Приговор № 2-31/2017 2-5/2018 от 24 января 2018 г. по делу № 2-31/2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 25 января 2018 года

Судья Омского областного суда Гаркуша Н.Н.

с участием государственного обвинителя Митякина В.В.,

потерпевших Т.А.Я.., Т.Е.А..,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Пуликова А.В.,

при секретаре Соколовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело, по которому

ФИО1, <...> судимости не имеет,

обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ

Подсудимый ФИО1 совершил убийство потерпевшей З.И.А. <...> года рождения, а также кражу чужого имущества. Преступление совершено в <...> области при следующих обстоятельствах.

<...>, в период с <...> минут, ФИО1 пришел к знакомой З.И.А., которая накануне обещала одолжить ему <...> рублей. Находясь у нее в доме на <...><...> ФИО1 попросил З.И.А.. одолжить ему <...> рублей. З.И.А. отказала, после чего между ними произошла обоюдная ссора. В ходе ссоры на почве возникших личных неприязненных отношений ФИО1 нанес ей множественные удары руками, схватил на кухне нож, догнал потерпевшую на веранде и, действуя с целью убийства, на почве личных неприязненных отношений, преодолевая сопротивление, нанес ей множественные (не менее 17) удары ножом в область головы, шеи и правой руки. В результате потерпевшей З.И.А. были причинены кровоподтеки и ссадины на лице, шее, на теле и руках, не повлекшие вреда здоровью, колото-резаные и резаные раны на голове, шее и правой руке, повлекшие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства, колото-резаные ранения шеи с повреждением сосудов, причинившие вред здоровью средней тяжести по длительности его расстройства, а также резаное ранение шеи с повреждением мягких тканей и фасций шеи, левого и правого сосудисто-нервных пучков с левой и правой наружными сонными артериями, левой и правой внутренней яремными венами, связок между подъязычной костью и щитовидным хрящом, стенок глотки, части межпозвоночного диска третьего шейного позвонка в передней его трети, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которого потерпевшая скончалась на месте происшествия. Смерть З.И.А. наступила от обильной кровопотери, осложнившей резаное ранение шеи с повреждением крупных сосудов. После этого ФИО1, решив совершить хищение, подобрал на полу золотую цепочку, снял с потерпевшей золотые украшения, осмотрел ее сумку и взял оттуда ценные вещи, тайно похитив золотое кольцо стоимостью <...> рублей, золотое кольцо стоимостью <...> рубля, золотое кольцо стоимостью <...> рублей, золотые серьги стоимостью <...> рублей, золотую цепочку стоимостью <...> рублей, кожаный кошелек стоимостью <...> рублей, мобильный телефон «<...>» стоимостью <...> рублей в комплекте с защитным стеклом «<...>» стоимостью <...> рублей, общей стоимостью <...> рубля, ключи от автомобиля «<...>» стоимостью <...> рублей. С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, причинив материальный ущерб на общую сумму <...> рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 признал себя виновным в предъявленном обвинении частично. Признавая причинение потерпевшей смерти и завладение ее имуществом, ФИО1 отрицает умысел на убийство и корыстные мотивы и цели примененного им насилия, утверждает, что нанес З.И.А. удары ножом в ходе ссоры, после чего решил похитить золотые украшения потерпевшей, похитил два золотых кольца, серьги и цепочку, отрицает хищение еще одного кольца, мобильного телефона, кошелька и ключей от автомобиля.

Воспользовавшись своим конституционным правом, подсудимый отказался от дачи показаний по существу дела, и судом на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ исследованы показания Б.К.А., данные им на предварительном следствии, в которых он, уточняя и дополняя свои показания, подробно рассказывал обстоятельства совершенного преступления. Из этих показаний ФИО1 следует, что он был знаком с потерпевшей с 2001 года, поддерживал с ней дружеские отношения, иногда одалживал у нее деньги. <...><...> он был в гостях у Ч.М.А., распивали спиртное, а когда закончились деньги, заложили в ломбарде его (ФИО1) мобильный телефон, оформили залог по документам Ч.М.А. Стоимость залога составила <...> рублей. После этого они продолжали распивать спиртные напитки. Вечером <...>, когда деньги закончились, он (ФИО1) поехал в <...>, пришел к З.И.А., чтобы одолжить деньги. Поскольку ранее он одалживал у нее по <...> рублей, то и в этот раз попросил <...> рублей. З.И.А. согласилась, но предложила прийти утром, так как ей нужно было снять деньги в банкомате. Утром <...>, около <...> минут, он вновь пришел домой к потерпевшей, разговаривали в кухне. Понимая, что <...> рублей ему не хватит, поскольку нужно было выкупить телефон, он попросил у нее <...> рублей. В ответ на это З.И.А. разозлилась, стала ругаться и оскорблять его, и между ними произошла ссора. В ходе ссоры он толкнул ее, схватил со стола нож. Потерпевшая пыталась сопротивляться, выбежала из кухни, однако он догнал ее на веранде и нанес несколько ударов ножом, в том числе в шею. Он был в сильном волнении, и все свои действия и количество ударов не помнит. Когда пришел в себя, увидел потерпевшую у входной двери без признаков жизни. После этого он решил совершить хищение, нашел на полу золотую цепочку, которую З.И.А. потеряла в ходе борьбы. Увидев у входа тряпичные перчатки, он надел их, чтобы не оставлять следов, снял с потерпевшей два золотых кольца и серьги. Нож помыл и оставил на столе возле раковины, перчатки положил в стиральную машину. Уходя из дома, закрыл двери на навесной замок, который лежал на тумбочке. В Омске он с Ч.М.А. по паспорту последнего сдали в ломбард золотые кольца и цепочку за <...> рублей, из которых за <...> рублей выкупил свой телефон. <...> также вдвоем по документам Ч.М.А. оформили залог на серьги, похищенные им у З.И.А. В тот же день подарил знакомой С.В.В. <...> рублей, вырученные от продажи похищенного, и кольцо (<...>).

