Решение № 2-3986/2024 2-3986/2024~М-4002/2024 М-4002/2024 от 5 декабря 2024 г. по делу № 2-3986/2024

Дело № 2-3986/2024

22RS0011-02-2024-004941-32


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 декабря 2024 года г. Рубцовск

Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Зелепухиной Н.А.,

при секретаре Балдаковой К.Н.,

с участием прокурора Коноваленко Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Алтайвагон», Рубцовскому филиалу Акционерного общества «Алтайвагон» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд к ответчикам АО «Алтайвагон», Рубцовскому филиалу Акционерного общества «Алтайвагон» с иском, в котором просил взыскать с надлежащего ответчика компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что с *** по *** работал в Рубцовском филиале Акционерного общества «Алтайвагон». В результате воздействия неблагоприятных производственных факторов при работе по профессии «обрубщик» у истца возникло профессиональное заболевание: ... Дата установления диагноза профессионального заболевания – ***. Ответчиком не было обеспечено право истца на безопасные условия труда. В результате полученного профессионального заболевания истцу причинен моральный вред, выразившийся в значительных физических и нравственных страданиях, связанных с утратой трудоспособности, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причиненными последствиями заболевания, большой отдышкой. Причиненный ему моральный вред истец оценивает в 700 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «Алтайвагон» – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала по доводам письменных возражений, приобщенным к материалам дела.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 2 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно абзацам 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Таким образом, требованиями действующего законодательства предусмотрена материальная ответственность работодателя за вред, причиненный здоровью работника трудовым увечьем или профессиональным заболеванием.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим человеку от рождения.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, материалами дела подтверждено, что ФИО1, *** года рождения, в период с *** по *** состоял в трудовых отношениях с АО «Алтайвагон», что подтверждается копией трудовой книжки истца *** от ***.

Как следует из материалов дела, *** ФИО1 был принят в Рубцовский филиал АО «Алтайвагон» (ранее – ОАО «Алтайвагон») в литейный цех на участок термической обработки литья и обрубки, обрубщиком 1 разряда.

Согласно заключенному сторонами договору от ***, характер условий труда профессии «обрубщик» относится к категории особо тяжелые и особо вредные (п. 8 договора).

*** истец был переведен в литейном цехе на участке термической обработки литья и обрубки обрубщиком 3 разряда, в связи с чем сторонами подписано дополнительное соглашение к трудовому договору от ***).

*** трудовой договор с истцом был расторгнут по инициативе работника по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

*** ФИО1 был принят в Рубцовский филиал АО «Алтайвагон» в литейный цех на участок термической обработки литья и обрубки, обрубщиком 3 разряда, в связи с чем сторонами *** был заключен трудовой договор , дополнительные соглашения от ***, от ***, от ***, от ***, от ***, от ***, от ***.

Приказом от ***, ФИО1 переведен транспортировщиком в литейном производстве 2 разряда.

*** трудовой договор с истцом был расторгнут по инициативе работника по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Указанные обстоятельства помимо трудовой книжки истца подтверждаются копиями приказов о приеме истца на работу, копиями приказов о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), личными карточками, и не оспаривались ответчиком.

Начальником ТО Управления Роспотребнадзора в Алтайском крае *** была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО1 , и, согласно заключению о состоянии условий труда истца в профессии обрубщика, установлена его подверженность воздействию вредных факторов производственной среды: загазованность, запыленность, производственный шум, локальная вибрация, тяжесть и напряженность трудового процесса.

Показатели тяжести трудового процесса при работе на АО «Алтайвагон» в профессии обрубщика: физическая динамическая общая нагрузка. Масса поднимаемого и перемещаемого вручную груза: подъем и перемещение тяжести постоянно в течении рабочего дня (смены) (более 2 раз в час) – 5,0 кг, суммарная масса грузов, перемещаемых в течении каждого часа рабочего дня (смены) с рабочей поверхности 45,0 кг. Рабочая поза – периодическое, до 50 % времени смены нахождение в неудобном и/или фиксированном положении. Периодическое, до 25 % времени смены, пребывание в вынужденном положении. Нахождение в положении «стоя» до 80 % времени рабочего дня (смены). Нахождение в положении «сидя» без перерывов от 60 до 80 % времени рабочего дня (смены). Перемещение в пространстве – по горизонтали 0,5 км, по вертикали 0 км. Показатели напряженности трудового процесса: интеллектуальные нагрузки, сенсорные нагрузки, эмоциональные нагрузки. При этом четырехсменный график работы с гарантированными перерывами, достаточной продолжительности, 7 % и более рабочего времени, смены - 12 часов.

Согласно выписке из истории болезни КГБУЗ «Краевая клиническая больница» от *** ФИО1 установлен диагноз: .... У истца имелись жалобы на ноющие боли в суставах кистей, в лучезапястных, усиливающиеся при физической нагрузке, периодически онемения, парестезии в дистальных отделах верхних конечностях, периодически побеление пальцев рук на холоде, периодические судороги в кистях, зябкость кистей, периодически на ноющие боли в шейном, поясничном отделе позвоночника, усиливающиеся при движении, длительном статическом положении.

Из акта о случае профессионального заболевания, утвержденного главным государственным санитарным врачом по Алтайскому краю от *** следует, что заболевание ФИО1 является профессиональным, возникло в период работы истца в АО «Алтайвагон» в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов в связи с несовершенством технологического процесса и производственного оборудования. Непосредственной причиной заболевания послужила работа истца в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ.

Виновных должностных лиц не установлено. Допущены нарушения Рубцовский филиал АО «Алтайвагон» СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания»; СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда».

Также указанным актом о случае профессионального заболевания рекомендовано разработать план мероприятий по снижению уровня локальной вибрации на производственных участках и обеспечить работников средствами индивидуальной защиты.

Согласно справке МСЭ-2022 от ***, степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 установлена в размере 30 % в связи с профессиональным заболеванием от ***, акт о случае профессионального заболевания от ***. Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности – бессрочно.

Из представленных документов следует, что стаж работы истца в профессии обрубщик составил 11 лет 1 месяц, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 11 лет 1 месяц.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», «профессиональное заболевание» - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть; «профессиональная трудоспособность» - способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества; «степень утраты профессиональной трудоспособности» - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

Абзац второй п. 3 ст. 8 указанного Федерального закона предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В случае отсутствия соглашения между работником и работодателем о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, работник имеет право обратиться в суд.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании представитель ответчика не оспаривала факт наступления профессионального заболевания у истца и причинно-следственную связь между осуществляемой им трудовой деятельностью и установленными у него заболеваниями. Указала, что работа в особо тяжелых и особо вредных условиях труда сопряжена с вредом для здоровья и подразумевает приобретение профессионального заболевания. Истец знал, но осознанно по своему личному волеизъявлению устроился и продолжал работать в профессии обрубщика не воспользовавшись правом на перевод и прекращение трудовых отношений, тем самым выразив свое согласие на причинение вреда здоровью. За работу в особо тяжелых и вредных условиях труда истец получал достойную заработную плату, ему производилась выплата повышенной оплаты труда (с учетом компенсации в размере 24 % от часовой тарифной ставки), предоставлялся дополнительный ежегодный отпуск в размере 7 календарных дней, выдавалось молоко, что смягчало воздействие на организм истца вредных производственных факторов, истец имел право на досрочное назначение трудовой пенсии. Ежегодно проводились медицинские осмотры с целью выявления профзаболеваний. Истец в течении смены имел 2 регламентированных перерыва. Предприятием разработан план мероприятий по снижению уровня локальной вибрации на производственных участках. Однако кардинально предотвратить возникновение профессиональных заболеваний можно одним способом – перестать работать по данной специальности. Считает, что истец знал о том, что его работа была связана с особо тяжелыми и вредными условиями труда, и осознанно по своему личному и добровольному волеизъявлению продолжал работать, понимая всю серьезность и риски которыми он себя подвергает, желая зарабатывать больше, исходя из уровня заработной платы в городе и регионе. Указала также на отсутствие умышленных действий со стороны ответчика, не имеющего возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Профессиональное заболевание возникло у истца не в результате действий или бездействия ответчика, а в результате самой специфики работы и особенностей используемых для их выполнения инструментов и механизмов, индивидуальных особенностей организма истца, его поведения, образа жизни.

Материалами дела установлено, что случай заболевания истца является профессиональным и возник в период работы истца в АО «Алтайвагон» в результате длительного воздействия на его организм вредных производственных факторов в связи с несовершенством технологического процесса и производственного оборудования. Непосредственной причиной заболевания послужила работа истца в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ.

При этом, принятие работодателем мер по охране труда работников, не исключает вины работодателя в профессиональных заболеваниях истца, ввиду сохранения неблагоприятных факторов (вибрацией выше ПДУ).

Суд учитывает, что согласно акту о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристике условий труда, профессиональные заболевания возникли у истца в течение длительного (11 лет 1 месяц) воздействия вредных производственных факторов, то есть не одномоментно, а в течение всего времени работы у ответчика АО «Алтайвагон».

Как следует из п. 5.1 Устава АО «Алтайвагон» общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

При этом суд учитывает, что филиал общества не является юридическим лицом, осуществляет свою деятельность от имени создавшего его общества, которое несет ответственность за его деятельность. В связи с этим, надлежащим ответчиком по делу является АО «Алтайвагон».

Факт получения работником предусмотренных законом компенсаций, гарантий и льгот в связи с работой во вредных условиях труда не освобождает работодателя от обязанности по возмещению морального вреда.

Тот факт, что истец осознавал, что условия труда являются вредными, также не свидетельствует об отсутствии вины работодателя и не опровергает факта получения профзаболевания в связи с работой у ответчика.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда должен согласовываться с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень вины ответчика, учитывать при определении размера компенсации морального вреда требования разумности, справедливости и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд учитывает, что истец испытывает физические и нравственные страдания в связи с имеющимся у него заболеванием. Возникновение профессионального заболевания явилось не только следствием воздействия вредных производственных факторов, но и не обеспечения работодателем безопасных условий труда. Наличие заболевания и приобретенных последствий, не позволяют истцу вернуться к прежнему образу жизни, вернуть себе прежнее состояние здоровья. Истец продолжает испытывать нравственные страдания и переживания.

Суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, и их защита должна быть приоритетной, в связи с чем, исходит из установленного факта длительного воздействия в период работы истца на предприятии ответчика на его организм вредных производственных факторов (вибрации), что привело к возникновению у него профессионального заболевания.

Суд учитывает снижение трудоспособности истца по установленным заболеваниям на 30 %, считает возможным определить к взысканию с ответчика АО «Алтайвагон» в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

При этом, суд учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, индивидуальные особенности потерпевшего, критерии разумности и справедливости.

Заявленную истцом сумму компенсации морального вреда, суд полагает завышенной.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального образования город Рубцовск в сумме 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Алтайвагон» (ИНН , ОГРН ) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ ... выдан ОУФМС России по Алтайскому краю ***) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к Акционерному обществу «Алтайвагон» и в полном объеме к Рубцовскому филиалу Акционерного общества «Алтайвагон» о взыскании компенсации морального вреда -отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Алтайвагон» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Рубцовск 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд.

Председательствующий Н.А. Зелепухина

Мотивированное решение изготовлено 20.12.2024