Апелляционное постановление № 22-3362/2024 от 7 июля 2024 г. по делу № 1-182/2024

Судья – Никитина И.В. Дело №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<адрес> 08 июля 2024 года

Судья <данные изъяты> областного суда Долженкова Н.Г.,

при секретаре Сикатском А.Е.,

с участием:

прокурора <адрес> прокуратуры Раковой Н.С.,

адвоката Белоконевой К.И., на основании ордера,

лица, в отношении которого производство по уголовному делу прекращено ФИО1,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению прокурора <адрес> Пустового С.Н. на постановление Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым производство по уголовному делу и уголовное преследование в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, прекращено в связи с примирением сторон на основании ст. 25 УПК РФ.

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в том, что он нарушил правила безопасности при ведении строительных работ, что повлекло по неосторожности смерть человека, в <адрес> при обстоятельствах указанных в постановлении суда.

Потерпевший Т.И.В. обратился с ходатайством о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, в связи с примирением, указав, что он примирился с ФИО1, причиненный вред ему заглажен, принес извинения, претензий к нему он не имеет. Подсудимый ФИО1, также просил о прекращении уголовного дела в отношении него, адвокат Дерягин П.С. поддержал заявление потерпевшего и подсудимого. Государственный обвинитель не возражал против прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон.

Постановлением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением сторон.

В апелляционном представлении прокурор <адрес> Пустовой С.Н. просит постановление суда отменить, как вынесенное без учета фактических обстоятельств дела, имеющих существенное значение для принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

В обосновании доводов автор представления указывает, что согласно ст. 76 УК РФ, п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», правовой позиции Конституционного Суда РФ о прекращении уголовных дел, судом первой инстанции оставлены без внимания требования закона о том, что суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

При этом вывод суда в своем решении, должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании.

Однако, судом сделан вывод о выполнении требований ст. 76 УК РФ ФИО1 формально, поскольку он ранее не судим, вину в совершении преступления признал полностью, в содеянном раскаялся, характеризуется в целом положительно, принес извинения, потерпевшему загладил причиненный вред, потерпевший претензий не имеет, между потерпевшим и подсудимым состоялось примирение.

Вместе с тем, обращает внимание, что суд в своем решении не указал и оставил без оценки, как указанные обстоятельства повлияли на снижение степени общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, объектами которого является не только жизнь и здоровье человека, но и безопасность урегулированная правилами при ведении строительных работ, а также судом не проведена оценка соразмерности тяжести совершенного преступления и последствий в виде смерти человека.

Таким образом, возмещение вреда в денежном выражении не является заглаживанием причиненного вреда, не устраняет преступные последствия и не нивелирует наступление от преступления негативные последствия, выраженные в смерти человека.

Кроме того, судом не учтены степень общественной опасности и конкретные обстоятельства преступления, способ его совершения, а также наступившие последствия в виде смерти К.Д.В.

В связи с чем, ФИО1 избежав наказания и продолжая работать в аналогичной должности, сможет в дальнейшем совершать аналогичные преступления, а прекращение уголовного дела может сформировать недоверие граждан к правосудию, подорвать авторитет судебной власти, привести к росту аналогичных преступлений.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Дерягин П.С. выражает несогласие с доводами апелляционного представления, считает их не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на неправильном толковании уголовного и уголовно-процессуального законов.

По мнению адвоката, у суда имелись все необходимые основания, предусмотренные ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ, для прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон, что подтверждается, документами, имеющимися в материалах дела.

Обращает внимание на то, что в законе указан исчерпывающий перечень оснований, необходимых для освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим. При этом, ни характер, ни общественная опасность содеянного не предусмотрены уголовным законом в качестве условий или оснований для отказа в применении ст. 76 УК РФ и освобождении ФИО1 от уголовной ответственности.

Сторона защиты полагает, что с учетом указанных обстоятельств, нельзя признать состоятельными доводы о существенных нарушениях судом положений УПК РФ, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного постановления.

В связи с чем, указанные доводы апелляционного представления о неправильном применении уголовного закона, по мнению защиты, являются необоснованными.

Также, адвокат указывает, что ФИО3 на данный момент в вышеуказанной должности не работает. Кроме того, в ходе судебного заседания присутствовал государственный обвинитель Федосеева Е.В., которая не возражала против прекращения уголовного дела в связи с применением сторон в отношении ФИО1

Адвокат считает, что постановление суда соответствует ч. 4 ст. 7 УПК РФ подлежит оставлению без изменения, а апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

В судебном заседании государственный обвинитель Ракова Н.С. поддержала доводы апелляционного представления об отмене постановления суда.

Адвокат Белоконева К.И. и ФИО1 просили постановление суда оставить без изменения.

Выслушав участников судебного разбирательства, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции считает постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

В силу ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

При этом следует учесть, что различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, поэтому предусмотренные ст. 76 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации (Определение 32257-О от 26.10.2017), суд в каждом конкретном случае должен решить, достаточны ли предпринятые лицом, совершим преступление, действия для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности. При этом вывод о возможности или невозможности такого освобождения, к которому придет суд в своем решении, должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании.

При этом суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Таким образом, возможность освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением сторон связана с совершением им не любых социально одобряемых (положительных) действий, а только таких, в результате которых вред, причиненный конкретным преступлением, может считаться заглаженным.

Однако данные требования закона судом первой инстанции по настоящему делу в должной мере не учтены.

Придя к выводу о возможности прекращения в отношении ФИО1 уголовного дела в связи с примирением сторон, суд первой инстанции исходил из того, что все необходимые условия для принятия такого решения имеются, поскольку ФИО1 обвиняется в совершении неосторожного преступления средней тяжести, ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, раскаялся в содеянном, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории <адрес>, по месту работы характеризуется положительно, загладил причиненный преступлением материальный и моральный вред в полном объеме путем передачи потерпевшему денежных средств в размере 200 000 рублей, принес потерпевшему извинения, которые им были приняты.

Учитывая совокупность вышеуказанных действий со стороны ФИО1, суд пришел к выводу, что принятые ФИО1 меры по заглаживанию причиненного вреда достаточны для уменьшения общественной опасности содеянного ФИО1, позволяющие освободить его от уголовного преследования, поскольку направлены на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения конкретного уголовно-наказуемого деяния, в котором он обвиняется.

Между тем, судом не принято во внимание, что помимо основного объекта преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ, которым является общественная безопасность в сфере производства строительных и иных работ, дополнительным объектом защиты выступают общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность и безопасность жизни человека.

Общественная опасность данного уголовно-наказуемого деяния заключается в пренебрежении работодателем правилами труда и как следствие основополагающим правом человека на жизнь, утрата которой, необратима и невосполнима.

Освобождая ФИО1 от уголовной ответственности и делая вывод о полном возмещении ущерба, судом оставлено без внимания, что ФИО1, являясь ответственным лицом за организацию и безопасное проведение строительных работ, не только нарушил правила безопасности при ведении строительных работ и норм по охране труда, но и то, что его действия повлекли по неосторожности смерть К.Д.В., в чем суд и установил прямую причинную связь.

Таким образом, последствием противоправных действий ФИО1 причинена смерть К.Д.В., а потому вывод суда о полном возмещении причиненного ущерба не может быть признан обоснованным.

В должной степени не оценен судом и статус потерпевшей стороны, который в данном случае наделен в судебном заседании лишь процессуальными полномочиями, фактически являясь представителем погибшего. По этой причине отсутствие лично у Т.И.В. (брата погибшего) претензий к ФИО1, а также его субъективное мнение о полном заглаживании вреда, не могут быть единственным и достаточным подтверждением снижения степени общественной опасности преступления, заключающегося в пренебрежении работодателем правилами труда, повлекшими тяжкие последствия, которое позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

При указанных обстоятельствах вывод суда о возможности освобождения ФИО1 от уголовной ответственности является необоснованным, так как сделан без учета особенностей объекта преступного посягательства.

Принятие судом решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон исключает и возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного - в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, предусмотренного санкцией ст. 216 ч. 2 УК РФ, как ответственному лицу, ненадлежаще исполняющему свои служебные обязанности.

С учетом изложенного, обжалуемое постановление нельзя признать законным, обоснованным и мотивированным, оно подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд, со стадии судебного разбирательства, в ином составе суда.

Апелляционное представление прокурора <адрес> Пустового С.Н. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, при этом кассационные жалобы, представление подаются непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Судья Новосибирского областного суда подпись Долженкова Н.Г.

Копия верна: Судья: Долженкова Н.Г.