Показания получены в полном соответствии с требованиями закона и являются допустимыми доказательствами, которые могут использоваться для обоснования виновности подсудимого. В судебном заседании Б.К.А. подтвердил, что показания такого содержания были даны им и они правильно зафиксированы в протоколах допросов, заявил, что они являются достоверными, соответствуют действительности.

Помимо частичного признания и изложенных выше показаний, виновность подсудимого и обстоятельства преступления устанавливаются следующими доказательствами.

В судебном заседании допрошены потерпевшие по делу Т.А.Я. и Т.Е.А., отец и сестра погибшей, в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ исследованы показания потерпевшего З.В.В. – супруга З.И.А. Из показаний названных потерпевших, которые согласуются друг с другом, следуют, что З.И.А. общалась и поддерживала дружеские отношения с ФИО1, периодически одалживала ему деньги. Незадолго до происшествия З.И.А. жаловалась им, что ФИО1 задерживает возвращение долга, и она больше денег ему не даст.

По поводу происшедшего З.В.В. показывал, что находился в командировке, разговаривал с женой по телефону днем <...>. Последний раз переписывались в социальной сети «<...> около <...> часов. <...> около <...> часов ему позвонила Т.Е.А., сказала, что З.И.А. не вышла на работу, дома ее нет и ее местонахождение не известно. Он пытался позвонить жене, но ее телефоны были выключены, а через некоторое время ему сообщили о смерти жены (<...>).

Из показаний Т.Е.А. следует, что <...> примерно в 10 часов она пыталась позвонить сестре З.И.А., но ее телефон был недоступен. Через некоторое время ей пришло сообщение от коллег сестры, что З.И.А. не вышла на работу. Она (Т.Е.А.) вместе с братом и друзьями приехали к З.И.А. Ее автомашина находилась возле дома, двери были закрыты снаружи на навесной замок. Когда взломали дверь, увидели З.И.А. у порога на полу без признаков жизни. Она была в куртке. Рядом лежала ее раскрытая сумка, паспорт был в крови, на полу рассыпана «мелочь».

Объективно из протокола осмотра места происшествия следует, что <...> в <...> области в доме на <...><...> был обнаружен труп З.И.А. с признаками насильственной смерти. Погибшая лежала в прихожей на полу, лицом вниз, была одета в куртку, но без обуви. Рядом с трупом на полу находилась женская сумка, разбросаны вещи. В доме зафиксированы следы крови, изъяты смывы крови с поверхности окна, столешницы, раковины, комода. На столе в кухне возле раковины изъят кухонный нож (<...>).

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, непосредственной причиной смерти З.И.А. является обильная кровопотеря, осложнившая резаное ранение шеи с повреждением крупных сосудов. У потерпевшей З.И.А. обнаружено резаное ранение шеи с повреждением мягких тканей и фасций шеи, левого и правого сосудисто-нервных пучков с левой и правой наружными сонными артериями, левой и правой внутренней яремными венами, связок между подъязычной костью и щитовидным хрящом, стенок глотки, части межпозвоночного диска третьего шейного позвонка в передней его трети. Данное ранение образовано не менее двукратным воздействием предметом с острой режущей кромкой, является тяжким вредом здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смертельного исхода. Кроме того, у потерпевшей обнаружены: - колото-резаные ранения шеи с повреждением мягких тканей и фасций шеи, правых глубоких и восходящих шейных артерий и вен, которые образовались от двукратного воздействия колюще-режущим предметом, причинили вред здоровью средней тяжести по длительности его расстройства; - колото-резаные ранения волосистой части головы, на наружной поверхности правого плеча, возникшие от семи воздействий колюще-режущим предметом, резаные раны шеи, ладонной поверхности правой кисти, возникшие от шестикратного воздействия предметом с острой режущей кромкой, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства; - множественные кровоподтеки и ссадины на лице, шее, правой боковой поверхности таза и левой кисти, образовавшиеся от воздействия тупыми твердыми предметами, ссадины на шее и на ладонной поверхности левой кисти, возникшие от воздействий остроконечным предметом, которые вреда здоровью не причинили. Все повреждения образовались прижизненно, незадолго до смерти в короткий промежуток времени друг за другом (<...>).

Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы, обнаруженные у потерпевшей и на ее одежде повреждения причинены, вероятнее всего, одним и тем же колюще-режущим предметом типа ножа. Сходные свойства имеются у клинка ножа, изъятого при осмотре места происшествия, и причинение повреждений этим ножом не исключается <...>). В соответствии с выводами судебной молекулярно-генетической экспертизы на рукояти ножа обнаружен генетический материал, который произошел в результате смешения ДНК З.И.А. и лица мужского пола. Происхождение смешанного генетического материала на рукояти ножа от ФИО1 не исключается (<...>).

Из показаний З.В.В. следует, что через несколько дней после описываемых событий он наводил порядок в доме, в стиральной машине нашел матерчатые перчатки со следами крови <...>). Согласно протоколам осмотра, данные перчатки были изъяты <...>, осмотрены, на них имелись помарки бурого цвета <...>). Как следует из заключения молекулярно-генетической экспертизы, в результате проведенных исследований на перчатке обнаружены биологические следы, которые произошли от ФИО1 (<...>).

Из показаний З.В.В., Т.А.Я. и Т.Е.А. следует, что З.И.А. постоянно носила золотые украшения: цепочку, три кольца, серьги, которые были похищены. Кроме того, у нее имелись и были похищены мобильный телефон «<...>», кошелек и ключи от автомобиля.

В ходе расследования к делу приобщены и осмотрены четыре фотографических изображения З.И.А., из которых видно, что на потерпевшей надеты три кольца, на шее цепочка, в ушах серьги, в руках она держала мобильный телефон «<...>» (<...>).

Как следует из протокола осмотра, на время обнаружения преступления указанных украшений у погибшей не было, в ходе осмотра они не обнаружены. Ее сумка была раскрыта, содержимое сумки описано, указанного телефона «<...>», кошелька и ключа-брелока в ней не было.

Согласно показаниям З.В.В., стоимость похищенного имущества составляет <...> рублей: золотая цепочка, стоимостью <...> рублей, золотое обручальное кольцо стоимостью <...> рублей, золотое кольцо стоимостью <...> рублей, золотое кольцо стоимостью <...> рублей, серьги стоимостью <...> рублей, кожаный кошелек стоимостью <...> рублей, мобильный телефон «<...>» в комплекте общей стоимостью <...> рублей, ключ-брелок от автомобиля «<...>» стоимостью <...> рублей (<...>). Аналогичные показания по поводу похищенного имущества и его стоимости даны Т.Е.А.

Согласно протоколу выемки, у потерпевшего Т.А.Я. изъяты документы на похищенное у З.И.А. имущество: квитанция ювелирного салона «<...>» на кольцо № <...>, весом <...> гр., проба <...>, размер <...>, стоимостью <...> рублей; чек № <...> от <...> на сумму <...> рублей; кассовый чек на мобильный телефон «<...>» с защитным стеклом, чехлом на сумму <...> рублей (<...>).

В судебном заседании допрошены свидетели Ч.М.А. и Ч.Е.Н., исследованы показания, данные ими на предварительном следствии. Кроме того, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ исследованы показания свидетелей С.В.В., П.С.С., К.С.С.

Из показаний Ч.М.А. следует, что <...> ФИО1 был у него в гостях, распивали спиртное, сдали в ломбард телефон подсудимого, ФИО1 отлучался и принес золотые украшения, которые продали в ломбарде. Со слов ФИО1, эти украшения принадлежали его матери. Кроме того, свидетель Ч.М.А. подтвердил свои показания на предварительном следствии, в которых он более подробно рассказывал об этих событиях. Согласно данным показаниям, ночью <...> они в ломбарде на <...> заложили телефон ФИО1, оформили залоговый билет по паспорту Ч.М.А., вырученные деньги потратили на приобретение спиртного. <...> ФИО1 пришел около <...> часов, сказал, что ездил в дом родителей и взял золотые украшения, принадлежавшие его матери. По предложению ФИО1 они в ломбарде продали два золотых кольца и цепочку, выкупили телефон ФИО1 Залог оформили по паспорту Ч.М.А. Еще одно кольцо сотрудник ломбарда не принял, и ночью <...> ФИО1 подарил это кольцо, а также деньги знакомой девушке (С.В.В.) (<...><...>).

Ч.Е.Н. показала, что с <...> ФИО1 был у них несколько дней, распивал спиртное с Ч.А.А., заложил свой телефон. В ходе распития спиртного <...> ФИО1 говорил, что у него дома есть «золото» матери, которое можно заложить. Потом он уехал и вернулся <...>. В этот день она была на работе, позже муж рассказал, что ФИО2 привез золотые украшения, которые они сдали в ломбард. В целом аналогичные показания были даны свидетелем Ч.Е.Н. на предварительном следствии, в том числе на очной ставке с подсудимым. При этом она не показывала, что ФИО1 заранее говорил, что поедет за золотом в <...>, что у него есть «золото» матери и он привезет его (т. <...>).

Из показаний С.В.В. следует, что она поддерживала дружеские отношения с ФИО1 <...> в ее день рождения он пришел вечером вместе с Ч.М.А., был в нетрезвом состоянии, подарил ей <...> рублей и кольцо, состоявшее из двух половинок, перекрещенных между собой. Она выбросила кольцо, поскольку одно из колец было повреждено (<...>).

Согласно показаниям П.С.С., работавшего продавцом-оценщиком в ломбарде на <...><...> (ИП Т.Д.В.), постоянным клиентом являлся Ч.М.А. <...> Ч.М.А. оформил в ломбарде залог мобильного телефона «<...>», стоимость залога составила <...> рублей. <...> Ч.М.А. пришел вместе с незнакомым ему мужчиной (ФИО1), оформили в залог золотые изделия: два кольца и цепь. Сумма залога составила <...> рублей. Выкуп телефона составил <...> рублей. Он передал Ч.М.А. мобильный телефон и деньги <...> рублей. Залог был оформлен на Ч.М.А. как на постоянного клиента. Золотые изделия были проданы (<...>).

Свидетель К.С.С., работавший в ломбарде, также показал, что <...> Ч.М.А. с незнакомым мужчиной продали два золотых кольца и золотую цепочку за <...> рублей. Прием товара осуществлялся по паспорту Ч.М.А. Также они выкупили заложенный накануне мобильный телефон «<...>» (<...>).

В ходе расследования изъяты и осмотрены системный блок из ломбарда ИП Т.Д.В. по <...><...>, квитанции. В ходе осмотра установлено, что <...> в <...> Ч.М.А. продал в ломбард ИП <...> мобильный телефон «<...>» стоимостью <...> рублей; <...> Ч.М.А. продал в ломбард два золотых кольца <...> пробы и цепочку <...> пробы, общим весом <...> грамм за <...> рублей; и <...> Ч.М.А. продал серьги <...> пробы, весом <...> грамма за <...> рублей (<...>).

На основании изложенного суд считает виновность подсудимого ФИО1 в причинении потерпевшей З.И.А. смерти и завладении ее имуществом полностью доказанной.

Данное обстоятельство не оспаривается подсудимым и подтверждается совокупностью других доказательств по делу.

Так, полученными доказательствами установлено, что З.В.В. общался с женой вечером <...>, а утром <...> она не вышла на работу, после чего была обнаружена дома мертвой, лежала в прихожей, была одета в куртку, без обуви. Данное обстоятельство соответствует показаниям подсудимого о том, что преступление совершено утром <...>, он пришел к ней утром, когда она собиралась на работу. Названное им время входит в те пределы, которые установлены органами расследования как время совершения преступления. Обстоятельства, которые бы опровергали обвинение и исключали саму возможность совершения подсудимым преступления, отсутствуют. По показаниям Ч.М.А. и Ч.Е.Н., ФИО1 отлучался, в ночь с <...> на <...> у них не ночевал и пришел лишь днем <...>.

Показаниями потерпевших и представленными ими документами установлено, что у З.И.А. были похищены золотые украшения: кольца, цепочка, серьги. Именно такие ювелирные изделия Б.К.А. принес к Ч., а затем сдал в ломбард. Объяснения подсудимого в разговоре с Ч. о том, что якобы золотые украшения принадлежали его матери, не имели под собой никаких оснований и обусловливались целями скрыть действительное происхождение у него этого имущества, полученного в результате преступления. Доказательства, которые бы иным образом объясняли наличие у ФИО1 указанных золотых изделий, отсутствуют, и подсудимым такие доказательства не названы.

Показания подсудимого о месте и причинах смерти потерпевшей, характере и локализации причиненных ей повреждениях, орудии преступления также согласуются с объективными данными осмотра места происшествия и экспертных заключений. По показаниям подсудимого в ходе ссоры, которая произошла в кухне, он схватил нож, догнал З.И.А. в прихожей и нанес удары ножом в голову, в шею, после преступления вымыл нож и положил его в кухне на стол возле раковины. Объективно З.И.А. лежала в прихожей, у входа в дом, где ее догнал подсудимый, у нее имелись колото-резаные повреждения на голове и шее, нож находился в месте, которое указал подсудимый, и по заключению судебной медико-криминалистической экспертизы обнаруженные у потерпевшей повреждения могли быть причинены этим ножом. На рукояти ножа выявлены генетические следы, которые могут происходить от ФИО1 Кроме того, на месте происшествия были изъяты перчатки со следами крови, на которых выявлены биологические следы ФИО1, что объективно подтверждает его причастность к преступлению и нашло объяснение в показаниях подсудимого, согласно которым он после убийства надел эти перчатки, в них снимал с погибшей украшения, после чего положил перчатки в стиральную машину, где они и были найдены потерпевшим З.В.В.

С учетом изложенного, учитывая осведомленность ФИО1 о всех обстоятельствах происшедшего, которые не могли быть известны постороннему, наличие доказательств, подтверждающих его признания и изобличающих его в преступлении, суд исключает версии о совершении преступления иными, не подсудимым, лицами. Основания полагать, что ФИО1 оговаривает себя в убийстве З.И.А. и хищении ее имущества, отсутствуют. Полученные по делу сведения о том, что после смерти З.И.А. ФИО1 направлял в ее адрес смс-сообщения, в которых интересовался, где она «пропала», передавал ей «приветы» (<...>), а также поведение подсудимого, который продолжал общаться с близкими погибшей, не говорил им о своей причастности к преступлению, интересовался у них ходом расследования и т.п., обвинение не опровергают. Указанные действия подсудимого были направлены на то, чтобы скрыть свою причастность к смерти потерпевшей, отвести от себя подозрения и уклониться от ответственности за учиненное им деяние.

С учетом установленных фактических обстоятельств действия подсудимого квалифицируются судом по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти, и ч. 1 ст. 158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Подсудимый нанес потерпевшей З.И.А. множественные удары ножом, причинив ей повреждения различной локализации и степени тяжести, в том числе тяжкие опасные для жизни ранения в области шеи, от которых она скончалась на месте происшествия. Кроме того, у потерпевшей обнаружены множественные ссадины и кровоподтеки на лице, теле и руке, которые, как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, образовались фактически одновременно с ножевыми ранениями. ФИО1 ничего не говорит о нанесении З.И.А. побоев. Однако оснований полагать, что эти повреждения причинены иными лицами, в иное время и при иных обстоятельствах, не имеется. Суд считает установленным, что данные повреждения также причинены подсудимым, который нанес потерпевшей помимо ножевых ранений удары руками.

Характер и интенсивность действий ФИО1, который наносил З.И.А. удары ножом в голову и шею и перерезал ей горло, использование в качестве оружия ножа, с учетом его очевидных поражающих свойств, множественность и направленность ударов в область жизненно важных органов свидетельствуют о наличии в действиях подсудимого прямого умысла на лишение потерпевшей жизни, который и был им реализован. ФИО1, безусловно, осознавал степень опасности совершенных им насильственных действий для жизни потерпевшей, понимал, что такие действия сопряжены с причинением несовместимых с жизнью повреждений, и, следовательно, желал смерти З.И.А., прекратил наносить удары, когда очевидным являлось причинение ей смертельных ранений.

При таких обстоятельствах доводы ФИО1 о том, что у него не было умысла на убийство, являются несостоятельными, и его действия по причинению З.И.А. смерти обоснованно и правильно квалифицированы как убийство, то есть умышленное причинение смерти.

После убийства ФИО1 незаконно, с корыстной целью завладел имуществом З.И.А. и распорядился им, совершив тем самым хищение. Подсудимый не отрицает факт хищения. Согласно показаниям подсудимого, он похитил два золотых кольца, цепочку и серьги, которые позже были проданы им в ломбарде по документам Ч.М.А. Данные показания подсудимого подтверждаются совокупностью показаний потерпевших, свидетелей и представленных в деле документов, и достоверность показаний подсудимого в этой части не вызывает сомнений.

Кроме того, из показаний потерпевших по делу и фотографий З.И.А. следует, что помимо указанных украшений она носила на руке еще одно золотое кольцо, которое было похищено. В свою очередь, из показаний Ч.М.А. следует, что у ФИО1 было третье кольцо, которое не приняли в ломбарде, позже подсудимый подарил это кольцо своей девушке (С.В.В.). Согласно показаниям С.В.В., ФИО1 <...> подарил ей кольцо, сделанное «из двух половинок, перекрещенных между собой», которое по форме соответствует кольцу, похищенному у З.И.А. На основании изложенного суд считает доказанным совершение подсудимым хищения указанного кольца. При этом у суда нет оснований не доверять показаниям потерпевших относительно того, что кольцо было изготовлено из золота, и доводы подсудимого о «бижутерии» признаются судом несостоятельными. В дальнейшем кольцо было свидетелем утеряно. То обстоятельство, что кольцо не было обнаружено и изъято в ходе расследования, факт хищения и виновность подсудимого в его хищении не исключает и не опровергает.

Суд также признает достоверными показания потерпевших по делу о том, что у З.И.А. имелись кожаный кошелек, мобильный телефон «<...>», ключи-брелок от автомобиля, которые были похищены. Данные показания потерпевших подтверждаются другими доказательствами и установленными фактическими обстоятельствами. З.И.А. собиралась на работу, куда ездила на автомобиле, на время обнаружения преступления автомобиль стоял возле дома. Рядом с погибшей в прихожей находилась ее сумка, которая была раскрыта, имелись признаки того, что ее осматривали в поисках ценного имущества, в доме в прихожей нарушен порядок. В ходе осмотра места происшествия, а также в дальнейшем, когда потерпевшие наводили порядок, кошелек, телефон «<...>» и ключи от автомобиля в доме, в содержимом сумки найдены не были. Дом был закрыт подсудимым снаружи на замок. Оснований полагать, что кошелек, телефон и ключи от автомобиля были ранее утеряны З.И.А. или похищены при иных обстоятельствах, не имеется. С учетом изложенного суд приходит к выводу и считает установленным, что ФИО3 помимо иного имущества похитил кошелек, телефон и ключи от автомобиля. ФИО1 имел реальную возможность распорядиться и распорядился этим имуществом по своему усмотрению, и тот факт, что оно не было обнаружено и никто из свидетелей не видел этих предметов у подсудимого, выводы обвинения не опровергает. То обстоятельство, что подсудимый умалчивает о хищении данного имущества, объясняется целями защиты: признавая хищение золотых украшений, которые были сданы в ломбарде и этому имеются документальные и свидетельские подтверждения, он отрицает хищение иного имущества, в отношении которого такие доказательства отсутствуют.

Размер хищения в стоимостном выражении составляет <...> рублей, установлен показаниями потерпевших и представленными ими документами, завышенной оценка похищенного имущества не является. Оснований не доверять показаниям потерпевших о стоимости похищенного и размере причиненного ущерба не имеется. Суд исключает из обвинения хищение банковской карты и двух сим-карт, не представляющих материальной ценности, не повлекшее причинение материального ущерба.

Вместе с тем, суд не может согласиться с юридической оценкой убийства и хищения как совершенных в процессе разбойного нападения. Согласно закону, данная совокупность преступлений наличествует в случае, когда нападение и убийство обусловливаются корыстными мотивами и целями, направлены на завладение имуществом, являются способом хищения. По настоящему делу достаточные доказательства, которые бы бесспорно подтверждали такие мотивы и цели учиненного подсудимым убийства, не получены.

Фактические обстоятельства, предшествующие преступлению, установленные органами расследования, о совершении разбойного нападения не свидетельствуют. Как следует из показаний подсудимого и установлено в обвинении, ФИО1 заранее договорился с потерпевшей о том, чтобы она одолжила ему <...> рублей, когда пришел к ней, попросил большую сумму, поскольку ему было нужно выкупить свой телефон. Согласно показаниям подсудимого, З.И.А. в ответ на это разозлилась, стала ругаться на него, между ними возникла обоюдная ссора, завершившаяся убийством. Данная версия подсудимого о ссоре не опровергнута. ФИО1 давал последовательные показания, касающиеся повода и мотивов убийства, и его показания не лишены оснований, органами расследования фактически не опровергнуты и согласуются с другими доказательствами.

Установлено, что ФИО1 поддерживал дружеские отношения с З.И.А., ранее неоднократно одалживал у нее денежные средства. По показаниям потерпевших, в последнее время З.И.А. высказывала недовольство поведением ФИО1, который несвоевременно рассчитывался с долгами. В показаниях З.В.В. отмечается, что потерпевшая отличалась вспыльчивым характерам. Данное обстоятельство фактически не оспаривается Т.А.Я. и Т.Е.В., пояснившими, что в общении с близкими (а Б.А.А. был ее другом) могла проявить несдержанность и вспылить. С учетом изложенного нельзя исключить, что З.И.В. была возмущена просьбой ФИО1 о займе значительной суммы денег, высказала недовольство и свое отношение к этому, из-за чего возникла конфликтная ситуация, повлекшая у подсудимого личную неприязнь, которая и явилась мотивом убийства.

Обращает внимание, что, направляясь к З.И.А., ФИО1 не имел при себе никакого оружия, что могло бы указывать на заранее продуманное убийство и разбойное нападение. Как следует из показаний подсудимого, ссора произошла в кухне, он схватил нож, догнал потерпевшую на веранде и нанес удары, что объясняет место обнаружения погибшей.

Тот факт, что ФИО1 нуждался в денежных средствах и сразу после убийства завладел имуществом потерпевшей, достаточным доказательством разбоя не является, поскольку не исключает совершение убийства из других, не корыстных побуждений и возникновение умысла на хищение уже после лишения потерпевшей жизни, о чем и заявляет ФИО1

Доводы Т.А.Я. и Т.Е.А. о том, что подсудимый заранее спланировал преступление, следуя к З.И.А., сразу имел умысел на ее убийство и хищение, достаточного доказательственного обоснования не имеют и не выходят за рамки предложений. Показания свидетеля Ч.Е.Н., согласно которым подсудимый обещал привезти «золото», таким достаточным доказательством не являются, поскольку на предварительном следствии она об этом не показывала, а Ч.М.А. данное обстоятельство не подтвердил. Более того, такие обстоятельства в обвинении не установлены и в вину подсудимому не поставлены, и в обвинении утверждается, что ФИО1 пришел к потерпевшей с целью одолжить деньги. В соответствии со ст. 252 УПК РФ изменение обвинения, ухудшающее положение подсудимого и нарушающее его право на защиту, не допустимо.

Таким образом, выводы органов расследования о совершении ФИО1 разбойного нападения и корыстных мотивах учиненного им убийства не выходят за рамки предположений. Исходя из положений закона о том, что все неустранимые сомнения истолковываются в пользу подсудимого, суд считает доказанным совершение ФИО1 убийства на почве личной неприязни в связи с происшедшим конфликтом, и его действия по причинению потерпевшей смерти следует переквалифицировать с п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Оснований полагать о совершении преступления в состоянии сильного внезапно возникшего душевного волнения (аффекта) не имеется. Доводы подсудимого о сильном волнении, в котором он находился, ссылка на провалы памяти во время совершения преступления являются несостоятельными и не влияют на оценку его действий. Конфликт и ссора носили обоюдный характер, потерпевшая не совершала таких противоправных действий, о которых говорится в ст. 108 УК РФ. Действия подсудимого носили осознанный характер, сразу после убийства им были предприняты целенаправленные действия по завладению имуществом потерпевшей и сокрытию преступления. Из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы также следует, что ФИО1 в полной мере осознавал и контролировал свои действия, никаких данных о нахождении его в каком-то особенном эмоциональном и психическом состоянии в заключении экспертизы не содержится <...>).

Поскольку имеющимися доказательствами установлено, что умысел на хищение возник после лишения З.И.А. жизни и осуществлен тайно, действия ФИО1 по завладению имуществом следует переквалифицировать с п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ - кража чужого имущества, без квалифицирующих признаков.

Доказательства, которые бы подтверждали причинение хищением существенного, значительного материального ущерба, в деле отсутствуют. Установлено, что З.И.А. проживала вдвоем с мужем, оба работали и имели стабильный ежемесячный доход от <...> тысяч рублей (по показаниям З.В.В. и Т.Е.Н.). Хищение указанного в обвинении имущества фактически не влияло на уровень и условия жизни семьи. С учетом количества и общей стоимости, значимости похищенного имущества, материального положения потерпевших суд не находит причиненный кражей ущерб значительным. В обвинении причинение значительного ущерба также не установлено и не отражено. В этой связи оснований для квалификации кражи как совершенной с причинением значительного ущерба по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона и прав подсудимого, влияющих на допустимость доказательств и препятствующих суду вынести решение по делу, органами расследования допущено не было.

Судом исследовались вопросы о вменяемости подсудимого. Действия ФИО1 во время совершения преступления носили осмысленный, целенаправленный и последовательный характер, были мотивированы. Заключением комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики ФИО1 не страдал и не страдает, признаков временного психического расстройства не обнаруживал, в полной мере осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (<...>). ФИО1 в течение длительного времени в условиях стационара находился под наблюдением специалистов, выводы которых являются обоснованными. В судебном заседании ФИО1 также ведет себя адекватно, признаков расстройства психической деятельности у него не имеется. В этой связи у суда не возникло сомнений по поводу его вменяемости.

Согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд в соответствии со ст. 60 УК РФ принимает во внимание характер и степень общественной опасности, все фактические обстоятельства содеянного. Судом учитываются влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и иные предусмотренные законом цели наказания, признание вины, личность подсудимого, который характеризуется удовлетворительно и отрицательно.

Обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание, отсутствуют.

