Апелляционное постановление № 22-2263/2025 от 24 марта 2025 г.

Дело <данные изъяты> Судья Глазкова Т.Г.

УИД <данные изъяты>


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<данные изъяты><данные изъяты> г.

Московский областной суд в составе председательствующего судьи – Шаталова А.А.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Московской области – Солонина А.Ф.,

защитника – адвоката Кушнир В.В., представившего удостоверение <данные изъяты> и ордер <данные изъяты>,

осужденного – ФИО1,

потерпевших – Потерпевший №1, Потерпевший №1, Потерпевший №4,

при помощнике судьи – Говоруне А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника Кушнир В.В. на приговор Серебряно-Прудского районного суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно которому

ФИО1 ИЧ, <данные изъяты> года рождения, уроженец <данные изъяты><данные изъяты>, гражданин Российской Федерации, ранее не судим,

осужден по ч. 2 ст. 109 УК РФ – к 1 году 6 месяцам ограничения свободы с возложением запретов и ограничений, приведенных в приговоре.

На осужденного возложены обязанности один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющей надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Избранная мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Кушнир В.В., поддержавших апелляционную жалобу, доводы потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №1 и Потерпевший №4, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, а также позицию прокурора Солонина А.Ф., полагавшего необходимым приговор изменить, суд

у с т а н о в и л:

<данные изъяты> приговором Серебряно-Прудского районного суда <данные изъяты> ФИО1 признан виновным и осужден за причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Преступление совершено в сроки и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 свою вину относительно инкриминируемого ему преступления не признал.

В апелляционной жалобе его защитник – адвокат Кушнир В.В., выражая несогласие с принятым судом решением, просит его отменить, уголовное дело в отношении его подзащитного прекратить. В обоснование своих требований обращает внимание на совокупность принятых во внимание судом доказательств, в том числе заключения судебно-медицинских экспертиз. Полагает, что имеет место факт необъективного расследования и рассмотрения уголовного дела в судебном заседании. Заведующего отделением хирургии Свидетель №3, проводившего трахеотомию погибшей, разрезавшего ей часть трахеи и устанавливавшего дыхательную трубку, намеренно выгораживали. Между действиями его подзащитного, связанных с не уведомлением Свидетель №3 относительно имеющихся осложнений и смертью ФИО2 не имеется прямой причинно-следственной связи. Одновременно обращает внимание, что трахея ФИО2 не повреждена. У нее имеется только глубокий и широкий надрез от действий хирурга Свидетель №3, что не исключает наступление смерти от его неквалифицированных действий.

В заседании суда апелляционной первой инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Кушнир В.В. апелляционную жалобу полностью поддержали, сославшись на изложенные в ней доводы.

Потерпевшие Потерпевший №1, Потерпевший №1 и Потерпевший №4 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, полагая необходимым приговор оставить без изменения

В свою очередь, прокурор Солонин А.Ф. находит приговор подлежащим изменению в части, поскольку из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание об учете отягчающих наказание обстоятельств при назначении наказания. Однако других оснований для изменения или отмены приговора, по его мнению, не имеется.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

По смыслу частей 1 и 2 статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Между тем, при вынесении приговора требования закона судом первой инстанции в целом соблюдены.

Уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства. При этом суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие по делу проведено в соответствии с положениями главы 37 УПК РФ. Обвинительный приговор соответствует требованиям статей 303, 304, 307-309 УПК РФ, провозглашен в установленном законом порядке.

Одновременно суд обращает внимание, что обвинительное заключение по делу составлено в рамках статьи 220 УПК РФ, утверждено полномочным прокурором.

Положения статей 73 и 220 УПК РФ при предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения органом расследования соблюдены, описательно-мотивировочная часть приговора соответствует положениям статьи 307 УПК РФ.

Все следственные действия проведены следователем, в чьем производстве находилось уголовное дело, в рамках требований уголовно-процессуального закона без ущемления прав и охраняемых законом интересов участников уголовного судопроизводства на досудебной стадии.

Вывод о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении сделан на основании совокупности приведенных в приговоре доказательств, являющихся допустимыми и достаточными, которым суд дал надлежащую правовую оценку.

В обоснование своей позиции, несмотря на доводы стороны защиты о невиновности осужденного и необходимости его оправдания, суд обоснованно сослался в приговоре на показания потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №1, Потерпевший №4 и Потерпевший №3, подтвердивших факт нахождения ФИО2 на стационарном лечении в <данные изъяты>», где ей должна была быть проведена операция по удалению камней из желчного пузыря. О ее смерти узнали в день плановой операции. Причиной считают действия врача-анестезиолога ФИО1

Помимо этого свидетель Свидетель №3 показал, что он, как оперирующий хирург, не мог при проведении трахеостомы скальпелем, зажимами, крючками причинить пациентке травмы, от которых она умерла. Травма была причинена сгибательно-разгибательными движениями при введении ларингоскопа. При этом принятые ФИО1 безуспешные попытки интубации трахеи с использованием металлического проводника послужили причиной многочисленных повреждений позвонков и иных сопутствующих повреждений, обусловивших дальнейшую невозможность проведения экстренных реанимационных мероприятий.

Операционная медицинская сестра Свидетель №1 показала, что после того, как пациентке дали наркоз, что-то пошло не так. ФИО1 нервничал, у него не получалось подсоединить ее к аппарату ИВЛ, после чего был вызван хирург Свидетель №3, который сделал надрез, но внутри была уже кровь. При этом Свидетель №3, производя манипуляции, порвал себе чем-то перчатки. Уточнила также, что ФИО1 ронял из рук трахеостомическую трубку и металлический проводник на пол при попытке проведения второй интубации.

Медицинская сестра-анестезистка Свидетель №4 подтвердила то обстоятельство, что интубацию проводил ФИО1, однако трубка не проходила по неизвестной причине. При ней голова пациентки запрокидывалась. Когда заменили клинок ларингоскопа на боле удлиненный, попытка все равно была неудачной. После этого был вызвал хирург Свидетель №3

Согласно показаниям главного врача медицинского учреждения Свидетель №6, <данные изъяты> он узнал о смерти пациентки. В ходе проведенной проверки было установлено, что причиной этому послужила неквалифицированная помощь врача-анестезиолога.

Заведующий отделением анестезиологии и реанимации <данные изъяты>» Свидетель №5 показал, что ФИО1, проводивший интубацию трахеи, ни о каких рисках не сообщал. Ему известно, что после неудачных попыток интубации ФИО2 скончалась. Допрошенные в судебном заседании судебно-медицинские эксперты ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 полностью подтвердили сделанные ими выводы в экспертных заключениях.

Помимо этого, вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается, в частности:

заявлением Потерпевший №1 от <данные изъяты> о привлечении к уголовной ответственности сотрудников больницы, совершивших медицинские манипуляции, повлекшие смерть ФИО2;

актом осмотра от <данные изъяты>, согласно которому в коридоре операционной обнаружен труп ФИО2;

протоколами осмотра места происшествия от <данные изъяты>, <данные изъяты> с участием Свидетель №3, указавшего место, где ФИО1 не удалось провести интубацию трахеи ФИО2, вследствие чего последняя скончалась;

протоколом выемки от <данные изъяты> интубационного ларингоскопа, а также протоколом осмотра медицинской карты ФИО2;

протоколом осмотра трахеостомической трубки от <данные изъяты>, проведенного с участием Свидетель №3, пояснившего относительно ее установления им пациентке после неудачных попыток проведения интубации ФИО1

По заключению проведенной комиссионной судебно-медицинской экспертизы от <данные изъяты> причиной смерти ФИО2 явилась тупая травма шейного и грудного отделов позвоночника с множественными переломами тел позвонков с повреждением межреберных артерий, излитием крови в плевральные полости и развитие обильной кровопотери. При этом выявлены дефекты лечения ФИО2, а именно нарушена методика проведения ларингоскопии при проведении интубации трахеи. Именно в процессе ларингоскопии были разрушены тела позвонков. При исследовании ларингоскопа было установлено соответствие по конгруэнтности вероятной следообразующей поверхности ларингоскопа и его ребер с повреждениями на телах шейных и грудных позвонков.

Все доказательства в своей совокупности проанализированы и оценены судом надлежащим образом. При этом они получены в строгом соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, являются достаточными и допустимыми.

Оснований не доверять показаниям потерпевших, свидетелей и экспертов не имеется, поскольку они без каких-либо существенных противоречий объективно согласуются между собой, соответствуя приведенным в приговоре доказательствам, отражая истинную картину имевших место событий.

Экспертные заключения подготовлены компетентными лицами в области судебной медицины с учетом установленных правил и методик, вследствие чего отсутствуют основания полагать относительно ошибочности сделанных выводов.

При этом суд первой инстанции в достаточной степени мотивировал, почему принимает во внимание и учитывает одни доказательства и отвергает другие.

Алиби осужденного о том, что причиной смерти ФИО2 явились не его действия, а действия хирурга Свидетель №3, являлось предметом проверки суда первой инстанции, однако оно аргументированно признано несостоятельным.

Таким образом, действиям осужденного ФИО1 в приговоре дана надлежащая юридическая оценка, они правильно квалифицированы по части 2 статьи 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Оснований не согласиться с правовой оценкой действиям осужденного, данной органом расследования и впоследствии судом, суд апелляционной инстанции не усматривает.

По смыслу части 2 статьи 109 УК РФ под ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей виновным понимается поведение лица, полностью или частично не соответствующее официальным требованиям или предписаниям, предъявляемым к лицу, в результате чего наступает смерть потерпевшего. Обязательным условием для привлечения лица к уголовной ответственности является установление правовых предписаний, регламентирующих поведение лица в той или иной профессиональной сфере.

При этом суд акцентирует внимание на том, что ФИО1, работая в должности врача анестезиолога-реаниматолога, ненадлежащим образом исполняя возложенные на него профессиональные обязанности при подготовке ФИО2 к плановой операции, регламентированные положениями должностной Инструкции врача-анестезиолога-реаниматолога, утвержденной Главным врачом <данные изъяты>» <данные изъяты>, выполнял действия, связанные с интубацией трахеи при помощи ларингоскопа.

Между тем, при наличии неосторожной формы вины причинил пациентке переломы шейных и грудных позвонков, повлекших ее смерть.

Выбирая вид и размер назначенного наказания, в соответствии с частью 3 статьи 60 УК РФ судом в достаточной степени учтены характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание и отсутствие отягчающих, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО1 совершено преступление, относящееся к категории небольшой тяжести.

В качестве смягчающих его наказание обстоятельств небезосновательно было учтено наличие на иждивении двух малолетних детей, а также матери, являющейся инвалидом.

В этой связи, за совершение преступления судом правомерно назначено предусмотренное санкцией части статьи Уголовного закона наказание в виде ограничения свободы.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не установлено.

Вместе с тем, мотивируя решение о назначении наказания, суд ошибочно указал, что учитывает отягчающие наказание обстоятельства.

В этой связи, такое указание подлежит исключению из приговора, что в целом не повлияло на законность принятого итогового решения по уголовному делу.

Каких-либо иных нарушений норм материального либо процессуального права, как в ходе производства предварительного следствия, так и судебного разбирательства допущено не было.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов в удовлетворении заявленных сторонами ходатайств, которые могли бы существенно повлиять на принятие итогового решения, по делу не допущено. Процессуальные права участников уголовного судопроизводства в ходе судебного разбирательства соблюдены в полной мере.

Аргументы защитника о том, что имели место факты необъективного расследования и рассмотрения уголовного дела в судебном заседании, в ходе которых пытались увести от ответственности хирурга Свидетель №3, не соответствуют действительности и были опровергнуты приведенными в приговоре доказательствами.

Отсутствие в приговоре ссылки на заключение судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 от <данные изъяты> не повлияло на доказательственную базу, свидетельствующую о совершении преступления никем иным, как ФИО1

При таких обстоятельствах, в остальной части суд апелляционной инстанции находит состоявшийся приговор мотивированным, отвечающим критериям законности, в полной мере соответствующим требованиям статьи 297 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Серебряно-Прудского районного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении Закружного 1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание об учете отягчающих наказание обстоятельств при назначении наказания.

В остальной части приговор – оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п. 1 ч. 1 и п. 1 ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационной жалобы.

В случае подачи кассационных жалоб, либо представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.А. Шаталов