Решение № 2-2373/2017 2-2373/2017~М-1018/2017 М-1018/2017 от 18 октября 2017 г. по делу № 2-2373/2017

Дело №2-2373/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 октября 2017 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе: председательствующего судьи Медведева И.Г., при секретаре Зуевой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Федеральному государственному предприятию «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации», открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском (в рамках уточнений от 08.09.2017 года) к ФГП «ВОЖДТ РФ», ОАО «РЖД», ООО «СК «Согласие» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, ссылаясь на следующие обстоятельства. 14.05.2016 года на вершине железнодорожной цистерны, включенной в состав поезда, установленного на 11 пути нечетного парка железнодорожной станции Красноярск - Северный г. Красноярска электрическим током высокого напряжения был смертельно травмирован ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, являвшийся работником ФГП «ВОЖДТ РФ» (стрелок 4 разряда) и находящийся при исполнении своих трудовых обязанностей. В соответствии с Актом о несчастном случае на производстве формы Н-1 № от 02.09.2016г., причиной данного несчастного случая явилось нарушение технологического процесса, выразившееся в том, что осмотр железнодорожного состава, включающего цистерну с бензином, производился на неэлектрофицированном пути № имеющим в районе опоры № токонесущую перемычку, соединяющую контактные сети путей, без использования смотровой вышки. Погибший ФИО3 являлся супругом истицы ФИО1 и отцом истицы ФИО2 В связи с трагической гибелью близкого родственника, неожиданной потерей самого близкого человека, истцам причинены глубокие нравственные страдания и переживания. При таких обстоятельствах ФИО1, ФИО2 просят взыскать с ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ» компенсацию морального вреда по 1 500 000 рублей в пользу каждой; с ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда по 1 400 000 рублей каждой; а с ООО «СК «Согласие» - компенсацию морального вреда по 100 000 рублей каждой; кроме того, просят взыскать с ответчиков судебные расходы по оформлению нотариальной доверенности на представителя по 850 рублей в пользу каждого из истцов.

В зал суда истцы ФИО1, ФИО2 не явились, направив своего представителя ФИО4 (доверенность имеется в материалах дела), которая уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по вышеизложенным основаниям.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» - ФИО5 (доверенность в деле) возражала против удовлетворения иска, указывая, что гибель ФИО3 произошла по его собственной вине при ненадлежащем исполнении своих должностных обязанностей. В силу действующего трудового законодательства обязанность по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника возложена на работодателя. Таким образом, несмотря на то обстоятельство, что гибель ФИО3 произошла на территории ОАО «РЖД», ответственность за моральный вред, причиненный истцам гибелью близкого родственника, лежит именно на его работодателе - ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ». При этом, выводы, сделанные комиссией по расследованию несчастного случая на производстве в акте № от 02.09.2016г. в части наличия вины работника ОАО «РЖД» - начальника станции ФИО6, не могут являться основанием для возложения ответственности на ОАО «РЖД». Так, в нарушение ст. 229.2 ТК РФ, п. 21 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24.10.2002 № 73, в состав комиссии представители ОАО «РЖД» не включались; комиссия по расследованию несчастного случая объяснения от ФИО6 не получила, его должностные инструкции, а также иные локальные нормативные акты, организационно-распорядительные документы и техническую документацию, которыми регулируются вопросы порядка проведения осмотра железнодорожного состава в ОАО «РЖД», не запросила и не исследовала. Таким образом, вывод о вине ФИО6 сделан комиссией в отсутствие подтверждающих документов, без исследования его должностных обязанностей. Нормы, вмененные как нарушение ФИО6, на самом деле нарушены самим пострадавшим, а также работниками ФГП ВОЖДТ, не контролирующими должным образом соблюдение ФИО3 правил безопасности на железнодорожном транспорте. Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО3 сам подверг свою жизнь опасности, проявил грубую неосторожность в зоне повышенной опасности, нарушил Правила поведения в зоне повышенной опасности, вследствие чего был смертельно травмирован. Именно поведение ФИО3 напрямую содействовало причинению вреда его жизни. Следовательно вред, причиненный истцам в связи со смертью родственника, причинно связан только с поведением самого погибшего. При этом, гражданская ответственность ОАО «РЖД», как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика, по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью физических лиц на момент травмирования ФИО3 была застрахована по договору № от 08.12.2014 года в ООО «СК «Согласие». В соответствии с п. 8.1.1.3 Договора страховая выплата составляет не более 100 000 рублей лицам, которым в случае смерти потерпевшего компенсируется моральный вред; выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из указанной суммы в равных долях. Таким образом, ОАО «РЖД» может нести ответственность перед выгодоприобретателем только в размере, превышающем сумму страхового возмещения. Основываясь на вышеизложенных доводах, просила отказать в удовлетворении иска в части требований к ОАО «РЖД».