Имеющиеся в деле письменные признания ФИО1 в преступлении, названные явкой с повинной (<...>), фактически таковой не являются. Согласно закону, явкой с повинной признается добровольное сообщение о преступлении. По данному делу такие обстоятельства не установлены. Как видно из показаний подсудимого и материалов дела, ФИО1 добровольно в правоохранительные органы не являлся, а фактически был задержан сотрудниками полиции по подозрению преступлении. В судебном заседании подсудимый показал, что у него предварительно изымались биологические образцы для экспертных исследований ДНК и через некоторое время он по пути на работу был задержан оперативными сотрудниками, признался в преступлении в связи с его задержанием. Эти объяснения соответствует материалам дела. «Явка с повинной» датирована <...>. Согласно материалам дела, до этого были получены биологические образцы подсудимого и заключением молекулярно-генетической экспертизы установлено, что на перчатках со следами крови, изъятых на месте происшествия, имеются биологические следы подсудимого. Из протокола задержания следует, что ФИО1 был задержан <...> и основанием для этого явилось не явка с повинной, а обнаружение его следов на месте преступления, результаты молекулярно-генетической экспертизы (<...>). Причем ФИО1 заявлял о несогласии с задержанием и допрошенный в качестве подозреваемого отказался от дачи показаний (<...>). <...> были допрошены свидетели Ч., которые дали показания, изобличающие ФИО1, подтвердили свои показания на очных ставках с ним, тогда как ФИО1 вновь отказался от дачи показаний. Лишь после этого, на следующий день, <...>, подсудимым было сделано заявление о явке с повинной. В данной ситуации ФИО1 лишь подтвердил выдвинутые против него подозрения под тяжестью улик, заведомо понимая о своем полном разоблачении. Органы расследования очевидно для подсудимого располагали достаточными доказательствами, позволяющими установить его виновность в убийстве потерпевшей и хищении ее имущества. Данных, свидетельствующих об активном содействии подсудимого расследованию и раскрытию преступления, не имеется. В этой связи суд не усматривает смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Суд считает необходимым назначить ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ наказание в виде лишения свободы в пределах санкции соответствующего уголовного закона с применением дополнительного наказания в виде ограничения свободы, полагая необходимым осуществление контроля за поведением подсудимого после отбытия им лишения свободы. Исключительных обстоятельств, указанных в ст. 64 УК РФ и необходимых для назначения наказания ниже низшего предела, не имеется. Также не усматривается оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. Что касается ч. 1 ст. 158 УК РФ, то за данное деяние соразмерным и справедливым представляется наказание в виде ограничения свободы.

С учетом всех обстоятельств совершенных подсудимым преступлений суд полагает необходимым при назначении наказания по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ применить принцип полного сложения наказаний. В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ ограничение свободы учитывается судом из расчета два дня ограничения свободы за один день лишения свободы.

Согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО1 надлежит определить в исправительной колонии строгого режима.

Согласно закону при причинении гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исковые требования о возмещении морального вреда, заявленные Т.А.Я., Т.Е.А. и З.В.В. каждым на сумму один миллион рублей, подлежат удовлетворению частично. Причинение потерпевшим моральных страданий убийством близкого им человека (дочери, сестры и супруги, соответственно) не вызывает сомнений, и на основании ст.ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ ФИО1 обязан возмещать этот вред. Доводы защиты, что круг истцов ограничен лишь супругом и отцом погибшей, которые представляют интересы «семьи», и Т.Е.Н. не имеет права на заявление таких требований, не основаны на законе и не могут быть приняты во внимание. Определяя размер денежной компенсации, суд принимает во внимание глубину и степень причиненных названным лицам нравственных страданий, характер вины подсудимого и фактические обстоятельства преступления с учетом принципов разумности, справедливости, возможности реального взыскания. Суд полагает необходимым взыскать с ФИО1 компенсацию в размере <...> рублей в пользу каждого из потерпевших.

Кроме того, подсудимый обязан возмещать З.В.В. материальный ущерб в размере <...> рублей, причиненный хищением, и соответствующий гражданский иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Согласно пп. 3, 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ изъятые по делу предметы, признанные вещественными доказательствами, подлежат передаче законным владельцам; предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307,

308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание

-по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 12 лет с ограничением свободы на срок 1 год,

-по ч. 1 ст. 158 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 2 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем полного сложения, из расчета один день лишения свободы за два дня ограничения свободы, окончательно ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 13 лет с ограничением свободы на срок 1 год.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание основного наказания в виде лишения свободы определить ФИО1 в исправительной колонии строгого режима.

По отбытии основного наказания в соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО1 ограничения в течение одного года не изменять место жительства или пребывания и место работы, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложить на него обязанность являться два раза в месяц в названный специализированный государственный орган для регистрации. Указанные ограничения и обязанности подлежат действию в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы.

Срок наказания ФИО1 исчислять с <...>. Зачесть в срок наказания время содержания его под стражей с <...> по <...>. Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу.

Взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу Т.А.Я. <...> рублей, в пользу Т.Е.А. <...> рублей и в пользу З.В.В. <...> рублей. Взыскать с ФИО1 в пользу З.В.В. в возмещение материального ущерба, причиненного хищением, <...> рублей.

Вещественные доказательства: - CD-диск, предоставленный ООО «<...>», квитанции, чеки и фотографии, приобщенные к материалам дела, хранить с делом. Системный блок, изъятый в ломбарде «ИП Т.Д.В.» и переданный под сохранную расписку К.С.С., оставить в распоряжении владельца, мобильный телефон «<...>», принадлежащий З.И.А., изъятые в ходе осмотра места происшествия и переданный на хранение З.В.В., оставить потерпевшему З.В.В. Остальные вещественные доказательства (перчатки, нож, предметы одежды погибшей З.И.А.) уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня получения копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Данное ходатайство должно быть указано в апелляционной жалобе осужденного либо в возражениях осужденного на жалобы или представление, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья