору Ангарского городского суда ... от **.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ, при частичном или полном сложении наказаний по совокупности преступлений и совокупности приговоров одному дню лишения свободы соответствуют восемь часов обязательных работ.

Заявленный по делу гражданский иск ООО «<данные изъяты>» о взыскании с подсудимых ФИО1 и ФИО2 29 500 961 рубля 83 копеек, в соответствии со ст. 1064 ГК РФ, подлежит удовлетворению в объеме, поскольку виновными противоправными действиями гражданских ответчиков – ФИО1 и ФИО2 причинен на указанную сумму ущерб, который подлежит возмещению.

Наложенный арест на имущество подсудимого ТАО, а именно на: жилое здание по адресу: ...; земельный участок по адресу: ...; гаражный бокс по адресу: ..., квартал 205, смежно с ГСК «Маяк», бокс 32, суд считает необходимым сохранить до исполнения приговора в части удовлетворенных исковых требований о взыскания солидарно с ФИО1 и ФИО2 29 500 961 рубля 83 копеек.

Судьба вещественных доказательств должна быть разрешена в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 7 ст. 159 УК РФ, назначив ему наказание в виде 4 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда. Зачесть в срок наказания время содержания под стражей с ** до дня вступления приговора в законную силу из расчета: один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 - ч. 7 ст. 159 УК РФ, назначив ему наказание в виде 4 лет лишения свободы, со штрафом в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 69, ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору Ангарского городского суда ... от **, окончательно назначить ФИО2 наказание в виде 4 лет 15 дней лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Зачесть ФИО2 в срок окончательного наказания отбытое по приговору Ангарского городского суда ... от ** наказание, а именно 10 дней лишения свободы.

Срок наказания ФИО2 исчислять со дня помещения в следственный изолятор (исправительное учреждение) по вступлению приговора в законную силу.

Штраф, назначенный ФИО1 и ФИО2, оплатить по следующим банковским реквизитам: И 3808171041, КПП 380801001, получатель: УФК по ... (ГУ МВД России по ..., л/счет <***>), банк получателя: отделение Иркутск Банка России/УФК по ..., счет банка получателя средств 03№, счет банка получателя (Единый казначейский счет) 40№, БИК 012520101, ОКТМО 25701000001, КБК 18№, код (УИН) 0. Назначение платежа: штраф, назначенный по приговору суда в отношении ФИО1 и ФИО2 по уголовному делу №.

Гражданский иск ООО «<данные изъяты>» удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО1 и ФИО2 в пользу ООО «<данные изъяты>» 29 500 961 (двадцать девять миллионов пятьсот тысяч девятьсот шестьдесят один) рубль 83 копейки.

Наложенный арест на имущество ТАО, а именно на: жилое здание по адресу: ...; земельный участок по адресу: ...; гаражный бокс по адресу: ..., квартал 205, смежно с ГСК «Маяк», бокс 32, до исполнения приговора в части удовлетворенных исковых требований сохранить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

– документы, изъятые у представителя потерпевшего МАВ, в том числе устав ООО «<данные изъяты>», решения учредителя, выписка из ЕГРЮЛ, лист записи ЕГРЮЛ, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе по месту ее нахождения ООО «<данные изъяты>», договоры с приложениями, приказы, счета на оплату, письма, претензия, акт сверки взаимных расчетов, акты приема-передачи углеводородного сырья с накладными на отпуск материалов на сторону и товарно-транспортными накладными, универсальные передаточные актыза, протоколы испытаний, паспорта качества нефти, копии банковских платежных поручений, возвращенные в ООО «<данные изъяты>», оставить в распоряжении Общества, а их копии, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– личное дело коммерческого директора коммерческой службы АО «<данные изъяты>» ЮДА, возвращенное в АО «<данные изъяты>», оставить в распоряжении Общества, а его копии, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– диски c перепиской ЮДА и ФИО2, ФИО1 с ПСП АО «<данные изъяты>», приложением к заключению эксперта №, со сведениями о соединениях абонентских номеров ФИО1, ФИО2, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– съемный носитель марки «Дексп» с перепиской ЮДА и ФИО2, хранящийся у свидетеля ЮДА, сотовый телефон марки «Самсунг А71», содержащий аналогичную переписку, хранящийся у свидетеля РЕЮ, оставить в распоряжении указанных лиц;

– копии документов, изъятых у представителей транспортных компаний ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– документы, изъятые у ООО «<данные изъяты>», ООО «БМК», возвращенные в указанные Общества, оставить в их распоряжении, а копии документов, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– копии документов, изъятых у ООО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>», хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– сведения из МИФНС России по ... с приложением в виде СД-диска, копиями документов, в том числе из регистрационного дела ООО «<данные изъяты>», хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– сведения из ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО Банк «Санкт-Петербург», в том числе содержащиеся на СД-дисках, по счетам ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», об IP адресах, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– печать ООО «<данные изъяты>», хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Ангарскому городскому округу, уничтожить;

– результаты оперативно-розыскных мероприятий, в том числе на СД-R диске, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить вместе с делом;

– копии из материалов уголовного дела № Ангарского городского суда ..., хранящиеся при материалах настоящего дела, хранить вместе с делом;

– сведения ПТК «Розыск-Магистраль» на ФИО2, ФИО1, хранящиеся при материалах настоящего дела, хранить вместе с делом.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.М. Лозовский

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>