Апелляционное определение № 33-27345/2025 33-3502/2026 от 26 марта 2026 г.

В окончательной форме

изготовлено 27.03.2026

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №...RS0№...-33

Судья: Попова Н.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 11 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Ковалевой Е.В.

судей

ФИО1,

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №... по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по иску ФИО4 к Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга, СПб ГБУЗ «Александровская больница» о взыскании морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ковалевой Е.В., выслушав объяснения истца ФИО4, представителя истца ФИО5, представителя ответчика СПб ГБУЗ «Александровская больница» ФИО6, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением, в котором просила взыскать в свою пользу солидарно с СПб ГБУЗ "Александровская больница", Комитета здравоохранения Санкт-Петербурга компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> исковые требования ФИО4 к СПб ГБУЗ "Александровская больница", Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга об оспаривании акта и протокола о непризнании ФИО4 медицинским работником, пострадавшим в результате исполнения своих трудовых обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией, признании права на получение выплат удовлетворены. Апелляционная и кассационная инстанции оставили решение суда без изменения.

Истец полагает, что незаконными действиями ответчиков она длительное время была лишена компенсации, положенной ей по закону как медицинскому работнику, пострадавшему в результате исполнения трудовых обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией.

В рамках рассмотрения указанного спора судом ответчики неоднократно высказывали позицию о том, что истец незаконно претендует на получение положенной компенсации, а также высказывали сомнения в достоверности представленных доказательств заболевания истца новой коронавирусной инфекцией.

Эти обстоятельства, а также длительность судебного разбирательства, привели к тому, что истец переживала длительные нравственные страдания. Высказываемая ответчиками позиция по отношению к истцу была распространена среди сотрудников СПб ГБУЗ "Александровская больница", что привело к сложностям в общении с коллегами по работе и принятому истцом впоследствии решению об увольнении. Действия ответчиков и нахождение в постоянном нервном напряжения привели к ухудшению здоровья истца, что выразилось в плохом психологическом самочувствии, нервозности, апатии и необходимости обращаться к профильным медицинским специалистам за медицинской помощью.

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением, истцом подана апелляционная жалоба, в которой она полагает решение суда подлежащим отмене, поскольку судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применены норм материального права и процессуального права.

В заседании суда апелляционной инстанции истец, представитель истца явились, доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель ответчика СПб ГБУЗ «Александровская больница» в судебное заседание явилась, против доводов апелляционной жалобы возражала.

Представитель Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки суду не сообщил, доказательств невозможности явки в судебное заседание не представил, в связи с чем, судебная коллегия на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №... «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие основания для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке в части искового требования к Александровской больнице по доводам апелляционной жалобы, изученным материалам дела, имеются.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по гражданскому делу №... признан незаконным акт СПб ГБУЗ "Александровской больницы" от <дата> о непризнании ФИО4 медицинским работником, пострадавшим в результате исполнения своих трудовых обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией, признан незаконным протокол №... от <дата> заседания комиссии по рассмотрению заявлений медицинских работников о несогласии с решениями комиссии государственных учреждений здравоохранения по непризнанию медицинского работника пострадавшим вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией Комитета по здравоохранению, которым было подтверждено непризнание ФИО4 медицинским работником пострадавшим в результате исполнения своих трудовых обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией. ФИО4 признана медицинским работником, пострадавшим в результате исполнения своих трудовых обязанностей вследствие оказания медицинской помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией. За ФИО4 признано право на получение выплат предусмотренных Указом Президента РФ от <дата> N 313 "О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников", и постановлением Правительства Санкт-Петербурга от <дата> №... "Об установлении единовременных выплат медицинским работникам государственных учреждений здравоохранения Санкт-Петербурга, пострадавшим вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией, а также членам семей указанных работников".

Апелляционным определением судебной коллегии Санкт-Петербургского городского суда от <дата> решение Невского районного суда Санкт-Петербурга было оставлено без изменения.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от <дата> решение Невского районного суда Санкт-Петербурга и апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда оставлены без изменения.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалах дела доказательства, руководствуясь ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в связи с отсутствием доказательств, которые могли бы свидетельствовать о степени причиненных истцу страданий, а также с учетом того обстоятельства, что в качестве одного из оснований для предъявления исковых требований истец указывает нарушение ответчиками её имущественного права ввиду длительного неполучения причитающихся денежных компенсационных выплат, установленных Указом Президента РФ от <дата> N 313 "О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников" и Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от <дата> №... "Об установлении единовременных выплат медицинским работникам государственных учреждений здравоохранения Санкт-Петербурга, пострадавшим вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией, а также членам семей указанных работников", то есть находящимся в сфере социальных отношений, возникших ввиду установления дополнительных мер социальной поддержки, но не трудовых.

Суд первой инстанции также указал, что такие основания иска, как длительные нравственные страдания, сложности в общении с коллегами по работе ввиду неправомерных действий ответчиков, которые впоследствии привели к решению о смене места работы, а также ухудшению здоровья истца, что выразилось в плохом психологическом самочувствии, нервозности, апатии и необходимости обращаться к профильным медицинским специалистам за медицинской помощью не подтверждены с помощью доказательств. Истцом не представлены медицинские справки и выписки, назначения и заключения врачей, подтверждения понесённых расходов на назначаемое лечение, свидетельские показания о причинах смены места работы и психологического состояния либо иные подтверждающие доводы истца доказательства, которые могли бы свидетельствовать об обоснованности предъявленных исковых требований.

Судебная коллегия считает данные выводы суда обоснованными, постановленными при правильной оценке представленных по делу доказательств.

Между тем, суд первой инстанции не принял во внимание, что истец ссылалась на тот факт, что в результате незаконных действий ответчиков она длительное время была лишена положенной ей компенсации, что установлено вступившими в законную силу судебными актами.

Как следует из ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из ст.ст. 1099-1100 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными данной главой и ст. 151 указанного Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Вместе с тем, законом установлены специальные нормы, регулирующие возмещение причинённого работнику морального вреда действиями (бездействием) работодателя при исполнении работником трудовой функции.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

По смыслу положений п. 63 Постановления Пленума ВС РФ от <дата> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, помимо случаев дискриминации либо незаконного увольнения, суд в силу ст.ст. 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. В соответствии со ст. 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные положения о компенсации морального вреда работнику работодателем содержатся в Постановлении Пленума ВС РФ от 15.11.2022N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", а именно в п. 46 названного Пленума: работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

Таким образом, вышеуказанные нормы не только устанавливают ответственность работодателя по возмещению причинённого работнику морального вреда при выполнении работником трудовой функции, но и содержат перечень оснований для такого взыскания, не являющийся исчерпывающим. Указание в законе субъектами права работника и работодателя позволяет сделать однозначный вывод о том, что основания возникновения права на компенсацию причинённого морального вреда должны происходить из сферы трудовой деятельности и находиться в прямой зависимости от исполнения работником трудовой функции.

Действительно, в качестве одного из оснований для предъявления исковых требований истец указывала на нарушение ответчиками её имущественного права ввиду длительного неполучения причитающихся денежных компенсационных выплат, установленных Указом Президента РФ от <дата> N 313 "О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников" и Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от <дата> №... "Об установлении единовременных выплат медицинским работникам государственных учреждений здравоохранения Санкт-Петербурга, пострадавшим вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией, а также членам семей указанных работников", то есть находящимся в сфере социальных отношений, возникших ввиду установления дополнительных мер социальной поддержки, но не трудовых.

Кроме того, ФИО4, действительно, не доказаны те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Так, истец не представила доказательств тому, что испытывала сложности в общении с коллегами по работе ввиду неправомерных действий ответчиков, которые впоследствии привели к решению о смене места работы, а также ухудшению здоровья истца, что выразилось в плохом психологическом самочувствии, нервозности, апатии и необходимости обращаться к профильным медицинским специалистам за медицинской помощью.

Действительно, в материалы дела истцом не представлены медицинские справки и выписки, назначения и заключения врачей, подтверждения понесённых расходов на назначаемое лечение, свидетельские показания о причинах смены места работы и психологического состояния либо иные подтверждающие доводы истца доказательства, которые могли бы свидетельствовать об обоснованности предъявленных исковых требований.

В то же время, истец указывала на установленное нарушение ее прав со стороны ответчиков, установленное вступившим в законную силу решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по гражданскому делу №....

Указанным решением суда установлено, что акт СПб ГБУЗ «Александровская больница» от <дата> о непризнании ФИО4 медицинским работником, пострадавшим в результате исполнения своих трудовых обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией, изначально был составлен в результате неполной, формально проведенной проверки, что в результате привело к вынесению незаконного акта.

В соответствии с пунктом 2 Порядка признания работника государственной медицинской организации пострадавшим в результате исполнения своих трудовых (должностных) обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим коронавирусной инфекцией COVID-19, утв. распоряжением Комитета по здравоохранению Правительства Санкт-Петербурга от <дата> N 269-р, признание работника пострадавшим в результате исполнения своих трудовых (должностных) обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), осуществляется комиссией, специально создаваемой работодателем работника (далее - комиссия).

Таким образом, решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> установлено нарушение работодателем истца порядка составления акта о признании работника пострадавшим в результате исполнения своих трудовых (должностных) обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), то есть неправомерные действия работодателя истца – Александровской больницы.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации истец имеет право на возмещение морального вреда, причиненного ей неправомерными действиями работодателя.

Факт нарушения трудовых прав работника, который был установлен в ходе рассмотрения дела №..., является безусловным основанием для взыскания с ответчика СПб ГБУЗ «Александровская больница» в пользу истца компенсации морального вреда в порядке ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных указанным Кодексом.

Из вышеуказанных положений следует, что допущенные работодателем нарушения трудовых прав истца являются основанием для возложения на ответчика обязанности компенсации причиненного ФИО4 морального вреда.

Исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику страданий составлением работодателем незаконного акта, степени вины работодателя, принимая во внимание существо допущенных ответчиком нарушений, длительность нарушения, с учетом принципов разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда в размере 5000 руб., данная сумма соответствует критериям разумности и справедливости.

При таком положении судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований к СПб ГБУЗ «Александровская больница», исковые требования ФИО4 подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований к СПб ГБУЗ «Александровская больница».

Исковое требование ФИО4 к СПб ГБУЗ «Александровская больница» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с СПб ГБУЗ «Александровская больница» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда 5000 руб.

В остальной части искового требования ФИО4 к СПб ГБУЗ «Александровская больница» отказать.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: