Решение № 2-1073/2025 2-7632/2024 от 2 июля 2025 г. по делу № 2-5299/2024~М-4132/2024

Дело № 2-1073/2025

УИД: 41RS0001-01-2024-007450-79


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июня 2025 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Калининой О.В.,

при секретаре Строгановой Г.С.,

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1,

представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору инвестирования, договору займа, пени, процентов, по встречному иску ФИО4 к ФИО3 о признании сделки договора инвестирования недействительным, незаключенным и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 предъявил в суде иск к ФИО4 о взыскании задолженности по договору инвестирования в размере 750 000 рублей, пени за просрочку возврата долга по договору инвестирования за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 456 750 рублей, задолженности по договору займа (расписке) в размере 337 759 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 56 957 рублей 86 копеек, а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 16 207 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что на основании договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ он передал ФИО4 денежные средства в размере 750 000 рублей на срок до ДД.ММ.ГГГГ. Пунктом 3.4 договора предусмотрено, что в случае нарушения срока возврата полученной суммы ответчик обязан оплатить пени в размере 0,1 % от не возвращенной в срок суммы за каждый день просрочки. Кроме того, на основании расписки от ДД.ММ.ГГГГ ответчик взял у истца в долг денежную сумму в размере 337 759 рублей на срок до ДД.ММ.ГГГГ. Однако, ответчик в установленный договорами срок денежные средства не возвратил. В связи с чем, истец был вынужден обратиться в суд с указанным иском.

Ответчик ФИО4 в свою очередь предъявил встречное исковое заявление к ФИО3 о признании сделки договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, незаключенным и применении последствий недействительности сделки, а также признании отсутствия долговых обязательств истца перед ответчиком в размере 1 206 750 рублей.

В обоснование заявленных встречных исковых требований ФИО4 указал, что договор инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ не заключался, им не подписывался. Между истцом и ответчиком действительно были предварительные устные договоренности в ноябре 2021 года по инвестированию, однако договориться они не смогли, поэтому он (ФИО4) отказался от подписания данного договора. Кроме того, у него с ФИО3 имелись длительные разногласия в ходе взаимоотношений по развитию совместной деловой деятельности. Расписка на 750 000 рублей к договору инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ не относится. Кроме того, указал на отсутствие долга по расписке от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 337 759 рублей.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО3 участия в судебном заседании не принимал, о времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании исковые требования ФИО3 поддержал в полном объеме, просил суд их удовлетворить по изложенным в иске основаниям. С встречными исковыми требованиями ФИО4 не согласился, просил в их удовлетворении отказать. Дополнительно указал, что договор инвестирования соответствует требованиям Гражданского кодекса Российской Федерации. Расписки ФИО4 написаны собственноручно. Проставление печати от ФИО4 не обязательно. Представленный ФИО4 договор купли-продажи автомобиля <данные изъяты> стоимостью 1 250 000 рублей не доказывает исполнение ответчиком своих обязательств по договору инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ и договору займа от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, привел доводы, изложенные в письменном возражении на встречные исковые требования, согласно которому доказательств того, что договор инвестирования является незаключенным, либо недействительным в силу ничтожности не имеется. Также во встречном иске заявлено два взаимоисключающих требования – признать договор незаключенным и признать тот же договор недействительным. Договор, являющийся незаключенным не может быть признан недействительным, поскольку он не только не порождает последствий, на которые был направлен, но и является отсутствующим фактически ввиду недостижения сторонами какого-либо соглашения, а следовательно, не может порождать такие последствия и в будущем. Кроме того, в порядке пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил применить трехлетний срок исковой давности по встречным требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки. Исполнение оспариваемой сделки началось ДД.ММ.ГГГГ после подписания договора инвестирования и оформления расписки на сумму 750 000 рублей ФИО4 Следовательно трехлетний срок исковой давности истек ДД.ММ.ГГГГ, встречный иск подан в суд ДД.ММ.ГГГГ после истечения срока, что служит самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО4 участия в судебном заседании не принимал, о времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом. Согласно письменному отзыву-возражению на исковое заявление ФИО3 о взыскании задолженности по договору инвестирования, договору займа, пени, процентов, а также его дополнению, просил в удовлетворении требований ФИО3 отказать и прекратить производство по делу, указывая, что в 2023 году истец ФИО3 на почве неприязненных отношений к нему, возникших из-за длительных разногласий в ходе совместной деятельности по развитию партнерских деловых взаимоотношений между сторонами и дружеских отношений, а также претензиях со стороны истца в связи с совместной финансовой деятельностью, продолжает его оговаривать, в том числе в различных государственных учреждениях, что подтверждается заявлениями в правоохранительные органы и множеством исковых заявлений ФИО3 в Петропавловск-Камчатский городской суд к ответчику о мнимых, выдуманных сделках под различными надуманными предлогами и вымышленными требованиями о финансовых обязательствах ответчика. Также ответчик ФИО4 ссылаясь на нормы статей 35, 55, 56, 67, 71, 134, 220 Гражданского процессуального законодательства Российской Федерации и нормы статей 160, 161, 162, 168, 330, 408, 421, 422, 432, 434, 438, 807, 808, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, определение Верховного суда РФ от 16 июля 2019 года № 18-КГ19-53, Федеральный закон от 25 февраля 1999 года № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации» указал, что договор инвестирования между истцом и ответчиком не заключался, договор предоставленный истцом в суд являлся проектом договора, т.е. истец ДД.ММ.ГГГГ предоставил данный договор ответчику для изучения, как проект договора в 2 экземплярах. Кроме того, в проекте договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ не определен порядок передачи денег, рукописный текст расписки датирован ДД.ММ.ГГГГ, что не совпадает с проектом договора. Также, на договоре инвестирования и расписке отсутствует оттиск печати ИП ФИО4 и они подписаны физическим лицом, а не индивидуальным предпринимателем. Между истцом и ответчиком были предварительные устные договорённости в ноябре 2021 года по инвестированию, однако договориться между собой они не смогли, поэтому ответчик (ФИО4) отказался от подписания данного договора. Денежную сумму в размере 750 000 рублей ответчик не получал от истца. Полагает, договор инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ ненадлежащим доказательством. Приобщенный к исковому заявлению истцом рукописный текст - «расписка» на 750 000 рублей, по мнению ответчика, не относиться к данному договору инвестирования. Кроме того, форма расписки не соблюдена. По поводу расписки от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 337 759 рублей ответчик указал, что с указанным требованием он не согласен, поскольку денежные средства от ФИО3 не получал. Действительно в марте 2022 года он обращался к истцу ФИО3 с предложением занять у него денежные средства для закупки запчастей на транспортные средства, ответчик (ФИО4) в связи с этим написал рукописный текст (черновик) расписки, где указал «взял в долг», однако сумма долга несколько раз исправлялась, поскольку истец тянул время и не передавал ответчику денежные средства ввиду их отсутствия. Но поскольку необходимость в денежных средствах отпала, ответчик отказался от займа. Полагает, что расписка от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 337 759 рублей также является ненадлежащим доказательством. В дополнении к отзыву-возражению указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 передал ему часть денежных средств (предоплату) по предварительным взаимным договоренностям в размере 600 000 рублей, путем перевода на его банковский счет в счет уплаты по приобретению у него транспортного средства №, общей стоимостью 1 100 000 рублей, затем в рамках данных договоренностей ДД.ММ.ГГГГ перевел ему денежную сумму в размере 300 000 рублей, а ДД.ММ.ГГГГ передал наличные денежные средства в сумме 150 000 рублей. Договор купли-продажи транспортного средства на тот момент не заключался, поскольку они дружили, доверяли друг другу. Автомобиль, ключи и документы от автомобиля ответчик (ФИО4) передал истцу ФИО3, который им пользовался и был в его полном распоряжении. При этом, остаток денежных средств в размере 50 000 рублей ФИО3 ему так и не передал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 попросил написать две расписки о получении денежных средств на сумму 750 000 рублей и 300 000 рублей и подписать договор купли-продажи транспортного средства. На что он (ФИО4) согласился и написал расписки и подписал договор купли-продажи. При этом, в договоре купли-продажи отсутствовала дата, поскольку ФИО3 полностью не рассчитался за автомобиль, а также была указана стоимость транспортного средства в размере 150 000 рублей. Фактически договор купли-продажи был подписан сторонами ДД.ММ.ГГГГ, а сумму в размере 50 000 рублей ФИО4 по дружески уступил истцу ФИО3 После этого ФИО3 переоформил автомобиль в МРЭО ГИБДД по Камчатскому краю на себя.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО2 встречные исковые требования ФИО4 поддержал в полном объеме, просил суд их удовлетворить по изложенным во встречном иске основаниям. С исковыми требованиями ФИО3 не согласился, просил в их удовлетворении отказать. Кроме того, просил восстановить срок исковой давности по встречным требованиям, указывая, что ФИО4 узнал о нарушении своих прав только в 2024 году в момент обращения к нему. На тот момент договор инвестирования не был заключен, рассматриваемый договор считался проектом договора, как и расписки являлись черновиками.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав представителя истца (ответчика по встречному иску) и представителя ответчика (истца по встречному иску), исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) в число основных начал гражданского законодательства входит приобретение и осуществление гражданских прав субъектами гражданских правоотношений своей волей и в своем интересе.