Представители ответчика ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ» ФИО7, ФИО8 (доверенности в деле) возражали против заявленных требований, ссылаясь на то, что в соответствии с Актом № формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ причиной несчастного случая на производстве (смертельного травмирования ФИО3 электрическим током) явилось нарушение технологического процесса осмотра железнодорожного состава, включающего цистерну с бензином №, который производился на неэлектрофицированном пути № имеющем в районе опоры № токонесущую перемычку напряжением 27500В, без использования смотровой вышки, чем были нарушены требования ст.211 ГК РФ, п.п.2.1.41, 3.5, 6.1. 6.2. «Отраслевых правил по охране труда в хозяйстве грузовой и коммерческой работы на федеральном железнодорожном транспорте ПОТ РО-13153-ЦМ-933-03» утв.Министерством путей сообщения 10.01.2003; п.п. 1.24, 1.27.1 «Правил по охране труда в военизированной охране министерства сообщения Российской Федерации ПОТ РО-32-ЦУО-640-99» утв. Министерством путей сообщения РФ 19.02.1999. При этом лицами, допустившими нарушения требований охраны труда комиссией по расследованию несчастного случая установлены: ФИО6 - начальник железнодорожной станции «Красноярск-Северный» (работник ОАО «РЖД»), который допустил проведение осмотра железнодорожного состава без использования смотровой вышки; а также сам пострадавший ФИО3 (стрелок стрелкового отделения Красноярского отряда ведомственной охраны ФГП «ВОЖД»), который в нарушение п.п.2.2.2, 2.2.7 «Должностной инструкции стрелка стрелковых команд Красноярского отряда ведомственной охраны» пренебрег требованиями безопасности при осмотре в коммерческом отношении вершины цистерны на неэлектрофицированном пути №, приблизился к токонесущей перемычке напряжением 27500В в районе опоры №, соединяющей контактные сети путей № №. В соответствии с действующим законодательством обязанность работодателя по возмещению морального вреда наступает лишь при совершении работодателем виновных, противоправных действий (бездействия), а также наличии причинной связи между таковыми действиями (бездействием) и физическими или нравственными страданиями работника. Вместе с тем, достоверных доказательств того, что работодателем были нарушены какие-либо требования к охране труда ФИО3, как в форме действия, так и бездействия, в материалах дела не имеется; причастность работодателя ФГП «ВОЖДТ РФ» к смерти работника ФИО3 комиссией не установлена. При таких обстоятельствах просили в удовлетворении исковых требований к ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ» отказать.

Представитель ответчика ООО «СК «Согласие» - ФИО9 (доверенность в деле) возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, между ОАО «РЖД» и ООО «СК «Согласие» 08.12.2014г. был заключен договор № страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД», по которому страховщик обязуется за обусловленную в соответствии с настоящим Договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в настоящем договоре события (страхового случая) возместить третьим лицам (выгодоприобретателям) ущерб, возникший вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде. В силу п. 2.5 указанного договора, не являются страховыми случаями события, влекущие возникновение ответственности страхователя, которые связаны с причинением физического или имущественного вреда лицам, состоящим в трудовых отношениях со страхователем, а также умышленным нарушением страхователем (его работником) установленных законодательством РФ или иными нормативными актами правил и требований, связанных с эксплуатацией средства железнодорожного транспорта и безопасностью перевозки. Таким образом, поскольку физический вред ФИО3 был причинен в результате несчастного случая на производстве, при наличии в этом вины пострадавшего, выразившейся в нарушении требований техники безопасности, ответственность за причинение физического вреда лежит на работодателе, в связи с чем, основания для взыскания компенсации морального вреда со страховщика отсутствуют. При таких обстоятельствах просил в удовлетворении исковых требований к ООО «СК «Согласие» отказать.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании пояснил, что он не согласен с выводами, изложенными в Акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от 02.09.2016 года о его виновности в произошедшем смертельном травмировании ФИО3 электрическим током высокого напряжения, поскольку указанный вывод сделан комиссией без участия представителя ОАО «РЖД» и в отсутствие каких-либо подтверждающих документов; комиссия по расследованию несчастного случая объяснения от ФИО6 не получила, его должностные инструкции, а также иные локальные нормативные акты, организационно-распорядительные документы и техническую документацию, которыми регулируются вопросы порядка проведения осмотра железнодорожного состава в ОАО «РЖД», не запросила и не исследовала. Таким образом, вывод о вине ФИО6 сделан комиссией в отсутствие подтверждающих документов, без исследования его должностных обязанностей. При этом, нормы, вмененные ему комиссией как нарушение, по факту были нарушены самим пострадавшим.

Третьи лица Государственная инспекция труда в Красноярском крае, АО «СГ «Уралсиб» в зал суда своих представителей не направили, о дате, времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки своих представителей не сообщили, об отложении слушания дела не просили, в связи с чем, суд, руководствуясь нормами ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, заслушав заключение помощника Красноярского транспортного прокурора Курдюмова А.В., полагавшего заявленные истцами требования о взыскании компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению исходя из требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела и иные представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека.

В развитие положений Конституции Российской Федерации приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в Гражданском кодексе Российской Федерации (глава 59).

Согласно законодательству о труде первейшей обязанностью работодателя является обеспечение безопасности работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (ч. 2 ст. 212 ТК РФ), т.е. создание таких условий труда, при которых отсутствует риск, связанный с причинением вреда жизни или здоровью работников.

В силу требований ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании абз. 8 ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

По смыслу ст.1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Как следует из материалов дела, 14.05.2016 года около 11 часов 00 минут на № пути ст. Красноярск-Северный был смертельно травмирован стрелок Красноярского отряда ВО филиала ФГП ВО ЖДТ России на Красноярской железной дороге ФИО3, который умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о его смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18).

Истец ФИО1 является супругой погибшего ФИО3, что подтверждается свидетельством о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 19); истец ФИО2 является его родной дочерью, что подтверждается свидетельством о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 20).

Актом № формы Н-1 от 02.09.2016г. о несчастном случае на производстве установлены следующие обстоятельства произошедшего с ФИО3 несчастного случая.

ДД.ММ.ГГГГ, согласно графику сменности, стрелок стрелкового отделения станции «Красноярск – Северный» стрелковой команды Красноярск - Восточный ФИО3 прибыл в 08 час. 00 мин. на работу по адресу: <адрес>. Помощником начальника караула ФИО 1 ФИО3 был проведен целевой инструктаж по охране труда, проведено тестирование алкотестером на наличие признаков алкогольного опьянения, с последующей записью в журнале показаний теста, после чего ФИО3 был назначен на охрану объекта «Парк станции Красноярск-Северный» пост №. В 10 час. 32 мин. от дежурной по ст. Красноярск-Северный по телефону помощнику начальника караула ФИО 1 поступила информация о готовности поезда, расположенного на пути № для проведения коммерческого осмотра. Так как № путь находится в границах поста №, ФИО 1 связался по радиостанции с ФИО3 и дал разрешение на передачу входящих в железнодорожный состав вагонов из-под охраны представителю получателя. В 11 час. 00 мин. на № путь станции прибыла приемосдатчица ОАО «ВостокСибпромтранс» ФИО 3 и приемосдатчица железнодорожной станции Красноярск-Северный ФИО 2, которые в присутствии стрелка ФИО3 начали работу по приему вагонов. В 11 час. 30 мин. по мобильному телефону помощнику начальника караула ФИО 1 от составителя поездов ст. Красноярск-Северный ФИО 5 через постового поста № ФИО 4 поступила информация о попадании стрелка ФИО3 под действие электрического тока высокого напряжения на № пути станции, в результате которого тот скончался на месте. После вывода состава на пути для чрезвычайных ситуаций, в присутствии сотрудников полиции и медицинских работников, с вершины цистерны № был снят труп человека, который опознан как стрелок ФИО3

Согласно заключению эксперта КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 14.06.2016 года, причиной смерти Вафаева явилось поражение техническим электричеством (т. 2 л.д. 131-138).

В соответствии с объяснениями специалиста по охране труда Красноярского отряда ФГП ВОЖДТ России, причиной несчастного случая с ФИО3 стала его собственная неосторожность и нарушения правил охраны труда. Должностная инструкция стрелка напрямую запрещает осмотр крыш вагонов и горловин цистерн на электрофицированных железнодорожных путях, а также при наличии токопроводящих перемычек.

Из объяснений приемосдатчиц ФИО 2 и ФИО 3 следует, что 14.05.2016 года они вместе с охранником ФИО3 осматривали вагоны, стоящие на № пути. ФИО3 для удобства осмотра пломб на горловинах цистерн, залез на вершину состава, где перепрыгивал с цистерны на цистерну, диктовал им номера пломб. В очередной раз при перепрыгивании стрелка с цистерны на цистерну произошел громкий хлопок, ФИО3 упал, горловина цистерны загорелась.

Данные обстоятельства также установлены в заключении государственного инспектора труда по несчастному случаю со смертельным исходом от 14.05.2016г. (т.2, л.д.9-10) и материалами доследственной проверки, проведенной заместителем руководителя Красноярского следственного отдела на транспорте Западно-Сибирского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ ФИО10 по факту смерти при производстве работ стрелка ФИО3, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 14.06.2016 года (т. 2 л.д. 105-107).

Согласно требованиям первого абзаца части 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме, в соответствии абз. 1 ст. 237 ТК РФ. Вопросы компенсации морального вреда также регулируются ч. 4 ст. 3 Трудового кодекса РФ, а также Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Обязанность работодателя возместить работнику моральный вред наступает при совокупности следующих обстоятельств: причинение работнику физических и (или) нравственных страданий; совершение работодателем виновных неправомерных действий или бездействия; наличие причинной связи между неправомерными виновными действиями (бездействием) работодателя и физическими и (или) нравственными страданиями работника.

Как следует из акта № формы Н-1 от 02.09.2016г. о несчастном случае на производстве причиной несчастного случая на производстве стало нарушение технологического процесса, выразившееся в том, что осмотр железнодорожного состава включающего цистерну с бензином №, производился на неэлектрофицированном пути № станции Красноярск-Северный, имеющем в районе опоры № токонесующую перемычку напряжением 27500В, соединяющую контактные сети путей № и №, без использования смотровой вышки, чем были нарушены требования ст.211 ТК РФ, п.п. 2.1.41, 3.5. 6.1, 6.2 «Отраслевых правил по охране труда в хозяйстве грузовой и коммерческой работы на федеральном железнодорожном транспорте» ПОТ РО-13153-ЦМ-933-03, утв. Министерством путей сообщения РФ 20.01.2003 года, п.п. 1.24, 1.27.1 «Правил по охране труда в хозяйстве перевозок федерального железнодорожного транспорта ПОТ РО-32-ЦД-855-01» утв. Министерством путей сообщения РФ 20.09.2001 года, п.2.1.7 «Правил по охране труда в военизированной охране министерства путей сообщения Российской Федерации ПОТ РО-32-ЦУО-640-99» утв. Министерством путей сообщения РФ 19.02.1999 года.

Лицами, допустившими нарушение охраны труда при произошедшем несчастном случае являются: ФИО6 - начальник железнодорожной станции Красноярск-Северный Красноярского центра организации работы станций - структурного подразделения Красноярской дирекции управления движением филиала ОАО «Российские железные дороги», допустивший проведение осмотра вышеуказанного железнодорожного состава без использования смотровой вышки, а также стрелок Красноярского отряда ФГП «ВОЖДТ РФ» ФИО3, который в нарушение п.п. 2.2.2, 2.2.7 «Должностной инструкции стрелка стрелковых команд Красноярского отряда ведомственной охраны», а также п.3.5.5 «Инструкции по охране труда для стрелка стрелковой команды (отделения) ИОТ НОР3-02-2016» пренебрег требованиями безопасности при осмотре в коммерческом отношении вершины цистерны на неэлектрофицированном пути № и приблизился к токонесущей перемычке напряжением 27500В в районе опоры №, соединяющей контактные сети путей № и №, чем нарушил требования ст.211, 214 ТК РФ; п.п. 1.24, 1.27.1 «Правил по охране труда в хозяйстве перевозок федерального железнодорожного транспорта ПОТ РО-32-ЦД-855-01» утв. Министерством путей сообщения РФ 20.09.2001 года, п.2.1.7 «Правил по охране труда в военизированной охране министерства путей сообщения Российской Федерации ПОТ РО-32-ЦУО-640-99» утв. Министерством путей сообщения РФ 19.02.1999 года; п.п. 2.1.41, 3.5. 6.1, 6.2 «Отраслевых правил по охране труда в хозяйстве грузовой и коммерческой работы на федеральном железнодорожном транспорте» ПОТ РО-13153-ЦМ-933-03, утв. Министерством путей сообщения РФ 20.01.2003 года.

При этом, из представленных работодателем документов следует, что ФИО3 в процессе своей трудовой деятельности надлежащим образом проходил все положенные виды инструктажей, что подтверждается имеющимися журналами проверки знаний по технике безопасности у персонала с группой по электробезопасности I; регистрации тестирования работников на рабочем месте; регистрации инструктажа по охране труда на рабочем месте (т.1, л.д.170-171,172-173,174-177,178-179).

Кроме того, как следует из карты аттестации рабочего места по условиям труда № в 2012 году работодателем ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ» в установленном порядке была проведена аттестация рабочего места стрелка в структурном подразделении стрелковая команда станции Красноярск-Восточный – стрелковое отделение станции Красноярск-Северный, с результатами которой ФИО3 был ознакомлен, о чем свидетельствует его подпись в листе ознакомления (т.1, л.д.75-77).

Помимо этого, из личной карточки учета выдачи вещевого имущества следует, что в процессе трудовой деятельности в силу занимаемой должности, на основании Приказа Росжелдора от 13.03.2013 №79 "Об утверждении образцов форменной одежды, норм обеспечения вещевым довольствием, форменной одеждой, снаряжением и соответствующими средствами индивидуальной защиты работников федерального государственного предприятия "Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации" (Зарегистрировано в Минюсте России 11.04.2013 N 28103) стрелку ФИО3 работодателем предоставлялась вся необходимая специальная одежда, обувь и иные средства индивидуальной защиты (т.2, л.д.162-164).

Таким образом, перед допуском к работе по охране и осмотру железнодорожных вагонов, стрелок ФГП «ВОЖДТ РФ» ФИО3 прошел целевой, повторный и дважды с начала 2016 года внеплановые инструктажи по охране своего труда и по травмированию электрическим током (в том числе целевой инструктаж по охране труда непосредственно перед заступлением на работу 14.05.2016г.); в установленном порядке прошел медицинское освидетельствование, которое каких-либо противопоказаний для работы стрелком не выявило; был обеспечен работодателем специальной одеждой, обувью и иными средствами индивидуальной защиты.

Сам несчастный случай произошел ввиду грубого нарушения ФИО3 требований его «Должностной инструкции стрелка стрелковых команд Красноярского отряда ведомственной охраны», а также «Инструкции по охране труда для стрелка стрелковой команды (отделения) ИОТ НОР3-02-2016», в результате чего он при осмотре горловины железнодорожной цистерны поднялся на ее вершину рядом с токонесущей перемычкой напряжением 27500В в районе опоры №, соединяющей контактные сети путей № и №, приблизился к этой перемычке, являющейся частью контактной сети, на расстояние ближе 2 метров, после чего был поражен электрическим током высокого напряжения.

При этом суд отмечает, что в этот момент ФИО3 находился на вершине железнодорожной цистерны №, которая по состоянию на 11.30 часов 14.05.2016г. уже не находилась под охраной ФГП «ВОЖДТ РФ», поскольку в 01 час 50 минут того же дня ДД.ММ.ГГГГ была передана грузополучателю АО «Сангилен» по акту № серии № иным стрелком - ФИО 6 и снята с охраны, то есть – осмотр данной цистерны и ее охрана на момент произошедшего несчастного случая вообще не входили в должностные обязанности ФИО3, в подлежащий подписанию им акт выдачи грузов, охраняемых работниками ФГП ВОЖДТ РФ (т.2, л.д.100-101) названная цистерна не входила.

Из пояснений очевидца произошедшего несчастного случая – приемосдатчицы ФИО 3 следует, что при осмотре подлежащих передаче с охраны железнодорожных цистерн, стоящих на 11 пути, ФИО3 для удобства осмотра пломб на горловинах цистерн, залез на вершину состава, где перепрыгивал с цистерны на цистерну (что также напрямую запрещено Инструкцией по охране труда для стрелка стрелковой команды (отделения) ИОТ НОР3-02-2016), откуда диктовал ей номера пломб; получив сведения по последней цистерне, она крикнула ФИО3, что все, дальше производить осмотр не нужно, но он все равно перепрыгнул на соседнюю цистерну №, после чего произошел громкий хлопок, ФИО3 упал, горловина цистерны загорелась.

При таком положении, учитывая отсутствие доказательств нарушения работодателем ФГП «ВОЖДТ РФ» требований по надлежащей охране труда работника ФИО3, принимая во внимание вину самого работника в произошедшем несчастном случае на производстве и нарушении им требований безопасности при осмотре цистерны №, которая в спорный период времени уже не находилась под охраной работодателя, в связи с чем, совершенные стрелком ФИО3 действия по ее осмотру напрямую не входили в его должностные обязанности и не поручались ему работодателем, суд приходит к выводу об отсутствии вины ФГП «ВОЖДТ РФ» в произошедшем с ФИО3 несчастном случае на производстве, а также отсутствии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работодателя и гибелью работника.

С учетом изложенного оснований для возложения на ФГП «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта РФ», как на работодателя ФИО3, ответственности по возмещению морального вреда истцам, причиненного фактом гибели близкого родственника (работника ФИО3), не имеется.

При этом, как уже отмечалось ранее, смертельное травмирование ФИО3 электрическим током произошло на вершине железнодорожной цистерны №, наполненной бензином и включенной в состав железнодорожного поезда, находящегося на пути № нечетного парка железнодорожной станции Красноярск-Северный г. Красноярска, относящейся к инфраструктуре железнодорожного транспорта.

Таким образом смерть ФИО11 наступила в результате проявления вредоносных свойств источника повышенной опасности, владельцем которого является ответчик ОАО «РЖД».

Положениями ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно п.п. 1 и 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1100 ГК РФ, в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Для возложения ответственности за моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, вины причинителя вреда не требуется (абз. 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации), при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абз. 2 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации), в таких случаях установлению подлежит лишь размер компенсации морального вреда, о чем даны соответствующие разъяснения в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина".

Таким образом, принимая во внимание, что в данном случае вред жизни и здоровью потерпевшего причинен источником повышенной опасности, обязанность возмещения морального вреда лежит на ответчике ОАО «РЖД» независимо от наличия или отсутствия его вины в произошедшем несчастном случае.

При этом, суд также принимает во внимание наличие в действиях самого потерпевшего ФИО3 грубой неосторожности, выразившейся в нарушении им вышеперечисленных требований охраны труда, должностных инструкций и иных ведомственных нормативных актов, которая содействовала причинению вреда.

Вместе с тем, гибель ФИО3 неизбежно принесла его супруге ФИО1 и дочери ФИО2 глубокие нравственные страдания и переживания, горе, вызванные невосполнимой утратой самого близкого человека, а также душевную боль на всю оставшуюся жизнь.

Как пояснили ранее в судебном заседании истцы, ФИО3 был трудолюбивым, спокойным и уравновешенным человеком, любящим супругом и заботливым отцом, его внезапная смерть лишила истцов не только близкого человека, но и поддержки и опоры в жизни, они всегда были дружной семьей.

Из пояснений сторон и материалов дела также следует, что после трагической гибели ФИО3 истцами получены суммы страхового возмещения в размере по 600 000 рублей в пользу каждой на основании договора № от 30.09.2013г. по страхованию от несчастных случаев работников ФГП «ВОЖДТ РФ», заключенного с АО СГ «УралСиб» (т.1, л.д.109-128).

Учитывая характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, вызванных гибелью близкого человека, духовную близость, которая обычно существуют между супругами, родителями и детьми, фактические обстоятельства причинения вреда, наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, материальное положение сторон, индивидуальные особенности личности истцов, суд определяет сумму компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, по 100 000 рублей в пользу каждого из истцов.

При этом, как следует из материалов дела, ответственность ОАО "РЖД" по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью физических лиц, как владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика, на момент несчастного случая была застрахована по договору страхования гражданской ответственности владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика от 08.12.2014г. № в ООО СК «Согласие» (т. 1 л.д. 205-218).

Согласно условиям указанного Договора, страховым случаем является наступление гражданской ответственности Страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего Договора, жизни, здоровью, имуществу Выгодоприобретателей и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность Страховщика произвести страховую выплату, за исключением случаев, указанных в п. 2.5 настоящего Договора.

В соответствии с п. 2.3 по настоящем договору застрахован риск гражданской ответственности Страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия настоящего договора: жизни и/или здоровью Выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего Страхователь обязан компенсировать моральный вред; имуществу Выгодоприобретателей; окружающей среде.

Как следует из п.8.1.1.2 договора страхования, в случае если суд возложит на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в размере не более 100 000 рублей лицам в случае смерти потерпевшего.

Учитывая условия договора страхования ответственности ОАО «РЖД» и установленный им размер суммы страхового возмещения, суд взыскивает в пользу истцов ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда с ответчика ООО «Страховая компания «Согласие» в сумме 100 000 рублей, или по 50 000 рублей в пользу каждой, а также с ОАО «РЖД» в размере 100 000 рублей, или по 50 000 рублей в пользу каждой.

К доводам представителя ООО СК «Согласие» о том, что произошедшая гибель ФИО3 не является страховым событием, поскольку последний состоял в трудовых отношениях со страхователем, суд относится критически так как подобное утверждение страховщика основано на неправильной трактовке фактических обстоятельств дела, из которых следует, что погибший ФИО3 не находился в трудовых отношениях с ОАО «РЖД», так как являлся постоянным работником ФГП «ВОЖДТ РФ», в связи с чем, его гибель в результате железнодорожной травмы имеет все признаки страхового случая, предусмотренного договором страхования гражданской ответственности владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика от 08.12.2014г. №.

По требованиям ст. 98 ГПК РФ, стороне в пользу, которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям. Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно разъяснениям, содержащихся в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. N 1, расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками только в том случае, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела копии доверенности, выданной от имени ФИО2 и ФИО1 следует, что указанная доверенность (т. 1 л.д. 182) выдана истцами представителям на ведение конкретного дела, а именно с целью представления их интересов по гражданскому делу по иску о возмещении вреда по факту гибели ФИО3 от воздействия источника повышенной опасности ОАО «РЖД». За оформление указанной доверенности истцом была уплачена денежная сумма в размере 1 700 рублей, что подтверждается квитанцией от 29.10.2016г. (т. 1 л.д. 11).

С учетом изложенного, расходы в сумме 1 700 рублей за составление нотариальной доверенности подлежат взысканию с ответчиков в пользу истцов в равных долях (по 850 рублей).

В силу ст.103 ГПК РФ суд также взыскивает с ответчиков госпошлину в доход местного бюджета в размерах: с ООО «СК «Согласие» - 300 рублей, с ОАО «РЖД» - 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Уточненные исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 425 рублей, а всего денежную сумму в размере 50 425 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 425 рублей, а всего денежную сумму в размере 50 425 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 425 рублей, а всего денежную сумму в размере 50 425 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 425 рублей, а всего денежную сумму в размере 50 425 рублей.

В удовлетворении остальной части требований, а также в удовлетворении требований о взыскании с Федерального государственного предприятия «Ведомственная охрана железнодорожного транспорта Российской Федерации» – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через канцелярию Железнодорожного районного суда г. Красноярска.

Судья И.Г. Медведев