В силу пункта 1 статьи 2 ГК РФ гражданские правоотношения основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно пункту 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу пункта 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Как следует из статьи 161 ГК РФ, должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: 1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; 2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Положениями статьи 162 ГК РФ установлено, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 1 статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 4 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» субъектами инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений, являются инвесторы, заказчики, подрядчики, пользователи объектов капитальных вложений и другие лица.

Инвесторы осуществляют капитальные вложения на территории Российской Федерации с использованием собственных и (или) привлеченных средств в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Инвесторами могут быть физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности, и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности.

Кроме того, согласно статье 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В силу статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно статье 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле (часть 1 статьи 57 ГПК РФ).

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства, в том числе заключение экспертизы, не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно части 2 статьи 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (инвестор) и ИП ФИО4 (предприниматель) был заключен договор инвестирования в бизнес, согласно которому инвестор передал предпринимателю денежные средства в размере 750 000 рублей, а предприниматель обязался уплатить инвестору денежные средства в порядке и на условиях, определенных договором.

Пунктом 1.2. договора предусмотрено, что инвестиционные средства передаются предпринимателю для осуществления следующих целей: открытие филиала лаборатории по внесению конструктивных изменений.

Согласно п. 2.3. договора предусмотрено, что предприниматель обязуется, в том числе, вернуть инвестиционные средства в полном объеме в срок до ДД.ММ.ГГГГ, ежеквартально уплачивать инвестору 50 % от суммы прибыли, полученной предпринимателем за счет использования инвестиционных средств в целях, указанных в п. 1.2. договора, в срок до 15 числа месяца, следующего за оплачиваемым кварталом путем передачи наличных денег.

На основании п. 3.4 договора, в случае нарушения предпринимателем сроков возврата инвестиционных средств, указанных в абз. 6 п. 2.3 договора, предприниматель обязан выплатить пени в размере 0,1 % от не возвращенной в срок суммы инвестиционных средств за каждый день просрочки.

Факт передачи денежной суммы в размере 750 000 рублей подтверждается, представленным в материалы дела оригиналом расписки ответчика ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащейся на обратной стороне оригинала договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 160-162).

Кроме того, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 согласно представленной в материалы дела расписке от ДД.ММ.ГГГГ взял в долг у ФИО3 денежные средства в размере 337 759 рублей на срок 1 год (том № л.д. 55).

Истец ФИО3 указывает, поскольку в уставленный договором инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ срок до ДД.ММ.ГГГГ сумма инвестиционных средств, а по договору займа (расписка) от ДД.ММ.ГГГГ в срок до ДД.ММ.ГГГГ сумма займа ответчиком ФИО4 возвращены истцу не были, то ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 направил ответчику ФИО4 претензию (том № л.д. 19-22) с требованием о возврате инвестиционных средств, суммы займа, пени и процентов в общей сумме 1 639 612 рублей 55 копеек (из расчета: 1 181 250 рублей (задолженность по договору инвестирования, состоящей из: 750 000 рублей – долг и 431 250 рублей - пени) + 458 362 рубля 55 копеек (задолженность по договору займа, состоящей из: 337 759 рублей – займ и 120 603 рубля 55 копеек – проценты)).

ДД.ММ.ГГГГ в ответе на претензию ФИО4 сообщил, что все условия долга и займа на сумму 750 000 рублей и на сумму 337 759 рублей были выполнены им в полном объеме по устной договоренности и фактом передачи в собственность ФИО3 транспортного средства №, стоимостью 1 250 000 рублей.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ФИО3 указывает, что в установленные договорами сроки денежные средства ответчик ФИО4 не возвратил.

Возражая относительно исковых требований стороной ответчика предъявлено встречное исковое заявление о признании сделки договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ не заключенным, не действительным и применении последствий недействительности сделки, а также признании отсутствующими долговые обязательства в сумме 1 206 750 рублей, настаивая в числе прочего, на том, что договор инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ он не подписывал и не заключал.

Для установления принадлежности подписи, выполненной в договоре инвестирования в бизнес от ДД.ММ.ГГГГ на предмет принадлежности таковой ФИО4, по ходатайству последнего определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному <данные изъяты> подпись от имени ФИО4, расположенная в договоре инвестирования в бизнес, заключенном между ФИО3 и ИП ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, на третьем листе в графе: «Предприниматель» в строке: «/ФИО4/», выполнена самим ФИО4.

По смыслу положений статьи 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 настоящего Кодекса отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако это не означает право суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает заключение судебной экспертизы с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Эксперт, как лицо, обладающее необходимыми специальными познаниями, самостоятельно избирает методы исследования, объем необходимых материалов, в том, числе, определяет их достаточность для формирования полных и категоричных выводов по поставленным судом вопросам.

Оценивая заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> в совокупности с другими доказательствами по делу, суд принимает данное заключение эксперта в качестве доказательства по делу, поскольку заключение выполнено квалифицированным экспертом, профессиональная подготовка и квалификация которого не вызывают сомнений. Содержание статьи 307 Уголовного кодекса РФ эксперту разъяснено, о чем им дана подписка.

Каких-либо сомнений данное доказательство у суда не вызывает. Каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данное заключение судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлено. Заключение указанной судебной экспертизы, как средство доказывания в гражданском процессе, было получено судом в соответствии с нормами материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, с учетом действующих норм права и установленных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу о том, что договор инвестирования в бизнес от ДД.ММ.ГГГГ был заключен и подписан между сторонами ФИО3 (инвестор) и ФИО4 (предприниматель).

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые гл. 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Данная позиция изложена также в определении Верховного суда Российской Федерации от 01 декабря 2020 года № 46-КГ20-21-К6.

Таким образом, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа, а на заемщике факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Как установлено положениями статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В силу статьи 408 ГК РФ, обязательство прекращается надлежащим исполнением. Доказательством надлежащего исполнения в силу указанной статьи может являться нахождение у должника подлинного долгового документа, подпись кредитора о принятии исполнения у должника подлинного долгового документа, подпись кредитора о принятии исполнения на подлинном долговом документе, распиской кредитора в получении исполнения. При отказе кредитора выдать расписку, вернуть долговой документ, либо отметить в расписке невозможность его возвращения должник вправе задержать исполнение.

По смыслу данной нормы закона нахождение долгового документа у займодавца подтверждает неисполнение денежного обязательства со стороны заемщика, если им не будет доказано иное.

Так, истцом ФИО3 в материалы дела представлены оригиналы договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ, и расписок от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, которые подтверждают факт возникновения между сторонами заемных правоотношений и наличия долгового обязательства ФИО4 перед ФИО3

Ссылка стороны ответчика ФИО4 на ненадлежащее оформление договора и расписок, отсутствие печати в договоре не свидетельствует об отсутствии денежных обязательств ФИО4 перед ФИО3 и незаключенности данных договоров. Договор инвестирования подписан ФИО4 лично, расписки написаны собственноручно им же.

Гражданским процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих факт наличия тех или иных обстоятельств. Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и достаточными. В частности, доказательство признается достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Доводы ФИО4 о том, что расписка от ДД.ММ.ГГГГ в договоре инвестирования на сумму 750 000 рублей не относится к договору инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ, суд считает необоснованными, поскольку как усматривается из договора инвестирования и расписки, содержащейся на обратной стороне данного договора инвестирования на сумму 750 000 рублей, они составлены в один период времени, согласно указанным документам ФИО4 взял на себя обязательство по возврату ФИО3 суммы в размере 750 000 рублей. Оснований полагать, что указанные документы составлены в рамках разных правоотношений не имеется, документов, подтверждающих данный факт, не предоставлено. Из указанной расписки о получении денежных средств не усматривается, что ФИО4 получил их в рамках иных правоотношений. Кроме того, подпись ФИО4, проставленная на листе 3 договора признана экспертным заключением принадлежащей ФИО4, написание расписки о получении денежных средств в размере 750000 рублей ФИО4 не оспаривалось. Суд полагает обязательство ФИО4 перед ФИО3 по указанным документам единым.

Нельзя признать состоятельными и доводы ФИО4 о том, что расписка от ДД.ММ.ГГГГ является ненадлежащим доказательством.

Как усматривается из содержания расписки от ДД.ММ.ГГГГ, факт написания которой ФИО4 оспорен не был, она содержит однозначное указание на то, что последний принимает на себя обязательство перед ФИО3 по возвращению денежных средств, что с бесспорностью подтверждает факт заключения между сторонами договора займа.

Суд также отмечает, что из текста расписки следует не только факт возложения обязанности по возврату, но и получения денежных средств – «взял в долг». Указанная формулировка не допускает двойного толкования и в совокупности с обязательством возврата свидетельствует о заключенности договора займа.

Также судом установлено, что в рамках возникших между сторонами правоотношений, предметом являлись именно денежные средства, а не транспортные средства. ФИО3, как сторона сделки, не принял на себя никаких обязательств, тогда как ФИО4 обязался вернуть денежные средства. При этом, как следует из договора инвестирования в бизнес и расписки, обязательства по возврату денежных средств должны осуществляться ответчиком ФИО4 путем возврата именно денежных средств.

Согласно статье 409 ГК РФ, по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного – уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» указано, что по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного – уплатой денежных средств или передачей иного имущества (пункт 1 статьи 407, статьи 421 ГК РФ).

Доказательств согласования изменения сторонами исполнения обязательства, либо заключения соглашения об отступном материалы дела не содержат.

В связи с чем, доводы ФИО4 о том, что условия по возврату долга и займа на сумму 750 000 рублей и 337 759 рублей были выполнены им в полном объеме по устной договоренности и фактом передачи в собственность транспортного средства «Тойота Ленд Крузер», 2003 года выпуска, номер шасси UZJ100-0042240, стоимостью 1 250 000 рублей, суд полагает недоказанными и необоснованными.

Кроме того, из представленного договора купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО4 продал ФИО3 транспортное средство «№ за 150 000 рублей, в договоре имеется подпись продавца ФИО4 о том, что он денежные средства получил, транспортное средство передал, имеется подпись покупателя ФИО3 о том, что денежные средства он передал, транспортное средство получил. Из указанного договора не усматривается, что транспортное средство передано ФИО4 в счет исполнения своих обязательств по договору инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ и займу от ДД.ММ.ГГГГ перед ФИО3

Таким образом, суд полагает, что истцом ФИО3 предоставлены доказательства заключения договора инвестирования с обязательством возврата денежных средств в размере 750 000 рублей, а также получения денежных средств по расписке на сумму 337 759 рублей, при этом ответчиком ФИО4 каких-либо доказательств, подтверждающих исполнение обязательств по возврату денежных средств, представлено не было.

Поскольку доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что обязательства по возврату денежных сумм, переданных по договору инвестирования в бизнес от ДД.ММ.ГГГГ и по договору займа (расписке) от ДД.ММ.ГГГГ ответчиком исполнены, суду не представлено, не добыто таких доказательств и в ходе судебного разбирательства, руководствуясь статьями 309, 310 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что требования истца ФИО3 о взыскании с ответчика ФИО4 задолженности по договору инвестирования в бизнес от ДД.ММ.ГГГГ в размере 750 000 рублей и по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 337 759 рублей являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При этом, встречные исковые требования ФИО4 к ФИО3 о признании сделки договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, незаключенным, применении последствий недействительности сделки, признании отсутствия долговых денежных обязательств в размере 1 206 750 рублей, суд полагает необоснованными и не подлежащими удовлетворению, ввиду вышеизложенного, недоказанности заявленных требований, а также ввиду следующего.

Стороной истца (ответчика по встречному иску) заявлено ходатайство о применении срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности сделки.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

На основании части 4.1 статьи 198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с истечением срока исковой давности или признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В силу положений пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом, на основании пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Согласно изложенным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснениям, срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Как указывалось ранее, ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен договор инвестирования в бизнес.

При этом, встречное исковое заявление подано в суд только ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении трехлетнего срока исковой давности.

Сторона истца по встречному иску просила восстановить срок исковой давности, указывая, что ФИО4 узнал о нарушении своих прав по договору инвестирования только в 2024 году в момент обращения к нему с претензией. На тот момент договор инвестирования, по его мнению, не был заключен, рассматриваемый договор считался проектом договора.

При этом, как видно из ответа ФИО4 на претензию, он сообщает, что ДД.ММ.ГГГГ им было получено претензионное письмо от ФИО3 на сумму 1 639 612 рублей 55 копеек. ФИО4 не отрицал факт получения займа на сумму 750 000 рублей и долга на сумму 337 759 рублей, однако указывал, что все условия с его стороны были выполнены в полном объеме.

Таким образом, ФИО4 еще до получения претензионного письма подтверждал факт получения долга на сумму 750 000 рублей. В связи с чем, доводы ФИО4 о том, что он полагал, что договор инвестирования не был заключен, суд полагает необоснованными.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Суд полагает, что ФИО4 являясь на момент заключения договора инвестирования индивидуальным предпринимателем (деятельность ИП прекращена ДД.ММ.ГГГГ), и профессиональным участником гражданского оборота, имел возможность обратиться в установленный законом трехлетний срок исковой давности с исковым заявлением к ФИО3, полагая свои права нарушенными.

На основании изложенного, с учетом приведенных норм права и установленных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу о пропуске истцом по встречному иску ФИО4 срока исковой давности для обращения в суд с иском к ФИО3 о признании договора инвестирования недействительным, незаключенным и применении последствий недействительности сделки.

При этом, ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока не подлежит удовлетворению, ввиду необоснованности и недоказанности уважительности пропуска срока.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика пени (неустойки), предусмотренной пунктом 3.4 договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ в размере 0,1 % за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 456 750 рублей, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В связи с чем, с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 подлежит взысканию сумма пени за период с ДД.ММ.ГГГГ (дата истечения срока возврата по договору) по ДД.ММ.ГГГГ (дата направления претензии) в заявленном размере 456 750 рублей, исходя из следующего расчета:

Задолженность

Период просрочки

Формула

Неустойка

с

по

дней

750 000,00

ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ

609

750 000,00 ? 609 ? 0.1%

456 750,00 р.

Итого:

456 750,00 руб.

Сумма основного долга: 750 000,00 руб.

Сумма процентов по всем задолженностям: 456 750,00 руб.

Оценивая соразмерность неустойки (пени) последствиям нарушения обязательства, в целях обеспечения соблюдения требований пунктов 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, учитывая положения пункта 1 статьи 333 ГК РФ, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, длительность неисполнения данного обязательства, суд приходит к выводу о соразмерности установленной положениями договора пени в размере 0,1 %, последствиям нарушенного ответчиком обязательства. В то же время, ответчик ФИО4, правом подачи заявления о снижении размера неустойки (пени) при рассмотрении спора не воспользовался, тогда как примененная санкция была связана с осуществлением ответчиком ранее предпринимательской деятельности и соответствующими рисками, а, значит, ее уменьшение судом возможно по заявлению такого лица.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Таким образом, установив, что сумма займа истцу в установленные сроки не возвращена, суд приходит к выводу о правомерности взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика задолженности по процентам, приложен соответствующий расчет заявленных требований, согласно которому истец просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ (дата истечения срока возврата по договору) по ДД.ММ.ГГГГ (дата направления претензии) в размере 56 957 рублей 86 копеек.

Проверив представленный истцом расчет, суд соглашается с периодом взыскания процентов, однако, в расчете допущена ошибка в размере процентов.

Согласно расчету, произведенному судом в соответствии с положениями статьей 395 ГК РФ, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами процентов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 56 952 рубля 30 копеек.

Согласно статье 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Таким образом, с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 <данные изъяты> подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 207 рублей (платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно части 3 статьи 144 ГПК РФ при удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Суд полагает, что меры по обеспечению иска, принятые определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах на сумму 1617674 рубля, принадлежащие ответчику ФИО4, наложения ареста на транспортные средства, зарегистрированные на имя (принадлежащие на праве собственности) ответчика ФИО4, запрета ответчику ФИО4 совершать любые действия, направленные на отчуждение и (или) обременение транспортных средств зарегистрированных и принадлежащих ему на праве собственности, а также запрета УМВД России по Камчатскому краю проводить регистрационные действия с транспортными средствами, зарегистрированными и принадлежащими на праве собственности ФИО4, необходимо сохранить до исполнения решения суда, после чего отменить.

Руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (№) в пользу ФИО3 (№) задолженность по договору инвестирования в бизнес от ДД.ММ.ГГГГ в размере 750000 рублей, пени за просрочку возврата долга по договору инвестирования за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 456750 рублей, задолженность по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 337759 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 56952 рубля 30 копеек, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 16207 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 в остальной части отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО4 к ФИО3 о признании сделки договора инвестирования от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, незаключенным и применении последствий недействительности сделки, а именно признании отсутствия долговых обязательств, отказать.

Меры по обеспечению иска, принятые определением судьи Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся на банковских счетах, принадлежащие ФИО4, наложения ареста на транспортные средства, зарегистрированные на имя (принадлежащие на праве собственности) ФИО4, запрета ФИО4 совершать любые действия, направленные на отчуждение и (или) обременение транспортных средств зарегистрированных и принадлежащих ему на праве собственности, запрета УМВД России по Камчатскому краю проводить регистрационные действия с транспортными средствами, зарегистрированными и принадлежащими на праве собственности ФИО4, сохранить до исполнения решения суда, после чего отменить.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 03 июля 2025 года.

Председательствующий подпись О.В. Калинина

Подлинник решения находится в материалах дела

№ 2-1073/2025 (УИД: 41RS0001-01-2024-007450-79)

Копия верна:

Судья Петропавловск-Камчатского

городского суда Камчатского края О.В. Калинина